Церковный календарь
Новости


2018-06-25 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 1-я. Глава 2-я (1922)
2018-06-25 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 1-я. Глава 1-я (1922)
2018-06-25 / russportal
И. А. Ильинъ. "О сопротивленіи злу силою". Глава 19-я (1925)
2018-06-25 / russportal
И. А. Ильинъ. "О сопротивленіи злу силою". Глава 18-я (1925)
2018-06-24 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. Романъ "Амазонка пустыни". Глава 39-я (1922)
2018-06-24 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. Романъ "Амазонка пустыни". Глава 38-я (1922)
2018-06-24 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. Романъ "Амазонка пустыни". Глава 37-я (1922)
2018-06-24 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. Романъ "Амазонка пустыни". Глава 36-я (1922)
2018-06-24 / russportal
Блаж. Августинъ Иппонійскій. "Исповѣдь". Книга 10-я (1914)
2018-06-24 / russportal
Блаж. Августинъ Иппонійскій. "Исповѣдь". Книга 9-я (1914)
2018-06-23 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Истинный постъ есть "злыхъ отчуждечіе" (1975)
2018-06-23 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Будемъ ли мы готовиться къ Вел. посту? (1975)
2018-06-23 / russportal
И. А. Ильинъ. "О сопротивленіи злу силою". Глава 17-я (1925)
2018-06-23 / russportal
И. А. Ильинъ. "О сопротивленіи злу силою". Глава 16-я (1925)
2018-06-23 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. Романъ "Амазонка пустыни". Глава 35-я (1922)
2018-06-23 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. Романъ "Амазонка пустыни". Глава 34-я (1922)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - понедѣльникъ, 25 iюня 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 7.
Творенія святыхъ отцовъ и учителей Церкви

Свт. Аѳанасій Великій (†373 г.)

Свт. Аѳанасій Великій, архіеп. Александрійскій, святой отецъ и учитель Церкви IV вѣка, славный защитникъ православнаго ученія о Сынѣ Божіемъ противъ лжеученія Арія, стяжавшій себѣ имя «Отца Православія». Родился въ Александріи въ 293 г. Будучи еще отрокомъ, подражая епископу, крестилъ своихъ сверстниковъ-язычниковъ по христіанскому обряду. Чрезъ это сталъ извѣстенъ еп. Александру, который взялъ его къ себѣ и, воспитавъ въ страхѣ Божіемъ, въ 319 г. посвятилъ въ санъ діакона. Вмѣстѣ со св. Александромъ присутствовалъ на первомъ Вселенскомъ Соборѣ, гдѣ явился однимъ изъ главныхъ противниковъ Арія. Послѣ смерти свт. Александра, епископствовалъ въ Александріи съ 326 по 373 годъ. По проискамъ аріанъ, пять разъ былъ удаляемъ изъ Александріи (провелъ въ изгнаніяхъ 17 лѣтъ, 6 мѣсяцевъ и 10 дней). Доблестный исповѣдникъ и страдалецъ за истину, онъ сталъ идеаломъ духовнаго пастыря, давъ своимъ высокимъ служеніемъ образецъ архипастырской дѣятельности и борьбы за вѣру. Послѣ многихъ трудовъ и гоненій, мирно скончался въ Александріи въ 373 г. Послѣ себя оставилъ многочисленныя сочиненія, которыя можно раздѣлить на 1) апологетическія, 2) догматико-полемическія, 3) догматико-историческія, 4) экзегетическія, 5) нравоучительныя и 6) пасхальныя посланія. Объ этихъ сочиненіяхъ преп. Косма Фаранскій († VI в.) замѣчаетъ, что если встрѣтится тебѣ гдѣ-нибудь изрѣченіе св. Аѳанасія и не имѣешь бумаги, чтобы записать его, то «запиши его хотя бы на своей одеждѣ» («Лугъ духовный», гл. 40). Память свт. Аѳанасій Великаго — 2 (15) мая и 18 (31) января.

Творенія свт. Аѳанасія Великаго

Святителя Аѳанасія Великаго, Патріарха Александрійскаго,
ЖИЗНЬ И ДѢЯНІЯ СВЯТЫЯ И СЛАВНЫЯ МАТЕРИ НАШЕЯ СИНКЛИТИКІИ.

Всѣ люди должны имѣть свѣдѣнія о добрыхъ дѣлахъ, дабы такимъ образомъ познавъ оныя, не имѣли преткновенія въ жизни. Ибо отъ невѣждъ сокрыто много пользы; и съ ними бываетъ то, что умъ ихъ становится тупымъ отъ бездѣйствія. Часто также и многоцѣнные бисеры переходили къ мужамъ бѣднымъ и презрѣннымъ, а тѣ, которые не имѣли о нихъ точнаго познанія, отвергнули оные, какъ вещи малознающія и ничтожныя. Такъ, на примѣръ мы, имѣя душу младенческую, необученную, неопы/с. 4/тную, когда нашли сей бисеръ, не видѣли въ немъ ничего драгоцѣннаго, смотря на одну поверхность его, и будучи далеки отъ познанія сущности онаго. Но когда мы мало помалу изъ того, что уже близко къ концу, научились познавать драгоцѣнность его; тогда и въ насъ при воззрѣніи на него раждалась къ нему Божественная любовь: ибо самыя вещи возжигали ее въ сердцахъ нашихъ.

Но для чего я говорю о семъ, и самаго себя поставляю въ число людей опытныхъ, какъ будто мы что-нибудь знаемъ и можемъ говорить о славной Синклитикіи? Я думаю, что, для описанія славныхъ дѣлъ ея, недостанетъ всего человѣческаго разума. Но естьли кто нибудь и покусится говорить о ней, тотъ далеко и на пространство неизмѣримое отстанетъ отъ предмета, хотя бы онъ былъ человѣкъ мудрый и разумный. Ибо какъ тѣ, которые захотѣли бы пристально смотрѣть на солнце, повреждаютъ зрѣніе: равнымъ образомъ и тѣ, которые усиливаются взирать на жизнь ея, помрачившись отъ блеска славныхъ дѣлъ /с. 5/ ея, отвращаютъ глаза, и, изнемогая въ силахъ, подвергаются разстройству мыслей.

Но мы, изыскивая по своимъ силамъ то, что относится къ жизни ея, и пользуясь краткими сказаніями современниковъ о первыхъ лѣтахъ ея, и отчасти слабо освѣщаясь свѣтомъ самыхъ дѣлъ оной, приступимъ къ повѣствованію, пріуготовляя для самихъ себя спасительное брашно. А говорить о ней по достоинству, не только для насъ невозможно, но и для многихъ трудно.

Та, которая носитъ одно названіе съ Синклитомъ небеснымъ, происходитъ изъ страны Македонской. Когда услышали предки ея, что Александрійцы Боголюбивы и Христолюбивы, то отправились изъ Македоніи въ городъ Македонянина (построенный Македоняниномъ). Прибывъ въ страну ихъ, и увидѣвъ на самомъ дѣлѣ болѣе, нежели сколько знали по слуху, охотно тамъ жили. Не увеселялись они множествомъ народа, не удивлялись великолѣпію зданій; но нашедши простую вѣру съ искреннею лю/с. 6/бовію, уже не возвращались въ собственное свое отечество.

Блаженная Синклитикія была славнаго рода и имѣла другія удовольствія — тѣ, которыя въ мірѣ почитаются за удовольствія. Она имѣла одну единодушную сестру и двухъ братьевъ, которые также воспитаны были весьма строго. Одинъ изъ нихъ скончался въ юношескомъ возрастѣ; а другаго, когда онъ достигъ двадцати пяти лѣтъ, родители назначили къ браку; и когда уже все было приготовлено къ дѣлу, и по обыкновенію сдѣлано было условіе, вырвался юноша, какъ птица изъ сѣтей, и на земную невѣсту промѣнялъ общество святыхъ непорочное и свободное.

Находясь еще подъ надзоромъ родительскимъ, она болѣе всего упражняла душу свою въ любви къ Богу; а о тѣлѣ старалась столько, сколько нужно было для удовлетворенія естественнымъ нуждамъ.

Будучи непорочна душею, она была и по тѣлу прекрасна, такъ что при первомъ воз/с. 7/растѣ ея приступали къ ней многіе женихи, частію прельщаясь богатствомъ, частію привлекаясь знаменитостію родителей, но болѣе всего плѣняясь самою красотою отроковицы. Родители ея усильно склоняли ее на бракъ, умоляя тѣмъ самымъ, чтобы она продолжила ихъ поколѣніе. Но бывъ благоразумна и благородна по духу, она никакъ не соглашалась на таковыя ихъ представленія, и, слушая о мірскомъ бракѣ, еще болѣе помышляла о жизни Божественной; и отвергнувъ многихъ жениховъ, преклонилась на сторону одного Жениха небеснаго.

И вотъ, у блаженной Ѳеклы явилась настоящая ученица, слѣдующая съ нею однѣмъ и тѣмъже правиламъ; ибо у обѣихъ былъ одинъ женихъ — Христосъ, и у той и другой одинъ былъ споручникъ — Павелъ. Я думаю, что у нихъ и брачный чертогъ не былъ отдѣльный: ибо у нихъ было одно ложе — церковь. Одинъ Давидъ воспѣваетъ для обѣихъ чистыя и Божественныя пѣсни, согласными кимвалами увеселяеть души, преданныя Богу, и на тимпанахъ и десятострунныхъ псалтиряхъ играетъ плѣнительнымъ /с. 8/ образомъ. А Марія при сихъ священныхъ сочетаніяхъ выводитъ хоръ плясавицъ, которыя припѣваютъ: Поимъ Господеви, славно бо прославися. Исх. 15, 1. На семъ божественномъ бракѣ и яства для пиршествующихъ были однѣ и тѣже: Вкусите и видите, какъ благъ Господь! Пс. 33, 9. И изъ брачныхъ одеждъ была одна ткань: Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся. Гал. 3, 27. Ихъ любовь къ Господу была одинакова: ибо онѣ не только удостоились однихъ и тѣхъ же даровъ; но совершали одни и тѣже подвиги. Мученичество блаженнныя Ѳеклы всѣмъ было извѣстно: она сражалась съ огнемъ и лютыми звѣрями. Но думаю, что отъ многихъ не скрылись и другой [Синклитикіи] похвальные труды и подвиги. Поскольку одинъ Спаситель былъ для нихъ желаніе, то явно, что и одинъ діаволъ былъ для нихъ ненавистенъ. Но въ Ѳеклѣ я примѣчаю труды умѣреннѣе: ибо тутъ внѣшними оружіями низложена ярость врага; а тамъ выказываетъ онъ величайшую злость свою, возбуждая внутри зловредные помыслы. —

/с. 9/ Не увеселяли зрѣнія ея ни одежды изъ различныхъ тканей, ни цвѣты многоцѣнныхъ камней. Кимвалъ не обольщалъ слуха ея и свирѣль не могла поколебать твердости души ея. Не трогали ее слезы родителей, ни другое какое-либо увѣщаніе родныхъ; но имѣя духъ, подобный адаманту, не перемѣнилась въ умѣ, и затворивъ на подобіе дверей всѣ чувства души своей, бесѣдовала единственно только съ Женихомъ своимъ, говоря сіи слова Писанія: Я брату моему и братъ мой мнѣ; Пѣс. 2, 16. и естьли гдѣ были худые и вредные разговоры, отъ такихъ бѣгала, заключая себя во внутренніе покои души. А гдѣ случались хорошія и полезныя наставленія, тамъ отверзала весь свой умъ для принятія того, о чемъ говорили.

Она не позабыла также и о спасительномъ лѣкарствѣ для тѣла. Такъ она любила постъ, что никакая вещь не могла быть ей столько любезна. Она почитала его защитою и основаніемъ прочихъ добродѣтелей; и естьли когда по необходимости принимала пищу не въ надлежащее время, /с. 10/ то ощущала не такія слѣдствія, какія ощущаютъ вкушающіе пищу; она измѣнялась. Лице ея становилось блѣдно и полнота тѣлесная изчезала. Ибо естьли движущему наносится ударъ, то вмѣстѣ и движимое принимаетъ другое направленіе. Въ какомъ положеніи начало, въ такомъ же точно состояніи и всё зависящее отъ него. Кто съ охотою вкушаетъ пищу, у того тучна плоть; но кто не съ охотою ѣстъ, тотъ нетученъ и сухъ тѣломъ. Свидѣтели моимъ словамъ нездоровые. Такимъ образомъ Блаженная, стараясь быть немощною по тѣлу, хранила въ душѣ здравіе. Она слѣдовала словамъ Апостола: Сколько внѣшній нашъ человѣкъ тлѣетъ, столько внутренній обновляется. 2 Кор. 4, 16. Такъ-то она подвизалась, тайно отъ всѣхъ! Послѣ того, какъ скончались ея родители, она, болѣе исполнившись силою Духа Божія, беретъ съ собою сестру, которая лишена была зрѣнія, оставляетъ родительскій домъ и поселяется въ памятникѣ родственника своего, удаленномъ отъ города. Распродавъ все оставшееся ей имѣніе и раздавъ нищимъ, призвала нѣкоего Пресвитера и остригла се/с. 11/бѣ волосы. Тогда оставила все украшеніе: ибо въ обычаѣ у женъ, называть волосы красотою. Это дѣйствіе было символомъ того, что въ душѣ ея не было никакого излишка и никакой прикрасы; и тогда-то въ первый разъ она удостоилась названія дѣвицы.

Раздавъ все имѣніе свое бѣднымъ, она говорила: Я удостоена великаго имени и не знаю, чѣмъ достойно воздать ущедрившему меня! Ибо естьли и въ мірѣ для достоинства преходящаго отвергаютъ все свое имѣніе, то не болѣе ли должно мнѣ, удостоенной толикой благодати, вмѣстѣ съ такъ называемыми благами, пожертвовать и тѣломъ? Но что я говорю, отдать имѣніе, или тѣло, когда все Его! Ибо Господня есть земля и исполненіе ея. Сими словами водворивъ въ себѣ смиренномудріе, жила въ безмолвіи.

Находясь еще въ отеческомъ домѣ, она довольно предуготовилась къ трудамъ и во цвѣтѣ лѣтъ преуспѣвала въ добродѣтеляхъ. Которые безъ пріуготовленія и размышленія приступили къ сей Божественной тай/с. 12/нѣ, тѣ не получили желаемаго; потому что не предусмотрѣли всего въ точности. Но какъ намѣревающіеся путетествовать прежде заботятся о путевомъ содержаніи, такъ и она, запасшись прежними трудами, какъ путевымъ содержаніемъ, безъ боязни шла далѣе. Заготовивъ все то, что нужно, для зданія жилища, она построила крѣпость съ надеждными укрѣпленіями. И хотя извѣстно, что строеніе домовъ совершается изъ внѣшнихъ матеріаловъ, но она не такъ сдѣлала. Ибо не собирала матеріала извнѣ, но что еще болѣе, вынесла и тотъ, который былъ внутри. Раздавъ имѣніе свое бѣднымъ, оставивъ гнѣвъ и злопомненіе, отринувъ зависть и любочестіе, она создала себѣ домъ на камнѣ, котораго стѣны тверды, и зданіе не подвержено перемѣнѣ.

Но что много говорить? Началомъ своимъ она превзошла и тѣхъ, которые состарѣлись въ монашеской жизни. Ибо какъ дѣти съ лучшими дарованіями, обучаясь еще начальнымъ основаніямъ, оспориваютъ возрастнѣйшихъ и болѣе времени находя/с. 13/щихся у учителей; такъ и она, будучи сильна въ духѣ, обогнала другихъ.

Но мы не въ силахъ говорить о ея дѣятельной и подвижнической жизни: потому что она никому не дозволяла быть зрителемъ оной, и не желала, чтобъ были провозвѣстники ея славныхъ дѣлъ. Не столько она тщилась дѣлать добро, сколько старалась его скрывать и утаивать. А сіе дѣлала она не по зависти, но по внушенію Божественной благодати. Потому что носила въ умѣ сіе изреченіе Господа: Чтобы лѣвая рука твоя невѣдала, что дѣлаетъ правая. Мат. 6, 3. Такимъ образомъ она тайно совершала дѣла званія своего.

Отъ самыхъ младыхъ лѣтъ до возрастныхъ не только сама избѣгала обращенія со всякимъ мужескимъ лицемъ, но всегда предостерегала и полъ свой, по симъ двумъ причинамъ, дабы или не прославиться высотою подвижничества, или по нуждѣ какой — не удалиться отъ добродѣтели.

/с. 14/ Такимъ образомъ она обуздывала первые порывы, не позволяя имъ увлекаться тѣлесными пожеланіями. Но у себя, подобно какъ у вѣтвистаго дерева, отрубала безплодные сучья, и тернистые отростки искусно подрѣзывала постомъ и молитвою; и естьли какой нибудь изъ нихъ чуть только возникалъ, то употребляла для нихъ различныя наказанія, изнуряя тѣло свое различными трудами.

Не только довольствовалась малымъ количествомъ хлѣба, но и скудною мѣрою воды. Когда врагъ воздвигалъ противу нея войну, то прежде всего молитвою призывала на помощь Господа своего, не надѣясь однимъ подвижничествомъ утолить ярость льва. На сіи призыванія приходилъ Господь, и непріятель убѣгалъ. Но часто врагъ продолжалъ войну, и Господь не прогонялъ человѣкоубійцу, дабы тѣмъ самымъ умножить подвигъ добродѣтельной души. А она отсрочкою даровъ болѣе получала силъ, нужныхъ къ побѣдѣ надъ врагомъ. Ибо недовольно ей было умерщвлять себя скудною пищею, она старалась запретить себѣ все то, что /с. 15/ соединено съ удовольствіемъ. Вкушала хлѣбъ отрубяный, а воды иногда и совсѣмъ не принимала. Спала на полу, доколѣ свирѣпствовала брань. Вотъ, какими орудіями она противудѣйствовала! Облекалась молитвою, какъ оружіемъ и щитомъ. Шлемъ ея состоялъ изъ вѣры, надежды и любви. Но вѣра предшествовала прочимъ, сосредоточивая всѣ силы души ея. Къ сему присовокуплялось милосердіе, совершаемое естьли не дѣломъ, то мыслію.

И такъ, когда отъ сихъ оружій врагъ претерпѣвалъ пораженіе, она облегчала себѣ трудное подвижничество. Сіе дѣлала для того, чтобы не привесть въ совершенное разслабленіе тѣлесные члены. А это есть предзнаменованіе несчастія. Ибо когда не будетъ оружія, то чѣмъ будетъ обороняться воинъ на сраженіи? Нѣкоторые, изнурившіе себя неумѣреннымъ и безразсуднымъ пощеніемъ, нанесли себѣ смертельный ударъ, и, будучи во власти непріятеля, погубили себя. Но она не такъ поступала, а все дѣлала съ разборчивостію. Она сильно противодѣйствовала врагу молитвою и подви/с. 16/жничествомъ, но когда корабль ея плылъ при тишинѣ, тогда прилагала попеченіе и о тѣлѣ. Ибо мореходцы, при бурѣ и волненіи, остаются голодными, противоставляя все свое искусство очевидной опасности. Но какъ скоро они останутся живы, то заботятся и о другомъ спасеніи. Они не все время употребляютъ на защиту отъ волненія морскаго, но кратчайшую тишину употребляютъ на успокоеніе отъ трудовъ. Однакожъ и тогда не безъ заботы остаются и не вдаются въ глубокій сонъ, испытавъ прошедшее и помышляя о будущемъ. Ибо естьли буря и утихла, но море не уменьшилось; и естьли прошли двѣ бѣды, то настоитъ третія. И хотя миновалось прошедшее, однакожъ остается настоящее. Такъ и въ семъ случаѣ — хотя утихнулъ вѣтръ пожеланія, однако располагающій онымъ недалекъ отъ тебя. — По сему непрестанно должно молиться по причинѣ непостоянства моря, и злой ярости врага. Но Блаженная хорошо зная настоящую бурю жизни, и предвидя стремленіе вѣтровъ, со тщаніемъ управляла своимъ караблемъ помощію любви къ Бо/с. 17/гу, невредимо привела его къ спасительному берегу и бросила твердѣйшій якорь — вѣру въ Іисуса Христа.

Ея жизнь была Апостольская, въ вѣрѣ и убожествѣ сосредоточенная. Кромѣ того, будучи совершенна въ любви и смиренномудріи, осуществила оное спасительное слово: На аспида и василиска наступиши, и на всю силу вражію. Пс. 90, 13. Лук. 10, 19. Она дѣйствительно слышала сіи слова: Рабе благій и вѣрный, о малѣ былъ еси вѣренъ, надъ многими тя поставлю. Сіе изреченіе хотя относится къ дарамъ, однакожъ въ настоящемъ случаѣ надобно разумѣть его въ такомъ смыслѣ: поелику ты побѣдила на чувственномъ сраженіи, то при Моей помощи получишь побѣду и въ духовномъ сраженіи, да познаютъ твою великую вѣру начала и власти, упоминаемыя Моимъ слугою Павломъ. Побѣдивъ противныя силы, ты будешь жить съ силами небесными.

Такимъ образомъ, живя въ самой себѣ, она исполняла добрыя дѣла. Когда текло /с. 18/ время и добродѣтели ея процвѣтали, благоуханіе отъ ея преславныхъ трудовъ стало ощутительно для многихъ. Ибо сказано: Ничтоже есть покровено, еже не открыется. Мат. 10, 26. Часто Богъ любящихъ Его открываетъ и Самъ для исправленія другихъ. По Его мановенію начали нѣкоторые приходить къ ней, и богомольныя (изъ женъ) начали посѣщать ее для своего назиданія. И когда изъ словъ онѣ обогащались плодами жизни ея, тогда болѣе и болѣе тѣснились около нея, желая пользы. По обыкновенному порядку спрашивали у ней: какъ можно спастись? А она, глубоко вздохнувъ и проливши много слезъ, возвращалась къ самой себѣ, и какъ будтобы слезами давъ отвѣтъ, училась молчанію другаго рода. Но пришедшія къ ней усильно просили ее говорить о великихъ дѣлахъ Божіихъ и поражались однимъ только зрѣлищемъ; онѣ опять просили ее говорить. Тогда Блаженная по великому принужденію, послѣ продолжительнаго и глубокаго молчанія смиреннымъ голосомъ сказала сіе изреченіе Писанія: Не насильствуй нищаго, зане убогъ есть. Прит. 22, 2. Предстоящія, схвативъ съ жадно/с. 19/стію сіи слова, какъ бы вкусивши меда и сота, болѣе докучали ей прозьбами, и наконецъ стали убѣждать ее мѣстами Св. Писанія. Онѣ говорили ей: Туне пріяла, туне дай. Мат. 10, 8. Бойся подвергнуться наказанію раба, скрывшаго талантъ. Но она имъ сказала: За чѣмъ вы столько думаете о мнѣ грѣшницѣ, какъ будтобы я дѣлала и говорила что нибудь доброе! Мы имѣемъ одного Учителя — Господа. Изъ однихъ и тѣхъ же источниковъ почерпаемъ духовныя воды. Изъ однѣхъ и тѣхъ же сосцевъ — изъ Ветхаго и Новаго Завѣта — питаемся млекомъ. Знаемъ и мы то, говорили онѣ, что одинъ у насъ дѣтоводитель — Священное Писаніе, и одинъ Учитель; но ты неусыпнымъ стараніемъ преуспѣла въ добродѣтеляхъ; по сему должно, чтобы получившіе навыкъ къ добру, такъ какъ уже возрастные, помогали малолѣтнымъ; и сіе заповѣдуетъ общій нашъ Учитель. Услышавъ сіе Блаженная, зарыдала на подобіе грудныхъ младенцевъ. Тогда онѣ оставили свои вопросы, а просили ее перестать отъ плача. И когда она успокоилась, тогда опять продолжалось долговременное молчаніе. По/с. 20/слѣ чего опять приступали къ ней съ прозьбами. Она сжалилась, и думая, что слова ея не ей принесутъ похвалу, а слушателямъ пользу, такъ стала къ нимъ говорить: Дѣти! всѣ мы знаемъ, какъ спастись, но по собственному нерадѣнію оставляемъ спасеніе. И такъ прежде всего должно сохранять то, что извѣстно намъ по милости Господа. А именно: Возлюбиши Господа Бога твоего всею душею твоею, и искренняго твоего, яко самъ себе. Мат. 22, 37. 39. Въ сихъ заповѣдяхъ лежитъ основаніе закона, и въ нихъ же живетъ полнота благодати. Хотя изреченіе кратко по словамъ, но велика и неизслѣдима сила, заключающаяся въ немъ. Все душеполезное есть слѣдствіе сихъ заповѣдей. Сіе свидѣтельствуетъ и Павелъ, когда говоритъ, что любовь есть конецъ закона. И такъ все, относящееся къ лѣпотѣ духовной при содѣйствіи благодати Духа, о чемъ бы ни сказали люди, проистекаетъ изъ любви, и въ нее возвращается. И потому вотъ гдѣ спасеніе — въ двойственной любви.

Должно еще и то упомянуть, что так/с. 21/же изъ той же любви происходитъ, дабы каждая изъ насъ узнавъ, въ чемъ оно состоитъ, спремилась къ большему. Но онѣ не понимали словъ ея, и опять спрашивали. Она отвѣчала имъ: Извѣстна вамъ Евангельская притча о приносящихъ плодъ во сто, въ шестьдесятъ и въ тридцать кратъ. Мар. 4, 8. 20. Сторичное число есть наше званіе; число шестьдесятиричное знаменуетъ полкъ воздержныхъ, а число тридесятеричное означаетъ людей, живущихъ въ брачной чистотѣ. Хорошо отъ тридцати переходить къ шестидесяти: ибо хорошо отъ меньшаго восходить къ большему. Но отъ большихъ благъ нисходить къ меньшимъ — это небезопасно. Однажды преклонившійся на худшее не можетъ остановиться на первыхъ ступеняхъ, но стремится какъ бы въ бездну погибели. Нѣкоторыя, обѣщающіяся жить въ дѣвствѣ, и по слабости ума обольщающіяся помысломъ, выдумываютъ извиненія во грѣхахъ. Онѣ говорятъ къ самимъ себѣ, или лучше, къ діаволу: естьли мы будемъ жить въ чистотѣ, или лучше, въ нечистотѣ, то удостоимся быть, по крайней мѣрѣ, въ числѣ /с. 22/ приносящихъ тридесятеричный плодъ. Вся древность, говорятъ онѣ, позволяла себѣ дѣторожденіе. Но да будетъ извѣстно тому, кто имѣетъ такую мысль, что она происходитъ отъ врага. Кто нисходитъ отъ большаго къ меньшему, того низвергаетъ врагъ. Кто такъ поступаетъ, тотъ судится, какъ бѣглый воинъ. Онъ не извиняется тѣмъ, что перешелъ въ меньшее войско; но за то, что убѣжалъ, принимаетъ наказаніе. И такъ должно, какъ я сказала, отъ меньшаго восходить къ большему. И сему научаетъ Апостолъ: Задняя забывая, въ предняя простирайтесь. Филип. 3, 13. По сему тѣ, которые имѣютъ сторичный плодъ, должны повторять въ себѣ сіе число — даже до безконечности. Ибо сказано: Егда сотворите вся, глаголите, яко раби неключими есмы. Лук. 17, 10. И такъ мы, которыя приняли сіе званіе, должны сохранять строгое цѣломудріе. Хотя и мірскія жены, по видимому, живутъ цѣломудренно, но у нихъ вмѣстѣ есть и безстыдство: поелику онѣ грѣшатъ всѣми другими чувствами. Смотрятъ непристойно, смѣются неумѣренно. Но мы и это должны со/с. 23/вершенно оставить; должны возвышаться въ добродѣтеляхъ и запретить очамъ суетное зрѣніе. Ибо говоритъ Писаніе: Очи твои право да зрятъ. Прит. 4, 25. Мы должны беречь и языкъ отъ подобныхъ грѣховъ. Поелику беззаконно то, чтобы органъ Божественнаго пѣснопѣнія произносилъ скверныя слова. Не только должны опасаться говорить это, но и слушать.

Но сіе невозможно исполнить, естьли мы не будемъ мудры въ хожденіи. Ибо въ чувства наши, хотя бы мы и не хотѣли, влѣзаютъ воры. Какъ можетъ не зачерниться внутренность дома, когда онъ отвнѣ сталъ окруженъ дымомъ и когда отворены окна? По сему необходимо намъ должно воздерживаться отъ выхода на публичныя мѣста. Естьли мы почитаемъ за стыдъ и тяжесть смотрѣть на голыхъ братьевъ или родителей, то не болѣе ли предосудительно смотрѣть на улицахъ до непристойности обнаженныхъ, къ тому же и дерзскія слова произносящихъ? Отъ сего обыкновенно раждаются представленія безпокойныя и вредныя.

/с. 24/ Но когда мы будемъ сидѣть дома, то и тамъ не должны дремать, а должны бодрствовать. Ибо написано: Бодрствуйте. Мат. 24, 22. По той мѣрѣ, какъ ограждаемъ себя цѣломудріемъ, мы принимаемъ строгія мысли. Приложивый разумъ приложитъ болѣзнь. Еккл. 1, 18. И борцы чѣмъ болѣе усовершаются, тѣмъ съ сильнѣйшими борятся противниками. Смотри, сколько перешла сѣтей, и не презирай настоящаго. Ты побѣдила любодѣяніе грубое и вещественное; но врагъ влагаетъ любодѣяніе въ чувства твои. Когда ты и отъ сего любодѣянія воздержишь себя, то (что есть любодѣяніе опаснѣйшее) онъ скрывается въ домѣ души твоей, воздвигая на тебя невещественную брань. Онъ припоминаетъ отшельницамъ пригожія лица, непристойныя одежды, нелѣпые разговоры. И такъ не должно дружиться съ такими представленіями; ибо написано: Аще духъ владѣющаго взыдетъ на тя, мѣста твоего не остави. Еккл. 10, 4. Дружба съ ними есть поборница мірскаго любодѣянія. Державнымъ крѣпко настоитъ испытаніе. Прему. 6, 8. Велика брань съ духомъ любодѣянія, и естьли ка/с. 25/кое есть у врага великое зло для погубленія души, то это любодѣяніе. И на сіе намекая Блаженный Іовъ, говорилъ о діаволѣ: Крѣпость его въ толстотѣ чрева его. Іов. 40, 11.

Въ людяхъ, любящихъ Христа, діаволъ возбуждаетъ любодѣяніе многими и различными средствами. Злоумышленникъ часто и братскую любовь обращалъ въ свое зло. Ибо и дѣвицъ, отказавшихся отъ брака и всякой прелести міра, уловилъ братскою наружностію. Онъ и монаховъ уязвилъ, хотя и они также отказались отъ всякаго вида любодѣянія; но и ихъ обольстилъ благочестивою бесѣдою. Это дѣло врага, чтобы одѣваться въ чужое платье, а свои оружія держать подъ покровомъ. Показываетъ хлѣбное зерно, а подъ него подставляетъ клѣтку. Думаю, что и Господь сказалъ о томъ же: Иже приходятъ къ вамъ во одеждахъ овчихъ, внутрь же суть волцы хищницы. Мат. 7, 15.

И такъ, чтожъ мы послѣ сего будемъ дѣлать? Будемъ такъ мудры, какъ зміи, /с. 26/ и незлобивы, какъ голуби, Мат. 10, 16. обращаясь съ клѣткою его искуснымъ образомъ. Ибо слова: Будьте какъ зміи, сказаны для того, чтобы не скрыты были отъ насъ ухищренія діавола: потому что подобное отъ подобнаго весьма скоро становится извѣстнымъ. А незлобіе голубицы означаетъ чистоту дѣйствія. По сему всякое доброе дѣло будетъ состоять въ избѣжаніи отъ зла. Но какъ мы убѣжимъ отъ того, чего не знаемъ? И такъ мы должны познать силу врага и смотрѣть за его хитростями: ибо сказано, что онъ ходитъ искій кого поглотити; Петр. 5, 8. и пищи его избранныя. Авв. 1, 16. Должно бодрствовать во всякое время, такъ какъ онъ сражается и внѣшними вещами и внутренними помышленіями, и болѣе послѣдними. Ибо и ночью и днемъ подходитъ безъ вещества.

Какое же орудіе потребно для настоящей войны? Явно, что требуется строгое подвижничество и чистая молитва. Но онѣ вообще суть средства во всякомъ вредномъ помыслѣ. Должно пользоваться и ча/с. 27/стными нѣкоторыми совѣтами, дабы отразить предстоящую гибель души, и стремленію сквернаго помысла противуставить оплотъ. Естьли въ мысляхъ твоихъ родится представленіе красиваго лица, то его должно изгонять слѣдующимъ образомъ: выколи глаза у образа твоего, отними полноту щекъ, отрѣжь и губы, и послѣ смотри на отвратительный составъ голыхъ костей, и подумай наконецъ, что тутъ было занимательнаго? Такимъ образомъ обезображенное помышленіе можетъ воспрянуть отъ пустаго очарованія. Ибо не было ничего привлекательнаго: кровь смѣшена съ мокротою, что самое и сшитый составъ есть принадлежность животныхъ. Симъ образомъ и сими размышленіями можно прогнать гнусное зло. Должно выталкивать демона, какъ гвоздь гвоздемъ же. Кромѣ сего должно представить все тѣло любимаго предмета въ смердящихъ ранахъ и гною; кратко сказать, представить его внутреннимъ очамъ подобнымъ мертвому трупу; или еще и самаго себя мертвымъ. Такимъ образомъ можно будетъ избавиться сладострастія. Но болѣе всего должно укрощать /с. 28/ чрево. Послѣ того возможно умертвить и тѣ удовольствія, которыя внутри онаго.

И вотъ собесѣдницы праздновали на Божественномъ пирѣ. Онѣ пили веселіе изъ сосудовъ премудрости; а Блаженная Синклитикія разливала имъ Божественный напитокъ. Каждая изъ нихъ получала,что хотѣла. Одна изъ сообщницъ спросила у ней: убожество — есть ли совершенная добродѣтель? Она отвѣчала: дѣйствительно, убожество есть совершенная добродѣтель для людей твердыхъ. Тѣ, которые держатся сей добродѣтели, хотя въ тѣлѣ чувствуютъ скорбь, но въ душѣ облегченіе. Такъ какъ твердое платье, естьли его стирать и крѣпко выжимать, становится чистымъ и бѣлымъ: подобно и твердая душа отъ произвольнаго убожества болѣе и болѣе утверждается. Но слабые въ духѣ не то чувствуютъ. Они и при легкомъ треніи, на подобіе ветхой одежды, разрываются, не имѣя болѣе силъ сносить омовеніе добродѣтели. И хотя въ томъ и другомъ случаѣ одно мастерство измовенія, и одинъ и тотъже мастеръ, но съ платьемъ не одно /с. 29/ и тоже дѣлается. Одно прорывается и пропадаетъ, а другое убѣляется и обновляется. И такъ убожество можно назвать хорошимъ украшеніемъ для мужественнаго духа. Ибо оно есть узда грѣховнымъ дѣйствіямъ.

Но прежде должно усовершиться въ начальныхъ добродѣтеляхъ, какъ то: въ постѣ, долулежаніи и въ другихъ порознь; а послѣ достигать и сей добродѣтели. Тѣ, которые не такъ сдѣлали, но поспѣшили оставить имѣніе, по большей части приходили въ сожалѣніе.

Орудіе жизни роскошной есть богатство. И такъ оставь сначала ремесло твое, т. е. объяденіе и нѣгу, и ты легко можешь отвергнуть самое имѣніе. Ибо трудно, думаю, знать ремесло и не имѣть орудій. И естьли кто не покинулъ перваго, то какъ можетъ оставить второе? По сему и Спаситель, разговаривая съ богатымъ, не тотчасъ приказалъ ему оставить имѣніе. Но прежде спрашивалъ, исполнилъ ли онъ предписанное закономъ; и Господь, какъ учи/с. 30/тель, говоритъ: Естьли ты выучилъ азбуку; естьли научился складывать буквы; естьли привыкъ разбирать слова, то приступи наконецъ къ совершенному чтенію, т. е. иди, продаждь имѣніе твое и даждь нищимъ и тогда гряди въ слѣдъ Мене. Мат. 19, 17. И естьли бы онъ, какъ я думаю, не призналъ себя исполнившимъ то, о чемъ его спрашивали, то Господь не призывалъ бы его къ убожеству. Ибо какимъ бы образомъ онъ могъ приняться за чтеніе, не зная силы слоговъ?

Хорошо убожество для тѣхъ, которые имѣютъ навыкъ въ добродѣтели. Ибо отвергнувъ все излишнее, полагаютъ надежду на Бога, съ чистымъ сердцемъ поя сію Божественную пѣснь: Очи всѣхъ на Тя уповаютъ, и Ты даеши пищу любящимъ Тебя во благовременіи. Пс. 144, 15.

Они получаютъ великую пользу и съ другой стороны. Не прилагая мысли своей къ сокровищу земному, они помышляютъ о царствіи небесномъ, и очевидно исполняютъ сказанное Псалмопѣвцемъ Давидомъ: /с. 31/ Скотъ я былъ предъ Тобою. Пс. 72, 23. Какъ рабочій скотъ, отправляя свою работу, довольствуется пищею только для поддержанія жизни: такъ и любящіе убожество. Обладаніе золотомъ ни за что ставятъ, но только для насущнаго пропитанія отправляютъ тѣлесную работу. Они стоятъ на основаніи вѣры. Къ нимъ-то сказалъ Господь, чтобы они не заботились о завтрешнемъ днѣ, и также: Птицы небесныя ни сѣютъ ни жнутъ, но Отецъ небесный питаетъ ихъ. Мат. 6, 26. Надѣясь на сіи слова, потому самому, что оныя сказалъ Богъ, они смѣло произносятъ сіи слова Писанія: Я вѣровалъ, когда говорилъ. Пс. 115, 1.

И врагъ сильнѣе поражается отъ убогихъ. Онъ не знаетъ, чѣмъ вредить: поелику большую часть печалей и заботъ наноситъ отнятіе имѣнія. Но теперь не знаетъ врагъ, что и дѣлать. Сожечь помѣстья? Но ихъ нѣтъ. Повредить скотъ? Но и его не имѣютъ. Коснуться любезнѣйшаго? Но они и тому приказали долго здравствовать. Не великое ли наказаніе для врага, и не /с. 32/ многоцѣнное ли сокровище для души — убожество?

Сколько убожество велико и славно между добродѣтелями, столько сребролюбіе мерзко и гнусно между пороками. Справедливо сказалъ Божественный Апостолъ, что оно причиною всѣхъ золъ. Корыстолюбіе, клятвопреступленіе, хищеніе, грабительство, любодѣйство, зависть, убійство, братская ненависть, брань, идолопоклонство, любостяжаніе и ихъ отрасли: лицемѣріе, ласкательство, посмѣяніе — все это началомъ своимъ имѣетъ сребролюбіе. По сему Апостолъ справедливо назвалъ сребролюбіе матерію всѣхъ золъ. Не только Богъ наказываетъ сребролюбцевъ, но они сами себя погубляютъ. Нося въ себѣ ненасытное зло не полагаютъ предѣла желаніямъ. Почему рана ихъ неизлѣчима. Кто ничего не имѣетъ, тотъ малаго желаетъ; а кто получилъ малое, тотъ ищетъ большаго. Кто имѣетъ сто златницъ, тому хочется тысячи; а получивъ тысячу простираетъ желанія до безконечности. По сей-то причинѣ не полагающіе себѣ предѣла всегда жа/с. 33/луются на бѣдность. Сребролюбіе всегда носитъ съ собою зависть, которая также убиваетъ сначала господина своего. Такъ какъ эхидны, при рожденіи, умерщвляютъ своихъ матерей прежде, нежели наносятъ вредъ другимъ: подобно и зависть измождаетъ своего господина прежде, нежели онъ станетъ изнурять подобныхъ себѣ.

Великое было бы дѣло, естьли бы мы могли переносить столько трудовъ для пріобрѣтенія истиннаго сребра, сколько тягостныхъ трудовъ переносятъ искатели суетнаго украшенія. Они претерпѣваютъ кораблекрушенія, попадаются на морскихъ разбойниковъ; а на сушѣ встрѣчаются съ грабителями, переносятъ бури и сильные вѣтры; и часто, получая прибыль, говорятъ завистливымъ, что они бѣдны. Но мы для пріобрѣтенія истинной корысти никогда не сражаемся съ такими опасностями. А естьли когда нибудь и получимъ какой нибудь малый прибытокъ, то превозносимъ себя, тщеславимся предъ людьми, и часто разсказываемъ то, чего вовсе не бывало. По сему тотчасъ и ту искру доб/с. 34/ра, которую почитали своею, уноситъ врагъ. Тѣ, много получая прибыли, еще большей желаютъ, и то, что у нихъ есть, ни за что почитаютъ, а домогаются того, чего не имѣютъ. Но мы не хотимъ ничего снискивать, не смотря на то, что не получили никакой добычи, и претерпѣвая величайшую бѣдность, выдаемъ себя за богатыхъ. И такъ хорошо, естьли, дѣлая добро, никому о томъ не говоримъ. Тѣ, которые дѣлаютъ напротивъ, потерпятъ великій ущербъ. Ибо у тѣхъ отнимется и то, что они думаютъ имѣть. Лук. 8, 18.

По сему должно прилагать все стараніе о томъ, чтобы утаевать прибытокъ. Разсказывающіе свои успѣхи въ дѣлахъ должны вмѣстѣ съ оными говорить и о неудачахъ. Естьли они скрываютъ ихъ для того, чтобы не заслужить порицанія отъ слушателей, то тѣмъ болѣе должно оберегаться того, что отчуждаетъ отъ Бога. Добродѣтельные не такъ поступаютъ. Они разсказываютъ и малыя свои согрѣшенія — разсказываютъ и такія, которыхъ не дѣлали, отвергая славу человѣческую. Но дѣла /с. 35/ добрыя скрываютъ для безопасности души. Ибо какъ открытое сокровище уменьшается, такъ и добродѣтель, естьли она открывается и обнародывается, упраздняется. И какъ воскъ таетъ отъ лица огня, такъ и душа растаеваетъ отъ похвалъ и лишается твердости.

Бываетъ опять и противное сему. Естьли теплота растопила воскъ, по холодъ застудитъ его; и естьли похвала отнимаетъ твердость у души, то безславіе и поношеніе поистинѣ приводятъ добродѣтель ея въ большую силу. Ибо сказано: Радуйтесь и веселитесь, когда люди злословятъ васъ неправедно. Мат. 5, 12, 11. И въ другомъ мѣстѣ: Въ скорби распространилъ мя еси. Пс. 4, 2. И еще: Поношеніе чаяше душа моя и страсть. Псал. 68, 21. Можно видѣть въ Свящ. Писаніи и другія безчисленныя подобныя симъ блага, относящіяся къ пользѣ души.

Есть печаль спасительная, и есть печаль пагубная. Дѣло спасительной печали — воздыхать о своихъ согрѣшеніяхъ, о невѣже/с. 36/ствѣ ближняго, заботиться, чтобы не совратить съ надлежащаго пути и достигнуть совершенной доброты. Сіи суть признаки истинной печали. Принимаетъ въ семъ дѣлѣ и врагъ нѣкоторое участіе. Ибо и онъ наводитъ печаль, но которая исполнена безумія, и которую называютъ нѣкоторые уныніемъ. Должно прогонять сего духа, особенно молитвою и Псалмопѣніемъ.

Но мы, сокрушаемыя спасительными заботами, не должны кого нибудь почитать беззаботнымъ въ жизни. Ибо Писаніе говоритъ: Всякая глава въ болѣзнь; и всякое сердце въ печаль. Иса. 1, 5. Духъ Святый въ одномъ изреченіи изобразилъ жизнь монашескую и мірскую. Чрезъ болѣзнь главы означаетъ состояніе отшельническое, такъ какъ умъ живетъ въ головѣ. Ибо сказано: Мудраго очи во главѣ его; Екк. 2, 14. а словомъ болѣзнь показываетъ, что всякая добродѣтель возрастаетъ отъ трудовъ. Напротивъ чрезъ печаль сердца означилъ непостоянную и горестную жизнь мірянъ. Ибо сердце нѣкоторые называли жилищемъ гнѣва и печали. Тамъ незнатные тоску/с. 37/ютъ, завистники чахнутъ, бѣдные жалуются, богатые безумствуютъ, не знаютъ и сна, охраняя свое богатство.

Мы не должны обольщаться мыслію и говорить, что мірскія (жены) живутъ безъ заботы. Естьли сравнить, то, можетъ быть, онѣ болѣе насъ трудятся. Раждаютъ съ болѣзнію и опасностію, отъ питанія млекомъ приходятъ въ изнеможеніе, съ больными дѣтьми сами больны. И это терпятъ, не видя конца страданію. Несовершенны ли по тѣлу дѣти, или худо ведутъ себя — все это мученіе для родителей. Должно знать сіе для того, дабы врагъ не обольстилъ насъ мыслію, будто онѣ проводятъ жизнь спокойную и беззаботную. Ибот, которыя родили, умираютъ отъ трудовъ, а которыя не раждали, такъ какъ безплодныя и бездѣтныя, изсыхаютъ отъ упрековъ.

Это говорю вамъ съ тою цѣлію, дабы быть безопасными отъ непріятеля. Не для всѣхъ приличны сіи слова, но только для тѣхъ, которыя избрали жизнь монашескую. Такъ какъ для животныхъ потребна не од/с. 38/на и таже пища; такъ и для людей не одна и таже рѣчь: ибо сказано, что не должно вливать вина нова въ мѣхи ветхи. Мат. 9, 17. Иначе питаются исполненные созерцанія и мудрости, иначе привкусившіе подвижнической и дѣятельной жизни, иначе міряне, по силамъ творившіе правду. И такъ какъ изъ животныхъ однѣ ходятъ, другія плаваютъ, а иныя летаютъ; равнымъ образомъ и изъ людей одни проводятъ жизнь среднюю, на подобіе земныхъ животныхъ; другіе стремятся въ высоту, какъ птицы; а иные, подобно рыбамъ, покрыты водами пороковъ. Ибо сказано: Утопаю въ глубинѣ водъ, и волны покрываютъ меня. Псал. 68, 3. Таково свойство животныхъ; но мы, какъ орлы крылатые, должны парить въ вышнія страны, презирать льва и дракона и господствовать надъ тѣмъ, кто прежде былъ господиномъ. А это сдѣлаемъ мы тогда, когда посвятимъ Спасителю всѣ наши мысли.

Но чѣмъ на большую возносимся высоту, тѣмъ болѣе врагъ старается уловить насъ въ свои сѣти. И что удивительнаго, естьли /с. 39/ мы имѣемъ противниковъ — мы, стремящіяся къ добродѣтели, когда и въ бездѣлицахъ завидуютъ! На примѣръ, не позволяютъ людямъ вынимать сокровищь, сокрытыхъ въ землѣ. Естьли противятся за пустыя вещи земныя, то не болѣе ли позавидуютъ намъ въ царствіи небесномъ!

И такъ должно вооружаться противу нихъ всѣми образами. Ибо они и со внѣшней стороны подходятъ и съ внутренней нападаютъ. Душа, подобно кораблю, иногда отъ внѣшнихъ волнъ потопляется, иногда отъ внутренняго поврежденія погружается на дно. И мы иногда погибаемъ со стороны внѣшней отъ грѣховъ, приведенныхъ въ дѣйствіе, а иногда отъ внутреннихъ помышленій. По сему мы должны примѣчать и за внѣшними порывами вѣтровъ, и вычерпывать извнутри нечистые помыслы. Должно всегда смотрѣть за ними: ибо они непрестанно возбуждаются. Отъ внѣшнихъ волнъ, естьли корабельщики станутъ просить помощи, могутъ спасти близъ плывущіе корабли; но опасности съ внутренней части корабля часто приходятъ и тогда, когда /с. 40/ мореходцы спятъ и море спокойно — приходятъ, и внезапно предаютъ ихъ смерти.

По сей причинѣ должно весьма строго смотрѣть за помышленіями. Ибо врагъ, желая разрушить душу, на подобіе дома, приготовляетъ ей паденіе, или подкапывая основаніе, или начиная съ кровли, всю ее раззоряетъ; или, вошедъ въ окна, сначала связываетъ хозяина дома, и такимъ образомъ все себѣ покаряетъ. Основаніе суть добрыя дѣла; кровля есть вѣра; окна — чувства. Всякимъ образомъ сражается врагъ. Почему желающій спастись долженъ имѣть много глазъ: потому что мы не имѣемъ здѣсь безопасности. Ибо Писаніе говоритъ: Стоящій да блюдется, да не падетъ. 1 Кор. 10, 12,

Мы плывемъ неизвѣстнымъ путемъ: ибо жизнь нашу Псалмопѣвецъ Давидъ называетъ моремъ. Но въ морѣ, иныя мѣста каменисты, иныя наполнены звѣрями, а нѣкоторыя и безопасны. Мы, кажется, плывемъ по безопасной части моря: но міряне плывутъ по мѣстамъ опаснымъ. Притомъ мы плывемъ днемъ, путеводимые Солнцемъ пра/с. 41/вды, а они плывутъ, сами не зная куда. Однако часто случается, что мірянинъ, застигнутый непогодою и темнотою, спасаетъ свой корабль, естьли проситъ помощи и бодрствуетъ; а мы отъ нерадѣнія утопаемъ и въ тихую погоду, опустивъ кормило правды.

И такъ стоящій да блюдется,да не падетъ. Упавшій имѣетъ одну заботу, чтобы встать; а стоящій долженъ беречься, чтобы не упасть; и паденія сіи различны. Упавшіе, хотя и не стоятъ на ногахъ, однакожъ паденіемъ они не совершенный причиняютъ себѣ вредъ. Но стоящій не долженъ презирать падшаго; а долженъ бояться, чтобы упавъ не погубить себя и не низвергнуться въ глубочайшую бездну. Не можно даже просить и помощи тому, чей голосъ теряется въ глубинѣ рва; ибо говоритъ Праведникъ: Ниже да пожретъ мене глубина, ниже сведетъ о мнѣ ровенникъ устъ своихъ. Пс. 68, 16. Кто упалъ, тотъ лежитъ. Смотри за собою, чтобы и тебѣ не упасть и вмѣстѣ не содѣлаться пищею лютыхъ звѣрей. Упавшій не предостере/с. 42/гается отъ уловленія; но ты ни подъ какимъ видомъ не дремли, но всегда съ умиленіемъ пой сіе божественное изреченіе: Просвѣти очи мои, да не когда усну въ смерть. Пс. 12, 4. Бодрствуй непрестанно, страшась рыкающаго подобно льву.

Настоящія слова я говорю для того, чтобы не превозноситься. Падшій найдетъ спасеніе въ обращеніи и воздыханіи. Но ты, которая стоишь, смотри за собою. Тебѣ предлежитъ двѣ заботы: не обращаться на старое, естьли по нерадѣнію нападетъ на тебя врагъ, и не претыкаться на бѣгу. Ибо врагъ нашъ діаволъ влечетъ на свою сторону или созади, когда увидитъ душу лѣнивую и безпечную; или естьли увидитъ душу прилѣжную и терпѣливо подвизающуюся, то искусно и тайно вкрадывается чрезъ гордость, и такимъ образомъ вконецъ раззоряетъ душу. Эта приманка есть послѣднее и величайшее изъ золъ. Ею діаволъ низвергнутъ, и ею же онъ старается поборать самыхъ мужественныхъ людей.Такъ какъ храбрѣйшіе изъ воиновъ послѣ того, какъ они истратятъ меньшія стрѣлы и /с. 43/ когда противники еще упорствуютъ, поднимаютъ мечь, изъ всѣхъ крѣпчайшее оружіе: такъ и діаволъ, когда употребитъ всѣ первыя стрѣлы, тогда дѣйствуетъ мечемъ гордости, какъ послѣднимъ оружіемъ. А какія были первыя его орудія? Извѣстно, что это были объяденіе, нѣга и любодѣяніе. Ибо сіи вѣтры большею частію дуютъ на юношескій возрастъ. За ними слѣдуетъ сребролюбіе, любостяжаніе и сему подобное. Но бѣдная душа, естьли разорвала сіи сѣти, естьли воздержала чрево и чистотою препобѣдила чувственныя удовольствія, тогда злоумышленникъ, стѣсненный со всѣхъ сторонъ, сообщаетъ душѣ безпорядочное движеніе. Надымаетъ ее, дабы она возносилась предъ братіями самымъ смѣшнымъ образомъ. Это ядъ врага дѣйствительный и смертоносный. Имъ онъ многихъ помрачилъ и умертвилъ: ибо внушаетъ душѣ глупую и губительную мысль. Онъ показываетъ человѣку–подвижнику, будто онъ позналъ то,что для многихъ остается тайною, и что онъ превосходитъ въ пощеніяхъ. Приводитъ ему на память множество его заслугъ, а всѣ согрѣшенія предаетъ забвенію,дабы онъ сталъ /с. 44/ гордиться предъ своими. Вынимаетъ изъ ума всѣ его долги, и сіе дѣлаетъ не для пользы его, но дабы онъ не могъ произносить сихъ спасительныхъ словъ: Тебѣ единому согрѣшихъ. Помилуй мя Господи. Онъ не даетъ ему говорить: Исповѣдаютися Господи всѣмъ сердцемъ моимъ; но такъ какъ самъ сказалъ въ умѣ своемъ: взыду и поставлю престолъ мой; подобно и его занимаетъ первенствами, первозасѣданіями, еще же и ученіемъ и дарованіемъ исцѣленій. Такимъ образомъ обольщенная душа тлѣетъ и погибаетъ, будучи заражена неизцѣльною язвою.

Чтожъ дѣлать при такихъ помышленіяхъ? Всегда носить въ умѣ тѣ Божественныя слова, которыя возглашалъ блаженный Давидъ: Азъ есмь червь, а не человѣкъ. Пс. 21, 7. И что другій говоритъ: Азъ есмь земля и пепелъ; Быт. 18, 27. еще и сіе достопамятное изреченіе Исаіи: Яко же портъ нечистыя, вся правда наша. Ис. 64, 6. Отшельница, естьли придутъ къ ней такія помышленія, пусть идетъ въ обитель. Пусть она принудитъ себя ѣсть по /с. 45/ дважды въ день, естьли чрезмѣрное подвижничество подвергло ее сей болѣзни; а сверстницы должны укорять и поносить ее, какъ несдѣлавшую ничего добраго. Она должна исполнять всякую службу. Должно разсказывать ей и житія святыхъ, особенно заслуживающія того, и сообщницы ея должны на нѣсколько дней усугубить труды подвижничества своего, дабы она, видя высоту добродѣтелей, думала о себѣ менѣе.

Сей болѣзни предшествуетъ еще другое зло, непослушаніе. Но чрезъ противное, т. е. послушаніе, можно излѣчить загнившуюся часть души. Ибо говорится: Послушаніе паче жертвы. 1 Цар. 15, 22.

Для сего должно во время помрачать славу и опять во время хвалить и удивляться. Естьли душа найдется нерадивою, слабою и незаботящеюся о преспѣяніи въ добрѣ, въ такомъ случаѣ должно ее хвалить, и естьли мало что сдѣлаетъ добраго — величать и превозносить. Тяжкіе и несвойственные человѣку грѣхи ея должно представлять ей малыми и ничего не зна/с. 46/чущими. Ибо діаволъ, которому хочется все дѣлать наизворотъ, отъ душъ прилѣжныхъ и любящихъ подвиги старается скрывать содѣянные грѣхи: потому что ему хочется увеличить гордость; а душамъ еще младымъ и неутвержденнымъ выставляетъ предъ очи всѣ согрѣшенія, желая привесть ихъ въ отчаяніе. Одной толкуетъ: тебѣ, блудодѣйцѣ, какое будетъ помилованіе! а другой говоритъ: тебѣ, такой любостяжательницѣ, невозможно получить спасеніе. Сими клеветами возмущенныя души должно успокоивать слѣдующимъ образомъ: имъ должно говорить: Раавъ была блудница, но вѣрою спаслась; Павелъ былъ гонитель, но сдѣлался сосудомъ избраннымъ. Матѳей былъ мытарь, но всякому извѣстна дарованная ему благодать. Разбойникъ грабилъ и убивалъ, но первый отверзъ двери рая. Взирая на сіи примѣры, душа! не отчаявайся въ самой себѣ.

Что касается до тѣхъ, которыми владѣетъ гордость, то для нихъ должно составлять гораздо труднѣйшія лѣкарства. Такой должно говорить: что ты надымаешь/с. 47/ся? Какъ будтобы не ѣшь мяса! Другіе въ глаза не видятъ и рыбы. Естьли ты не пьешь вина, то посмотри, что другіе и масла не употребляютъ. Ты постишься до вечера? Но другіе три дня сряду сидятъ безъ хлѣба. Или много о себѣ думаешь потому, что не моешься? Многіе и по болѣзни тѣла совершенно не умывались. Не потому ли ты себя превозносишь, что спишь на рогожѣ и на шерстяной подстилкѣ? Другіе всегда спятъ на полу. Но хотя бы ты и сіе сдѣлала, то ничего не будетъ удивительнаго. Ибо нѣкоторые и камни клали подъ себя, опасаясь тѣмъ доставить тѣлу удовольствіе; а нѣкоторые и привѣшивали себя на цѣлую ночь. Но естьли ты и это все сдѣлаешь и совершишь самый жестокій подвигъ; и тогда немного мечтай. Ибо демоны гораздо болѣе твоего и дѣлали и дѣлаютъ. Ни ѣдятъ, ни пьютъ, ни посягаютъ, ни спятъ, и притомъ живутъ въ пустыняхъ; а ты и въ пещерѣ живеть идумаешь, будтобы ты что нибудь великое сдѣлала!

Такими средствами и такими убѣжденіями возможно уврачевать противополож/с. 48/ныя болѣзни: отчаяніе и гордость. Какъ сильно раздутый огнь потухаетъ, когда рѣдѣетъ, потухаетъ также и отъ того, когда не будутъ раздувать его: такъ и добродѣтель погасаетъ отъ гордости, погасаетъ и отъ нерадѣнія, когда мы совершенно не приближаемъ себя къ дыханію Святаго Духа. Твердый мечь на наковальнѣ легко сокрушается отъ камня: и строгое подвижничество въ скорое время разсыпается отъ гордости. По сему должно со всѣхъ сторонъ ограждать душу, и жесточайшее подвижничество, палимое огнемъ гордости, переносить въ прохладныя мѣста, и обрѣзывать лишніе сучья, для свѣжести корня.

Но отчаяннаго должно понуждать къ тому, чтобы онъ восходилъ выше. Ибо душа, слишкомъ прилѣпленная къ землѣ, и низка и слаба. И искусные земледѣльцы, естьли увидятъ растѣніе малое по виду и слабое, поливаютъ его щедро, и много прилагаютъ старанія къ тому, чтобы оно возрасло. И когда замѣтятъ, что растѣніе прежде времени обременилось сучьями, тогда лишніе /с. 49/ отрѣзываютъ: ибо, обыкновенно, такіе скоро засыхаютъ. Также и врачи инымъ изъ больныхъ даютъ довольно пищи, и совѣтуютъ прохаживаться, а другихъ удерживаютъ отъ того, и долгое время оставляютъ въ голодѣ.

И такъ ясно, что гордость есть величайшее зло. Сіе доказываетъ и противная ей добродѣтель — смиренномудріе. Трудно ее снискать. Естьли кто не будетъ чуждъ всякой славы, тому невозможно получить сіе сокровище. Такъ велико смиренномудріе, что діаволъ можетъ принимать видъ всѣхъ добродѣтелей, но объ ономъ даже и не знаетъ, что оно такое. Апостолъ, зная силу и крѣпость смиренномудрія, заповѣдуетъ намъ облекаться въ оное и украшаться имъ при всѣхъ благочестивыхъ упражненіяхъ: постишься ли ты, или милосердствуешь, или учишь. Естьли кто мудръ и разуменъ, то и тогда долженъ ограждать себя онымъ какъ неразрушимою стѣною. Пусть перепояшетъ и сосредоточитъ твои добродѣтели смиренномудріе. Видишь и пѣснословіе прехъ Отроковъ; они, ни мало не упомянувъ о прочихъ /с. 50/ добродѣтеляхъ, смиренныхъ сопричислили къ славословящимъ; не сказали о цѣломудренныхъ или милосердыхъ. Какъ невозможно построить корабля безъ кормила: такъ невозможно уготовать спасеніе, естьли не будетъ смиренномудрія.

Поелику смиренномудріе благотворно и спасительно, то Господь, совершая спасеніе людей, облекся въ оное. Ибо говоритъ: Научитеся отъ Мене, яко кротокъ есмь, и смиренъ сердцемъ. Мат. 11, 29. Смотри, кто это говоритъ, и научись совершенно. Да будетъ началомъ и концемъ добродѣтелей твоихъ смиренномудріе. Но Онъ говоритъ о смиренномъ духѣ, а не объ одной наружности. Онъ разумѣетъ внутренняго человѣка, которому будетъ повиноваться и внѣшній. Ты исполнила всѣ заповѣди? Это знаетъ Господь; но Онъ заповѣдуетъ тебѣ снова принять рабство; ибо говоритъ: Когда исполните все повелѣнное вамъ, говорите: мы рабы ничего не стоющіе. Лук. 17, 10.

Смиренномудріе соединено съ поношенія/с. 51/ми, обидами и біеніями. Будемъ смиренномудрены, когда будемъ въ глазахъ всѣхъ, какъ безумныя и глупыя, нищія и убогія, низкія и презрѣнныя, безразсудныя въ дѣлахъ, безсмысленныя въ разговорѣ, безчестныя по виду, слабыя по силамъ. Это существенныя принадлежности смиренномудрія. Это самое слушалъ и претерпѣлъ Господь. Ибо Его называли Самаряниномъ и бѣса имущимъ. Іоа. 8, 48. Онъ принялъ образъ раба. Его заушали и сокрушали ударами. И такъ должно и намъ подражать сему, на самомъ дѣлѣ показанному смиренномудрію. Есть нѣкоторые притворствующіе внѣшнею одеждою, смиряющіе себя и симъ смиреніемъ ищущіе новой славы. Но они познаются изъ плодовъ. Ибо не перенесли оскорбленій людскихъ, но подобно какъ змѣи, тотчасъ изблевали ядъ свой.

Отъ сихъ словъ слушающія приходили въ великій восторгъ. Не насытясь благими яствами, просили еще продолжать. И Блаженная опять имъ говорила: великая предстоитъ брань приближающимся къ Богу. Первые начатки скорбны; но послѣ объем/с. 52/летъ неизъяснимая радость. Какъ желающіе раздуть огонь прежде закуриваются дымомъ и плачутъ, и тогда уже достигаютъ желаемаго; и поелику сказано, что Богъ нашъ есть огнь поядающій: Евр. 12, 29. то и намъ должно возжигать въ самихъ себѣ Божественный огнь со слезами и усиліемъ. Самъ Господь говоритъ, что Онъ пришелъ огонь низвесть на землю. Лук. 12, 49. И нѣкоторые хотя стерпѣли куреніе дыма, но по нерадѣнію не возжгли огня, потому что не было въ нихъ долготерпѣнія, и еще болѣе потому, что ихъ расположеніе къ Божественному было расположеніе слабое и сухое.

Почему любовь есть великое украшеніе. И о ней-то разсуждая, Апостолъ говорилъ, что хотя бы ты раздала все имѣніе, и измучила тѣло, но естьли не имѣешь любви, то ты мѣдь звучащая, или кимвалъ звенящій. 1 Кор. 13, 3. 1. Велика въ добродѣтеляхъ любовь, да великъ же и гнѣвъ между пороками. Помрачая и ожесточая всю душу, онъ дѣлаетъ ее безумною. Но Господь, желая отвсюду оградить насъ безопасностію, /с. 53/ никакъ не сдѣлалъ, чтобы хотя малѣйшая часть души оставалась безъ защиты. Сладострастіе ли возбуждаетъ врагъ: Господь оградилъ насъ цѣломудріемъ. Гордость ли поселяетъ: недалеко смиренномудріе. Вражду ли сѣетъ? Но любовь посреди стоитъ. Сколько бы врагъ ни металъ на насъ стрѣлъ, Господь оградилъ насъ большими оружіями — къ нашему спасенію и посрамленію врага.

Но гнѣвъ есть изъ золъ зло. Ибо сказано: Гнѣвъ человѣка не исполняетъ правды Божіей. Іяко. 1, 20. Должно его удерживать: потому что онъ и полезенъ бываетъ во время. Пристойно гнѣваться и возмущаться противъ демоновъ; но чтобы сильно возмущаться противъ человѣка — это неприлично, хотя бы онъ и согрѣшилъ. Напротивъ, должно его обращать, послѣ того, какъ укротится стремленіе гнѣва.

Однакожъ гнѣвъ есть какъ бы меньшее зло, но злопомнѣніе есть тягчайшее изъ золъ. Гнѣвъ, на короткое время встревоживъ душу, подобно дыму, проходитъ; а злопомнѣніе, будучи вонзено въ душу, дѣлаетъ /с. 54/ ее лютѣе звѣрей. Песъ на кого нибудь озлившійся, естьли приласкать его пищею, оставляетъ гнѣвъ, и прочіе звѣри отъ привычки дѣлаются кроткими и смирными. Но злопамятнаго не трогаютъ ласки, и пища не умягчаетъ его. Самое время, которое все перемѣняетъ, не можетъ излѣчить болѣзни сей. По сему злопамятные изъ всѣхъ нечестивѣйшіе и беззаконнѣйшіе люди. Ибо не повинуются словамъ Христовымъ: Поди прежде, примирись съ братомъ твоимъ; и тогда принеси даръ твой; Мат. 5, 24. и что въ другомъ мѣстѣ сказано: Да не зайдетъ солнце во гнѣвѣ вашемъ. Еф. 4, 26.

И такъ хорошо не гнѣваться. Но естьли бы сіе и случилось, то непозволено тебѣ и дня оставаться въ сей болѣзни. Ибо сказано: Да не зайдетъ солнце. А ты ожидаешь, доколѣ пролетитъ все время твое! Ты не говоришь: Довлѣетъ дневи злоба его. Мат. 6, 54. За что ты ненавидишь оскорбившаго тебя человѣка? Не онъ тебя обидѣлъ, а діаволъ. Сердись на болѣзнь, а не на больнаго. Что хвалишися во злобѣ, сильне? — вамъ это сказалъ Псалмопѣвецъ. /с. 55/ Беззаконіе весь день, т. е. все время жизни твоей. Ты не слушаешь слова Законодателя: Да не зайдетъ солнце во гнѣвѣ вашемъ; но гибель вымышляетъ языкъ твой. Почему Псалмопѣвецъ, исполненный Духа, справедливое произноситъ тебѣ наказаніе: Сего ради Богъ разрушитъ тя до конца и преселитъ тя отъ селенія твоего, и корень твой отъ земли живыхъ. Псал. 51, 3. 4. 7. Вотъ дары злопамятнымъ! Вотъ награда за злопамятство!

По сему должно беречься отъ злопомнѣнія: ибо за нимъ послѣдуютъ многія болѣзни: зависть, крушеніе, злословіе. Зло, отъ нихъ происходящее, смертельно, хотя оно и не велико. Онѣ суть какъ бы меньшія стрѣлы врага. И часто нанесенныя обоюду острымъ мечемъ и большимъ кинжаломъ раны, каковы суть: любодѣяніе, любостяжаніе, убійство исцѣлялись отъ спасительнаго лѣкарства покаянія; но гордость, злопомнѣніе, злословіе, почитаемыя за небольшія стрѣлы, многихъ умертвили, будучи направлены въ главнѣйшіе члены души. Онѣ умерщвляютъ не силою удара, но нерадѣ/с. 56/ніемъ получившихъ рану. Такъ какъ они ни во что вмѣняли злословіе и другіе пороки, то вскорѣ отъ нихъ и погибли.

Злословіе есть тяжкое и убійственное зло. Оно служитъ для нѣкоторыхъ пищею и отдыхомъ. Но ты не слушай пустаго и не будь вмѣстилищемъ чужихъ пороковъ. Береги душу твою отъ всего излишняго. Естьли примешь въ себя смердящую нечистоту рѣчей, то чрезъ помышленія положишь пятна на молитву твою. Ты ненавидишь кого нибудь безъ всякой причины. Наслушавшись безжалостныхъ поносителей, на всѣхъ смотришь косо, подобно глазу, который, насмотрѣвшись прежде на яркій цвѣтъ, послѣ защурясь смотритъ на предметы.

Должно оберегать языкъ и слухъ, дабы не говорить чего нибудь подобнаго и не слушать съ пристрастіемъ. Ибо написано: Да не пріимеши слуха суетна, Исх. 23, 1. и еще: Оклеветающаго тай искренняго своего, сего изгоняхъ; Пс. 100, 5. и также: Яко да не возглаголютъ уста моя дѣлъ /с. 57/ человѣческихъ. Пс. 16, 4. И такъ не надобно вѣрить рѣчамъ, и вмѣстѣ не осуждать тѣхъ, которые говорятъ; но дѣлать и говорить по словамъ Божественнаго Писанія: Азъ же яко глухъ, и яко нѣмъ.

Не должно радоваться несчастію человѣка, хотя бы онъ былъ великій грѣшникъ. Нѣкоторые увидѣвъ, что кого нибудь бьютъ или заключаютъ въ темницу, безразсудно говорили сію мірскую пословицу: кто жестко стелетъ, тому жестко спать. И такъ ты, которая мягко подослала себѣ, думаешь спокойно спать въ жизни? Но что дадимъ въ отвѣтъ тому, который говоритъ, что случай единъ праведному и нечестивому? Екл. 9, 2. Здѣшняя жизнь для всѣхъ одинакова, хотя мы и различны по состоянію.

Не должно ненавидѣть враговъ. Сіе заповѣдалъ намъ Господь своими словами. Онъ говоритъ: не только любите любящихъ васъ: Ибо и грѣшники и мытари тоже дѣлаютъ; но любите и враговъ. Добро не имѣетъ /с. 58/ нужды въ искусствѣ и насиліи, дабы привлечь къ себѣ: оно само собою влечетъ къ любви. Но чтобы худое истребить изъ памяти, для сего потребно Божественное наставленіе и много труда: поелику царствіе небесное восхищаютъ не лѣнивые и беззаботные, но усильные искатели. Мат. 11, 12.

Какъ не должно ненавидѣть враговъ: такъ равно не должно чуждаться и презирать нерадивыхъ и безпечныхъ. Нѣкоторые пользуются симъ изреченіемъ Писанія: Со избраннымъ избранъ будеши и со строптивымъ развратишися. Псал. 17, 27. Потому, они говорятъ, мы убѣгаемъ грѣшниковъ, дабы съ ними не развратиться. Они поступаютъ не такъ, какъ бы надлежало, по невѣжеству души. Духъ Святый повелѣваетъ не развращаться вмѣстѣ съ развратными, но исправлять ихъ развратность. Развратишися, т. е. привлеки его къ себѣ, отъ стезей стропотныхъ обрати на правыя.

Три вида мнѣній касательно жизни человѣческой. Къ первому мнѣнію относится /с. 59/ совершенное развращеніе; ко второму среднее нѣкоторое состояніе, такъ какъ оно къ обоимъ принадлежитъ и въ томъ и другомъ имѣетъ часть. Но третіе мнѣніе, объемлющее высоту созерцанія, не только въ себѣ сосредоточивается, но силится руководить и прочія. Люди развратные, сообщаясь съ развратнѣйшими, приходятъ въ большее и большее развращеніе. Люди средняго состоянія стараются убѣгать распутныхъ, опасаясь того, чтобы имъ опять не перейти на ихъ сторону: ибо они еще младенцы въ добродѣтельной жизни. Но люди третьяго класса, имѣя возмужалый умъ и твердое разсужденіе, живутъ и обращаются вмѣстѣ съ порочными, желая спасти ихъ, не смотря на то, что они терпятъ отъ нихъ: ибо демоны наносятъ много вреда, будучи лишаемы своихъ орудій. Ихъ поносятъ и посторонніе, и тѣ, которые видятъ ихъ обращающимися съ нерадивцами, пересмѣиваютъ ихъ и, какъ симъ подобныхъ, проклинаютъ. А они, слушая ругательства людскія, какъ похвалы, безбоязненно совершаютъ Божественное дѣло. Ибо сказано: Радуйтесь и веселитесь, когда люди бу/с. 60/дутъ злословить васъ неправедно. Мат. 5, 12. 11. Они поступаютъ подобно Господу: ибо Господь ѣлъ съ мытарями и грѣшниками. Сердце ихъ болѣе заботится о братѣ, нежели о нихъ самихъ. Взирая на грѣшниковъ, какъ на горящіе домы, и оставляя свои, они стараются спасти чужія, уже разрушающіяся жилища, и терпѣливо переносятъ огненныя насмѣшки, которыми ихъ осыпаютъ. Люди средняго возраста, естьли видятъ брата въ пламени грѣха, то бѣгутъ прочь, боясь, чтобы и на нихъ не перешелъ огонь. А люди, стоящіе на низкой спепени, уподобляясь злымъ сосѣдамъ, объятыхъ пламенемъ болѣе воспламеняютъ, подкладывая для погибели ихъ вещество — свое развращеніе; и такъ какъ на горящій смоляный корабль вмѣсто воды бросаютъ смолу. Напротивъ добродѣтельные предпочитаютъ спасеніе ихъ собственному имуществу. Это знаки истинной дружбы! Они хранители искренней любви! — Какъ пороки зависятъ одинъ отъ другаго: ибо за любостяжаніемъ послѣдуетъ зависть, лукавство, клятвопреступленіе, гнѣвъ, злопомнѣніе: подобно и добродѣтели зависятъ /с. 61/ отъ любви, и кротость и великодушіе, и терпѣніе и верхъ добродѣтелей — убожество. Никто не можетъ достигнуть любви безъ убожества: ибо Господь заповѣдалъ любить не одного человѣка, но всѣхъ. Слѣдовательно тотъ, кто имѣетъ что нибудь, не долженъ оставлять неимущихъ: иначе у такого похитится даръ любви. Но всѣмъ помочь невозможно для человѣка; это есть дѣло Божіе.

Но скажутъ: «За чѣмъ ты, неимѣя ничего, стараешься о милосердіи, когда оно служитъ тебѣ поводомъ къ стяжанію? Сія заповѣдь относится къ мірянамъ». Но милосердіе предписано не столько для пропитанія бѣдныхъ, сколько для любви. Богъ, который устрояетъ богатаго, питаетъ и нищаго. И такъ напрасно заповѣдано милосердіе? Никакъ. Оно служитъ начаткомъ любви для тѣхъ, которые не имѣютъ оной. Какъ обрѣзаніе законное указывало на обрѣзаніе сердца: такъ и милосердіе указываетъ на любовь. По сему излишне милосердіе для тѣхъ, которымъ дарована любовь благодатію. Я говорю сіе не для того, чтобы /с. 62/ отвлечь отъ милосердія, но дабы показать убожество въ его чистотѣ. И такъ меньшее да не будетъ препятствіемъ большему. Раздавъ все вдругъ, ты сдѣлаешь малое добро. Наконецъ возведи очи твои къ высшему добру — къ любви. Ибо мы Христовы. Мы должны говорить сіи добровольныя слова: Се мы оставихомъ вся, и въ слѣдъ Тебе идохомъ. Мат. 19, 27. Мы удостоились подражать дерзновенію языка Апостольскаго: ибо Петръ и Іоаннъ говорятъ: сребра и злата нѣсть у мене. Дѣян. 3, 4. 6. Два языка, но вѣра одна.

Но и міряне не должны выполнять дѣло милосердія просто и безъ разсужденія. Ибо сказано: Елей грѣшныхъ да не намаститъ главы моея. Пс. 140, 5. И такъ должно, чтобы милосердствующій имѣлъ благоразуміе Авраама, и дѣлалъ правду такъ, какъ онъ дѣлалъ. Праведный, принимая странныхъ, вмѣстѣ съ предложеніемъ трапезы, предписывалъ себѣ и законъ. Онъ самъ прислуживалъ, не желая того, чтобы слуги были участниками въ его корысти. Поистинѣ, таковые получатъ мзду за милосердіе, /с. 63/ хотя они стоятъ и во второмъ разрядѣ. Господь, создавъ вселенную, поставилъ на ней два рода обитателей. Однимъ, живущимъ въ чистотѣ, учредилъ бракъ для дѣторожденія; а другимъ для цѣломудреннѣйшей жизни опредѣлилъ дѣвственность, дѣлая ихъ равно-ангельными. Однимъ далъ законы и наказанія и наставленія, а другимъ говоритъ: Мнѣ отмщеніе, Азъ воздамъ, глаголетъ Господь. Рим. 12, 19. Въ одномъ случаѣ говоритъ: Дѣлай землю; Быт. 3, 23. въ другомъ случаѣ приказываетъ: Не пецытеся на утрей. Мат. 6, 34. Тѣмъ положилъ законъ; а насъ благодатію самъ научилъ заповѣдямъ.

Побѣдное знамя наше есть крестъ. Ибо званіе наше не что иное есть, какъ отреченіе отъ жизни и помышленіе о смерти. Такъ какъ мертвые не дѣйствуютъ тѣломъ: подобно и мы. А что посредствомъ его должно было сдѣлать, мы то сдѣлали, когда были младенцы: поелику Апостолъ говоритъ: Мнѣ міръ распяся, и азъ міру. Гал. 6, 14. Станемъ жить душею. Въ ней покажемъ добродѣтели. Будемъ милосерд/с. 64/ствовать мыслію. Блажени милостивіи душею. Какъ въ одномъ случаѣ говорится, что вожделѣвшій красоты и безъ дѣла совершилъ грѣхъ на единѣ: равнымъ образомъ и здѣсь сильна милостыня. Мысль совершаетъ дѣло, хотя и нѣтъ сребра. Мы удостоены большей чести.

Какъ мірскіе вельможи поручаютъ слугамъ различныя должности: иныхъ отсылаютъ въ деревни для воздѣлыванія земель и распространенія своего рода; а дѣтей ихъ, естьли найдутъ ихъ хорошими и особенно красивыми, переводятъ въ собственные домы для служенія себѣ. Такъ и Господь, вступившихъ въ честный бракъ поставляетъ въ странѣ міра; а лучшихъ дѣтей ихъ, которыя удостоились особенно счастливаго предъизбранія, поставляетъ на служеніе Себѣ. Онѣ свободны отъ всѣхъ мірскихъ упражненій: поелику удостоились Господней трапезы. Не заботятся объ одѣяніи: ибо облеклись во Христа.

Надъ сими двумя состояніями одинъ Господинъ — Христосъ. Такъ какъ изъ одного /с. 65/ хлѣба бываетъ и мякина и сѣмя: равно отъ одного происходятъ Господа какъ честно живущіе въ мірѣ, такъ и избравшіе отшельническую жизнь. Въ томъ и другомъ состояніи есть нужда въ листьяхъ для сбереженія и пользы сѣмени; но плодъ необходимо должно произращать: ибо онъ есть начало всего. Какъ не можетъ трава и сѣмя расти въ одно время: такъ невозможно произрастить небесный плодъ, естьли мірская слава окружаетъ насъ. Когда листья спадутъ и стебель засохнетъ, тогда колосъ поспѣлъ къ жатвѣ. И мы возможемъ произрасти сѣмя спасенія, когда намѣсто листьевъ отторгнемъ земную суетность, когда на подобіе стебля изсушимъ тѣло свое и возвысимъ умъ нашъ.

Тому, кто самъ не испыталъ дѣятельной жизни, опасно приниматься за наученіе. Естьли бы кто, имѣя домъ близкій къ паденію, принялъ странныхъ; то паденіемъ дома причинилъ бы имъ пагубу: подобно и сіи, прежде не устроивъ себя совершенно, вмѣстѣ съ собою погубили и тѣхъ, которые пришли къ нимъ. Словами /с. 66/ они призывали ко спасенію; но развращеніемъ нрава болѣе повредили пріобщившимся къ нимъ. Голый составъ словъ подобенъ картинамъ, которыя пишутся линючими красками, и которыя въ самое короткое время изглаждаются дыханіемъ вѣтровъ и дождевыми каплями. Напротивъ, ученія, соединеннаго съ дѣятельностію, не можетъ изгладить ни цѣлый вѣкъ. Ибо орудіе слова, вырѣзывая камень души, представляетъ очамъ вѣрныхъ истинное изображеніе Христа.

По сему и намъ должно стараться о обновленіи своей души не наружномъ, не обманчивомъ; но украшать ее всю всѣмъ, обращая особенное вниманіе на внутренность. Мы остригли волосы. Снимемъ съ себя и шелуди, облѣпившіе голову. Естьли они будутъ распространяться, то нанесутъ намъ много боли. Волосы наши были: мірское украшеніе, чести, слава, имѣнія, блистательные наряды, омовенія, сладкія яствы. Мы, кажется, это оставили. Но наипаче снимемъ съ себя душепагубные шелуди. Какіе это шелуди? Худые помыслы, злословіе, клятвопреступленіе, любостяжаніе; а голова /с. 67/ есть душа наша. Доколѣ скоты скрывались въ густотѣ мірскихъ предметовъ, дотолѣ они были непримѣтны. Но теперь, когда ихъ обнажили, они для всѣхъ стали явны. Такъ въ дѣвственницѣ или монахѣ примѣтны самомалѣйшіе грѣхи, подобно какъ въ чистомъ домѣ появившееся животное для всѣхъ бываетъ примѣтно, хотя бы оно было самомалѣйшее. Но у мірянъ, такъ какъ въ нечистыхъ лачугахъ, скрытно засѣдаютъ величайшія изъ ядовитыхъ животныхъ, будучи покрыты кучами нечистотъ. Посему должно намъ непрестанно вычищать домъ, и осматривать, не засѣдаетъ ли какое нибудь ядовитое животное во внутреннихъ покояхъ души, и окуривать мѣста Божественнымъ ѳѵміамомъ — молитвою. Какъ сильнѣйшія лѣкарства выгоняютъ ядовитыхъ животныхъ: такъ молитва и постъ изгоняютъ нечистые помыслы. Одинъ изъ душепагубныхъ звѣрей есть и по, чтобы увлекаться допускающими судьбу, которую иначе называютъ рожденіемъ. И это также есть сильнѣйшій ударъ діавола. Уму прилѣжныхъ душъ онъ часто представитъ только пагубную мечту и отбѣгаетъ. Но надъ /с. 68/ людьми нерадивыми и господствуетъ. Никто изъ добродѣтельныхъ не вѣритъ и не допускаетъ сіе глупое и ложное ученіе. Но Бога полагаетъ началомъ всякаго добра, какое было и есть; а собственный разумъ поставляетъ начальникомъ и судіею какъ добродѣтели, такъ и порока. Тѣ, кои отъ нерадѣнія и безпечности подверглись слѣдствіямъ неосмотрительности, тотчасъ прибѣгаютъ къ сему демону — какъ дѣти, вышедшія изъ порядка, которыя не стерпѣвъ полезнаго наказанія родителей и убѣжавъ, ищутъ мѣстъ пустынныхъ, и попадаются на страшныхъ и дикихъ демоновъ. Стыдясь признать разумъ причиною своихъ дѣлъ, они ссылаются на небылицу.

Кромѣ того, потерявшіе страхъ Божій, приписываютъ рожденію свободныя дѣйствія. Любодѣйцы и воры, любостяжаніемъ страждущіе и уныніемъ одержимые, уклонили дѣла свои отъ истины. Конецъ ихъ стремленія есть пагубное для нихъ отчаяніе. Ибо, безъ сомнѣнія, таковыми разсужденіями они опровергаютъ Бога и также судъ. Поелику, говоритъ, мнѣ суж/с. 69/дено быть любодѣемъ и любостяжателемъ, то судъ излишенъ. По тому что справедливо наказаніе послѣдуетъ за произвольными грѣхами. Но дѣйствіе необходимое, происходящее отъ нѣкотораго начала, дѣлаетъ безвиннымъ того, кто совершилъ оное. Симъ самымъ судъ уничтожается.

Послушайте, какимъ образомъ и Божество отвергается ими. Они скажутъ, что Оно существуетъ или прежде, или послѣ, или одновременно вымыслу ихъ. Когда скажутъ, что Богъ прежде былъ, то необходимо слѣдуетъ, что отъ Него все произошло. И поелику Онъ живетъ во всемъ, по сему Онъ есть Господь и судьбы. Естьли любостяжатель или блудодѣй по рожденію, то Богъ, будучи причиною рожденія, есть причина и зла, что нелѣпо. Когда же они скажутъ, что Божество существуетъ послѣ; то Оно должно быть подчинено прежде существующему. И что пожелаетъ предшествующее; тому необходимо повинуется и то, что слѣдуетъ за нимъ. И Богъ опять останется у нихъ виновникомъ зла, что преступно. Естьли они назовутъ Его и со/с. 70/вѣчнымъ, то, конечно, выдетъ между ними противорѣчіе, по причинѣ противоположности ихъ естествъ. Сіи разсужденія до основанія разрушаютъ безразсудное ихъ мнѣніе. О нихъ-то сказано въ Писаніи: Рече безуменъ въ сердцѣ своемъ: нѣсть Богъ. И еще: Неправду въ высоту глаголаша. Пс. 13, 1. 72, 8.

Они вымышляютъ себѣ извиненія во грѣхахъ. Снимаютъ верхушки съ завѣтовъ Писанія, будучи слѣпы и желая найти въ нихъ оправданіе своему безумію. И во первыхъ, словами Евангелія силятся вылить ядъ свой. Сказано: Іисусъ Христово рождество сице бѣ. Мат. 1, 18. Рождество Его — это слова Божественнаго Писанія. Но рожденіе Его означено и по той причинѣ, что Онъ родился для спасенія людей. Естьли они и о звѣздѣ что нибудь ложно думаютъ, то и отсюда должны познать славное Его пришествіе. Одна звѣзда — свѣтлѣйшая проповѣдовала намъ истину; а ихъ безумная мысль допускаетъ многія звѣзды, и ихъ вліяніе на человѣческое рожденіе. Изъ сего явствуетъ, что это зло со всѣхъ сторонъ /с. 71/ себѣ противорѣчитъ. Они также приводятъ Исаію во свидѣтельство своего безумія. Говорятъ: вотъ что сказано: Господь творяй миръ, и зиждяй злая. 45, 7. Всѣ согласны въ томъ, что миръ есть дѣло Божіе. Что касается до зла, т. е. зла души, то оно по истинѣ въ нихъ обитаетъ. Но зло, которое происходитъ отъ Бога, по нашему мнѣнію, есть зло наиполезнѣйшее: ибо для спасенія души и укрощенія плоти бываютъ заразы и наводненія, болѣзни и бѣдность и другія какія нибудь несчастія. Это спасительныя лѣкарства для души порочной, и несправедливо почитаютъ ихъ за зло. Онѣ посылаются намъ отъ Бога для обращенія. Ибо есть ли какой сынъ, котораго бы не наказывалъ отецъ? Евр. 12, 7. Но они приводятъ еще и сіи слова: Нѣсть человѣку путь его — Іер. 10, 23. — приводятъ, подобно какъ и прежде, для опроверженія себя. Ибо, не зная путей, хотятъ изслѣдовать пути. Нѣтъ пути ни въ любостяжаніи, ни въ объяденіи, ни въ любодѣяніи. Онѣ не имѣютъ основанія, а остаются сами по себѣ. И ихъ-то они называютъ путями! Но Свящ. Писаніе показываетъ /с. 72/ для всѣхъ общіе здѣсь пути: жизнь и смерть. По истинѣ онѣ суть пути; одинъ ко вступленію въ сей міръ, другій къ перехожденію отъ сихъ чувственныхъ вещей.

А все сіе дѣлаютъ злые демоны для того, дабы лишить себя свободной воли; и прилагаютъ столько старанія для того, чтобы промѣнять свободу на рабство. Таково свойство порока, что онъ всегда влечется къ худшему. Тѣ сами себѣ свидѣтели, которые предались сему злу. И подлинно, оно есть коварное изобрѣтеніе діавола. Нелѣпымъ мнѣніемъ онъ преклоняетъ къ землѣ нерадивыя души, не позволяя имъ возвести очей своихъ для усмотрѣнія истины. Какъ корабль, плывущій безъ кормила, всегда обуревается; подобно и имъ предлежитъ опасность со всѣхъ сторонъ. Оставивъ кормчаго — Господа, они не могутъ пристать къ спасительному берегу. Такъ обольщаетъ врагъ преданныя ему души! Но онъ часто и бдительнымъ душамъ подставляетъ сіи сѣти, желая пресѣчь имъ путь добродѣтели. Онъ влагаетъ въ мысль, что и добрыя дѣла зависятъ отъ движенія планетъ. Сей /с. 73/ помыслъ раждаетъ онъ въ тѣхъ, которые отъ мірской мудрости перешли въ монашескую жизнь. Діаволъ, искусившійся во злѣ, ставитъ клѣтки, смотря по состоянію людей. Иныхъ приводитъ въ отчаяніе; иныхъ манитъ тщеславіемъ; другихъ низвергаетъ любостяжаніемъ, и какъ смертоносный врагъ подаетъ людямъ яды. У одного повреждаетъ печень, предлагая ему ядотворное лѣкарство пожеланія; у другаго уязвляетъ сердце, возбуждая духъ его ко гнѣву; а у нѣкоторыхъ притупляетъ силу духа, или покрывая ихъ невѣдѣніемъ, или терзая излишнею заботливостію.

И дѣйствительно, нѣкоторыхъ погубилъ ненадлежащими изысканіями. Они восхотѣли обнять Бога и Его существо, и потерялись. Не умѣя управлять дѣятельною жизнію, какъ должно, они направили путь къ области созерцанія, и, закружившись, погрязли въ пучинѣ. Не уразумѣвъ по чередѣ перваго, они ошиблись во второмъ. Ибо выучивающіе начальную букву А сначала смотрятъ на ея очертаніе, потомъ затверживаютъ имя, и такимъ образомъ учат/с. 74/ся складывать, и наконецъ разбирать ударенія. И такъ, естьли начальное А требуетъ такого времени и такой науки; то не паче ли должны предшествовать трудъ и время въ познаніи Творца, въ созерцаніи Его неизреченной славы? Пусть никто не берется познавать Божественное, при руководствѣ внѣшнихъ наукъ. Таковый обманываетъ самаго себя, будучи прельщаемъ отъ діавола. Псалмопѣвецъ говоритъ: Изъ устъ младенецъ и ссущихъ совершилъ еси хвалу. Пс. 8, 3. И Самъ Господь сказалъ въ Евангеліи: Оставите дѣтей приходити ко Мнѣ: таковыхъ бо есть царство небесное. Лук. 18, 16. Мат. 19, 14. И въ другомъ мѣстѣ: Аще не будете, яко дѣти сіи. Мат. 18, 3. Ты мудръ для міра; будь глупъ для Господа. Выдерни старое, дабы насадить новое. Разрушь непрочныя основанія, дабы положить основаніе Господа, твердое какъ адамантъ, дабы и ты, какъ Апостолъ, утвержденъ былъ на твердомъ камнѣ. Не должно быть любопрительнымъ, дабы отъ многоглаголанія слишкомъ не развлечься. Діаволъ и безвременною словоохотливостію можетъ вредить. У него много ловушекъ: ибо онъ /с. 75/ искусный ловчій. Для маленькихъ воробушковъ кладетъ маленькія силочки; а для большихъ птицъ большія разставляетъ сѣти. Страшная то и смертоносная сѣть — признавать рожденіе. Должно уклоняться отъ такой мысли. Но онъ склоняетъ тебя самыми дѣлами и предсказаніями? Это догадка, нетвердая мысль. То, что они говорятъ, не сопровождается необходимымъ исполненіемъ. Такъ какъ обыкновенно люди простые и мореходцы, смотря на облака, невѣрно догадываются о вѣтрахъ или дождяхъ: подобно и они получаютъ отъ демоновъ слабое предузнаніе. Нѣчто и они гадаютъ, какъ чревобасники. Но это самое могло бы болѣе разрушить безрасудное ихъ мнѣніе. Ибо естьли демоны сплетаютъ сію догадочную ложь, то суетно искусство дѣлающихъ примѣты!

Естьли же врагъ не перестаетъ защищать истину того же самаго; то обличить его во лжи тѣмъ, что въ другое время онъ другими помыслами возмущаетъ душу. И такъ сія мысль непостоянная, нетвердая; а что нетвердо, то близко къ /с. 76/ разрушенію. Но діаволъ не довольствуется первою своею злобою, а внушаетъ душѣ и случай, и обрѣзываетъ цвѣтъ естества, умъ нашъ; внушаетъ, что вмѣстѣ съ разрушеніемъ тѣла уничтожится и душа. А сіе дѣлаетъ для того, дабы погубить душу нерадѣніемъ. Но когда найдутъ сіи призрачныя представленія; то не должно принимать ихъ за истинныя. Ибо онѣ сами открываютъ свою ложь, когда въ иное время являются подъ другимъ какимъ нибудь видомъ, и во мгновеніе ока изчезаютъ. И дѣйствительно, я знала одного раба Божія, живущаго по правиламъ добродѣтели, который, сидя въ келліи своей, наблюдалъ за приходомъ мыслей, и считалъ, какая первая, какая вторая, сколько времени оставалась каждая изъ нихъ, послѣ ли она пришла или прежде прошедшаго дня. Такимъ образомъ онъ ясно различалъ какъ благодать Божію, такъ и собственное терпѣніе и силу, и также низложеніе врага.

По сему должно и намъ принять сіи правила, и сохранять оныя. Ибо естьли занимающіеся торговлею временныхъ вещей /с. 77/ каждый день считаютъ доходы, и съ радостію получаютъ прибыль, а убытковъ боятся: то тѣмъ болѣе должны бояться тѣ, которые торгуютъ истиннымъ сокровищемъ; должны желать большихъ благъ; а естьли врагъ и учинитъ какое нибудь малое похищеніе, то, хотя и трудно переносить возмущеніе, не отчаяваться въ себѣ, и чрезъ непроизвольное паденіе не оставлять всего. Ты имѣеть девяносто девять овецъ; ищи и погибшую, дабы тебѣ не сокрушаться объ одной, не оставить Господа, и чтобъ кровожадный діаволъ не захватилъ и не расхитилъ всего стада твоихъ дѣлъ. И такъ не оставляй твоего мѣста ради одной. Благъ Господь; ибо Онъ говоритъ чрезъ Псалмопѣвца: Егда падетъ, не разбіется, яко Господь подкрѣпляетъ руку его. Пс. 36, 24.

Естьли мы что нибудь сдѣлаемъ здѣсь, и получимъ какую прибыль; будемъ то почитать малымъ въ сравненіи съ будущимъ богатствомъ. Мы живемъ на сей землѣ, какъ во второй утробѣ матерней. Такъ какъ въ семъ мрачномъ гробѣ не такую вели жизнь: /с. 78/ ибо тамъ не употребляли такой твердой пищи, какую употребляемъ нынѣ, не могли дѣйствовать такъ, какъ здѣсь; потому что мы были внѣ солнечнаго сіянія и всякаго свѣта; и какъ, находясь въ семъ тѣсномъ жилищѣ, не имѣли многаго изъ того, что имѣемъ здѣсь: подобно и въ нынѣшнемъ мірѣ мы претерпѣваемъ лишеніе въ сравненіи съ царствіемъ небеснымъ. Мы вкусили яствъ земныхъ: возжелаемъ небесныхъ; насладились здѣшнимъ свѣтомъ: возжелаемъ Солнца правды. Вышній Іерусалимъ будемъ почитать за градъ свой и матерь свою, и Бога будемъ называть отцемъ своимъ. Поживемъ цѣломудренно, дабы наслѣдовать жизнь вѣчную.

Такъ какъ младенцы отъ скудной пищи и жизни возросшіе во чревѣ матери, отъ сего самаго переходятъ къ большему возрастанію: подобно и праведные отъ мірской жизни переходятъ на высшій путь, по писанному: Пойдутъ отъ силы въ силу. Пс. 83, 8. Но грѣшные, какъ младенцы, скончавшіеся въ чревѣ, переходятъ изъ мрака во мракъ. Они умираютъ на землѣ, бу/с. 79/дучи покрыты множествомъ пороковъ, а по окончаніи жизни низвергаются въ темныя и преисподнія мѣста. Мы раждаемся въ жизни три раза. Раждаемся въ первый разъ, когда изъ земли переходимъ на землю. Прочія два рожденія возводятъ насъ отъ земли на небо. Одно изъ нихъ совершается благодатію посредствомъ Божественной бани. Справедливо называемъ оное пакибытіемъ. Но третіе рожденіе совершается покаяніемъ и благими трудами. Сіе-то есть наше рожденіе.

Приступая къ истинному Жениху должны украситься лучше. Возмемъ себѣ за образецъ мірскій бракъ. Естьли мірскія жены, сочетаваясь съ мужемъ, котораго легко привлечь, такъ много заботятся объ умовеніяхъ, о благовонныхъ мазяхъ и различномъ убранствѣ: ибо думаютъ, что чрезъ сіе онѣ сдѣлаютъ себя болѣе привлекательными; естьли такое благолѣпіе у тѣхъ, которыя живутъ по плоти: то тѣмъ болѣе мы, обрученныя небесному Жениху, должны превосходить ихъ въ намѣреніи; — должны омывать скверну грѣховъ многотруднымъ под/с. 80/вижничествомъ, и одежды тѣлесныя перемѣнять на духовныя. Онѣ укратаютъ тѣло свое земными цвѣтами; а мы украсимъ добродѣтелями душу свою, и вмѣсто многоцѣнныхъ камней возложимъ на главу тройственный вѣнецъ — вѣру, надежду и любовь. А шею перевяжемъ для красоты драгоцѣннымъ ожерельемъ — смиренномудріемъ. Вмѣсто пояса препояшемся цѣломудріемъ. Убожество да будетъ у насъ свѣтлыми тканными одеждами. На пирѣ предложимъ нетлѣнныя пищи — молитвы и пѣнія. Но, какъ говоритъ Апостолъ, не только двигай языкъ, но и духомъ уразумѣвай то, что говоришь. Ибо часто уста говорятъ другое; а сердще занимается помышленіями. Должно смотрѣть, чтобы приступая къ Божественному браку, мы не имѣли скудости въ добродѣтеляхъ. Ибо Женихъ возненавидитъ насъ и вовсе не приметъ, естьли не получитъ обѣщаннаго. А въ чемъ состоятъ обѣщанія? Въ томъ, чтобы менѣе заботиться о тѣлѣ, а болѣе напитывать душу. Вотъ какіе договоры съ Нимъ!

Какъ не можно за одинъ разъ вытянуть /с. 81/ два ведра, наполненныхъ водою: ибо посредствомъ обращающаго колеса одно, пустое, опускается внизъ; а другое, наполненное, поднимается вверхъ: тоже самое бываетъ и съ нами. Когда мы приложимъ все стараніе о душѣ; тогда исполненная благими дѣлами она возвышается, стремясь къ горнему; а тѣло наше, содѣлавшееся отъ подвижничества легкимъ, не обременяетъ управляющей силы. И сіе свидѣтельствуетъ Апостолъ, когда говоритъ: Сколько внѣшній нашъ человѣкъ тлѣетъ, столько внутренній обновляется. 2 Кор. 4, 16.

Ты живеть въ монастырѣ? Не перемѣни мѣста. Какъ насѣдка, оставляющая свои яйца, сохраняетъ ихъ въ свѣжести и дѣлаетъ неплодными: такъ и дѣвица или монахъ становится хладнымъ и мертвымъ въ вѣрѣ, переходя съ мѣста на мѣсто.

Да не обольститъ тебя наслажденіе мірскихъ богачей, и не подумай, что съ удовольствіемъ соединена какая нибудь польза. Они за дорого ставятъ искусство поваровъ; а ты пощеніемъ и скудными пищами пре/с. 82/взойди изобиліе яствъ ихъ. Ибо сказано: Душа въ сытости сущи сотамъ ругается. Прит. 27, 7. Не пресыться хлѣбомъ и не возжелай вина.

У врага при главныхъ источника, изъ которыхъ проистекаетъ всякое зло: пожеланіе, удовольствіе, печаль. Одно зависитъ отъ другаго, и одно за другимъ слѣдуетъ. Возможно нѣсколько умѣрять удовольствіе, но пожеланіе никакъ. Удовольствіемъ нѣжится тѣло; но пожеланіе зачинается въ душѣ; а печаль слагается изъ того и другаго. И такъ не позволяй дѣйствовать пожеланію; разгони и прочее. Естьли же допустить возникнуть первому, то оно возбудитъ второе, и, дѣлая между собою кругообращательную перемѣну, онѣ никогда не дадутъ покоя душѣ. Ибо написано: Не дай водѣ исхода.

Не все всѣмъ свойственно. Каждый по собственному расположенію долженъ назидать себя. Однимъ прилично жить въ монастырѣ; другимъ полезно удаляться въ уединеніе. Такъ какъ изъ растѣній — однѣ цвѣ/с. 83/тутъ лучше на мокрыхъ мѣстахъ; а другія цѣлѣе на мѣстахъ сухихъ: равно и изъ людей — одни успѣваютъ на высокихъ мѣстахъ; а другіе безопаснѣе на мѣстахъ низшихъ. Многіе спаслись и въ городѣ, живя по пустынному; а многіе и на горѣ погубили себя, дѣлая людское. Ибо можно, обращаясь со многими, уединяться мыслію, и будучи въ уединеніи, мыслію обращаться со многими.

У врага много жалъ. Бѣдностію не подвигнулъ душу? Богатство употребляетъ для приманки. Поношеніями и ругательствами не пересилилъ? Похвалами и славою осыпаетъ. Здравіемъ побѣжденъ? Наноситъ болѣзнь тѣлу. Не могши прельстить удовольствіями, непроизвольными скорбями старается отклонить душу, безъ охоты и безъ доброй воли ея. Наводитъ жесточайшія болѣзни, дабы чрезъ сіе самое сдѣлать ихъ лѣнивыми и ослабить ихъ любовь къ Богу. Но естьли сокрушается тѣло и жжется сильнѣйшими лихорадками и еще мучится непомѣрною жаждою, буде ты во грѣхахъ, то вспомни о будущемъ мученіи, о наказаніи суда и не оставайся тогда безъ дѣла. Ра/с. 84/дуйся, что посѣтилъ тебя Господь, и сіе изреченіе носи на языкѣ: Наказать наказалъ меня Господь, но смерти не предалъ меня. Пс. 117, 18. Ты желѣзо; но огонь отнимаетъ ржавчину. Естьли же ты и подъ благодатію, но находишься въ немощи, по отъ великаго къ большему простираешься. Ты золото: но отъ огня дѣлаешься чище. Въ плоти данъ тебѣ ангелъ сатаны. Торжествуй! Смотри, кому ты уподобляеться! Это даръ Павловъ! Горячки очистятъ, лихорадки научатъ. Но Писаніе говоритъ: Мы вошли въ огонь и воду. Пс. 65, 12. Послѣ готовится прохлада. Естьли получено первое, то ожидай втораго. Труждаясь восклицай слова Святаго Давида. Онъ говоритъ: Я нищъ и бѣденъ и стражду. Пс. 68, 30. Чрезъ сію троицу будешь совершеннѣе. Ибо говоритъ: Въ скорби распространилъ мя еси. Пс. 4, 2. Сими бореніями пріобучимъ души: поелику всегда будемъ имѣть предъ глазами противника.

Не станемъ печалиться душою, что чрезъ слабость и болѣзнь тѣла не въ силахъ будемъ стоять на молитвѣ или пѣть голо/с. 85/сомъ. Все это споспѣтествуетъ намъ къ истребленію пожеланій: ибо пощенія и долулежанія предписаны намъ по причинѣ гнусныхъ въ насъ удовольствій. Итакъ, естьли тяготитъ болѣзнь, то излишенъ трудъ. И что я говорю: излишенъ? Отъ болѣзни, такъ какъ отъ лучшаго и дѣйствительнѣйшаго лѣкарства засыпаютъ пагубныя страсти. И то уже есть великій подвигъ, чтобы въ болѣзняхъ быть твердымъ, и возсылать къ Богу благодарственныя молитвы. Мы лишаемся очей. Не будемъ печалиться. Хотя мы и потеряли ненасытныя орудія, однако очами внутренними созерцаемъ славу Божію. Лишились слуха. Будемъ благодарить за то, что во все не станемъ слушать пустыхъ рѣчей. Не дѣйствуютъ руки. Но у насъ есть руки внутреннія, готовыя на брань со врагами. Все тѣло страждетъ болѣзнію. Такъ умножается здравіе внутренняго человѣка.

Живя въ монастырѣ, покажемъ болѣе послушанія, нежели подвижничества. Сіе вдыхаетъ гордость, а то научаетъ смиренномудрію. Напрягаетъ и врагъ подвижничес/с. 86/тво: ибо и его ученики подвизаются. И такъ, какимъ образомъ отличимъ подвижничество Божественное и царское отъ тиранскаго и демонскаго? Извѣстно, умѣренностію. Во все время да будетъ у тебя одно правило относительно поста. Постись не четыре или пять дней, такъ чтобы послѣ отъ множества пищи потерять силу. Это удовольствіе для врага. Не употреби за одинъ разъ всѣхъ оружій, дабы не остаться безоружною на сраженіи и не сдѣлаться удобоприступною. Оружіе наше есть тѣло; а душа воинъ. Старайся о томъ и о другомъ для ихъ пользы. Молодъ ли кто и здоровъ, постись. Ибо придетъ старость со слабостію. Естьли кто слабъ, умножь пищу, дабы не быть безсильнымъ. Постись съ умомъ и осмотрительностію. Смотри, чтобы врагъ не вкрался въ торговлю твоего поста. Думаю, что, можетъ быть, Господь сказалъ о семъ: Будьте хорошими купцами, т. е. твердо знайте монету царскую: ибо есть и ложныя монеты. Хотя сущность золота одна и таже, но различествуетъ начертаніемъ. Дѣйствительно, золото есть: постъ, воздержаніе, милосердіе; но и язы/с. 87/ческіе сыны начертываютъ на нихъ тиранское свое изображеніе, и всѣ еретики хвалятся ими. Должно разглядывать ихъ и опасаться, какъ ложныхъ монетъ. Смотри, чтобы по неопытности тебѣ не понести вреда. И такъ прими безъ опасенія Крестъ Господень, на коемъ начертаны добродѣтели, т. е. прими правую вѣру съ добрыми дѣлами.

Должно намъ со всѣмъ искусствомъ управлять душею, и живя въ обители, не искать собственнаго и не угождать своей волѣ, но повиноваться матери по вѣрѣ. Мы сослали себя въ ссылку, т. е. стали внѣ предѣловъ міра. И такъ мы изгнанники; не будемъ же искать прежняго. Тамъ мы имѣли славу, здѣсь безславіе; тамъ изобиліе яствъ, а тутъ и въ хлѣбѣ недостатокъ. Въ мірѣ виновные и не хотя заключаются въ темницу; а мы за преступленія свои сами себя заключимъ подъ стражу, дабы свободное разположеніе избавило насъ отъ будущаго наказанія.

Ты постишься? не пожалуйся на болѣзнь: /с. 88/ ибо и непостящіеся подвергались тѣмъ же болѣзнямъ. Начинаешь доброе дѣло? не отставай: врагъ хочетъ тебѣ воспрепятствовать, но постоянство твое разрушитъ его успѣхъ. Какъ мореходцы, пускающіеся въ плаваніе, хотя сначала пользуются благополучнымъ вѣтромъ, когда распускаютъ паруса, однако поднимается опять противный вѣтръ; не смотря на то мореплаватели, по причинѣ случившагося вѣтра, не выгружаютъ корабля, но послѣ краткаго отдохновенія, или даже сраженія съ бурею, плывутъ далѣе: равно и мы, когда подуетъ противный вѣтръ, то распростерши вмѣсто паруса Крестъ, будемъ безбоязненно совершать плаваніе.

Вотъ наставленіе славной, и всѣми добродѣтелями украшенной, Синклитикіи. И это болѣе дѣла, нежели слова. Много и другаго великаго она открыла для пользы слушателей и зрителей. Она сдѣлала такъ много добра, что человѣческій языкъ сказать не можетъ.

Но доброненавистникъ діаволъ, не терпя /с. 89/ такого обилія благъ, крушился и размышлялъ съ собою, какимъ бы образомъ разрушить благотворное начало. Наконецъ вызываетъ мужественнѣйшую дѣву на рѣшительное сраженіе. И движимый злобою, такою платитъ местію, что не началъ удара со внѣшнихъ членовъ, но коснувшись внутреннихъ, нанесъ ей глубокое мученіе, дабы человѣческая помощь не принесла ей облегченія.

И во первыхъ, повреждаетъ легкое, нужнѣйшую для жизни часть, и нестерпимыми болѣзнями мало по малу увеличиваетъ боль. Можно бы изъ состраданія ускорить ея смерть, но онъ, какъ жестокій палачь, поражая многими и медленными ударами, показываетъ свою лютость. По немногу разрушая легкое истощилъ его совершенно. Къ томуже непрестанныя были лихорадки, которыя на подобіе пилы терзали тѣло.

Тогда было ей восемьдесятъ лѣтъ, когда діаволъ перенесъ на нее страданія Іова. Ибо и тогда такіе же употреблялъ бичи. Но въ настоящемъ случаѣ уменьшаетъ вре/с. 90/мя дѣлая болѣзнь мучительнѣе. Іовъ тридцать пять лѣтъ находился въ язвѣ. Но здѣсь врагъ, похитивъ нѣкоторые начатки у десятковъ лѣтъ, приближается къ ея священному тѣлу, дабы поразить его ударами; — три года съ половиною славными трудами своими она противоборствовала врагу. У Іова начало болѣзней положилъ во внѣшнихъ частяхъ тѣла; но у ней начинаетъ болѣзнь внутри. Ибо, коснувшись внутреннихъ членовъ ея, нанесъ ей большія и мучительнѣйшія язвы. Думаю, что не такъ подвизались мужественнѣйшіе Мученики, какъ славная Синклитикія. Ибо злодѣй приближался къ нимъ съ внѣшней стороны. Хотя бы съ мечемъ, хотя бы съ огнемъ нападалъ на нихъ, все это было сноснѣе настоящихъ ея искушеній. Ея утробу палилъ подобно какъ разженною пещію, возжигая мало по малу внутренній огнь, и какъ пилою медленно сокрушалъ тѣло. И можно по справедливости назвать это искушеніемъ тяжкимъ и жестокимъ. Такъ какъ судебные властители, когда они захотятъ подвергнуть преступниковъ жесточайшимъ наказаніямъ, то наказываютъ ихъ тихо го/с. 91/рящимъ огнемъ. Подобно и врагъ, возбуждая внутри лихорадку, какъ тихій огнь, мучилъ непрестанно — и ночью и днемъ. Перенося мужественно такую язву, она не ослабѣла въ духѣ. Напротивъ Блаженная опять вооружалась противъ врага. Опять полезными уроками цѣлила уязвленнныхъ отъ него; и души, какъ отъ кровожаднаго льва, исторгала невредимыми. Ураненныхъ врачевала спасительными лѣкарствами Христовыми; а нѣкоторыхъ сохранила даже неприкосновенными. Показывая имъ обманчивыя сѣти врага, избавляла ихъ отъ грѣховъ.

Говорила Блаженная, что души, посвященныя Богу, никогда не должны оставлять заботы. Ибо врагъ особенно съ ними борется. Когда онѣ наслаждаются миромъ, тогда онъ скрежещетъ зубами, рвется, видя свое низложеніе, и немного отступивъ, наблюдаетъ, когда бы онѣ хотя на краткое время заснули, и такимъ образомъ наступаетъ. И съ той стороны, съ которой кто нибудь думалъ быть безопаснымъ, съ той стороны онъ и побораетъ его. Ибо какъ невозможно, чтобы совершенно раз/с. 92/вратные не имѣли хотя искры добра; такъ напротивъ и у благочестивыхъ. Какъ у тѣхъ такъ и у другихъ лежитъ нѣкоторая частица на противоположныхъ сторонахъ. Часто человѣкъ бываетъ оскверненъ всѣми пороками, живетъ во всякомъ невоздержаніи, однако бываетъ милосердъ. И добродѣтельные часто сохраняютъ цѣломудріе, постъ, многотрудное подвижничество, но, можетъ быть, они скупы и злорѣчивы.

И такъ не должно пренебрегать малостями, какъ неспособными вредить. Ибо вода мало по малу размываетъ и камень. Величайшія блага въ людяхъ производитъ Божественная благодать. Но преодолѣвать маловажное, мы сами должны учиться. Побѣдившій великія затрудненія помощію благодати и презрѣвшій малое много получитъ вреда. Господь нашъ, какъ родный Отецъ дѣтямъ своимъ, недавно ступившимъ на ноги, простираетъ руку и совершенно освобождая ихъ отъ какой нибудь великой опасности, малыя затрудненія предоставляетъ намъ самимъ, какъ бы ногами, отталкивать, показывая чрезъ сіе свободное про/с. 93/изволеніе. Кто не уберегся отъ малаго, тотъ какъ можетъ уцѣлѣть отъ большаго?

Доброненавистникъ, видя, что она опять усиливается противъ него, не могъ перенести. Видя, что его тиранство разрушается, вымышляетъ другій нѣкоторый образъ мученія, поражаетъ орудія гласа, дабы воспрепятствовать произношенію словъ, думая чрезъ сіе слушателей ея уморить гладомъ Божественныхъ словесъ. Но естьли онъ отнялъ пользу пріобрѣтаемую отъ слуха, то въ большемъ положилъ корысть. Взиравшія очами на ея страданія болѣе укрѣплялись духомъ. Раны тѣла ея врачевали уязвленныя души. Въ зрителяхъ видны были забота и служеніе; а въ Блаженной великодушіе и терпѣніе.

Начало язвы ея сдѣлалъ врагъ такое: причинивъ болѣзнь одному коренному зубу, послѣ приводитъ въ согнитіе десны. Отваливаются уста, и болѣзнь переходитъ на всю щеку. Тлѣетъ и низшая плоть и въ продолженіи сорока дней уста исполняются червями, а по прошествіи двухъ мѣсяцевъ исто/с. 94/чаются. Всѣ ближнія мѣста почернѣли. Самыя кости заразились, и сохли мало по малу. Гнилость и ужаснѣйшее зловоніе по всему тѣлу распространилось, такъ что прислужницы страдали болѣе ея самой. Не въ силахъ будучи переносить смрадъ, онѣ большею частію удалялись. Но когда было нужно, тогда входили, возжегши множество ѳиміама, и опять выходили по причинѣ страшнаго зловонія. Блаженная открыто видѣла противника и никакъ не позволяла употреблять для себя человѣческой помощи, показывая и здѣсь свое мужество. И когда собравшіяся уговаривали ее хотя помазать члены благовонною мазью, по причинѣ ихъ слабости, то она не послушалась. Ибо думала, что, употребляя внѣшнія пособія, она не устоитъ на славнѣйшемъ сраженіи. Но онѣ призываютъ нѣкоего врача, дабы хотя онъ возмогъ убѣдить ее принять помощь. А она опять отвергнула, говоря: за чѣмъ вы препятствуете мнѣ на сей славной битвѣ? Для чего ищете видимаго, не зная сокрытаго? На что, не видя дѣлающаго, много заботитесь о дѣлѣ? Врачь отвѣчалъ: я употреблю лѣкарство не для /с. 95/ пользы какой нибудь или облегченія, но дабы отнять, какъ должно, недѣйствующій и мертвый членъ, чтобы и прочіе не заразились. Я теперь сдѣлаю то же, что дѣлаютъ съ мертвыми. Приложу алой съ смирною и миртомъ, растворивъ виномъ. Она приняла совѣтъ, сжалившись болѣе надъ пришедшими. Ибо отъ сего уменьшалось нестерпимое зловоніе.

Кто бы не ужаснулся, смотря на жестокую язву? Кто бы не пріобрѣлъ пользы, помышляя о терпѣніи Блаженныя? Кто бы не получилъ назиданія, видя паденіе врага? На то самое направилъ онъ ударъ, откуда выходилъ Божественный и сладчайшій источникъ словесъ; его чрезмѣрная свирѣпость отгнала всякую помощь. Такъ какъ кровожадный звѣрь, онъ отвратилъ стараніе сообщницъ, дабы растерзать предложенную жертву. Но ища пищи, сдѣлался самъ пищею. Какъ удою, пойманъ былъ слабостію тѣла. Видя жену, презиралъ ее, не зная мужественнаго ея духа. Смотрѣлъ на слабые члены, но по слѣпотѣ не могъ усмотрѣть крѣпчайшей души ея. Въ продолже/с. 96/ніе трехъ и болѣе мѣсяцевъ она дѣйствовала на семъ сраженіи. Все тѣло поддерживалось Божественною силою: ибо всѣ средства къ сохраненію его нарушились. Она не ѣла. Да и какъ могла ѣсть при такой заразѣ, при такомъ зловоніи? И сонъ убѣгалъ отъ нея; мученія прогоняли его.

Наконецъ, когда близокъ былъ конецъ побѣды и славы, она видѣла видѣнія и назираніе Ангеловъ, и призыванія Святыхъ дѣвъ къ восхожденію, и сіянія неизреченнаго свѣта и страну рая. Послѣ сего видѣнія, какъ бы возвратясь къ себѣ самой, говорила предстоящимъ, чтобы были мужественны, и не ослабѣвали на настоящемъ пути. Потомъ сказала имъ: послѣ трехъ дней отлучусь отъ тѣла. И не только сіе предсказала, но и день своего преставленія. По прошествіи сего времени Блаженная Синклитикія отошла ко Господу, и въ награду за побѣды получила отъ Него Царство небесное.

Источникъ: Святителя Аѳанасія Великаго, Патріарха Александрійскаго, Жизнь и дѣянія Святыя и славныя Матери нашея Синклитикіи. // «Христіанское Чтеніе», издаваемое при Санктпетербургской Духовной Академіи. Часть шестнадцатая. — СПб.: Въ Типографіи Медицинскаго Департамента Мин. Внутр. Дѣлъ, 1824. — С. 3-96.

/ Къ оглавленію /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.