Церковный календарь
Новости


2018-12-13 / russportal
Евсевій Памфилъ. "Четыре книги о жизни блаж. царя Константина". Книга 2-я (1849)
2018-12-13 / russportal
Евсевій Памфилъ. "Четыре книги о жизни блаж. царя Константина". Книга 1-я (1849)
2018-12-12 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 126-й (1899)
2018-12-12 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 125-й (1899)
2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Православное Догмат. Богословіе митр. Макарія (1976)
2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Свт. Тихонъ Задонскій, еп. Воронежскій (1976)
2018-12-10 / russportal
Лактанцій. Книга о смерти гонителей Христовой Церкви (1833)
2018-12-10 / russportal
Евсевій, еп. Кесарійскій. Книга о палестинскихъ мученикахъ (1849)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Истинное христіанство есть несеніе креста (1975)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Сознаемъ ли мы себя православными? (1975)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, какъ душѣ обрѣсти Бога (1895)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, что не должно соблазнять ближняго (1895)
2018-12-07 / russportal
Тихонія Африканца Книга о семи правилахъ для нахожд. смысла Св. Писанія (1891)
2018-12-07 / russportal
Архим. Антоній. О правилахъ Тихонія и ихъ значеніи для совр. экзегетики (1891)
2018-12-06 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 16-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
2018-12-06 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 15-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - четвергъ, 13 декабря 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 17.
Исторія Русской Церкви

Всероссійскій Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг.

Священный Соборъ Православной Россійской Церкви 1917-1918 гг. былъ открытъ въ Москвѣ 15 (28) августа 1917 г. Для участія въ его работѣ было избрано и назначено по должности 564 человѣка: 80 архіереевъ, 129 лицъ пресвитерскаго сана и 10 дьяконовъ изъ бѣлаго духовенства, 26 псаломщиковъ, 20 монашествующихъ (архимандритовъ, игуменовъ и іеромонаховъ) и 299 мірянъ. Соборъ работалъ болѣе года. За этотъ періодъ состоялись три его сессіи: первая — съ 15 (28) августа по 9 (22) декабря 1917 г., вторая и третья — въ 1918 г.: съ 20 января (2 февраля) по 7 (20) апрѣля и съ 19 іюня (2 іюля) по 7 (20) сентября. — Основными вопросами, подлежавшими рѣшенію Собора, были: 1) выработка положенія о Высшемъ Церковномъ Управленіи Всероссійской Церкви; 2) возстановленіе патріаршества; 3) возстановленіе праздника Всѣмъ святымъ въ Землѣ Россійской просіявшимъ; 4) канонизація новыхъ святыхъ: Софронія Иркутскаго и Іосифа Астраханскаго. Однако, къ сожалѣнію, многія рѣшенія Соборъ принималъ подъ давленіемъ т. н. «демократической общественности» и въ немъ очень сильно сказывалось наслѣдіе Февральскаго переворота 1917 г., что помѣшало Собору дать народу четкіе критеріи происшедшей въ Россіи національной катастрофы... — Въ 1994-2000 гг. Новоспасскій монастырь (РПЦ) выпустилъ въ свѣтъ изданіе матеріаловъ Собора 1917-1918 гг., которое состояло изъ 12 томовъ, 11 изъ которыхъ — «Соборныя Дѣянія» и одинъ томъ — «Опредѣленія и Постановленія Собора». Часть Соборныхъ Дѣяній (№№ 1-82, тт. 1-6) была выпущена репринтомъ по изданію, предпринятому еще въ 1918 г. самимъ Соборомъ; остальныя (№№83-170, тт. 7-11) — по архивнымъ матеріаламъ, хранящимся въ Государственномъ архивѣ Россійской Федераціи въ Москвѣ.

Дѣянія Всероссійскаго Помѣстнаго Собора 1917-1918 г.г.

СВЯЩЕННЫЙ СОБОРЪ ПРАВОСЛАВНОЙ РОССІЙСКОЙ ЦЕРКВИ.

ДѢЯНІЕ СОРОКЪ ВТОРОЕ.
16 ноября 1917 года.
[О правовомъ положеніи Церкви въ Государствѣ].

1. Засѣданіе открыто въ Соборной Палатѣ въ 10 ч. 10 мин. утра, подъ предсѣдательствомъ Архіепископа Новгородскаго Арсенія, въ присутствіи 318 Членовъ Собора.

На повѣсткѣ засѣданія: 1) Текущія дѣла. 2) Докладъ о правовомъ положеніи Церкви въ Государствѣ (продолженіе). Докладчики: проф. С. Н. Булгаковъ, П. И. Астровъ, проф. Ѳ. И. Мищенко.

2. Предсѣдательствующій. Слово прикадлежитъ И. И. Архангельскому. Его нѣтъ? Согласно желанію И. И. Архангельскаго, онъ долженъ былъ представить докладъ о своей поѣздкѣ на Кавказскій фронтъ. Но его нѣтъ, и сегодня докладъ онъ уже не будетъ дѣлать. Открываю поэтому пренія по вопросу о правовомъ положеніи Православной Церкви въ Россіи. Слово принадлежитъ Н. Д. Кузнецову. Его нѣтъ? Слово принадлежитъ В. И. Зеленцову. Его тоже нѣтъ? Списокъ записавшихся ораторовъ исчерпанъ. Предлагаю на обсужденіе поправки, внесенныя къ ст. 3 доклада. Предварительно читаю самую эту статью: «Постановленія и узаконенія, издаваемыя для себя Православной Церковью въ установленномъ ею самою порядкѣ, равно и акты церковнаго управленія и суда со стороны Государства признаются, со времени обнародованія ихъ церковной властью, имѣющими юридическую силу и значеніе, поскольку эти акты не нарушаютъ государственныхъ законовъ».

(Къ Предсѣдательствующему подходитъ явившійся въ засѣданіе В. И. Зеленцовъ и проситъ слова). Списокъ ораторовъ исчерпанъ, слово принадлежитъ докладчикамъ, и начинается голосованіе статей; вы опоздали и слово вамъ предоставить не могу.

А. В. Васильевъ предлагаетъ исключить въ статьѣ конецъ ея со словъ: «поскольку эти акты...»

П. А. Россіевъ предлагаетъ послѣ всего текста статьи прибавить: «при охранѣ этими законами первенства среди другихъ вѣро/с. 47/исповѣданій Православной Церкви, покоящейся на канонически-догматическихъ основахъ».

Наконецъ, графъ Д. А. Олсуфьевъ предлагаетъ дополнить статью 3-ю въ концѣ словами: «установленныхъ для всѣхъ гражданъ Россійскаго Государства, независимо отъ принадлежности ихъ къ тому или другому исповѣданію».

(Н. Д. Кузнецовъ проситъ слова). Въ свое время я вызывалъ васъ, но васъ тогда въ Соборной Палатѣ не было. Теперь предоставить вамъ слово не могу.

3. Докладчикъ проф. Ѳ. И. Мищенко. А. В. Васильевъ предлагаетъ исключить конецъ ст. 3 доклада со словъ: «поскольку эти акты...» Я долженъ сказать, что эти слова поставлены для большей ясности мысли статьи. Конечно, они подразумѣваются въ статьѣ, но форма изложенія предложенія Отдѣла въ статьѣ 3-ей разсчитана на усиленную, напряженную работу мысли. Само собой разумѣется, что церковныя постановленія, противныя гражданскимъ узаконеніямъ, не могутъ получить признанія со стороны Государства. Вѣдь, въ послѣднихъ словахъ статьи рѣчь идетъ не о Церкви только, но и о Государствѣ, которому должна быть ясна наша позиція въ обсуждаемомъ вопросѣ. Не отрицаю, что изложеніе конца статьи страдаетъ плеоназмомъ, но несомнѣнно и то, что при чтеніи статьи безъ указаннаго конца ея можетъ возникнуть естественное недоразумѣніе, почему, для ясности, и прибавленъ этотъ конецъ статьи. Предлагаютъ также свои поправки П. А. Россіевъ и графъ Олсуфьевъ, но заключающіяся въ поправкахъ мысли находятъ свое изложеніе и развитіе въ дальнѣйшихъ статьяхъ доклада, а отчасти предполагаются выраженными въ своей основной идеѣ: разъ говорится въ статьѣ вообще о гражданскихъ законахъ, значитъ, идетъ рѣчь и о тѣхъ законахъ, которые касаются инославныхъ и иновѣрныхъ обществъ. На основаніи всего сказаннаго, покорнѣйше прошу Священный Соборъ принять статью 3-ю въ изложеніи Отдѣла.

4. Предсѣдательствующій. Голосую поправку А. В. Васильева, исключающую конецъ 3-й статьи, именно слова: «поскольку эти акты не нарушаютъ государственныхъ законовъ».

5. ПОСТАНОВЛЕНО: поправку А. В. Васильева отклонить.

6. Предсѣдательствующій. Поправка къ статьѣ 3-й, внесенная П. А. Россіевымъ, состоитъ въ добавленіи къ статьѣ словъ: «при охранѣ этими законами первенства среди другихъ вѣроисповѣданій Православной Церкви, покоющейся на канонически-догматическихъ основахъ». Голосую эту поправку.

7. ПОСТАНОВЛЕНО: поправку П. А. Россіева отклонить.

8. Предсѣдательствующій. Графъ Д. А. Олсуфьевъ предлагаетъ добавить въ концѣ статьи словá: «установленныхъ для всѣхъ /с. 48/ гражданъ Россійскаго Государства, независимо отъ принадлежности ихъ къ тому или другому исповѣданію». Голосую эту поправку.

9. ПОСТАНОВЛЕНО: поправку графа Д. А. Олсуфьева отклонить.

10. Предсѣдательствующій. За отклоненіемъ поправокъ, статья 3-я вновь получаетъ свой первоначальный видъ. Голосую статью въ изложеніи Отдѣла.

11. ПОСТАНОВЛЕНО: принять статью 3-ю въ изложеніи Отдѣла.

12. Предсѣдательствующій. Приступаемъ къ обсужденію статьи 4-ой: «Государственная власть наблюдаетъ за дѣйствіями органовъ Православной Церкви лишь со стороны ихъ соотвѣтствія государственнымъ законамъ и осуществляетъ это наблюденіе въ судебно-административномъ и судебномъ порядкѣ».

13. Докладчикъ П. И. Астровъ. Смыслъ статьи 4-й исчерпывается тѣмъ, что намѣчалось вчера въ сужденіяхъ по поводу статьи 2-й, а именно опредѣленіемъ способовъ сношеній Церкви съ Государствомъ въ области церковно-юридической. Употребленное вчера слово «конкордатъ» слишкомъ не соотвѣтствуетъ сущности дѣла по опредѣленности, я сказалъ бы даже, рѣзкости выраженія для отношеній между Церковью и Государствомъ. Эти отношенія надо опредѣлить болѣе мягкимъ словомъ, которое свидѣтельствовало бы, что Государство не можетъ безучастно относиться къ Церкви, не можетъ не видѣть ея дѣла въ Государствѣ и протестуетъ, когда видитъ со стороны Церкви нарушеніе государственныхъ законовъ. Въ остальныхъ случаяхъ Государство можетъ видѣть дѣло Церкви, но далѣе пассивнаго отношенія къ нему идти не можетъ.

14. А. В. Васильевъ. Я не знаю, ради чего мы напрашиваемся на наблюденіе надъ Церковью со стороны Государства, указываемое статьей 4-ой. Государство знаетъ и безъ насъ свои обязанности и само понимаетъ, что ему надо дѣлать, а мы еще съ своей стороны просимъ его о контролѣ надъ Церковью, между тѣмъ, какъ обсуждаемая статья воскрешаетъ оберъ-прокуратуру минувшаго времени, ибо оберъ-прокуроръ не только имѣлъ наблюденіе за Святѣйшимъ Сѵнодомъ, чтобы онъ не нарушалъ законовъ Государства, но и держалъ всѣ Сѵнодальныя дѣла въ своихъ рукахъ. Излагаемая въ докладѣ Отдѣла статья 4-я въ существѣ дѣла даетъ ту же точку зрѣнія на отношенія между Церковью и Государствомъ. Если Государство признаетъ необходимымъ контроль надъ Церковью, пусть само и издаетъ законы, но зачѣмъ же намъ въ этомъ отношеніи забѣгать ему впередъ?

15. Н. Д. Кузнецовъ. Въ послѣднее время Соборъ обнаруживаетъ поспѣшность въ своихъ работахъ. Спѣшить, конечно, хорошо, но я опасаюсь, чтобы это не произошло въ ущербъ ясности или даже правильности соборныхъ рѣшеній. Статья 3-я оказалась /с. 49/ уже принятой въ редакціи Отдѣла, и я, къ сожалѣнію, не успѣлъ сдѣлать ея разборъ, который считалъ нужнымъ. Разсматриваемая теперь статья 4-я должна быть понимаема въ связи съ уже принятыми статьями 2 и 3. Въ ней, какъ и въ прежнихъ двухъ, между прочимъ имѣется въ виду устранять правовымъ способомъ возможныя между Церковью и Государствомъ столкновенія.

Когда рѣчь идетъ объ обществахъ одного и того же порядка, напримѣръ, о земскомъ и городскомъ самоуправленіяхъ, то споры между ними возможно разрѣшать на правовой почвѣ, потому что законы ихъ по существу однородны и надъ ними стоитъ высшій юридическій порядокъ — Государство, издающее для нихъ законы и способное произносить свое окончательное слово. То же самое нужно сказать и при столкновеніи, напримѣръ, постановленій земскаго самоуправленія съ законами Государства: подобныя земскія постановленія просто не имѣютъ силы, какъ нарушающія законы, предписываемые земскому самоуправленію стоящимъ надъ нимъ Государствомъ. Но Церковь есть общество и учрежденіе другой природы, чѣмъ Государство. Она имѣетъ свои законы, данные ей не Государствомъ, а вытекающіе изъ ея собственныхъ принциповъ. Поэтому отношеніе Церкви и Государства, какъ я уже говорилъ при обсужденіи статьи 2-й, нельзя опредѣлять по типу самоуправленій, какъ бы широко ихъ ни понимать. Полное верховенство Государства надъ находящимися въ его предѣлахъ самоуправленіями понятно само собой. Но подчинять государственному суверенитету Церковь и допускать значеніе ея постановленій и дѣйствій въ связи съ соотвѣтствіемъ ихъ государственнымъ законамъ возможно лишь пока остается незатронутой внутренняя церковная сфера. Въ противномъ случаѣ Церковь обязана не обращать вниманія на соотвѣтствіе или несоотвѣтствіе ея дѣйствій и постановленій съ законами Государства и, по примѣру св. Апостоловъ, повиноваться болѣе Богу, чѣмъ людямъ. Отдѣлъ въ своемъ законопроектѣ или какъ будто забываетъ о возможности именно такого положенія Церкви въ отношеніи Государства или пытается предупредить его нормами права. Не напрасный ли это трудъ, и не значитъ ли это допускать примѣненіе церковнаго права только въ рамкахъ права, создаваемаго Государствомъ, или насколько церковное право оказывается терпимымъ Государствомъ? Иначе, какъ понимать выраженіе статей 3 и 4 о соотвѣтствіи церковнаго законодательства, суда и управленія государственнымъ законамъ, когда затѣмъ ничего не говорится, какимъ же именно законамъ? По свидѣтельству исторіи, Государство, направляемое враждебными Церкви сознаніемъ и волею, можетъ устанавливать такіе законы, которые или въ скрытомъ видѣ или даже явно посягаютъ на свободу и самостоятельность Церкви. Вспомнимъ, напримѣръ, законы древнихъ Византійскихъ императоровъ аріанъ или иконоборцевъ: что же, Отдѣлъ допускаетъ дѣятельность Церкви и обязательность ея административныхъ и судебныхъ /с. 50/ постановленій, пока они не нарушаютъ и подобныхъ государственныхъ законовъ? Это не только не улучшало бы положеніе Церкви въ Россіи, но и сдѣлало бы его худшимъ, чѣмъ оно было при прежнемъ строѣ, который иногда обращалъ ее въ орудіе политическихъ цѣлей, но никогда не издавалъ законовъ, враждебныхъ Церкви.

Очевидно, о соотвѣтствіи церковныхъ постановленій и распоряженій государственнымъ законамъ, какъ основаніи ихъ обязательности, нельзя говорить вообще, какъ предлагаетъ Отдѣлъ, а лишь въ тѣхъ случаяхъ, когда государственные законы касаются только охраненія мира цѣлаго общества изъ людей разныхъ религій, когда эти законы ограждаютъ свободное самоопредѣленіе человѣка противъ конфессіональной исключительности и вообще преслѣдуютъ интересы внѣшняго строя общества, отрѣшеннаго отъ цѣлей религіозныхъ, и порядка, установленнаго для всего населенія Государства, независимо отъ его вѣрованій.

Такимъ образомъ, въ статьѣ 4-й, какъ и въ предшествующей, необходимо сузить объемъ понятія государственные законы и указать, что подъ нимъ разумѣются законы, нормирующіе лишь внѣшній общій порядокъ жизни и не касающіеся ея религіозной стороны. Подобно этому, нельзя оставлять безъ поясненія, за какими именно дѣйствіями органовъ Церкви предоставляется государственной власти наблюдать со стороны ихъ соотвѣтствія законамъ. Конечно, не за всѣми дѣйствіями Церкви наблюденіе допустимо и возможно, такъ какъ Церкви свойственно дѣйствовать въ области, къ которой законы Государства не имѣютъ и не должны имѣть отношенія. Эта область — внутренняя жизнь Церкви и церковныя взаимоотношенія людей, опредѣляемыя на основаніи Св. Писанія, преданія и ея собственныхъ законовъ. Если Государство дѣйствительно желаетъ предоставить Православной Церкви свободу и независимость, то наблюденіе за дѣйствіями ея органовъ должно сводиться лишь къ случаямъ, когда эти дѣйствія выходятъ за предѣлы внутренней церковной жизни и связаны съ общимъ внѣшнимъ порядкомъ.

Такъ или иначе это нужно отмѣтить въ разсматриваемой статьѣ, во избѣжаніе могущихъ послѣдовать неумѣренныхъ притязаній по отношенію къ Церкви со стороны Государства, особенно если его органы окажутся враждебно настроенными къ Церкви, что въ наше время очень возможно.

Наконецъ, Отдѣлъ предлагаетъ наблюденіе надъ Церковью осуществлять въ судебно-административномъ и судебномъ порядкѣ. По моему мнѣнію, если говорить о двухъ порядкахъ, то нужно указать хотя общее основаніе для пользованія тѣмъ или друтимъ. Это тѣмъ болѣе необходимо, что въ настоящее время не примѣнимъ ни судебно-административный, ни судебный порядокъ: ихъ необходимо еще создать и составить соотвѣтствующіе законы. Поэтому, въ законопроектѣ, имѣющемъ цѣлью нормировать отношенія Церкви и Го/с. 51/сударства, полезно указать хотя принципъ устройства новыхъ порядковъ. Неужели Отдѣлъ стремится предоставить Государству осуществлять наблюденіе за Церковью въ общемъ для всѣхъ судебно-административномъ и судебномъ порядкѣ и это несмотря на статью 1 предлагаемаго имъ законопроекта, по которой Православная Церковь должна занимать въ Государствѣ первенствующее среди другихъ исповѣданій публично-правовое положеніе? По неясности основанія къ различенію въ статьѣ 4 порядка судебнаго и судебно-административнаго, по моему мнѣнію, нужно исключить въ ней слова: «и судебнаго», а оставить лишь порядокъ судебно-административный. При устройствѣ соотвѣтствующихъ этому порядку будущихъ учрежденій удобнѣе обезпечить интересы Церкви, напримѣръ, введеніемъ въ нихъ въ какой-либо формѣ представителей Церкви. Между тѣмъ какъ въ чисто судебныхъ учрежденіяхъ это едва-ли возможно.

16. Князь Е. Н. Трубецкой. Предложеніе А. В. Васильева вычеркнуть изъ законопроекта всю статью 4-ю можетъ показаться привлекательнымъ. Однако, дѣло въ томъ, что весь проектъ построенъ на томъ предположеніи, что Церковь не должна отдѣляться отъ Государства, пользуясь отъ него разными услугами и особенно бюджетомъ. Но очевидно, что пользоваться услугами, безъ тѣхъ или иныхъ условій, нельзя. Если Государство даетъ Церкви бюджетное содержаніе или вспомоществованіе, то отсюда слѣдуетъ, что дѣятельность Церкви не должна быть противна государственнымъ законамъ. Если намъ вычеркнуть статью 4-ю, то это будетъ означать вступленіе наше на путь отдѣленія Церкви отъ Государства, такъ какъ если мы не даемъ у себя мѣста надзору со стороны Государства, то мы свободны, какъ вѣтеръ, совершенно отстраняемся отъ Государства, и о союзѣ Церкви съ Государствомъ не можетъ быть уже и рѣчи. Отсюда ясно, что вычеркнуть статью 4-ю, безъ вреда для Церкви, нельзя. Здѣсь говорилось, что эта статья стѣснитъ свободу Церкви болѣе, чѣмъ законы прежняго Государства. Нѣтъ, это не такъ. Вѣдь, какъ говоритъ статья, «государственная власть наблюдаетъ за дѣйствіями органовъ Православной Церкви лишь со стороны ихъ соотвѣтствія государственнымъ законамъ». Логическое удареніе здѣсь стоитъ на словѣ «лишь». Прежнее наблюденіе со стороны именно оберъ-прокурора было шире: онъ вліялъ на существенныя стороны церковнаго управленія, узурпировалъ власть Патріарха и его вліяніе въ Церкви.

Обращаюсь къ возраженію Н. Д. Кузнецова. Можетъ быть, можно внести его поправку, по которой Государство имѣетъ надзоръ за несущественными дѣлами Церкви, за тѣмъ, что не имѣетъ отношенія къ внутренней церковной жизни. Но перечень дѣлъ Церкви, какія изъ нихъ подлежатъ надзору со стороны Государства, мнѣ представляется и ненужнымъ, и невозможнымъ. Требуется, вѣдь, только то, чтобы Государство могло наблюдать за органами церковнаго вліянія на окружающую среду, за соотвѣтствіемъ ихъ дѣятельности законамъ /с. 52/ Государства. И если мы не думаемъ отдѣляться отъ Государства, то опасенія Н. Д. Кузнецова надо признать преувеличенными. Онъ указываетъ, напримѣръ, на тотъ случай, когда Государство признаетъ бракъ православнаго съ магометанкой и тѣмъ самымъ будто-бы отмѣняетъ у Церкви ея законъ, въ силу котораго такой бракъ не признается. Но, признавъ такой бракъ законнымъ, государство можетъ этимъ установить здѣсь только свою точку зрѣнія, а заставить Церковь признать такой бракъ оно не можетъ. Государство признаетъ законъ о такомъ бракѣ въ существѣ дѣла мірскимъ закономъ, но навязать Церкви его не можетъ, и Церковь будетъ въ правѣ не признавать его закономъ.

Итакъ, я не могу согласиться съ А. В. Васильевымъ: его поправка ставитъ насъ на путь отдѣленія Церкви отъ Государства. А что касается поправки Н. Д. Кузнецова, то ему нужно внести въ нее формальныя исправленія.

17. В. И. Зеленцовъ. Предшествующій ораторъ говорилъ, что Государство имѣетъ полное право наблюдать за Церковью, потому что Государство даетъ или, какъ мы ожидаемъ, будетъ давать средства на церковныя нужды. Въ этомъ случаѣ я не нахожу необходимости предоставлять Государству право наблюдать за употребленіемъ этихъ средствъ. Для чего намъ напрашиваться на это наблюденіе, когда средства, которыя Церковь получаетъ отъ Государства, — ея собственныя средства? Вѣдь, отъ Государства мы получаемъ и будемъ получать меньше, чѣмъ Государство собираетъ съ членовъ Православной Церкви. Наоборотъ, это наблюденіе нужно отъ себя отстранить, избавиться отъ него, такъ какъ это наблюденіе было обыкновенно вреднымъ для Церкви. Поэтому поправка А. В. Васильева имѣетъ свое основаніе. Если она не будетъ принята изъ опасенія, что Государство не захочетъ быть корректнымъ къ Церкви, то эту статью во всякомъ случаѣ намъ нужно какъ можно болѣе смягчить, чтобы она не была рожномъ, который ударяетъ въ бокъ. Я предложилъ бы положить начало этой статьи въ томъ смыслѣ, что государственная власть «можетъ наблюдать», а не «наблюдаетъ» за дѣйствіями органовъ Православной Церкви. Если сказать «наблюдаетъ», то это предполагаетъ обязательность наблюденія, которая отпадаетъ съ принятіемъ указанной поправки.

Что значитъ, дальше, «со стороны ихъ соотвѣтствія государственнымъ законамъ»? Вотъ уже есть законъ, чтобы православные пастыри не могли проповѣдывать по поводу выборовъ въ Учредительное Собраніе, подъ страхомъ заключенія въ тюрьму на довольно продолжительный срокъ. Вотъ Государство и будетъ наблюдать за исполненіемъ этого закона: пошлетъ въ каждую церковь агента, милиціонеровъ для надзора за тѣмъ, не скажетъ ли священникъ чего-либо по поводу выборовъ въ Учредительное Собраніе. И Государство будетъ жить и издавать законы, какіе ему вздумается: вѣдь, оно не /с. 53/ захочетъ считаться съ природой Церкви. Мы должны ожидать цѣлаго ряда законовъ, которые будутъ вредны для Церкви. И вотъ, каждый разъ Государство будетъ наблюдать за духовенствомъ, нѣтъ ли нарушенія законовъ, и будетъ тянуть въ тюрьмы. Вотъ на что мы напрашиваемся этой статьей! Съ крайней очевидностью ясно, что статьи 3 и 4 отдаютъ Церковь въ полную кабалу Государству. Тутъ полный произволъ Государства: оно будетъ посылать оберъ-прокуроровъ малаго и великаго чина къ архіереямъ, въ Епископскій Совѣтъ, и все это мы сами узаконимъ, а послѣдствія ужасны. Пока сама государственная власть издавала законы, стѣсняющіе Церковь, мы могли протестовать. Но если мы сами добровольно узаконимъ этотъ порядокъ, мы лишаемся возможности протеста и ведемъ, повторяю, Церковь въ кабалу Государству. Раньше отъ этого могла избавить насъ Восточная Церковь, которая могла ходатайствовать за насъ, а теперь кто будетъ освобождать насъ, когда мы сами этого хотимъ? Такъ какъ у насъ такое направленіе, что мы не любимъ такихъ поправокъ, какъ поправка А. В. Васильева, то я предлагаю смягчить эту статью, добавить ограниченіе: «основнымъ государственнымъ законамъ», ибо мы желаемъ имѣть Церковь автономною, и если желаемъ для Церкви бóльшей автономіи, то должны считаться только съ основными государственными законами. Вообще, въ этомъ проектѣ отношенія Церкви къ Государству остаются ненормальными. Церковь есть Царство Христово, «Царство не отъ міра сего». Пусть Государство — тоже богоустановленное учрежденіе. Они могутъ быть въ союзѣ, но Церковь никакъ не должна быть подчинена Государству, какъ было съ Петра Великаго, когда на Церковь смотрѣли, какъ на вѣдомство православнаго исповѣданія, и Церковь была признана культурно-просвѣтительнымъ учрежденіемъ, находящимся въ подчиненіи у Государства. Церковь по своей природѣ и происхожденію самостоятельна. А въ этомъ проектѣ нѣтъ и намека на союзъ, а одно лишь подчиненіе. И это подчиненіе будетъ горшее, чѣмъ прежде. Противъ этого подчиненія мнѣ хотѣлось бы протестовать всѣми силами своей души. Понятіе о божественномъ происхожденіи Церкви не введено въ проектъ; это понятіе надо ввести въ ст. 1. Если мы не установимъ твердо этого принципа, то надѣлаемъ бѣдъ и себѣ, и нашимъ дѣтямъ, и внукамъ. У насъ почти не осталось возможности исправить ошибки, допущенныя при голосованіи предыдущихъ статей. Постараемся избѣжать новыхъ ошибокъ. Я вношу два конкретныхъ предложенія: или 1) исключить совсѣмъ эту статью или 2) сдѣлать въ ней двѣ частныхъ поправки: а) вмѣсто «наблюдаетъ» — «можетъ наблюдать» и б) вставить «основнымъ государственнымъ законамъ». Тогда можно нѣсколько смягчить положеніе Церкви.

18. А. В. Васильевъ. Въ пользу статей 3-й и 4-й у докладчика не нашлось другихъ доводовъ кромѣ того, что мысль статей разумѣется сама собой, но для ясности лучше оговорить. Князь /с. 54/ Е. Н. Трубецкой привелъ другой доводъ: это — угроза лишиться помощи Государства. Онъ говоритъ, что если этой статьи не помѣстимъ, то произойдетъ отдѣленіе Церкви отъ Государства. Это пока — голое предположеніе. Самая мысль — установить отношеніе къ невѣдомому еще Государству — неблаговременна, какъ и весь проектъ. Мы сами настроили себѣ предположеній о правовомъ Государствѣ и, чтобы его заранѣе задобрить, создали для Церкви различныя ограниченія, опасаясь, что иначе Церковь лишится денежной помощи отъ Государства. Я больше боюсь не того, какъ будущее Государство отнесется къ намъ, а того, какъ будетъ относиться весь православный народъ къ проекту, который выйдетъ изъ среды нашего Собора. Съ этой точки зрѣнія настаиваю на исключеніи статьи 4-й. Она отдаетъ не очень далекой, но самой печальной стариной. Въ ней даже есть судебно-административный порядокъ наблюденія. Вѣдь, это напоминаетъ административную юстицію бывшаго III-го отдѣленія и органовъ при бывшемъ градоначальствѣ. Это — судебно-административный порядокъ. Существуютъ два отношенія государственной власти къ гражданамъ и общественнымъ организаціямъ: 1) когда нужно всѣмъ и на все просить разрѣшеніе, и что не указано въ законѣ, то считается запрещеннымъ, и 2) когда всѣ и каждый въ отдѣльности гражданинъ и общественныя организаціи и союзы могутъ жить и дѣйствовать, какъ имъ заблагоразсудится, не нарушая только общихъ законовъ, воспрещающихъ то или другое дѣяніе подъ страхомъ уголовнаго наказанія. Когда законъ нарушается, виновные привлекаются къ отвѣтственности въ порядкѣ не административнаго усмотрѣнія, а общаго суда. Вся наша общественность боролась съ судебно-административнымъ порядкомъ, а теперь предлагаютъ ввести его въ церковную жизнь. Что же это значитъ «судебно-административный порядокъ»? Государство пошлетъ полицію, и сама Церковь предлагаетъ ему наблюдать за дѣйствіями ея органовъ. Государство можетъ прислать полицейскаго къ каждому архіерею и отправить полицію для наблюденія въ каждую церковь. Эта статья не только является лишней, но она ни съ чѣмъ несообразна и непріемлема.

19. Л. К. Артамоновъ. Эта статья, какъ и конецъ предшествовавшей, несомнѣнно, есть отрыжка прежняго отношенія къ государственной власти. Еще въ Предсоборномъ Совѣтѣ прислушивались къ тому, что скажетъ оберъ-прокуроръ, потомъ прислушивались къ правительству Керенскаго. Теперь нѣтъ никакого правительства. Теперь мы должны думать только о нашей Церкви, а поэтому я вполнѣ присоединяюсь къ мнѣнію очень уважаемаго и весьма опытнаго въ государственныхъ дѣлахъ А. В. Васильева. Я прошу разрѣшенія присоединить сюда 6-й пунктъ, такъ чтобы образовался одинъ пунктъ: «Государственная власть наблюдаетъ за дѣйствіями органовъ Православной Церкви не иначе, какъ по соглашенію съ церковною властію, и лишь со стороны ихъ соотвѣтствія государственнымъ законамъ, и /с. 55/ осуществляетъ это наблюденіе въ судебномъ порядкѣ». Я настаиваю на этомъ положеніи, такъ какъ знаю частнымъ образомъ, какую страшную власть надъ нами получило католичество: свободу пропаганды, свободный доступъ въ Россію іезуитамъ; мусульмане получили вакуфныя имущества; у еврейства такія свободы, о которыхъ нельзя было и думать. Всѣ нападки и ограниченія направляются на одну только Православную Церковь. Зачѣмъ же еще намъ самимъ накладывать на себя узы? Мое конкретное предложеніе: принять мнѣніе А. В. Васильева, иначе мы скомпрометируемъ себя и наложимъ узы на Церковь.

20. Докладчикъ проф. С. Н. Булгаковъ. Беру слово, чтобы дать разъясненія объ общемъ характерѣ законопроекта. Къ крайнему удивленію моему, наибольшія нападки и возраженіи вызваны именно общимъ смысломъ и стилемъ законопроекта, чѣмъ частностями.

Но, вѣдь, нужно имѣть въ виду, что каждое заданіе имѣетъ свою логику. Если мы хотимъ стать на путь разрыва, полнаго отдѣленія Церкви и Государства, если мы отчаялись въ будущемъ Русскаго Государства, если мы думаемъ, что отношенія Церкви и Государства возможны только въ формѣ бойкота Государства со стороны Церкви, то тогда безъ сомнѣнія, нужно поступить болѣе радикально: нужно просто зачеркнуть весь законопроектъ, ибо онъ построенъ на другомъ началѣ, именно онъ построенъ на принципѣ нѣкотораго союза, содружества между Церковью и Государствомъ. Каково это содружество, какова его форма? Я затруднился бы опредѣлить это, — съ одной стороны потому, что самое это понятіе въ современныхъ условіяхъ не можетъ не остаться нѣсколько неяснымъ, невырисованнымъ, — а съ другой стороны и потому, что въ юридической наукѣ нѣтъ точныхъ терминовъ, опредѣляющихъ это понятіе.

Въ основѣ законопроекта лежатъ двѣ мысли: первая — та, что должно быть создано нѣкоторое удаленіе между Церковью и Государствомъ, и вторая — та, что отношенія союза все же должны быть сохранены. Безспорно, что излищне тѣсная связь между Церковью и Государствомъ, какъ она существовала въ Россіи въ прошломъ, когда Церковь была окована цѣпями Государства и въ тѣло ея въѣдалась ржавчина этихъ цѣпей, — эта связь порвана. Бѣдствіе для Церкви было въ томъ, что она была огосударствлена. И, конечно, насъ, какъ членовъ Церкви, охватываетъ паѳосъ ея свободы. Но повѣрьте, что этотъ паѳосъ не чуждъ былъ и членамъ Отдѣла, составлявшимъ законопроектъ, повѣрьте, что и они стремились въ самомъ проектѣ предусмотрѣть отношенія между Церковью и Государствомъ такъ, чтобы для нея сохранялась наибольшая свобода. Въ возраженіяхъ раздавшихся здѣсь, возраженіяхъ весьма рѣшительныхъ и радикальныхъ, невольно усматриваешь тотъ микробъ радикальнаго отрицанія, который такъ распространенъ теперь, — отрицанія, къ сожалѣнію, не со/с. 56/провождающагося должнымъ чувствомъ отвѣтственности за все сказанное.

Здѣсь прозвучало слово «конкордатъ». Пытались опредѣлить то содружество, которое должно быть установлено между Церковью и Государствомъ, терминомъ «конкордатъ». Но я думаю, что внести этотъ терминъ значило бы скорѣе затемнить, а не изъяснить статью. Вѣдь, исторически конкордатъ — это типъ отношеній между Церковью и Государствомъ, принятый въ католичествѣ. Но, вѣдь, католичество есть нѣчто совершенно иное, чѣмъ Православіе. Католичество — это международная политическая организація; Вселенская же Православная Церковь, — я ничуть не отрицаю ея вселенскаго характера — существуетъ фактически лишь какъ совокупность національныхъ Церквей; она не имѣетъ вселенскаго органа, который бы связывалъ и объединялъ національныя Церкви. Это — недостатокъ; но нельзя не считаться съ тѣмъ фактомъ, что нынѣ каждая помѣстная Церковь существуетъ, какъ опредѣленная національная Церковь, и границы ея совпадаютъ съ границами Государства. При такомъ положеніи говорить о конкордатѣ — значитъ вносить путаницу въ статью. Въ Отдѣлѣ уже обсуждали вопросъ о томъ, могутъ ли быть опредѣлены отношенія между Православною Церковью и Государствомъ терминомъ конкордатъ, — и вопросъ этотъ былъ рѣшенъ отрицательно.

Я особенно прошу помнить то, что уже указывалось Высокопреосвященнымъ Предсѣдателемъ, а именно, что при всякой критикѣ отдѣльныхъ статей законопроекта нужно имѣть въ виду весь проектъ въ его цѣломъ. Въ частности, чтобы уловить смыслъ того содружества Церкви и Государства, которое устанавливается проектомъ, необходимо сопоставлять отдѣльныя статьи между собою. Дѣло въ томъ, что, вѣдь, если одна статья можетъ казаться ограничивающею права Церкви, то другая, наоборотъ, ограничиваетъ права Государства. Въ цѣломъ же проектъ ничуть не поступается свободою Церкви въ пользу Государства, ничуть не умаляетъ автономію Церкви, какъ это казалось нѣкоторымъ ораторамъ.

Одною изъ основныхъ мыслей законопроекта является та, что Церковь разсматривается въ немъ, какъ публично-правовой союзъ. Но, вѣдь, само собою понятно, что всякій союзъ находится внутри Государства, Государство объемлетъ собою всѣ союзы, внутри его находящіеся; это равно относится и къ Церкви, поскольку Церковь во внѣшней сторонѣ своего быта выступаетъ въ мірѣ, какъ одинъ изъ союзовъ. Въ этомъ смыслѣ Государство объемлетъ и Церковь и, въ силу этого, не можетъ не наблюдать за нею — хотимъ мы того или не хотимъ. И вотъ, на авторахъ проекта лежала задача послѣдовательно прослѣдить ту грань, гдѣ соприкасаются Церковь и Государство, и возможно точно опредѣлить ее. Сдѣлать это необходимо вполнѣ лойяльно по отношенію къ Государству — и нужно помнить, что лойяльность не есть раболѣпство. Конечно, въ Церкви остается /с. 57/ область, въ которой она пребываетъ совершенно независима и недосягаема для Государства; но эта область, какъ кажется, достаточно четко очерчена въ проектѣ.

Конечно, можетъ быть, многое въ проектѣ неудачно, многое нуждается въ исправленіи, — но нельзя представить себѣ такую работу, которая совершенно не нуждалась бы въ поправкахъ. Переходя къ тѣмъ поправкамъ, которыя предлагались здѣсь, я долженъ сказать, что не нахожу среди нихъ такихъ, которыя дѣлали бы ст. 4-ю болѣе, такъ сказать, четкою и болѣе отточенною.

Здѣсь говорилось, что для того, чтобы смягчить будто бы излишне рѣзкій тонъ этой статьи, нужно сказать въ ней, что Государство не наблюдаетъ за Церковію, а «можетъ наблюдать». Но, вѣдь, такъ не говорятъ юристы: юридическая норма, разъ она устанавливается, обязательно должна быть установлена точно и опредѣленно.

Далѣе, здѣсь говорилось, что Государство должно наблюдать за дѣйствіями органовъ Церкви лишь со стороны ихъ соотвѣтствія основнымъ государственнымъ законамъ. Но такая поправка — поскольку ее можно понять — повидимому, стремится къ тому, чтобы сдѣлать Церковь безотвѣтственной въ гражданско-правовой и уголовной области, какъ бы поставить ее съ этихъ сторонъ внѣ закона, что безусловно не можетъ быть терпимо ни въ какомъ Государствѣ.

Итакъ, заключая мои объясненія, — въ которыхъ я ограничиваюсь лишь наиболѣе общими, такъ какъ болѣе частныя разъясненія будутъ даны другими докладчиками, — я снова долженъ указать на то, что весь проектъ строился въ сознаніи необходимости союза между Церковью и Государствомъ. Кто настолько ошеломленъ послѣдними событіями, что отчаялся совершенно въ будущемъ русской государственности, тотъ, конечно, долженъ отвергнуть мысль о союзѣ Русскаго Государства и Русской Православной Церкви. Но тогда весь проектъ долженъ построяться совершенно иначе: тогда нужно зачеркнуть весь проектъ и создать вмѣсто него другой. Но пока мы придерживаемся мысли о необходимости союза, или содружества между Церковью и Государствомъ, до тѣхъ поръ необходимо очень осторожно затрагивать область тѣхъ вопросовъ, гдѣ Церковь и Государство соприкасаются уже въ силу самого этого союза, и гдѣ ради мнимой свободы Церкви и красиваго жеста, направленнаго къ тому, чтобы поддержать эту свободу, можно легко уничтожить ясность и опредѣленность самого законопроекта.

21. В. В. Богдановичъ. Простите, но когда я читалъ законопроектъ и слушалъ защитниковъ ст. 4-ой, то мнѣ казалось, что мы находимся не на Священномъ Соборѣ, а въ парламентѣ: въ рѣчахъ ораторовъ видно было желаніе больше защищать права Государства, а не права Церкви. Государство само позаботится объ огражденіи своихъ правъ, когда въ Учредительномъ Собраніи будетъ опредѣлять свое отношеніе къ Церкви. Намъ же нужно думать только /с. 58/ о правахъ Церкви. Я считаю большой ошибкой, что не согласились принять поправку А. В. Васильева къ ст. 3-й. При голосованіи поправки я открыто заявилъ, чтобы считали меня воздержавшимся. Голосованіе было незаконно, такъ какъ не было законнаго состава.

22. Предсѣдательствующій. Не ставьте этого въ упрекъ Предсѣдателю. Это остается на моей отвѣтственности.

23. В. В. Богдановичъ. Я не снимаю съ Васъ отвѣтственности, но мы допустимъ новую ошибку, если примемъ безъ поправки ст. 4-ю. Когда я былъ въ провинціи, то мнѣ приходилось слышать такіе отзывы о Соборѣ, что онъ работаетъ какъ-то нерѣшительно, безъ особаго достоинства, какъ будто бы не чувствуетъ, что за нимъ стоитъ 100 милліоновъ православнаго народа. Въ тѣхъ рѣчахъ, которыя раздавались по поводу поправки къ ст. 4-й, заключается не микробъ радикализма — самъ я никогда не имѣлъ его — а микробъ нашей приниженности: всѣ чего-то боятся, что скажетъ Государство; всѣ говорятъ: мы ничего, мы ничего, и становятся въ струнку. Забываютъ, что православный народъ составляетъ большинство населенія Русскаго Государства, и что онъ можетъ заявлять о своихъ правахъ. Мы должны оградить права православнаго народа, а о своихъ правахъ позаботится само Государство. Мы должны сказать, что мы въ отношеніи къ Государству становимся на путь лойяльности и уваженія правъ государственныхъ, но зачѣмъ намъ забѣгать впередъ и услужливо предлагать защиту правъ Государства? Можетъ быть, Государство признáетъ всѣ права Церкви, а можетъ быть, нѣтъ: я допускаю все, вплоть до гоненія на православныхъ. Но это его дѣло, а мы должны защищать права Церкви и не забѣгать услужливо впередъ, отстаивая права Государства.

24. Графъ Д. А. Олсуфьевъ. Я, поддерживая поправки, не могу оставить безъ возраженій сообщеніе о характерѣ работъ въ Отдѣлѣ, которое сдѣлалъ С. Н. Булгаковъ. Я прошу васъ не оставаться подъ впечатлѣніемъ того, что въ Отдѣлѣ все обсуждено, все взвѣшено и обточено такъ, что намъ и мозгами нечего шевелить, а имъ, какъ говорится, и книги въ руки, и остается только согласиться и принять то, что намъ предложено. Я имѣю нѣкоторую опытность, такъ какъ 10 лѣтъ состоялъ членомъ Государственнаго Совѣта. Нашъ Преосвященный Предсѣдатель также былъ членомъ Государственнаго Совѣта, и я помню, какъ при началѣ работъ въ Отдѣлѣ онъ сказалъ (обращаясь къ Предсѣдательствующему: Вы позволите это сказать?), что наша работа проходитъ не въ культурныхъ условіяхъ. Я понимаю, что это значитъ. Обычно, въ законодательныхъ учрежденіяхъ даются всѣ справки, доклады заблаговременно печатаются, не такъ, какъ здѣсь, гдѣ я, членъ Отдѣла, въ первый разъ увидѣлъ докладъ въ цѣломъ видѣ и полномъ контекстѣ чуть ли не въ самый день обсужденія доклада на Соборѣ. Скажу затѣмъ, какъ происходила работа въ Отдѣлѣ.

/с. 59/

25. Предсѣдательствующій. О томъ, что происходило въ Отдѣлѣ, говорить нельзя.

26. Графъ Д. А. Олсуфьевъ. Это секретъ?.. Я не послѣдую примѣру Ленина и Троцкаго, которые оглашаютъ секретные документы. Уважаемый С. Н. Булгаковъ безъ излишней скромности сказалъ, что въ докладѣ все продумано, все отточено. Я бы взялъ эти слова обратно. Ст. 3 законопроекта вызываетъ большія недоразумѣнія, какъ и рядъ другихъ его статей. Докладчикомъ была сдѣлана побочная вылазка противъ конкордата. Конкордатъ не болѣе, какъ соглашеніе. Я не согласенъ съ С. Н. Булгаковымъ относительно національнаго характера Православной Церкви, противъ чего недавно краснорѣчиво говорилъ въ одномъ собраніи Высокопреосвященный Антоній. Я нахожу, что конкордатъ не связанъ необходимо съ международнымъ характеромъ отношеній: и частныя учрежденія могутъ заключать конкордатъ, напр., желѣзныя дороги и акціонерныя общества, такъ что замѣчаніе о международномъ характерѣ учрежденій, вступающихъ въ конкордатъ, невѣрно.

Перехожу къ тексту статьи 4-й. Если эта статья не есть повтореніе статьи 3-й, то я понимаю ее такъ: статья 3-я говоритъ объ узаконеніяхъ и постановленіяхъ, издаваемыхъ для себя Православной Церковью; статья 4-я говоритъ объ административныхъ распоряженіяхъ, — не объ актахъ юридическихъ, а о дѣйствіяхъ, о поступкахъ органовъ Православной Церкви. Все это выражено въ статьѣ неточно, неопредѣленно, но во всякомъ случаѣ рѣчь идетъ о дѣйствіяхъ, о поступкахъ. Можно догадываться, что смыслъ этой статьи такой: государственная власть не можетъ вмѣшиваться въ дѣйствія и распоряженія органовъ церковной власти, а можетъ только наблюдать за этими дѣйствіями съ точки зрѣнія соотвѣтствія ихъ государственнымъ законамъ. Я такъ понимаю эту статью, что государственная власть не можетъ приказывать церковной власти или отдавать ей распоряженія. Вотъ сокровенный смыслъ этой статьи, какъ я ее понимаю. Можетъ быть, я ошибаюсь; пусть мнѣ тогда разъяснятъ. И вотъ, я обращаюсь съ вопросомъ: можетъ ли, имѣетъ ли право государственная власть дѣлать распоряженія непосредственно церковной власти? На одинъ подобный случай недавно указалъ Высокопреосвященный Кириллъ, а именно: правительство сдѣлало распоряженіе, чтобы духовенство не принимало никакого участія въ агитаціи по поводу выборовъ въ Учредительное Собраніе. Такого распоряженія государственная власть не въ правѣ дѣлать: если агитація по поводу выборовъ въ Учредительное Собраніе разрѣшена всѣмъ гражданамъ, то правительственная власть можетъ только наблюдать за дѣйствіями органовъ Православной Церкви съ точки зрѣнія ихъ соотвѣтствія общимъ распоряженіямъ относительно выборовъ, но никакихъ спеціальныхъ распоряженій духовенству, какъ своего рода государственнымъ чиновникамъ, не должна дѣлать. Вотъ примѣръ, /с. 60/ на которомъ должна быть выяснена мысль докладчика. Считаетъ ли онъ такое распоряженіе законнымъ и желательнымъ? Если мы не признаемъ законнымъ вмѣшательства государственной власти въ церковныя дѣла, то должны категорически сказать, что Государство должно отказаться отъ наблюденія за дѣйствіями органовъ Православной Церкви по существу, а можетъ наблюдать только за соотвѣтствіемъ ихъ общимъ государственнымъ законамъ. Нѣтъ надобности указывать, въ какомъ порядкѣ осуществляется это наблюденіе — въ судебно-административномъ или въ судебномъ. Для меня ясно, что судебный порядокъ наблюденія — удобнѣе. Что значитъ наблюденіе въ судебно-административномъ порядкѣ, для меня не ясно. Не буду говорить, что тутъ допущенъ злой умыселъ, но недоразумѣніе тутъ есть. Повидимому, что-то взято изъ отношеній губернаторовъ и комиссаровъ къ земствамъ. Какъ будто предполагается учрежденіе или какой-то органъ, который можетъ кассировать распоряженія церковной власти. Если такъ, то нужно опредѣленно сказать, что это за органъ: Сенатъ или какое другое учрежденіе? Повторяю: повидимому имѣется въ виду повторить отношенія губернаторовъ къ земству. Губернаторъ имѣлъ право отмѣнить постановленія земскихъ собраній съ точки зрѣнія ихъ цѣлесообразности, а въ послѣднее время съ точки зрѣнія ихъ законности. Если онъ находилъ земскія постановленія незаконными, онъ входилъ въ Сенатъ съ рапортомъ объ отмѣнѣ этихъ постановленій. Это ли имѣли въ виду составители нашего законопроекта? Слѣдуетъ указать инстанцію, чрезъ которую государственная власть будетъ осуществлять наблюденіе за дѣйствіями органовъ управленія Православной Церкви. Что это за инстанція? Сенатъ? Пусть скажутъ ясно.

Но мнѣ кажется, что рѣчь идетъ объ административномъ наблюденіи. Князь Е. Н. Трубецкой сказалъ, что при чтеніи статьи 4-й логическое удареніе нужно ставить на словѣ лишь. Но догадайтесь объ этомъ! Его здѣсь нужно поставить или изложить эту статью такъ, чтобы было ясно, что государственная власть отказывается отъ вмѣшательства въ кругъ дѣлъ Церкви и наблюдаетъ за дѣйствіями церковной власти съ точки зрѣнія соотвѣтствія ихъ государственнымъ законамъ.

27. Н. Д. Кузнецовъ. Сказанное докладчикомъ Членомъ Собора С. Н. Булгаковымъ заставляетъ меня еще разъ занять вниманіе Собора. Самый авторитетъ Собора и важность вопроса требуютъ, чтобы онъ былъ выясненъ во всей полнотѣ, прежде чѣмъ Соборъ приметъ то или другое рѣшеніе. Но сначала я долженъ сказать нѣсколько словъ о предложеніи Члена Собора Зеленцова въ выраженіи въ ст. 4 «государственнымъ законамъ» добавить слово: «основнымъ». Это, конечно, не разрѣшаетъ указанныхъ мной сегодня недоумѣній по данному вопросу. Предложеніе В. И. Зеленцова, повидимому, сдѣлано по недоразумѣнію и подъ вліяніемъ недостаточнаго /с. 61/ представленія о понятіи «основные законы». Поэтому поправка В. И. Зеленцова должна быть отвергнута. Я вполнѣ понимаю трудность работъ Отдѣла, на которую ссылался докладчикъ С. Н. Булгаковъ. Особенно трудно конструировать отношеніе Церкви къ Государству, которое находится въ состояніи развала и во многомъ представляетъ сейчасъ величину неизвѣстную. Но все-таки въ основаніе законопроекта логика требуетъ положить одинъ ясный принципъ или вовсе не составлять проекта закона объ отношеніи Церкви къ Государству, пока не установится самое Государство. С. Н. Булгаковъ утверждаетъ, что Отдѣлъ пришелъ къ признанію необходимости установленія въ Россіи союза между Церковью и Государствомъ, и этимъ именно положеніемъ руководился въ своемъ законопроектѣ. Но какъ согласовать съ этимъ предлагаемое Отдѣломъ содержаніе статей 3 и 4? Хорошъ союзъ, когда въ этихъ статьяхъ явно проводится принципъ верховенства Государства надъ Церковью, да еще въ очень неясныхъ предѣлахъ, открывающихъ просторъ возможному гнету Государства надъ Церковью! Употребленіе понятія союза допустимо лишь между двумя болѣе или менѣе равными величинами. Какъ согласовать понятіе союза между Церковью и Государствомъ со статьей 2 законопроекта, по которой Церковь въ своемъ законодательствѣ, управленіи и судѣ пользуется лишь правами самоуправленія? Можно ли говорить, напр., о союзѣ Государства и земства? Если Отдѣлъ дѣйствительно стремился опредѣлить отношенія Церкви и Государства, какъ ихъ союзъ, то въ законопроектѣ слѣдовало указать основаніе этого союза и обезпечить его проявленіе въ главныхъ сторонахъ взаимоотношеній Церкви и Государства. Но развѣ это сдѣлано Отдѣломъ?

Между независимой въ своей жизни Церковью и, какъ теперь принято выражаться, сувереннымъ Государствомъ, помимо другихъ отношеній, можетъ существовать еще пограничная область, на которую простираютъ свою власть обѣ стороны и каждая на основаніи своего собственнаго правового порядка. Таковы, напр., вопросы о бракѣ, въ которомъ, кромѣ церковной стороны, есть и гражданская. Какъ разрѣшать правовымъ путемъ возможныя здѣсь столкновенія между Церковью и государствомъ? Это не встрѣтило бы затрудненія, если бы надъ Церковью и Государствомъ стоялъ какой-либо высшій юридическій порядокъ, который могъ бы издавать обязательныя для нихъ нормы на случай ихъ столкновенія. При отсутствіи же такого порядка одна изъ сторонъ въ концѣ концовъ должна же сказать рѣшающее слово. Въ прежнее время, напр., въ Византіи и въ Европѣ въ средніе вѣка, обыкновенно признавали, что это слово принадлежитъ Церкви. Каноны, напр., считали нужнымъ исполнять предпочтительнѣе, чѣмъ законы Государства, несогласные съ ними. Отдѣлъ же, повидимому, оставляетъ рѣшающее слово за Государствомъ, какъ это видно, напр., изъ статей 2, 3 и 4, устанавливающихъ верховенство Государства надъ Церковью. Если Отдѣлъ стремился основы/с. 62/ваться на союзѣ Церкви и Государства, то рѣшающее значеніе должно было предоставить обоимъ, указавъ для этого ту или другую юридическую форму.

28. Предсѣдательствующій. Вы сами состояли членомъ Отдѣла и не должны говорить «если», а знать, что происходило въ Отдѣлѣ.

29. Н. Д. Кузнецовъ. Я только значился въ спискѣ членовъ Отдѣла, а фактически лишенъ былъ возможности принимать участіе въ его работахъ. Занятія въ основныхъ Отдѣлахъ о правовомъ положеніи Церкви, о Высшемъ Церковномъ Управленіи, объ епархіальномъ управленіи и о приходѣ у насъ распредѣлены такъ, что собранія этихъ Отдѣловъ обыкновенно совпадаютъ. Участвуя въ работахъ Отдѣловъ о приходѣ или о Высшемъ Управленіи, я могъ присутствовать въ Отдѣлѣ о правовомъ положеніи Церкви, только раздѣлившись на части.

30. Предсѣдательствующій. Прошу не дѣлать указаній на порядокъ распредѣленія занятій Отдѣловъ.

31. Н. Д. Кузнецовъ. Если Соборъ, по примѣру Отдѣла, будетъ руководиться въ нѣкоторыхъ статьяхъ теоріей правового Государства, то нельзя будетъ совершенно устранить верховенство Государства надъ Церковью, признаваемое этой теоріей. Въ интересахъ бóльшей независимости Церкви остается лишь возможно болѣе ослабить и ограничить верховенство надъ нею Государства. Это достижимо, напр., установленіемъ необходимости извѣстныхъ соглашеній между Церковью и Государствомъ, напоминающихъ теорію конкордатовъ. Подобнаго направленія мыслей, вѣдь не чуждъ и самъ Отдѣлъ, какъ показываютъ, напр., ст. 5 и особенно ст. 6, по которой законы, касающіеся Церкви, издаются Государствомъ не иначе, какъ по соглашенію съ церковной властью. Въ XIX вѣкѣ конкордаты, какъ извѣстно, разсматривались въ качествѣ двустороннихъ договоровъ съ правовымъ значеніемъ и составляли законы церковные и законы государственные. Докладчикъ Отдѣла проф. С. Н. Булгаковъ полагаетъ, что такіе конкордаты возможны лишь между Государствомъ и римско-католическою Церковью, имѣющею свою международную организацію въ Ватиканѣ. Возможность же напоминающихъ конкордаты соглашеній между русскимъ Государствомъ и Русской Церковью С. Н. Булгаковъ, отвергаетъ, потому что Русская Церковь есть національная и не имѣетъ международной организаціи подобной римской. Но С. Н. Булгаковъ, повидимому, забываетъ, что этотъ вопросъ болѣе или менѣе разрѣшается въ наукѣ церковнаго права при помощи, такъ называемой, легальной теоріи. Въ соглашеніи Государства съ Церковью эта теорія усматриваетъ не юридическую связанность сувереннаго Государства, а лишь связанность моральнаго характера, какъ бы своего рода моральное обязательство. Основываясь на такомъ обязательствѣ, Церковь и Государство, каждое въ своей области, издаютъ /с. 63/ затѣмъ соотвѣтствующіе законы. Но мало того. Развѣ можно говорить о Русской Церкви только какъ о національной въ предѣлахъ Русскаго Государства? Русская Церковь находится, вѣдь, и въ Японіи, и въ Китаѣ, и въ Америкѣ, и въ Урміи. Кромѣ того, она, какъ не порвавшая связи съ Церковью Апостольской, представляетъ изъ себя часть Вселенской Церкви. Русская Церковь въ основѣ своей свято хранитъ вселенское преданіе, и органы высшей русской церковной власти составляютъ часть органовъ Церкви Вселенской. Въ этомъ отношеніи Русская Церковь содержитъ въ себѣ и начало, такъ сказать, международное, которое особенно ясно всегда можетъ проявиться на Вселенскихъ Соборахъ. Государство нисколько не потеряетъ въ своемъ суверенитетѣ, если оно вступитъ въ соглашеніе, да еще моральнаго характера, съ представительствомъ Русской Церкви, какъ части Церкви Вселенской и простирающейся за предѣлы Русскаго Государства. Наконецъ, не слѣдуетъ забывать, что въ настоящее время Россія находится въ состояніи полной анархіи, и всѣ еще только кричатъ о необходимости созданія твердой государственной власти, и пока совершенно неизвѣстно, въ какія формы выльется будущій государственной строй. Отдѣлъ многія статьи своего законопроекта основываетъ, напр., на теоріи правового государства. Но никто сейчасъ не поручится, что въ Россіи будетъ непремѣнно правовое, а напр., не соціалистическое Государство.

Поэтому въ основаніе законопроекта объ отношеніи Церкви и еще не опредѣлившагося Государства едва ли полезно полагать какое-либо начало или теорію, имѣющія въ виду уже окончательно установившіяся Государства. Въ такомъ рѣдкомъ и едва ли не единственномъ въ исторіи законодательства случаѣ, не лучше ли предпочесть теорію соглашенія между Церковью и Государствомъ, мало связанную съ вопросомъ о формѣ Государства и болѣе или менѣе примѣнимую ко всякому изъ нихъ, лишь бы оно заслуживало названія Государства? Соотвѣтственно этому, можетъ быть, слѣдовало бы самому Отдѣлу переработать нѣкоторыя статьи обсуждаемаго законопроекта. Руководиться именно теоріей соглашенія, по моему мнѣнію, было бы послѣдовательнѣе для самого Отдѣла, если онъ, какъ утверждаютъ докладчики, стремился установить союзъ между Церковью и Государствомъ.

32. Въ 12 ч. 10 мин. объявляется перерывъ.



33. Засѣданіе возобновляется въ 12 час. 30 мин. дня.

34. В. В. Радзимовскій. Я позволю себѣ сказать краткое слово въ защиту того постановленія, которое выработано Отдѣломъ, такъ какъ оно подверглось критикѣ со стороны юристовъ и лицъ, свѣдущихъ въ дѣлѣ законодательномъ. Надо прежде всего имѣть въ виду, что статью 4-ю нельзя читать отдѣльно отъ другихъ статей и въ особенности отдѣльно отъ ст. 3-й. Если сопоставить эти двѣ статьи, то я нахожу, что по ст. 3-й Государство признаетъ силу за /с. 64/ издаваемыми Церковью постановленіями, но, разумѣется, признаетъ ихъ только до тѣхъ поръ, пока они не нарушаютъ государственныхъ законовъ. И это понятно, такъ какъ въ данномъ случаѣ Церковь мыслится и разсматривается не со стороны внутренняго значенія ея сущности религіозной, а лишь со стороны внѣшняго проявленія ея дѣятельности въ Государствѣ. Съ этой точки зрѣнія Церковь — какъ и всякая религіозная или иная община, — должна считаться съ требованіями законовъ физическихъ и юридическихъ. Отсюда и вытекаетъ то отношеніе Государства къ церковному законодательству, о которомъ говоритъ ст. 3-я. Но разъ это такъ, то Государство не можетъ уже отказаться и отъ надзора за дѣятельностью церковныхъ установленій, о чемъ говорится въ слѣдующей статьѣ 4-й. Этою статьею указывается способъ такого надзора государственной власти за дѣятельностью органовъ церковныхъ, и въ этихъ способахъ нѣтъ ничего, что умаляло бы или ухудшало бы положеніе нашей Церкви. Достаточно напомнить, что прежде органы церковной власти являлись вмѣстѣ съ тѣмъ и органами государственными, и такимъ образомъ, и епархіальное управленіе, и Святѣйшій Сѵнодъ носили характеръ двойственный, на подобіе двуликаго Януса, причемъ начало государственное всегда преобладало. Вѣдь, поэтому-то прежній оберъ-прокуроръ имѣлъ исключительное важное значеніе въ дѣлахъ церковныхъ: формально онъ стоялъ на стражѣ законности церковныхъ постановленій, безъ его одобренія ни одно постановленіе Сѵнода не могло воспріять силу; въ дѣйствительности же указанія оберъ-прокурора почти равносильны были закону, и всѣ дѣла разрѣшались подъ непосредственнымъ вліяніемъ оберъ-прокурора. Вотъ, каково было отношеніе Государства къ Церкви въ прежнее время! И если отсюда перейти къ содержанію ст. 4-й, которая требуетъ, чтобы надзоръ государственный надъ дѣятельностью органовъ церковнаго управленія осуществлялся не иначе, какъ только въ судебномъ и судебно-административномъ порядкѣ, то ясно станетъ, что здѣсь не можетъ быть уже рѣчи ни о поглощеніи Церкви Государствомъ, ни объ умаленіи ея святыни. Наоборотъ, мы, юристы, привѣтствуемъ это постановленіе, такъ какъ на мѣсто произвола и усмотрѣнія оберъ-прокурора, которому не могъ противиться и епископатъ, теперь надзоръ государственный за дѣятельностью церковныхъ органовъ ограниченъ извѣстными рамками, и Министръ Исповѣданій уже лишенъ будетъ возможности вліять на направленіе и разрѣшеніе церковныхъ дѣлъ такъ, какъ это дѣлалъ оберъ-прокуроръ. Государство уже не можетъ требовать отъ церковныхъ органовъ отчета, а лишь въ правѣ будетъ возбудить судебное преслѣдованіе противъ тѣхъ, кто допуститъ правонарушеніе.

Что касается надзора въ порядкѣ судебно-административномъ, то это значитъ слѣдующее: если какое-либо постановленіе церковныхъ органовъ въ той области, которая соприкасается съ интересомъ гра/с. 65/жданскимъ, напримѣръ, въ области метрикаціи, будетъ сочтено нарушающимъ законъ, то Государство въ лицѣ Министра Исповѣданій можетъ домогаться отмѣны такого постановленія, при посредствѣ цѣлой системы судебно-административныхъ инстанцій, — начиная отъ судьи первой степени до Правительствующаго Сената. Здѣсь будетъ вестись настоящій состязательный процессъ съ участіемъ представителей Церкви и Государства, и споръ будетъ разрѣшенъ вполнѣ безпристрастно. Такимъ путемъ мы достигнемъ только свободы для церковной дѣятельности, а не отдаемъ ее подъ государственную опеку, такъ какъ при наличности положенія, заключающагося въ ст. 4, нѣтъ уже мѣста произволу и усмотрѣнію. На основаніи этихъ соображеній, я позволяю себѣ поддерживать ст. 4-ю въ томъ видѣ, какъ она выработана Отдѣломъ.

35. Д. И. Волковъ. Въ статьѣ 1 доклада о правовомъ положеніи Православной Церкви въ Россіи — Православная Церковь названа величайшей святыней огромнаго большинства населенія Россійскаго Государства. Слѣдовательно, какъ святыня, Церковь не должна подлежать никакому контролю; напротивъ, она сама должна всю остальную жизнь контролировать во всѣхъ ея проявленіяхъ. Но такъ какъ Церковь не отдѣляется отъ Государства, а хочетъ остаться съ нимъ въ содружествѣ и союзѣ, то для этого и допущены и приняты Соборомъ во второй части статьи 2-й и въ послѣдней строкѣ статьи 3-й правила, въ полной мѣрѣ регулирующія взаимныя между Церковью и Государствомъ отношенія. Этихъ правилъ вполнѣ достаточно, и дальше идти въ этомъ отношенія Собору не слѣдуетъ, а потому я считаю, что статья 4-я должна быть цѣликомъ отклонена, ибо сущность этой статьи въ связи съ принятыми уже статьями — явленіе совершенно ненужное, и принятіе ея можетъ только унизить значеніе Православной вѣры и Церкви, какъ учрежденія, проводящаго въ жизнь вѣчныя евангельскія истины.

36. М. П. Арашкевичъ. Въ сужденіяхъ о статьѣ 4 проекта, по моему мнѣнію, кроется недоразумѣніе. Говорятъ, что принятіемъ этой статьи мы унижаемъ Православную Церковь. Въ предыдущихъ разсужденіяхъ было установлено, что здѣсь имѣется въ виду установить нормальное отношеніе Церкви къ Государству съ тѣмъ, чтобы Государство послѣ не могло бросить упрековъ Церкви и іерархіи въ томъ, что мы что-то скрываемъ, что то подмѣниваемъ. По моему мнѣнію, всякое отношеніе должно быть выражено формально точно, ясно и опредѣленно. Въ прежнее время все зло состояло въ томъ, что отношенія были перепутаны: неизвѣстно, гдѣ начинались церковныя отношенія и гдѣ гражданскія. Возражающіе противъ ст. 4-й исходятъ изъ того, что хотятъ отдѣлить Церковь отъ Государства. Если сдѣлать это, тогда совсѣмъ не нужно устанавливать тѣ или другія нормальныя отношенія къ Государству. Въ случаѣ отдѣленія мы будемъ свободно издавать свои постановленія, и мы не будемъ /с. 66/ ничего имѣть противъ Государства и Государство — противъ Церкви. Но мы стоимъ на той точкѣ зрѣнія, что Церковь нельзя отдѣлить отъ Государства, что это не согласно съ духомъ нашего народа, съ его исторіей и является самоубійствомъ русскаго народа.

Говорятъ, что мы ставимъ въ приниженное положеніе 100-милліонное православное населеніе. Но здѣсь несомнѣнно кроется недоразумѣніе. Кого мы ставимъ въ приниженное положеніе, и что такое Государство? Вѣдь, само Государство и состоитъ изъ этихъ 100 милліоновъ населенія. Если это вѣрующее населеніе, какъ же оно можетъ приказывать Церкви? Если невѣрующее населеніе, то это другой вопросъ. Но разъ мы — вѣрующіе, разъ мы признаемъ существованіе 100-милліоннаго православнаго населенія, какъ фактъ, то оно не унизитъ Церкви. Если такъ, то норма отношеній должна быть ясно и точно установлена.

Говорятъ, что эту статью нужно исключить или, по крайней мѣрѣ, внести въ нее поправку. Но вчитываясь въ поправку Н. Д. Кузнецова, мы увидимъ, что она только затемняетъ смыслъ. Разъ Государство, по его мнѣнію, у насъ величина неизвѣстная, то мы и должны строить церковные законы, примѣняясь къ теперешнему состоянію Государства; но развѣ это возможно? Государство можетъ получить монархическое или республиканское устройство, но намъ до этого внѣшняго строя Государства нѣтъ никакого дѣла. Мы имѣемъ въ виду воспитывающее значеніе Церкви. Съ этой точки зрѣнія мы и должны строить свои законы.

Говорятъ, что ст. 4-я принижаетъ Церковь, но она имѣетъ связь съ проектомъ въ его цѣломъ. Если весь прочитать его, то мы увидимъ, что онъ не принижаетъ Церковь, а только опредѣленно указываетъ границы церковной области. Эти границы мы должны установить, потому что въ прежнее время ставили Церкви обвиненіе въ томъ, что у нея нѣтъ ничего опредѣленнаго, и тѣмъ подрывали авторитетъ іерархіи и русскаго церковнаго народа. Не слѣдуетъ становиться на этотъ путь, на который толкаютъ вносимыя поправки.

37. Епископъ Тобольскій Гермогенъ. Ст. 4-я проекта имѣетъ связь съ ст. 3-й. Если бы не было нѣкоторой казуистики въ этой статьѣ, она была бы продолженіемъ ст. 3-й. Нужно эти казуистическія черты устранить, и тогда ст. 4-я могла бы быть принята. Я бы предложилъ изложить эту статью такъ: «государственная власть, наблюдая за дѣйствіями органовъ Православной Церкви, осуществляетъ это наблюденіе лишь со стороны соотвѣтствія ихъ дѣйствій съ государственными законами, притомъ въ особомъ судебномъ порядкѣ».

Въ административномъ способѣ наблюденія встрѣчается масса казуистики. Я не могу видѣть въ ст. 4-й какого-либо униженія Церкви. Но какъ бы мы не опоздали съ своимъ проектомъ! Мы не сдѣлаемъ ошибки, если нашъ проектъ дѣйствительно будетъ содѣй/с. 67/ствовать освобожденію Церкви отъ вторженія органовъ государственной власти. Нужно только, чтобы наши церковныя узаконенія находились въ связи съ государственными установленіями.

38. Предсѣдательствующій. Списокъ ораторовъ исчерпанъ. Заключительное слово скажетъ докладчикъ П. И. Астровъ.

39. П. И. Астровъ. Позвольте начать объясненіе сравненіемъ. Если можно сказать, что мы дѣлаемъ какъ бы постройку — устроеніе Церкви въ Государствѣ, то и сравненіе возьму изъ обыкновенной постройки. Положимъ, мы хотимъ построить храмъ. Предъ взорами у насъ предносятся алтарь, крестъ, иконы и другія святыни. Но, что мы видимъ при началѣ постройки? Грязный камень, копаніе ямъ, кирпичъ... И хотя будемъ сознавать, что все это необходимо для постройки святого храма, но кирпичъ будетъ одинаковъ, какъ и для постройки другихъ храмовъ. Вотъ, въ такомъ положеніи находимся и мы сейчасъ, когда разсматриваемъ эту статью и говоримъ, что святыня унижается. Но о святыняхъ Православной Церкви будетъ рѣчь въ послѣдующихъ статьяхъ, когда будемъ говорить о святой просвѣтительной дѣятельности Церкви, а пока о нихъ не говоримъ: здѣсь просто черная работа надъ камнемъ, необходимая для фундамента. А для того, чтобы спокойно обсудить вопросъ, позвольте разгородить матеріалъ, который мѣшаетъ объективно смотрѣть на дѣло.

Говорили о законѣ, воспрещающемъ говорить въ церкви объ Учредительномъ Собраніи. Этотъ примѣръ сюда не относится, онъ долженъ быть устраненъ изъ поля нашего зрѣнія. Мы создаемъ законы для будущаго, а о томъ беззаконіи, которое творится въ настоящее время, не говоримъ. Да и этотъ случай о проповѣди, которая запрещается, предусмотрѣнъ. Мы не могли позволить такого закона, и въ ст. 11 говоримъ, что свобода исповѣданія и проповѣдыванія ограждается государственною властью. А въ данномъ случаѣ нарушается свобода проповѣди, и государственная власть вторгается въ дѣло проповѣдничества. Она сказала: можете говорить о чемъ угодно, но ни въ какомъ случаѣ не можете касаться Учредительнаго Собранія, нельзя упомянуть о немъ даже въ томъ случаѣ, если бы пришлось сдѣлать это въ проповѣди о вѣрѣ и нравственности. Государство запретило, а мы продолжаемъ говорить, мы не позволимъ запрещать на будущее время; если бы запретило Учредительное Собраніе, то это беззаконіе мы и назвали бы беззаконіемъ и могли бы назвать болѣе рѣзко и ярко. И много другихъ подобныхъ примѣровъ въ текущей дѣйствительности. Напр., изданъ декретъ объ отобраніи церковныхъ имуществъ, а мы говоримъ (въ ст. 22-й), что имущество, принадлежащее установленіямъ Православной Церкви, не можетъ быть отъ нихъ отобрано. Взяли церковно-приходскія школы, а мы говоримъ, что Церковь должна имѣть свои школы, а преподаваніе Закона Божія должно быть обязательно и во всѣхъ свѣтскихъ школахъ. Словомъ, все, что касается духовной стороны, — предусмотрѣно и освѣщено въ /с. 68/ другихъ статьяхъ, и желающіе выразить относящееся къ этой статьѣ болѣе сильно, указать на тѣ несправедливости и неправды, которыя совершаются въ настоящее время, обязываются высказать это въ своемъ мѣстѣ, а не тамъ, гдѣ не рѣшается этотъ вопросъ, не противъ той статьи, которая не касается этихъ предметовъ.

Статья 4-я касается самой общей рамки отношеній между Церковью и Государствомъ. Суть ея чрезвычайно важна: здѣсь правильно указывается предѣлъ вмѣшательства Государства въ дѣла Церкви. Статья признаетъ, что Государство можетъ вмѣшиваться въ дѣла Церкви не во всѣхъ отношеніяхъ: оно должно входить въ разсмотрѣніе ея дѣлъ не по существу, а только съ одной стороны — лишь со стороны ихъ соотвѣтствія государственнымъ законамъ. Это слово лишь имѣетъ большое значеніе. Изъ трехъ строчекъ этой статьи ни одного слова нельзя выкинуть. Сила статьи заключается въ томъ, что государственная власть наблюдаетъ за дѣятельностью органовъ Церкви лишь со стороны ихъ соотвѣтствія государственнымъ законамъ. Ясно опредѣляется объемъ этого наблюденія. Не можетъ быть и рѣчи о томъ, что дѣлали прежде оберъ-прокуроры, которые говорили, что находятъ то или другое нужнымъ и цѣлесообразнымъ съ государственной точки зрѣнія и настаивали на исполненіи. Теперь Государство должно наблюдать за церковными постановленіями не съ точки зрѣнія — хочу или не хочу, а только въ томъ отношеніи, соотвѣтствуютъ или не соотвѣтствуютъ они государственнымъ законамъ: рамки очень важныя! Здѣсь говорили, что, можетъ быть, рамокъ совсѣмъ не нужно, что слѣдуетъ промолчать. Но, если не установить рамокъ, то тѣмъ самымъ открывается возможность государственнаго вмѣшательства во всѣ шаги дѣятельности Церкви, какъ и когда этого захочетъ Государство, а это совершенно невозможно и недопустимо. Обращаютъ вниманіе на положительную форму указанія, что Государство наблюдаетъ за дѣйствіями органовъ Церкви. Но достаточно ясно, что въ этой положительной формѣ гораздо больше отрицательнаго по отношенію къ правамъ Государства и болѣе выгораживается самостоятельность Церкви, чѣмъ если бы это было сдѣлано въ отрицательной формѣ. Если говоримъ въ положительномъ смыслѣ о томъ, куда Государство можетъ вмѣшаться, и намѣчаемъ узкія рамки, значитъ во всѣ другія области его не пускаемъ, и въ этомъ отношеніи большая разница, если бы выразили это въ отрицательной формѣ... Область возможнаго велика и трудно перечислить всѣ случаи, когда Государство не можетъ вмѣшиваться, и отрицательная форма давала бы возможность вмѣшиваться во многихъ случаяхъ. Новымъ въ статьѣ является то, что совершенно опредѣленно намѣчаются рамки для вмѣшательства Государства въ дѣла Церкви, и эта статья должна быть принята.

Остается сказать о двухъ словахъ, которыя нѣкоторыхъ смутили — о томъ, что государственная власть осуществляетъ наблюденіе /с. 69/ въ судебно-административномъ и судебномъ порядкѣ. Въ прежнее время былъ полицейскій порядокъ. Чтобы этого порядка не было, и устанавливается планомѣрный судебный и судебно-административный порядокъ. Когда будутъ разрабатываться спеціальныя постановленія объ этомъ судебномъ и судебно-административномъ порядкѣ, Н. Д. Кузнецовъ будетъ удовлетворенъ, а здѣсь только положительно отвергается административный порядокъ. Нехорошій законъ тотъ, который говоритъ: этого нельзя, того нельзя. Никогда нельзя предусмотрѣть всего, чего нельзя: гораздо лучше сказать, что можно. На это и обратилъ вниманіе Отдѣлъ. Если говорить, что того нельзя, другого нельзя, то нельзя исчерпать всѣхъ случаевъ, гдѣ Государство не должно вмѣшиваться, а остальное будетъ открыто для дѣйствій Государства, въ силу суверенитета. Цѣлесообразнѣе взять узкую область, гдѣ допускается вмѣшательство, и ясно очертить ее. Такъ и поступилъ Отдѣлъ. И имъ даже до конца доведено указаніе: сказано, какъ должно наблюденіе осуществляться — въ судебномъ и судебно-административномъ порядкѣ — чѣмъ отвергается полицейскій порядокъ. Поправки искажаютъ смыслъ статьи не только съ редакціонной точки зрѣнія, а и въ томъ отношеніи, что если будетъ вынутъ камень изъ фундамента, на которомъ покоится свобода и независимость Церкви, то и на вершинѣ откроется дверь для вмѣшательства Государства. Для того, чтобы обезпечить чисто духовное воздѣйствіе Церкви, Священный Соборъ, когда будетъ судить о конкретныхъ случаяхъ, разовьетъ и добавитъ основныя положенія, а теперь черновая техническая работа, и, если будетъ сдѣлано и малое отклоненіе, это поведетъ къ тому, что будетъ косою вся стѣна зданія.

Прямодушно примите статью въ томъ видѣ, въ какомъ она изложена.

40. Предсѣдательствующій. Статья 4: «Государственная власть наблюдаетъ за дѣйствіями органовъ Православной Церкви лишь со стороны ихъ соотвѣтствія государственнымъ законамъ и осуществляетъ это наблюденіе въ судебно-административномъ и судебномъ порядкѣ». Къ этой статьѣ поступили поправки. Ставлю на голосованіе первую поправку А. В. Васильева и В. И. Зеленцова объ исключеніи ст. 4 изъ законопроекта.

41. ПОСТАНОВЛЕНО: поправку отклонить.

42. Предсѣдательствующій. Л. К. Артамоновъ полагаетъ замѣнить всю статью 4 статьей 6-й: «Государственные законы по вопросамъ, касающимся Православной Церкви, издаются не иначе, какъ по соглашенію съ церковною властью», съ добавленіемъ словъ: «осуществляя свое наблюденіе за жизнью Церкви только въ судебномъ порядкѣ». Эта поправка голосованію не подлежитъ, такъ какъ исключаетъ ст. 4 и имѣетъ отношеніе къ статьѣ шестой.

Ставлю на голосованіе поправку епископа Орловскаго Серафима: «Государственная власть осуществляетъ наблюденіе за дѣйствіями /с. 70/ органовъ Православной Церкви со стороны ихъ соотвѣтствія основнымъ государственнымъ законамъ въ судебно-административномъ и, судебномъ порядкѣ».

43. ПОСТАНОВЛЕНО: поправку отклонить.

44. Предсѣдательствующій. Ставлю на голосованіе поправку епископа Гермогена: «Государственная власть, наблюдая за дѣйствіями органовъ Православной Церкви, осуществляетъ это наблюденіе лишь со стороны соотвѣтствія ихъ дѣйствій съ государственными законами, притомъ въ особомъ судебномъ порядкѣ».

45. ПОСТАНОВЛЕНО: поправку отклонить.

46. Предсѣдательствующій. Ставлю на голосованіе поправку Н. Д. Кузнецова: «Государственная власть наблюдаетъ за дѣйствіями органовъ Православной Церкви, не касающимися внутренней жизни Церкви, и лишь со стороны ихъ соотвѣтствія государственнымъ законамъ, нормирующимъ общій государственный порядокъ и не имѣющимъ отношенія къ вопросамъ церковнымъ, и осуществляетъ это наблюденіе въ особомъ судебно-административномъ порядкѣ».

47. ПОСТАНОВЛЕНО: поправку отклонить.

48. Предсѣдательствующій. Ставлю на голосованіе поправку графа Д. А. Олсуфьева: «Государственная власть не вмѣшивается въ дѣйствія органовъ церковной власти и наблюдаетъ за ними лишь со стороны соотвѣтствія ихъ общегражданскимъ законамъ».

49. ПОСТАНОВЛЕНО: поправку отклонить.

50. Предсѣдательствующій. Ставлю на голосованіе ст. 4 въ изложеніи Отдѣла.

51. ПОСТАНОВЛЕНО: принять ст. 4 въ изложеніи Отдѣла.

52. Предсѣдательствующій. Ставлю на голосованіе ст. 5: «Государство признаетъ церковную іерархію и церковныя установленія въ силѣ и значеніи, которыя имъ приданы церковными постановленіями».

53. ПОСТАНОВЛЕНО: принять ст. 5. въ изложеніи Отдѣла.

54. Предсѣдательствующій. Статья 6-я: «Государственные законы по вопросамъ, касающимся Православной Церкви, издаются не иначе, какъ по соглашенію съ церковною властію».

55. Графъ Д. А. Олсуфьевъ. Не «государственные законы по вопросамъ», а «государственные законы, относящіеся къ Православной Церкви».

56. Предсѣдательствующій. Это относится къ редакціи статьи.

57. Н. Д. Кузнецовъ. Статья 6 основныхъ положеній показываетъ, что Отдѣлъ иногда самъ обнаруживаетъ склонность при опредѣленіи будущихъ отношеній Церкви и Государства въ Россіи полагать въ основаніе соглашеніе между Церковью и Государствомъ. Мнѣ кажется, что разсматриваемая статья не находится въ согласіи со статьями 3 и 4, опирающимися на другое основаніе, на признаніе верховенства Государства надъ Церковью. Не знаю, насколько до/с. 71/пустимо въ одномъ и томъ же проектѣ закона руководиться при составленіи его статей разными началами или принципами. Во всякомъ случаѣ, изъ всего законопроекта недостаточно ясно, какіе именно законы разумѣются въ словахъ статьи: «государственные законы по вопросамъ, касающимся Православной Церкви». Тѣ ли это, которые относятся къ пограничной сферѣ между Церковью и Государствомъ, или какіе-либо другіе? Кромѣ того, для сознательнаго отношенія ко всему законопроекту слѣдуетъ отдать себѣ отчетъ, въ какомъ отношеніи государственные законы, имѣющіеся въ виду статьей 6, находятся къ государственнымъ законамъ, упоминаемымъ въ статьѣ 4. Хорошо, если бы докладчики разъяснили все это.

58. П. И. Астровъ. Разумѣются законы, касающіеся имуществъ церковныхъ, церковныхъ школъ, и многіе другіе, имѣющіе отношеніе къ Церкви. Мы требуемъ, чтобы ни одинъ изъ этихъ законовъ не издавался свѣтскою властью безъ соглашенія съ церковною властію.

59. Л. К. Артамоновъ. Снимаю свою поправку къ ст. 6.

60. Предсѣдательствующій. Ставлю на голосованіе ст. 6 въ изложеніи Отдѣла.

61. ПОСТАНОВЛЕНО: принять ст. 6 въ изложеніи Отдѣла.

62. Предсѣдательствующій. Статья 7: «Глава Русскаго Государства, Министръ Исповѣданій и Товарищъ Министра Исповѣданій должны быть православными».

63. А. В. Васильевъ. Я думаю, что слѣдуетъ обсуждать статью 7 не только съ точки зрѣнія ясности редакціи — здѣсь все ясно, — но я хочу сдѣлать возраженіе по содержанію. Здѣсь говорится, что глава Государства, Министръ Исповѣданій и его Товарищъ должны быть православными. Здѣсь какъ бы заранѣе предполагается, что дѣла Православной Церкви будетъ вѣдать Министръ Исповѣданій. А, вѣдь, еще не успѣло организоваться управленіе. Можетъ быть, лицо, на которомъ будетъ лежать обязанность сношеній съ государственною властію, и не будетъ Министромъ Исповѣданій. И почему только Министръ Исповѣданій и его Товарищъ должны быть православными? Не менѣе важно, чтобы и Министръ Народнаго Просвѣщенія былъ православнымъ. Поэтому, я думаю, что эту статью слѣдуетъ расширить и сказать: «Глава и начальники высшихъ органовъ Государственнаго Управленія должны быть православными и по крайней мѣрѣ Министръ Народнаго Просвѣщенія».

64. П. А. Россіевъ. Я покорнѣйше прошу Священный Соборъ добавить къ ст. 7-й два слова: «отъ рожденія». Тогда статья эта будетъ изложена такъ: «Глава Русскаго Государства, Министръ Исповѣданій и Товарищъ Министра Исповѣданій должны быть православными отъ рожденія». Есть разница между православнымъ человѣкомъ, родившимся отъ православныхъ родителей, и православнымъ /с. 72/ человѣкомъ, ставшимъ православнымъ со вчерашняго дня, притомъ не только по убѣжденію, а и по личнымъ соображеніямъ.

Для православнаго населенія, которое строило Россію, важно, чтобы во главѣ ея былъ именно православный человѣкъ. На этой точкѣ зрѣнія стоялъ Всероссійскій съѣздъ духовенства и мірянъ. Отъ этой точки зрѣнія нѣтъ надобности уклоняться и Православному Россійскому Собору.

65. Н. Д. Кузнецовъ. Статья 7-я проекта закона о будущихъ отношеніяхъ Церкви и Государства въ Россіи устанавливаетъ, что глава Русскаго Государства, и, мало того, Министръ Исповѣданій и даже его Товарищъ, должны быть православными. При разъясненіи этой статьи самъ Отдѣлъ въ своемъ докладѣ указываетъ, что она предъявляетъ «къ Государству требованія непосредственно съ точки зрѣнія государственнаго строя». Такимъ образомъ, статья направлена къ созданію извѣстнаго государственнаго закона. Не знаю, какъ совмѣстить ее съ только что принятой Соборомъ статьей 6-й, по которой Государство обязывается издавать законы, касающіеся Церкви, не иначе какъ по соглашенію съ церковною властью. Если такъ, то казалось бы, что и Соборъ, какъ представитель Церкви, можетъ составлять проекты государственныхъ законовъ, такъ или иначе связанныхъ съ Церковью, лишь по соглашенію съ государственною властью. Иначе, это можетъ быть понято, какъ притязаніе, подрывающее основаніе для статьи 6-й. Мало того: чувство дѣйствительности подсказываетъ, что, по крайней мѣрѣ въ данное время, требованіе, изложенное въ 7 статьѣ и предъявляемое со стороны Церкви къ Государству, едва ли не совершенно безнадежно: въ Россіи провозглашена полная свобода совѣсти и объявлено, что положеніе каждаго гражданина въ Государствѣ, его гражданская и политическая правоспособность, не зависятъ отъ принадлежности къ тому или другому вѣроисповѣданію и даже къ какой-либо религіи вообще. Поэтому, ставить обязательнымъ условіемъ для главы Государства, а также Министра Исповѣданій и его Товарища, принадлежность къ православію это значитъ настаивать передъ Государствомъ, чтобы оно поступило вопреки самому себѣ и нарушило имъ же установленныя для каждаго гражданина права. И неужели въ этомъ можно расчитывать на успѣхъ, по крайней мѣрѣ въ наше время? Кромѣ того, развѣ принадлежность къ православію по метрикѣ достаточная гарантія, что человѣкъ дѣйствительно — православный и понимаетъ значеніе православія въ жизни своей и народа? Мы продолжаемъ находиться еще подъ большимъ вліяніемъ прежняго государственнаго строя, когда принадлежность къ православію составляла обязанность и доставляла различныя права и преимущества, причемъ все это нерѣдко ограничивалось однѣми записями рожденія и брака въ православныя метрическія книги. Сколько такихъ формально православныхъ людей оказывались не только равнодушными, но и враждебными къ Православной Церкви! На Со/с. 73/борѣ, напримѣръ, очень часто слышались осужденія дѣятельности бывшихъ оберъ-прокуроровъ Св. Сѵнода, какъ вредной для Церкви, а, вѣдь, всѣ оберъ-прокуроры значились православными. Если Отдѣлъ, какъ объясняли его докладчики, сводитъ участіе Государства въ дѣлахъ церковныхъ лишь къ наблюденію за дѣйствіями органовъ Церкви со стороны ихъ соотвѣтствія государственнымъ законамъ, да и осуществляетъ это наблюденіе въ судебно-административномъ и судебномъ порядкѣ, то принадлежность къ православію главы Государства, особенно Министра Исповѣданій съ его Товарищемъ, имѣетъ мало значенія. Нѣкоторые изъ Членовъ Собора доходятъ въ своемъ требованіи къ Государству до того, что настаиваютъ на принадлежности указанныхъ государственныхъ должностныхъ лицъ къ православію отъ рожденія. Для чего же это еще новое ограниченіе? И что имъ желаютъ обезпечить для Церкви? Неужели крещеніе по православному вскорѣ послѣ рожденія дѣлаетъ человѣка болѣе крѣпкимъ въ православіи и лучше понимающимъ его, чѣмъ присоединеніе человѣка къ Православной Церкви, напримѣръ, въ зрѣломъ возрастѣ съ полнымъ сознаніемъ, что православіе болѣе правильно хранитъ въ мірѣ христіанство и находится въ духовно-нравственной связи съ Церковью Апостольской — Вселенской? Членъ Собора А. В. Васильевъ въ своемъ предложеніи настаиваетъ на православіи и для Министра Народнаго Просвѣщенія и разсуждаетъ послѣдовательно. Если въ интересахъ Церкви и православнаго народа глава Государства и Министръ Исповѣданій съ Товарищемъ, по его мнѣнію, должны быть непремѣнно православными, то, конечно, это требованіе можно предъявить и къ Министру Народнаго Просвѣщенія, какъ лицу, имѣющему дѣло съ просвѣщеніемъ народа и управленіемъ учебными заведеніями. Интересно бы только знать, какъ Отдѣлъ и вообще сторонники разсматриваемой статьи представляютъ себѣ будущій порядокъ назначенія министровъ. Сложится ли государственный строй въ Россіи въ форму республики съ избираемымъ президентомъ или въ форму конституціонной монархіи, съ наслѣдственнымъ царемъ во главѣ, у насъ образуется парламентъ изъ народныхъ представителей. Изъ этихъ именно представителей всего скорѣе и будетъ составляться правительство въ лицѣ разныхъ министровъ и ихъ предсѣдателя, какъ это происходитъ во Французской республикѣ или въ разныхъ конституціонныхъ монархіяхъ Европы. Избраніе въ парламентъ въ настоящее время не находится ни въ какой зависимости отъ вѣроисповѣданія или религіи человѣка. Навѣрное, такой порядокъ останется и въ будущемъ. Поэтому, развѣ логически возможно устанавливать въ законѣ, чтобы во внѣ-вѣроисповѣдномъ учрежденіи изъ его членовъ, имѣющихъ право не принадлежать не только къ православію, но и другимъ религіямъ, Министръ Исповѣданій или какой-либо иной всегда избирались бы только изъ людей православныхъ? А что если таковыхъ тамъ вовсе не окажется? Исходя изъ /с. 74/ принципа устройства парламента, это вполнѣ допустимо. Въ своихъ рѣчахъ по поводу прежнихъ статей проекта Отдѣла я обращалъ вниманіе Собора, что проектъ этотъ крайне неясенъ съ его принципіальной стороны. Однѣ статьи основаны, повидимому, на такъ называемой теоріи правового Государства, другія опираются скорѣе на необходимость извѣстнаго соглашенія между Церковью и Государствомъ, наконецъ, обсуждаемая статья 7-я, въ полное противорѣчіе съ теоріей правового Государства, вдругъ обнаруживаетъ въ себѣ начало вѣроисповѣдное. Уже одни эти скачки отъ одного принципа къ другому при составленіи разныхъ статей законопроекта дѣлаютъ его очень шаткимъ и требующимъ особеннаго вниманія Собора. Во всякомъ случаѣ, по приведеннымъ мной соображеніямъ, я предлагаю совершенно исключить статью 7-ю.

66. Графъ П. Н. Апраксинъ. Признавая совершенно законнымъ и правильнымъ требованіе, чтобы глава Государства былъ православный, считая, что это соотвѣтствуетъ ст. 1-й обсуждаемаго нами законопроекта, и полагая, что Церковь Православная не можетъ занимать первенствующаго положенія, если глава Государства не будетъ православный, — я не нахожу, однако, возможнымъ указывать въ принимаемыхъ нами основныхъ положеніяхъ на то, чтобы Министръ Исповѣданій и Товарищъ Министра должны были быть православными. Съ точки зрѣнія Православной Церкви, всѣ министры должны быть православные, и мы никоимъ образомъ не должны указывать, что только Министръ Исповѣданій и его Товарищъ должны быть православные, а другіе министры какъ будто могутъ быть и не православные. Становясь на ту точку зрѣнія, что всѣ министры должны быть православные, я и думаю, что лучше опустить въ ст. 7-й упоминаніе объ одномъ только Министрѣ Исповѣданій, тѣмъ болѣе, что мы не знаемъ, будетъ ли еще существовать должность Министра Исповѣданій. Быть можетъ, по дѣламъ Православной Церкви церковная власть признаетъ необходимымъ имѣть особаго докладчика. Мы этого не знаемъ. Слѣдовало бы сказать, что въ Православномъ Государствѣ всѣ органы должны быть православные. А если это не будетъ сдѣлано, то лучше не упоминать въ ст. 7-й объ одномъ только Министрѣ Исповѣданій и его Товарищѣ.

67. П. Б. Мансуровъ. Безнадежно или нѣтъ, но я думаю, что нужно исповѣдывать то, что лежитъ въ основѣ народной души, именно: глава Государства долженъ быть православный. Я думаю, что вполнѣ естественно, чтобы и лицо, соприкасающееся съ дѣятельностью Церкви, было также православнымъ. Можетъ быть, и плохой православный, но принципіально желательно, чтобы Министръ Исповѣданій былъ православный. Вѣдь, это не Министръ Путей Сообщенія. Я бы желалъ, чтобы Министръ Исповѣданій былъ отъ рожденія православнымъ, но требовать этого мы здѣсь на Соборѣ не можемъ. /с. 75/ Мы не можемъ согласиться, что таинство крещенія, совершаемое надъ взрослыми людьми, не дѣлаетъ человѣка болѣе достойнымъ: Церковь своими благодатными средствами можетъ и нерожденнаго въ Православіи сдѣлать достойнымъ сыномъ Церкви.

68. В. Г. Рубцовъ. Я иначе и мыслить не могу представителя Русскаго Государства, какъ православнымъ, какое бы онъ ни носилъ наименованіе. На это имѣетъ полное право тотъ православный народъ, который создалъ Русское Государство, осѣняя себя крестнымъ знаменіемъ. И было бы великимъ преступленіемъ уклоняться отъ той святой мысли, которая такъ ярко выражена въ статьѣ 7-й, именно, что глава Русскаго Государства и Министръ Исповѣданій должны быть непремѣнно православными, и я бы добавилъ: чисто русскими по рожденію. Никакая другая нація не имѣетъ равнаго права, ибо наше Государство создано православнымъ русскимъ народомъ, и онъ имѣетъ право поставить непремѣннымъ условіемъ, что всѣ, кто хочетъ возглавлять Государство Россійское, должны быть отъ рожденія православными.

69. Проф. Н. Н. Фіолетовъ. Я не понимаю заявленія Н. Д. Кузнецова, что вопросъ является безнадежнымъ. Мы имѣемъ въ настоящее время законъ, изданный правительствомъ революціоннымъ, чтобы Министръ Исповѣданій былъ православный. Это дѣйствующій законъ, и какъ мы можемъ отказываться отъ этого? Я позволю себѣ сослаться на разсказъ архіепископа Харьковскаго Антонія о томъ, какъ въ Харьковской губерніи былъ назначенъ комиссаръ по духовнымъ дѣламъ: свое пребываніе на этомъ посту комиссаръ объяснялъ тѣмъ, что, такъ какъ онъ ни во что не вѣруетъ, то и можетъ быть болѣе безпристрастнымъ. Вотъ, противъ подобныхъ явленій и направлена статья 7-я.

70. П. И. Астровъ. Едва ли слѣдуетъ подробно останавливаться на предложеніи исключить всю статью 7-ю. Статья эта необходима, какъ символъ. Пусть человѣкъ, стоящій во главѣ Государства, и не вполнѣ будетъ соотвѣтствовать по духу Православной Церкви, но онъ долженъ быть православнымъ, потому что иначе не будетъ символа для Православной Россіи. Сдѣлано было второе возраженіе о министрахъ. Графъ Апраксинъ полагаетъ, что объ нихъ не слѣдуетъ упоминать въ статьѣ 7-й. Но его мысль не была раздѣлена Отдѣломъ по основаніямъ, изложеннымъ Н. Н. Фіолетовымъ. О всѣхъ министрахъ мы не говоримъ, а только о министрахъ, имѣющихъ отношеніе къ Православной Церкви. Разумѣется, желательно, чтобы всѣ министры были православнаго исповѣданія, но объ этомъ можно только высказывать пожеланіе. Что касается предложенія П. А. Россіева о томъ, чтобы глава Государства, Министръ Исповѣданій и его Товарищъ были православными отъ рожденія, то разъясненіе исчерпывающе было сдѣлано П. Б. Мансуровымъ относительно та/с. 76/инства св. крещенія надъ лицами возрастными, принимающими православіе.

71. Предсѣдательствующій. Ставлю на голосованіе поправку Н. Д. Кузнецова объ исключеніи всей статьи 7.

72. ПОСТАНОВЛЕНО: поправку отклонить.

73. Предсѣдательствующій. Ставлю на голосованіе поправку графа Апраксина: «Глава Русскаго Государства долженъ быть православнымъ». Это требованіе въ отношеніи министровъ исключается.

74. ПОСТАНОВЛЕНО: поправку отклонить.

75. Предсѣдательствующій. Ставлю на голосованіе поправку А. В. Васильева: «Глава Русскаго Государства, а также Министры Исповѣданій и Народнаго Просвѣщенія и Товарищи ихъ должны быть православными».

76. ПОСТАНОВЛЕНО: принять поправку.

77. Предсѣдательствующій. Ставлю на голосованіе поправку П. А. Россіева: «Глава Русскаго Государства, Министръ Исповѣданій и Товарищъ Министра Исповѣданій должны быть православными отъ рожденія».

78. ПОСТАНОВЛЕНО: поправку отклонить.

79. Предсѣдательствующій. Ставлю на голосованіе статью 7 съ поправкой А. В. Васильева.

80. ПОСТАНОВЛЕНО: статью 7 принять съ поправкою А. В. Васильева.

81. Секретарь. Передъ засѣданіемъ нѣкоторые Члены Священнаго Собора обратились съ вопросомъ, имѣются ли въ достаточномъ количествѣ экземпляровъ посланія Священнаго Собора о выборахъ въ Учредительное Собраніе. Заявляю, что имѣется свыше 30 тысячъ такихъ посланій, и Члены Собора благоволятъ получать ихъ изъ Соборной Канцеляріи.

82. Засѣданіе закрыто въ 2 ч. 15 минутъ.

Источникъ: Священный Соборъ Православной Россійской Церкви. Дѣянія. Книга IV, Выпускъ 1: Дѣянія XLI-XLV. — Пг.: Изданіе Соборнаго Совѣта, 1918. — С. 46-76.

Прилож. IV-е // Къ оглавленію всѣхъ Дѣяній Собора // Дѣяніе 43-е


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.