Церковный календарь
Новости


2018-05-24 / russportal
Cвт. Іоаннъ, архіеп. Шанхайскій. Святыя Евѳимія и Ольга (1994)
2018-05-24 / russportal
Cвт. Іоаннъ, архіеп. Шанхайскій. Преп. Серафимъ Саровскій (1994)
2018-05-24 / russportal
Прав. Іоаннъ Кронштадтскій. "Новыя грозныя слова". Слово 15 (37) (1908)
2018-05-24 / russportal
Прав. Іоаннъ Кронштадтскій. "Новыя грозныя слова". Слово 14 (36) (1908)
2018-05-23 / russportal
И. А. Родіоновъ. Повѣсть "Жертвы вечернія". Глава 50-я (1922)
2018-05-23 / russportal
И. А. Родіоновъ. Повѣсть "Жертвы вечернія". Глава 49-я (1922)
2018-05-23 / russportal
Н. А. Соколовъ. "Убійство Царской Семьи". Глава 6-я (1925)
2018-05-23 / russportal
Н. А. Соколовъ. "Убійство Царской Семьи". Глава 5-я (1925)
2018-05-23 / russportal
Cвт. Іоаннъ Шанхайскій. Разслабленный, самарянка и слѣпорожденный (1994)
2018-05-23 / russportal
Cвт. Іоаннъ, архіеп. Шанхайскій. Святые Кириллъ и Меѳодій (1994)
2018-05-23 / russportal
Прав. Іоаннъ Кронштадтскій. "Моя жизнь во Христѣ". Часть 1-я (стр. 71-80) (1957)
2018-05-23 / russportal
Прав. Іоаннъ Кронштадтскій. "Моя жизнь во Христѣ". Часть 1-я (стр. 61-70) (1957)
2018-05-21 / russportal
И. А. Родіоновъ. Повѣсть "Жертвы вечернія". Глава 48-я (1922)
2018-05-21 / russportal
И. А. Родіоновъ. Повѣсть "Жертвы вечернія". Глава 47-я (1922)
2018-05-21 / russportal
Н. А. Соколовъ. "Убійство Царской Семьи". Глава 4-я (1925)
2018-05-21 / russportal
Н. А. Соколовъ. "Убійство Царской Семьи". Глава 3-я (1925)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - четвергъ, 24 мая 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 11.
Творенія святыхъ отцовъ и учителей Церкви

Свт. Іоаннъ Златоустъ (†407 г.)

Свт. Іоаннъ Златоустъ, архіеп. Константинопольскій, одинъ изъ величайшихъ отцовъ Православной Церкви, вселенскій учитель. Родился въ Антіохіи въ 347 г. отъ знатныхъ и благочестивыхъ родителей Секунда и Анѳусы. Рано лишившись отца, воспитывался подъ руководствомъ своей глубоко религіозной матери. Юношею слушалъ уроки знаменитаго оратора Ливанія и философа Андрагаѳія. Ставъ адвокатомъ, теряетъ интересъ къ міру и принимаетъ крещеніе у свт. Мелетія, еп. Антіохійскаго, который въ 370 г. опредѣляетъ его въ клиръ на должность чтеца. По смерти матери св. Іоаннъ раздаетъ имѣніе бѣднымъ, отпускаетъ рабовъ и удаляется на 6 лѣтъ въ пустыню. Въ 381 г. свт. Мелетій рукополагаетъ его въ діакона, а въ 386 г. еп. Флавіанъ — во пресвитера. Ставъ священникомъ, св. Іоаннъ широко развиваетъ благотворительную дѣятельность въ Антіохіи и произноситъ свои замѣчательныя проповѣди, за которыя и получаетъ имя «Златоуста». Въ 397 г. возводится, противъ своего желанія, на Константинопольскую каѳедру. Ставъ патріархомъ, св. Іоаннъ совершаетъ длинныя богослуженія, не устраиваетъ пріемовъ, не дорожитъ дружбой съ «сильными міра сего», заступается за обиженныхъ и обличаетъ многочисленные пороки жителей столицы. Обличенія роскоши и суетности столичныхъ дамъ императрица Евдоксія приняла за личное оскорбленіе. Наконецъ былъ составленъ соборъ изъ личныхъ враговъ Іоанна Златоуста, который осудилъ его. Въ 404 г. онъ былъ сосланъ въ Арменію (въ г. Кукузъ), а затѣмъ въ Абхазію. Скончался въ Команахъ въ 407 г. со словами: «Слава Богу за все!» Свт. Іоаннъ является авторомъ ок. 5.000 богословскихъ твореній экзегетическаго, нравственнаго, полемическаго, пастырелогическаго и литургическаго характера. Его толкованія признаны классическими въ христіанской литературѣ, а проповѣди представляютъ собою ясное и простое изложеніе христіанскаго нравоученія. Память свт. Іоанна Златоуста — 13 (26) ноября, 27 января (9 февраля) и 30 января (12 февраля).

Творенія свт. Іоанна Златоуста

Святителя Іоанна Златоуста
«СЛОВА О СВЯЩЕНСТВѢ», «БЕСѢДА ПО РУКОПОЛОЖЕНІИ ВО ПРЕСВИТЕРА» И «БЕСѢДЫ О ПОКАЯНІИ».

«СЛОВА О СВЯЩЕНСТВѢ».

СЛОВО ВТОРОЕ.

1. Что позволительно употреблять силу хитрости на добро и что даже нельзя и называть ее хитростію, а нѣкоторою похвальною предусмотрительностію, объ этомъ можно было бы говорить еще больше; но такъ какъ для доказательства достаточно сказаннаго, то было бы обременительно и скучно безъ нужды распространять рѣчь объ этомъ. Остается тебѣ самому подтвердить: дѣйствительно ли послужилъ къ твоей пользѣ совершенный мною поступокъ?

Василій сказалъ: какая же произошла для меня польза изъ этой предусмотрительности, или благоразумія, или какъ иначе угодно тебѣ назвать это, по которой я убѣдился бы, что я не обманутъ тобою?

Іоаннъ. А можетъ ли что быть, сказалъ я, важнѣе той пользы, какъ оказаться исполняющимъ то, что служитъ доказательствомъ любви ко Христу, по словамъ самого Христа? Обращаясь къ верховному изъ апостоловъ Онъ говоритъ: Петръ, любиши ли Мя?, и когда тотъ исповѣдалъ любовь свою, Онъ прибавляетъ: если любишь Меня, паси овцы Моя (Іоан. XXI, 15. 16). Учитель спрашиваетъ ученика, любимъ ли Онъ имъ, не для того, чтобы Самому узнать это (ибо можетъ ли не знать Испытующій сердца всѣхъ?), но чтобы научить насъ, какъ Онъ печется о пасеніи этого стада. Если же это очевидно, то будетъ также ясно и то, что великая и неизъяснимая уготована награда, принимающему на себя тотъ трудъ, который дорого цѣнится Христомъ. Если и мы, видя людей, пекущихся о нашихъ слугахъ или стадахъ, принимаемъ такое попеченіе ихъ за знакъ ихъ любви къ намъ, хотя все это пріобрѣтается за деньги, то Стяжавшій себѣ это стадо не деньгами и не другимъ чѣмъ, но собственною смертію, /с. 16/ и вмѣсто цѣны давшій за него кровь Свою, какимъ даромъ вознаградитъ пасущихъ его? Посему, когда ученикъ отвѣчалъ: Господи, Ты вѣси, яко люблю Тя, и призвалъ самаго Любимаго въ свидѣтели своей любви, то Спаситель не остановился на этомъ, но указалъ и самый знакъ любви. Ибо Онъ хотѣлъ показать тогда не то, сколько Петръ любилъ Его, — это уже изъ многаго было извѣстно намъ, — но сколько Онъ самъ любитъ Церковь свою, и благоволилъ научить и Петра и всѣхъ насъ, чтобы и мы прилагали великое о ней попеченіе. Для чего Богъ не пощадилъ и Единороднаго Сына своего, но предалъ Его (Римл. VIII, 32; Іоан. III, 16)? Для того, чтобы примирить съ Собою людей, находившихся съ Нимъ во враждѣ, и сдѣлать ихъ народомъ избраннымъ (Тит. II, 14). Для чего (Сынъ Божій) пролилъ кровь свою? Для того, чтобы пріобрѣсти тѣхъ овецъ, которыхъ Онъ ввѣрилъ Петру и его преемникамъ. Не безъ причины Христосъ говорилъ: кто убо есть вѣрный рабъ и мудрый, егоже поставитъ господинъ его надъ домомъ своимъ (Матѳ. XXIV, 45)? Опять слова имѣютъ видъ недоумѣнія, но Произносившій ихъ не имѣлъ недоумѣнія; какъ спрашивая Петра, любимъ ли Онъ имъ, Онъ спрашивалъ не потому, чтобы имѣлъ нужду узнать любовь ученика, но чтобы показать чрезмѣрность Своей любви; такъ и здѣсь слова: кто вѣрный рабъ и мудрый, Онъ сказалъ не потому, что не зналъ вѣрнаго и мудраго раба, но желая показать, какъ рѣдки такіе рабы и какъ важно это управленіе. Смотри, какова и награда: надъ всѣмъ имѣніемъ своимъ поставитъ его (ст. 47).

2. Еще ли будешь подозрѣвать меня въ томъ, будто употреблена недобрая хитрость съ тобою, имѣющимъ блюсти все достояніе Божіе и совершать то, за исполненіе чего, какъ сказалъ Христосъ, Петръ могъ превзойти прочихъ апостоловъ? Петръ, говоритъ Христосъ, любиши ли Мя паче сихъ? Паси овцы Моя. Онъ могъ бы сказать ему: если любишь Меня, подвизайся въ постѣ, спи на голой землѣ, бодрствуй непрестанно, защищай притѣсняемыхъ, будь сиротамъ вмѣсто отца и матери ихъ вмѣсто мужа; но теперь, оставивъ все это, что говоритъ Онъ? Паси овцы Моя. То, что выше я сказалъ, легко могли бы исполнить многіе и изъ пасомыхъ, не только мужи, но и жены; а когда нужно предстоятельствовать въ Церкви и взять на себя попеченіе о столь многихъ душахъ, то весь женскій полъ и большая часть мужскаго должны устраниться отъ этого великаго дѣла, а выступить тѣ, которые много превосходятъ всѣхъ и столько превышаютъ прочихъ душевною добродѣтелію, сколько Саулъ (превосходилъ) весь народъ еврейскій высотою тѣла (1 Цар. X, 23), или еще гораздо болѣе; ибо здѣсь не мѣра только тѣлесной величины должна приниматься во вни/с. 17/маніе, но сколько одаренные разумомъ люди отличаются отъ безсловесныхъ, такое же должно быть различіе между пастыремъ и пасомыми, даже можно сказать и болѣе, такъ какъ находится въ опасности гораздо важнѣйшее. Кто погубитъ овецъ, которыхъ или волки расхитятъ, или разбойники разграбятъ, зараза или другой какой несчастный случай истребитъ, тотъ, можетъ быть, получитъ себѣ нѣкоторую пощаду отъ господина стада; если же и потребуется отъ него отчетъ, то ущербъ будетъ только въ деньгахъ; но кому ввѣрены люди, это разумное стадо Христово, тотъ во-первыхъ погибелью такихъ овецъ наноситъ ущербъ не имуществу, а душѣ своей; а затѣмъ и подвигъ предстоитъ ему гораздо важнѣйшій и труднѣйшій. Онъ борется не съ волками, страшится не разбойниковъ и заботится не о томъ, чтобы отвратить заразу отъ стада, но съ кѣмъ у него война и съ кѣмъ борьба? Послушай блаженнаго Павла, который говоритъ: нѣсть наша брань къ крови и плоти, но къ началомъ и ко властемъ и къ міродержителемъ тмы вѣка сего, къ духовомъ злобы поднебеснымъ (Ефес. VI, 12). Видишь ли страшное множество враговъ и свирѣпыя полчища, вооруженныя не желѣзомъ, но имѣющія достаточную силу въ самомъ существѣ своемъ вмѣсто всякаго оружія? Хочешь ли видѣть и другое войско, дерзкое и жестокое, которое нападаетъ на это стадо? Можешь увидѣть и его съ той же самой высоты (св. Писанія). Тотъ же, кто сказалъ намъ о первыхъ, указываетъ намъ и этихъ враговъ въ слѣдующихъ словахъ: явлена суть дѣла плотская, яже суть: прелюбодѣяніе, блудъ, нечистота, студодѣяніе, идолослуженіе, чародѣянія, вражды, рвенія, завиды, ярости, распри, клеветы, шептанія, киченія, нестроенія (Галат. V, 19, 20; 2 Кор. XII, 20), и другія многочисленнѣйшія; ибо не все онъ исчислилъ, но предоставилъ по этому заключать и о прочемъ. Притомъ у пастыря безсловесныхъ намѣревающіеся разграбить стадо, когда увидятъ, что стражъ обратился въ бѣгство, оставляютъ борьбу съ нимъ и довольствуются расхищеніемъ стада; а здѣсь враги хотя бы захватили все стадо, и тогда не отстаютъ отъ пастыря, но сильнѣе наступаютъ и болѣе свирѣпствуютъ, и не прежде прекращаютъ борьбу, пока или его одолѣютъ, или сами будутъ побѣждены. Кромѣ того, болѣзни у овецъ бываютъ явны, голодъ ли то, зараза ли, рана или что другое, причиняющее вредъ; а это не мало способствуетъ къ излеченію болѣзни. Есть нѣчто и другое важнѣйшее, что ускоряетъ здѣсь исцѣленіе отъ болѣзни. Что же именно? Пасущіе овецъ могутъ съ полною властію заставить ихъ принять врачевство, если онѣ добровольно не хотятъ этого; когда нужно прижечь и отсѣчь, то легко могутъ и связать ихъ и не выпускать долгое время, если это полезно, и дать /с. 18/ пищу одну вмѣсто другой, и удержать отъ питья, и все прочее, что только найдутъ полезнымъ для здоровья животныхъ, они могутъ употребить съ великимъ удобствомъ.

3. Но болѣзни человѣческія, во-первыхъ, не легко видѣть человѣку; ибо никто отъ человѣкъ не вѣсть, яже въ человѣцѣ, точію духъ человѣка, живущій въ немъ (1 Кор. II, 11). Какъ же можно употребить лѣкарство противъ болѣзни, не зная ея свойства, а часто не зная и того, боленъ ли кто, или нѣтъ? Если же болѣзнь открыта, тогда врачу еще болѣе предстоитъ трудности; потому что онъ не можетъ съ такою же властію лѣчить всѣхъ людей, съ какою пастухъ овцу. И здѣсь бываетъ нужно связывать и удерживать отъ пищи, прижигать и отсѣкать; но чтобы принято было врачеваніе, въ этомъ властенъ не тотъ, кто предлагаетъ врачевство, а кто страдаетъ болѣзнію. Зная это, и тотъ дивный мужъ (Павелъ) говорилъ Коринѳянамъ: не яко обладаемъ вѣрою вашею, но яко споспѣшницы есмы вашей радости (2 Кор. I, 24). Христіанамъ преимущественно предъ всѣми запрещается — насиліемъ исправлять впадающихъ во грѣхи. Внѣшніе (языческіе) судьи, подвергая преступниковъ суду по законамъ, показываютъ большую власть надъ ними, и противъ воли удерживаютъ ихъ отъ ихъ навыковъ; а здѣсь должно исправлять грѣшника не насиліемъ, а убѣжденіемъ. И законами намъ не дана такая власть къ удержанію грѣшниковъ; и даже если бы и была дана, мы не могли бы воспользоваться этою силою, такъ какъ Богъ награждаетъ тѣхъ, которые воздерживаются отъ пороковъ по доброй волѣ, а не по принужденію. Посему требуется много искусства для того, чтобы страждущіе убѣдились добровольно подвергнуться врачеванію отъ священниковъ, и даже чтобы благодарили ихъ за врачеваніе. Если связанный освободитъ себя отъ узъ (ибо онъ властенъ на это), то увеличитъ свое бѣдствіе; и если презритъ слова, разсѣкающія подобно желѣзу, то этимъ пренебреженіемъ прибавитъ себѣ новую рану, и средство врачеванія сдѣлается причиною тягчайшей болѣзни; ибо съ принужденіемъ и противъ желанія больного никто не можетъ лѣчить его.

4. Что же дѣлать? Если легко постунить съ тѣмъ, кто нуждается въ сильномъ врачеваніи, и не глубоко разрѣзать рану тому, кто имѣетъ нужду въ этомъ, то рану частію уврачуешь, а частію нѣтъ; если же безъ пощады произведешь надлежащее разсѣченіе, то больной иногда можетъ, не вытерпѣвъ мученія, вдругъ отвергнуть все, и лѣкарство и перевязку, и устремиться въ пропасть, сбросивъ иго и разорвавъ узы. Я могу указать на многихъ, дощедшихъ до крайней степени зла, потому что на нихъ было наложено наказаніе, соотвѣтствующее ихъ грѣхамъ. Опре/с. 19/дѣлять наказаніе по мѣрѣ грѣховъ должно не просто, но соображаясь съ расположеніемъ грѣшниковъ, чтобы, зашивая разрывъ, не сдѣлать большей прорѣхи, и стараясь поднять падшаго, не причинить еще бóльшаго паденія. Немощные и разслабленные и наиболѣе преданные удовольствіямъ міра, и притомъ превозносящіеся своимъ происхожденіемъ и властію, если будутъ отклоняемы отъ грѣховъ своихъ постепенно и мало по малу, могутъ хотя и не совершенно, то по крайней мѣрѣ отчасти освободиться отъ обладающихъ ими пороковъ; а если кто вдругъ предложитъ имъ вразумленіе, тотъ лишитъ ихъ и малѣйшаго исправленія. Душа, если принужденіемъ хотя разъ будетъ приведена въ стыдъ, впадаетъ въ нечувствительность, и послѣ того уже не слушается и кроткихъ словъ, не преклоняется и угрозами, не трогается и благодѣяніями, но бываетъ гораздо хуже того города, который порицая пророкъ говорилъ: лице жены блудницы бысть тебѣ, не хотѣла есть постыдѣтися ко всѣмъ (Іерем. III, 3). Посему пастырю надобно имѣть много благоразумія и много очей, чтобы со всѣхъ сторонъ наблюдать состояніе души. Какъ многіе приходятъ въ ожесточеніе и предаются отчаянію въ своемъ спасеніи потому, что не могутъ переносить жестокаго врачеванія; такъ, напротивъ, есть и такіе, которые, не получивъ наказанія соотвѣтственнаго грѣхамъ, предаются безпечности, становятся гораздо хуже и рѣшаются грѣшить еще больше. Итакъ, долгъ священника — ничего такого не оставлять безъ испытанія, но, по строгомъ изслѣдованіи всего, употреблять соотвѣтственныя мѣры съ своей стороны, чтобы усердіе его не осталось тщетнымъ. И не въ этомъ только можно видѣть трудность его дѣятельности, но и въ присоединеніи къ церкви отдѣлившихся отъ нея членовъ. Стадо идетъ въ слѣдъ своего пастыря, куда онъ поведетъ его; если же какія овцы уклонятся отъ прямого пути и, удалившись отъ хорошей пажити, будутъ блуждать по неплоднымъ и утесистымъ мѣстамъ, то ему слѣдуетъ только закричать сильнѣе, чтобы опять собрать отдѣлившихся и присоединить къ стаду; а если человѣкъ совратится съ пути правой вѣры, то пастырю предстоитъ много трудовъ, усилій, терпѣнія. Человѣка нельзя ни силою влечь, ни страхомъ принуждать, но должно убѣжденіемъ опять приводитъ къ истинѣ, отъ которой онъ раньше отпалъ. Посему нужна душа, мужественная, чтобы не ослабѣть, чтобы не отчаяться въ спасеніи заблуждающихся, чтобы непрестанно и мыслить и говорить: еда како дастъ имъ Богъ покаяніе въ разумъ истины, и возникнутъ отъ діаволскія сѣти (2 Тим. II, 25, 26). Посему и Господь, бесѣдуя съ учениками, сказалъ: кто убо вѣрный рабъ и мудрый (Матѳ. XXIV, 45)? Подвизающійся самъ по себѣ /с. 20/ приноситъ пользу одному себѣ, а польза отъ пастырской дѣятельности простирается на весь народъ. Раздающій деньги нуждающимся, или какимъ-либо другимъ образомъ помогающій притѣсняемымъ, приноситъ нѣкоторую пользу ближнимъ, но на столько меньше священника, на сколько тѣло ниже души. Поэтому справедливо Господь сказалъ, что попеченіе о Его стадѣ есть знакъ любви къ Нему самому.

Василій. А ты развѣ не любишь Христа?

Златоустъ. Люблю, и никогда не перестану любить, но боюсь, чтобы не оскорбить Любимаго мною.

Василій сказалъ: можетъ ли что быть темнѣе этой загадки? Христосъ повелѣлъ любящему Его пасти овецъ Его; а ты отрекаешься пасти потому, что любишь Повелѣвшаго это.

Златоустъ. Никакой нѣтъ загадки въ словахъ моихъ, — сказалъ я, — напротивъ они весьма ясны и просты. Если бы я, имѣя возможность исполнять эту должность такъ, какъ хотѣлъ Христосъ, уклонялся отъ нея, то слѣдовало бы недоумѣвать при словахъ моихъ; но если душевная немощь дѣлаетъ меня неполезнымъ для этого служенія, то требуютъ ли поясненія слова мои? Я боюсь, чтобы, принявъ стадо Христово здравымъ и крѣпкимъ и потомъ по невнимательности причинивъ ему вредъ, мнѣ не прогнѣвать противъ себя Бога, Который такъ возлюбилъ его, что для искупленія и спасенія его предалъ Самого Себя.

Василій сказалъ: это говоришь ты въ шутку; а если не въ шутку, то я не знаю, чѣмъ другимъ ты лучше могъ бы доказать, что я справедливо скорблю, какъ не этими словами, которыми ты старался разсѣять мое уныніе. Я и прежде сознавалъ, что ты хитрилъ и выдавалъ меня, но теперь, когда ты усиливался освободиться отъ обвиненій, я еще болѣе увѣрился въ томъ и ясно вижу, до какихъ бѣдъ ты довелъ меня. Если ты устранилъ себя отъ этого служенія по сознанію, что душа твоя не достаточно сильна для тяжести этого дѣла, то напередъ нужно бы устранить меня, хотя бы даже я сильно стремился къ тому, тѣмъ болѣе, что я сообщилъ тебѣ всѣ мои намѣренія касательно этого; а теперь ты, заботясь только о себѣ, забылъ меня, — и о, если бы только забылъ, и это было бы вожделѣнно; — но ты нарочито устроилъ, чтобы искавшіе удобнѣе могли взять меня. Ты не можешь прибѣгнуть и къ тому оправданію, будто людское мнѣніе увлекло тебя и расположило подозрѣвать во мнѣ нѣчто великое и дивное. Я не принадлежу къ людямъ, пріобрѣтшимъ удивленіе и славу, а если бы это и было такъ, и тогда не слѣдовало бы людскую молву предпочитать истинѣ. Если бы мы съ тобою никогда не жили въ близкомъ общеніи другъ съ другомъ, то ты /с. 21/ имѣлъ бы нѣкоторую благовидную причину судить о мнѣ по людской молвѣ; если же никто такъ не зналъ меня, какъ ты, и душа моя была извѣстна тебѣ болѣе, нежели самимъ родителямъ и воспитателямъ моимъ, то какія убѣдительныя слова могутъ увѣрить кого-нибудь въ томъ, что ты не съ намѣреніемъ ввергнулъ меня въ такую опасность? Но оставимъ теперь это; я не принуждаю тебя оправдываться въ этомъ; скажи, что мы будемъ отвѣчать обвинителямъ?

Златоустъ. Я не приступлю къ этому до тѣхъ поръ, — сказалъ я, — пока не оправдаюсь предъ тобою, хотя бы ты самъ тысячекратно извинялъ меня. Ты сказалъ, что если бы я, не зная тебя, довелъ тебя до настоящаго положенія, то невѣдѣніе доставило бы мнѣ оправданіе, освободивъ меня отъ всякаго обвиненія; а такъ какъ я предалъ тебя не по невѣдѣнію, но совершенно зная тебя, поэтому нѣтъ у меня никакой благовидной и справедливой причины къ моему оправданію. Но я говорю совсѣмъ противное; потому что въ этихъ дѣлахъ требуется строгое испытаніе, и тотъ, кто намѣренъ представить способнаго къ священству, не долженъ довольствоваться только людскою молвою, но вмѣстѣ съ тѣмъ болѣе всѣхъ и прежде всѣхъ самъ долженъ удостовѣриться въ его способностяхъ. Блаженный Павелъ, сказавъ: подобаетъ же ему и свидѣтельство добро имѣти отъ внѣшнихъ (1 Тим. III, 7), этимъ не отвергаетъ нужды въ строгомъ и вѣрномъ испытаніи и не поставляетъ этого свидѣтельства главнѣйшимъ признакомъ достоинства такихъ лицъ. Предварительно сказавъ о многомъ, онъ послѣ присовокупилъ и это, показывая тѣмъ, что въ избраніи не должно довольствоваться этимъ однимъ признакомъ, но вмѣстѣ съ другими принимать во вниманіе и этотъ. Молва людская часто бываетъ обманчива; а послѣ предварительнаго строгаго испытанія нельзя отъ нея опасаться никакой опасности. Посему, послѣ прочаго онъ упоминаетъ и о свидѣтельствѣ отъ внѣшнихъ. Онъ не просто сказалъ: подобаетъ же ему свидѣтельство добро имѣти, но прибавилъ: и отъ внѣшнихъ, желая изъяснить, что свидѣтельству внѣшнихъ должно предшествовать строгое испытаніе. А такъ какъ я самъ зналъ тебя лучше родителей твоихъ, какъ ты засвидѣтельствовалъ, то, по справедливости, я могу быть свободнымъ отъ всякой вины.

Василій сказалъ: по этой самой причинѣ ты и не могъ бы оправдаться, если бы кто захотѣлъ обвинять тебя. Или не помнишь того, о чемъ и я многократно говорилъ тебѣ и что ты видѣлъ на самомъ дѣлѣ, какъ немощна душа моя? Не потому ли ты постоянно смѣялся надъ моимъ малодушіемъ, что при малѣйшихъ заботахъ я скоро падалъ духомъ? /с. 22/

5. Златоустъ. Помню, — сказалъ я, — что часто слышалъ отъ тебя такія слова, и не отрекусь. Если же я когда-нибудь смѣялся, то дѣлалъ это въ шутку, а не по правдѣ. Впрочемъ, теперь я не буду спорить объ этомъ; не прошу и тебя быть искреннимъ предо мною, когда я стану припоминать о нѣкоторыхъ изъ присущихъ тебѣ добродѣтелей. Если ты вздумаешь обличать меня въ неправдѣ, то я не пощажу тебя, но докажу, что ты возражаешь болѣе по скромности, чѣмъ по справедливости, и приведу во свидѣтельство истины словъ моихъ не что другое, а твои же слова и дѣла. Во-первыхъ, я хочу спросить тебя: знаешь ли ты, какова сила любви? Христосъ, не упоминая о всѣхъ чудесахъ, которыя имѣли быть совершены апостолами, сказалъ: о семъ разумѣютъ вси, яко мои ученицы есте, аще любовь имате между собою (Іоан. XIII, 35); а Павелъ говоритъ, что любовь есть исполненіе закона (Римл. XIII, 10), и что безъ нея и дарованія не приносятъ никакой пользы (1 Кор. XIII, 1, 2). Это-то превосходное сокровище, отличительное свойство учениковъ Христовыхъ, превышающее дарованія, я видѣлъ крѣпко насажденнымъ въ душѣ твоей и приносящимъ обильные плоды.

Василій сказалъ: сознаюсь, что я много забочусь объ этомъ и очень стараюсь соблюдать эту заповѣдь; но что еще и въ половину не исполнилъ ея, это и самъ ты засвидѣтельствуешь, если, оставивъ лесть, захочешь говорить истину.

Златоустъ. Итакъ я обращусь къ доказательствамъ, — сказалъ я, — и чѣмъ угрожалъ, то теперь и сдѣлаю, именно докажу, что ты хочешь быть болѣе скромнымъ, чѣмъ справедливымъ. Разскажу одно событіе, недавно случившееся, не упоминая о прежнемъ, дабы кто не подумалъ, что я стараюсь давностію времени затемнить истину; здѣсь самая близость времени не позволитъ мнѣ прикрыть что-нибудь льстивыми словами.

6. Когда одинъ изъ нашихъ друзей, оклеветанный въ проступкахъ дерзости и гордости, подвергался крайней опасности, и тогда, какъ никто не призывалъ тебя и самъ обвиняемый не просилъ, ты самъ себя ввергнулъ въ опасности. Такъ было дѣло; но чтобы обличить тебя и словами твоими, припомню и сказанное тобою. Когда такую ревность твою одни порицали, другіе хвалили и превозносили, ты сказалъ порицателямъ: «что дѣлать? — иначе не умѣю любить, какъ жертвуя душею моею, когда нужно спасти кого-либо изъ друзей, находящагося въ опасности», повторивъ, хотя другими словами, по въ томъ же смыслѣ, слова Христовы, которыя Онъ сказалъ ученикамъ, опредѣляя совершенную любовь: больши сея любве, говорилъ Онъ, никтоже имать, да кто душу свою положитъ за други своя (Іоан. XV, 13). Такимъ /с. 23/ образомъ, если нѣтъ высшей степени любви, ты успѣлъ дойти до конца: и дѣлами и словами своими достигъ самой вершины ея. Посему я и предалъ тебя, посему и придумалъ такую хитрость. Теперь убѣдилъ ли я тебя, что не изъ зложелательства и не съ намѣреніемъ ввергнуть въ опасность, но предвидя пользу, я привлекъ тебя на это поприще?

Василій сказалъ: итакъ ты думаешь, что для исправленія ближнихъ достаточно силы любви?

Златоустъ. Большею частію, — сказалъ я, — она весьма можетъ содѣйствовать этой цѣли; если же ты желаешь, чтобы я привелъ доказательства и твоего благоразумія, то приступлю и къ этому, и докажу, что ты благоразуменъ болѣе, нежели сколько любвеобиленъ.

Василій, при этомъ покраснѣвъ отъ стыда, сказалъ: касающееся меня оставимъ теперь; я и вначалѣ не требовалъ отъ тебя рѣчи объ этомъ; если же ты можешь сказать что-нибудь справедливое для внѣшнихъ, то я съ удовольствіемъ буду слушать. Посему, оставивъ этотъ пустой споръ, скажи, чѣмъ мы оправдаемся предъ прочими, какъ удостоившими тебя чести, такъ и предъ тѣми, которые съ сожалѣніемъ смотрятъ на нихъ, какъ бы на оскорбленныхъ?

7. Златоустъ. Я и самъ, — сказалъ я, — спѣшу перейти къ этому. Такъ какъ съ тобою я кончилъ рѣчь, то обращусь и къ этой части защиты. Какое же ихъ обвиненіе, и какія вины? Говорятъ, будто избиратели оскорблены и унижены тѣмъ, что я не принялъ чести, которою они хотѣли почтить меня. Но во-первыхъ скажу, что не должно думать объ оскорбленіи, наносимомъ людямъ, когда уваженіемъ къ нимъ мы поставляемся въ необходимость оскорбить Бога. И для самихъ огорченныхъ оскорбляться этимъ, я полагаю, не только не безопасно, но и весьма вредно. Людямъ, посвятившимъ себя Богу и взирающимъ на Него одного, по моему мнѣнію, должно быть столь благочестивыми, чтобы и не считать оскорбленіемъ, хотя бы имъ тысячу разъ пришлось испытать это огорченіе. А что такая или другая какая-нибудь дерзость не приходила мнѣ и на мысль, это видно изъ слѣдующаго. Если бы я дошелъ до этого по гордости и честолюбію, — какъ нѣкоторые клевещутъ, о чемъ ты неоднократно говорилъ, — и тѣмъ подтвердилъ бы мнѣніе обвинителей, то я былъ бы весьма несправедливъ, презрѣвъ людей достоуважаемыхъ и великихъ и притомъ благодѣтелей моихъ. Если оскорбленіе, нанесешное тѣмъ, которые не сдѣлали никакой несправедливости, достойно наказанія, то люди, добровольно желавшіе оказать почесть, какого незаслуживаютъ почтенія? Никто не можетъ сказать и того, будто они, по/с. 24/лучивъ отъ меня малое или великое добро, сдѣлали воздаяніе за эти благодѣянія. Какого же заслуживало бы наказанія воздаяніе противнымъ тому? Если же это никогда и на умъ мнѣ не приходило, но съ другимъ намѣреніемъ я отклонилъ отъ себя тяжелое бремя, то вмѣсто того, чтобы извинить, если не хотятъ оправдать, почему обвиняютъ меня въ томъ, что я пощадилъ душу свою? Я такъ мало былъ расположенъ оскорблять этихъ мужей, что и самымъ отказомъ, думаю, почтилъ ихъ. Не удивляйся, если слова мои странны; я скоро объясню ихъ.

8. Если бы я былъ рукоположенъ, тогда, если не всѣ, то считающіе за удовольствіе разносить худую молву могли бы подозрѣвать и говорить многое и о мнѣ и объ избравшихъ меня; напримѣръ: что избиратели смотрятъ на богатство, что предпочитаютъ знаменитость рода, что возвели меня на эту степень за мою лесть и даже не знаю, не сталъ ли бы кто-нибудь подозрѣвать, что они подкуплены отъ меня деньгами; сказали бы, что Христосъ призывалъ на эту должность рыбарей, дѣлателей шатровъ и мытарей; а они отвергаютъ людей, питающихся отъ дневной работы, а того, кто занимается мірскими науками и проводитъ праздную жизнь, принимаютъ и превозносятъ; почему они пренебрегли мужей, много потрудившихся въ дѣлахъ церкви, а того, кто никогда и не прикасался къ этимъ трудамъ, но всю жизнь свою истратилъ на суетное занятіе мірскими науками, вдругъ возвели на такую почесть? Такъ и еще больше того могли бы сказать, когда бы я принялъ эту должность. Но теперь нѣтъ; всякій предлогъ къ злословію отнятъ; ни меня въ ласкательствѣ, ни избирателей въ мздоимствѣ не могутъ обвинять, развѣ кто захотѣлъ бы просто безумствовать. Какъ можетъ употребляющій лесть и истрачивающій деньги для того, чтобы получить почесть, уступить ее другимъ, когда слѣдовало самому получить? Это было бы похоже на то, если бы кто, много потрудившись надъ землею, чтобы жатва его изобиловала плодами и точила были преисполнены виномъ, послѣ многихъ трудовъ и большихъ издержекъ, когда нужно пожинать плоды и собирать виноградъ, предоставилъ другимъ воспользоваться этимъ плодородіемъ. Видишь ли, что хотя бы такія слова были и далеки отъ истины, однако желающіе имѣли бы предлогъ клеветать на избирателей и говорить, что они сдѣлали избраніе не по здравому разсужденію? А теперь мы не позволимъ имъ и слова сказать, и даже просто устъ открыть. Это, и еще больше того было бы говорено вначалѣ. А послѣ, по вступленіи въ самое служеніе, у меня недостало бы силъ каждый день оправдываться предъ обвинителями, хотя бы всѣ поступки мои были безукоризненны, развѣ пришлось бы въ /с. 25/ чемъ-нибудь погрѣшить по неопытности и по незрѣлому возрасту. Теперь я избавилъ избирателей и отъ этого обвиненія, а тогда подвергъ бы ихъ безчисленнымъ укоризнамъ. Чего не сказали бы? Несмысленнымъ дѣтямъ они поручили столь досточтимыя и великія дѣла, погубили стадо Божіе, забавою и посмѣшищемъ сдѣлали христіанство. Но теперь всякое беззаконіе заградитъ уста своя (Псал. CVI, 42). Хотя тоже могутъ сказать и о тебѣ, но ты дѣлами своими скоро докажешь, что не должно судить о благоразуміи по возрасту, и отличать старца по сѣдинѣ, и не всякаго юнаго отстранять отъ этого служенія, но юнаго по вѣрѣ (новокрещеннаго); между тѣмъ и другимъ — большая разность.

Источникъ: Святителя Іоанна Златоуста «Слова о священствѣ» и «Бесѣда по рукоположеніи во пресвитера» и «Бесѣды о покаяніи». — Репр. изд. — Jordanville: Тѵпографія преп. Іова Почаевскаго. Holy Trinity Monastery, 2006. — С. 15-25.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.