Церковный календарь
Новости


2018-09-21 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Русская Зарубежная Церковь въ кривомъ зеркалѣ (1970)
2018-09-21 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 63-е (8 декабря 1917 г.)
2018-09-20 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Фантастическая исторія (1970)
2018-09-20 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 62-е (7 декабря 1917 г.)
2018-09-19 / russportal
Предсоборное Присутствіе 1906 г. Отдѣла I-го Журналъ №3 (18 марта 1906 г.)
2018-09-19 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 61-е (7 декабря 1917 г.)
2018-09-18 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Святая Русь въ исторіи Россіи (1970)
2018-09-18 / russportal
Предсоборное Присутствіе 1906 г. Отдѣла I-го Журналъ №2 (16 марта 1906 г.)
2018-09-17 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Кончина и погребеніе Блаж. Митр. Антонія (1970)
2018-09-17 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 60-е (5 декабря 1917 г.)
2018-09-16 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Какъ Митр. Антоній создалъ Зарубежную Церковь (1970)
2018-09-16 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Митрополитъ Антоній какъ учитель пастырства (1970)
2018-09-16 / russportal
Предсоборное Присутствіе 1906 г. Отдѣла I-го Журналъ №1 (14 марта 1906 г.)
2018-09-16 / russportal
Предсоборное Присутствіе 1906 г. Раздѣленіе на секціи (1906)
2018-09-15 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). А. С. Хомяковъ и Митрополитъ Антоній (1970)
2018-09-15 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 59-е (4 декабря 1917 г.)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - суббота, 22 сентября 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 11.
Творенія святыхъ отцовъ и учителей Церкви

ТВОРЕНІЯ СВЯТЫХЪ ОТЦЕВЪ ВЪ РУССКОМЪ ПЕРЕВОДѢ,
издаваемыя при Московской Духовной Академіи, Томъ 29-й.

ТВОРЕНІЯ БЛАЖЕННАГО ѲЕОДОРИТА, ЕПИСКОПА КИРСКАГО.
(Часть 4-я. Изданіе 1-е. М., 1857).

ТОЛКОВАНІЕ НА ВИДѢНІЯ ПРОРОКА ДАНІИЛА.

ОТДѢЛЕНІЕ СЕДМОЕ.

Глава 7.

(1). Въ первое лѣто Валтасара царя халдейска Даніилъ сонъ видѣ, и видѣніе главы его на ложи его, и сонъ вписа. До сихъ словъ блаженный Даніилъ писалъ пророчество въ историческомъ болѣе порядкѣ. Ибо сперва, и въ самомъ началѣ, показалъ, чтó происходило съ ними отведенными въ плѣнъ, присовокупилъ же и то, какимъ пользовался онъ попеченіемъ о немъ Бога всяческихъ; потомъ пересказалъ какую казнь за жестокость и гордыню претерпѣлъ Навуходоносоръ, и какъ послѣ сего наказанъ былъ Валтасаръ за пренебреженіе священныхъ сосудовъ. А когда Валтасаръ пораженъ былъ карою Божіею, и царство перешло къ Мидянамъ; Даніилъ описалъ, чтó было съ нимъ и съ Даріемъ, показавъ, сколько расположенъ былъ къ нему Дарій, и какимъ кознямъ подвергшись отъ военачальниковъ и князей, сподобился онъ Божіей помощи. Пересказавъ сіе какъ бы исторически, начинаетъ наконецъ передавать пророчества, сообщенныя ему /с. 129/ въ откровеніяхъ. И сперва предлагаетъ откровеніе о четырехъ звѣряхъ, весьма сходное съ сномъ Навуходоносоровымъ. Ибо Навуходоносоръ видѣлъ въ одномъ тѣлѣ четыре вещества, и Даніилъ видитъ изъ одного моря исходящихъ четырехъ звѣрей. Но чтобы не быть въ необходимости одно и тоже повторять два раза, начнемъ подробное изъясненіе; потому что изъ онаго яснѣе откроется сказанное. Въ первое лѣто Валтасара царя халдейска Даніилъ сонъ видѣ: и видѣнія главы его на ложи его, то есть, видѣлъ откровеніе сіе во снѣ. Поелику будетъ описывать и то, чтó видѣлъ днемъ; то основательно поступаетъ, увѣдомляя насъ, чтó видѣлъ во снѣ, и чтó — въ бодрственномъ состояніи. И сонъ, сказано, написа. Не рѣшился утаить сообщенное ему отъ Бога, но написалъ на пользу всѣмъ. Начало словесъ его. И отвѣщавъ, сказалъ [1], то есть, началъ повѣствованіе такъ:

(2). И азъ Даніилъ видѣхъ въ видѣніи моемъ нощію: и се четыре вѣтра небесніи налегоша на море великое. (3). И четыре звѣри исхождаху изъ моря, различни между собою. Навуходоносоръ видитъ тѣло, научаемый суетности настоящаго и тому, что это — болѣе образы, какъ говоритъ божественный Апостолъ (1 Кор. 7, 32.), а не дѣйствительныя вещи; потому что нѣтъ въ настоящемъ ничего постояннаго и твердаго, но все течетъ, тлѣетъ, увядаетъ. Блаженный же Даніилъ видитъ море, научаемый треволненію настоящей жизни. /с. 130/ Поелику, ставъ плѣнникомъ, принужденъ былъ видѣть чужую сторону; то по необходимости научается треволненію и бурямъ жизни. И какъ царь, высоко думающій о золотѣ, серебрѣ, мѣди и желѣзѣ, въ образѣ сихъ веществъ пріемлетъ иносказательныя указанія о царствахъ, дознаетъ преемство царей, научается не высоко думать о царской власти, подлежащей быстрымъ перемѣнамъ: такъ Пророкъ, пренебрегающій все это, видитъ четырехъ звѣрей, научаемый, что и самыя страшныя царства, приводящія въ боязнь всѣхъ людей, будутъ также имѣть конецъ, пребудетъ же одно, единственно нескончаемое, царство, которое святымъ уготовалъ Богъ святыхъ. Посему жизнь сію, какъ имѣющую тысячи треволненій, называетъ моремъ, а превратность дѣлъ человѣческихъ — вѣтрами, налегающими на море. Какъ при дуновеніи южнаго вѣтра волны стремятся къ сѣверу, а, какъ скоро подвигнетъ море сѣверный вѣтръ, шумное волненіе гонится опять къ югу: такъ, когда Ассиріяне правили кормиломъ вселенной, они влекли всѣхъ въ подданство къ себѣ; а какъ скоро царство перешло къ Персамъ, къ нимъ немедленно началось и стремленіе подданныхъ; и опять, по пріятіи скиптра Македонянами, всѣ, оставивъ тѣхъ, кому повиновались прежде, къ нимъ понесли обычную дань; когда же Римляне присвоили себѣ владычество надъ всѣми, всѣ, ни во что ставя Македонянъ, устремляются къ западу; потому что и сами Македоняне вступаютъ въ число римскихъ подданныхъ. Посему Пророкъ перевороты дѣлъ человѣческихъ справедливо уподобилъ вѣтрамъ, которые, то туда, то сюда, гонятъ /с. 131/ волны морскія. Посему-то упомянулъ о четырехъ вѣтрахъ, такъ какъ четыре были преемства царствъ, Показываетъ же намъ, какое различіе между собою имѣли звѣри. Ибо говоритъ:

(4). Первый аки львица, крилѣ же его аки орли: зрѣхъ дондеже исторжена быша крили его: и воздвижеся отъ земли, и на ногу человѣчу ста, и сердце человѣче дадеся ему. Именемъ львицы Пророкъ означилъ царство Ассиріянъ, или Халдеевъ; потому что оно первое возобладало большею частію вселенной. Львица — животное царственное, и Пророкъ говоритъ, что крила ея уподоблялись орлинымъ; потому что и орелъ владычествуетъ надъ всѣми птицами. Посему, какъ Навуходоносоръ говорилъ, что у тѣла онаго видѣлъ златую главу, божественный же Даніилъ, толкуя сіе, сказалъ: глава златая ты еси, царю (Дан. 2, 36.): такъ и здѣсь Пророкъ могущественнѣйшаго изъ звѣрей примѣнилъ къ первому царству, не о большей силѣ его свидѣтельствуя, но присвоя ему большую честь, какъ первому. Но вмѣстѣ видѣлъ Пророкъ, что исторжени быша крили его, то есть, звѣрь лишенъ былъ всѣхъ подданныхъ, и утратилъ прежнюю силу. И воздвижеся, сказано, отъ земли, то есть пересталъ царствовать. И на ногу человѣчу ста — сравнился съ подвластными ему. И сердце человѣче дадеся ему — наученъ опытомъ мыслить о себѣ по человѣчески и въ умопредставленіяхъ своихъ не преступать мѣры естества. Поелику Ассиріане, когда держали кормило царства, болѣзновали кичливостію и непомѣрнымъ высокомѣріемъ (почему и блаженный Исаія говоритъ: наведетъ /с. 132/ Богъ на умъ великій, на князя ассирійска: Иса. 10, 12.): то, дознавъ опытомъ превратность дѣлъ человѣческихъ и непостоянство счастія, естественно они начинаютъ мыслить о себѣ почеловѣчески, познаютъ сами себя и пріобрѣтаютъ сердце человѣческое. Такъ изобразилъ Пророкъ перваго звѣря, и присовокупляетъ:

(5). И се звѣрь вторый подобенъ медвѣдицѣ, и на странѣ единей ста, и три крили во устѣхъ его, средѣ зубовъ его: и сице глаголаху ему: востани, яждь плоти многи. Здѣсь Пророкъ даетъ разумѣть царство персидское; говоритъ же, что подобно оно медвѣдицѣ, по жестокости и безчеловѣчію казней; потому что Персы въ наказаніяхъ свирѣпѣе всѣхъ варваровъ; сдирая съ живыхъ кожу, отсѣкая члены одинъ за другимъ, дѣлаютъ мученія продолжительными, и казнимымъ готовятъ горькую смерть. Посему сказано, и глаголаху ему: востани, яждь плоти многи, не въ обязанность поставляя такъ поступать, но предсказывая будущее, и свидѣтельствуя о жестокости и неукротимости. Сказано же: три крила во устѣхъ его; потому что обладалъ тремя частями вселенной, восточною, сѣверною и южною. Киръ, первый царь Персовъ, покорилъ себѣ весь востокъ до Геллеспонта. Сынъ его Камбизъ овладѣлъ Египтомъ, и привелъ въ подданство Еѳіоповъ. Дарій же, сынъ Истасповъ, сталъ обладателемъ Скиѳовъ-Номадовъ, населявшихъ сѣверную часть вселенной. А сынъ Даріевъ Ксерксъ предпринялъ привести въ подданство и Европу, но, побѣжденный въ морской битвѣ Аѳинянами, возвратился со стыдомъ, и дозналъ, какой вредъ причи/с. 133/няетъ ненасытимость. Посему-то сказано: три крила во устѣхъ его. По инымъ же спискамъ читается: три ребра, но въ семъ нѣтъ разности. Будетъ ли поставлено то или другое; оно показываетъ, что звѣрь собираетъ плоды съ трехъ частей вселенной, и отвсюду пріемлетъ дань. Прекрасно же присовокупилъ Пророкъ: во устѣхъ его, указывая симъ на вносимыя всѣми подати. И поелику царство сіе не уничтожилось совершенно, но удерживаетъ нѣкоторую часть прежняго владѣнія; то Пророкъ не сказалъ, что подвергнется оно томуже, чтó потерпѣло предшествовавшее царство, лишившееся крилъ, ставшее на ногу человѣчу, и пріявшее сердце человѣче. Говоритъ же Пророкъ, что оно на странѣ единой ста, то есть, устояло въ одной странѣ, и владѣвъ тремя частями вселенной, хотя лишилось большей части владѣній, но удержало за собою владычество надъ одною страною. Древле владѣя всею Азіею и Ливіею, лишилось Египта и Еѳіопіи, не владѣетъ уже Палестиною, Финикіею и Сиріею, утратило владычество надъ Азіею, и Понтъ Евксинскій сталъ внѣ его державы; обладаетъ же только Персіею, Мидіею, Ассиріею и не многими сопредѣльными народами. Посему-то сказано: на странѣ единой ста. Повѣдавъ сіе о второмъ звѣрѣ, Пророкъ продолжаетъ:

(6). Созади сего видѣхъ: и се звѣрь инъ аки рысь: и тому крила четыре птичія надъ нимъ, и четыре главы звѣрю, и власть дадеся ему. Симъ Пророкъ даетъ разумѣть царство македонское, и весьма удачно уподобилъ Александра рыси, по скорости, быстротѣ и пестротѣ. Сказалъ же, что /с. 134/ звѣрь имѣлъ четыре крила птичія; потому что Александръ, подобно птицѣ, облетѣлъ четыре страны вселенной, и всѣхъ привелъ подъ власть свою. Четырьмя же главами Пророкъ далъ разумѣть раздѣленіе государства, происшедшее послѣ Александра. Ибо вмѣсто одного востали четыре царя. Птоломею, сыну Лагову, вручено кормило Египта; Селевку ввѣрено правленіе владѣніями, лежащими къ востоку; Азіею сталъ обладать Антигонъ, а Македоніею, какъ одни говорятъ, — Антипатръ, и какъ утверждаютъ другіе, — Филиппъ, иначе Аридей, братъ самаго Александра. Посему, какъ четыре главы означаютъ четыре государства послѣ Александра, такъ четыре крыла — владычество самаго Александра, покорившаго себѣ четыре части вселенной. Пророкъ сказалъ: власть дадеся звѣрю; потому что оказался онъ обладателемъ и тѣхъ странъ, которыми не владѣли прежде его бывшіе цари; однакоже и сіе, всѣхъ покорившее себѣ царство, пріяло конецъ. Ибо Пророкъ говоритъ:

(7). Созади сего видѣхъ въ видѣніи ночномъ: и се звѣрь четвертый страшенъ и ужасенъ излиха, и зубы его желѣзни и веліи, и ногти его мѣдные, ядый и истончевая, и останки ногами своими попираше, и той различашеся паче всѣхъ звѣрей прежнихъ. Четвертымъ звѣремъ называетъ Пророкъ Римское царство. Не далъ же ему имени; потому что Римское государство, составившись изъ многихъ народовъ, возобладало вселенною. Сперва управляемо было царями; потомъ — иногда народомъ, а иногда вельможами, но напослѣдокъ возвратилось подъ прежнюю царскую власть. Пророкъ /с. 135/ сказуетъ, что звѣрь страшенъ и ужасенъ излиха; потому что царство сіе содѣлалось могущественнѣе всѣхъ прежнихъ царствъ. Пророкъ, и о тѣлѣ говоря, четвертымъ веществомъ поставилъ желѣзо, и присовокупилъ: якоже желѣзо стончеваетъ и умягчаетъ вся, тако истончитъ и истнитъ вся (Дан. 2, 40.). Но и здѣсь говоритъ: зубы у звѣря желѣзни; изъ чего явствуетъ, что и здѣсь подразумѣваетъ тоже царство. Сказано: ядый, и истончевая. И дѣйствительно великія дани возлагаемы были на подданныхъ Римлянами. И останки, сказано, ногами своими попираше. Подъ ногами разумѣетъ Пророкъ воинство царства сего; не мало вреда причиняется имъ жителямъ городовъ и селъ. И той различашеся излиха паче всѣхъ звѣрей прежнихъ; потому что Римское царство содѣлалось могущественнѣе и знаменитѣе царствъ, бывшихъ прежде него.

И роговъ десять ему, говоритъ Пророкъ. Означаетъ же симъ, что къ концу царства въ одно и тоже время востанутъ десять царей, изъ которыхъ одни будутъ сильны, а другіе крайне слабы. Сіе показалъ Пророкъ и въ тѣлѣ, видѣнномъ во снѣ. Ибо и тамъ перстовъ на ногахъ десять, и изъ нихъ часть нѣкая желѣзна, и часть нѣкая глиняна (Дан. 2, 42.), толкуя же сіе, блаженный Даніилъ сказалъ, что часть нѣкая царства будетъ крѣпка, а часть — безсильна. А изъ сего явствуетъ, что тотъ и другой сонъ означаютъ одно и тоже. И роговъ десять ему, сказано.

(8). Разсмотряхъ въ розѣхъ его, продолжаетъ Пророкъ: и се рогъ другій малъ видимъ взыде сре/с. 136/ди ихъ, и тріе предніи его исторгнушася отъ лица его: и се очи, аки очи человѣчи въ розѣ томъ, и уста глаголюща великая, и брань творилъ со святыми. Здѣсь разумѣетъ Даніилъ антихриста, появляющагося между десяти роговъ. Сказуетъ же, что рогъ сей исторгъ три рога, бывшіе впереди его, и даетъ симъ разумѣть, что сокрушитъ онъ трехъ царей изъ десяти царствующихъ въ одно и тоже время. Называетъ рогъ сей малымъ, какъ происходящій отъ малаго Іудейскаго колѣна, но видимымъ, потому что послѣ сего содѣлается значительнымъ. А подъ очами Пророкъ далъ разумѣть смышленность и хитрость, которую употребивъ въ дѣйствіе, обольститъ многихъ. Но и уста, сказано, глаголюща великая, то есть, глаголюща высокомѣрно и надмѣнно. Ясно же научаетъ сему насъ блаженный Павелъ, говоря: да никто же васъ прелститъ ни по единому же образу: яко аще не пріидетъ отступленіе прежде, и открыется человѣкъ беззаконіа, сынъ погибели, противникъ и превозносяйся паче всякаго глаголемаго бога или чтилища, якоже ему сѣсти въ церкви Божіей, показующу себе, яко богъ есть (2 Сол. 2, 3. 4.). Сіе давая разумѣть, и блаженный Даніилъ сказалъ: и уста глаголюща великая, и творилъ брань со святыми, то есть, употребляетъ всѣ мѣры, желая всѣхъ людей пріять въ сообщники своего лукавства и подвергнуть одному съ собою наказанію. Но поступая такъ, говоритъ Пророкъ, не долго пребудетъ, весьма же скоро сокрушится.

(9). Зряхъ, продолжаетъ Даніилъ, дондеже престоли поставишася, и Ветхій денми сѣде, и одеж/с. 137/да Его бѣла аки снѣгъ, и власы главы Его аки волна чиста, престолъ Его пламень огненный, колеса Его огнь палящь. (10). Рѣка огненная течаше исходящи предъ Нимъ: тысящи тысящь служаху Ему, и тьмы темъ предстояху Ему: судище сѣде, и книги отверзошася. Пророкъ говоритъ, что рогъ, говорившій великое, высокомѣрное и надмѣнное, и брань творившій со святыми, на все это отваживался, дондеже судище сѣде. Надлежитъ знать, что Богъ, Который безплотенъ, простъ, не имѣетъ образа, не пріемлетъ никакого очертанія, имѣетъ же естество неописанное, многократно, какъ угодно Его волѣ, для пользы тварей, образуетъ видѣнія; и можно видѣть, что иначе являлся Онъ Аврааму, иначе Моѵсею, въ иномъ образѣ Исаіи, а также инаковый видъ явилъ Іезекіилю. Посему, когда видишь различіе откровеній, не предполагай Божества многообразнымъ, но слушай, чтó Самъ Богъ говоритъ устами Пророка Осіи: Азъ видѣнія умножихъ, и въ рукахъ пророческихъ уподобихся (Ос. 12, 10.). Уподобихся, сказалъ, а не видимъ былъ; потому что, какъ угодно Ему, образуетъ видѣнія. Такъ, конечно и блаженный Іезекіиль видѣвъ, что Явившійся составленъ изъ илектра и огня, когда описалъ откровеніе, присовокупилъ: сіе подобіе славы Господни (Іезек. 2, 1.), и не сказалъ, что видѣлъ самаго Господа, или самую славу Господню, но говоритъ: подобіе славы Господни. Посему и здѣсь блаженный Даніилъ видѣніемъ Ветхаго денми научается вѣчности. Такъ разумѣя, и нѣкоторые изъ переводчиковъ вмѣсто словъ: Ветхій денми поставили: /с. 138/ ветхими Творящій дни. Видитъ же Пророкъ чистоту волосъ и бѣлизну одежды, научаемый изъ всего неукоризненности и святости, не только естества Божія, но и умопредставляемаго о Немъ, то есть, правды, промышленія, попеченія, суда. Поелику Пророкъ видѣлъ рогъ, употребляющій слова высокомѣрныя, и замышляющій тысячи козней рабамъ Божіимъ; то молніеносно сіяющею во всемъ чистотою онъ научается, что такія дерзости совершаются не по небреженію, но по неизреченному домостроительству, попускающаго Бога. И чтобы не подумалъ кто еще, будто Богъ, какъ благій, хощетъ оказать помощь святымъ, но не можетъ, Даніилъ видитъ и престолъ уготованный изъ огня, и колеса также огненнаго естества, и рѣку огненную, омывающую престолъ, и тысячи тысячь служащихъ и тьмы темъ предстоящихъ. И однимъ изъ сего научается онъ познавать Божіе всемогущество, а другимъ Божію чистоту и неукоризненность, ветхостію же — вѣчность, премудрость, кротость. Къ сему присовокупляетъ Пророкъ: судище сѣде, и книги отверзошася, то есть, судилище рѣшило, что время быть суду, и раскрыло памятныя записи о томъ, чтó сдѣлано каждымъ; ибо сіи записи называетъ Пророкъ книгами. Если же думаетъ кто, что симъ означается обѣтованіе Господа, которое далъ Онъ Апостоламъ, сказавъ: поставлено будетъ двѣнадцать престоловъ, и сядете судяще обѣманадесяте колѣнома Израилевома (Матѳ. 19, 26.); то въ этомъ нѣтъ ничего невѣроятнаго; потому что обѣтованіе Истины не ложно.

(11). Видѣхъ тогда, говоритъ Пророкъ, отъ /с. 139/ гласа словесъ великихъ, яже рогъ оный глаголаше, видѣхъ дондеже убися звѣрь, и погибе, и тѣло его дадеся въ сожженіе огненное. Когда по причинѣ неистовства онаго рога совершенъ судъ; рушилось тогда, говоритъ Даніилъ, и четвертое царство, и тѣло звѣря предано на сожженіе огнемъ. Надлежитъ же замѣтить, не сказалъ просто: преданъ звѣрь, но: тѣло его дадеся на сожженіе огнемъ. Поелику подъ звѣремъ разумѣется все царство, и въ царствѣ одни — питомцы благочестія, а другіе — дѣлатели грѣха, и слѣдуя божественному Писанію, обыкли мы первыхъ называть духовными, а послѣднихъ — плотскими; то справедливо сказалъ Пророкъ, что на сожженіе огнемъ предается не звѣрь, но тѣло звѣря, то есть, люди огрубѣвшіе, плотскіе, не помышляющіе ни о чемъ духовномъ.

(12). И прочихъ звѣрей преставися власть и продолженіе [2] житія дадеся имъ до времене и времене. Власть другихъ звѣрей прекратилась уже, говоритъ Пророкъ, хотя и многолѣтній кругъ времени провели они въ обладаніи; потому что каждому опредѣлено извѣстное время для царствованія. Когда же совершилось сіе, и другія царства прекратились уже прежде сего, а заслужившіе наказаніе въ четвертомъ царствѣ преданы были огню; тогда, говоритъ Пророкъ, /с. 140/

(13). Видѣхъ во снѣ нощію, и се на облацѣхъ небесныхъ, яко Сынъ человѣчь идый бяше, и даже до Ветхаго денми дойде, и предъ Него приведеся: (14). И Тому дадеся честь и власть и царство, и вси людіе, племена, языки Тому поработаютъ: власть Его, власть вѣчная, яже не прейдетъ, и царство Его не разсыплется. Подлинно благовременно можетъ сказать иный Іудеямъ, чтó древле сказалъ имъ Пророкъ: лице жены блудницы бысть тебѣ, не постыдилась ко всѣмъ (Іер. 3, 3.). Ибо чтó яснѣе сихъ словъ? Дѣйствительно евангельски и апостольски паче, нежели пророчески и гадательно, проповѣдалъ Пророкъ. О чемъ Господь сказуетъ въ евангеліи: узрите Сына человѣческаго, грядуща на облацѣхъ небесныхъ съ Ангелами Его (Матѳ. 24, 30.), и блаженный Павелъ говоритъ: Господь въ повелѣніи, во гласѣ Архангеловѣ, и въ трубѣ Божіи снидетъ съ небесе, и мертвіи востанутъ нетлѣнными, и мы живущіи оставшіи, восхищени будемъ на облацѣхъ въ срѣтеніе Господне на воздусѣ, и тако всегда съ Господемъ будемъ (1 Сол. 4, 16. 17.), — сему ясно научилъ насъ блаженный Даніилъ, предвозвѣщая второе пришествіе Спасителя. Какъ ясно называетъ Его Сыномъ человѣческимъ по воспринятому Имъ естеству, такъ говоритъ, что грядетъ на облакахъ, по собственному Своему обѣтованію, чтобы показать власть, и пріемлетъ честь и власть и царство отъ Ветхаго денми, какъ человѣкъ. Ибо сіе и во-второмъ псалмѣ отъ лица Самаго Господа сказуетъ блаженный Давидъ: Господь рече ко Мнѣ: Сынъ Мой еси Ты, Азъ днесь родихъ Тя: проси отъ Мене, и дамъ Ти /с. 141/ языки достояніе Твое, и одержаніе Твое концы земли (Псал. 2, 8.). Сіе же говоритъ и блаженный Даніилъ; ибо сказано: вси людіе, племена, языки Тому поработаютъ. И показывая нескончаемость царства, Пророкъ продолжаетъ: власть Его, власть вѣчная, яже не прейдетъ, и царство Его не разсыплется. Такъ описавъ откровеніе, Пророкъ присовокупилъ:

(15). Вострепета духъ мой въ состояніи моемъ, азъ Даніилъ, и видѣнія главы моея смущаху мя. Ибо видѣніе сіе, говоритъ, было весьма страшно, и невѣдѣніе значенія таинственныхъ явленій смущало мысль и исполняло смятенія.

(16). И пріидохъ къ единому отъ стоящихъ, и извѣстія просихъ отъ него о всѣхъ сихъ. Стоящими называетъ Пророкъ тѣ тысячи тысячь и тѣ тьмы темъ, которыми не число опредѣленное показалъ онъ, но выразилъ множество, превосходящее всякое число, и служащихъ, и предстоящихъ; потому что почетнѣйшіе не только предстояли, но пріимали повелѣнія служить, прочіе же тѣмъ, что стояли со страхомъ, изъявляли свою служебность. И какъ въ человѣческихъ судилищахъ одни изъ подчиненныхъ стоятъ, показывая симъ, что судилище страшно, а другіе исходятъ и входятъ, принося судіѣ отвѣты: такъ и въ ономъ наипаче страшномъ судилищѣ Даніилъ видѣлъ, что тьмы темъ предстоятъ, а тысячамъ тысячь ввѣрено служеніе. Посему, пришедши и спрашивая, какъ объяснить себѣ откровеніе, отъ одного изъ стоящихъ, говоритъ Пророкъ, дозналъ я истину. Ибо сказалъ онъ мнѣ: /с. 142/

(17). Сіи звѣріе велицыи четыре, четыре царства востанутъ на земли: (18). Яже возмутся, и преймутъ царство Святіи Вышняго, и содержати будутъ оное даже до вѣка, и до вѣка вѣковъ. Должно тщательно обратить вниманіе на то, что и здѣсь назвалъ четыре царства, какъ и въ сказаніи о тѣлѣ говорилъ о четырехъ же, и не думать, что царство, означаемое скуделью, иное отъ царства, означаемаго желѣзомъ. Ибо тамъ сказалъ, что конецъ желѣзнаго царства слабѣе, и здѣсь также изрекъ, что изъ десяти роговъ три исторгнуты, очевидно, какъ болѣе другихъ слабые. Посему, говоритъ, царства сіи рушатся, а истинное и нескончаемое царство дано будетъ святымъ Вышняго. И потому, продолжаетъ, возлюбивъ оное царство, ни во что вмѣняй царства настоящаго вѣка, которыя въ непродолжительномъ времени пріимутъ конецъ.

(19). Вопрошахъ испытно о звѣри четвертомъ, яко бяше различенъ паче всякаго звѣря, страшенъ велми, зубы его желѣзны, и ногти его мѣдяны, ядый и истончевая, и останки ногами своими попираше. Должно замѣтить, что зубы называетъ желѣзными, а ногти мѣдными. Поелику римское царство со всѣхъ беретъ дань; то зубы назвалъ Пророкъ желѣзными. А поелику многіе изъ царства македонскаго поступаютъ въ военную службу, и что у звѣря ногти, то у царя воины; то справедливо назвалъ ногти мѣдными, потому что и третіе царство нарекъ мѣднымъ. Вопрошахъ, говоритъ Пророкъ,

(20). И о десяти розѣхъ его, иже на главѣ его, /с. 143/ и о четвертомъ, возшедшемъ и истрясшемъ первыя три, рогъ же той, ему же очи его и уста глаголюща великая, и видѣніе его болѣе прочихъ. Недолжно удивляться, что выше рогъ сей назвалъ Пророкъ малымъ, а здѣсь говоритъ, что видѣніе его болѣе прочихъ; надлежитъ же тщательно вникнуть въ слова сіи. Ибо когда видѣлъ рогъ сей появляющимся, наименовалъ его малымъ, какъ возникающій въ маломъ народѣ іудейскомъ, и обладающій пока незнатнымъ царствомъ; а по исторженіи имъ трехъ предшествующихъ ему роговъ справедливо видѣніе его называетъ большимъ прочихъ. Посему продолжаетъ еще вопрошать, — почему

(21). Рогъ той творяше рать со святыми, и укрѣпися на нихъ, то есть, уничижилъ ихъ.

(22). Дондеже пріиде Ветхій денми, и судъ даде святымъ Вышняго: и время приспѣ, и царство пріяша святіи. Просилъ я, говоритъ Пророкъ, объяснить мнѣ, чтó означаетъ оный рогъ, поступающій кичливо, произносящій высокомѣрныя слова, уничижающій общество святыхъ, пока Ветхій денми не произноситъ на него правдиваго приговора, не отдаетъ царства святымъ и не сокрушаетъ его державы.

(23). И рече мнѣ, говоритъ Пророкъ, такъ: звѣрь четвертый, царство четвертое будетъ на земли, еже превзыдетъ вся царства, и поястъ всю землю, и поперетъ ю, и посѣчетъ ю. Древніе познавали это изъ таинственныхъ видѣній, а мы знаемъ изъ опыта. Ибо видимъ исполненіе пророчества, видимъ, какъ взыскиваются подати, многихъ /с. 144/ угнетаетъ нищета, и ежедневно совершается все прочее.

(24). И десять роговъ его, сказано, десять царей востанутъ. Надобно же замѣтить, что не сказалъ: востанутъ они одинъ за другимъ преемственно, но: востанутъ въ одно и тоже время. А что сіе дѣйствительно такъ, свидѣтельствуетъ присовокупляемое:

И по нихъ востанетъ, сказано, другій царь, иже превзыдетъ злобами всѣхъ прежнихъ, и три цари смиритъ. Если царствовали не въ одно время, но преемственно одинъ послѣ другаго; то какъ же смиритъ онъ въ одно время трехъ изъ бывшихъ до него? Посему явно, что, по предсказанію, десять царей востанутъ при концѣ въ одно время. Антихристъ же воставъ и пріявъ царство послѣдній, будетъ воевать съ ними и сокрушитъ трехъ изъ нихъ. Но не довольствуясь побѣдою надъ людьми, какъ сказано:

(25). И словеса на Вышняго возглаголетъ и святыхъ Вышняго приведетъ въ ветхость, или, какъ читается въ нѣкоторыхъ спискахъ, смиритъ, и помыслитъ премѣнити времена и законъ. Будетъ поступать съ такимъ бѣшенствомъ и неистовствомъ, что на Бога Вышняго изрыгнетъ слова высокомѣрныя и хульныя, а тѣхъ, которые усердно Ему служатъ и причастны святыни, подвергнетъ всѣмъ родамъ казней, даже вообразитъ возможнымъ совершенно истребить господствующее благочестіе и отмѣнить предписываемый онымъ доблестный образъ жизни. Ибо сіе даетъ разумѣть, сказавъ: помыслитъ премѣнити времена и законъ, то есть, образъ /с. 145/ жизни, соблюдаемый въ то время. Потомъ присовокупляетъ:

И дастся въ руку его, то есть, попуститъ Божій Промыслъ. И, показывая продолженіе оныхъ бѣдствій въ крайней ихъ мѣрѣ, яко не до конца забвенъ будетъ нищій, терпѣніе убогихъ не погибнетъ на вѣкъ (Псал. 9, 19.), послѣ словъ: и дастся въ руку его, присовокупилъ:

Даже до времене, и временъ, и полувремене. Сіе яснѣе передалъ намъ Пророкъ въ концѣ пророчества. Ибо говоритъ: отъ времене премѣненія жертвы всегдашнія, и дастся мерзость запустѣнія на дни тысяща двѣсти девятьдесять (Дан. 12, 11.). Посему временемъ, временами и полувременемъ называетъ три года съ половиною, въ которые оный рогъ будетъ имѣть власть глаголать великая.

(26). Но судище сѣде [3] говоритъ Пророкъ, и власть его преставятъ еже потребити, и погубити до конца. Сіе же ясно преподалъ намъ и блаженный Павелъ; ибо, изрекши сказанное нами прежде сего, присовокупилъ и слѣдующее: точію держай нынѣ, дондеже отъ среды будетъ: И тогда явится беззаконникъ, егоже Господь Іисусъ убіетъ духомъ устъ Своихъ, и упразднитъ явленіемъ пришествія Своего: его же есть пришествіе по дѣйству сатанину во всякой силѣ и знаменіихъ и чудесехъ ложныхъ, и во всякой лсти неправды, /с. 146/ въ погибающихъ (2 Сол. 2, 7-10.). А смыслъ словъ сихъ таковъ: держащему нынѣ должно быть устраненнымъ; ибо истребится обладающее заблужденіе, и прекратится идольская прелесть, и тогда явится беззаконникъ. Сіе и Господь изрекъ въ священномъ евангеліи: проповѣстся евангеліе во всѣ предѣлы земли, во свидѣтельство имъ, и тогда пріидетъ кончина (Матѳ. 24, 14.). Отсюда научившись, блаженный Павелъ внушаетъ Ѳессалоникійцамъ, а чрезъ нихъ всѣмъ любителямъ благочестія: не думайте, что врагъ истины явится нынѣ; ибо прежде должно истребиться обдержащему идольскому заблужденію и утвердиться проповѣди евангелія, а потомъ уже явиться беззаконнику. Потомъ даетъ видѣть и погибель его: его же Господь Іисусъ убіетъ духомъ устъ Своихъ, и упразднитъ явленіемъ пришествія Своего. Послѣ сего показываетъ, какимъ образомъ явится онъ: его же есть пришествіе подѣйству сатанину: ибо діаволъ будетъ подражать вочеловѣченію Бога и Спасителя нашего. И какъ Господь, явившись въ естествѣ человѣческомъ, содѣлалъ наше спасеніе; такъ и діаволъ, воспріявъ достойное своего лукавства орудіе, посредствомъ онаго покажетъ свою дѣятельность, обольщая безпечныхъ людей ложными знаменіями, и чудесами, и призракомъ чудесъ. И Апостолъ, объясняя, почему Богъ всяческихъ попуститъ совершиться сему, присовокупилъ: зане любве истины не пріяша, во еже спастися имъ: И сего ради послетъ имъ Богъ дѣйство лсти, во еже вѣровати имъ лжи: да судъ пріимутъ вси не вѣровавшіи истинѣ, но благоволившіи въ неправдѣ (2 Сол. /с. 147/ 2, 10-12.). Тоже самое и Господь изрекъ Іудеямъ: Азъ пріидохъ во имя Отца Моего, и не пріясте Мене: инъ приходитъ во имя свое, и того пріемлете (Іоан. 5, 43.). Сіе же и Ангелъ открывая Даніилу, говоритъ: словеса на Вышняго возглаголетъ и Святыхъ Вышняго доведетъ до ветхости, и помыслитъ премѣнити времена и законъ, и дастся въ руку его даже до времене, и временъ, и полувремене. И судище сѣде, и власть его преставятъ еже потребити, и погубити до конца. Видите, какъ открытое Ангеломъ загадочно блаженный Павелъ изложилъ ясно. Господь, предуказуя возстаніе на святыхъ, сказалъ: будетъ скорбь велія, якова не бысть отъ начала міра доселѣ, ниже имать быти. И аще не быша прекратились дніе оны, не бы убо спаслася всяка плоть: избранныхъ же ради прекратятся дніе оны (Матѳ. 24, 21. 22.). Потомъ, преподавъ совѣтъ святымъ Своимъ ученикамъ, а чрезъ нихъ и всѣмъ человѣкамъ, не обольщаться словами тѣхъ, которые будутъ говорить: се здѣ, или ондѣ Христосъ (23.), потому что не скрытно и не тайно, но явно со славою Онъ явится, присовокупилъ: тогда узрятъ Сына человѣческаго, грядуща на облацѣхъ небесныхъ съ силою и славою многою. И послетъ Ангелы Своя съ трубою великою, и соберутъ избранныя Его отъ четырехъ вѣтръ, отъ конецъ небесъ до конецъ ихъ (30, 31.). Сіе предсказуя и Даніилу, Ангелъ къ сказанному уже присовокупилъ:

(27). И царство и власть и величество царей, иже подъ всѣмъ небесемъ, дастся Святымъ Выш/с. 148/няго: и царство Его, царство вѣчное, и вся власти. Тому работати будутъ и служити (28). До здѣ скончаніе словесе. Сіе значитъ: таковъ конецъ всего въ жизни сей: всѣ царства земныя пріимутъ конецъ, дано же будетъ вѣчное царство святымъ Вышняго; и они царствуя будутъ усердно Ему повиноваться и служить; ибо царство Его вѣчное и не имѣющее конца. Пророкъ, выслушавъ сіе, говоритъ: я Даніилъ исполнился великаго страха, и потому не успокоились во мнѣ помыслы мои, но смущались и непрестанно приходили въ смятеніе, отъ чего и въ лицѣ моемъ произошла большая перемѣна. Однакоже не разглашалъ показанныхъ мнѣ таинъ, но соблюдалъ ихъ въ сердцѣ.

Сему научилъ насъ блаженный Даніилъ; а я, оставивъ теперь обвинять Іудеевъ, весьма дивлюсь нѣкоторымъ учителямъ благочестія, которые четвертаго звѣря назвали Македонскимъ царствомъ. Имъ должно было во первыхъ принять во вниманіе, что третій звѣрь имѣлъ четыре главы, что ясно давало видѣть происшедшее по смерти Александра раздѣленіе царства на четыре части. А потомъ должно было не опускать изъ вида, что четвертый звѣрь въ одно и тоже время имѣлъ десять роговъ, и малый рогъ исторгъ три бывшіе передъ нимъ рога. Но царство Александрово пріяли четыре, а не десять царей. И если, оставивъ все прочее, обращусь къ концу, то должно было сообразить сказанное, что по истребленіи четвертаго звѣря, царство дано будетъ святымъ Вышняго; потому и судище сѣде. Но святые Вышняго пріяли царство не послѣ Антіоха Епифана. Если /с. 149/ блаженные Маккавеи пріобрѣли нѣкоторую силу, то не надолго. Іуда военачальствовалъ три года, Іонаѳанъ девятнадцать годовъ, Симонъ восемь; и прочіе (опасаюсь, чтобы, говоря о каждомъ, не продлить слово) послѣ кратковременной власти, или умирали, или по нѣкоторымъ обстоятельствамъ лишались военачальства. Притомъ же, не всѣ они святые; но нѣкоторые изъ нихъ вдавались въ пороки. А если положимъ, что всѣ они святы; то Иродъ, истребивъ ихъ, объявленъ былъ царемъ всей Іудеи. Поэтому будетъ ли истинно сказанное Ангеломъ, что по сокрушеніи онаго рога, царство и власть и величество царей, иже подъ всѣмъ небесемъ, дастся святымъ Вышняго, и царство Его, царство вѣчное? Ибо все это не примѣнимо къ Маккавеямъ; имъ и царская власть не была ввѣряема, но, какъ военачальники, побѣждали они, и вскорѣ воспріяли конецъ. Посему подъ четвертымъ звѣремъ остается разумѣть царство Римское; потому что при концѣ его востанутъ въ одно время десять царей, содѣтель же всякаго лукавства и наставникъ въ ономъ явится послѣднимъ, все то дѣлая и претерпѣвая, чтó о немъ открыто намъ въ пророчествѣ. По низложеніи же его, откроется пришествіе Бога и Спасителя нашего, наступитъ судъ всѣхъ человѣковъ, и отверсты будутъ книги, сіи памятники того, чтó сдѣлано въ жизни каждымъ. Предано же будетъ огню тѣло звѣря, то есть, тѣ, которые отъяли владычество у души, предоставили власть тѣлу, и водились въ жизни плотскимъ мудрованіемъ. Даетъ же праведный Судія царство святымъ, взывая: пріидите благосло/с. 150/венніи Отца Моего, наслѣдуйте уготованное вамъ царствіе отъ сложенія міра (Матѳ. 25, 34.).

Да дастъ же Онъ получить оное всѣмъ намъ, по благодати и человѣколюбію Господа нашего Іисуса Христа, съ Которымъ слава Отцу со Святымъ Духомъ во вѣки вѣковъ! Аминь.

Примѣчанія:
[1] Словъ сихъ не читается у седмидесяти и въ славянскомъ переводѣ.
[2] Вмѣсто: μακρότης продолженіе, какъ читается у Седмидесяти, у блаж. Ѳеодорита читается здѣсь: μακαριότης блаженство; но слѣдующее за симъ толкованіе согласно съ первымъ, а не съ послѣднимъ чтеніемъ.
[3] Въ слав. пер. согласно съ другими греч. чтеніями, читается: сядетъ.

Источникъ: Творенія Блаженнаго Ѳеодорита, Епископа Кирскаго. Часть четвертая: [Толкованіе на видѣніе пророка Даніила. Толкованіе на Двѣнадцать пророковъ (Осію, Іоиля, Амоса, Авдія, Іону и Михея).] — М.: Въ типографіи В. Готье, 1857. — С. 128-150. (Творенія святыхъ отцевъ въ русскомъ переводѣ, издаваемыя при Московской Духовной Академіи, Томъ 29.)

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.