Церковный календарь
Новости


2018-08-17 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 4-я (1991)
2018-08-17 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 42-е (16 ноября 1917 г.)
2018-08-16 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 3-я (1991)
2018-08-16 / russportal
Н. Д. Кузнецовъ. Основанія, приводимыя для учрежденія Патріаршества (1918)
2018-08-15 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 2-я (1991)
2018-08-15 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 41-е (15 ноября 1917 г.)
2018-08-14 / russportal
Свт. Іоаннъ, архіеп. Шанхайскій. Единообразіе въ богослуженіи (1994)
2018-08-14 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 40-е (14 ноября 1917 г.)
2018-08-12 / russportal
Обращеніе свт. Іоанна обще-приходскому годовому собранію (1994)
2018-08-12 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 39-е (13 ноября 1917 г.)
2018-08-11 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 1-я (1991)
2018-08-11 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 82-е (12 февраля 1918 г.)
2018-08-10 / russportal
Митр. Анастасій (Грибановскій). Рѣчь при гробѣ митр. Антонія (1936)
2018-08-10 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 81-е (10 февраля 1918 г.)
2018-08-09 / russportal
Свт. Іоаннъ Шанхайскій. Слово къ Санъ Францисской паствѣ (1994)
2018-08-09 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 80-е (9 февраля 1918 г.)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - пятница, 17 августа 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 16.
Исторія Русской Православной Церкви Заграницей

Второй Всезарубежный Соборъ РПЦЗ 1938 г.

Второй Всезарубежный Соборъ состоялся въ Сремскихъ Карловцахъ въ 1938 г., спустя 17 лѣтъ послѣ Перваго (1921 г.). Этотъ Соборъ, возглавляемый новымъ Первоіерархомъ, Блаж. Митр. Анастасіемъ (Грибановскимъ), продолжилъ созидательную работу по укрѣпленію организаціи РПЦЗ и занялся вопросами духовн. возрожденія русской паствы «въ разсѣяніи сущей», просвѣщенія дѣтей и молодежи, борьбы съ сектантствомъ и уврачеванія церковныхъ ранъ, возникшихъ въ слѣдствіи печальныхъ расколовъ внутри эмиграціи. Среди итоговыхъ документовъ II Всезаруб. Собора основополагающими явились два посланія — «Къ Русскому народу въ отечествѣ страждущему» и «Къ русской паствѣ въ разсѣяніи сущей». Въ 1-мъ посланіи Соборъ выразилъ единство со страждущимъ русскимъ народомъ, призвалъ его къ терпѣнію и упованію на милость Божію и выразилъ увѣренность въ грядущее освобожденіе Россіи отъ ига безбожниковъ. Во 2-мъ посланіи Соборъ призвалъ зарубежную паству стойко держаться св. правосл. вѣры и удаляться отъ пагубныхъ лжеученій — софіанства, теософіи, спиритизма и масонства. Соборное посланіе выразило тревогу по поводу попытокъ католиковъ расхищать чадъ Правосл. Церкви, используя для этихъ цѣлей т. н. «вост. обрядъ». Далѣе русскіе люди призывались къ покаянію въ главномъ грѣхѣ, тяготѣющимъ надъ русскимъ народомъ — въ измѣнѣ Помазаннику Божію, повлекшей за собой мученическую смерть Царской Семьи, что легло на совѣсть не только непосредственныхъ участниковъ этого злодѣянія, но и на совѣсть всѣхъ русскихъ людей... Особо подчеркивался долгъ русскаго зарубежья сохранить духовн. цѣнности Св. Руси и передать ихъ будущимъ поколѣніямъ для службы возрожденной Россіи. Соборъ созывался на территоріи Сербской Правосл. Церкви, подъ покровительствомъ Свят. Патріарха Сербскаго, который являлся почетнымъ Предсѣдателемъ Собора.

«Дѣянія Второго Всезарубежного Собора РПЦЗ 1938 г.»

ДѢЯНІЯ ВТОРОГО ВСЕЗАРУБЕЖНАГО СОБОРА РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ ЗАГРАНИЦЕЙ
съ участіемъ представителей клира и мірянъ, состоявшагося 1/14 — 11/24 августа 1938 года въ Сремскихъ Карловцахъ въ Югославіи.
(Бѣлградъ: Типографія «Меркуръ», 1939 г.).

ПРОТОКОЛЪ № 7
засѣданія Собора Русской Православной Церкви заграницей съ участіемъ клира и мірянъ,
отъ 11/24 августа 1938 года.

Засѣданіе открывается въ 9 часовъ утра пѣніемъ молитвы «Царю Небесный».

Присутствуетъ 91 членъ Собора.

I. Слушали: Протоколъ № 5.

Постановили: Протоколъ № 5 утвердить.

II. Слушали: Докладъ протопресвитера П. Бѣловидова

О церковной дисциплинѣ среди клира и мірянъ.

Церковной дисциплиной, по установившемуся пониманію, называется совокупность мѣръ и правилъ, обязательныхъ для всѣхъ, кто вступилъ въ составъ даннаго организованнаго цѣлаго. Ею опредѣляется какъ характеръ и направленіе дѣятельности каждаго члена организаціи, такъ и взаимоотношенія ихъ /с. 254/ другъ ко другу, направленныя къ достиженію поставленной цѣли или задачи.

Объемъ и содержаніе церковной дисциплины опредѣляется понятіемъ о Церкви. Возьмемъ общеизвѣстное изъ Пространнаго Христіанскаго Катихизиса Митрополита Филарета опредѣленіе: «Церковь есть отъ Бога установленное общество людей, соединенныхъ православною вѣрою, закономъ Божіимъ (т. е. исполненіемъ заповѣдей Божіихъ), священноначаліемъ и таинствами». Церковь установлена и устроена по Божественной волѣ ея Основателя (Мѳ. XVI, 18). Эта воля, святая и совершенная пребываетъ въ Церкви до нынѣ, какъ сказалъ объ этомъ нашъ Спаситель: «Я буду съ вами во всѣ дни до скончанія вѣка» (Мѳ. XXVIII, 20). Въ составъ Церкви входятъ всѣ тѣ, кто добровольно, черезъ таинство Св. Крещенія, вступилъ въ нее, давъ обѣтъ отречься отъ діавола и всѣхъ дѣлъ его, и всѣхъ ангелъ его, и отъ всего служенія его и сочетаться со Христомъ или, другими словами, какъ бы прилѣпиться ко Христу, сраствориться въ Немъ, чтобы путемъ христіанскаго дѣланія уподобиться Ему, а черезъ Него слиться со всѣми, кто также стремится слить свое существо со Христомъ. У проф. Н. А. Ильина прекрасно выражена эта мысль: «вѣрующіе люди имѣютъ единый и общій имъ всѣмъ духовный Предметъ; они вступаютъ въ творческое единеніе съ Нимъ, а черезъ это объединяются и между собою слагается религія и церковь» [1].

Потому и Ап. Павелъ называетъ Церковь Тѣломъ Христовымъ, а всѣхъ насъ членами этого Тѣла, потому мы и называемся «братьями», имѣющими равную честь въ правдѣ Божіей (1 Петр. I, 1), всѣ мы одинаково святы (Ефес. IV, 12) и всѣ вмѣстѣ составляемъ одно священство [2]. Если во всякомъ благоустроенномъ человѣческомъ обществѣ каждый членъ его долженъ занимать свое мѣсто, знать и добросовѣстно исполнять всѣ свои обязанности, чтобы имѣть право пользоваться своими правами тѣмъ болѣе такой порядокъ долженъ быть въ Церкви — Тѣлѣ Христовомъ, принимая во вниманіе святость Церкви по ея существу и высочайшее назначеніе ея. Вслѣдствіе этого въ Церкви должно существовать различіе между членами ея, не по внѣшнимъ преимуществамъ и даже личнымъ качествамъ, а по тому назначенію, которое по волѣ Божіей дается каждому въ составѣ Церкви. Такъ говоритъ Ап. Павелъ: «какъ въ одномъ тѣлѣ у насъ много членовъ, но не у всѣхъ членовъ одно и то /с. 255/ же дѣло, такъ мы многіе составляемъ одно тѣло во Христѣ, а порознь одинъ для другого члены. И какъ, по данной намъ благодати, имѣемъ различныя дарованія, то имѣешь ли ты пророчество, пророчествуй по мѣрѣ вѣры, имѣешь ли служеніе, пребывай въ служеніи...» и т. д. (Рим. XII, 4-7; ср. 1 Кор. XII, 12; Ефес IV, 16).

Вступающій въ Церковь долженъ, какъ сказано выше, знать законы Церкви, чтобы добросовѣстно исполнять свои обязанности. Законы Церкви прежде всего содержатся въ Св. Писаніи Ветхаго и Новаго Завѣта. Такимъ образомъ законы Церкви — законъ Божій, заповѣди Божіи, и какъ таковые условно обязательны для каждаго члена Церкви, какое бы положеніе онъ не занималъ въ христіанскомъ обществѣ. Господь Іисусъ Христосъ не оставилъ намъ кодекса точно регламентированныхъ правилъ, по указанію которыхъ членъ Церкви долженъ устроять свою жизнь. Онъ указалъ и точно опредѣлилъ цѣль Церкви: «да будутъ всѣ едино, какъ Ты, Отче, во Мнѣ и Я въ Тебѣ, такъ и они да будутъ въ Насъ едино»... «есть у Меня и другія овцы, которыя не двора сего, и тѣхъ надлежитъ Мнѣ привести и онѣ услышатъ гласъ Мой, и будетъ едино стадо и единъ Пастырь» (Іоан. XVII, 21; X, 16), уполномочилъ пользоваться благодатными средствами для достиженія этой цѣли и указалъ направленіе жизни Церкви, обѣщавъ ей Свою всегдашнюю помощь.

Основатель Церкви далъ намъ слѣдующія положительныя и опредѣленныя заповѣди: а) о служеніи апостоловъ и ихъ преемниковъ — пастырей и учителей Церкви, б) объ отношеніяхъ апостоловъ и ихъ преемниковъ другъ ко другу, в) о таинствахъ крещенія, евхаристіи, покаянія и брака, г) о клятвѣ, д) о судѣ церковномъ, е) о вознагражденіи за священническую службу, ж) объ отношеніи къ государственной власти [3].

/с. 256/ Апостолы властію, данною имъ отъ Христа, оставили свои повелѣнія, въ Св. Писанія Новаго Завѣта изложенныя, касательно правъ Церкви. Права Святыхъ Апостоловъ въ этомъ отношеніи точно указаны ихъ Божественнымъ Учителемъ: «Слушающій васъ, Меня слушаетъ, и отвергающій васъ Меня отвергается; а отвергающійся Меня, отвергается Пославшаго Меня» (Лук. X, 16). «Идите, научите всѣ народы, крестя ихъ во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа, уча ихъ соблюдать все, что Я повелѣлъ вамъ; и се Я съ вами во всѣ дни до скончанія вѣка» (Мѳ. ХХѴIII, 19-20). Это повелѣніе Господа Іисуса Христа ясно говоритъ, что распоряженіе апостоловъ объ устроеніи Церкви и жизни во Христѣ являются точнымъ исполненіемъ воли нашего Спасителя. Апостолы дали повелѣнія а) о поставленіи епископами пресвитеровъ для каждой христіанской общины, б) о повиновеніи членовъ Церкви поставленнымъ надъ ними духовнымъ пастырямъ и учителямъ, в) о нравственныхъ качествахъ и обязанностяхъ предстоятелей церквей, г) о діаконахъ, д) о содержаніи клира, е) о жалобахъ съ обвиненіями пресвитеровъ, ж) о священнослуженіи [4], /с. 257/ з) о бракѣ, и) объ отношеніи къ государственной власти, і) объ отношеніи къ христіанамъ, ведущимъ зазорную жизнь, и къ тѣмъ, кто не исповѣдуетъ христіанскую вѣру [5].

Законы или предписанія, взятыя Церковью изъ Св. Писанія, касательно основныхъ истинъ вѣры и церковнаго устройства всегда принимались и соблюдались Церковью какъ непререкаемые и безусловно обязательные законы. Въ этомъ случаѣ не можетъ имѣть мѣста субъективное пониманіе, или толкованіе ихъ въ отношеніи правильности, цѣнности, важности и цѣлесообразности ихъ. Не можетъ быть рѣчи объ исполненіи лишь того, что нравится тому или другому члену Церкви, ибо «похоть плоти, похоть очей и гордость житейская», властвующія теперь въ жизни человѣческой не могутъ быть регуляторами поведенія христіанина, такъ какъ эти хотѣнія, /с. 258/ по указанію Боговдохновеннаго Апостола, — «не есть отъ Отца, но отъ міра», — который «во злѣ лежитъ»; «міръ преходитъ и похоть его, а исполняющій волю Божію пребываетъ во вѣкъ» (1 Іоан. II, 16-17).

Существенной заботой Церкви, въ составѣ клира и мірянъ, нужно считать обязательное наученіе всѣхъ вѣрныхъ, не исключая и дѣтскаго возраста, живому и сознательному пониманію обязанности христіанина, какъ онѣ изображены въ Св. Писаніи Нового и Ветхаго Завѣта, внѣдреніе въ сознаніе, что безъ исполненія Заповѣдей [6], опредѣляющихъ ихъ обязанности, нѣтъ и жизни и спасенія.

Кромѣ Св. Писанія, правила Христіанской жизни сохраняются въ преданіи. Подъ именемъ преданія (традиціи) разумѣется не внѣшній актъ передачи однимъ поколѣніемъ другому, или одной частной Церковью — другой, а неизмѣнное храненіе истинъ вѣры и жизни Христіанской въ Каѳолической (вселенской) Церкви путемъ преемства въ усвоеніи основныхъ началъ вѣры, церковнаго устройства и управленія: эти начала оставлены намъ для руководства въ жизни самимъ Основателемъ Церкви, а послѣ Вознесенія Его на небо, получившими отъ Него полномочія и права въ Церкви пастырями ея. Не всѣ «глаголы вѣчной жизни» записаны въ Св. Евангеліи. По свидѣтельству Евангелиста Іоанна Богослова, «если бы писать о томъ (что сотворилъ Іисусъ Христосъ) подробно, то и самому міру не вмѣстить бы написанныхъ книгъ» (Іоан. ХХІ, 25). Въ Св. Писаніи содержатся только главныя основы устройства Церкви, ея управленія и жизни, но нѣтъ подробностей, указаній. Апостолы сдѣлали это другимъ путемъ. Они практически установили опредѣленный порядокъ жизни и дѣятельности членовъ Церкви и указали поставленнымъ ими своимъ замѣстителямъ, какъ нужно управлять Церковью. Ап. Павелъ пишетъ своему ученику Тимофею, Епископу Ефесскому: «держись образца здраваго ученія, которое ты слышалъ отъ меня... храни добрый залогъ Духомъ Святымъ, живущимъ въ насъ» (2 Тим. I, 13-14). Напоминаетъ ему о томъ, «что слышалъ отъ меня при многихъ свидѣтеляхъ», поручаетъ ему: «передай вѣрнымъ людямъ, которые были бы способны и другихъ научить» (2 Тим. I, 2). Апостолъ выражаетъ великую похвалу основаннымъ имъ церковнымъ общинамъ за то, что онѣ въ своей жизни держались «преданія, которымъ онѣ научены словомъ или посланіемъ нашимъ» (2 Сол. II, 15) и завѣщаетъ «именемъ Господа Іисуса Христа удаляться отъ всякаго брата, /с. 259/ поступающаго безчинно, а не по преданію, которое приняли отъ насъ» (2 Сол. III, 6). Давая указанія порядка церковной жизни Ап. Павелъ писалъ: «Прочее устрою, когда приду» (1 Кор. XI, 34), или поручаетъ Епископу своею властью устроить такъ, какъ онъ слышалъ отъ своего учителя (1 Тит. I, 5). Такимъ путемъ многіе виды устройства и жизни существовали въ Церкви раньше писаннаго закона: они хранились, какъ апостольское преданіе и путемъ практики передавались непрерывно отъ одного церковнаго представителя другому. Апостольское преданіе было записано уже во II или III вѣкѣ нѣкіимъ благочестивымъ человѣкомъ въ 85 правилахъ, которыя 2 правиломъ VI Вселенскаго Трулльскаго Собора торжественно были объявлены общеобязательными, наравнѣ съ правилами Вселенскихъ Соборовъ. Первый Вселенскій Соборъ — 6, 7, 13 и 18-ми правилами, II Всел. Соборъ 2 и 7 пр., III Вселенскій Соборъ, 7 и 8 пр., VI Всел. Соборъ, 1, 2, 13, 20, 32 и 87 пр. и т. д., подтверждали важность «древняго преданія, запрещая вводить что-либо новое, противное апостольскому преданію, такъ какъ такимъ путемъ будетъ повреждено основное ученіе»; если же Епископъ или пресвитеръ не поступаетъ по преданному отъ Апостоловъ чину... да будетъ низверженъ, какъ вводящій новшество въ преданіе». Седьмой Вселенскій Соборъ (7 пр.) грозитъ изверженіемъ изъ сана всякому Епископу и пресвитеру, преступающему церковное преданіе. Приведемъ знаменитое разъясненіе Св. Василіемъ Великимъ (пр. 91) важности устнаго преданія, имѣющаго огромное значеніе въ дѣлѣ решенія многихъ вопросовъ церковнаго ученія. Онъ говоритъ, что догматы и проповѣди проистекаютъ изъ двухъ источниковъ, или изъ письменнаго ученія, или же изъ Апостольскаго преданія, принятого и сохраняемаго тайно, причемъ оба эти источника имѣютъ одинаковое значеніе для благочестія. «И сему не воспрекословитъ никто, хотя мало-свѣдущій въ установленіяхъ церковныхъ. Если будемъ отрицать неписанные обычаи и утверждать, будто они не имѣютъ великой силы, то мы намѣренно умалимъ значеніе Евангелія въ главныхъ предметахъ или, проще говоря, сведемъ все, что тамъ сказано, на простую игру словъ. Напримѣръ, прежде всего упомяну о первомъ и самомъ общемъ, чтобы уповающіе на Господа нашего Іисуса Христа знаменались образомъ Креста, кто училъ сему писаніемъ? Къ востоку обращаться въ молитвѣ, какое писаніе насъ научило? Слова призыванія при преложеніи хлѣба евхаристіи и чаши благословенія, кто изъ Святыхъ оставилъ намъ письменно? Благословляемъ также и воду крещенія и елей помазанія, и еще и самаго крещаемаго, по какому писанію? Не по преданію ли, умалчиваемому и тайному? И что еще? Самому помазанію елеемъ, какое писанное слово научило? Откуда и троекратное погруженіе въ воду человѣка? И прочее, бывающее при крещеніи, отрицаться сатаны и ангеловъ его, изъ какого взято /с. 260/ писанія? Не изъ сего ли необнародываемаго и неизрекаемаго ученія, которое отцы наши сохранили въ недоступномъ любопытству и вывѣдыванію молчанію, бывъ здраво научены молчаніемъ охраняти святыню таинства? Ибо какое бы было приличіе, писаніемъ оглашать ученіе о томъ, на что непосвященныхъ въ таинство и воззрѣніе не позволительно?»

Мы остановились подробно на вопросѣ о значеніи апостольскаго преданія, такъ какъ то-же преданіе, по изволенію Св. Духа, согласно обѣтованію Спасителя, (Іоаннъ XIV, 26) составляетъ содержаніе и всѣхъ остальныхъ правилъ (каноновъ) Церкви, о именно — седми вселенскихъ и десяти помѣстныхъ соборовъ, правилъ Святыхъ Отецъ.

Правила вселенскихъ и помѣстныхъ соборовъ изъясняли выраженныя въ Св. Писаніи и Св. Преданіи основныя положенія церковной жизни, въ смыслѣ практическаго примѣненія ихъ въ различныя эпохи жизни Церкви. Правила Святыхъ Отецъ были толкованіемъ общеобязательныхъ для всей Церкви соборныхъ опредѣленій въ приміненіи къ случаямъ жизни отдѣльныхъ членовъ Церкви или всей помѣстной Церкви. Святые отцы выражали свое сужденіе въ окружныхъ посланіяхъ къ своей паствѣ, въ каноническихъ посланіяхъ къ другимъ пастырямъ и въ отвѣтахъ на нихъ. Глубокое пониманіе ими правилъ церковной жизни вызвало общее уваженіе къ нимъ по всей Церкви, вслѣдствіе чего отдѣльные пункты ихъ посланій и другихъ твореній, представлявшіе собою совершенныя правила церковнаго управленія, какъ таковыя, были приняты и объявлены общеобязательными для всей Церкви, наравнѣ съ постановленіями соборовъ.

Кромѣ указанныхъ выше правилъ, имѣющихъ общеобязательное значеніе для всей Церкви, существуютъ у каждой помѣстной Церкви мѣстные церковные законы, необходимость которыхъ вытекаетъ изъ положенія Церкви въ государствѣ и внѣшнихъ отношеній этихъ двухъ жизненно необходимыхъ формъ человѣческаго общежитія. Законы эти опредѣляютъ порядокъ Церковнаго Управленія и къ вопросу о церковной дисциплинѣ не имѣютъ прямого и непосредственнаго отношенія.

Повидимому, безспорный вопросъ, нужно-ли исполнять волю Божію, Св. Писаніемъ и Св. Преданіемъ сохраняемую, обязательны-ли для исполненія каноны Церкви, созданные изволеніемъ Св. Духа. Однако они являются предметомъ претыканія не только среди мірянъ, но даже и представителей епископата. Одни открыто называютъ каноны отжившими и не исполняютъ ихъ; другіе признаютъ ихъ цѣнность, но не исполняютъ ихъ, а третьи ссылаются на каноны и законы, въ Св. Писаніи и въ Св. Преданіи изложенные, только тогда, когда они говорятъ въ ихъ пользу. При такомъ нравственномъ отношеніи къ церковнымъ законамъ говорить о церковной дисциплинѣ равносильно тому, что сытаго убѣждать /с. 261/ въ необходимости воздержанія. Правилъ церковныхъ никто не знаетъ и не выражаетъ желанія знать ихъ.

Такое же положеніе въ жизни церковной занимаетъ Церковный Уставъ. Обнаруживается полное незнаніе и непониманіе не только мірянами, но и значительной частью священства, Церковнаго Устава, а слѣдовательно и церковныхъ обычаевъ. Церковь — образъ Царства Божія на землѣ. Богослуженіе — средство для осуществленія назначенія Церкви, это — единеніе со Христомъ и во Христѣ посредствомъ молитвы и таинствъ. Естественно, что къ достиженію одной цѣли нужно итти однимъ путемъ и пользоваться одними средствами. На этомъ основаніи всѣ Архипастыри и Пастыри Церкви обязаны имѣть общій чинъ богослуженія, который долженъ исполняться всѣми неизмѣнно. Уставъ Церковный — апостольское преданіе, которое, какъ мы говорили выше, имѣетъ такое же значеніе, какъ Св. Писаніе, о которомъ тайнозритель Св. Апостолъ Іоаннъ Богословъ пишетъ: «если кто приложитъ что къ нимъ, на того наложитъ Богъ язвы... и если кто отниметъ что отъ словъ книги пророчества сего, у того отниметъ Богъ участіе въ книгѣ жизни и въ святомъ градѣ» (Ап. XXII, 18-19) [7]. Отсюда вытекаетъ положительная необходимость точнаго выполненія Устава о томъ, когда полагать на себя крестное знаменіе, поклоны поясные или земные, когда преклонять главу и колѣна, когда можно сидѣть, какъ и когда стоять, когда возжигать свѣтильники и гасить, какъ соблюдать посты и т. п. Только въ такомъ случаѣ, когда едиными устами и единымъ сердцемъ будемъ славить и воспѣвать всесвятое имя Божіе, мы незримо и непримѣтно для себя соединимся со Христомъ, Который обѣщалъ намъ: «гдѣ двое или трое собраны во имя Мое, тамъ и Я посреди нихъ» (Мѳ. XVIII, 20).

Повторяемъ, въ настоящее время личное произволеніе Архипастырей и пастырей опредѣляетъ составъ и чинъ церковнаго Богослуженія, а по примѣру предстоятелей, личный элементъ внесли міряне въ отношеніе свое къ храму, на который смотрятъ, какъ на мѣсто личной молитвы. Отсюда возникло совершенно нелѣпое обыкновеніе преклонять колѣна, падать ницъ въ такіе моменты церковнаго богослуженія, когда вѣрные призываются къ славословію и духовному ликованію или во время пѣснопѣній, по своему содержанію не имѣющихъ молитвеннаго значенія: какъ, символъ вѣры и т. д.

Незнаніе Церковнаго Устава и непониманіе его высоко-художественного и глубоко поучительнаго содержанія сопровождается тупымъ и безсмысленнымъ отношеніемъ къ богослуженію, духовная цѣнность котораго опредѣляется продолжительностью его (отстоять службу и не устать). Отсюда неразумное поведеніе во время богослуженія: міряне сидятъ, /с. 262/ когда Уставомъ Церковнымъ строго возбраняется сидѣть, и стоятъ, когда можно сидѣть, полагаютъ крестное знаменіе и при томъ часто весьма небрежно, когда вздумается, разговоры во время богослуженія, у интеллигенціи — прикладываніе къ «ручкамъ» дамъ, какъ въ модномъ салонѣ, (въ Храмѣ православные христіане прикладываются только къ Св. Кресту и иконамъ), поклоны съ привѣтливыми улыбками въ стороны знакомыхъ, тогда какъ нашъ крестьянинъ знаетъ, что, войдя въ Храмъ, нужно сотворить три поясныхъ поклона и поклониться на три стороны, испрашивая прощеніи у своихъ братьевъ по вѣрѣ.

О постахъ и говорить не приходится. Эта сторона христіанской жизни въ полномъ пренебреженіи. Напоминаніе о постахъ по Уставу Св. Церкви вызывлетъ снисходительную улыбку у именующаго себя православнымъ или лукавое мудрованіе и пошлое извращеніе смысла словъ Спасителя: «ничто, извнѣ входящее въ человѣка, не можетъ осквернить его» (Мѳ. VII, 18).

Согласно ученію Господа нашего Іисуса Христа [8], легкомысленное и, подчасъ, пренебрежительное отношеніе къ установленіямъ Основателя Церкви, Его Св. Апостоловъ, записаннымъ въ Св. Писаніи, правилахъ Вселенскихъ и Помѣстныхъ. Соборовъ, въ наставленіяхъ отцевъ и учителей Церкви и, наконецъ, въ церковныхъ законахъ помѣстныхъ національныхъ Церквей, закончилось полнымъ забвеніемъ обычаевъ отеческихъ и извращеніемъ христіанской жизни.

Является необходимость сказать несколько словъ объ обычаяхъ въ жизни Церкви, которые въ теченіе вѣковъ пріобрѣли силу обязательнаго закона.

Обычай — это непосредственное убѣжденіе членовъ Общества о необходимости постояннаго сохраненія и совершенія того, что считается необходимымъ для наилучшаго осуществленія задачъ и цѣлей общества.

Многія стороны церковной жизни, которыя по тѣмъ или инымъ основаніямъ не были установлены законодательнымъ путемъ, но съ теченіемъ времени органически вошли въ церковную жизнь путемъ долговременнаго исполненія обычая, который такимъ путемъ получилъ силу закона. Обычай тогда только можетъ быть пригоденъ для Церкви, если въ немъ заключается истина, потому что и сама «Церковь Бога живаго столпъ и утвержденіе истины» (1 Тим. III, 15).

Поэтому всякій обычай, укоренившійся въ церковной жизни, нужно разсматривать съ точки зрѣнія его содержанія (долженъ имѣть церковный характеръ) и цѣли (долженъ содѣйствовать осуществленію цѣлей Церкви).

Но если въ обычаѣ нѣтъ истины, то какъ бы онъ не былъ древнимъ, онъ бесполезенъ въ жизни христіанина и /с. 263/ даже вреденъ для чистоты души. И когда возникаетъ сомнѣніе о законности того или другого церковнаго обычая, то рѣшеніе объ искорененіи его выноситъ церковная власть; если же обычай смѣшаннаго хорактера, когда онъ вліяетъ на теченіе церковной и гражданской власти, то уничтоженіе обычая или узаконеніе его зависитъ отъ совмѣстнаго рѣшенія церковной и гражданской власти.

Въ Русской Заграничной Церкви почти каждый Епископъ и большинство священниковъ вносятъ въ церковное богослуженіе обычаи и молитвенныя возношенія, ими самими придуманные, иногда, къ глубочайшему сожалѣнію, для угожденія вкусамъ той или иной группы русскихъ людей. Это явленіе разлагаетъ въ самомъ основаніи церковную дисциплину и вноситъ раздоры въ среду вѣрныхъ.

Такое печальное явленіе особенно замѣтно въ Русской церкви въ Бѣлградѣ, гдѣ совершаютъ богослуженіе русскіе Епископы и священнники, собирающіеся со всѣхъ странъ свѣта. Разлагается и душа христіанъ, ибо разнообразіе обычаевъ богослужебныхъ вызываетъ похвалы, одобренія и сердечное расположеніе къ новатору со стороны однихъ, порицаніе, раздраженіе, а часто и поношеніе со стороны другихъ. Получается соблазнъ, осужденный Господомъ Іисусомъ Христомъ [9].

Церковныя обычаи, вытекающія изъ Церковнаго преданія и поясняющіе его содержаніе, обычаи, утвержденные церковной властью, имѣютъ воспитательное значеніе. Вселенскіе Соборы ихъ утвердили [10]. Трулльскій Соборъ, коснувшись права Епископа Геллеспонта, основаннаго на обычаѣ, предписываетъ: «вообще, въ каждой Церкви должны исполняться установленные обычаи» (Пр. 102).

Василій Великій въ посланіи къ Діодору, Епископу Тарскому, разсуждая о бракѣ, пишетъ: «И такъ первое, и притомъ въ дѣлахъ сего рода весьма важное, что имѣемъ предложить, есть соблюдаемый у насъ обычай, имѣющій силу закона, потому что сіи постановленія преданы намъ отъ Святыхъ мужей» (Пр. 87).

Изъ всего сказаннаго видно, что церковные обычаи имѣютъ такое же обязательное значеніе, какъ и церковные законы, если они отвѣчаютъ духу Св. Евангелія и по содержанію своему соотвѣтствуютъ требованіямъ закона. Пренебреженіе ими подрываетъ основы Церкви, расшатываетъ силу ея законовъ, вноситъ разложеніе въ Тѣло Христово, разслабляетъ духъ членовъ Церкви Христовой, которые въ немощи своей считаютъ труднымъ до невозможности слѣдовать по стопамъ Христовымъ, чтобы достигнуть единенія съ Богомъ, «страстворенія» въ Немъ, чтобы, по молитвѣ Господа Іисуса /с. 264/ Христа предъ Геѳсиманскими страданіями, были всѣ едино, «какъ Ты, Отче, во Мнѣ и Я — въ Тебѣ, такъ и они да будутъ въ Насъ едино» (Іоан. ХѴІІ, 21), чтобы было едино стадо и единъ Пастырь (Іоан. X, 16), такъ какъ только при токомъ внутреннемъ «страстаніи», отъ котораго перерождается человѣкъ изъ душевнаго въ духовнаго, возможно осуществленіе цѣли существованія Церкви Божіей на землѣ, выраженной въ бесѣдѣ Іисуса Христа: «будьте совершенны, какъ совершенъ Отецъ вашъ Небесный» (Мѳ. V, 48).

Такова общая задача Церкви. Если мы посмотримъ глубже на эту задачу, то увидимъ въ ней двѣ стороны, которыя, хотя и тѣсно связаны одна съ другой, но различаются по внѣшности. Одна касается отношеній человѣка къ Богу, какъ Своему Первообразу, и опредѣляетъ его обязанности къ Нему; исполненіе же обязанностей даетъ ему право пользоваться тѣми духовными благами, о которыхъ свидѣтельствуетъ Св. Евангеліе. Другая сторона опредѣляетъ положеніе человѣка, какъ члена общества, и его отношеніе къ Церкви въ цѣломъ ея составѣ и къ каждому члену въ отдѣльности. Нарушеніе законовъ внутренней жизни дѣлаетъ человѣка отвѣтственнымъ передъ Богомъ только. Судіею его въ этомъ случаѣ является совѣсть (голосъ Божій въ человѣкѣ). Отдѣленіе или отпаденіе человѣка, какъ сухой вѣтви отъ виноградной Лозы — Христа, уничтожается путемъ воздѣйствія благодати Божіей въ таинствѣ Покаянія. Земнымъ свидѣтелемъ его покаянія и исцѣленія, отпаденія отъ Церкви и возстановленія въ правахъ члена Церкви остается единственный человѣкъ — духовный отецъ, такъ какъ тайна исповѣди закрыта отъ всего міра. Въ этомъ случаѣ, какъ и во всѣхъ, подобныхъ ему, нѣтъ мѣста церковной дисциплинѣ. Другое дѣло, когда нарушеніе законовъ Церкви касается престижа и достоинства Церкви въ ея цѣломъ и каждаго члена порознь. Церковь у Ап. Павла называется Тѣломъ Христовымъ. Каждый организмъ развивается нормально, достигая цѣли своего существованія, когда всѣ члены его, выполняя свое спеціальное назначеніе, тѣмъ самымъ способствуютъ развитію цѣлаго. Всѣ должны слѣдовать требованіямъ закона и нарушеніе закона однимъ членомъ вноситъ разстройство во все тѣло. Въ этихъ случаяхъ требуется наблюденіе за порядкомъ и примѣненіе дисциплины.

При такомъ разграниченіи обязанностей человѣка-христіанина, нужно принимать во вниманіе и такое положеніе, когда одно и то же дѣйствіе нужно разсматривать съ двухъ сторонъ: внутренней или нравственной и внѣшне-юридической. Примѣры. Имѣющее божественное установленіе таинство Елеосвященія, черезъ которое подается благодать Св. Духа, исцѣляющая отъ немощи тѣла и духа. Будетъ христіанинъ или не будетъ пользоваться благодатными дарами этого таинства, никакими законами не предусмотрѣно и ничьихъ интересовъ такое /с. 265/ отношеніе къ нему не затрагиваетъ. Иное положеніе дѣла въ отношеніи Таинства Св. Крещенія. Въ немъ также подается благодатъ Св. Духа, очищающая человѣка отъ первороднаго грѣха и соединяющая его съ Богомъ. Въ этомъ нравственная сторона таинства. Но черезъ это же таинство человѣкъ становится полноправнымъ членомъ Церкви, вслѣдствіе чего обязательно должно быть обращено вниманіе на то, соблюдены ли всѣ условія и законы для совершенія этого таинства. То же самое нужно сказать о таинствѣ брака, черезъ которое дѣйствіемъ благодати Божіей два становятся одною плотію. Но посредствомъ этого же таинства создается семья, которая всегда называлась «малою церковію», ибо она была и есть первооснова Вселенской Церкви. Такое же положеніе занимаютъ присяга, участіе въ совершеніи Божественной Литургіи и др.

Общій выводъ изъ всего сказаннаго о законахъ церковныхъ нужно сдѣлать такой: а) Соборъ долженъ всенародно объявить о безусловной обязательности для всѣхъ членовъ Церкви заповѣдей и повелѣній Господнихъ, запечатлѣнныхъ въ Св. Писаніи Ветхаго и Новаго Завѣта, въ правилахъ седми Вселенскихъ и десяти Помѣстныхъ Соборовъ, правилахъ святыхъ отецъ, или б) опредѣленно сказать, какія изъ этихъ правилъ подлежатъ исполненію, а какія отмѣнѣ или исправленію и въ какомъ смыслѣ исправленію; в) точно опредѣлить минимумъ обязательнаго исполненія церковнаго устава, предоставивъ усердствующимъ пастырямъ пріучать своихъ пасомыхъ къ разумному отношенію къ церковнымъ службамъ, ибо Псалмопѣвецъ совѣтуетъ: «пойте Богу нашему, пойте Цареви нашему... пойте разумно» (Пс. 46, 7-8), тогда и увеличеніе длительности богослуженія не будетъ обременительно; г) исключить изъ мѣстныхъ церковныхъ законовъ, выработанныхъ со временъ Императора Петра (Духовный Регламентъ, Уставъ Духовныхъ Консисторій, Инструкція благочиннымъ приходскихъ церквей, Инструкція благочиннымъ монастырей, Инструкція церковнымъ старостамъ и др.) тѣ законы, которые потеряли смыслъ и значеніе, въ виду измѣнившихся условій нашей жизни; д) установить опредѣленныя формы поминовенія на эктеніяхъ, на Великомъ входѣ, по освященіи Св. Даровъ и въ заамвонной молитвѣ, чтобы прекратить произволъ въ церкви и внесеніе въ ея богослужебный строй новшествъ, что строго запрещено 103-мъ правиломъ Карѳагенскаго собора.

Послѣ сказаннаго возникаетъ вопросъ, кому же принадлежитъ право наблюденія за строгимъ исполненіемъ общеобязательныхъ законовъ Церкви?

Власть, обязанности и права Основателя Церкви переданы, какъ мы видѣли выше, Его преемникамъ — апостоламъ и іерархіи въ единеніи съ клиромъ и мірянами (См. Мѳ. XVIII, 15-17). Іерархіи принадлежитъ право учить, священнодѣй/с. 266/ствовать и управлять Церковью «во всѣ дни до скончанія вѣка» (Мѳ. XXVIII, 19-20).

Порядокъ во всякомъ обществѣ зависитъ отъ того, всѣми ли членами исполняются принятыя на себя обязанности, потому что только при такомъ условіи они могутъ законно пользоваться предоставленными имъ правами. Порядокъ въ обществѣ обуславливается также и тѣмъ, если управленіе обществомъ составлено изъ лицъ, кои были правильно избраны и законнымъ порядкомъ получили соотвѣтствующія ихъ положенію власть и права. Это послѣднее условіе имѣетъ особенное и чрезвычайное значеніе въ Церкви, въ которой управленіе совершается по божественному полномочію (Лук. X, 16, Мѳ. XXVIII, 19-20).

Въ этомъ отношеніи Епископъ и Пресвитеръ, по указанію Ап. Павла (1 Тим. III, 1-11) и по требованію церковныхъ законовъ, долженъ быть непорочнымъ, трезвымъ, цѣломудреннымъ, благочиннымъ, честнымъ, страннолюбивымъ, учительнымъ, не пьянницей, не бійцей, не сварливымъ, не корыстолюбивымъ, но тихимъ, миролюбивымъ, не сребролюбивымъ, хорошо управляющимъ дѣломъ своимъ, дѣтей содержащимъ въ послушаніи со всякою честностію, ибо кто не умѣетъ управлять собственнымъ домомъ, тотъ будетъ ли пещись о Церкви Божіей?.. Не долженъ быть изъ новообращѣнныхъ... надлежитъ ему также имѣть доброе свидѣтельство отъ внѣшнихъ (враговъ Церкви и его личныхъ), чтобы не впасть въ нареканіе и сѣть діавольскую. Діаконы должны быть честны, не двоязычны (не сплетники и интриганы), не пристрастны къ вину, не корыстолюбивы, хранящіе таинство вѣры въ чистой совѣсти... равно и жены ихъ должны быть честны, не клеветницы, трезвы, вѣрны во всемъ».

Всѣ эти требованія входятъ въ клятвенное обѣщаніе и подписку, даваемую каждымъ предъ хиротоніей, а потому и нарушеніе ихъ является не только нарушеніемъ церковной дисциплины, но и преступленіемъ, какъ клятвопреступничество.

Священнослужители, въ виду ихъ высокаго служенія въ Церкви и особыхъ обязанностей, должны отдалить отъ своей личности, освященной особыми дарами Св. Духа, не только преступленія, подлежащія судебной отвѣтственности, но и нравственныя погрѣшности, подлежащія суду совѣсти. Нужно упомянуть, что лишаетъ священнослужителя его высокого достоинства и принадлежащихъ ему правъ въ Церкви. При чемъ не слѣдуетъ утѣшать себя тѣмъ, что церковный судъ не подвергалъ его взысканію за содѣянное преступленіе. Особенность церковнаго суда въ томъ, что онъ всенародно объявляетъ результаты уже состоявшагося суда Божія, который всегда и неизмѣнно слѣдуетъ непосредственно за преступнымъ дѣяніемъ. Преступленіе лишаетъ человѣка благодати Св. Духа, связующаго со Христомъ, послѣ чего человѣкъ дѣ/с. 267/лается сухою вѣтвью, которую срѣзаютъ или она сама отпадаетъ, и бросаютъ ее въ огонь [11].

Цѣлесообразнѣе привести правила церковныя, касательно священнослужителей, лишавшихъ себя священства, о потому и недостойно пользующихся правами своими въ Церкви.

1) «Если кто Епископъ, или пресвитеръ, или діаконъ пріемлетъ отъ кого-либо второе рукоположеніе: да будетъ низверженъ отъ священнаго чина, и онъ и рукоположившій: развѣ, если достовѣрно извѣстно будетъ, что отъ еретиковъ имѣетъ рукоположеніе» (Ап. 68).

2) «Если Епископъ или пресвитеръ, по истинѣ имѣющаго крещеніе вновь окреститъ: да будетъ низверженъ, какъ насмѣхающійся надъ Крестомъ и смертію Господней, и не различающій священниковъ отъ лжесвященниковъ» (47 Ап.).

3) «Если кто Епископъ, или пресвитеръ, или діаконъ, правильно за явныя вины изверженный, дерзнетъ совершить служеніе, нѣкогда ему порученное: таковый совсѣмъ да отсечется отъ Церкви» (28 Ап.).

По 4-му пр. Антіохійскаго Собора, должны быть отлучены отъ Церкви и всѣ тѣ, кто, зная о запрещеніи Епископа, или пресвитера, или діакона, войдетъ съ ними въ молитвенное общеніе. Еще яснѣе это положеніе выражено въ 12-мъ Ап. правилѣ — «если кто изъ клира и мірянинъ, отлученный отъ общенія церковнаго, или недостойный пріятія въ клиръ, отшедъ, въ иномъ градѣ принятъ будетъ безъ представительной грамоты (увольнительнаго письма): да будетъ отлученъ и пріявшій и пріятый». Отлученный клирикъ можетъ быть принятъ только отлучившимъ его Епископомъ, за исключеніемъ случая, когда умретъ отлучившій клирика Епископъ» (32 Ап.).

4) «Епископъ да не дерзнетъ внѣ предѣловъ своей Епархіи творити рукоположеніе во градѣхъ и селѣхъ, ему не подчиненныхъ. Если обличенъ будетъ, яко сотвори сіе безъ согласія имѣющихъ въ подчиненіи грады оные и села: да будетъ низверженъ и онъ и поставленный отъ него» (Ап. 35. ср. 13 и 22 пр. Антіох. Соб.). Отцами I Вс. Соб. — «по причинѣ многихъ смятеній и происходящихъ неустройствъ, заблагоразсуждено прекратить обычай, вопреки апостольскому правилу обрѣтшійся въ нѣкоторыхъ мѣстахъ: дабы изъ града въ градъ не переходилъ ни Епископъ, ни пресвитеръ, ни діаконъ. Если же кто по семъ опредѣленіи святаго и великаго Собора, таковое что-либо предпріиметъ, или допуститъ сдѣлать съ собою таковое дѣло: распоряженіе да будетъ совершенно недѣйствительно, и пришедшій да будетъ возвращенъ въ Церковь, въ которой рукоположенъ во Епископа, или /с. 268/ пресвитера, или діакона» (Пр. 15, ср. 2 пр. II Вс. Соб., 8 пр. III Вс. Соб., 5 пр. IV Вс. Соб.).

5) Отцы VI Вс. Собора постановили: «опредѣляемъ — священнослужители, священнодѣйствующіе, или крещающіе въ молитвенныхъ храминахъ, находящихся внутри домовъ, творили сіе не иначе, какъ по изволенію мѣстнаго Епископа» (Пр. 31), «но хотящіе удостоитися пречистаго просвѣщенія, къ каѳолическимъ церквамъ да приходятъ и тамо сего дара да сподобляются, если же кто обличенъ будетъ не хранящимъ постановленнаго нами: то клирикъ да будетъ изверженъ, а мірянинъ да будетъ отлученъ» (Пр. 59, 10 пр. VII Вс. Соб., 12 пр. Двукр. Собора).

6) 14-е правило Св. Апостоловъ воспрещаетъ Епископу оставлять Епархію, въ которую онъ поставленъ божественною благодатію, и переходить въ другую Епархію даже и въ томъ случаѣ, еслибы и клиръ и народъ убѣждали его это сдѣлать. Правило допускаетъ исключеніе лишь въ томъ случаѣ, когда для перемѣщенія Епископа изъ одной епархіи въ другую имѣется вина благословная, сіе творити его побуждающая, яко могущаго большую пользу обитавшимъ тамъ принести словомъ благочестія. И сіе не по своему произволу, но по суду Епископовъ и по сильнѣйшему побужденію». «Епископъ отъ единаго предѣла да не переходитъ въ другой, ни по самовольному вторженію, ни по насилію отъ народа, ни принужденію отъ Епископовъ: но да пребываетъ въ Церкви, которую пріялъ отъ Бога по жребію себѣ въ началѣ, и да не переходитъ изъ нея по изреченному уже о семъ прежде опредѣленію» (21 Антіох.). Также, если пресвитеръ, или діаконъ, или вообще находящійся въ спискѣ клирикъ, оставивъ предоставленное ему мѣсто, перейдетъ въ другое, и совсѣмъ перемѣстится, безъ воли своего Епископа, призывавшаго его къ возвращенію, таковой, какъ мірянинъ, отлучается отъ Церкви, а если Епископъ, у котораго это можетъ случится, ни во что же вмѣнивъ опредѣленное имъ запрещеніе, приметъ ихъ, какъ членовъ клира, отлучается, какъ нарушитель церковныхъ постановленій — учитель беззаконія (14, 15 и 16 Ап.). Въ 16-мъ Пр. I Вс. Собора противъ такихъ пресвитеровъ и діаконовъ, и клириковъ, не имѣющихъ страха Божія предъ своими очами и церковныхъ правилъ не знающихъ, повелѣвается «въ другія Церкви не принимать и употреблять всякія понужденія, чтобы они возвратились въ свои приходы: а если остануся упорными, то они удаляются отъ общенія съ Церковью». Въ отношеніи такихъ Епископовъ и клириковъ IV Всел. Соб. 5-мъ правиломъ утвердилъ, чтобы «установленная святыми отцами правила пребывали въ своей силѣ» (ср. 20 пр. IV Всел. Соб. VI Всел. Соб. пр. 17, 20, Антіох. 3, 21, Сард. 1, 2, Карѳ. 54). 18-е правило дѣлаетъ исключеніе для клириковъ, «по причинѣ нашествія варваровъ, или по иному какому-либо обстоятельству, оставившимъ свои мѣста», коимъ повелѣвается, «когда /с. 269/ обстоятельства или варварскія нашествія, бывшія причиною удаленія ихъ, прекратятся, паки въ свои церкви возвращатися и оныхъ не оставляти надолго безъ причины. Если кто пребудетъ въ отсутствіи, несогласно съ настоящимъ правиломъ: да будетъ отлученъ, доколѣ не возвратится къ своей Церкви. Тому же самому подвергается и Епископъ, его удержавшій». Хожденіе Епископовъ и клириковъ изъ одного города въ другой Сардикійскій Соборъ (343 г.) полагаетъ — «изъ самыхъ основаній искоренити не столько худое обыкновеніе, сколько вреднѣйшее разстройство дѣлъ Церковныхъ» (1 пр.).

7) Правила Соборныя воспрещаютъ, когда Епископъ или пресвитеръ не совершаетъ богослуженія въ церкви по существующему Уставу, но самовольно вводитъ что-либо новое «не подобаетъ въ церкви глаголати псалмы не священные или книги, не опредѣленныя правиломъ, но только въ правилахъ означенныя книги ветхаго и новаго завѣта» 59 пр. Лаод. Собора, или — «да совершаются всѣми утвержденныя на Соборѣ молитвы, какъ предначинательныя, такъ и окончательныя, и молитвы предложенія, или возложенія рукъ: и отнюдь да не приносятся никогда иныя вопреки вѣрѣ, но да глаголятся тѣ, кои просвѣщеннѣйшими собраны» (103 Карѳ.). Сюда относится несоблюденіе устава о крестномъ знаменіи, поклонахъ, колѣнопреклоненіи, преклоненіе главы, возженіе свѣтильниковъ, кажденіи, а самое важное — это нововведеніе въ поминовеніяхъ на великомъ входѣ, добавленіяхъ особыхъ прошеній въ эктеніяхъ великой и сугубой и т. д.

8) Когда Епископъ или пресвитеръ нерадитъ о причтѣ и о мірянахъ и не учитъ ихъ благочестію (Ап. 58, IV Вс. Соб. пр. 19), т. е. нерадитъ объ исполненіи первой и главнѣйшей обязанности, предшествующей всѣмъ остальнымъ и тѣмъ нарушаетъ клятвенное обѣщаніе, данное предъ хиротоніей. Спаситель заповѣдалъ прежде всего учить народъ, а затѣмъ крестить (Мѳ. XXVIII, 19, Мр. XVI 15, 16). Ап. Павелъ свидѣтельствуетъ: «какъ призывать Того, въ Кого не увѣровали? Какъ вѣровать въ Того, о Комъ не слышали? Какъ слышать безъ проповѣдующаго?» (Рим. X, 14), а Коринѳянамъ писалъ: «если я благовѣствую, то нечѣмъ мнѣ хвалиться, потому что это необходимая обязанность моя, и горе мнѣ, если не благовѣствую» (1 Карѳ. IX, 16).

9) Когда Епископъ или пресвитеръ откроетъ третьему лицу тайну исповѣди (Карѳ. 132). 120-е правило Номоканона при Б. Требникѣ гласитъ: «духовный отецъ, аще исповѣсть кому грѣхъ исповѣдывавшагося, имать епитимію: три лѣта да есть празденъ, токмо да причастится въ мѣсяцъ единою и да творитъ на всякъ день поклоновъ сто».

10) Если священное лицо расточаетъ церковное имущество или употребитъ его въ свою пользу, или подаритъ родственникамъ своимъ (Ап. 38, Антіох. 25, Карѳ. 33), требующимъ, т. е. нуждающимся, подавалъ со страхомъ Божіимъ и /с. 270/ со всякимъ благоговѣніемъ чрезъ пресвитеровъ и діаконовъ, дабы не падало нареканія на священство» (IV Вс., 26) и самъ заимствовалъ на необходимыя нужды свои и страннопріемлемыхъ братій, да не терпятъ недостатка ни въ какомъ отношеніи, ибо законъ Божій постановилъ — «да служащіе алтарю отъ алтаря питаются, яко-же и воинъ никогда не подъемлетъ оружія на враги на своемъ пропитаніи» (Ап. 41).

11) Если Епископъ и пресвитеръ или діаконъ пріемлетъ на себя «мірскія попеченія (Ап. 6), вдается въ народныя управленія» (Ап. 81), упражняется въ воинскомъ дѣлѣ (Ап. 83), т. е. занимается ими ради гнуснаго прибытка, берутъ на откупъ чужія имѣнія и устрояютъ мірскія дѣла, о Божіемъ служеніи небрегутъ, о по домамъ мірскихъ людей скитаются и порученія по имѣніямъ пріемлютъ изъ сребролюбія» (IV Вс. 3, VI Вс. 10, Двукр. 10)., т. е. занимаются мірскимя дѣлами, не соотвѣтствующими съ ихъ духовнымъ званіемъ и вообще съ духовной службой въ Церкви.

12) «Никто изъ числящихся въ клирѣ да не одѣвается въ неприличную одежду, ни пребывая въ градѣ, ни находясь въ пути: но всякій изъ нихъ да употребляетъ одежды, уже опредѣленныя для состоящихъ въ клирѣ (VI Вс. 27) законодательнымъ путемъ въ каждой помѣстной Церкви; всякая роскошь и украшеніе тѣла чужды священническаго чина и состоянія», гласитъ 16-е пр. VII Вс. Соб. — «сего ради Епископы или клирики, украшающіе себя свѣтлыми или пышными одеждами, да исправятся, если же въ томъ пребудутъ, подвергати ихъ эпитиміи: такожде и употребляющихъ благовонныя масти... понеже отъ древнихъ временъ, всякій священный мужъ довольствовался нероскошнымъ и скромнымъ одѣяніемъ: ибо все, что не для потребности, но для убранства пріемлется, подлежитъ обвиненію въ суетности, якоже глаголетъ Василій Великій. Но и разноцвѣтная изъ шелковыхъ тканей одежды не были носимы, и на края одеждъ не возлагалися воскрылія иного цвѣта, ибо слышали отъ Бога гласнаго языка, яко въ мягкія одежды одѣвающіяся въ домахъ царскихъ суть».

«Никому изъ числящихся во священномъ чинѣ, ни монаху, не позволяется ходить на конскія ристалища или присутствовать на позоришнихъ играхъ: и если кто изъ клира будетъ позванъ на бракъ, то, появленіе игръ, служашихъ къ обольщенію, да встанетъ и тотчасъ да удалится: ибо такъ повелѣваетъ намъ ученіе отецъ нашихъ» (VI Вс. 24), такъ какъ скачки, при своей безчеловѣчности, возбуждали въ зрителяхъ звѣрскіе и кровожадные инстинкты и соединенные съ безстыдными играми, которыя вызывали душевное безпокойство и отвращеніе, въ виду безцеремонныхъ выраженій, сопровождавшихъ эти игры и представленія гнусныхъ пороковъ во всемъ ихъ безобразіи. Въ частности 62-мъ правиломъ тогоже Собора запрещаются не только клирикамъ, но и мірянамъ... /с. 271/ «мужескимъ или женскимъ поломъ производимыя плясанія и обряды, по нѣкоему странному и чуждому Христіанскаго житія обычаю совершаемыя», какъ совершаемые модные танцы, и опредѣлено: «никакому мужу не одѣваться въ женскую одежду, ни женѣ въ одежду, мужу свойственную: не носить личинъ комическихъ, или сатирическихъ, или трагическихъ» (маскарадъ). Далѣе, 96-мъ правиломъ того же Собора объясняется, почему воспрещаются всѣ поименнованныя суетныя дѣянія, а также власы на главѣ, ко вреду зрящихъ искусственнымъ плетеніемъ располагающихъ и убирающихъ и такимъ образомъ неутвержденныя души прельщаюшихъ, отцы Собора отечески врачуютъ эпитиміею, руководствуя ихъ «аки дѣтей, и научая цѣломудрено жить, — потому что члены Церкви, во Христа крещеніемъ облекшіяся, дали обѣтъ по плоти подражать житію Его».

Перечисленные виды нарушеній Закона Божія, въ правилахъ Св. Апостолъ, Св. Вселенскихъ и Помѣстныхъ Соборовъ и твореніяхъ Св. Отецъ указанные, принижаютъ церковный чинъ и достоинство священнаго званія. Эти нарушенія подлежатъ суду церковной власти, такъ какъ всѣ они, по указанію церковныхъ законовъ, влекутъ за собою точно опредѣленныя наказанія. Въ другихъ отношеніяхъ священнослужители и церковнослужители могутъ быть нарушителями законовъ, ограждающихъ порядокъ церковно-общественной и государственной жизни, когда они подлежатъ суду церковному или гражданскому, въ соотвѣтствіи съ характеромъ преступленія.

Сюда относятся: 1) Клятвопреступленіе, или нарушеніе клятвы произнесеной именемъ Бога по какому-либо важному случаю, какъ, напримѣръ, на судѣ, предъ рукоположеніемъ въ священный санъ: преступленіе это строго наказывается въ отношеніи мірянъ (Ап. 25, Вас. Вел. 64 пр.) — десять лѣтъ не пріобщаются. Тѣмъ понятнѣе строгость этого правила по отношенію къ духовнымъ лицамъ за тоже преступленіе, потому что часто они, кромѣ того, послужили бы еще соблазномъ для вѣрныхъ, оставаясь служить Богу правды, сами же пребывая въ неправдѣ (Ап. 25, Вас. Вел. 10, 17, 29, 64, 82).

Священнослужителями нарушается клятвенное обѣщаніе, которое они даютъ предъ рукоположеніемъ въ священный санъ:

а) вѣровать твердо и несомнѣнно во всѣ догматы, которые проповѣдуетъ Св. Церковь, и исполнять всѣ ею установленныя на Соборахъ правила и не иначе мудрствовать токмо по разуму Святыя, Восточныя, Единыя Православныя Церкви;

б) проходить свое служеніе со всякою честностью и цѣломудріемъ;

в) поучать свою паству Закону Божію съ прилежаніемъ и ревностью, читать Божественное Писаніе и упражняться нелѣностно и тщательно въ разумѣніи силы его и таинъ; /с. 272/

г) огребаться отъ всякихъ пороковъ, лишающихъ дѣйственности таинъ Вседѣйственнаго Духа;

д) не упиваться, не кощунствовать, не безчинствовать, но во обхожденіи и одѣяніи благопристойностью блюсти важность сана, а особенно примѣромъ доброй и незазорной жизни руководить паству во благочестіи;

е) грѣшниковъ исправлять и вразумлять духомъ кротости и охранять ихъ отъ тлетворнаго духа времени, разоряющаго святую вѣру и благочестіе, особенно съ мудростію обличать развратниковъ и чародѣевъ, заграждать уста хулителей;

ж) соблюдать паству свою въ повиновеніи и единеніи церковномъ;

з) хранить послушаніе своему Епископу, какъ Христу;

и) учить людей жить въ мирѣ и укрѣплять и наставлять паству въ исполненіи повелѣній гражданскихъ, какъ и церковныхъ властей въ сохраненіи обычаевъ отечественныхъ во славу Св. Троицы;

і) со всею точностью совершать въ церкви святое богослуженіе по уставу и Св. Таины съ благоговѣніемъ;

к) носить одежду, присвоенною духовному званію, бороды и волосы не стричь, табакокуренію, спиртнымъ напиткамъ и азартнымъ играмъ не предаваться;

л) править домомъ своимъ въ добрѣ и дѣтей своихъ воспитывать въ правилахъ вѣры и въ страхѣ Божіемъ;

м) въ службѣ своей довольствоваться положеннымъ ему жалованіемъ и доброхотными даяніями при совершеніи требъ и не вымогать платы за исправленіе ихъ;

н) въ служеніи своемъ во всемъ повиноваться своему настоятелю и поступать согласно правилъ Св. Отецъ и Соборовъ;

о) въ свободное отъ службы время заниматься изученіемъ церковнаго устава, чтеніемъ Св. Писанія и твореній Св. Отецъ.

2) Оскорбленіе Епископа, который является образомъ Господа нашего Іисуса Христа, Главою Тѣла Церкви, по толкованію Зонары, въ духовномъ смыслѣ отцемъ пресвитеровъ, оскорбленіе пресвитера и діакона со стороны церковнослужителей, такъ какъ пресвитеры и діаконы, по толкованію того же Зонары, руки Епископа, потому что чрезъ нихъ онъ управляетъ Церковію (Ап. 55 и 56), а также — вражда и клевета на Епископа со стороны клирика съ намѣреніемъ помрачить добую славу священниковъ и произвести смятеніе въ мирномъ народѣ, чтобы внести замѣшательство и ниспровергнуть церковное благочиніе (II Вс. Собор. 6, IV, 21; Карѳ. 8).

3) Убіеніе Епископомъ или пресвитеромъ, или діакономъ вѣрнаго согрѣшившаго или невѣрнаго, обидѣвшаго и черезъ сіе устрашими хотящимъ (Ап. 27, Двукр. 9) и убійство (Ап. 66, Вас. Вел. 9, 55). /с. 273/

4) «Епископъ, или пресвитеръ, или діаконъ игрѣ предосудительной (азартной) и пьянству преданный, или да престанетъ, или да будетъ низверженъ. Иподіаконъ, или чтецъ, или пѣвецъ, подобно творящій, или да престанетъ, или да будетъ отлученъ. Такожде и міряне» (Ап. 42, 43, VI Вс. Соб. 9, 50, Карѳ. 40). Если кто изъ клира въ корчемницѣ ядущій усмотренъ будетъ, да отлучится, кромѣ случая, когда на пути въ гостиницѣ по нуждѣ отдыхаетъ» (Ап. 54, Лаод. 40), тѣмъ болѣе — «никакому клирику не позволяется содержать корчемницу, (ибо если не позволено таковому входить въ корчемницу, то кольми паче служити въ оной другимъ и упражнятися въ томъ, что ему не прилично» (VI Вс. соб. 9).

5) Посѣщеніе неморальныхъ мѣстъ (ходить на конскія ристалища, посѣщать театральныя игры (VI Вс. соб. 24, Лаод. 54, ходить въ корчемницу Лаод. 24).

Всѣ перечисленныя отрицательныя стороны въ жизни священнослужителей подлежатъ церковному суду. Если существуетъ въ Церкви законодательная власть, охраняющая права членовъ Церкви, то въ связи съ этимъ должна существовать и власть, наказующая всякое дѣяніе, которымъ нарушается достиженіе Церковью ея задачи въ мірѣ. Одна власть безъ другой немыслима, такъ какъ законъ безъ внѣшней санкціи будетъ пустымъ звукомъ, и всякій членъ Церкви безусловно обязанъ повиноваться ея законамъ. Если же извѣстный членъ Церкви не подчиняется по доброй волѣ ея законамъ, то онъ долженъ быть къ этому принуждаемъ, если желаетъ оставаться членомъ Церкви. Власть Церкви наказывать упорствующихъ и противящихся ея законамъ зиждется на божественномъ правѣ, какъ и власть суда. О нежелающихъ слушаться церковнаго суда Іисусъ Христосъ говорилъ своимъ ученикамъ, что таковой долженъ быть для нихъ, какъ язычникъ и мытарь (Мѳ. XVIII, 17). Изъ этихъ-же словъ Христа Спасителя вытекаетъ и власть Церкви наказывать преступающихъ ея законы.

Не касаясь нормъ церковныхъ наказаній, необходимо имѣть въ виду цѣль, ради которой церковная власть налагаетъ наказанія. Главная и первая цѣль всякого церковнаго наказанія состоитъ въ томъ, чтобы направить на путь Христіанской жизни всякаго члена Церкви, уклонившагося случайно отъ прямого пути, побудить его къ исправленію и новому пріобрѣтенію утраченнаго блага, которое можно найти только въ ней путемъ общенія со своею Церковью и только въ крайнихъ случаяхъ она лишаетъ согрѣшившаго и упорно нераскаяннаго члена общенія. Въ каждомъ обществѣ и въ Церкви, какъ человѣческомъ обществѣ, если не употреблять мѣръ воздѣйствія, какъ это мы наблюдаемъ въ наше время, то зло, какъ зараза, безпрепятственно ширится въ общественной средѣ, безнаказанно нарушая порядокъ въ Церкви, низводя законы Церкви на степень правилъ, обязательныхъ только для /с. 274/ желающихъ, подрывая высокое достоинство и безусловную необходимость для жизни временной и вѣчной тѣхъ благодатныхъ даровъ, которыми Господь безмѣрно надѣлилъ человѣчество. Попустительство въ Церкви, если такъ можно выразиться, ведетъ къ гибели души людей, потерявшихъ въ своемъ горделивомъ самомнѣніи, даже представленіе о человѣкѣ христіанннѣ. Оно, наконецъ, унижаетъ въ глазахъ иновѣрныхъ достоинство самой Церкви отсутствіемъ въ жизни ея строгаго, нелицепріятнаго и одинаковаго суда для всѣхъ членовъ, придерживаясь Евангельскаго принципа, послѣдовательно и неизмѣнно проходящаго чрезъ все законодательство церковное: «отъ всякаго, кому дано много, много и потребуется; и кому много ввѣрено съ того больше взыщутъ» (Лук. XII, 18).

Для водворенія и укрѣпленія дисциплины, которой обусловливается порядокъ въ Церкви, безусловно необходимо, чтобы управленіе Церковью, какъ человѣческимъ обществомъ, для осуществленія цѣлей небесной жизни, составлено было, какъ сказано выше, изъ лицъ, кои были правильно избраны и законнымъ порядкомъ получили соотвѣтствующія ихъ положенію права. Это послѣднее имѣетъ особенное значеніе въ Церкви, въ которой управленіе совершается по божественному полномочію, данному особымъ лицамъ, составляющимъ церковную іерархію. Согласно такому характеру этого полномочія, лица церковной іерархіи получаютъ его только по божественной благодати и благодатными средствами, кои установлены Божественнымъ закономъ, которыя вслѣдствіи этого имѣютъ абсолютное значеніе: безъ нихъ нельзя вступить въ составъ церковной іерархіи. Употребленіе для этого другихъ средствъ противорѣчитъ Закону Божію, о потому преступно и подлежитъ наказанію.

Между такими преступными средствами первое и главное мѣсто занимаетъ симонія — полученіе дара священства за деньги [12], что считалось самымъ гнуснымъ дѣломъ и величайшимъ злодѣяніемъ у первыхъ христіанъ. Этотъ взглядъ на симонію становится тѣмъ рѣзче, чѣмъ болѣе съ теченіемъ времени оказывалось безсовѣстныхъ людей, впадавшихъ въ это злое и мерзкое дѣло. Св. отцы и учители Церкви не находятъ въ своихъ твореніяхъ достаточно словъ, чтобы заклеймить наибольшимъ позоромъ симонію и симонистовъ. Также относились къ этому и соборы всѣхъ вѣковъ (IV Вс. 2, VI Вс. 22, 23, VII Вс. 4, 5, 19, Вас. Вел. 90 и др.). Находя незаконнымъ священный санъ, полученный за деньги, правила не считаютъ достаточнымъ наказаніемъ для симониста извержеиіе его изъ сана, потому что отъ виновника отнималось бы только то, что ему не могло принадлежать, а самое злодѣяніе осталось бы безнаказаннымъ; правило предписываетъ /с. 275/ также и отлучить симониста отъ общенія церковнаго, т. е. налагаетъ двойное наказаніе, что въ другихъ случаяхъ тѣми-же правилами не допускается. Точно такому-же наказанію подвергается и продавшій святыню, т. е. рукоположившій кого-либо за деньги. Симоніей далѣе считается рукоположеніе или награжденіе за личную услугу Епископу, вслѣдствіе родственныхъ или пріятельскихъ отношеній (Ап. 76, 23 Ант.).

IV Вс. Соборъ 2-мъ правиломъ называетъ симоніей назначеніе на высшія церковныя должности ради гнуснаго прибытка; даже посредствующіе въ такомъ гнусномъ и беззаконномъ мздопріятіи, подвергаются наказанію, какъ симонисты. VI Вс. Соб. 23-мъ правиломъ указываетъ новый видъ симоніи — «никто изъ епископовъ, или пресвитеровъ, или діаконовъ, преподая пречистое причастіе, да не требуетъ отъ причащающагося за такое причастіе денегъ или чего-либо другого, ибо благодать не продаваема, и мы не за деньги преподаемъ освященіе Духа, но не ухищренно должно преподавать оное достойнымъ сего дара». Толкователи расширяютъ объемъ этого правила указаніемъ на то, что требованіе платы за всѣ таинства, чрезъ которыя сообщается вѣрнымъ благодать Св. Духа, нужно считать симоніей.

Въ 4 пр. VII Вс. Собора упоминаются два вида симоніи, а именно, когда какой-либо епископъ, или митрополитъ или патріархъ, проникнутый страстью къ сребролюбію, чтобы достать себѣ денегъ: 1) возбраняетъ служеніе и отлучаетъ кого-либо изъ клириковъ, или 2) затворяетъ честный храмъ, да не будетъ въ немъ службы Божіей, а 5-мъ правиломъ того-же Собора указывается еще новый видъ симоніи, когда богатые люди приносили въ церковь денежный даръ, какъ благочестивое приношеніе и даръ Божій. Сдѣлавшись клириками, выставляли свое дѣло благочестія, какъ нѣкую заслугу предъ другими клириками, получившими священство по достоинству, и открыто поносили этихъ послѣднихъ, желая получить для себя въ Церкви преимущество предъ ними. Наконецъ, 19-ое пр. VII Вс. собора считаетъ за симонію принятіе въ монастырь или клиръ за деньги.

Симоніи подобно другое зло, существующее со временъ апостоловъ въ Церкви Христовой и именуемое на разговорномъ языкѣ протекціей, когда люди недостойные посредствомъ угодничества предъ гражданскими властями и высокими по положенію въ обществѣ особами добиваются полученія священной степени, или высшаго положенія или преимущества въ церковномъ обществѣ, прибѣгая къ подкупу. Это зло въ корнѣ разрушаетъ іерархическій строй Церкви и подрываетъ право церковной власти. Седьмой и четвертый Вселенскіе Соборы (VII, 5, IV, 2) предаютъ анаѳемѣ и отлучаютъ отъ общенія церковнаго всякаго мірянина, который изобличенъ будетъ въ такомъ гнусномъ и беззаконномъ дѣяніи. По 30-му правилу Св. Апостоловъ требуется изверженіе изъ сана Епи/с. 276/скопа, а по толкованію этого правила Вальсамономъ, и всякаго клирика: пресвитера, діакона, иподіакона и чтеца, которые получили священную степень или церковную должность при посредствѣ свѣтскихъ людей (въ наше время собираніе подписей подъ заявленіями о повышеніи по службѣ нравящихся мірянамъ клириковъ).

Къ общимъ церковнымъ преступленіямъ, въ которыхъ повинны и клирики и міряне, преступленія, которыя не терпимы въ Церкви, Царствѣ Божіемъ на землѣ, нужно отнести:

1) Отреченіе отъ христіанской вѣры и христіанскаго имени изъ боязни за свою жизнь, которой угрожала опасность отъ язычниковъ или еретиковъ. 62-мъ правиломъ Св. Апостоловъ отступники отлучались отъ Церкви навсегда. Если же клирикъ отречется отъ имени служителя Церкви, вмѣсто того, чтобы показать вѣрнымъ примѣромъ, какъ нужно жертвоватъ даже своею жизнью за имя христіанина, то онъ не только извергается зъ поруганнаго имъ духовнаго сана, но подвергается величайшему наказанію, существующему въ каноническомъ правѣ, а именно, окончательному исключенію изъ Церкви, чтобы отъ здороваго тѣла Церкви отсечь его, какъ гнилой членъ. Если же такіе отступники, по невѣдѣнію или недостатку свѣдѣній о немъ, впослѣдствіи «были произведены въ клиръ», т. е. зачислены были въ списки клириковъ, «сіе не ослабляетъ силы правила церковнаго, таковые, по дознаніи, извергаются изъ священнаго сана» (І Вс. Соб. 10), котораго они не были достойны. Принесшіе идоламъ жертву, а, потомъ, послѣ раскаянія въ своемъ отступничествѣ, истинно показали ревность вѣры Христовой, не боясь никакого мученія, и мужественно выдержали ихъ, пресвитеры могутъ носить священническое званіе и въ кругу священниковъ занимать мѣсто, но такъ какъ они изъ боязни или малодушія все же впали въ грѣхъ и тѣмъ, хотя на короткое время, осквернили свою душу отступничествомъ, то имъ воспрещается приносить святую жертву, проповѣдывать и вообще совершать какую-либо священническую службу (Анкир. пр. 1). все сказанное о пресвитерахъ, простирается въ слѣдующемъ правилѣ и на діаконовъ, съ тою лишь разницею, что Епископу предоставляется власть, сообразно съ усердіемъ къ вѣрѣ и жизнью діаконовъ, поступать съ ними по своему усмотрѣнію («всякое душевное врачеваніе предоставлено епископскому разсужденію», 2 Анкир.); что касается мірянъ, отступившихъ отъ православной вѣры для перехода въ іудейство, магометанство, пантеистическія или политеистическія религіи, то согласно 4-му правилу Петра, Архіепископа Александрійскаго, они по своей волѣ опредѣлили на вѣчную погибель, сдѣлавшись чужими для Церкви Христовой. Правила церковныя разсуждаютъ только объ отступникахъ изъ страха за свою жизнь во время гоненій, когда одни отрекались отъ вѣры и приносили жертвы идоламъ, другіе, для сохраненія своей жизни, притворно /с. 277/ отрекались отъ Христа, а послѣ раскаялись. О первыхъ говоритъ 11-е пр. I Всел. Собора, что они недостойны никакого человѣколюбія, но по христіанскому милосердію, въ случаѣ искренняго раскаянія, имъ можно назначить покаяніе на 12 лѣтъ, и послѣ прохожденія всѣхъ степеней покаянія, принять ихъ въ церковное общеніе. Василій Великій усиливаетъ это опредѣленіе (73 пр.), указавъ, что тотъ, кто своевольно отрекся отъ Христа и своего спасенія, можетъ быть принятъ въ Церковь, какъ пожизненный эпитиміецъ, и только въ часъ смерти можетъ быть удостоенъ Св. Причащенія. Второе, притворно отрекшіеся отъ вѣры изъ малодушія и страха за жизнь, согласно 2 и 3 пр. Петра Александрійскаго, 6-му пр. Анкирскаго Собора, могутъ быть возстановлены въ правахъ членовъ Церкви, по истеченіи шести лѣтъ покаянія. Для нашего времени, когда легкомысленно совершаются переходы не только мірянъ, но и клириковъ въ католичество, когда въ Россіи, въ силу принужденія, или печальной необходимости, многіе епископы, клирики и міряне были въ станѣ такъ называемыхъ «живоцерковниковъ», или «обновленцевъ», «самосвятовъ», нѣкоторые закрывались отъ преслѣдованія безбожниковъ переходомъ въ общество сектантовъ, когда среди русскихъ бѣженцевъ мѣняли въ большинствѣ случаевъ, по соображеніямъ матеріальнаго характера, православіе на другое исповѣданіе и даже нехристіанское (какъ магометанство, іудейство), примѣнимы 3-е правило Аѳанасія Великаго (посланіе къ Руфиніану) и 2 правило Ѳеофила Александрійскаго (наставленіе, данное Аммону). Нѣкоторые православные священнослужители вступили, во время аріанскаго засилія, въ церковное общеніе съ аріанами, хотя сами не раздѣляли этого ученія. Когда аріанство потеряло свою силу и православнымъ были возвращены отнятыя у нихъ аріанами церкви, то священниками въ нихъ остались лица, перешедшіе, хотя и временно, на сторону аріанъ. Какъ съ ними быть? Ѳеофилъ Александрійскій, сославшись на практику другихъ Церквей, въ частности же въ Фиваидѣ, указалъ, что отпавшіе отъ православія, хотя и временно, священнослужители, въ виду нетвердости ихъ въ православіи, удаляются отъ должностей, но имъ оставляются имя и честь священническія, но безъ всякихъ іерархическихъ правъ. Аѳанасій Великій, на основаніи постановленій Соборовъ, созванныхъ по этому вопросу въ Испаніи, Галліи и Элладѣ, и въ частности Александрійскаго Собора 362 года, говоритъ, что всѣхъ тѣхъ, которые принуждены были силой перейти на сторону аріанъ, но по своему убѣжденію не были аріанами, слѣдуетъ простить и разрѣшить имъ остаться въ тѣхъ степеняхъ церковной іерархіи, въ которыхъ были они до перехода въ аріанство; вожди и защитники ереси, въ случаѣ ихъ обращенія и покаянія, могутъ быть тоже приняты въ Церковь, однако къ клиру уже принадлежать не могутъ. /с. 278/

2) Исповѣдующій православную вѣру обязанъ жить согласно всѣмъ правиламъ своей вѣры. Насколько преступно отпаденіе отъ христіанской вѣры, настолько составляетъ преступленіе пренебреженіе къ правиламъ относительно богослуженія и христіанскаго поведенія. Чтобы не совершить зла въ этомъ отношеніи, христіанинъ долженъ уклониться отъ всего, что противорѣчитъ вѣрѣ, участвовать въ христіанскомъ богослуженіи и не исполнятъ обычаевъ неправославныхъ религій (напримѣръ, праздновать съ иновѣрными ихъ праздники, исполнять ихъ религіозные обычаи). Апостолъ Павелъ пишетъ: «не преклоняйтесь подъ чужое ярмо съ невѣрными, ибо какое общеніе праведности съ беззаконіемъ? что общаго у свѣта со тьмою? Какое согласіе между Христомъ и Веліаромъ? И какое соучастіе вѣрнаго съ невѣрнымъ?» (2 Кор. VI, 14-15). Этими словами осуждается всякое религіозное общеніе православнаго христіанина съ иновѣрнымъ (съ іудеями по преимуществу). Такое общеніе вытекаетъ сознательно или безсознательно изъ индеферентизма къ вѣрѣ и со временъ Апостоловъ возбранялось съ предупрежденіемъ, что міряне за это общеніе подвергаютъ себя отлученію отъ Церкви (Ап. 70) и анаѳемѣ (29 Лаодик.)

3) Если христіанинъ не смѣетъ имѣть никакого религіознаго общеніи съ іудеями, которые во всякомъ случаѣ почитаютъ Моисея и пророковъ, являются членами ветхозавѣтной церкви, то тѣмъ болѣе онъ не долженъ имѣть ни малѣйшаго общенія съ язычниками, не знающими истиннаго Бога. Въ силу этого 71-е правило Св. Апостоловъ предписываетъ лишать церковнаго общенія каждаго христіанина, который приноситъ «елей въ капище языческое или въ синагогу іудейскую, въ ихъ праздники, или воззженную свѣчу». 24-мъ правиломъ VI Вс. Собора воспрещено посѣщеніе языческихъ игръ, ибо онѣ ведутъ свое происхожденіе отъ языческихъ временъ Римскаго государства и носятъ характеръ, противный христіанской нравственности. Въ современномъ обществѣ въ нарушеніе этого правила практикуется такъ наз. модныя танцы, прыганіе черезъ огонь, каляда, гаданіе и т. д. По толкованію Зонары 51 пр. того-же Собора съ аналогичнымъ содержаніемъ, «строгость евангельской жизни требуетъ, чтобы вѣрные жили нераспущенно и разсѣянно, но какъ приличествуетъ Святымъ». Очень ясно и опредѣленно высказались Отцы VI Вс. Собора (пр. 62) относительно танцевъ, маскарадовъ и т. п.: «такъ называемыя календы... и народное сборище въ 1-й день мѣсяца марта желаемъ совсѣмъ исторгнуть изъ житія вѣрныхъ. Такожде и всенародныя женскія плясанія, великій вредъ и пагубу наносити могущія, равно и въ честъ боговъ, ложно такъ еллинами, именуемыхъ, мужскимъ или женскимъ поломъ производимыя плясанія и обряды, по нѣкоему странному и чуждому христіанскаго житія обычаю совершаемыя, отвергаемъ и опредѣляемъ: никакому мужу не /с. 279/ одѣватися въ женскую одежду, ни женѣ въ одежду, мужу свойственную: не носити личинъ комическихъ, или сатирическихъ, или трагическихъ... и по невѣжеству, или въ видѣ суеты не дѣлати того, что принадлежитъ бѣсовской прелести. Посему тѣхъ, которые отнынѣ, зная сіе, дерзнутъ дѣлати что-либо изъ вышесказаннаго, аще клирики, повелѣваемъ извергать изъ священнаго сана, аще же міряне, отлучати отъ общенія церковнаго». Это правило не требуетъ комментарій. 24-мъ правиломъ Анкирскаго Собора налагается пятилѣтняя эпитимія а 83-мъ пр. Василія Великаго шестилѣтняя, «на послѣдующихъ языческимъ обычаямъ».

4) Кромѣ перечисленныхъ языческихъ обычаевъ, церковными правилами запрещаются — знахарство, колдовство и волшебство. 61-мъ пр. VI Вс. Собора опредѣляется: «предающіеся волшебникамъ, дабы узнать отъ нихъ, что восхотятъ имъ открыти, согласно прежнимъ отеческими о нихъ постановленіямъ, подлежатъ правилу шестилѣтней эпитиміи»... «Той-же эпитиміи подвергати и тѣхъ, кто соединяя обманъ съ безуміемъ, произносятъ гаданія о счастіи, о судьбѣ, о родословіи и множество подобныхъ толковъ: равно и такъ наз. обоятелей, дѣлателей предохранительныхъ талисмановъ и колдуновъ». «Закоснѣвающихъ же въ семъ и неотвращающихся и не убѣгающихъ отъ такихъ пагубныхъ и языческихъ вымысловъ, опредѣляемъ — совсѣмъ извергати изъ Церкви, какъ и священныя правила повелѣваютъ». 65-мъ пр. того-же Собора клирикъ извергается, а мірянинъ отлучается отъ Церкви за «возжиганіе передъ своими лавками или домами костровъ, черезъ кои, по нѣкоему старинному обычаю, скачутъ. Обычай этотъ существовалъ у язычниковъ и іудеевъ. По ихъ мнѣнію, которое поддерживается и современными людьми, прыганіемъ черезъ огонь сжигаются якобы всѣ несчастія, кои иначе бы обрушились на нихъ.

5) Православная Церковь есть хранитель всѣхъ завѣтовъ нашей христіанской вѣры. Трулльскій Соборъ (1-е пр.) опредѣляетъ: «хранити неприкосновенну нововведеніемъ и измѣненіемъ вѣру, преданную намъ отъ самовидцевъ и служителей Слова, боговдохновенныхъ апостоловъ» и Св. Отцевъ, въ частности всѣ догматы вѣры, утвержденные на Вселенскихъ Соборахъ, бывшихъ до этого Собора. Эту вѣру, которая составляетъ основу и святыню православнаго исповѣданія, которую свято и неповрежденно сохраняетъ до нашихъ дней Православная Церковь, можетъ исповѣдывать всякій, который желаетъ спасенія своей души для вѣчнаго блаженства въ селеніяхъ праведныхъ, и кто мыслитъ себя истиннымъ послѣдователемъ Христа. Кто повредитъ чистоту вѣры и внесетъ въ нее какія-либо новшества, тотъ совершаетъ преступленіе, которое называется ересью и расколомъ». Еретики, согласно толкованію Зонары 1-го пр. Василія Великаго, «суть всѣ, мыслящіе несогласно съ православною вѣрою». /с. 280/ По толкованію тѣмъ же Зонарою 11-го пр. IV Вс. Собора, подъ именемъ еретиковъ разумѣются тѣ, которые пріемлютъ и наше таинство, но въ нѣкоторыхъ частяхъ ученія погрѣшаютъ не согласны съ православными». Къ нимъ нужно отнести католичество, лютеранство и всѣ возникшія изъ нѣдръ его русскія секты, а также англиканство и т. д.

Расколъ, по толкованію Зонарой, 33-го прав. Лаодикійского Собора, составляютъ тѣ, которые «относительно вѣры и догматовъ здраво мыслятъ, но по нѣкоторымъ причинамъ отдаляются и устрояютъ свои отдѣльныя собранія» (наши старообрядцы, къ раскольникамъ нужно отнести и новостильниковъ). Вообще, на расколы Церковь смотрѣла, какъ на одно изъ самыхъ большихъ преступленій противъ Церкви. Ересь — отрицаніе не только всѣхъ догматовъ Православной Церкви, но даже одной изъ истинъ, которыя содержатся въ символѣ вѣры, когда это отрицаніе распространяется устно или письменно, причемъ проповѣдникъ неправославнаго ученія, противнаго православной вѣрѣ, остается упорнымъ въ своемъ заблужденіи послѣ неоднократныхъ указаній на его заблужденіе. Если же кто-либо сомнѣвается въ истинѣ православной вѣры и своего сомнѣнія не выражаетъ въ какой либо внѣшней формѣ, то такое сомнѣніе не ересь, а грѣхъ, который подлежитъ суду совѣсти на исповѣди предъ духовнымъ отцомъ.

Такъ какъ ересью искореняется православная вѣра, уничтожается церковное единство, а въ послѣднемъ результатѣ разрушается христіанство, потому на еретиковъ налагаются Церковью и самыя тяжелыя наказанія. Отцы III Вс. Собора (пр. 7), категорически воспрещая составлять и употреблять въ Церкви чей бы то ни было Символъ вѣры, кромѣ никеоцареградскаго, считаютъ еретиками всѣхъ тѣхъ, которые не принимаютъ его, — «а которые дерзнутъ слагати иную вѣру..., таковые, аще суть епископы, или принадлежащіе къ клиру, да будутъ чужды епископы епископства и клирики клира: аще же міряне да будутъ преданы аноѳемѣ». Решеніемъ Собора кратко повторяется то, что существовало въ Церкви отъ основанія ея и должно практиковаться до конца вѣка его.

Этому наказанію подвергаются не только ересіархи, но и послѣдователи ихъ, подлинные еретики, которые не только живутъ согласно еретическому ученію, но и объявляютъ его истиннымъ даже въ частномъ взаимообщеніи съ вѣрными.

Если Церковь строга въ отношеніи еретиковъ, ихъ защитниковъ и сотрудниковъ, то она должна проявить въ этомъ отношеніи большую строгость въ отношеніи клира. Епископъ, или пресвитеръ, или діаконъ, позволившіе себѣ общеніе съ еретиками, а въ особенности въ молитвѣ не общественной только, но и домашней (Ап. 10, 45) подвергаются отлученію отъ Церкви, а если одинъ изъ поименованныхъ клириковъ /с. 281/ позволитъ еретику «дѣйствовать что-либо, яко служителямъ Церкви, да будетъ изверженъ». Архим. Іоаннъ (впослѣдствіи Епископъ Смоленскій — умеръ 1869 г.) въ толкованіи этихъ правилъ говоритъ, что правила стремятся не только къ охраненію православныхъ отъ заразы еретическимъ духомъ, но и къ охраненію отъ индеферентизма къ вѣрѣ и къ Православной Церкви, который легко можетъ возникнуть при близкомъ общеніи съ еретиками въ дѣлахъ вѣры. Особенное значеніе это имѣетъ для духовныхъ лицъ, обязанныхъ служить примѣромъ для другихъ въ строгомъ охраненіи святыни православнаго вѣроисповѣданія. Въ силу этого православный священникъ, по правиламъ, не долженъ преподавать еретикамъ Св. Таинъ, ни вообще совершать для нихъ какой-либо службы до тѣхъ поръ, пока они не изъявятъ твердаго рѣшенія соединиться съ Церковью; тѣмъ менѣе онъ можетъ допустить еретическаго священника къ какой-либо службѣ для православныхъ. 46-е пр. Никифора Исповѣдника повелѣваетъ: «въ церкви, основанныя еретиками, можно входить лишь въ нуждѣ, какъ въ простой домъ, и только, когда на средину поставленъ будетъ крестъ, тутъ можно будетъ и пѣть, однако въ алтарь нельзя входить, ни кадить, ни молиться, ни вжигать лампадъ и свѣчей».

На вопросъ, долженъ ли священнослужитель молиться въ присутствіи еретиковъ, и не будетъ ли то нимало не во вредъ ему, когда при нихъ совершаетъ онъ свою молитву или священнодѣйствіе, Тимофей, Епископъ Александрійскій (скончался 355) отвѣтилъ: «Въ Божественной Литургіи діаконъ предъ временемъ цѣлованія возглашаетъ: не пріемлемые ко общенію (елицы оглашеніи) изыдите. Посему таковые, т. е. еретики, не должны присутствовать, если не обѣщаются покаяться и оставить ересь».

6) Богопочитаніе состоитъ въ исполненіи своихъ обязанностей къ Богу, такъ какъ они составляютъ основу всѣхъ нашихъ обязанностей. Неисполненіе этихъ обязанностей есть тяжкое церковное преступленіе. Оно выражается въ различныхъ видахъ, какъ-то: а) божба, хула на Бога, богохульство. Господь нашъ Інсусъ Христосъ, назвавъ всякую клятву служеніемъ діаволу (Мѳ. V, 37). опредѣленно говоритъ: «хула на на Духа Святого не простится человѣку... ни въ семъ вѣкѣ, ни въ будущемъ» (Мѳ. XII, 31-32, ср. Мѳ. XXVI, 65. Лук. V, 21, Іоаннъ X, 33). б) Клятвопреступленіе или нарушеніе клятвы, данной по нуждамъ общественной и государственной жизни въ закономъ установленной формѣ. По толкованію 64-го пр. Василія Великаго, «грѣхъ клятвопреступленія приравнивается къ грѣху богохульства... Церковныя правила осуждаютъ клятвопреступника тѣмъ больше, чѣмъ торжественнѣе была дана клятва, чѣмъ важнѣе случай, по какому она дана». Мірянину назначается десятилѣтнее лишеніе причащенія, а клирики извергаются изъ сана. в) Нарушеніе обѣта, /с. 282/ данного Богу, который долженъ быть исполненъ по своей волѣ, а не по принужденію отъ другихъ. Нарушителямъ обѣтовъ нужно помнить примѣръ Ананіи и Сапфиры, о чемъ повѣствуетъ книга Дѣяній Св. Апостоловъ (VI, 5).

Особенное значеніе имѣютъ обѣты, данные Богу, относительно своей личности, какъ, напримѣръ, обѣтъ служенія Церкви въ положеніи священнослужителя или церковнослужителя, обѣтъ монашества, обѣтъ дѣвичества и т. д. Отцы IV Вс. Собора опредѣлили: «вчиненнымъ единожды въ клирѣ и монахамъ, опредѣлили мы не вступать ни въ воинскую службу, ни въ мірской чинъ: иначе дерзнувшихъ на сіе и не возвращающихся съ раскаяніемъ къ тому, что прежде избрали для Бога, предати анаѳемѣ» (7 пр.). «Дѣвѣ, посвятившей себя Господу Богу, равно и монашествующимъ, не позволяется вступать въ бракъ. Если же обрѣтутся творящіе сіе: да будутъ лишены общенія церковнаго». Мѣстный Епископъ можетъ имѣть власть оказать такимъ человѣколюбіе. в) Неуваженіе къ святымъ мѣстамъ, къ каковымъ относятся прежде всего церкви, въ которыхъ хранятся Св. Дары, Св. Мощи и совершается богослуженіе, храмы въ частныхъ и общественныхъ домахъ, кладбища и, наконецъ, ограды или мѣста, окружающія храмы.

Господь Іисусъ Христосъ своимъ примѣромъ показалъ необходимость благоговѣйнаго почитанія храма, когда изгналъ оттуда торгующихъ: «домъ Мой», сказалъ Онъ, «домомъ молитвы наречется, а вы сдѣлали его вертепомъ разбойниковъ» (Мѳ. XXI, 13, Іоаннъ II, 16). 78-мъ правиломъ Трулльскаго Собора запрещено — «въ мѣстахъ, посвященныхъ Господу, или въ церквахъ совершать такъ называемыя трапезы братолюбія, и внутри храма ѣсть и ложе постилать. Сіе же творити дерзнувшіе или да перестанутъ, или да будутъ отлучены».

«Никто внутрь священного храма да не вводитъ никакого животнаго. Если же кто усмотрѣнъ будетъ безъ нужды вводящій животное во храмъ: то клирикъ до будетъ изверженъ, а мірянинъ да будетъ отлученъ» (VI Вс. Соборъ 88 пр.). А 76-мъ правиломъ того же Собора запрещено — «внутри священныхъ оградъ корчемницу, или различныя снѣди поставляти, или иныхъ купли производити, сохраняя благоговѣніе въ церквахъ». Тѣхъ же, которые, или живя съ женою, или инымъ образомъ неразсудительно священныя мѣста обращаютъ въ обыкновенныя, и небрежно окрестъ ихъ обращаются, и съ такимъ разположеніемъ въ нихъ пребываютъ, повелѣваемъ изгоняти и отъ мѣстъ, оглашеннымъ предоставленныхъ при святыхъ храмахъ».

Такая профанація святыхъ храмовъ и оградъ вокругъ нихъ приняла повсемѣстный характеръ съ самымъ пошлымъ отношеніемъ къ святынямъ. г) Неуваженіе къ священнымъ /с. 283/ сосудамъ, св. иконамъ и къ св. Кресту, предназначенныхъ для богослуженія, завершающееся святотатствомъ.

Изъ Священныхъ предметовъ одни освящаются, другіе благословляются для церковнаго употребленія. За неблагоговѣйнное отношеніе къ нимъ и оскверненіе, канонами Церкви предписывается для мірянъ — отлученіе отъ Церкви, для клириковъ — лишеніе сана. Опредѣленно говоритъ объ этомъ 10-е правило Двукратнаго Собора (861): «тѣ, кои святую чашу, или дискосъ, или лжицу, или досточтимое облаченіе трапезы, или глаголемый воздухъ, или какой бы то ни было изъ находящихся въ алтарѣ священныхъ и святыхъ сосудовъ, или одеждъ, восхитятъ для собственной корысти, или обратятъ въ употребленіе не священное, да подвергнутся совершенному изверженію изъ своего сана. Ибо едино изъ сихъ есть оскверненіе святыни, а другое святотатство. А взимающіе для себя или для другихъ на несвященное употребленіе, сосуды или одежды, внѣ алтаря употребляемые, и правило отлучаетъ, и мы купно отлучаемъ: совершенно же похищающихъ оные подвергаемъ осужденію святотатцевъ».

О благоговѣйномъ отношеніи къ Св. Кресту говоритъ 73-е правило Трулльскаго Собора: «Поелику животворящій Крестъ явилъ намъ спасеніе, то подобаетъ намъ всякое тщаніе употребляти, да будетъ воздаваема подобающая честь тому, черезъ что мы спасены. Посему и мыслію, и словомъ, и чувствомъ поклоненіе ему принося, повелѣваемъ: изображеніе креста, начертываемыя нѣкоторыми на землѣ, совсѣмъ изглаждати, дабы значеніе побѣды нашей не было оскорбляемо попираніемъ ходящихъ. И такъ отнынѣ начертывающихъ на землѣ изображеніе креста повелѣваемъ отлучати». 68-мъ правиломъ того-же Собора совершенно возбраняется продавать книги Св. Писанія, богослужебныя книги и творенія Св. Отецъ торговцамъ для заворачиванія проданныхъ товаровъ. Соборное правило за это опредѣляетъ отлученіе отъ Церкви.

д) Непотребное употребленіе времени, посвященнаго Богу (воскресные и праздничные дни), какъ непосѣщеніе богослуженія, неблагоговѣйное поведеніе въ храмѣ, Церковь строго осуждаетъ. 80-е правило Трулльскаго Собора говоритъ: «Если кто Епископъ, или пресвитеръ или діаконъ, или кто-либо изъ сопричисленныхъ къ клиру, или мірянинъ, не имѣя никакой настоятельной нужды, или препятствія, которыми бы надолго устраненъ былъ отъ своея церкви, но пребывая во градѣ, въ три воскресные дни въ продолженіи трехъ седмицъ, не пріидетъ въ церковное собраніе: то клирикъ да будетъ изверженъ изъ клира, а мірянинъ да будетъ удаленъ отъ общенія» (См. 11 пр. Сардик. Собора). При толкованіи этого канона Архим. Іоаннъ обращаетъ вниманіе на то, что «произвольнымъ удаленіемъ отъ церкви, они сами себя отлучаютъ отъ нея, и церковное отлученіе, опредѣляемое для нихъ правилами Отецъ, служитъ только справедливымъ объявленіемъ такихъ /с. 284/ людей чуждыми Церкви, а вмѣстѣ съ тѣмъ лишаетъ ихъ и всѣхъ тѣхъ благъ, какихъ они сами не желали себѣ въ общеніи Церкви».

Подлежатъ отлученію, согласно 9-му правилу Св. Апостоловъ и тѣ, входящіе въ храмъ, но не пребывающіе на молитвѣ и святомъ причащеніи до конца, какъ безчиніе въ церкви производящіе. Съ такими отлученными, согласно 2 пр. Антіох. Собора, не позволено имѣть общенія, встрѣчаться въ домахъ и молиться внѣ церкви. Если кто Епископъ, или пресвитеръ, или діаконъ, или кто-либо изъ клира, окажется сообщающимся съ отлученными отъ общенія, до будетъ и самъ внѣ общенія церковного, какъ производящій замѣшательство въ церковномъ чинѣ.

е) Къ святымъ временамъ относятся и посты Православной Церкви. Каноны содержатъ постановленія о томъ, въ какіе дни нужно поститься, такъ и томъ, когда и кто можетъ не поститься, и уставъ церковный говоритъ, какъ нужно поститься. 69-е пр. Св. Апостоловъ гласитъ: «Если кто Епископъ, или пресвитеръ, или діаконъ, или иподіаконъ, или чтецъ, или пѣвецъ не постится въ св. четыредесятницу предъ Пасхою, или въ среду, или пятокъ, кромѣ препятствія отъ немощи тѣлесныя: да будетъ изверженъ. Если же мірянинъ, да будетъ отлученъ». Въ «Православномъ Исповѣданіи вѣры», которое имѣетъ значеніе символической книги, упоминаются еще посты рождественскій, успенскій и апостольскій.

Какъ нарушеніе поста со стороны христіанъ подлежитъ церковному наказанію, такъ подлежатъ эпитиміи и тѣ православные христіане, которые самовольно назначаютъ себѣ посты. «Если кто изъ клира усмотрѣнъ будетъ постящимся въ день Господень (воскресный день) или въ субботу, кромѣ еднныя только (субботы великія): да будетъ изверженъ. Если мірянинъ, до будетъ отлученъ». (Ап. 64).

До сихъ поръ мы касались тѣхъ сторонъ жизни христіанской, которыми выражается исполненіе обязанностей въ отношеніи вѣры и Церкви, какъ органическаго тѣла, состоящаго изъ множества членовъ и совершенно независимаго отъ вліянія на ея жизнь другихъ человѣческихъ организацій. Спустя нѣсколько вѣковъ послѣ основанія Церкви къ ней приблизилось государство. Убѣдившись, что Церковь со всѣми своими установленіями, живыми и дѣйственными силою Св. Духа, является самой надежной опорой для сохраненія государственнаго строя и для его усовершенствованія, оно съ своей стороны пошло на помощь Церкви изданіемъ законовъ, коими сохранялось въ чистотѣ и неповрежденности ея ученіе и жизнь ея членовъ, въ корнѣ уничтожалось всякое своеволіе съ чьей бы то ни было стороны. Этими законами были запрещены:

1) Убійство вольное и невольное (Вас. Вел. 8, 11, 43, 54, 55, 56, 57; Григорія Нисскаго пр. 5 и др.) со всѣми видами его, какъ а) насильственное лишеніе жизни, умерщвленіе /с. 285/ плода во чревѣ своемъ матерью (2 Пр. Василія Великаго и 21 пр. Анкир. Соб.), употребленіе женщинами лѣкарствъ для изверженія плода (Вас. Вел. 8, 91 пр. Трулльск. Соб.), оставленіе матерью рожденнаго въ пути ребенка (Вас. Вел. 33 и 82), оскопленіе (22, 23 и 24 Ап. пр., 1 пр. І Вс. Соб. 8 пр. Двукр. Соб.), самоубійство (14 пр. Тимоф. Александр.), покушеніе на самоубійство (142 пр. Никифора), дуэль, отцеубійство, дѣтоубійство, убійство на войнѣ, лишеніе бѣднаго и голоднаго помощи.

За всѣ эти преступленія, совершенныя членами Церкви, они подвергаются суду гражданскому, а духовный судъ съ своей стороны налагаетъ на членовъ клира лишеніе священства, а на мірянъ временное, впредь до исправленія, путемъ наказанія отлученіе, для самоубійцъ и убитыхъ на дуэли — лишеніе христіанскаго погребенія, для убивавшихъ на войнѣ, согласно 13 пр. Вас. Великаго, трехлѣтняя эпитимія, хотя послѣдняго рода лишеніе жизни Аѳанасій Великій (Пр. 1) называетъ «и законнымъ и похвальнымъ». Св. Писаніе церковныя имѣнія называетъ имуществомъ бѣдныхъ, а потому «если какой либо епископъ, или пресвитеръ или діаконъ нѣкоему нуждающемуся не подаетъ потребнаго: да будетъ отлученъ: закоснѣлый же въ томъ, да будетъ изверженъ, яко убивый брата» (59 Ап.).

2) Преступленіи противъ свободы другихъ бываютъ, когда кто либо насильно, съ преступной цѣлью, лишаетъ человѣка принадлежащихъ ему правъ, которыя принадлежатъ или по природѣ или по положенію, съ цѣлью поставить ихъ въ рабское положеніе. Апостолъ Павелъ называетъ человѣко-хищничество (1 Тим. I, 10), которое теперь, послѣ уничтоженія рабства во всѣхъ культурныхъ странахъ, не существуетъ. Другой видъ лишенія свободы — такъ называемое — «умыканіе» женщинъ ради плотского наслажденія или женитьбы. Противъ этого преступленія, существующаго въ нѣкоторыхъ христіанскихъ странахъ, возстаетъ какъ гражданское, такъ и церковное законодательство. Анкирскій Соборъ 314 г. [11 пр.], Василій Великій въ IV вѣкѣ (22 и 30 пр.), IV Вс. Соборъ въ V вѣкѣ (27 пр.) одинаково осуждаетъ это зло, налагая на клириковъ — лишенія сана, а мірянъ — анаѳему. Въ тѣсной связи съ этимъ преступленіемъ находится оскверненіе дѣвицъ половымъ насиліемъ. За это преступленіе 67 пр. Св. Апостоловъ полагаетъ отлученіе, которое длится, согласно 22 пр. Вас. Великаго, — четыре года. Послѣ выполненія эпитиміи насильникъ обязанъ жениться на опозоренной имъ дѣвицѣ, съ другими-же женщинами ему возбраняется вступать въ бракъ.

Преступленіе противъ свободы совершаетъ отецъ, который принуждаетъ свое дитя противъ его воли вступать въ бракъ съ какимъ-либо лицомъ; принужденіе противъ своей воли вступать въ монашество. /с. 286/

3) Преступленія противъ чести другихъ лицъ обозначаются общимъ терминомъ — клевета словомъ или дѣломъ.

За недостаткомъ времени нѣтъ позможности подробно коснуться другихъ стороны общественной жизни, которыя требуютъ обновленія на основаніи существующихъ церковныхъ законовъ, какъ напримѣръ: а) отношеніе къ имуществу частному, церковному, общественному и государственному, это — кража и укрывательство краденнаго (два года отлученія, если изобличенъ въ кражѣ судомъ и одинъ годъ — если покается), кража церковныхъ денегъ лицомъ, коему довѣрена церковная касса, а также принужденіе въ положеніи начальствующаго въ Церкви давать ему церковныя деньги для личныхъ надобностей или требованіе церковныхъ денегъ за службы, за которыя плата не полагается (4 пр.VII Вс. Соб., любостяжаніе, — мать всѣхъ золъ (Карѳ. 5 пр.), лихоимство, (44 Ап.) сребролюбіе, разбойничество (какъ человѣкоубійство осуждается 7 и 8 пр. Григорія Неокессар. и 40 пр. Патріарха Іоанна); б) нарушеніе нравственныхъ отношеній между членами Церкви: блудъ, прелюбодѣяніе, незаконное сожительство, сводничество, содержаніе публичныхъ домовъ, общія купальни для мужчинъ и женщинъ, порнографическія книги и картины, кровосмешеніе, блудъ съ монахинями, содомія или мужеложество, дѣторастлѣніе, скотоложество, ананизмъ, браки въ кровномъ родствѣ и свойствѣ, бигамія (двоеженство), полигамія (многоженство), самовольное расторженіе брака.

Всѣ перечисленныя язвы человѣческой жизни, нравственно разлагая общественный организмъ, заражаютъ Церковь тлетворнымъ ядомъ, убивая въ членахъ ея животворящій духъ. Онѣ требуютъ исцѣленія. Кто же долженъ лечить гнилыя раны? По Божественному установленію, полнота церковной власти — учить, священнодѣйствовать и управлять (Мѳ. ХХѴIII, 19, 20) принадлежитъ Апостоламъ, которые передали свои права и обязанности своимъ преемникамъ — Епископамъ, какъ это мы видимъ изъ пастырскихъ посланій Ап. Павла къ Тимоѳею, Епископу Ефесскому, и Титу, Епископу на островѣ Критѣ. Вмѣстѣ съ верховной властью начальника, они получили отъ Апостола право суда въ смыслѣ сужденія, оцѣнки качественнаго содержанія дѣяній клириковъ и мірянъ. Причемъ, наблюденіе и судъ они производили на основаніи существующихъ правилъ, имѣющихъ, какъ мы видѣли, божественное установленіе, слѣд. безусловно обязательныхъ и для судящаго и для судимаго. Эти правила нужно привить современному человѣчеству, чтобы оздоровить членовъ Церкви Христовой и возвратить ихъ на путь спасенія.

Изъ ознакомленія съ этими правилами, въ самомъ ограниченномъ объемѣ, можетъ возникнуть мысль: эти правила невозможно исполнить. А посему спокойно и безсовѣстно нарушаются самыя элементарныя правила церковной дисциплины, забывъ страхъ Божій и потерявъ стыдъ предъ Ангелами и человѣками. Состояніе такое людей охарактеризовано 10-мъ /с. 287/ правиломъ Двукратнаго Собора въ IX вѣкѣ: «явно предавшіеся страстямъ своимъ не токмо не ужасаются наказанія, опредѣляемаго священными правилами, но дерзнули даже ругаться надъ оными. Ибо они превращаютъ оныя и, ради страстныя воли своя, искажаютъ смыслъ ихъ, дабы, по избытку страстнаго обольщенія, какъ речено Григоріемъ Богословомъ, зло казалось у нихъ не только неосудительнымъ, но даже божественнымъ» (10 Пр.).

Между тѣмъ, компромиссовъ въ этомъ случаѣ нельзя найти, основываясь на тѣхъ-же канонахъ, составленныхъ по изволенію Св. Духа. «Прекраснымъ и крайняго тщанія достойнымъ призналъ сей Соборъ и то, чтобы отнынѣ, ко исцѣленію душъ и ко уврачеванію страстей, тверды и ненарушимы пребывали пріятыя и утвержденныя бывшими прежде насъ святыми и блаженными отцами, а также и нашимъ преданные, именемъ святыхъ и славныхъ Апостоловъ, осмьдесятъ пять правилъ. Согласіемъ нашимъ запечатлѣваемъ и всѣ прочія священныя правила, положенныя отъ Святыхъ и блаженныхъ Отецъ нашихъ...

Никому да не будетъ позволено вышеозначенныя правила измѣняти, или отмѣняти или, кромѣ предложенныхъ правилъ, пріимати другія, съ подложными надписаніями, составленныя нѣкіими людьми, дерзнувшими корчемствовати истиною. Аще же кто обличенъ будетъ яко нѣкое правило изъ вышерѣченныхъ покусился измѣнити, или превратити: таковой будетъ повиненъ понести эпитимію, каковую оно опредѣляетъ, и чрезъ оное врачуемое будетъ отъ того, въ чемъ преткнулся» (2 Пр. VI Вс. Соб.).

Изъ всѣхъ правилъ Православной Церкви это правило по своему значенію самое важнѣйшее. Это потому, что правиломъ этимъ утверждается каноническое, вселенское за сотнями правилъ, имѣвшихъ по своему происхожденію значеніе и обязательную силу лишь для отдѣльныхъ областныхъ Церквей; теперь-же всѣ эти сотни правилъ получаютъ вселенское значеніе и обязательную силу для всей Церкви. Правила Вселенсккхъ Соборовъ безспорно принимались всею Церковью. Этимъ правиломъ подтверждалось неизмѣнное значеніе ихъ на всѣ послѣдующія времена. Наше время, естественно, не составляетъ исключенія. Отцы VII Вселенскаго Собора подтверждаютъ обязательность всѣхъ правилъ церковныхъ и опредѣляютъ, что-бы всѣ тѣ, кои приняли священническій санъ, знали и свято хранили предписанія правилъ, изданныхъ законною церковною властью; изъ тѣхъ правилъ должны поучаться, какъ слѣдуетъ вести себя и какъ управлять ввѣренною паствою. А по примѣру пастырей и пасомые будутъ вести себя такъ, какъ то подобаетъ человѣку христіаннну, пріемлющему «обиліе благодати и дара праведности», чтобы «царствовать въ жизни посредствомъ единаго Іисуса Христа» (Рим. V, 17), соблюдая заповѣди «чисто и неукоризненно даже до явленія Господа нашего Іисуса Христа» (1 Тим. VI, 15). /с. 288/

Н. П. Рклицкій говоритъ, что русскіе интеллигенты поразительно невѣжественны въ церковныхъ вопросахъ. Мы не знаемъ точно, какъ надо креститься, когда и какъ кластъ поклоны, становиться на колѣни и пр. Каждый поступаетъ по своему усмотрѣнію, по вдохновенію. И сами пастыри даютъ различныя разъясненія по этимъ вопросамъ. Необходимо установить единообразный порядокъ. Онъ рекомендуетъ переиздать рѣдкую теперь книгу, излагающую распоряженія Митрополита Антонія въ бытность его Архіепископомъ Волынскимъ, изданную въ свое время Архіепископомъ, тогда Архимандритомъ Виталіемъ.

Митрополитъ Анастасій считаетъ, что всѣ съ удовольствіемъ выслушали докладъ и заключительныя слова докладчика. По возможности высказанныя пожеланія должны быть исполнены. За исполненіемъ этихъ пожеланій должны слѣдить пастыри, сами выполняя предъявляемыя къ нимъ требованія. Но высказаны и такія пожеланія, которыя сейчасъ мы не можемъ осуществить. Это дѣло всей Русской Церкви. Таковы, напр. вопросы объ отмѣнѣ «Духовнаго Регламента», о реформѣ духовныхъ Консисторій. Намъ нужно кодифицировать наше зарубежное каноническое законодательство, о чемъ поднялъ уже вопросъ проф. С. В. Троицкій. Упадокъ дисциплины — это особая болѣзнь нашего времени. Пожеланія, предложенныя докладчикомъ, надо принять и широко распространить ихъ по нашему зарубежью. Соборъ имѣетъ полное право сказать это во всеуслышаніе. Необходимо переиздать упоминавшуюся книгу Архіепископа Виталія.

Принимается предложеніе о переизданіи указанной книги и слѣдующая резолюція:

«Обновить въ памяти вѣрующихъ правила церковной дисциплины и довести до свѣдѣнія православныхъ христіанъ — какимъ образомъ наказуется несоблюденіе ими этихъ правилъ согласно церковнымъ канонамъ и высказать пожеланіе о напечатаніи изложеннаго въ видѣ соотвѣтствующихъ брошюръ».

III. Слушали: докладъ Отдѣла по вопросамъ приходской жизни. Докладчикъ Архіепископъ Тихонъ. (Докладъ Отдѣла былъ принятъ въ качествѣ резолюціи Собора ниже приводимой съ поправками въ преніяхъ указанными).

Архіепископъ Тихонъ предваряетъ чтеніе доклада разъясненіемъ, что Отдѣлъ по приходской и благотворительной дѣятельности имѣлъ въ своемъ распоряженіи лишь одинъ письменный докладъ К. И. Телятникова о церковной благотворительности. Кромѣ того найденъ матеріалъ въ трудахъ Харбинской Предсоборной Комиссіи. Работа велась путемъ устныхъ докладовъ, обмѣна мнѣніями и вынесенныя резолюціи по отдѣльнымъ вопросамъ затѣмъ приведены въ систему. /с. 289/

Гр. П. Н. Апраксинъ. — При выработкѣ приходскаго устава на Московскомъ Соборѣ, на что потребоволось два мѣсяца, было обращено вниманіе на всѣ стороны приходской жизни. Раздавались даже обвиненія въ чрезмѣрной детализаціи устава. У насъ теперь сильно измѣнились условія жизни, но, не слѣдуя буквѣ, а духу, можно найти въ приходскомъ уставѣ отвѣты на всѣ вопросы приходской жизни. Внесеніе въ приходской уставъ ст. 68-б, предлагаемое Отдѣломъ, создало бы много затрудненій во многихъ зарубежныхъ приходахъ, какъ напримѣръ, въ Брюссельскомъ. Въ жизни поневолѣ пришлось бы нарушать его, а это всегда вредно для авторитета церковной власти. Вообще измѣненіе приходского устава и внесеніе въ него новыхъ статей нежелательно. Поэтому, можно сдѣлать только указаніе на то, что нужно обратить вниманіе на пожеланіе, высказанное Отдѣломъ.

Архіепископъ Тихонъ предлагаетъ выслушать соображенія Н. В. Ставровскаго, по докладу котораго внесена была въ проектъ резолюціи настоящая статья.

Н. В. Ставровскій указываетъ, что въ жизни Софійского прихода былъ случай, когда Епархіальной власти пришлось отмѣнить выборы въ Приходской Совѣтъ лицъ, находящихся въ договорныхъ отношеніяхъ съ послѣднимъ. Въ уставѣ, выработанномъ Московскимъ Соборомъ объ этомъ не сдѣлано предлагаемой оговорки, но это объясняется тѣмъ, что въ то время вообще мало было лицъ, которыхъ можно было выбирать въ Приходскіе Совѣты. Между тѣмъ, въ нашихъ условіяхъ кадръ лицъ, имѣюшихъ общественный опытъ, и готовыхъ послужить въ качествѣ членовъ Приходскаго Совѣта очень великъ, и поэтому нѣтъ основаній оставлять это отступленіе отъ нормы, принятой во всѣхъ общественныхъ учрежденіяхъ.

Протоіерей А. Ливенъ даетъ справку, что выборы въ Софіи, упомянутые Ставровскимъ, не были утверждены не по причннѣ имъ указанной, а по другимъ мотивамъ. Предложеніе Отдѣла о внесеніи новой статьи въ приходской уставъ уже вызвало возраженіе съ точки зрѣнія примѣненія его на практикѣ въ Брюсселѣ, а потому не слѣдуетъ уставъ дополнять помянутой статьей.

Проф. Розовъ указываетъ, что при обсужденіи вопросовъ о приходской жизни надо обратить вниманіе на тѣ мѣста разселенія русскихъ, гдѣ нѣтъ русской церкви и которыя, такимъ образомъ, лишены непосредственнаго воспитанія со стороны Церкви. Въ эти мѣста необходимо посылать подготовленныхъ миссіонеровъ или разъѣздныхъ священниковъ.

К. Н. Николаевъ пораженъ, что статьи, запрещающей выбирать въ Приходскій Совѣтъ лицъ, находящихся съ нимъ въ договорныхъ отношеніяхъ нѣтъ въ приходскомъ уставѣ. Это можно объяснить только недосмотромъ, ибо данное положеніе является элементарнымъ общественнымъ требованіемъ. /с. 290/ Случай, на который указываетъ гр. Апраксинъ, когда церковный староста въ трудное время ссужаетъ средства приходу, не можетъ быть названъ установленіемъ договорныхъ отношеній между ними. Это есть благотворительная помощь, а не договоръ, въ основѣ котораго лежатъ коммерческіе моменты.

Гр. П. Н. Апраксинъ. — Нѣтъ ничего серьезнѣе внесенія новыхъ статей въ приходскій уставъ. Онъ не возражаетъ противъ всѣхъ сдѣланныхъ указаній, но утверждаетъ, что детализація Устава не упрощаетъ, а осложняетъ жизнь приходовъ. Договорныя отношенія могугъ быть хорошими и дурными и не всегда они имѣютъ коммерческій характеръ. Толкованіе К. Н. Николаева о сущности договорныхъ отношеній неправильно, ибо, конечно, Брюссельскій приходъ дѣлалъ заемъ и такимъ образомъ вступалъ въ договорное отношеніе со своимъ старостой. Отъ указанныхъ вредныхъ послѣдствій отсутствія этой статьи можетъ оградить приходы надзоръ епархіальной власти, а съ другой стороны, и при существованіи ея, ее легко при наличіи злой воли обойти. Поэтому онъ высказывается противъ предложеннаго добавленія къ ст. 68-б.

Митрополитъ Анастасій полагаетъ, что можно ограничиться только выраженіемъ пожеланія, а не внесеніемъ новой статьи въ уставъ.

Проф. К. Н. Смирновъ предлагаетъ установить разсматриваемое предложеніе Отдѣла, какъ дисциплинарное обязательное правило.

К. Н. Николаевъ считаетъ, что приходской уставъ можетъ измѣняться примѣнительно къ потребностямъ жизни. Соборъ долженъ по возбужденному вопросу вынести постановленіе обязательнаго характера.

Н. В. Ставровскій предлагаетъ рѣшить вопросъ этотъ закрытымъ голосованіемъ.

Предложеніе Ставровского отвергается.

Постановили: Предложенную Отдѣломъ резолюцію принять въ слѣдующемъ видѣ:

«1) До сихъ поръ нельзя считать выполненными вполнѣ пожеланія Заграничнаго Церковнаго Собора 1921 года объ объединеніи русскихъ православныхъ людей въ приходы. Въ каждой странѣ есть и не мало колоній, правда не большихъ, а то и совсѣмъ малыхъ, не имѣющихъ приходовъ. Разбросанные въ средѣ инославныхъ исповѣданій, православные люди этихъ колоній, не только могутъ быть потеряны для Церкви, но и теряютъ свою національность, иногда вплоть до потери своего родного языка. О второмъ поколѣніи уже и говорить не приходится.

А потому Соборъ рекомендуетъ Епархіальнымъ Епископамъ: а) путемъ частныхъ мѣръ и способовъ и черезъ объявленія въ газетахъ отыскивать разбросанныхъ въ странѣ русскихъ людей и организовывать среди нихъ церковные комитеты для релиіознаго и національнаго объединенія, /с. 291/ рекомендуя имъ по воскресеніямъ и праздникамъ собираться въ богослужебные часы въ одно мѣсто для совершенія богослуженія по уставу для мірянъ. Каждый такой комитетъ долженъ быть въ вѣдѣніи и подъ наблюденіемъ ближайшаго священника, который въ извѣстное время обязанъ посѣщать ихъ для совершенія богослуженія, Таинствъ и требъ. б) Гдѣ позволяютъ средства, рекомендуется имѣть разъѣздныхъ священниковъ для пастырского и миссіонерскаго окормленія этихъ колоній.

2) Существующіе приходы далеко не вездѣ могутъ считаться благоустроенными въ духовномъ и матеріальномъ отношеніяхъ. Теплохладность и протестантскій индивидуализмъ въ дѣлѣ своего спасенія въ значительной степени разъѣдаютъ жизнь русскихъ людей. Большая часть колоній, особенно большихъ, обычно не записывается въ приходъ. Большинство разныхъ организацій не только благотворительныхъ, но и національныхъ, просвѣтительныхъ, общественныхъ, профессіональныхъ и проч., ведутъ свою работу не подъ сѣнью Православной Церкви, а иногда даже и во вредъ Церкви и въ борьбѣ съ Церковью.

А потому Соборъ рекомендуетъ пастырямъ и Архипастырямъ въ своей проповѣднической дѣятельности и въ индивидуальномъ душепопеченіи чаще проводитъ православныя идеи о томъ, что внѣ Церкви нѣтъ спасенія, что безъ живой связи съ Церковью, безъ Таинства, безъ живого участія въ жизни прихода, какъ малой Церкви, спастись невозможно. Въ частности же — а) принимать мѣры къ тому, чтобы всѣ православные въ колоніи были записаны въ приходъ. Особенно этотъ долгъ лежитъ на настоятелѣ прихода и причтѣ, но и Приходскій Совѣтъ долженъ принять живое участіе въ этомъ дѣлѣ; б) привлекать всѣ организаціи подойти ближе къ Церкви подъ ея благодатное воздѣйствіе, а для этого духовенство, члены Приходского Совѣта и благочестивые церковно-настроенные міряне должны вступать въ эти организаціи, чтобы проводить въ нихъ идеи оцерковленія ихъ дѣятельности, и привлекать ихъ подъ кровъ приходского храма или, по крайней мѣрѣ, координировать свою работу съ параллельной работой прихода въ ихъ области (особенно просвѣтительной и благотворительной).

3) Рѣдко, особенно въ большихъ приходахъ, имѣется тѣсное общеніе между пастыремъ и пасомыми. Часто пастыри видятъ свою паству только въ храмахъ; иногда ихъ работа сводится почти только къ богослуженію и къ требоисправленіямъ. Дѣло пастыря въ такихъ случаяхъ ограничивается такъ называемымъ коллективнымъ душепопеченіемъ. Индивидуальное душепопеченіе почти совсѣмъ забыто. Пастыри иногда даже въ лицо не знаютъ свою паству.

А потому Соборъ рекомендуетъ духовенству: а) Таинства и требы въ церкви и на дому использовывать для индивидуальнаго душепопеченія, чтобы ближе подойти къ паствѣ /с. 292/ своею пастырскою любовью, заботой и руководствомъ; б) возстановить, какъ обязательное для причта, ежегодное посѣщеніе прихожанъ на дому по великимъ праздникамъ Рождества Христова, Крещенія (со святой водой) и Пасхи; в) настоятель обязанъ хоть разъ въ годъ посѣтить по возможности каждого прихожанина на дому, особенно семейныхъ или побесѣдовать съ нимъ у себя на квартирѣ (съ одинокимъ). Необходимо завести книгу для записей времени посѣщенія прихожанъ на дому и предметовъ бесѣды съ ними; г) нужно оживить и коллективное душепопеченіе внесеніемъ въ богослуженіе и требоисправленія сердечной теплоты, горячности вѣры и пламенной пастырской любви. Молитва пастыря, напитанная этими чувствами, является могучимъ средствомъ духовнаго общенія съ паствой. Не меньшее средство — проповѣдь, она обязательна на каждой литургіи, желательно на каждомъ богослуженіи. Она должна быть жизненна, а не отвлеченно схоластична. Необходимо завести книгу-дневникъ для записи темъ, произнесенныхъ на богослуженіи проповѣдей; д) особенно благодарной почвой для сближенія между пастыремъ и паствой является приходская благотворительность, помощь бѣднымъ, больнымъ, безработнымъ, трудовая помощь, пріюты, больницы, ночлежки, особенно необходимо посѣщеніе пастыремъ больныхъ на дому и въ больницахъ. А потому пастырь и Приходской Совѣтъ должны принимать всѣ мѣры къ расширенію благотворительной дѣятельности, но при сборѣ на это средствъ бороться съ обычаемъ устраивать благотворительные вечера и увеселенія подъ воскресные дни и праздники. Необходимымъ условіемъ благотворительной дѣятельности является строгая отчетность и гласность. Отчеты объ этой дѣятельности и денежные отчеты должны бытъ опубликованы не только на церковныхъ дверяхъ, но и по возможности въ печати. Желательно печатаніе этихъ отчетовъ въ синодальномъ органѣ, дабы происходилъ обмѣнъ свѣдѣніями о благотворительной дѣятельности разныхъ приходовъ въ разныхъ епархіяхъ. Необходимо бороться съ профессіональнымъ нищенствомъ, особенно у входа въ храмъ, гдѣ оно нерѣдко доходитъ до дерзости; е) особенно долженъ пастырь заботиться о дѣтяхъ и молодежи. Если подрастающее поколѣніе уже организовано въ разные союзы и группы, то пастырь обязанъ войти въ эти организаціи по долгу своего пастырскаго душепопеченія. А если таковыхъ нѣтъ, то организація лежитъ на пастырѣ. Лучшіе пастыри Сѣверной Америки даютъ намъ особенно яркіе примѣры этого. Полезно было бы эти случаи опубликовать въ синодальномъ органѣ для примѣра другимъ. Въ этой области особенно важна организація внѣшкольнаго преподаванія Закона Божія, группового и индивидуальнаго.

4) Соборъ установилъ, что даже наиболѣе вѣрующіе и церковно-настроенные православные христіане заботятся только /с. 293/ о своемъ спасеніи и, самое большее — членовъ своей семьи, спасеніе же близкихъ своихъ не считаютъ своимъ долгомъ, возлагая это на пастырей. Это прискорбное явленіе объясняется тѣмъ, что подъ вліяніемъ гумманизма, незамѣтно замѣнившаго на западѣ христіанство, весь культурный міръ считаетъ религію частнымъ дѣломъ каждаго, что повело къ секуляризаціи религіи, къ отходу отъ религіи культуры и къ современному кризису во всѣхъ областяхъ жизни.

А потому Соборъ призываетъ весь православный міръ бороться за освобожденіе отъ этого заблужденія и каждому вѣрующему считать своимъ долгомъ заботу о спасеніи не себя только и семьи своей, но и ближнихъ своихъ и словомъ, и дѣломъ, и примѣромъ своимъ. Тогда только въ нашихъ приходахъ воплотится та живая связь взаимной дѣятельной любви, о которой говоритъ святой апостолъ Павелъ, сравнивая эту связь со связанностью между собой всѣхъ органовъ тѣла человѣка, ибо мы всѣ — Тѣло Христово, о порознь члены Его (1 Коринѳ. 12 гл. 12-27).

Исходя изъ этого православнаго представленія о Церкви, Соборъ призываетъ мірянъ къ болѣе широкому участію въ приходской жизни. а) Приходской Совѣтъ долженъ быть самымъ ревностнымъ помощникомъ своего настоятеля, не въ хозяйственной только жизни прихода, но и во всѣхъ областяхъ приходской жизни. Жатвы много, а дѣлателей мало. б) Полезно разбить приходы, особенно большіе, на районы, по 20-60 человѣкъ въ каждомъ, и поручить каждый раіонъ особому члену приходского Совѣта или авторитетному, почтенному и уважаемому члену прихода, дабы они были какъ-бы попечителями своего района, помощниками пастыря по всѣмъ приходскимъ дѣламъ, а то и по дѣламъ пастырскаго индивидуальнаго попеченія. в) Въ допетровскую эпоху духовенству было предоставлено большое право по судебнымъ дѣламъ, особенно въ области семейнаго права. Нужно намъ, эмигрантамъ, возстановить эти судебныя права Церкви. Даже свѣтскія организаціи дошли до сознанія необходимости имѣть въ своей средѣ «суды чести». Неужели же приходы не доросли въ своемъ авторитетѣ до того, чтобы получить возможность возстановить это древнее право Церкви, не только въ высшихъ органахъ Церкви, но и въ приходахъ. г) Приходскій уставъ говоритъ о правахъ мірянъ, но сравнительно мало говоритъ объ ихъ обязанностяхъ, а еще меньше въ жизни приходовъ обращается вниманіе на исполненіе ихъ обязанностей. Нужно возстановить церковную дисциплину. Міряне часто довольно строги къ своимъ пастырямъ. Нужно возстановить строгость и къ мірянамъ. §§ 44-46 Устава говорятъ о правахъ прихожанъ на общихъ собраніяхъ, но это почти нигдѣ не выполняется. Нужно постепенно, пользуясь всякимъ удобнымъ случаемъ, возстанавливать приходскую дисциплину. Тамъ, гдѣ нѣтъ раскола, сдѣлать это не такъ /с. 294/ уже трудно. Лучше имѣть меньшій приходъ, но церковно-каноническій и дисциплинированный, чѣмъ большой, но распущенный въ религіозномъ и нравственномъ отношеніи. Проще всего начать возстановленіе этой дисциплины съ приведенія въ строгій порядокъ сбора самообложенія. Если приходъ раздѣленъ на районы, то вѣдающій райономъ легко можетъ вѣдать и этимъ сборомъ. Лицъ, упорно уклоняющихся отъ обще-приходскихъ сборовъ, нужно подвергать какимъ-либо мѣрамъ взысканія, вплоть до лишенія права выбора на приходскія должности и рѣшающаго голоса на Общихъ Собраніяхъ согласно уставу (§ 45-Б). д) Всѣ эти мѣропріятія для оживленія приходской жизни среди мірянъ безполезны и недостижимы, если міряне не будутъ заботиться объ укрѣпленіи авторитета своего настоятеля, о чемъ, къ сожалѣнію, рѣдко гдѣ міряне заботятся. Критика самая жестокая, несправедливость, клевета, противодѣйствіе, даже доносы, жалобы на пастырей стали обычнымъ явленіемъ приходской жизни.

А потому Соборъ, призывая пасомыхъ къ любви, снисходительности и уваженію къ своимъ пастырямъ, рекомендуетъ и Архипастырямъ всячески поддерживать авторитетъ пастырей не только строгими требованіями, предъявляемыми къ ихъ жизни и дѣятельности, но и твердой защитой ихъ авторитета отъ нареканій, клеветы и злобы враговъ церковнаго мира и порядка.

5) Соборъ установилъ, что прихожане очень мало знакомы съ приходскимъ уставомъ, и еще менѣе съ канонами и церковными законами, касающимися ихъ жизни и поведенія. Происходитъ это отъ того, что приходскій уставъ — библіографическая рѣдкость, а каноническаго сборника, касающагося жизни мірянина и совсѣмъ не имѣется въ печати.

А потому Соборъ поручаетъ Архіерейскому Синоду позаботиться прежде всего изданіемъ Приходского устава въ наибольшемъ количествѣ, дабы удешевить его стоимость настолько, чтобы каждый мірянинъ, интересующійся приходской жизнью, могъ пріобрѣсти его въ собственность. б) Поручить опытному канонисту составить сборникъ каноническихъ правилъ и предписаній Устава и церковныхъ законовъ, опредѣляющихъ всѣ стороны жизни мірянина. По одобреніи его ближайшимъ Соборомъ, необходимо этотъ сборникъ напечатать для всеобщаго пользованія и руководства; в) необходимо установить правила слѣдующаго содержанія: «не могутъ быть членами приходскаго Совѣта: 1) лица, состоящія на жалованіи у прихода, кромѣ тѣхъ случаевъ, когда приходскій Уставъ особыми постановленіями связываетъ съ занимаемой ими должностью постоянное или временное участіе въ приходскомъ Совѣтѣ. 2) Лица, состоящія въ моментъ выборовъ въ договорныхъ отношеніяхъ съ приходомъ. Если таковыя отношенія возникнутъ во время исполненія членомъ Совѣта своей должности, то онъ выбываетъ изъ состава приходского /с. 295/ Совѣта. Постановленіе настоящей статьи распространяется также и на церковнаго старосту и на членовъ Ревизіонной Комиссіи».

V. Слушли: доклады Преосвященнаго Епископа Потсдамскаго Серафима 1) «Экуменическое Движеніе» 2) «Оксфордская конференція для практическаго Христіанства» и 3) «Католичество и большевизмъ».

Экуменическое движеніе.

Послѣ долгаго періода раздѣленій и раздробленій христ. міра теперь, повидимому, насталъ новый періодъ христіанства, отличаюшійся, м. пр., и всеобщимъ стремленіемъ къ соединенію, объединенію, собиранію во едино различныхъ христ. общинъ, разсѣяныхъ по всѣму лицу земли. Выразителемъ этихъ стремленій является т. наз. экуменическое движеніе.

Называется это движеніе «экуменическимъ», потому что оно, по своей идеѣ и по своимъ заданіямъ, хочетъ охватывать весь міръ, быть движеніемъ вселенскаго характера и размѣра.

Экуменическое движеніе есть движеніе интерконфессіональное и интернаціональное. Оно стремится къ объединенію всего Христіанскаго міра, къ преодолѣнію раздробленія, взаимныхъ препирательствъ, взаимной вражды, отчужденности, недовѣрія, предубѣжденій и прочихъ препятствій, мѣшаюшихъ объединенію всѣхъ христіанъ.

Въ своемъ внѣшнемъ проявленіи оно распадается на два основныхъ движенія, именно, на Стокгольмское движеніе практ. христіанства, и на Лозанское движеніе для вѣры и церк. порядка. Первое движеніе стремится къ объединенію христ. міра только въ области практ. жизни, напр., въ области благотворительности, въ работѣ за междунар. миръ и т. п. Второе — стремится къ объединенію всѣхъ христіанъ въ одной вѣрѣ, въ евхаристическомъ общеніи и въ существенныхъ элементахъ церковнаго строя.

Достиженію этихъ цѣлей должны содѣйствовать различныя конференціи, встрѣчи богослововъ и другія практическія мѣропріятія, сближающія христіанъ различныхъ исповѣданій, гл. обр. ихъ руководителей.

Нельзя отрицать или недооцѣнивать значеніе этого движенія, ибо оно, одно изъ самыхъ важныхъ и актуальныхъ явленій въ современной жизни христ. міра. Оно успѣло охватить почти всѣ церкви и христ. религ. организаціи, за исключеніемъ римск. католичества. Оно чрезвычайно быстро распространилось почти во всѣхъ странахъ и на всѣхъ континентахъ. Сторонниковъ этого движенія мы находимъ во всѣхъ слояхъ, не только среди богослововъ, духовенства и мірянъ, но и въ средѣ общественныхъ, политическихъ и государств. дѣятелей. /с. 296/ Оно проникло въ юношество; оно создало богатую литературу, издаетъ спеціальные журналы и усердно, устно и печатно, пропагандируетъ свои идеи и не безъ успѣха. Пренебрегать этимъ движеніемъ, было бы большой ошибкой.

Въ экуменическомъ движеніи участвуетъ рядъ организацій, которыя, въ зависимости отъ ихъ устремленій и цѣлей, распадаются, въ общемъ, на три группы:

1) Организаціи, стремящіяся къ совмѣстной работѣ, напр., къ совмѣстному оказанію помощи.

Самая старая организація есть «Всемірный евангелическій алльянсъ» Wоrld Еѵangеliсаl Аlliаnсe. Онъ основанъ въ Лондонѣ еще въ 1846 г. и объединяетъ представителей изъ всѣхъ частей свѣта. Онъ стремится: 1) къ установленію дружбы между различными вѣтвями еванг. церкви и 2) къ совмѣстному дѣйствованію по отношенію къ общимъ противникамъ.

Далѣе, слѣдуетъ указать на различныя миссіонерскія общества, стремящіяся къ объединенію миссіонерской дѣятельности различныхъ христ. общинъ.

Наиболѣе важная организація въ мисс. области есть, основанный въ 1921 г. въ Lakе Моhonk (возлѣ Нью-Іорка) «Международный Миссіонерскій Совѣтъ».

Большую роль играютъ въ экуменическомъ движеніи рядъ юношескихъ организацій, прежде всего «Всемірный Христіанскій Студенческій Союзъ» (Wоrld Studеnt Сhrіstiаn Fеdеrаtіоn). — Далѣе, «Всемірный Союзъ Христіанскихъ Обществъ Молодыхъ Людей» (Yоung Меn Сhrіstiаn Аssосiаtiоn). Онъ наиболѣе распространенъ въ Америкѣ, но работаетъ усиленно и въ европейск. странахъ; его главная квартира въ Женевѣ. Его стремленія преимущественно соціальнаго характера; характерна для него еще его защита демократ. государственныхъ принциповъ. И, наконецъ, родственная организація:

«Всемірный Союзъ Христіанскихъ Обществъ Молодыхъ Дѣвицъ (YWСА), основан. въ Лондонѣ въ 1893 г.

Въ англо-саксонскихъ странахъ существуютъ еще:

«Всемірный союзъ воскресныхъ школъ» и

«Всемірный юношескій союзъ для изслѣдованія христіанства».

Ко II ряду принадлежатъ всемірные конфессіональные союзы. Они объединяютъ болѣе или менѣе однородныя протестантскія организаціи, или стремятся къ ихъ соединенію. Сюда принадлежатъ напр., Швейцарскій Евангелическій Церковный Союзъ; Fеdеrаtiоn Рrоtestаntе dе Frаnсе; Fеderal Соunсil оf thе Еѵаngеliсаl Frее Сhurсhеs въ Англіи; Рrеsbуtеrian World Alliаnсе; Іntеrnаtiоnаl Соngrеgаtiоnаl Соunсil; Есumеniсаl Меthоdist Соnfеrеnсе; Bарtist World Аlliаnсe; Fеdеrаl Соunсil оf thе Сhurсhеs оf Сhurist — въ С. А. Ш. Эта послѣдняя организація сдѣлала первую попытку объединенія еванг. церквей (около 30-ти) въ Америкѣ — на демократически-федеративной основѣ. Она существуетъ съ 1908 г.

/с. 297/ Къ III ряду экум. организацій принадлежатъ организаціи, въ собственномъ смыслѣ «экуменическія», именно:

«Европейскій Центръ для церковныхъ акцій «помощи» (Еurор. Zеntrаlstеllе für Кirсhl. Нilfsаktіоnеn), основанный въ 1922 г. въ Копенгагенѣ.

«Всемірный союзъ для международной работы дружбы черезъ церкви», и, наконецъ, двѣ наиболѣе значительныя организаціи экум. движенія:

«Всемірная конференція Церкви Христовой для практическаго христіанства» и «Всемірная конференція для вѣры и церковнаго порядка».

«Всемірный союзъ для международной работы дружбы черезъ церкви» возникъ при слѣдующихъ обстоятельствахъ: Гаагская конференція 1907 г. вызвала въ Англіи и Америкѣ идею, что международная работа въ пользу мира должна поддерживаться, прежде всего, Церковью; и она должна взять на себя задачу установленія и укрѣпленіи международнаго мира. 1-14 августа 1914 г. была устроена конференція въ Констанцѣ, въ которой участвовало 90 делегатовъ отъ 30-и церквей изъ 12-ти странъ. Въ день объявленія войны состоялось основаніе союза. Ближайшая цѣль союза заключалась въ воздѣйствіи на церкви всѣхъ странъ, чтобы онѣ употребляли все свое вліяніе на народы, парламенты и правительства для возстановленія дружественныхъ отношеній между народами и для достиженія состоянія всеобщаго взаимнаго довѣрія. Вообще, эта организація стремится къ осуществленію христіанскихъ принциповъ въ области междунар. отношеній.

Экуменическое движеніе для практическаго христіанства возникло слѣдующимъ образомъ: Послѣ мисс. конференціи въ Эдинбургѣ въ 1910 г. приступили къ подготовкѣ конференціи для вѣры и церк. порядка. Но война пріостановила все. Далѣе, сомнѣвались вообще въ возможности объединенія всѣхъ протестантовъ даже на догм. минимумѣ вѣры въ Божество Іисуса Христа. Начали искать другой способъ объединенія. Если нѣтъ возможности, чтобы объединить всѣхъ въ общей вѣрѣ, то надо попытаться, чтобы объединить всѣхъ въ практикѣ. Поэтому возникла мысль, созвать конференцію для выработки не догматическаго, а соціального и политическаго кредо. — Главнымъ дѣятелемъ былъ уже въ то время арх. Söderblom. Въ общеніи съ еписк. Тандбергомъ въ Христіаніи и еписк. Копенгагскимъ Остенфельдомъ и съ «Всемірнымъ союзомъ для работы дружбы черезъ церкви», онъ хотѣлъ устроить конференцію въ Упсалѣ. Она состоялась 14-16 дек. 1917 г., но явилось только незначительное число представителей изъ нейтральныхъ странъ. Но арх. Söderblom упорно продолжалъ свое дѣло для подготовки новой конференціи. Подготовительная конференція состоялась 9-12 авг. 1920 г. въ Женевѣ, а самая Конференція 19-30 августа 1925 г. въ Стокгольмѣ. Присутствовало болѣе 600 делегатовъ отъ /с. 298/ 31 церкви. Послѣдняя всемірная конференція состоялась въ Оксфордѣ въ іюлѣ мѣс. прошлаго 1937 года.

Сущность Стокгольмскаго движенія пок. арх. Söderblom выразилъ въ слѣдующихъ словахъ, сказанныхъ имъ еще за годъ до конференціи: «Приблизительно 1600 лѣтъ тому назадъ состоялся соборъ въ Никеѣ для (опредѣленія) догматики. Онъ формулировалъ символъ вѣры для послѣдующихъ вѣковъ. Нынѣ намъ нужна Никея для (выработки) этики, для практическаго христіанства». Пок. Söderblom вообще не любилъ догматику; по его мнѣнію, догматическія формулы только человѣческія, несовершенныя и нуждающіяся въ исправленіяхъ, попытки, чтобы выразить основные факты рел. жизни и рел. переживаній. Дѣйствительно, на Стокгольмской конференціи говорилось преимущественно о практическихъ вопросахъ частной, семейной, общественной, политической и международной жизни. Она хотѣла выявить соціальное христіанство, общее всѣмъ хр. исповѣданіямъ. И въ программѣ послѣдней Оксфордской конференціи значились только практ. вопросы: Церковь и народъ; Церковь и государство; Церковь и эконом. жизнь; Церковь и воспитаніе; Церковь и международная жизнь и Церковь и война.

Но наибольшаго вниманія заслуживаетъ экум. движеніе для вѣры и церк. порядка. Это движеніе старше, т. наз., Стокгольмского движенія и остается не на поверхности практ. жизни, а стремится дойти до самой сущности проблемы возсоединенія христіанства.

Призывъ Эдинбургской мисс. конференціи 1910 г. къ объединенію въ вѣрѣ нашелъ сразу живѣйшій откликъ въ Сѣв. Америкѣ. Въ октябрѣ м. 1910 г. въ Сіnсіnnаti состоялась Генеральная Конвенція Протестантской Епископальной Церкви, на которой было, м. пр., вынесено постановленіе: «назначить соединенную Коммисію для созыва конференціи для обсужденія вопросовъ вѣры и церк. порядка и просить всѣ христіанскія общины въ мірѣ, исповѣдающія нашего Господа Іисуса Христа, какъ Бога и Спасителя, чтобы онѣ соединились съ нами для устройства и проведенія такой конференціи». Англичане относились въ началѣ къ этому предложенію болѣе, чѣмъ сдержанно. Они выдвигали, гл. обр., три возраженія противъ устройства конференціи: 1) Епископальная церковь не можетъ вести переговоры на равной основѣ съ церквами, не имѣющими епископата; 2) Англичане могутъ лишитъся контроля надъ конференціей, подготовляемой всѣми церквами: 3) Латинская церковь не будетъ участвовать въ конференціи, а безъ участія римской церкви всякая подобная конференція не можетъ достигнуть поставленной цѣли объединенія всего христ. міра. Послѣ тяжелыхъ подготовительныхъ работъ удалось, наконецъ, устройство Лозаннской Конференціи 3-21 августа 1927 г. Присутствовало ок. 500 делегатовъ отъ 100 церквей, между ними и православные. На /с. 299/ конференціи обсуждались вопросы: Благовѣстіе Церкви міру; Евангеліе; сущность Церкви; общее исповѣданіе вѣры; священнослуженіе; таинства; единство христіанства; и взаимоотношенія церквей. Доклады и резолюціи были затѣмъ разосланы церквямъ. Въ своихъ резолюціяхъ Конференція должна была ограничиться только установленіемъ догмат. различій и согласій. Комитетъ продолженія устроилъ въ послѣдующіе годы нѣсколько собраній въ разныхъ мѣстахъ. Онъ подготовилъ и Эдинбургскую Конференцію въ августѣ м. 1937 г. На Эднибургской конференціи обсуждались слѣдующія темы: 1) Благодать Господа нашего Іисуса Христа; 2) Церковь Христова и Слово Божіе; 3) Общеніе святыхъ; 4) Священнослуженіе и таинства; 5) Единство церкви въ жизни и богослуженіи.

Экум. движеніе для вѣры и церковнаго порядка есть, такъ сказ., кульминаціонный пунктъ экуменизма, ибо только оно осмѣлилось подойти къ самой основной, существенной проблемѣ церк. возсоединенія, хочетъ преодолѣть самую глубокую и подлинную причину церк. раздѣленія, именно, вѣроисповѣдныя различія, и такимъ образомъ дойти до объединенія всѣхъ христіанъ въ единой вѣрѣ и въ единой Церкви. Исходнымъ пунктомъ долженъ быть опредѣленный фундаментъ общепризнанныхъ истинъ, прежде всего, вѣра въ Божество Іисуса Христа. Конечно, въ сравненіи съ заданіями и цѣлью этого движенія, результатъ Эдинбургской конференціи довольно скромный. Она установила только, что «всѣ мы — едины въ вѣрѣ въ Господа Іисуса Христа, воплотившагося Слова Божія». Было еще достигнуто согласіе въ томъ, что есть только одна истина. Далѣе, отмѣчается, что въ теченіе послѣднихъ лѣтъ мы стали ближе другъ къ другу, устранены предубѣжденія и недоумѣнія и достигнутъ дѣйствительный, хотя и ограниченный успѣхъ на дорогѣ къ нашей цѣли единства духа. Участники конференціи воодушевлены вѣрою, что каждая попытка сотрудничества въ дѣлахъ Царства Божія приближаетъ раздѣлннныя церкви въ растущемъ пониманіи и въ дружественномъ настроеніи. Всѣ должны задумываться надъ причинами несогласія, чтобы преодолѣть ихъ; надо учиться и у другихъ, стараться устранять все то, что, какъ слѣдствіе різдѣленія, препятствуетъ распространенію Евангелія въ нехристіанскомъ мірѣ.

Въ теченіе послѣднихъ лѣтъ руководители экуменическаго движенія стремятся къ тому, чтобы объединить движеніе для практическаго христіанства съ движеніемъ для вѣры и церк. порядка. На засѣданіяхъ Экуменическаго Совѣта для практ. христіанства и Комитета продолженія Лозаннской конференціи, состоявшихся въ 1936 г., былъ организованъ «Комитетъ 35-и», который предложилъ Оксфордской и Эдинбургской конференціямъ организацію «Экуменическаго Совѣта Церквей». Въ этомъ Совѣтѣ должны быть объединены оба /с. 300/ движенія и онъ долженъ представлять всѣ церкви, участвующія въ экум. движеніи. Конечно, онъ не долженъ быть законодательнымъ органомъ; его постановленія не могутъ быть обязательными для всѣхъ церквей. Оксфордская и Эдинбургская конференціи одобрили этотъ проэктъ и избрали организаціонный комитетъ, при чемъ въ постановленіи сказано, что этотъ «Совѣтъ» долженъ быть организованъ такъ, чтобы были сохранены характерныя особенности и цѣнности обоихъ движеній. Въ маѣ мѣс. наст. 1938 г. состоялася конференція въ Утрехтѣ, на которой былъ разработанъ конкретный планъ организаціи «Экуменическаго Совѣта Церквей», который разосланъ церквамъ съ просьбой дать свое согласіе. А пока организованъ «Врем. Комитетъ», въ которомъ отведены 4 мѣста православнымъ, именно: митр. Германосу, еп. Новосадск. Иринею, прот. Г. Флоровскому и архим. Кассіану.

Слѣдуетъ еще отмѣтить выдающуюся роль англичанъ въ экум. движеніи. Ламбетская Конференція 1920 г. опубликовала воззваніе съ призывомъ къ возсоединенію церквей. «Время пришло, — говорится здѣсь, — чтобы стремиться къ вновь возсоединенной каѳолической церкви». Но тутъ же была высказана слѣдующая характерная мысль: «Единство, къ которому мы стремимся, не надо создать или обновить; оно должно только стать органическимъ и видимымъ. Оно — Божіе, а не человѣческое дѣло. Намъ надо только открыть его и освободить его силы». Въ качествѣ основы возсоединенія Конференція возобновила т. наз. Lambetli Quadrilateral, установленный еще въ 1888 г. и состоящій изъ слѣдующихъ четырехъ пунктовъ: 1) Св. Писаніе есть документъ Откровенія Божія человѣчеству и послѣдняя норма вѣры; 2) Никейскій символъ вѣры есть достаточное изложеніе христ. вѣры; крещальнымъ символомъ долженъ быть или Никейскій или апостольскій; 3) Господь установилъ таинства Крещенія и Причащенія; 4) Священство должно быть признаваемо каждой церковью въ смыслѣ и значеніи не только носителя внутренняго призванія Св. Духомъ, а какъ порученіе и полномочіе, полученныя отъ Христа черезъ все общество вѣрующихъ; передача можетъ состояться только черезъ епископство. Англичане усердно поддерживаютъ экум. движеніе. Они полагаютъ даже, что Англиканская церковь призвана къ осуществленію возсоединенія всего христ. міра; они увѣрены, что она vіа mеdіa между кат. церковью и протестантизмомъ и можетъ быть примирительницей и посредницей между церквами. Правда, начало Лозаннскаго движенія было положено, какъ я уже сказалъ, въ 1910 г. на ген. конвенціи амер. еписк. церкви, но послѣдняя является дочерью англик. церкви.

Очень сильно и активно экум. движеніе и въ Сѣв. Америкѣ, что объясняется тѣмъ, что тамъ церк. раздробленіе дошло до крайняго предѣла, даже до абсурда; поэтому чувствуется и сознается тамъ живѣе всего необходимость преодолѣнія этого распада.

/с. 301/ Это преобладающее англо-саксонское вліяніе имѣетъ громадное значеніе для экум. движенія. Англичане не любятъ мыслить послѣдовательно, логически до конца. Они не любители строго и точно формулированныхъ системъ и программъ, ограничивающихъ свободу мысли и дѣйствія. Они предпочитаютъ расплывчатыя, растяжимыя формулы. Они довольно толерантны къ чужимъ мнѣніямъ и воззрѣніямъ: они уважаютъ, гл. обр., факты и умѣютъ приспособляться къ нимъ. Далѣе, англичанинъ-индивидуалистъ, хочетъ возможно большей индивидуальной свободы. Онъ старается идти навстрѣчу инакомыслящему и поэтому, если это какъ-нибудь возможно, готовъ на компромиссы. Все это ясно видно въ Англиканской церкви, гдѣ подъ одной крышей живутъ высокая, широкая и низшая церкви и довольно мирно уживаются разнообразныя догматическія ученія и мнѣнія и различные порядки церковной жизни и формы богослужебнаго культа (см. Stimmеn d. Zeit 1930 Nоѵ. р. 96-97). Поэтому и лозунгъ Англиканской церкви въ области экуменизма: Единство, но не однообразіе. Но это понятіе «единенія» у англичанъ очень растяжимо; въ немъ, по ихъ мнѣнію, могутъ соединиться самыя различныя исповѣданія отъ Православія до крайнихъ протестантскихъ сектъ. Проф. Неіlеr (Еѵаngеlіsсhe Каtholizitas 1026 р. 284) утверждаетъ даже: «Англиканизмъ имѣетъ двойную уніальную программу — минимальную для протестантовъ и максимальную для православныхъ». Поэтому и резолюціи экуменическихъ конференцій страдаютъ часто неопрелѣленностью, расплывчатостью, недоговоренностью и компромисснымъ оттѣнкомъ; разрабатываются иногда формулы, въ которыхъ одни и тѣ-же словесныя выраженія допускаютъ различное пониманіе.

Совершенно въ сторонѣ отъ экуменическаго движенія стоитъ римско-католическая церковь. Ватиканъ отказался посылать своихъ делегатовъ на различныя конференціи; только на послѣдней Эдинбургской конференціи присутствовали неоффиціально два наблюдателя. Конечно, римско-католическая церковь зорко слѣдитъ за этимъ движеніемъ, высказываются нерѣдко и доброжелательныя фразы, но активное участіе въ экуменическомъ движеніи католическимъ богословамъ пока еще не разрѣшено. Англичане очень скорбятъ объ этомъ. Еще въ 1908 г. въ одной изъ резолюцій было сказано, что не можетъ быть уніальнаго плана, не включающаго въ себѣ великой латинской церкви. Эти слова повторены и въ докладѣ комиссіи Ламбетской конференціи 1920 г. Поэтому англичане были чрезвычайно рады, когда въ Эдинбургѣ присутствовали два католическихъ богослова, а бенедиктинцы монастыря въ d Аmaу sur Meusе и Эдинбургскій католическій архіепископъ послали конференціи теплыя привѣтствія.

Къ какому единенію стремится экуменизмъ? На этотъ вопросъ экуменисты отвѣчаютъ различно. Одни полагаютъ, что должно ограничиваться достиженіемъ практического со/с. 302/трудничества Церквей. Другіе стремятся къ федераціи церквей. Третьи — къ уніи и полному возсоединенію Церквей.

Покойный архіепископъ Söderblom говорилъ на Лозаннской конференціи: «Вопросъ, какъ христіане могутъ показывать свое единеніе, идентиченъ другому: какъ они показываютъ свое христіанство. Такъ какъ нужно узнавать по плодамъ, то общеніе — въ практическомъ христіанствѣ. Соmmuniо in sеrѵiеndо — самая лучшая демонстрація единства».

Вообще, сторонники церковнаго единенія, въ смыслѣ только практическаго сотрудничества, полагаютъ, что это единеніе легче всего можетъ быть достигнуто, ибо для этого не требуется одинаковости ни въ догматическомъ ученіи, ни въ ученіи о священствѣ, ни въ совершеніи таинствъ, ни въ церковномъ порядкѣ. Существующія различія могутъ оставаться и послѣ соединенія для совмѣстной практической работы. Болѣе опредѣленный и совершенный видъ единенія церквей для практическаго сотрудничества есть федераціи церквей. — Но и это только внѣшнее единеніе, ибо и здѣсь каждая церковь сохраняетъ свою свободу и своеобразіе; она только выдвигаетъ то, что является общимъ и объединяющимъ въ вѣрѣ и жизни. Защитники федеративнаго принципа указываютъ еще на то, что этотъ видъ единенія наиболѣе успѣшно содѣйствуетъ взаимному пониманію, укрѣпленію и развитію братскихъ отношеній.

Полное, или органическое единство есть возсоединеніе въ одной видимой Церкви, что, конечно, включаетъ въ себѣ и единство въ вѣрѣ, въ таинствахъ и въ существенныхъ элементахъ церковного порядка, прежде всего въ признаніи благодатнаго священства. На послѣдней Эдинбургской конференціи всѣ согласились въ томъ, что послѣдняя цѣль экум. движенія не только практ. сотрудничество, ибо «одно практическое сотрудничество не можетъ показывать міру истинную сущность Церкви, такъ какъ она (т. е. сущность) заключается не только въ единствѣ взаимнаго служенія, но и вѣры и богослуженія». А внѣшнимъ выраженіемъ этого органическаго единства является евхаристическое общеніе.

Въ этомъ пунктѣ Эдинбургская конференція пошла дальше Лозаннской, ибо на послѣдней говорилось, «что опредѣленное единство въ вѣрѣ и въ церк. практикѣ должно соединиться съ нѣкоторой свободой въ пониманіи благодатныхъ дѣйставій таинствъ и въ воззрѣніи о сущности и полномочіи духовнаго служенія» (но противъ этого высказывались правосл. делегаты). — Эдинбургская конференція стояла на точкѣ зрѣнія, что для органическаго соединенія необходимо согласовать ученіе о таинствахъ, о совершеніи Евхаристіи и о священствѣ. Наконецъ, Эдинбургская конференція высказалась еще въ томъ смыслѣ, что органическое единство требуетъ нѣкотораго постояннаго высшаго органа церк. управленія.

/с. 303/ Какимъ путемъ, какими средствами экуменисты хотятъ достигнуть возсоединенія Церквей? — Прежде всего, практическимъ путемъ, путемъ дѣятельной любви и практ. сотрудничества. Экуменія любви должна предшествовать экуменіи вѣры, подготовить ей путь.

Другой путь, это — догматическій путь, именно, ясная формулировка догмат. различій, ихъ добросовѣстное, безпристрастное изслѣдованіе и, наконецъ, согласованіе. Преимущество этого пути заключается въ томъ, что въ этомъ случаѣ другая сторона стоитъ сразу передъ выборомъ между истиной и заблужденіемъ, правовѣріемъ и ересью.

Нѣкоторые рекомендуютъ т. наз. «ѵia sуnсretіstісa», т. е. думаютъ, что можно достигнуть единства вѣры такимъ образомъ, что одна сторона соглашается принимать нѣкоторыя ученія другой стороны, и другая отказывается отъ ученій, никакъ не пріемлемыхъ для первой. Но ясно, что этотъ путь можетъ привести только къ поверхностному, сомнительному и жалкому компромиссу.

Есть, наконецъ, еще психологическій методъ. Объ этомъ методѣ говорилъ проф. Ад. Дейссманнъ въ своей рѣчи въ Берлинскомъ университетѣ въ 1929 г. на тему «Экуменическое пробужденіе» слѣдующее: «Вопросъ о соединеніи христіанства въ настоящее время, прежде всего, не догматическій, а психологическій... Безплодно начинать попытки соединенія, если совѣщающіеся люди не знаютъ другъ друга и если знаютъ церковность и народность договаривающагося сосѣда только изъ книгъ или академическихъ лекцій. Первое, это — взаимное сближеніе личностей, созданіе базиса довѣрія». Этотъ методъ включаетъ въ себя, напр., приспособленіе къ міру мыслей и чувствъ инаковѣрующихъ, выдвиженіе общаго въ вѣрѣ и т. д. Такимъ образомъ создается атмосфера взаимнаго довѣрія, послѣ чего можно переходить къ изслѣдованію и обсужденію догматическихъ и другихъ различій.

Достиженія экумен. движенія пока еще очень скромны. До сихъ поръ состоялись только объединенія Церквей, между которыми не было существенныхъ различій въ богословскихъ и культовыхъ традиціяхъ. Такъ, напр., въ Англіи соединились въ 1925 г. методисты, въ Шотландіи въ 1929 г. — пресвитеріанскія Церкви; въ Соед. Штатахъ — пресвитеріане и реформаты; въ Канадѣ — пресвитеріане, методисты и конгрегаціоналисты. Но все это не объединенія экуменическія въ собственномъ смыслѣ этого понятія.

Къ большимъ результатамъ экум. движеніе не могло привести, такъ какъ еще нѣтъ общаго согласія въ самыхъ существенныхъ вопросахъ.

Каково отношеніе Православныхъ Церквей къ экум. движенію? Я не говорю «Православной Церкви», ибо Всел. Прав. Церковь еще не высказала своего авторитетнаго сужденія. Пока мы имѣемъ только свидѣтельства отдѣльныхъ /с. 304/ Православныхъ автокефальныхъ Церквей. Это отношеніе, въ общемъ, положительное, хотя и съ нѣкоторыми важными и существенными оговорками.

Прежде всего свидѣтельствуетъ о положительномъ отношеніи Прав. Церквей то обстоятельство, что Правосл. Церкви посылали и посылаютъ своихъ делегатовъ на экум. конференціи, и прав. делегаты состоятъ членаии различныхъ комиссій и комитетовъ.

Въ первый разъ прав. делегаты были на первой конференціи Международного Комитета «Всемірнаго союза для работы дружбы черезъ церкви» въ Бернѣ и Беатенбергѣ 25-28 авг. 1920 г. Въ томъ же самомъ 1920 г. Конст. Патріархатъ послалъ своего представителя на выше упомянутую Ламбетскую конференцію. Въ Стокгольмской конференціи 1925 г. участвовалъ даже Александрійскій Патріархъ. Очень много правосл. іерарховъ — митрополитовъ, архіепископовъ и епископовъ — присутствовало на Лозаннской конференціи 1927 г. и на Оксфордской и Эдинбургской конференціяхъ. Постоянными участниками являются, напр., митр. Германосъ, митр. Варшавскій Діонисій, митр. Софійскій Стефанъ, еписк. Новосадскій Ириней, далѣе проф. прот. Цанковъ, проф. Аливизатосъ, проф. Арсеньевъ, прот. Булгаковъ и многіе другіе. На Лозаннской конференціи былъ и пок. проф. Н. Глубоковскій. На Оксфордскую и Эдинбургскую конференціи нашъ Архіер. Сѵнодъ командировалъ меня. Но очень важно постановленіе нашего Арх. Сѵнода отъ 18/31 декабрм 1931 г. о моемъ назначеніи представителемъ въ комитетъ продолженія Всемірн. конференціи о вѣрѣ и церк. порядкѣ. Это постановленіе доказываетъ, что нашъ Арх. Сѵнодъ очень далекъ отъ малѣйшаго соглашательства, а, напротивъ, ясно указываетъ, что, строго говоря, даже нельзя говорить о раздѣленіи Церкви, и Сѵнодъ надѣется, что инославные христіане, стремящіеся къ соединенію всего христіанскаго міра, въ концѣ концовъ, найдутъ Христову Истину въ Правосл. Церкви. Вотъ полный текстъ этого историческаго постановленія: «Сохраняя вѣру въ Единую, Святую, Соборную и Апостольскую Православную Церковь, Архіерейскій Сѵнодъ исповѣдуетъ, что Церковь сія никогда не роздѣлялась. Вопросъ въ томъ только, кто приналлежитъ къ ней и кто не принадлежитъ. Вмѣстѣ съ тѣмъ Архіерейскій Сѵнодъ горячо привѣтствуетъ всѣ попытки инославныхъ исповѣданій изучать Христово ученіе о Церкви въ надеждѣ, что черезъ такое изученіе, особенно при участіи представителей Святой Православной Церкви, они въ концѣ концовъ, придутъ къ убѣжденію въ томъ, что Православная Церковь, будучи столпомъ и утвержденіемъ истины (1 Тим. 3, 15), полностью и безъ какихъ-либо погрѣшностей сохранила ученіе, преподанное Христомъ Спасителемъ Своимъ ученикамъ. Съ этой вѣрой и такой надеждой Архіерейскій Сѵнодъ съ благодарностью принимаетъ приглашеніе Комитета продолженія Всемірной конференаіи о Вѣрѣ и порядкѣ»...

/с. 305/ Чрезвычайно важно и посланіе Всел. Патріарха, опубликованное въ январѣ 1920 г. Въ немъ Вселен. Патріархъ высказалъ мысль, что послѣ учрежденія «Лиги Націй» настало время и для сближенія Церквей. Для достиженія этой цѣли онъ рекомендуетъ образованіе «Союза Церквей» (Κοινωνία τῶν ἐκκλησιῶν) на слѣдующихъ основаніяхъ: 1) Употребленіе единаго христ. календаря; 2) обмѣнъ братскими посланіями въ великіе праздники; 3) дружественныя сношенія представителей Церквей; 4) научный обмѣнъ; 5) обмѣнъ студентами богословскихъ учебныхъ заведеній; 6) созывъ христіанскихъ конференцій; 7) непартійное и болѣе историческое изслѣдованіе догматическихъ различій; 8) взаимное уваженіе къ церк. обычаямъ; 9) взаимное предоставленіе церквей и кладбищъ; 10) урегулированіе вопроса о смѣшанныхъ бракахъ; 11) взаимное вспомоществованіе.

Конечно, правъ графъ Ю. П. Граббе, когда онъ въ своемъ трудѣ «Единство и единственность Церкви» (стр. 21) пишетъ: «Въ широкой публикѣ эти конференціи часто оставляютъ впечатлѣніе, что и православные іерархи становятся на путь интерконфессіональный» и что на этихъ конференціяхъ «единственная (именно, Православная) оказывается, въ сущности, несмотря на всѣ оговорки, въ положеніи одной изъ Церквей». Но самое поведеніе правосл. представителей на этихъ конференціяхъ не даетъ основаній для предположенія, что они тамъ становились на путь интерконфессіональный, такъ какъ они всегда излагали и защищали свящ. догматы Правосл. Церкви. Вѣрно, что на этихъ конференціяхъ Правосл. Церковь оказывается въ положеніи одной изъ Церквей. Но опять я долженъ указать на то, что правосл. делегаты всегда отстаивали мысль, что только Правосл. Церковь — единая, истинная Церковь Христова. Поэтому правосл. делегаты, какъ въ Лозаннѣ, такъ и въ Эдинбургѣ, считали своимъ долгомъ подать и огласить особыя заявленія; этимъ они ясно отмежевали Православную Церковь отъ другихъ исповѣданій, именующихъ себя «церквами».

Прежде всего, правосл. делегаты указывали на то, что необходимая предпосылка единства Церкви есть одно вѣроисповѣданіе, одно вѣроученіе; др. словами, единство Церкви заключается, прежде всего, въ единствѣ вѣры. На Лозаннской конференціи проф. Цанковъ говорилъ: «Религіозная истина есть объективное, что остается Истиной и внѣ нашего личнаго убѣжденія. Въ единой Церкви, значитъ, должна быть одна вѣра, одно ученіе, одно исповѣданіе».

Далѣе, правосл. делегаты заявляли на конференціяхъ, что возстановить единство Церкви — значитъ возвратиться къ вѣроученію древней Церкви семи Всел. Соборовъ. Вотъ, слова м. Германоса на Лозаннской конференціи: «А какіе элементы христіанскаго ученія должны считаться необходимыми или существенными? По пониманію Православной Церкви нѣтъ /с. 306/ нужды теперь опредѣлять эти необходимые предметы вѣры, такъ какъ они уже опредѣлены въ древнихъ сѵмволахъ и въ опредѣленіяхъ семи Всел. Соборовъ. Соотвѣтственно этому ученіе древней нераздѣльной Церкви первыхъ восьми вѣковъ должно быть основой возсоединенія Церкви». А въ деклараціи, прочитанной на этой же конференціи, было, м. пр., сказано: «Прав. Церковь того мнѣнія, что возсоединеніе можетъ состояться только на основѣ общей вѣры и исповѣданія древней нераздѣльной Церкви семи Всел. Соборовъ и первыхъ восьми вѣковъ. Согласно ученію Прав. Церкви — Соmmuniо in Sасris нѣтъ тамъ, гдѣ нѣтъ цѣльности (Тоtаlitat) вѣры». Въ Эдинбургской деклараціи содержатся слѣдующія слова: «Мы, православные делегаты, вѣрные Преданію древней, нераздѣльной Церкви семи Вселенскихъ Соборовъ первыхъ восьми вѣковъ, того убѣжденія, что одно только догматическое ученіе древней Церкви, которое мы находимъ въ Священныхъ писаніяхъ, въ Сѵмволѣ вѣры, въ постановленіяхъ Вселенскихъ Соборовъ, въ ученіи Отцовъ, въ богослуженіи и во всей жизни нераздѣльной Церкви, можетъ быть твердой основой для успѣшнаго и вѣрнаго обсужденія догматическихъ и богословскихъ проблемъ, появившихся въ недавнее время».

Православные делегаты всегда возражали противъ неопредѣленныхъ, туманныхъ, двусмысленныхъ и копромиссныхъ выраженій и высказываній о истинахъ вѣры и требовали точности и ясности формулировокъ. Вотъ, напримѣръ, соотвѣтствующія слова изъ деклараціи на Лозаннской конференціи: «Представителями Православной Церкви на конференціяхъ часто заявлялось, что въ дѣлахъ вѣры и совѣсти нѣтъ возможности компромисса. Одни и тѣ-же слова общепринятаго заявленія, по нашему сужденію, не могутъ выражать два различныхъ мнѣнія и нельзя вывести изъ нихъ двухъ различныхъ понятій. И мы, православные, не можемъ надѣяться, что соглашеніе, достигнутое на основѣ такихъ заявленій, будетъ прочнымъ». О томъ же самомъ говорилось и въ деклараціи православныхъ делегатовъ на Эдинбургской конференціи: «Мы просимъ прощенія, если мы совершенно откровенно скажемъ, что иногда и даже очень часто та форма, въ которой были составлены окончательныя постановленія докладовъ, не соотвѣтствовала нашему духу. Обобщенія и употребленіе абстрактного способа выраженія не отвѣчаетъ православному сознанію. Мы полагаемъ, что истинѣ оказывается лучшее служеніе, если въ религіозныхъ дискуссіяхъ ясно устанавливаются точки расхожденія. Если согласіе устанавливается на этой основѣ, то его цѣнность очень значительна». И далѣе: «Мы, православные, подчеркиваемъ необходимость точности и конкретности въ формулировкѣ вѣры, такъ какъ мы убѣждены, что двусмысленныя и слишкомъ широкія выраженія вѣры имѣютъ лишь незначительную цѣн/с. 307/ность. Мы возстаемъ противъ неопредѣленныхъ и абстрактныхъ понятій, употребляемыхъ для отождествленія воззрѣній и ученій, въ дѣйствительности отличающихся другъ отъ друга. Поэтому мы, православные, почитаемъ своимъ долгомъ по отношенію къ нашимъ Церквамъ и къ нашей совѣсти заявить со всей серьезностью и со всѣмъ смиреніемъ, что доклады, составленные на такомъ неопредѣленномъ и абстрактномъ языкѣ, быть можетъ, содѣйствуютъ возсоединенію церквей, обладающихъ одними и тѣми же существенными признаками, но они совершенно безполезны по отношенію къ высшей цѣли, для которой они примѣнялись, въ особенности, по отношенію къ Православной Церкви».

Православные делегаты на экуменическихъ конференціяхъ неоднократно излагали православное ученіе о Церкви, указывая на то, что можетъ быть и есть только одна Церковь, только она «столпъ и утвержденіе Истины», что она видима и что авторитетъ Св. Писанія основывается на авторитетѣ Церкви. На Лозаннской конференціи проф. Н. Глубоковскій заявилъ: «Сама Церковь со Христомъ, какъ неотдѣлимымъ Главой, и со Святымъ Духомъ, какъ постояннымъ руководителемъ, есть источникъ ея вѣроученія. Изъ Священнаго Писанія и Преданія черпается ученіе вѣры для отдѣльныхъ членовъ. Церковь есть «столпъ и утвержденіе Истины». Въ заявленіи православныхъ делегатовъ на Эдинбургской конференціи сказано: «Мы признаемъ Церковь, а не «слово» (писанное и проповѣданное слово) первымъ факторомъ нашего спасенія. Писанія намъ даны Церковью». «...Православная Церковь вѣритъ, что Церковь, на основаніи ея существеннаго признака, видима, и что одна истинная Церковь на землѣ можетъ быть видимой и можетъ существовать».

Наконецъ, въ отвѣтъ на настойчивыя стремленія многихъ экуменистовъ къ евхаристическому общенію между различными Церквами, православные делегаты указывали на то, что евхаристическое общеніе можетъ имѣть мѣсто только послѣ достиженія полнаго возсоединенія: «Мы настаиваемъ на томъ, что евхаристическое общеніе должно считаться завершающимъ актомъ подлиннаго и дѣйствительнаго возсоединенія, каковое уже до этого должно быть достигнуто путемъ основоположительнаго согласія въ области вѣры и церковнаго порядка», говорится въ заявленіи православныхъ делегатовъ на Эдинбургской конференіи.

Православная Церковь должна отвергать точку зрѣнія нѣкоторыхъ экуменистовъ, защищающихъ, такъ называемую «теорію вѣтвей», т. е. полагающихъ, что ни одна изъ существующихъ церквей не есть видимая истинная Церковь, что всѣ церкви — части невидимой истинной Церкви, выражающія только одну сторону Христіанства и, по мнѣнію которыхъ, полнота истины — въ совокупности всѣхъ исповѣданій и смыслъ экуменическаго движенія заключается въ выраженіи духов/с. 308/наго богатства, разнообразія и гармоніи, свойственныхъ христіанству, какъ цѣлому. Согласно этой теоріи, Православная Церковь, римско-католическая и протестантскія церкви — главныя вѣтви единой Церкви; онѣ, такъ сказать, дополняютъ другъ друга и, конечно, равноправны. Эта теорія — только отвлеченная теорія, ибо фактически каждая изъ существующихъ церквей считаетъ именно себя истинной, и эта теорія не можетъ никого побуждать къ отказу отъ этой вѣры. Можно ли серьезно утверждать, что существующія церкви дополняютъ другъ друга, когда онѣ, въ дѣйствительности, въ самыхъ существенныхъ догматахъ несогласны, даже противорѣчатъ другъ другу. Далѣе, ясно видно, что эта теорія приноситъ проблему истины въ жертву стремленію къ воображаемому единству. Наконецъ, понятіе вѣротерпимости, связанное съ этой теоріей, основывается не на Божественномъ Откровеніи (Св. Писаніи), а позаимствовано изъ гуманизма.

Вообще, достиженіе единства въ вѣрѣ — сама трудная и, какъ кажется, почти неразрѣшимая проблема экуменическаго движенія. Экуменическое движеніе для вѣры и церковнаго порядка стремится къ возсоединенію всѣхъ церквей, а, между тѣмъ, относительно самого понятія о Церкви до сихъ поръ еще не достигнуто общаго согласія.

Вѣрно замѣтилъ одинъ богословъ, что всѣ конференціи положили въ основу своихъ разсужденій и сужденій положеніе: нужно дѣйствовать такъ, «какъ будто бы всѣ христіане причастны къ единому Тѣлу Христову». Но такое положеніе для насъ непріемлемо.

Само собою разумѣется, что экуменическое движеніе не можетъ довольствоваться моральнымъ единствомъ христіанскаго міра, т. е. единствомъ во взаимной любви и въ практическомъ сотрудничествѣ, ибо это единство было бы, въ дѣйствительности, только чисто внѣшнимъ, даже фиктивнымъ единствомъ; фактически раздѣленія въ вѣрѣ, въ таинствахъ и въ церковномъ порядкѣ продолжали бы существовать. Взаимная любовь, междуконфессіональное братолюбіе не можетъ замѣнить единомыслія въ основныхъ истинахъ христіанской вѣры и единства благодатной жизни Церкви. Только вѣра въ единую и цѣлокупную Христову Истину и причастіе къ благодатной жизни единой Христовой Церкви можетъ быть основой и сущностью подлиннаго церковнаго единства. Тѣ, которые полагаютъ, что достаточны взаимная любовь и сотрудничество, требуютъ взаимнаго толерантнаго отношенія различныхъ христіанскихъ исповѣданій. Но это совершенно невозможно для того, кто убѣжденъ въ истинности своего вѣроисповѣданія. Познанная нами истина требуетъ, чтобы мы свидѣтельствовали о ней, требуетъ обличенія неправовѣрія и заблужденія. Наконецъ, эта толерантность должна привести, въ концѣ концовъ, къ догматическому безразличію и даже къ явному или скрытому адогматизму.

/с. 309/ Совершенно непріемлемо и утвержденіе, будто бы истинная Церковь существуетъ невидимо во всѣхъ христіанскихъ исповѣданіяхъ. Этого не можетъ быть уже потому, что различныя вѣроисповѣданія не только различаются другъ отъ друга, но даже противорѣчатъ другъ другу въ основныхъ догматахъ христіанской вѣры. Это мнѣніе противорѣчитъ и Св. Писанію, по ученію котораго Церковь есть «столпъ и утвержденіе истины», а какъ «столпъ и утвержденіе истины», она не можетъ обитать въ вѣроисповѣданіяхъ съ противорѣчивыми ученіями. Въ своемъ строго послѣдовательномъ практическомъ примѣненіи и это мнѣніе нѣкоторыхъ экуменистовъ должно привести къ догматическому безразличію и адогматизму, ибо, если истинная Христова Церковь существуетъ во всѣхъ исповѣданіяхъ, тогда, въ сущности, всѣ догматическія изслѣдованія и споры совершенно излишни.

Далѣе, если мы, православные, вѣримъ, что есть и можетъ быть только одна видимая, истинная Церковь, именно, наша Св. Православная, а другіе упорно утверждаютъ, что ни одна изъ существующихъ видимыхъ церквей не есть истинная, а только нѣкая воображаемая невидимая, стоящая выше всѣхъ существующихъ исповѣданій, или существующая невидимо въ нихъ, то тутъ вообще нѣтъ возможности сговориться, придти къ одному знаменателю.

Нѣкоторые экуменисты мечтаютъ о какой-то будущей новой церкви, въ которой, по ихъ мнѣнію, объединятся всѣ христіане и въ созданіи которой должны участвовать всѣ вѣроисповѣданія, внеся свой вкладъ. Но если въ настоящее время, дѣйствительно, нѣтъ на землѣ истинной Церкви и мы должны ее только еще создать, тогда обѣтованіе Христа о Церкви, которую не преодолѣютъ врата ада, не исполнилось. А если Христосъ оказался безсильнымъ въ созданіи и охраненнніи Своей Церкви, тогда наши мечты о будущей единой истинной Церкви совершенно необоснованны.

Наконецъ, мы не можемъ присоединиться къ разнымъ попыткамъ установленія, такъ наз., догматическаго минимума, какъ основы и выраженія единства въ вѣрѣ. Мы должны требовать исповѣданія полноты Христовой Истины, т. е. всѣхъ православныхъ догматовъ вѣры и благочестія.

Есть еще рядъ другихъ факторовъ, затрудняющихъ работу экуменическаго движенія, такъ, напр., общій докладъ Эдинбургской конференціи указываетъ, между прочимъ, на національную исключительность, рассовыя и классовыя антагонизмы и тому под. Но эти препятствія, стоящія на пути экуменическаго движенія, сравнительно легче преодолимы, если бы удалось достигнуть единства въ вѣрѣ. Но на это, пока, мало надежды; слишкомъ разнообразны и разнорѣчивы догматическія ученія и богословскія воззрѣнія, сталкивающихся на экуменическихъ конференціяхъ.

/с. 310/ Можно предположить, что дѣло экуменизма, выраженнаго движеніемъ «вѣра и церковный порядокъ», имѣло бы болѣе существенный успѣхъ, если бы онъ былъ болѣе скроменъ въ своихъ планахъ и реальныхъ заданіяхъ, если бы онъ, пока, ограничился содѣйствіемъ возсоединенію наиболѣе близкихъ исповѣданій. Это сужденіе было и высказано въ деклараціяхъ православныхъ делегатовъ Лозаннской и Эдинбургской конференцій. Въ Лозаннѣ м. Германосъ заявилъ отъ имени православыыхъ делегатовъ: «мы привѣтствовали бы съ удовлетвореніемъ, какъ начало общаго возсоединенія, частичное единеніе тѣхъ церквей, которыя согласны въ принципахъ. Нашей Православной Церкви было бы тогда легче вести переговоры о возсоединеніи съ церквами, соединившимиси въ одной Церкви единою вѣрою, чѣмъ со многими церквами съ различными вѣроисповѣданіями». Въ Эдинбургской деклараціи сказано: «Общее возсоединеніе христіанскихъ церквей могло бы быть ускорено, если бы сперва удалось достигнуть единенія между церквами, которыя похожи другъ на друга. Такимъ образомъ можно способствовать постепенному взаимному приближенію христіанскихъ церквей. Благопріятные результаты, въ настоящее время достигнутые въ различныхъ частяхъ міра тѣмъ, что церкви, родственныя другъ другу, снова достигли объединенія, или находятся на пути къ ихъ достиженію, наполняютъ насъ надеждою и ободряютъ насъ къ продолженію нашихъ усилій въ направленіи окончательнаго возсоедниенія всѣхъ христіанъ».

Но пока въ этой области не досгигнуго существеннаго успѣха, православные, какъ говорилось въ Лозаннской деклараціи, «могутъ взять на себя общую работу съ другими церквами въ соціальной и нравственной областяхъ на основѣ христіанской любви». Другими словами, наше участіе въ экуменическомъ движеніи въ настоящее время можетъ выражаться, главнымъ образомъ, въ практическомъ сотрудничествѣ съ другими церквами.

Конечно, въ этомъ участіи необходимы осторожность и осмотрительность, ибо, въ виду соединенія практическаго сотрудничества съ дѣломъ возсозданія церквей, это практическое сотрудничество можетъ стать опаснымъ и вреднымъ, если оно склоняетъ къ мысли, что догматическое ученіе менѣе важно, чѣмъ заповѣдь любви. Практическое сотрудничество не должно сопровождаться равнодушіемъ къ догматическимъ разногласіямъ, или недооцѣнкой значенія догматическихъ различій.

Такое сотрудничество, далекое отъ всякихъ догматическихъ и идеологическихъ компромиссовъ, несомнѣнно, содѣйствуетъ взаимному сближенію и пониманію, можетъ устранять множество предразсудковъ и предубѣжденій и психологически подготовить почву для болѣе успѣшной экуменической работы.

Во всякомъ случаѣ, эта конференція является для насъ очень удобнымъ полемъ для просвѣтительной и миссіонер/с. 311/ской дѣятельности въ руководящихъ инославныхъ церковныхъ кругахъ. Часто я сожалѣлъ, что православное представительство было слишкомъ малочисленнымъ.

Очень нецѣлесообразно участіе въ экуменическомъ движеніи представителей разныхъ крайне раціоналистическихъ и модернистическихъ направленій протестантизма, отрицающихъ даже основныя истины христіанской вѣры — ученіе о Пресвятой Троицѣ, о Божествѣ Іисуса Христа, о таинствахъ и т. д. Ихъ участіе только затрудняетъ экуменическую работу.

Кромѣ того, должно насъ смущать и то обстоятельство, что нѣсколько организацій, участвующихъ въ экуменическомъ движеніи, напр., Федеральный Совѣтъ церквей Христа въ С.А.Ш., Христіанское студенческое движеніе и Всемірный союзъ для работы дружбы черезъ церкви, связаны съ организаціей "Содружество вѣры" ("Thе Fеllоwshiр оf Faith"), ибо въ эту организацію входятъ, между прочимъ, и рядъ еврейскихъ, соціалистическихъ и коммунистическихъ обществъ и союзовъ, напр., Организація сіонистовъ, Англо-еврейское общество, Друзья совѣтской Россіи, Общество для культурной связи съ Россіей и др. и нѣсколько масонскихъ ложъ.

Но все-же, я полагаю, что наше участіе на экуменическихъ конференціяхъ очень полезно и желательно. Намъ необходимо разсѣять всѣ недоумѣнія и часто просто каррикатурныя представленія о Православіи, до сихъ поръ распространенныя въ инославныхъ кругахъ.

Примиреніе съ существующимъ положеніемъ оторванности большей части христіанскаго міра отъ Православной Церкви, равнодушное отношеніе къ экуменическимъ исканіямъ единства Церкви — было бы непростительнымъ грѣхомъ, ибо мы должны носить отвѣтственность и за судьбу тѣхъ, которые пребываютъ еще внѣ ограды Церкви и за будущую судьбу всего христіанскаго міра. Поэтому мы не можемъ отказываться отъ участія въ экуменическомъ движеніи и этимъ своимъ участіемъ выразить активно свою волю къ возсоединенію всѣхъ съ Православной Церковью.

Но участвуя въ экуменическомъ движеніи, мы должны остерегаться уступчивости и снисходительности, ибо это крайне вредно и опасно, укрѣпляя инославныхъ въ убѣжденіи, что они уже являются членами истинной Церкви. Въ области догматики и другихъ существенныхъ и основныхъ вопросовъ мы не можемъ уменьшить свои требованія.

Мы стоимъ пока только въ началѣ экуменическаго движенія. Можетъ быть, оно заглохнетъ съ теченіемъ времени, а можетъ быть, оно разовьется вширь и вглубь. И было бы большой ошибкой, слѣдитъ за этимъ движеніемъ, ограничиваясь только ролью посторонняго наблюдателя, не участвуя активно въ немъ, не стараясь направить его въ надлежащее русло.

Христосъ повелѣлъ: «Идите, научите всѣ народы». На экуменической конференціи присутствуютъ представители раз/с. 312/личныхъ народовъ, христіанскихъ, но пребывающихъ еще внѣ ограды Церкви. Слѣдовательно, мы должны осуществлять это повелѣніе Христа Спасителя и на этихъ конференціяхъ. Но, повторяю, мы не должны дѣлать никакихъ уступокъ, не соглашаться ни на какіе компромиссы, открыто и ревностно раскрывать всѣ заблужденія и проповѣдывать только истинное и чистое Православіе.

Оксфордская конференція для практическаго христіанства и большевизмъ.

Незадолго до Оксфордской конференціи, въ то время, когда широкіе круги демократически настроенной западно-европейской общественности восхищались новой Сталинской конституціей и вѣрили въ эволюцію соввласти, я опубликовалъ въ главномъ органѣ мірового антибольшевицкаго движенія «Contra Komintern» (іюль 1937 г.) статью: «Религіозная жизнь и преслѣдованія христіанъ въ совѣтскомъ Союзѣ». Въ этой статьѣ я охарактеризовалъ тяжелое положеніе всѣхъ религіозныхъ объединеній въ СССР и указалъ, на то, что антирелигіозная борьба неослабно продолжается, что и новая, яко-бы «демократическая», сталинская конституція, между прочимъ, орудіе антирелигіозной политики соввласти, что объ ея эволюціи въ сторону болѣе толерантнаго отношенія къ религіи и Церкви не можетъ быть рѣчи. Въ концѣ своей статьи я указалъ на великую отвѣтственность христіанскихъ церквей. Въ сознаніи этой отвѣтственности онѣ должны противопоставить большевизму непреодолимую твердыню, и совершенно недопустимы такіе печальные и возмутительные факты, какъ напр., распространеніе пробольшевицкихъ идей отдѣльными представителями церковныхъ организацій. Статью я окончилъ словами: «Эти конференціи (т. е. въ Оксфордѣ и Эдинбургѣ) должны дать недвусмысленное авторитетное заявленіе о подлинной сущности большевизма, аппеллировать къ міровой совѣсти, призвать правительства и отвѣтственные круги всѣхъ государствъ и народовъ къ борьбѣ противъ большевизма, предостерегать отъ всякаго заигрыванія церковныхъ круговъ и отдѣльныхъ лицъ съ большевизмомъ и указать средства и пути, приводящіе къ преодолѣнію большевизма. На этихъ конференціяхъ всѣ церкви и религіозныя общины должны сплотиться и требовать организаціи единаго антибольшевицкаго фронта и поддержки такового. Такъ какъ антирелигіозная борьба есть интернаціональное дѣло, то и борьба противъ большевизма должна быть интерконфессіональнымъ дѣломъ и интерконфессіональной задачей. Если удастся осуществить этотъ рѣшающій шагъ, эти конференціи будутъ поворотныиъ пунктомъ въ исторіи христіанства и благословеніемъ для человѣчества».

/с. 313/ Эти заключительныя слова моей статьи выражали тѣ сокровенныя мысли и надежды, съ которыми я поѣхалъ въ Англію. Но, увы, мнѣ предстояло жестокое разочарованіе. Еще въ Берлинѣ меня предупредили люди, свѣдущіе въ области международной политики и освѣдомленные о настроеніяхъ, намѣреніяхъ и закулисной работѣ извѣстныхъ круговъ, что Оксфордская конференція врядъ-ли рѣшится на открытое атибольшевицкое выступленіе. Но я не вѣрилъ этимъ словамъ, предполагая, что въ Берлинѣ, по какимъ-то соображеніямъ, стараются заранѣе дискредитировать конференцію, такъ какъ она состоялась въ сферѣ непосредственнаго англійскаго вліянія. Но, къ моему великому смущенію, то же самое повторилъ мнѣ тотчасъ по прибытіи въ Лондонъ одинъ русскій, посвященный въ настроенія англійскихъ церковныхъ круговъ. Онъ разъяснилъ мнѣ: Конференція состоится въ Англіи, а Англія въ данное время благоволитъ къ СССР, какъ союзнику противъ Японіи, которая теперь опасна для Англіи. Далѣе, въ Англіи относятся враждебно къ націоналъ-соціализму въ Германіи; Германія — врагъ СССР, въ которомъ Англія нуждается. Наконецъ, въ Англіи многіе того мнѣнія, что положеніе христіанъ въ СССР теперь уже не настолько тяжелое, какъ утверждаютъ непримиримые враги соввласти и русскіе эмигранты. А что мои освѣдомители въ Берлинѣ и откровенный русскій собесѣдникъ въ Лондонѣ были правы, въ этомъ убѣдило меня сразу торжественное открытіе Оксфордской конференціи.

Въ своемъ привѣтственномъ словѣ Архіепископъ Кентерберійскій высказалъ сожалѣніе, что отсутствовали представители римско-католической и нѣмецкой евангелической церквей (изъ Германіи должны были пріѣхать около 40 делегатовъ, но 6-и делегатамъ германское правительство не разрѣшило выѣзда изъ Германіи, послѣ чего остальные делегаты, изъ чувства солидарности, не поѣхали на конференцію). Но высокопреосвященный глава Англиканской церкви не считалъ нужнымъ упомянуть о томъ, что нѣтъ представителей великой Русской Православной Церкви въ СССР. Къ чести многихъ делегатовъ я долженъ замѣтить, что это молчаніе объ отсутствіи делегатовъ изъ СССР и о кровавой русской Голгоѳѣ огорчило не только меня. Но одинъ англичанинъ, которому я высказалъ свои недоумѣнія, возразилъ мнѣ: имѣются же представители Русской Церкви, напр., о. прот. Булгаковъ, вы и др. Я ему отвѣтилъ, что никто изъ присутствующихъ русскихъ делегатовъ зарубежной Русской Прав. церкви не можетъ замѣнить отсутствующихъ делегатовъ Русской Церкви въ СССР, ибо самъ Архіепископъ Кентерберійскій не допускаетъ мысли, что нѣмецкіе делегаты меньшинственныхъ евангелическихъ церквей въ Австріи, Венгріи и въ другихъ странахъ замѣняютъ или представляютъ евангелическую церковь въ Германіи.

/с. 314/ Цѣль Оксфордской конференціи заключалась, какъ было сказано въ программѣ, въ изслѣдованіи «жгучихъ вопросовъ, поставленныхъ христіанству въ настоящее время». Эти «жгучіе вопросы» были формулированы въ слѣдующихъ пяти темахъ: 1) Церковь и народъ; 2) Церковь и государство; 3) Церковь, государство и народъ въ ихъ отношеніи къ экономическому порядку; 4) Церковь, государство и народъ въ ихъ отношеніи къ воспитанію и 5) Святая каѳолическая Церковь и миръ народовъ (сюда была отнесена и частная тема: Христіанство и война).

Мы, прекрасно знающіе изъ горькаго опыта русскаго народа, что такое большевизмъ, должны сожалѣть, что вопросъ о большевизмѣ — по нашему убѣжденію — самый жгучій вопросъ не былъ выдѣленъ въ отдѣльную тему. Съ нашей точки зрѣнія, иниціаторы и организаторы конференціи уже здѣсь обнаружили своеобразную слѣпоту и непонятное для насъ игнорированіе страшнѣйшаго факта нашего времени. Вслѣдствіе этого случилось, что большевизма касались только, такъ сказать, мимоходомъ въ секціяхъ и нѣсколько разъ въ отдѣльныхъ докладахъ, но всегда только въ связи съ другими вопросами современности. Не выдѣливъ большевизма изъ сложнаго комплекса поставленныхъ вопросовъ, конференція могла разсматривать большевизмъ только какъ частное явленіе современности и низвела его даже на второе, а иногда и на третье и четвертое мѣсто.

Но это еще не все и не самое худшее! Самое прискорбное то, что конференція иногда молчала о большевизмѣ, когда можно и нужно было говорить о немъ и, кромѣ того, иногда искажала сущность большевизма, замазывала его отвратительную сторону, отталкивающія черты и свойства и пыталась найти въ немъ какія-то сходства и родства съ евангельскими идеями и идеалами.

Я боюсь, что многимъ изъ васъ это покажется просто невѣроятнымъ, поэтому я считаю своимъ долгомъ доказать свои утвержденія.

Въ докладѣ, предложенномъ 1-й секціи «Церковь и народъ», говорится о разныхъ попыткахъ взять подъ руководство и снова формировать жизнь общества. Здѣсь мы читаемъ, между проч., слѣдующее: «Въ русскомъ коммунизмѣ основывается эта попытка на началѣ полной отдачѣ себя безклассовому обществу, въ которомъ всѣ имѣютъ одинаковыя права и нѣтъ національныхъ границъ. Общественная жизнь должна возсоздаться по строго раціональнымъ принципамъ. Сила для этого черпается изъ энтузіастическаго чувства, чтобы начинать сначала и имѣть предъ собою неограниченныя возможности. Частныя и національныя обязательства должны уступить мѣсто все превышающимъ обязательствамъ по отношенію къ пролетаріату. Мусоръ прошедшаго надо убрать, чтобы было мѣсто для совершенно новаго зда/с. 315/нія... Равенство и братство, но не свобода, должны быть установлены и всѣ привилегіи должны исчезнуть. Всѣ индивиды или группы, которые препятствуютъ реализаціи этого новаго порядка, должны быть немилосердно уничтожены въ переходящій періодъ. Такъ человѣкъ долженъ быть хозяиномъ своей судьбы» (стр. 5). Читаешь эти слова и просто удивляешься поразительной слѣпотѣ западно-европейскихъ оцѣнщиковъ большевизма. Все еще фантазируютъ о какомъ-то коммунистическомъ энтузіазмѣ, когда мы, въ дѣйствительности, имѣемъ дѣло съ большевицкимъ бѣснованіемъ. А гдѣ въ СССР, хотя бы отдаленное, замѣтное осуществленіе равноправія, равенства и братства, уничтоженіе привилегій и прочихъ демагогическихъ лозунговъ? Даже восхищенные совѣтскимъ строительствомъ интуристы должны были убѣдиться въ полномъ безправіи многомилліонной народной массы, въ отсутствіи всякаго равенства даже въ партіи. Братство замѣнено партійнымъ товариществомъ. А человѣкъ ли въ СССР хозяинъ своей судьбы? Не партія ли, или, точнѣе, ея верхушка и неограниченный самодержецъ Сталинъ? Не въ демагогическихъ лживыхъ лозунгахъ шайки обманщиковъ и преступниковъ открываются сущность, устремленія и цѣли большевизма, а въ его кровавой, безчеловѣчной практикѣ!

Въ другомъ мѣстѣ того же самаго доклада (стр. 11) говорится: «Поскольку братство пролетаріата снова пробуждаетъ вѣрность и товарищество, самодисциплину и самопожертвованіе, оно есть союзникъ христіанства». Сколько нужно имѣть соглашательской смѣлости, чтобы додуматься до мысли, что III интернаціоналъ есть, въ извѣстныхъ отношеніяхъ, союзникъ христіанства!

Въ докладѣ, разработанномъ самой секціей «Церковь и народъ», эти соблазнительныя сужденія, слава Богу, не повторены, но недостатокъ этого доклада заключается въ томъ, что въ немъ вообще ничего не говорится о большевизмѣ, нѣтъ даже намека на него. Докладъ полемизируетъ противъ національного эгоизма, національной гордости, противъ расовой теоріи и прочихъ «грѣховъ» фашизма, но все же признается законность, религіозная оправданность и значеніе національнаго начала и націи, какъ творенія Божія. Но разъ это такъ, разъ «нація» положительная цѣнность, то почему же ничего не сказано о большевизмѣ, который, какъ извѣстно, разлагаетъ націю и народъ? Несомнѣнно, конференція должна была изслѣдовать и осудить это разлагающее антинаціональное и антинародное вліяніе большевизма. Въ пленарномъ засѣданіи я сдѣлалъ соотвѣтствующее предложеніе, но особаго успѣха я не имѣлъ, ибо, какъ я позже узналъ, редакціонная комиссія, правда, сдѣлала дополненіе, но замѣнивъ слово «большевизмъ» словомъ «атеизмъ».

II секція обработала тему «Церковь и государство». Напрасно мы искали бы въ докладѣ, предложенной этой сек/с. 316/ціи, характеристику большевицкой государственности и ея отношенія къ религіи и церкви, хотя совѣтская дѣйствительность дала бы богатый фактическій матеріалъ. Поэтому неудивительно, что и въ докладѣ самой секціи почти ничего существеннаго не сказано о большевизмѣ. Только въ концѣ доклада сказано, что въ настоящее время задача Церкви — «сочувственно слѣдитъ за судьбой тѣхъ христіанъ и нехристіанъ, которые являются жертвой жестокостей и преслѣдованій, и по мѣрѣ силъ обезпечить имъ такое отношеніе, которое согласуется съ достоинствомъ ихъ человѣческой личности, какъ чадъ Божіихъ».

Конечно, конференція имѣла въ виду и христіанъ въ СССР, но судя по той атмосферѣ и по тому настроенію, которыя господствовали въ Оксфордѣ, прежде всего католиковъ и сторонниковъ исповѣднической вѣры въ Германіи. Подъ «нехристіанами» слѣдуетъ разумѣть евреевъ, судьба которыхъ была особенно близка членамъ конференціи.

Третья секція занималась экономической проблемой. Разговоры о кризисѣ капитализма стали уже обычнымъ явлениемъ, но въ то время, когда одни считаютъ его болѣзни излѣчимыми, большевизмъ пропагандируетъ свою программу экономического строя, и, къ сожалѣнію, не безуспѣшно. Ясно, конечно, что конференція должна была заниматься не только разсмотрѣніемъ капиталистической формы хозяйства, но подвергнуть розбору и критической оцѣнкѣ и ту систему хозяйства, которую пытаются осуществитъ въ СССР, во имя котораго населеніе Сов. союза ежедневно приноситъ громадные жертвы, голодаетъ, изнемогаетъ подъ непосильнымъ трудомъ, и которую компартіи всѣхъ странъ предлагаютъ трудовому народу. А между тѣмъ, какъ проектъ доклада для III секціи, такъ и докладъ, разработанный секціей, отказываются разсматривать коммунистическую экономическую систему и ограничиваются только критикой современнаго капитализма въ Европѣ и Америкѣ.

Конечно, объ этомъ мы должны сожалѣть, ибо характеризуя совѣтское хозяйство и экономическое положеніе всего населенія совѣтского Союза, можно было бы легко доказать и показать, что совѣтское хозяйство — самое худшее изъ всѣхъ. Совѣтскій экономическій строй не избавилъ народной массу отъ тѣхъ бѣдствій, къ которымъ привелъ современный капитализмъ, ибо въ СССР на каждомъ шагу неравенство; необезпеченность трудящихся, разница въ заработной платѣ; даже классовыя различія не преодолѣны, ибо надъ милліонами несчастныхъ, порабощенныхъ и эксплоатируемыхъ пролетаріевъ возвышается тонкій слой хорошо оплачиваемыхъ ударниковъ, стахановцевъ и прочихъ «знатныхъ» людей; нѣтъ тамъ и стачечнаго права, нѣтъ увѣренности въ завтрашнемъ днѣ; наблюдается и тамъ жажда наживы; экономическая власть сосредоточена въ рукахъ большевицкой верхушки. Вотъ о всемъ этомъ конференція должна была бы говорить.

/с. 317/ Въ проектѣ доклада естъ одно мѣсто, гдѣ говорится о коммунизмѣ, именно, сказано, что современный труженникъ — рабочій, вслѣдствіе раздѣленія труда, не сознаетъ значенія своей доли работы въ дѣлѣ массовой продукціи. Но къ этому вѣрному сужденію прибавлено невѣрное замѣчаніе, что при коммунистическомъ режимѣ въ начальный періодъ это сознаніе безсмысленности труда, можетъ быть, преодолѣно пропагандой ненависти къ внутреннимъ врагамъ; позже, правда, эта пропаганда потеряетъ свое дѣйствіе (стр. 2). Я утверждаю, что русскій опытъ не оправдываетъ этого предположенія. Конечно, пропаганда ненависти къ внутреннимъ врагамъ велась всегда, ведется и въ настоящее время въ СССР, но она нисколько не содѣйствовала тому, чтобы русскій рабочій сознавалъ значеніе своей доли работы въ дѣлѣ массовой продукціи, ибо между пропагандой классовой ненависти и сознаніемъ смысла труда нѣтъ никакой внутренней связи. Русскій рабочій никогда не сознавалъ значенія своего труда и своей рабской трудовой жизни при коммунистическомъ строѣ, несмотря на бѣшенную пропаганду классовой ненависти, которой онъ подвергался съ утра до вечера. Совѣтскія газеты всегда переполнены грозными обличеніями лѣности, рвачества, отсутствія трудовой дисциплины и т. д.

Въ самомъ концѣ мы находимъ очень рискованное утвержденіе, именно, сказано, что христіане, какъ члены политическихъ партій, профсоюзовъ и другихъ организацій, обязаны сдѣлать все для улучшенія экономическаго строя, «если нужно и революціоннымъ сверженіемъ современной хозяйственной и соціальной системы» (стр. 25). Я ограничу только вопросомъ: не вода ли это на мельницу большевизма? Вѣдь, соціалъ-демократическія партіи почти всѣхъ странъ вступили на реформистскій путь, не ожидая ничего хорошаго отъ революціоннаго переворота. Да, и дѣло ли христіанской конференціи за одно съ большевиками призывать къ революціонному сверженію существующаго строя. Въ секціонномъ докладѣ эти соблазнительныя слова пропущены, или, точнѣе, значительно смягчены. Здѣсь только сказано: христіанинъ долженъ признать, «что часто освобожденіе людей отъ несправедливости достижимо только путемъ извѣстной мѣры коллективнаго давленіям, и что христіане обязаны содѣйствовать, если нужно, полному преобразованію существующей экономической и политической системы (стр. 3). Идеологи революціоннаго переворота, конечно, могутъ эти туманныя слова понимать и истолковывать по своему.

Въ секціонномъ докладѣ о коммунизмѣ только сказано, что онъ вызванъ несправедливостями господствующаго экономическаго строя, но прибавлено замѣчаніе, что, по заявленію руководящихъ представителей Церкви, требованія справедливости соціального и экономическаго порядка имѣютъ первоначальное родство съ требованіями христіанскаго благо/с. 318/честія; Церковь должна только отвергать ихъ матеріалистическую и утопическую форму (стр. 2). На какомъ основаніи постулируется первоначальное родство между соціальнымъ и экономическими требованіями коммунизма и христіанскаго благочестія въ докладѣ не выяснено, да это вообще невозможно, по той простой причинѣ, что здѣсь вообще нѣтъ никакого родства, о только діаметральная противоположность. А, во вторыхъ, коммунобольшевизмъ — настолько цѣльная система, что, если отнять матеріалистическую форму, отъ него вообще ничего не остается.

Четвертая секція разсматривала проблему воспитанія. Слѣдовало бы ожидать, что конференція имѣла всѣ основанія, чтобы обратить вниманіе на совѣтское антирелигіозное воспитаніе. Но этого не случилось. Въ докладахъ вообще нѣтъ упоминанія о большевизмѣ и его идеалахъ и методахъ воспитанія, какъ будто-бы совѣтская школа и совѣтское воспитаніе не заслуживаютъ вниманія.

Пятая секція обсудила тему «Церковь и миръ народовъ», т. е. точнѣе, положеніе Церкви въ международной жизни и ея отношеніе къ вопросамъ международной жизни.

Какъ извѣстно, еще въ прошломъ 1937 году «Лига Націй» переживала тяжелый кризисъ; самая идея «Лиги Націй» была уже въ опасности. Конечно, члены конференціи ясно сознавали, что «Лига Націй», въ томъ видѣ, въ какомъ она учреждена и существуетъ, не оправдала возложенныхъ на нее надеждъ. Поэтому они ограничились только защитой самой идеи, рекомендуя реформы ея структуры и измѣненія ея устава. Но, къ сожалѣнію, конференція никакъ не хотѣла признать, что самой роковой ошибкой было принятіе въ Лигу Націй сов. правительства, этого дипломатическаго представительства Коминтерна и проводника міровой революціи. Нашъ русскій профессоръ М. Зызыкинъ указывалъ на это, подалъ даже мотивированное письменное заявленіе. Но успѣха онъ не имѣлъ, хотя многіе ему открыто сочувствовали и поддерживали.

Въ докладѣ V-й секціи утверждается, что «коммунизмъ усматриваетъ въ диктатурѣ только преходящее явленіе въ связи съ развитіемъ международнаго порядка» (стр. 7). Въ теоріи это, можетъ быть, и такъ, но не на практикѣ. А конференція должна была интересоваться и коммунистической практикой, тогда она увидѣла бы, что въ СССР, гдѣ фактически уже нѣтъ прежнихъ классовъ, диктатура не только еще существуетъ, но даже усиливается и ожесточается. Да можетъ ли коммунизмъ вообще отказаться отъ диктатуры. Нѣтъ, онъ противорѣчитъ человѣческой природѣ и можетъ держаться только насиліемъ.

Наконецъ, въ докладахъ (въ проектѣ и въ докладѣ секціи) говорится и о внутреннихъ и о внѣшннхъ препятствіяхъ въ дѣлѣ установленія и утвержденія международнаго порядка. /с. 319/ Тутъ, между прочимъ, сказано, что самое большое практическое препятствіе заключается въ томъ, что нѣкоторыя націи отстаиваютъ свои частныя права, напр., требуютъ признанія права владѣнія пріобрѣтенными ими колоніями. Все это, конечно, вѣрно; но думается намъ, что въ настоящее время главное препятствіе въ дѣлѣ установленія международнаго порядка самое существованіе большевицкаго государства и его участіе въ международной жизни. Соввласти и большевикамъ выгодны нестроенія и революціонныя вслышки въ разныхъ странахъ, международные конфликты и столкновенія. Поэтому они провоцируютъ безпорядки, обостреніе классовыхъ противорѣчій и классовой борьбы и стремятся къ тому, чтобы перессорить отдѣльныя государства. Пока большевицкая соввласть будетъ однимъ изъ факторовъ международной жизни и участвовать въ международной политикѣ, не будетъ ни международнаго порядка, ни международнаго мира.

Какъ уже сказано, пятая секція обсудила еще проблему «христіанство и война». Такъ какъ на конференціи преобладали пацифистскія настроенія и тенденціи, она, конечно, осудила войну, но ни однимъ словомъ не обмолвилась о гражданской войнѣ, хотя эта война — самая преступная изъ всѣхъ войнъ, демоническое проявленіе человѣческой вражды и ненависти.

Кромѣ секціонныхъ докладовъ, на конференціи были заслушаны (но не обсуждены) доклады отдѣльныхъ ораторовъ на разныя темы. Такъ, напр. Rev. William Paton прочелъ докладъ на тему «Значеніе и задачи Церкви». Здѣсь онъ говорилъ о страданіяхъ христіанъ въ Германіи и въ Манчжуріи, о преслѣдованіи евреевъ, но о русскихъ исповѣдникахъ и мученикахъ, о продолжающемся уже болѣе 20-ти лѣтъ антирелигіозномъ террорѣ въ СССР — ни слова.

Но въ порывѣ скрытаго пробольшевизма превзошелъ всѣхъ Нью Іоркскій профессоръ Niebuhr, который позволилъ себѣ утвержденіе: «Поскольку марксизмъ отстаиваетъ значеніе универсальныхъ цѣнностей, его нельзя поставить на одну линію съ фашизмомъ, отрицающимъ всеобщіе интересы во имя своей собственной сама себя оправдывающей жизненной силы. Точно также нельзя отрицать его превосходство надъ гордымъ мѣщанскимъ раціонализмомъ. Къ сожалѣнію, и онъ кончаетъ грѣхомъ самовосхваленія». Итакъ, марксизмъ отстаиваетъ значеніе универсальныхъ цѣнностей! Какихъ-же? Очевидно проф.Нибуръ не читалъ сочиненія ни самаго Маркса, ни его истолкователей Энгельса, Ленина и Сталина, иначе онъ долженъ былъ бы знать, что марксизмъ вообще не признаетъ никакихъ универсальныхъ цѣнностей и поэтому никакъ не можетъ отстаивать ихъ значеніе. И въ чемъ заключается превосходство марксизма надъ гордымъ мѣщанскимъ раціонализмомъ, намъ тоже неизвѣстно. Красная мистика и кровавая магія большевицкихъ палачей превосходитъ гордый мѣ/с. 320/щанскій раціонализмъ, во всякомъ случаѣ, только своей жестокостью, сатанизмомъ и демоническимъ титанизмомъ. И если бы марксизмъ кончилъ только грѣхомъ самовосхваленія, мы были бы готовы простить ему многое. Но, въ дѣйствительности, онъ кончилъ тѣмъ, что превратилъ Россію въ огромную каторгу, русскій народъ — въ армію полуголодныхъ. разоренныхъ, терроризованныхъ невольниковъ, уничтожилъ вѣковыя святыни и повелъ Церковь по тернистому пути на Голгоѳу.

Наконецъ, въ посланіи Конференціи ко всѣмъ христіанскимъ церквамъ содержится фраза: «Въ особенности обращались наши сердца въ сочувствіи и благодарности къ христіанскпмъ братьямъ въ Германіи. Ихъ мужественное свидѣтельство о Христѣ есть для насъ возбужденіе къ живой вѣрѣ, и мы молимъ, чтобы Богъ далъ намъ благодать, добы и мы также ясно свидѣтельствовали о Господѣ» (стр. 4). И тутъ, въ этомъ важномъ документѣ конференціи, ни одного слова о свидѣтельствѣ и мученичествѣ русскихъ христіанъ! Развѣ это молчаніе не наводитъ на самыя грустныя размышленія.

Конечно, присутствовало на конференціи и немало делегатовъ, непримиримо настроенныхъ противъ большевизма, напр., кромѣ всѣхъ членовъ русской делегаціи, представители нѣмецкихъ евангелическихъ церквей въ Венгріи, Югославіи и Румыніи. Открыто антибольшевистски настроенъ былъ и французскій пасторъ M. Boegner и др.

Но были на конференціи и открытые сторонники большевиковъ, напр, «патріархъ» чешской національной церкви Прохаска, который хвастался тѣмъ, что собралъ деньги въ пользу красной Испаніи. Изъ Мадрида пріѣхалъ пасторъ Th. Fliedner, совершенно открыто занимавшійся пробольшевистской агитаціей. Активно участвовалъ и извѣстный пробольшевикъ французскій пасторъ J. Jesequel французскій секретарь европейской секціи «Всемірной конференціи для практическаго христіанства». Лѣтомъ 1937 г. онъ, какъ представитель «Всемірнаго союза для международной работы дружбы черезъ Церкви», былъ, на устроенномъ народнымъ фронтомъ, «Rassemblement pour la paix». Въ письмѣ на имя французской компартіи (на имя ея предсѣдателя) онъ хвалилъ послѣднюю за ея содѣйствіе.

Открытый пробольшевизмъ свилъ себѣ гнѣздо даже въ средѣ англійскаго духовенства. Я указываю только на Dean'а Кентерберійского, который писалъ: «Россія (именно большевицкая) исполнила свою христіанскую миссію, которую мы должны были исполнить. Они (большевики) пошли и на практикѣ осуществили идею христіанства. Мы должны видѣть въ нихъ друзей и союзниковъ въ великомъ религіозномъ движеніи, указывающемъ впередъ». Вмѣстѣ съ другими духовными лицами онъ былъ въ красной Испаніи и затѣмъ утверждалъ, что большевизмъ «близокъ къ намѣреніямъ Христа». /с. 321/ Въ 1937 году онъ посѣтилъ СССР и въ «Извѣстіяхъ» отъ 26-X-37 г. обѣщалъ содѣйствовать укрѣпленію дружбы между Англіей и СССР.

Въ томъ-то бѣда и роковое заблужденіе большинства членовъ конференціи, что они считали главнымъ отрицательнымъ явленіемъ современности не большевизмъ, не красный Коминтернъ и Московскій штабъ міровой революціи, а фашизмъ, націонализмъ, расизмъ, антисемитизмъ и такъ наз. тоталитарныя государства.

Поэтому остріе конференціи было направлено не противъ большевизма, несмотря на его безпримѣрную антирелигіозную борьбу, безмѣрныя страданія всѣхъ вѣрующихъ подъ ярмомъ совѣтской диктатуры и открытый антирелигіозный походъ компартій во всѣхъ странахъ, а противъ фашизма, націонализма и націоналъ-соціализма, т. е. противъ движеній, которыя написали на своемъ знамени о непримиримой борьбѣ противъ большевизма и пока спасли западно-европейскій христіанскій міръ отъ русской Голгоѳы и гибели христіанской культуры.

Конференція не только не разоблачала большевизма, не вскрывала его подлинной сущности, не указывала на его кровавую практику, а приписывала ему достоинства, качества и заслуги, которыхъ у него, въ дѣйствительности, нѣтъ. Утверждали, напримѣръ, что большевизмъ привлекъ на свою сторону народную массу, воодушевилъ ее высокими идеалами, пробудилъ въ ней страстную преданность и т. д. А я долженъ сказать, этой массы сознательныхъ товарищей я еще нигдѣ не видѣлъ, даже на первомайскихъ демонстраціяхъ въ СССР. Я видѣлъ собранія обманутыхъ, духовно-развращенныхъ людей. Я видѣлъ людей, которые сочувствовали коммунизму только потому, что разочаровались въ старыхъ политическихъ и соціальныхъ системахъ и воззрѣніяхъ. Я видѣлъ на коммунистическихъ собраніяхъ людей несчастныхъ, выброшенныхъ за бортъ, обреченныхъ на безработицу, нищету и недоѣданіе, которые искали убѣжища и спасенія отъ невзгодъ подобно тому, какъ въ СССР безпризорные искали ночью убѣжища въ остывшихъ асфальтовыхъ котлахъ. А сочувствовали-ли бы большевизму тѣ сотни тысячъ рабочихъ, которые числятся въ западно-европейскихъ компартіяхъ, если бы они видѣли кровь, слезы, безправіе, порабощеніе, голодъ и нищету рабочихъ и крестьянъ въ СССР? — Конечно, нѣтъ! Несомнѣнно, правъ былъ Архіепископъ Кентерберійскій, когда онъ говорилъ: «Во многихъ тенденціяхъ и движеніяхъ, глубоко безпокоющихъ насъ, есть какъ добро, такъ и зло. Мы должны относиться къ нимъ не только критически и противодѣйствовать тому, что есть зло, но и понимать и укрѣплять то, что есть добро, освободить добро отъ зла, которымъ оно проникнуто... Мы должны отдѣлить плевелы отъ пшеницы и пшеницу положить въ зернохранилище Царства Божія». Но приложимы-ли эти слова къ большевизму? Врядъ-ли. Прежде /с. 322/ всего, то добро, которое нѣкоторые оксфордцы находятъ въ большевизмѣ, въ сущности, христіанскаго происхожденія, унаслѣдовано или позаимствовано изъ христіанства, только искажено и обезображено до неузнаваемости. Зачѣмъ искать это добро въ большевизмѣ, когда оно у насъ въ Св. Евангеліи, въ правилахъ и завѣтахъ православнаго благочестія? — Далѣе, кажется, не совсѣмъ безопасно указывать на «добро» въ большевизмѣ, особенно въ настоящее время почти поголовной религіозной безграмотности и невѣжества. Люди, порвавшіе съ религіей, могутъ подумать. что, слѣдовательно, большевизмъ не такое зло, отъ котораго нужно отворачиваться; другими словами, можетъ возникать соблазнъ примиренчества. Наконецъ, какое же дѣйствительное добро, заслуживающее особаго вниманія, заключено въ теоріи и практикѣ большевизма? Лучше спросимъ: чему можно учиться у большевизма? — Только одному, именно, что должно бороться противъ него такъ, какъ онъ борется противъ религіи и Церкви.

Чѣмъ можно объяснить такое странное, выражаясь осторожно, сдержанное отношеніе къ большевизму? Нельзя же допускать мысли, что делегаты конференціи рѣшительно ничего не знаютъ о большевизмѣ и находятся въ полномъ невѣдѣніи о томъ, что дѣлается въ СССР. Конечно, отчасти это объясняется политическими соображеніями представителей изъ странъ, такъ наз. демократическаго блока. Въ этихъ странахъ преобладаетъ въ настоящее время не отрицательное отношеніе къ Сов. власти, а антипатія къ націоналъ-соціалистической Германіи и страхъ передъ ея возрастающей національной силой и военной мощью. Наряду съ Германіей и фашистская Италія съ ея идеей Римской Имперіи возбуждаетъ подозрѣніе и враждебныя чувства. А, вѣдь, эти двѣ державы являются въ Европѣ, въ данное время, главными противниками Сов. власти, при чемъ многіе увѣрены, что онѣ угрожаютъ не только Сов. Россіи, но и демократическимъ державамъ. Поэтому, Сов. власть является для послѣднихъ, въ извѣстномъ смыслѣ, союзникомъ противъ общаго врага, союзникомъ довольно желательнымъ, если принять во вниманіе общее мнѣніе о военной силѣ красной арміи. Исключеніе СССР изъ этого антифашистскаго блока, открытая борьба противъ него, ослабила бы обороноспособность демократическихъ державъ. Кромѣ того, хотя вездѣ говорятъ открыто о возможности и близости новой міровой войны, но тяжелыя воспоминанія недавней всеобщей войны еще не изжиты, и всѣ боятся новой войны. Поэтому пацифистическая пропаганда находитъ сочувственный откликъ въ широкихъ кругахъ даже такихъ сильныхъ державъ, какъ, напр., Англія. Этимъ пользуется Сов. власть, которая черезъ своихъ агентовъ распространяетъ вездѣ боевой лозунгъ «противъ фашизма и войны» и выставляетъ себя, оплотомъ и защитникомъ всеобщаго мира. Всѣмъ извѣстна /с. 323/ энергичная дѣятельность Литвинова въ этомъ дѣлѣ. Пацифисты различныхъ странъ считаютъ просто нецѣлесообразнымъ и опаснымъ участвовать въ антибольшевицкихъ выступленіяхъ, боясь этимъ ослабить пацифистскій фронтъ. А пацифизмъ пустилъ глубокіе корни и въ церковныхъ кругахъ Англіи и Америки. А эти круги опредѣляли въ значительной степени настроеніе и работы Оксфордской конференціи. Этимъ и объясняется, что почти всѣ полемическія выступленія были направлены не противъ большевизма, а противъ фашизма; послѣдній, а не первый — врагъ № 1.

Но это толерантное отношеніе къ большевизму нужно было обосновать и оправдать. Это и случилось въ тѣхъ мѣстахъ докладовъ, гдѣ говорится о томъ, что въ коммунизмѣ содержатся, яко-бы, идеи и требованія, справедливыя съ христіанской точки зрѣнія. Для этой цѣли придуманы всѣ эти мнимыя параллели и сходства между большевизмомъ и христіанствомъ, на которыя указано въ докладахъ. Это исканіе христіанскихъ элементовъ, идей и идеаловъ въ большевизмѣ привело къ скрытому пробольшевицкому грѣхопаденію.

Что нѣкоторыя протестантскія организаціи не отказываются работать въ контактѣ съ коммунистическими, показалъ, напримѣръ, послѣдній международный юношескій конгрессъ въ Женевѣ, на которомъ протестантскіе представители принимали участіе наряду съ делегатами изъ СССР. Предсѣдатель III секціи г. Эспе не допустилъ разоблаченій большевиковъ, а этотъ Эспэ является предсѣдателемъ комиссіи молодежи Экуменическаго Совѣта, которымъ онъ и былъ делегированъ на конгрессъ. Другой примѣръ: генеральнымъ секретаремъ ИМКА состоитъ Стронгъ; онъ братъ коммунистической пропагандистки Стронгъ и далъ своей сестрѣ возможность выступать въ кругахъ христіанскихъ организацій въ Женевѣ и въ другихъ городахъ.

Въ одной изъ публикацій Экуменическаго Совѣта, подготовившаго Оксфордскую конференцію, было сказано: «Въ виду отчаянныхъ людскихъ бѣдствій..., когда поставлено на карту все, что дорого человѣчеству, никто не могъ бы думать о конференціи, которая исчерпывалась бы разговорами, и удовлетворялась бы обмѣномъ мыслей. Единственное оправданіе устройства конференціи заключается въ томъ, что она приведетъ къ рѣшеніямъ и дѣйствіямъ». Но, къ прискорбію, по отношенію къ большевизму, конференція оказалась безплодной, не оправдала самыхъ скромныхъ ожиданій. Къ какому антибольшевицкому рѣшенію она пришла? — Ни къ какому! Къ какому рѣшительному антибольшевицкому дѣйствію она привела? — Тоже ни къ какому! Поэтому мы, къ нашему искреннему прискорбію, должны сказать: если въ Оксфордѣ, дѣйствительно, собрались лучшіе представители протестантизма и ихъ сужденія, дѣйствительно, раздѣляются большинствомъ вѣруюшихъ тѣхъ церквей и религіозныхъ /с. 324/ организацій, отъ имени которыхъ они выступали, тогда намъ въ борьбѣ съ нашимъ главнымъ врагомъ, съ разорителями Россіи и палачами русскаго народа, съ ними не по дорогѣ.

Католичество и большевизмъ.

Папа Пій XI когда-то сказалъ: «Всѣ люди, которые борятся противъ Католической церкви и вообще какимъ-либо образомъ возстаютъ противъ нея, подготовляютъ путь для большевизма». Въ этихъ словахъ глава римско-католической церкви лишь кратко выразилъ, то, что мы читаемъ очень часто въ католической печати, именно, что римско-католическая церковь, яко бы, единственный оплотъ противъ большевизма, единственная сила, которая можетъ преодолѣть его, спасти христіанскій міръ отъ большевизаціи. Нѣкоторые представители католичества утверждаютъ даже, что Россія могла стать жертвой большевизма только потому, что она не была католической страной.

Конечно, никто не станетъ отрицать, что Римско-католическая церковь, ея духовенство и многочисленныя католическія организаціи сдѣлали очень много въ борьбѣ съ большевизмомъ. Я указываю только на извѣстное письмо Папы Пія XI на имя своего генеральнаго викарія въ Римѣ, кардинала Pompily отъ 2 февр. 1930 г., въ которомъ онъ призывалъ къ «молитвенному крестовому походу» противъ большевизма. Въ прошломъ — 1937 г. — 18 марта папа выпустилъ даже особую энциклику противъ коммунизма, энциклику «Divini redemptoris».

Но, съ другой стороны, также несомнѣнно, во-первыхъ что Римъ заговорилъ такимъ рѣзкимъ языкомъ только съ 1929/1930 года; до тѣхъ поръ ватиканскіе дипломаты были далеко не такъ непримиримо антибольшевицки настроены, и, во-вторыхъ, что эти антибольшевицкія выступленія папскаго Рима ослаблялись и ослабляются заявленіями и выступленіями выдающихся представителей католичества; эти выступленія носятъ нерѣдко характеръ пробольшевицкой работы, если не всегда сознательной, то, по крайней мѣрѣ, безсознательной.

Прежде всего, отмѣчу нѣкоторыя, для насъ непонятныя, «странности» политики самаго Ватикана. Сов. власть была съ перваго момента своего существованія воинственно-антирелигіозно настроена, не скрывала своей вражды къ религіи и Церкви и своихъ антирелигіозныхъ намѣреній, и съ самаго начала большевицкаго владычества лилась мученическая кровь. Отвѣтомъ на эти открытыя антирелигіозныя и антихристическія выступленія сов. власти были всѣмъ намъ извѣстныя посланія покойнаго патріарха Тихона и преданіе анаѳемѣ большевиковъ.

/с. 325/ Нѣкоторую иную позицію занялъ Ватиканъ. Правда, во время Генуэзской конференціи папа обратился къ собравшимся съ требованіемъ обусловить признаніе сов. власти обѣщаніемъ большевиковъ возстановить религіозную свободу въ СССР. Но на торжественномъ завтракѣ, устроенномъ по случаю этой конференціи, католическій архіепископъ Генуэзскій обмѣнивался любезностями съ Чичеринымъ. Можетъ быть, еще во время этой конференціи, во всякомъ случаѣ вскорѣ послѣ нея, въ Ватиканѣ зародилась мысль о заключеніи договора-конкордата съ сов. властью, и эта мысль не была оставлена до самаго недавняго прошлаго.

10 мая 1922 г. Ватиканъ заключилъ въ Женевѣ съ сов. властью договоръ относительно помощи голодающимъ въ Россіи. Одной изъ ближайшихъ цѣлей было намѣреніе подготовить русскій народъ къ болѣе легкому обращенію въ католичество. Но еще болѣе существенно то обстоятельство, что въ Римѣ надѣялись этой акціей подготовить заключеніе конкордата съ сов. властью.

Болѣе реальныя формы приняли эти попытки Ватикана въ 1926 г. Объ этомъ писалъ б. совѣтскій дипломатъ Бесѣдовскій, который въ то время занималъ должность зам. сов. полпреда въ Токіо. По словамъ Бесѣдовскаго въ 1926 г. совѣтникъ итальянскаго посольства, въ Токіо, баронъ Giovanni di Guira, предложилъ свои посредническія услуги между Римомъ и Москвой. Онъ хотѣлъ познакомить Бесѣдовскаго съ Monsignore Giardini въ Токіо. Бесѣдовскій — сторонникъ примиренія Москвы съ Ватиканомъ — запросилъ инструкціи у Литвинова. Послѣдній отвѣтилъ, что уже ведутся переговоры въ Берлинѣ между Крестинскимъ и папскимъ нунціемъ Paselli, хотя они еще не привели къ результату, т. к. совѣты настаиваютъ на томъ, чтобы католическое духовенство въ Россіи не было польской національности. Guira сообщилъ Бесѣдовскому, что по его свѣдѣніямъ въ Ватиканѣ измѣнилось настроеніе и тамъ болѣе уступчивы, чѣмъ Пачелли. Ватиканъ согласенъ на духовенство русскаго происхожденія, для чего Ватиканъ готовъ открыть семинаріи для подготовки русскаго католическаго духовенства. Ватиканъ настаиваетъ только на свободѣ религіозной пропаганды для католическаго духовенства. Бесѣдовскій имѣлъ свиданіе съ Giardini, но получилъ потомъ изъ Москвы указаніе прекратить переговоры, такъ какъ они снова начались въ Берлинѣ между Крестинскимъ и Пачелли. Изъ этого ясно, что тогда, какъ въ Токіо, такъ и въ Берлинѣ, иниціатива исходила отъ Рима, хотя она не привела къ положительному результату, очевидно, изъ-за неуступчивости сов. власти.

Новыя надежды пробудились въ Римѣ въ 1933 г., послѣ заключенія договора сов. власти съ С.А.Ш. отъ 17 ноября 1933 г., которымъ С.А.Ш. признали сов. власть de jure. Въ этомъ договорѣ, какъ извѣстно, сов. власть предоставила аме/с. 326/риканскимъ гражданамъ свободу исповѣданія, совершенія культа, право постройки церквей и т. д. Совѣтско-американскій договоръ 1933 г. вызвалъ въ Ватиканѣ приподнятое настроеніе. Ватиканъ былъ очень доволенъ этимъ «успѣхомъ» Рузевельта и усматривалъ въ этомъ возможность соглашенія съ Кремлемъ.

Еще въ августѣ мѣсяцѣ и въ началѣ сентября мѣсяца 1933 г. послѣ заключенія договора дружбы между сов. властью и Италіей, англійскія и французскія газеты утверждали, что Ватиканъ вступилъ въ переговоры съ Москвой, при чемъ итальянское правительство оказывало содѣйствіе. Въ концѣ сентября 1933 г. ватиканскій органъ «Обсерваторе Романо» сообщилъ, что всѣ эти слухи о ведущихся, яко-бы, переговорахъ между Ватиканомъ и СССР лишены основанія. Но и послѣ этого опроверженія сообщенія о переговорахъ не сходили съ столбцовъ газетъ. Напр., въ октябрѣ мѣсяцѣ 1933 г. журналъ «Widersiand» (окт. 1933 г.) опубликовалъ статью, авторъ которой Фрицъ Бергеръ въ Римѣ; въ ней говорилось и объ интервью, который далъ d'Herbigny на тему «Москва — Ватиканъ». Онъ сказалъ: «Ватиканъ не хочетъ свергнуть совѣтскій режимъ; все это только выдумки Литвинова и его еще болѣе злой жены. Ватиканъ желаетъ только прекращенія безбожной кампаніи и свободы проповѣди для клира. Если русскіе священники снова могутъ учиться въ Римѣ, тогда Москва получитъ въ ихъ лицѣ вѣрныхъ служителей государства, техниковъ и ученыхъ работниковъ. Москвѣ достаточно убѣдиться въ дѣятельности католической акціи въ другихъ странахъ, чтобы знать, что церковь поддерживаетъ каждый государственный строй, если не нарушаются церковные интересы. На этомъ базисѣ соглашеніе съ Москвой вполнѣ возможно...»

Наконецъ, извѣстно, что послѣ заключенія совѣтско-американскаго договора, когда Литвиновъ посѣтилъ Римъ и былъ принятъ Муссолини, d'Herbigny хотѣлъ вступить въ непосредственные переговоры съ Литвиновымъ, но Литвиновъ отказался отъ бесѣды съ нимъ. Послѣ этой неудачи d'Herbigny сложилъ съ себя должность руководителя «Commissione Pontificia per la Russia».

Само собою разумѣется, вполнѣ естественно и законно предположеніе, что заключеніе конкордата, быть можетъ, состоялось бы, если бы состоялась эта встрѣча d'Herbigny съ Литвиновымъ.

Прошлогодняя энциклика «Divini Redemptoris» даетъ основаніе для надежды, что оффиціальный Ватиканъ на ближайшее будущее отказался отъ всѣхъ надеждъ на заключеніе конкордата съ большевиками.

Но вотъ, что заслуживаетъ упоминанія: эта энциклика издана 19 марта 1937 г.; но за нѣсколько дней до изданія ея именно 14 марта 1937 г., папа подписалъ извѣстную энцикли/с. 327/ку противъ націоналъ-соціализма «Mit brennender Sorge». Невольно спрашиваешь, неужели, по мнѣнію папы, націоналъ-соціализмъ болѣе опасный, жестокій и кровожадный врагъ Церкви, чѣмъ большевизмъ? А между тѣмъ, въ Германіи всѣ католическіе храмы открыты, и совершаются богослуженія, въ школахъ преподается Законъ Божій, и государство отпускаетъ большія суммы и на нужды Католической церкви.

Настоящимъ мотивомъ всѣхъ попытокъ соглашенія съ сов. властью была, конечно, надежда, добиться отъ соввласти привилегированнаго положенія для римско-католической церкви въ Россіи, свободы пропаганды среди некатолическаго населенія и планомѣрнаго обращенія его въ католичество. Эти попытки не новы, а имѣютъ свою длинную исторію. Но римско-католическая церковь не добилась существенныхъ успѣховъ до изданія манифеста о свободѣ вѣроисповѣданія въ 1905 г. Но и послѣ этого манифеста Римъ не могъ подумать о широкой католической акціи въ Россіи. Поэтому Римъ не только тайно, но и открыто ненавидѣлъ царскую Россію. Въ виду неблагосклоннаго отношенія русскихъ царей къ католической церкви и, яко-бы, тяжелаго положенія римско-католической церкви въ Россіи, папскій нунцій Meglia говорилъ въ 1868 г.: «только революція можетъ помочь Церкви». А церковно-политическое значеніе послѣдней міровой войны папа Пій X охарактеризовалъ словами: «Si vince la Russie, vince le schisma»; другими словами, пораженіе Россіи будетъ и пораженіемъ схизмы, что, конечно, только въ интересахъ Рима. Въ февралѣ мѣсяцѣ 1917 г. Государь отрекся отъ Престола, и власть попала въ руки Вр. Правительства. 25 апрѣля 1917 г. Вр. Правительство предоставило римско-католической церкви ея орденамъ и организаціямъ право религіозной пропаганды, а закономъ отъ 8-го августа того же 17-го года нормировалось отношеніе государства къ римско-католической церкви. Октябрскій переворотъ аннулировалъ, конечно, и эти законы Вр. Правительства, и римско-католическая церковь опять лишилась недавно пріобрѣтенныхъ правъ. Теперь Римъ началъ стремиться къ возстановленію своего положенія путемъ переговоровъ съ сов. властью.

Первый осязаемый результатъ былъ женевскій договоръ отъ 10 мая 1922 г. о помощи голодающимъ въ Россіи. Я уже указалъ, что этотъ договоръ, или, точнѣе, эта акція должна была способствовать окатоличенію Россіи, что признавала въ свое время католическая печать, и о чемъ говорилось и на международномъ конгрессѣ католической акціи въ Люксембургѣ въ началѣ августа мѣсяца 1922 г.

Съ той-же цѣлью была учреждена 20 апрѣля 1926 года «Папская Комиссія по русскимъ дѣламъ», подчиненная «Конгрегаціи по дѣламъ восточной церкви». Руководителемъ этой Комиссіи былъ назначенъ іезуитъ д-Эрбиньи, дважды посѣтившій Совѣтскую Россію для изученія на мѣстѣ возможно/с. 328/стей для римско-католической церкви и зондированія почвы въ Москвѣ. Въ 1930 г. эта «Комиссія» получила самостоятельность. Въ Римѣ приступили къ подготовкѣ надежнаго кадра русскихъ католическихъ священниковъ, которые, по проекту, немедленно должны отправиться въ Россію, когда удастся добитъся свободы пропаганды для католической церкви. Былъ даже преднамѣченъ планъ распредѣленія ихъ по районамъ. Все это намъ, конечно, давно извѣстно. Но не всемъ извѣстно, что этотъ русскій католическій клиръ состоитъ изъ священниковъ, не враждебно настроенныхъ по отношенію къ сов. власти; Римъ старается подготовить кадръ русскихъ католическихъ священниковъ, пріемлемыхъ для сов. власти.

Желаніе окатоличенія Россійскаго народа склонило нѣкоторыхъ представителей католичества даже къ тому, чтобы признавать за большевиками нѣкоторую заслугу. Какъ извѣстно, всѣ антирелигіозныя мѣропріятія сов. власти были всегда направлены къ тому, чтобы нанести смертельный ударъ Русской Православной Церкви. Оказывается, что католики совершенно согласны съ уничтоженіемъ Православной Церкви, даже привѣтствуютъ это вопіющее преступленіе, ибо они расчитываютъ на то, что римско-католическая церковь займетъ ея мѣсто. Конечно, католики знаютъ, что и ихъ церковь въ СССР сильно пострадала, но, очевидно, они готовы примириться съ этимъ печальнымъ обстоятельствомъ, ввиду воображоемой блестящей перспективы въ будущемъ, Вотъ напр., что писалъ бенедиктинецъ д-ръ Хризостомъ Бауеръ, въ нѣмецкой католической газетѣ «Bayerischer Kurier» отъ 8 марта 1930 г.: «Царь мертвъ и нѣтъ надежды, что онъ возвратится, а если бы онъ возвратился, то во всякомъ случаѣ не какъ самодержавный повелитель надъ душою и совѣстью своихъ подданныхъ. Развѣ это не указаніе Перста Божія. Правда, мѣсто царя занялъ большевизмъ съ его кровавымъ безчеловѣчнымъ преслѣдованіемъ всякой религіи, съ его сатанинской ненавистью къ Богу. Онъ умерщвляетъ священниковъ и епископовъ, оскверняетъ... храмы и святыни,... разрушаетъ монастыри... Но не въ этомъ ли какъ разъ заключается религіозная миссія безрелигіознаго большевизма, что онъ обрекаетъ на исчезновеніе (часто несознательныхъ и невинныхъ) носителей схизматической мысли, дѣлаетъ, такъ сказать, «чистый столъ» и этимъ даетъ возможность къ духовному возсозиданію. Онъ та сила, которая хочетъ зло, но все же дѣлаетъ добро». Въ томъ же духѣ писалъ и другой руководящій органъ католической печати, извѣстный вѣнскій журналъ «Schönere Zukunft» отъ 15 ноября 1931 г., гдѣ было сказано: «Большевизмъ создастъ возможность обращенія въ католичество неподвижной (starre) Россіи. Краснорѣчивая иллюстрація католическаго моральнаго принципа: «цѣль оправдываетъ средство».

Нерѣдко мы слышимъ отъ руководящихъ представителей католичества прямо пробольшевицкія сужденія. Вотъ /с. 329/ напр., что писалъ іезуитъ патеръ Муккерманъ въ главномъ органѣ бывшей нѣмецкой католической партіи «центрумъ» — «Germania» отъ 26 іюля 1924 г.: «Большевизмъ есть часто непонятое и еще чаще неправильно руководимое, но въ основѣ всеже естественное юное движеніе новой человѣчности... Препятствовать восхожденію человѣчества, ставшаго самоувѣреннымъ, значило бы покушаться на природу. Если нельзя убить большевизмъ, тогда необходимо дать ему возможность жить. Но если мы такому сильному новому поколѣнію даемъ жизнь, то одновременно необходимо обращаться съ нимъ дружественно (freundlich behandeln), въ противномъ случаѣ, болѣе молодое убьетъ изъ мести старшаго». Въ журналѣ «Der Deutsche Weg». №17/1937 г., который издается при непосредственномъ участіи того же самаго патера Мукерманна въ Голландіи, было напечатано тенденціозное сообщеніе о дѣятельности германскаго антибольшевицкаго «Антикоминтерна», а эта статья есть по частямъ дословная перепечатка изъ издающейся въ Москвѣ нѣмецкой большевицкой газеты «Rundschau» отъ 8 апрѣля 1937 г. Другими словами, католическій журналъ печатаетъ статью, направленную противъ антибольшевицкой организаціи, черпая свой матеріалъ изъ большевицкой газеты. Антибольшевицкая ли борьба это? Въ томъ же журналѣ «Der Deutsche Weg», № 23 отъ 5 апрѣля 1938 г. мы читаемъ слѣдующія слова: «пока коммунисты исповѣдуютъ сталинскій террористическій коллективизмъ, намъ, представителямъ свободы и гуманности, невозможно принимать протянутую партійную руку». Выходитъ, что съ коммунистами можно имѣть дѣло, если они откажутся отъ Сталинскаго террора! Я остановилъ ваше вниманіе именно на дѣятельности патера Муккерманна, потому что этотъ іезуитъ въ Ватиканѣ — свой человѣкъ и пользуется громаднымъ авторитетомъ и вліяніемъ даже въ высшихъ сферахъ католической іерархіи.

Теперь я перехожу къ дѣятельности нѣкоторыхъ католическихъ руководителей политической и общественной жизни.

Прежде всего, я долженъ указать на нѣмецкаго каплана Rossaint. Католическій священникъ капланъ Rossaint былъ руководителемъ католическаго союза молодыхъ людей въ Дюссельдорфѣ. И вотъ, съ весны 1933 г. до мая мѣсяца 1934 г. онъ участвовалъ въ собраніяхъ нѣмецкаго комсомола, состоялъ въ связи съ видными членами компартіи, напр., съ Карломъ Шеферомъ, который послѣ націоналъ-соціалистическаго переворота бѣжалъ въ Москву, съ коммунисткой агентшей Бертой Каргъ, съ извѣстнымъ коммунистомъ Кайзеромъ и другими; онъ поддерживалъ деньгами коммуниста Швипперта послѣ бѣгства изъ Германіи и доставлялъ ему информаціи о настроеніи въ Германіи; изъ Праги онъ получалъ запрещенную коммунистическую литературу и распространялъ ее среди католической молодежи; онъ собирался даже поѣхать въ Москву, съ цѣлью изученія СССР; наконецъ онъ хо/с. 330/тѣлъ создать единый католическо-коммунистическій фронтъ противъ націоналъ-соціалистовъ. Его сотрудникомъ въ этомъ дѣлѣ былъ другой католическій священникъ — капланъ Кремеръ, а покрывалъ ихъ ген. секретарь католическаго союза молодыхъ людей въ Германіи Клеменсъ.

Въ Австріи еще недавно подвизался общественный и политическій дѣятель Винтеръ, бывш. замѣститель городской головы Вѣны, назначенный на эту должность бывш. правительствомъ Шушнигга. Этотъ Винтеръ ненавидѣлъ всей душой націоналъ-соціалистовъ и призывалъ къ борьбѣ съ ними въ союзѣ съ коммунистами. Онъ хотѣлъ создать единый антинаціоналъ-соціалистическій фронтъ вмѣстѣ съ большевиками. Онъ пропагандировалъ свой планъ довольно продолжительное время и устно и печатно. Въ концѣ концовъ онъ долженъ былъ оставить свою высокую должность, но не по настоянію правящихъ католическихъ круговъ, а подъ давленіемъ національной оппозиціи.

Въ Чехословакіи играетъ большую политическую роль каноникъ капитула въ Ольмюцѣ — прелатъ Svetlik, членъ и выразитель идеологіи католической чешской народной партіи. Этотъ прелатъ открыто одобряетъ и защищаетъ союзъ Чехословацкой Республики съ СССР. Нѣсколько времени тому назадъ онъ утверждалъ даже, что въ СССР совершается, яко-бы, «переломъ въ духѣ христіанства» и «возникаетъ порядокъ, основывающійся на христіанскихъ десяти заповѣдяхъ».

Совѣтофильскую политику защищаетъ и другой выдающійся представитель чешской католической партіи монсиньоръ Шрамекъ. Оффиціальный органъ этой партіи «Lidové Listy», въ началѣ настоящаго года, оправдывалъ даже послѣдніе антитроцкистскіе показательные процессы, и это случилось въ такомъ тонѣ, что, какъ замѣтила вѣнская католическая газета «Reichspost» (14 апрѣля 1938 г.), эта статья «могла быть напечатана и въ Москвѣ».

Французскій іезуитъ Fressard писалъ въ 1937 г. въ католической газетѣ «Lа Croix», что возможность заключенія соглашеній между католиками и коммунистами вполнѣ возможна при условіи, что только руководители католическихъ организацій договариваются съ руководителями коммунистическихъ организацій съ цѣлью проведенія справедливыхъ реформъ общественныхъ отношеній.

Показательно и отношеніе къ испанскимъ событіямъ извѣстныхъ круговъ французской католической интеллигенціи. Надѣвая маску «нейтральности», они, въ дѣйствительности, симпатизируютъ большевицкой красной Испаніи. Органъ англійскихъ іезуитовъ «The Month» называеть это отношеніе «скандаломъ католической лѣвой» и, въ частности, осуждаетъ пристрастное отношеніе католическаго писателя и члена французской Академіи François Mauriac къ испанскимъ большевикамъ и анархистамъ.

/с. 331/ Еще нѣсколько словъ объ отношеніи руководящихъ католическихъ круговъ къ, такъ называемому, «народному фронту», въ которомъ, какъ извѣстно, участвуютъ и большевики. Идея народнаго фронта, со включеніемъ въ него коммунистовъ, первоначально была направлена противъ фашистскаго движенія, ради защиты такъ наз., демократическихъ идеаловъ. Но глава Коминтерна Димитровъ догадался, что этотъ фронтъ прекрасное средство для разложенія буржуазныхъ партій и проникновенія въ тѣ слои, которые до сихъ поръ были недоступны для успѣшной большевистской пропаганды. Поэтому Москва прилагала и прилагаетъ всѣ старанія къ тому, чтобы поддерживать этотъ фронтъ и расширить его составъ, даже цѣною существенныхъ уступокъ (конечно только тактическихъ). Хорошо зная «гибкость» такъ назыв. политическаго католицизма, большевики обратили свое вниманіе на католическія партіи и организаціи, приглашая ихъ къ участію въ народномъ фронтѣ. Въ маѣ мѣсяцѣ прошлаго года появилось воззваніе, въ которомъ большевики предложили католикамъ, чтобы вмѣстѣ въ еднномъ фронтѣ бороться за религіозную соободу въ Германіи. За это было обѣщано, что Сов. власть гарантируетъ каждому католику право «свободно дышать и бороться за свое убѣжденіе». Французскій товарищъ Торезъ на публичныхъ коммунистическихъ собраніяхъ протягивалъ католикамъ руку для совмѣстнаго братскаго сотрудничества.

Большія надежды большевики возлагаютъ на католическое юношество. Французскій коммунистъ Дюкло, въ своей рѣчи на VIII конгрессѣ французской компартіи 22-26 января 1936 г., говорилъ: «Правы всѣ молодые коммунисты, когда они протягиваютъ руку христіанскому юношеству, ибо наши стремленія всегда направлены къ тому, чтобы понимать религіозныя убѣжденія». А на международномъ юношескомъ конгрессѣ въ Женевѣ, въ началѣ сентября 1936, совѣтскій представитель Косаревъ говорилъ слѣдующее: «Утверждаютъ, что коммунисты и католики — враги. Но я заявляю, что мы не видимъ въ нихъ враговъ, что нѣтъ никакихъ основаній для обоюднаго недовѣрія и еще меньше для взаимной вражды. Насъ, коммунистическое юношество, соединяютъ съ католическимъ юношествомъ общіе интересы». Въ этой рѣчи Косаревъ, конечно, отрицалъ религіозныя преслѣдованія въ СССР; это — ложь враговъ, придуманная съ цѣлью подготовки войны противъ СССР; онъ даже утверждалъ, что въ СССР коммунисты относятся съ уваженіемъ къ религіознымъ чувствамъ вѣрующихъ; никто не имѣетъ права ихъ оскорблять, и въ СССР полная свобода вѣроисповѣданія и совѣсти.

А какъ отвѣтила Католическая Церковь на эту «протянутую руку»? Въ своемъ Рождественскомъ посланіи 1937 г., Парижскій Кардиналъ Вердье, тотчасъ послѣ возвращенія изъ Рима, гдѣ онъ имѣлъ совѣщаніе съ Папой, писалъ: «Наша /с. 332/ дѣятельность проникнута духовностью... И этотъ духовный элементъ, который есть для насъ душа и истинное благодѣяніе каждаго дѣйствія, вами отвергается. Возможна ли тогда совмѣстная работа? Мы, христіане, хотимъ принести страждующимъ облегченіе и утѣшеніе, помочь рабочему, чтобы онъ требовалъ своихъ правъ и этимъ подготовилось бы примиреніе всѣхъ людей въ правдѣ и любви къ ближнимъ. Если этотъ жестъ протянутой руки выражаетъ съ вашей стороны желаніе узнать католическихъ братьевъ и религію, которою они воодушевлены, уважать ихъ убѣжденія, ихъ чувства и ихъ дѣла, тогда Церковь не откажется совершить это дѣло просвѣщенія, и вы скоро увидите, что она можетъ оказывать очень большія услуги, чтобы доставить счастье всѣмъ». Другими словами, и католики готовы протянуть руку, если коммунисты согласны пойти имъ навстрѣчу въ религіозномъ отношеніи; нѣтъ выраженія согласія, но и нѣтъ принципіальнаго, безусловнаго отказа.

Оффиціально католическія организаціи во Франціи пока еще не присоединились къ народному фронту, но онѣ и не выступаютъ противъ него.

Но за то установились довольно дружественныя отношенія между Ватиканомъ и оффиціальной Франціей народнаго фронта. Въ іюлѣ мѣсяцѣ 1937 г. статсъ секрстарь Пачелли отправился во Францію, въ качествѣ папскаго легата, для освященія базилики въ Лизьё (Lisieux). При этомъ случаѣ Пачелли посѣтилъ и Парижъ, гдѣ ему былъ устроенъ блестящій оффиціальный пріемъ, и онъ сдѣлалъ визиты представителямъ правительства народнаго фронта. Правительство усмотрѣло въ этомъ вполнѣ основательное одобреніе своей политики со стороны Ватикана. Очень возможно, что Ватиканъ хотѣлъ установить тѣсный контактъ съ французскимъ правительствомъ послѣ обостренія отношеній съ Германіей. Но показательно, что даже большевицкая газега «L'Humanité» въ довольно сочувственныхъ словахъ привѣтствовала папскаго легата. 12 іюля 1937 г. она писала: «Это большое событіе, что легатъ Папы пріѣхалъ, чтобы привѣтствовать Францію и ея правительство народнаго фронта, въ то время, когда Германія Гитлера преслѣдуетъ католическій міръ. Визитъ легата во Францію, черезъ годъ послѣ побѣды народнаго фронта, есть своего рода предостереженіе французскимъ католикамъ».

Яснымъ доказательствомъ благосклоннаго отношенія Ватикана къ французскому правительству народнаго фронта было пожалованіе Піемъ XI министру-президенту Шотану креста ордена св. Григорія и президенту Лебрену цѣпи къ ордену Спасителя. А непримиримому антибольшевику А. Гитлеру папа даже не далъ аудіенціи, но демонстративно уѣхалъ до прибытія Гитлера въ Римъ въ свою лѣтнюю резиденцію, отдавъ распоряженіе о временномъ закрытіи всѣхъ ватиканскихъ музеевъ.

/с. 333/ Такимъ образомъ, если мы обращаемъ свое вниманіе на политику ватиканскихъ дипломатовъ и ряда выдающихся представителей католической іерархіи и руководителей католическихъ организацій, тогда мы, къ сожалѣнію, должны убѣдиться въ томъ, что эта политика далеко не всегда ясно и открыто антибольшевицкая и не согласуется съ утвержденіемъ, что, якобы, только римско-католичество единственно надежный и сильный оплотъ противъ большевизма.

Римъ долго не терялъ надежды на соглашеніе съ Сов. властью; въ лицѣ нѣкоторыхъ своихъ представителей призналъ даже извѣстныя заслуги за большевизмомъ (уничтоженіе схизматической Православной Церкви), не гнушается иногда работать вмѣстѣ съ большевиками въ качествѣ союзниковъ (напр. Rossaint, Винтеръ и др.) и во многихъ случаяхъ вообще не такъ то безусловно и безкомпромиссно антибольшевицки настроенъ.

Какъ объяснить такое явно двойственное отношеніе къ большевизму отвѣтственныхъ представителей Ватикана, римско-католической іерархіи и, такъ называемаго политическаго католицизма?

Русскій посланникъ Извольскій, которому въ 1888-9 г.г. было поручено веденіе переговоровъ съ Ватиканомъ, писалъ въ одномъ изъ своихъ докладовъ русскому правительству, что высшее духовенство Ватикана имѣетъ ясно выраженную склонность къ высшей политикѣ. Изъ всей исторіи политики Ватикана видно, что ватиканская дипломатія смотритъ всегда впередъ, рѣдко назадъ. И по отношенію къ Россіи она смотритъ только впередъ. Она готова не видѣть всѣхъ ужасовъ антирелигіознаго и антихристіанскаго террора, пока есть надежда, что римская Церковь можетъ имѣть успѣхъ въ будущемъ, напр., въ видѣ конкордата съ Сов. властью, предоставляющаго Риму свободу пропаганды среди православнаго населенія.

Такъ называемый, политическій католицизмъ играетъ значительную, иногда и рѣшающую роль въ государственной и общественной жизни даже въ странахъ, гдѣ часть католическаго населенія въ меньшинствѣ, напримѣръ, въ прежней Германіи имперскаго и веймарскаго періодовъ. Но этотъ политическій католицизмъ далеко не однородное явленіе, въ немъ можно различать два теченія: одно теченіе строго консервативное, иногда съ реакціоннымъ уклономъ. Это теченіе — антилиберальное, антимасонское, антимарксистское и, конечно, антибольшевистское. Оно — врагъ всякихъ уступокъ духу времени и компромиссовъ съ некатолическими направленіями политической жизни. Но есть и другое теченіе, болѣе гибкое, приспособленческое. Представители этого теченія уже примирились съ либерализмомъ и демократизмомъ; они освоились съ парламентаризмомъ, ихъ не смущаютъ партійныя дрязги и интриги, они сотрудничаютъ съ разными общественными, /с. 334/ напримѣръ профессіональными организаціями и ищутъ въ нихъ опору, заключаютъ соглашенія и блоки съ другими, некатолическими, партіями и организаціями, участвуютъ въ коалиціонныхъ правительствахъ, ведутъ нерѣдко политическую двойную бухгалтерію. Вотъ, это второе теченіе или направленіе политиканствующаго католицизма попадаетъ иногда въ сѣти скрытаго и явнаго пробольшевизма. Это и вполнѣ естественно, особенно тогда, когда представители этого направленія входятъ въ соприкосновеніе и тактическое соглашеніе съ марксистскими, соціалъ-демократическими, антифашистскими и пацифистискими объединеніями, ибо эти организаціи часто несвободны отъ болѣе или менѣе скрытой связи съ Коминтерномъ. Поэтому это католическое теченіе попадаетъ въ сферу пробольшевицкихъ вліяній. Будучи связаны разного рода компромиссами и политическими соглашеніями, они уже не свободны въ своемъ волеизъявленіи и въ своихъ дѣйствіяхъ и волею-неволею должны участвовать, можетъ быть и только молчаливо, въ выступленіяхъ и политическихъ движеніяхъ, выгодныхъ большевикамъ. А гдѣ католическіе представители участвуютъ въ правительствахъ государствъ, поддерживающихъ сношенія съ Сов. властью, они лишены возможности провести открытую антибольшевицкую политику.

Послѣдняя папская энциклика «Divini redemrtoris», очевидно, не является для этихъ католическо-политическихъ и общественныхъ дѣятелей достаточнымъ побужденіемъ къ пересмотру и измѣненію своей соглашательской политики и тактики. Въ извѣстномъ нѣмецкомъ католическомъ журналѣ «Stimmen der Zeit» іезуитъ Jakob Overmans опубликовалъ въ прошломъ — 1937 г. статью, въ которой онъ утверждалъ, что папскую энциклику «Divini redemrtoris» слѣдуетъ понимать въ томъ смыслѣ, что сотрудничество съ коммунистами запрещено только, когда оно приведетъ къ вреднымъ слѣдствіямъ.

Въ заключеніе я долженъ еще разъ указать на то, что даже антибольшевицкія выступленія и Ватикана и католическо-политическихъ и общественныхъ дѣятелей носятъ не только конфессіональный характеръ, но вообще имѣютъ своею цѣлью обращеніе русского народа въ католичество. Укажу только на извѣстное письмо папы на имя кард. Pompily отъ 2 февраля 1930 г. Въ немъ папа не только осудилъ антирелигіозную борьбу сов. власти и призывалъ къ молитвенному крестовому походу противъ большевизма, но и говорилъ о возвращеніи русскаго народа въ лоно римской церкви. О томъ же говорится въ многочисленныхъ другихъ ватиканскихъ заявленіяхъ, направленныхъ противъ большевиковъ. Другими словами, эта борьба противъ большевизма, поскольку она имѣетъ непосредственное отношеніе къ русскому народу, конфессіонально-своекорыстна и поэтому теряетъ для насъ значительную долю своей цѣнности. Большевики — наши враги, /с. 335/ но, увы, и оффиціальный ватиканскій католицизмъ — не нашъ безкорыстный другъ. Поэтому намъ не очень легко бороться вмѣстѣ съ нимъ за освобожденіе и возстановленіе Св. Руси.

А что касается, такъ называемаго, политическаго католицизма, то возможность совмѣстной антибольшевицкой борьбы еще болѣе ограничена, а съ католическими сторонниками компромиссной политики вообще исключена.

Поэтому русская православная эмиграція должна быть очень осторожна и разборчива въ выборѣ своихъ союзниковъ въ антибольшевицкой борьбѣ, ибо сомнительный другъ иногда хуже и опаснѣе открытаго врага.

VI. Слушали: доклады Н. Ф. Степанова 1) «Отношеніе Ватикана къ Экуменическому движенію» и 2) «Вліяніе франкъ-масонства на Оксфордскую конференцію».

Отношеніе Ватикана къ Экуменическому движенію.

Предвѣстникомъ экуменическаго движенія, въ орбитѣ римско-католической церкви, былъ Папа Левъ XIII, 5 мая 1895 г., обратившійся къ своей паствѣ съ энцикликой «Provido Matris».

Приглашая католиковъ къ девятидневной молитвѣ объ единеніи всѣхъ христіанскихъ Церквей, онъ слѣдующимъ образомъ объясняетъ цѣль своего шага:

«Католикамъ нельзя не понять важности и значительности предпринятыхъ нами мѣръ, разъ онѣ касаются распространенія почитанія Господа и прославленія христіанскаго имени и вѣчнаго спасенія массы душъ» [13].

Вмѣсто понятія единенія Церквей, слѣдующая выдержка укажетъ намъ взглядъ Льва XIII на «единство Церкви».

«Этотъ примѣръ христіанского согласія католиковъ, эти неотступныя молитвы, благоговѣйно приносимыя Божественному Духу, послужатъ новымъ залогомъ надежды въ дѣлѣ примиренія нашихъ отдѣлившихся братьевъ, въ дѣлѣ состоящемъ изъ чувствованія, присоединенныхъ къ намъ, столь желанными нитями любви, въ себѣ самихъ, какъ во Христѣ Іисусѣ, въ будущемъ обладаніи единой вѣры, единой нашей надежды» [14].

Этими строками выраженъ взглядъ на единство Церкви. Тутъ нѣтъ мѣста спорамъ, соглашеніямъ, взаимнымъ уступкамъ, выработкѣ какихъ либо условій. Соединеніе Церквей понимается какъ признаніе «отдѣлившимися братьями» римской церкви и безоговорочномъ въ нее вхожденіемъ.

/с. 336/ Важное значеніе, придаваемое Папой этимъ молитвамъ, подчеркивается имъ обѣщаніемъ всѣмъ участникамъ ихъ значительныхъ милостей.

«Вотъ почему всѣмъ тѣмъ, которые въ теченіи девяти дней, предшествующихъ Троицину дню, ежедневно, благоговѣйно вознесутъ свои особыя молитвы, будь онѣ тайными или явными, даруемъ мы за каждый изъ этихъ дней отпущеніе всѣхъ грѣховъ на семь лѣтъ и семь четыредесятницъ. Сверхъ этого, мы даруемъ отпущеніе всѣхъ грѣховъ одного изъ этихъ дней, или самаго дня Троицы, или одного изъ послѣдующихъ за ней дней недѣли тѣмъ, которые исправно исповѣданы и отпущены, и хлѣбомъ святыхъ таинствъ насыщены, обратятся къ Богу съ молитвами въ высказанномъ нами выше духѣ.

«Объявляемъ и властью Нашей повелѣваемъ, что эти индульгенціи, по освященному обычаю также относятся и къ осужденнымъ огню чистилища душамъ и, что въ будущемъ онѣ могутъ быть заслужены ежегодно, соблюдая всѣ надлежащіи условія права и обычаи» [15].

Черезъ два года Левъ XIII издалъ новую энциклику «Divinum illud», обращенную на этотъ разъ не ко всей массѣ правовѣрныхъ католиковъ, а лишь къ высшей ея іерархіи, указывая, что если онъ, два года тому назадъ, лишь приглашалъ къ девятидневной молитвѣ передъ Троицинымъ днемъ, то на сей разъ ему желательно принять въ этомъ отношеніи болѣе рѣшительныя мѣры, уже не совѣтуя, а предписывая въ этомъ году, какъ и во всѣ послѣдующіе годы, обязательныя девятидневныя молитвы передъ Троицей.

Послѣ войны, Папа Бенедиктъ XV пожелалъ возстановленія установленной Львомъ XIII девятидневной молитвы, что и было исполнено, но мало-по-малу вновь вышло изъ обычая.

Тѣмъ временемъ, во всемъ мірѣ — подъ вліяніемъ всевозможныхъ военныхъ, политическихъ и экономическихъ причинъ, грозящихъ европейской и истекающимъ изъ нея другимъ цивилизаціямъ, катастрофой, — начала зарождаться мысль о спасеніи положенія, а съ нимъ вмѣстѣ и человѣчества, соединеніемъ всѣхъ христіанскихъ церквей, для защиты объединенными силами своихъ общихъ интересовъ.

Естественно, Ватиканъ не могъ отнестись къ подобному движенію безразлично, не считая возможнымъ съ одной стороны дробить свою власть, а съ другой принявъ рѣшеніе встать самому во главѣ параллельнаго, экуменическому, движенія, понимаемаго по своему.

Онъ долженъ былъ высказаться и дѣйствительно, 6 января 1928 г., благополучно и нынѣ здравствующій Папа Пій XI, какъ бы въ отвѣтъ на состоявшіяся въ 1925 г. въ Стокгольмѣ и въ 1927 г. въ Лозаннѣ двѣ Экуменическія конфе/с. 337/ренціи, выступилъ съ энцикликой «Mortalium Animos» объ единствѣ Церкви, которую послѣ нѣкоторыхъ колебаній мы рѣшили привести въ переводѣ полностью.

Энциклика эта нѣсколько длинна, но она такъ ясно выражаетъ отношеніе Ватикана къ экуменизму, что знать ее необходимо.

Насъ остановливалъ вопросъ трудности ея перевода; составленная спеціальнымъ слогомъ, довольно плохо переведеннымъ съ латинскаго на французскій языкъ, (чѣмъ мы пользовались), слогомъ трудно поддающемуся буквальному переводу, такъ же какъ и многими оборотами и названіями, могущими непріятно задѣть нашъ слухъ, воспитанный въ духѣ православія; во всѣхъ случаяхъ указанія на Господа нашего Іисуса Христа, мѣстоимѣнія, пишутся съ маленькой буквы, тогда какъ тѣ же мѣстоимѣнія, относимыя къ самому автору — Папѣ, начинаются всегда съ заглавной. Въ нашемъ переводѣ мы сохранили орѳографію и постарались дать дословный переводъ. Вотъ онъ:

Энциклика Е. С. Пія XI.
«Mortalium Animos». О единствѣ Церкви [16].

«Нашимъ Досточтимымъ Братьямъ, патріархамъ, первосвятителямъ, архіепископамъ, епископамъ и прочимъ Священнослужителямъ въ мирѣ и согласіи съ апостольскимъ Престоломъ сущимъ.

Папа Пій XI. «Досточтимые Братья, привѣтъ и апостольское благословеніе.

I. Вступленіе.
Стремленіе умовъ къ единенію.

Никогда быть можетъ, въ прошломъ, умы не испытывали такъ живо, какъ въ настоящее время, желанія усилить и распространить къ общему благу человѣчества, братскія отношенія, столь тѣсно связывающія ихъ общность происхожденія и естества.

«На самомъ дѣлѣ, народы не пользуются еще полностью благодѣяніями мира; то тутъ, то тамъ старые споры и новые раздоры вызываютъ мятежи и междусобныя брани, безконечные споры, нарушающіе спокойствіе и благополучіе народовъ, не могутъ найти выхода безъ общихъ дѣйствій и усилій главъ Государствъ или тѣхъ, кто управляетъ или завѣдуетъ интересами Общества; потому понятно, въ особенности зная единство рода человѣческаго, пожеланія большого ко/с. 338/личества людей, увидѣть, во имя этого всемірнаго братства, все болѣе и болѣе тѣсный союзъ, заключенный различными народами.

Программа и заблужденіе. О Панхристіанскомъ союзѣ.

По поводу религіи, основанной Господомъ Нашимъ Іисусомъ Христомъ, нѣкіе умы пытаются установить слѣдующій слособъ дѣйствія: они знаютъ, что трудно найти человѣка, лишеннаго всякаго религіознаго чувства; потому, повидимому, они надѣются привести безъ особыхъ затрудненій, разъединенные въ истинѣ религіи, народы къ братскому соглашенію объ исповѣданіи извѣстныхъ догматовъ, принятыхъ какъ общее основаніе духовной жизни. Для этого они собираются на Конгрессы, собранія, конференціи; они привлекаютъ въ довольно большомъ количествѣ слушателей и приглашаютъ на свои споры безъ разбора всевозможныхъ невѣрныхъ, правовѣрныхъ, тѣхъ кто презрѣнно оставили Христа и тѣхъ, кто съ упорствомъ отвергаютъ божественность его происхожденія и его назначенія.

«Католики, ни въ коемъ случаѣ, не могутъ одобрить этихъ попытокъ, основанныхъ на ложной теоріи, что всѣ религіи болѣе или менѣе хороши и здравы, въ томъ смыслѣ, что онѣ всѣ одинаково проявляютъ и выражаютъ, хотя бы и различными способами, естественное врожденное чувство, влекущее насъ къ Богу и толкающее насъ почтительно признавать его могущество. Однако, сторонники этой теоріи находятся въ самомъ глубокомъ заблужденіи; еще сугубѣе, отбрасывая истинную религію и искажая ея вѣрное понятіе, они мало-по-малу впадаютъ въ натурализмъ и атеизмъ; поэтому ясно, что объединеніе съ защитниками этихъ доктринъ и ихъ попытокъ будетъ отдаленіемъ отъ божественно явленной религіи.

«Ложный призракъ добра легко обольщаетъ нѣкоторые умы въ смыслѣ возможности установленія единенія между всѣми христіанами. Не справедливо ли, повторяютъ они, не обязанность ли всѣхъ призывающихъ имя Христово, воздержаться отъ взаимныхъ упрековъ и объединиться узами обоюдной любви? Кто позволилъ бы себѣ назваться возлюбленнымъ Христа, не приложивши всѣхъ своихъ усилій къ исполненію воли Христовой, молящаго Отца «да будутъ всѣ едино» (Іоанъ XVII, 21). И не хотѣлъ ли Христосъ отмѣтить всѣхъ своихъ послѣдователей тѣмъ свойствомъ, отличающимъ ихъ отъ остальныхъ: что они возлюбятъ другъ друга. «Потому узнаютъ всѣ, что вы мои ученики если будете имѣть любовь между собой». (Іоан. XIII, 35). Если бы могли всѣ христіане, добавляютъ они, стать «едино»! Это единство предоставило бы имъ много болѣе силъ пораженія заразы невѣрія, которая все болѣе и болѣе проникаетъ и распространяется и пытается разрушить Евангеліе.

/с. 339/ «Таковы доводы, представляемые и распространяемые «панхристіанами». Эти панхристіане не малочисленная группа, они создали законченныя организаціи и образовали общества, широко распространившіяся, большей частью руководимыя не католиками, каковы бы не были ихъ расхожденія въ ученіи о вѣрѣ. Ихъ попытка ведется съ такой активностью, что втягиваетъ въ него лицъ разныхъ сословій и даже сильно соблазняетъ многихъ католиковъ, надеждой созданія единства, могущаго примѣниться къ голосу Святой Матери Церкви, не желающей, конечно, ничего иного, какъ призвать и вернуть въ свое лоно своихъ заблудшихъ дѣтей. Но за прелестью и обольщеніемъ подобныхъ рѣчей скрывается великое заблужденіе, окончательно разрушающее основы католической вѣры.

Цѣль энциклики.

«Сознаніе Нашего апостольскаго долга предупреждаетъ Насъ не допустить стадо Христово до обмана опасными иллюзіями и призвать ваше рвеніе, Досточтимые Братья, чтобы отстранить сію опасность: Мы вѣримъ, что вашимъ словомъ и вашими писаніями, вы лучше сможете достигнуть каждый своей паствы, объяснивъ ей правила и доводы, которые Мы ниже изложимъ: католики найдутъ въ нихъ порядокъ мышленія и поведенія во всѣхъ попыткахъ, имѣющихъ цѣлью объединить, какимъ бы то ни было способомъ въ одно тѣло всѣхъ именующихъ себя христіанами.

II. Христіанское ученіе единства Церкви.

«Богъ, Творецъ Вселенной, сотворилъ насъ, чтобы познать его и служитъ ему; нашъ Создатель, слѣдовательно имѣетъ право требовать отъ насъ послушанія. Господь могъ, конечно, ограничиться наложеніемъ на человѣка, какъ линіи его поведенія, одного лишь естественнаго закона запечатлѣннаго въ его сердцѣ при его сотвореніи и опредѣлить его развитіе своимъ обычнымъ Провидѣніемъ; но Господь предпочелъ указать на соблюденіе заповѣдей и въ теченіе вѣковъ, то есть съ зарожденія человѣчества до пришествія и проповѣдей Христа Іисуса, онъ самъ поучалъ людей обязанностямъ, которыя разумное существо должно выполнять изъ уваженія къ Создателю: «Богъ, многократно и многообразно говорившій издревле отцамъ во пророкахъ, въ послѣдніе дни сіи говоритъ намъ въ Сынѣ» (Евр. I, 1).

Единственная истинная и безконечная религія: явленная намъ Спасителемъ.

«Изъ этого вытекаетъ невозможность существованія истинной религіи внѣ той, которая опирается на божественное Откровеніе; это откровеніе началось съ сотворенія міра, /с. 340/ оно продолжилось въ Ветхомъ Завѣтѣ, а Іисусъ Христосъ его закончилъ въ Новомъ Завѣтѣ. Но если Господь сказалъ, — а исторія свидѣтельствуетъ въ пользу Его словъ, — нѣтъ никого, кто не видѣлъ бы что обязанность человѣка, слѣпо вѣрить въ Бога, раскрывающаго истину, и неограниченно повиноваться повелѣвающему ему Богу; дабы мы могли выполнить во славу Божію и во спасеніе наше эту двойную обязанность, единородный Сынъ Божій установилъ на землѣ Церковь. Мы предполагаемъ, что именующіеся христіанами, не могутъ не вѣрить, что Христомъ была установлена Церковь и Церковь одна; если на этомъ будутъ настаивать и задавать вопросы, какова должна быть, по волѣ Создателя эта Церковь, отвѣты не будутъ единогласны. Довольно большое количество, напримѣръ, отвергаютъ, что Церковь должна быть обществомъ видимымъ, во всякомъ случаѣ, въ томъ что она должна проявляться, какъ общество единомыслящихъ вѣрныхъ, исповѣдующихъ одно и то же ученіе, подъ единымъ водительствомъ и управленіемъ; они считаютъ видимую Церковь, не иначе какъ обществомъ, составленнымъ изъ различныхъ христіанскихъ общинъ, независимо отъ того, что ихъ сторонники примыкаютъ къ различнымъ и противорѣчащимъ ученіямъ.

«Однако, Христосъ Спаситель воистину установилъ Церковь по своей природѣ видимую и явную, какъ общество совершенное, которое продолжитъ въ будущемъ дѣло спасенія рода человѣческаго подъ управленіемъ единаго главы (Матѳ. XVI, 18 и послѣдующія; Лук. XXII, 32; Іоан. XXI, 15-17) ученіемъ изустнаго проповѣдыванія (Мар. XVI, 15), принятіемъ таинствъ, источника небесной благодати (Іоан. III, 5; VI, 48-59; XX, 22 и послѣдующія; Матѳ. XVIII, 18 и т. д.); вотъ почему въ притчахъ Онъ называлъ ее царствомъ (Матѳ. XIII), домомъ (Матѳ. XVI, 18), овчарней (Іоан. X, 16) и стадомъ (Іоан. XXI, 15-17). Эта Церковь, столь прекрасно установленная, не могла кончиться и погаснуть со смертью своего Создателя и апостоловъ, ставшихъ первыми ея распространителями, оттого, что ей предрѣшено было вести къ вѣчному спасенію всѣхъ людей, безо всякаго различія времени и мѣста: «Итакъ идите и научите всѣ народы». (Матѳ. XXVIII, 19.)

«Въ безпрестанномъ выполненіи этого обязательства, могла ли Церковь не найти въ себѣ силъ и дѣйственности, когда Христосъ самъ предоставляетъ ей свою постоянную поддержку въ знакъ этого торжественнаго обѣщанія: «И се, Я съ вами во всѣ дни до скончанія вѣка». (Матѳ. XXVIII, 20). Церковь, слѣдовательно, должна обязательно существовать не только въ наши дни, но во всѣ времена, безъ того, чтобы не сказали — а это недопустимо — что Христосъ Спаситель измѣнилъ своимъ начертаніямъ или ошибался, когда утверждалъ, что «врата адовы не одолѣютъ ее» (Матѳ. XVI, 18),

/с. 341/

III. Рассужденія, доводы и поведеніе панхристіанъ.

«Вотъ когда представляется случай разоблачитъ и опровергнуть ложную теорію, отъ которой будто-бы зависитъ весь этотъ вопросъ и вдохновиться столь различнымъ дѣйствіемъ католиковъ въ пользу союза христіанскихъ Церквей.

«Работающіе на это предпріятіе не перестаютъ безконечно ссылаться на слова Христа: «Да будутъ вси едино... и будетъ одно стадо и одинъ Пастырь» (Іоан. XVII, 21; X, 16.) и они объясняютъ этотъ текстъ, какъ желаніе и волю Христа Іисуса, которыя еще не возымѣли своего дѣйствія. Они думаютъ, что единство вѣры и управленія, характеризующія истинную и единую Церковь Христову, почти никогда не существовали въ прошломъ и не существуютъ въ настоящемъ; они считаютъ, что это единство должно быть желаемо и что общее согласіе его установить, возможно, но пока о немъ можно лишь мечтать. Они добавляютъ, что сама по себѣ и по своей природѣ Церковь раздѣлена на части, т. е., что она составлена изъ многочисленныхъ Церквей или частныхъ еще раздѣленныхъ общинъ, имѣющихъ кое-какія точки прикосновенія, но отдѣленныхъ во всемъ остальномъ; они утверждаютъ, что всѣ онѣ пользуются одинаковыми правами, что Церковь была одна и едина всего лишь въ апостольскія времена до первыхъ Вселенскихъ Соборовъ. Необходимо, говорятъ они, пренебречь и отстранить даже самые древніе споры и различія ученій, раздѣлявшихъ до нашихъ дней христіанство, и, при помощи иныхъ догматическихъ истинъ, образовать и предложить нѣкое правило общей вѣры; въ исповѣданіи этой вѣры всѣ почувствуютъ себя братьями ранѣе, чѣмъ они это познаютъ; а затѣмъ, соединившись въ общую федерацію, всѣ безчисленныя Церкви и общины смогутъ съ успѣхомъ бороться всѣми силами противъ растущаго невѣрія.

«Вотъ каково, досточтимые братья, общее мнѣніе. Есть, тѣмъ не менѣе, такіе, что объявляютъ и допускаютъ, что протестанство слишкомъ легкомысленно отбросило извѣстные догматы вѣры и различныя проявленія культа, вмѣстѣ и пріятнаго и полезнаго, тогда какъ Римская Церковь ихъ еще придерживается. Они къ тому же торопятся прибавить, что и Римская Церковь, виновна тоже въ искаженіи первоначальной религіи, принявъ и предложивъ на вѣру извѣстныя ученія, не только чуждыя, но и противныя Евангелію: они указываютъ, во-первыхъ, на ученіе Первенства юрисдикціи, принадлежащее Петру и его преемникамъ на Римскомъ Престолѣ. Въ томъ числѣ, хотя, по правдѣ, ихъ немного, есть такіе, которые уступаютъ Римскому Папѣ либо почетное первенство, либо извѣстную власть или юрисдикцію, относя ее не къ божественному праву, но, въ нѣкоторомъ смыслѣ, къ согласію вѣрующихъ; другіе доходятъ до предложенія Римскому Папѣ предсѣдательствовать самому на этихъ конгрес/с. 342/сахъ, могущихъ быть названными пестрядью. Если, между прочимъ, и легко найти католиковъ, ревностно проповѣдующихъ братское общеніе во Христѣ Іисусѣ, то не найти [17] такихъ, которые помышляютъ подчиниться и повиноваться поученіямъ и требованіямъ Намѣстника Іисуса Христа. Между тѣмъ, они утверждаютъ, что охотно войдутъ въ переговоры съ Римской Церковью, на равныхъ основаніяхъ, т. е. какъ равный съ равнымъ; но если бы они начали переговоры, нѣтъ сомнѣнія, что они приступили бы къ нимъ съ мыслью заключить нѣкій пактъ, дающій имъ право не покидать своихъ мнѣній, именно удерживающихъ ихъ въ заблужденіи, внѣ стада Христова.

IV. Слѣдствія.
Церковь измѣнила бы своему назначенію, принявъ участіе въ панхристіанскихъ предпріятіяхъ.

Таково положеніе. Такимъ образомъ ясно, что Апостольскій Престолъ ни подъ какимъ видомъ не можетъ принимать участія въ ихъ конгрессахъ и ни подъ какимъ видомъ католикамъ не дозволяется вступать въ подобныя предпріятія или же имъ способствовать; совершивши это, они признали бы авторитетъ ложной христіанской религіи, совершенно чуждой единой Христовой Церкви. Можемъ ли мы допустить, — что было бы совсѣмъ неправильно — начатіе переговоровъ въ ущербъ истинѣ, истинѣ божественно явленной? Такъ какъ дѣло состоитъ въ защитѣ явленной истины, Іисусъ Христосъ, посылая Апостоловъ въ міръ обучать всѣ народы евангельской истинѣ и охранить ее отъ всякихъ заблужденій, предварительно хотѣлъ наставить ихъ въ истинѣ посредствомъ Духа Святаго; развѣ это апостольское ученіе безслѣдно исчезло изъ той Церкви, въ которой самъ Господь и глава и стражъ, или было оно когда-либо подмѣнено? Если нашъ Искупитель ясно объявилъ, что Его Евангеліе предназначено не только апостольскимъ временамъ, но во всѣ вѣка, развѣ сущность вѣры могла теченіемъ времени стать столь неясной или столь невѣрной, что въ наши дни можно допустить противоположныя мнѣнія? Если это оказалось вѣрнымъ, нужно было бы сказать, что сошествіе Святаго Духа на апостоловъ, постоянное присутствіе того же Духа въ Церкви и сама проповѣдь Іисуса Христа потеряли уже нѣсколько столѣтій свою силу и всю свою пользу, но подобное утвержденіе было бы кощунствомъ.

«Единородный Сынъ Божій не только предписалъ посланнымъ имъ поучать всѣ народы, онъ предписалъ всѣмъ людямъ обязанность придавать вѣру всѣмъ истинамъ, которыя будутъ имъ открыты «свидѣтелями, предъизбранными отъ Бога», (Дѣян. X, 41), и онъ одобрилъ этотъ порядокъ, при/с. 343/бавивъ: «Кто будетъ вѣровать и креститься, спасенъ будетъ; а кто не будетъ вѣровать, осужденъ будетъ». (Марк. XVI, 16). Однако, и то и другое наставленіе Христа, одно о поученіи и другое о вѣрѣ, не могущія не выполняться, чтобы пріобрѣсти вѣчное спасеніе, не будутъ поняты, если Церковь не предложитъ евангельскую истину въ своей цѣлости и очевиднымъ способомъ и если въ этомъ поученіи она не будетъ защищена отъ всякой опасности заблужденія. Не есть ли также отдаленіе отъ истины, воображеніе, что хотя хранилище истины и существуетъ на землѣ, но что нужны столь тяжелые труды, столь долгіе годы изученія и споровъ, чтобы ее найти и достигнуть, что жизни человѣческой еле хватитъ; будто милосердный Господь говорилъ своими пророками и единороднымъ Своимъ Сыномъ, поучая явленной истинѣ, только небольшому количеству людей зрѣлого возраста, а не съ цѣлью дать догматъ вѣры и нравственности, направляющій человѣка во все время его смертной жизни.

Нѣтъ любви въ ущербъ истинѣ.

«Эти панхристіане, стремящіеся федерировать Церкви, представляются преслѣдующими въ высшей степени благородный планъ проникновенія въ среду всѣхъ христіанъ любви; но можетъ ли любовь обратиться въ ущербъ вѣрѣ? Никто не сомнѣвается, что самъ Св. Іоаннъ, апостолъ любви, раскрывшій въ своемъ Евангеліи тайны Священнаго Сердца Іисусова и имѣвшій привычку внѣдрять въ умы своихъ ближнихъ новую заповѣдь «любите другъ друга», безусловно запретилъ всякія сношенія съ тѣми, кто не исповѣдуетъ полнаго и чистаго ученія Христа: «Кто приходитъ къ вамъ и не приноситъ сего ученія, того не принимайте въ домъ и не привѣтствуйте его» (2 Іоан. 10). Вотъ почему, какъ любовь имѣетъ основаніемъ неподкупную и искреннюю вѣру, такъ единство вѣры есть главнѣйшая связь, долженствующая объединить всѣхъ послѣдователей Христа.

Крайнія различія мнѣній среди панхристіанъ.

«Какъ же можно постичь христіанскій пактъ, въ которомъ всѣ участники сохранятъ, даже въ отношеніи сущности самой вѣры, ихъ частный образъ мышленія и оцѣнки, несмотря на противорѣчія этихъ идей съ теоріями другихъ? И какъ, спрашиваемъ мы, люди, тяготѣющіе къ противоположнымъ вѣрованіямъ, создадутъ одну и одинаковую общину? Напримѣръ, одни утверждаютъ, что Священное Преданіе есть несомнѣнно источннкъ божественнаго Откровенія, тогда какъ другіе это отвергаютъ. Одни признаютъ духовную іерархію, составленную изъ епископовъ и священнослужителей, божественнымъ установленіемъ, другіе же считаютъ, что она была введена постепенно, согласно времени и обстоятельствамъ. Эти поклоняются Христу, воистину присутствующему во Свя/с. 344/той Евхаристіи чудеснымъ претвореніемъ хлѣба и вина, называемымъ пресуществленіемъ; иные утверждаютъ, что тѣло Христово присутствуетъ лышь вѣрою и знаменіемъ или непорочностью Таинства; одни признаютъ въ Святомъ Причастіи единовременно естество жертвоприношенія и таинства, другіе говорятъ, что это не что иное, какъ память или воспоминаніе Тайной Вечери Спасителя. Нѣкоторые вѣрятъ, что хорошо и полезно призывать съ мольбой Святыхъ, царствующихъ со Христомъ и особенно Марію, Матерь Божію, и чтить ихъ изображенія, другіе претендуютъ на то, что этотъ культъ не можетъ быть примѣняемъ, разъ онъ въ противорѣчіи со славой, воздаваемой Іисусу Христу: «единъ и посредникъ между Богомъ и человѣками» (1 Тим. II, 5).

«Мы не знаемъ, какъ это глубокое различіе мненій можетъ открыть путь къ единству Церкви, когда единство это можетъ возникнуть лишь изъ единаго управленія, изъ единаго правила вѣры и одинаковаго вѣрованія Христіанъ; но мы безъ сомнѣнія знаемъ, что это служитъ легкимъ этапомъ къ религіозному равнодушію, безразличію и модернизму, несчастные послѣдователи чего, претендуютъ на то, что догматическая истина несовершенна, но условно, то есть, что она приспосабливается къ различнымъ нуждамъ времени, мѣста и къ различнымъ склонностямъ умовъ, разъ она не содержится въ незыблемомъ Откровеніи, и что она такого свойства, что приспосабливается къ людской жизни.

Догматическая истина одна и незыблема.

«Кромѣ того, въ томъ, что касается догматовъ вѣры, отнюдь нельзя допустить, охотно ими вводимаго, пользованія различіемъ между «основными» истинами вѣры и «не основными», какъ будто однѣ должны быть восприняты всѣми, тогда какъ врующіе окажутся уполномоченными вѣрить или не вѣрить другимъ; такъ какъ сверхъестественная добродѣтель вѣры имѣетъ подлинной цѣлью укрѣпленіе авторитета проявляющаго Бога, не допускающаго въ этомъ смыслѣ никакихъ различій. Вотъ почему всѣ вѣрующіе послѣдователи Христа одинаково вѣруютъ въ Непорочное Зачатіе Божьей Матери, такъ же, какъ, напримѣръ, въ тайну Святой Троицы, или же они не иначе вѣруютъ въ Воплощеніе Спасителя нашего, какъ и въ непогрѣшимое учительство Римского Папы, въ смыслѣ какъ оно было постановлено Ватиканскимъ Вселенскимъ (Oecuménique) Соборомъ. Изъ того, что Церковь постановила и освятила эти истины торжественными опредѣленіями въ разныя эпохи и даже въ недавнее время, не слѣдуетъ, что онѣ всѣ не одинаково вѣрны или не одинаково обязательны нашей вѣрѣ; развѣ не Господь ихъ всѣхъ явилъ?

«Въ самомъ дѣлѣ, учительство Церкви, — установленное на землѣ божественнымъ рѣшеніемъ для вѣчной охраны въ неприкосновенномъ видѣ и передачи явленнаго ученія — вы/с. 345/полняется ежедневно Римскимъ Папой и епископами, находящимися съ нимъ въ общеніи, и несущими также обязанности, когда нужно дѣйственно сопротивляться заблужденіямъ и нападеніямъ еретиковъ или запечатлѣвать съ большой ясностью и точностью въ умахъ вѣрующихъ нѣкоторыя объясненія священнаго ученія, давать своевременныя объясненія торжественными постановленіями и рѣшеніями. Обычай этого исключительнаго учительства не вводитъ никакихъ выдумокъ и не допускаетъ никакихъ новшествъ въ суммѣ всѣхъ истинъ, находящихся, по крайней мѣрѣ по смыслу, въ хранилищѣ Откровенія, божественно переданнаго Церкви; но оно объявляетъ истины для нѣкоторыхъ еще могущія быть неясными или оно предписываетъ разсматривать какъ вѣрныя тѣ, о которыхъ нѣкоторые еще спорятъ.

Христіанское единство произойдетъ только возвращеніемъ отпавшихъ къ истинной Церкви, присоединеніемъ къ Римскому Престолу.

«Итакъ, досточтимые братья, становится понятнымъ, почему Апостольскій Престолъ никогда не разрѣшитъ своимъ принимать участіе въ конгрессахъ не католиковъ; въ самомъ дѣлѣ, невозможно достигнуть единенія христіанъ иначе, какъ способствуя возвращенію отпавшихъ къ единственной и истинной Церкви Христа, отъ которой они въ свое время, къ сожалѣнію, отошли. Возвратъ къ единственной и истинной Церкви, говоримъ мы, явной для всѣхъ и по волѣ своего Создателя на вѣки существующей такъ, какъ ее онъ самъ создалъ, на спасеніе всѣхъ. Мистическая Невѣста Христова никогда, въ теченіи вѣковъ не осквернялась и, по свидѣтельству святаго Кипріана, никогда не осквернится: «Невѣста Христова не можетъ быть осквернена; она чиста и непорочна. У нея одна лишь обитель; непорочной цѣломудренностью она блюдетъ святость единственнаго очага» (De Cath. Ecclesiae Unitate, 6). И святой мученикъ сильно удивлялся, и не безъ основанія, что кто-либо могъ вѣрить «что это единство, происходящее отъ божественнаго постоянства, укрѣпляемое небесными таинствами, могло быть разрушено въ Церкви и уничтожено столкновеніями различныхъ хотѣній» (ibid). Мистическое тѣло Христово, то есть Церковь, будучи едино (1 Кор. XII, 12), взаимно скрѣплено связями (Ефес. IV, 16) на подобіе человѣческого тѣла. Было бы безсмысленно утверждать, что человѣческое тѣло можетъ состоять изъ разлученныхъ и раздѣльныхъ членовъ; кто не соединенъ съ ней не будетъ ея членомъ и не сочетается съ ея Главой, которая есть Христосъ. (Ефес. V, 30; I, 22).

«Въ этой единой Церкви Христовой, никто не существуетъ, никто не живетъ, безъ признанія и послушнаго подчиненія авторитету и власти Петра и его законныхъ преемниковъ. Этому Римскому епископу, верховному Пастырю душъ, /с. 346/ не повиновались ли предшественники тѣхъ, которые замѣшаны въ заблужденіяхъ Фотія и новаторовъ? Увы! сыновья покинули отчій домъ, но онъ изъ за этого не провалился, поддержанный постоянной помощью Бога; пусть вернутся они къ общему Отцу, который забудетъ несправедливости, причиненныя въ свое время апостольскому Престолу, и приметъ ихъ съ самой живой любовью! Если они хотятъ, какъ они говорятъ, соединиться съ Нами и съ нашими, почему не поторопятся они вернуться къ Церкви «Матери и Госпожѣ всѣхъ вѣрныхъ христіанъ» (Латеранскій Соборъ IV, 5). Пусть послушаютъ они Лактанція восклицаюшаго: «Одна... католическая Церковь сохраняетъ истинную религію. Это источникъ истины, обиталище вѣры, храмъ Божій; если въ нее не вступаютъ, или изъ нея выходятъ, то лишаются всякой надежды на жизнь и спасеніе. Безполезно кому бы то ни было гордиться упрямой борьбой. Это вопросъ жизни и спасенія; если не позаботиться объ этомъ старательно и осмотрительно, то это гибель и смерть» (Divin. Inslit. 4, 30, 11-12).

Заключеніе.
Призывъ къ единенію.

«Пусть возвратятся, слѣдовательно, отколовшіеся сыновья къ апостольскому Престолу, утвердившемуся въ томъ градѣ, гдѣ Петръ и Павелъ, князья апостоловъ пожертвовали своей кровью, къ этому Престолу «корню и матери католической Церкви» (S. Cypr. Ep. 48 ad Cornelium, 3); пусть возвратятся они, откинувъ мысль и надежду, что «Церковь Бога живаго, столпъ и утвержденіе истины» (1 Тим III, 15) отступится отъ цѣльности вѣры и попуститъ ихъ заблужденія, довѣрившись ея учительству и ея управленію. Дай Богъ увидѣть Намъ, то что столько Нашихъ предшественниковъ не могли видѣть, чтобы Мы могли отцовскимъ сердцемъ обнять сыновей, несчастное отдѣленіе которыхъ мы оплакиваемъ; да угодно будетъ Господу Нашему Спасителю, «который хочетъ, чтобы всѣ люди спаслись и достигли познанія истины» (1 Тим. II, 4), услышать пламенную молитву Нашу, дабы благоволилъ онъ призвать всѣхъ заблудившихъ къ единой Церкви. Въ дѣлѣ такого значенія, Мы беремъ и хотимъ взять какъ защитницу, блаженную Дѣву Марію, Мать божественной благодати, побѣдительницу всѣхъ ересей и помощницу христіанъ, дабы она выполнила для Насъ, возможно скорый, приходъ столь желаннаго дня, въ который всѣ люди услышатъ гласъ ея божественнаго Сына «стараясь сохранять единство духа въ союзѣ мира». (Еф. IV, 3).

«Вы знаете, Досточтимые Братья, сколь Мы хотимъ этого единства. Мы хотимъ, чтобы и сыновья Наши знали это тоже, и не только принадлежащіе къ католическому міру, но и всѣ отдѣлившіеся отъ Насъ; если послѣдніе воззовутъ о помощи въ смиренной молитвѣ къ свѣточамъ небеснымъ; /с. 347/ нѣтъ сомнѣніи, что они призыаютъ единственную и истинную Церковь Іисуса Христа и что, въ концѣ концовъ, они войдутъ въ нее, соединившись съ Нами въ совершенной любви. Въ ожиданіи этого, какъ залогъ божественныхъ благодѣяній и во свидѣтельство Нашего отеческаго благоволенія Мы даруемъ Вамъ, Досточтимые Братья, отъ всего сердца вамъ, вашему духовенству и вашему народу апостольское Благословеніе.

«Дана въ Римѣ, у Святого Петра, 6 января въ праздновеніе Святого Крещенія Господа Нашего Іисуса Христа, 1928 года, Нашего же Первосвяшенства въ шестой».

Трудно, казалось бы изложить болѣе ясно отношеніе Ватикана къ вопросу: нѣтъ экуменизма внѣ римской католической церкви, единственно имѣющей право на возглавленіе вселенства Христовой Церкви.

О. Конгаръ, изслѣдуя отношеніе католической Церкви къ экуменизму, говоритъ:

«Католическая Церковь доктринально отбрасываетъ съ наибольшей ясностью, всевозможныя формы экуменизма, гдѣ всѣ обѣщанія и дарованія Христа, относящіяся къ своей Церкви, рискуютъ быть разсматриваемыми по крайней мѣрѣ по существу, какъ бывшія, пусть даже частично, недѣйствительными или невѣрными».

Приведенныя строки помогаютъ намъ еще лучше уточнить мысль католической Церкви, исповѣдующей, что она одна лишь обладаетъ полнотой истины, дробить которую она отнюдь не хочетъ и, упорствуя въ ея сохраненіи, готова принимать въ свое лоно другія Церкви лишь при условіи принятія ими римской истины.

Но вотъ именно тутъ, насъ такъ сильно поражаетъ папская энциклика. Вѣдь объ утвержденіи многихъ основныхъ догматовъ Церкви въ ней говорится мало, можно сказать лишь вскользь; первенствующую роль въ этой энцикликѣ играетъ лишь одинъ догматъ, кстати одинъ изъ послѣдней серіи догматовъ 19 вѣка, — первосвящества и папской непогрѣшимости.

Къ этому вопросу Папа Пій XI многократно возвращается, ставя признаніе своей власти, какъ основное условіе для единенія Церквей, почти умалчивая о различіи другихъ догматовъ, по нашему смиренному понятію, имѣющихъ значенія гораздо высшее.

Это, конечно, не случайно, глубоко обдуманно и является основой провозглашаемаго Ватиканомъ экуменизма, не допускающаго рѣшенія вопроса иначе, какъ въ рамкахъ Единой Вселенской римско-католической церкви, управляемой Намѣстникомъ Христа — непогрѣшимымъ Папой.

Аббатъ Кальве, на шесть лѣтъ опередившій своей книгой разсматриваемую нами энциклику, говоритъ, что Папа Пій IX всегда помышлялъ «о возвращеніи греко-русской цер/с. 348/кви въ католическое единеніе» и, принимая во вниманіе почитаніе, существующее по всей Россіи, Пресвятой Дѣвы Маріи, составилъ на сей предметъ молитву, изъ которой мы приводимъ первую ея часть.

«О Марія, Непорочная Дѣва, мы ваши слуги и сыновья Святой Римской Католической Церкви, полные довѣрія къ вашему могущественному покровительству, смиренно молимъ Васъ умолить божественнаго Духа, въ честь и славу своего вѣчнаго исхожденія отъ Отца и Сына, подать обиліе даровъ его, въ снисхожденіе къ заблудшимъ братьямъ нашимъ, Грекамъ раскольникамъ, дабы, освященные его животворящей благодатью, они вернулись въ лоно Католической Церкви, подъ непогрѣшимое управленіе ея первѣйшаго пастыря и врача, Верховнаго Римскаго Папы» [18].

Совершенно то же. Нѣтъ вопроса о раздѣляющихъ насъ догматахъ, — говорится лишь объ одномъ: признайте папскую власть и вопросъ исчерпанъ.

Аббатъ Кальве, издавшій отдѣльной брошюрой, произнесенныя имъ, на основаніи указаній Папы Бенедикта XV, девять проповѣдей, произнесенныхъ имъ въ девять молитвенныхъ Троицыныхъ дней, называя многократно Православную Церковь обратившейся въ пыль, самъ себѣ, однако, противорѣчитъ, спеціально указывая на Русскую Церковь и признавая за Ней много того, чему, по его мнѣнію, не мѣшало бы перенять и католической.

Чтеніе этихъ проповѣдей часто очень болѣзненно воспринимается православнымъ читателемъ, но, такъ какъ изданіе ихъ снабжено «Nihil obstat» іерархической цензуры и «Imprimatur» тѣхъ же властей, мы можемъ разсматривать ихъ какъ извѣстный документъ, выясняющій намъ отношеніе католицизма къ интересующему насъ вопросу и почерпать изъ нихъ наиболѣе поучительное.

Аббатъ говоритъ, что для православныхъ, главнымъ камнемъ преткновенія къ единенію Церквей является страхъ поглощенія Римской церковью Церквей Православныхъ и, какъ естественное слѣдствіе сего, — ихъ латинизація.

«Именно нѣтъ!» восклицаетъ онъ, «Необходимо провозгласить это во всеуслышаніе, такъ какъ мы подходимъ къ наиболѣе существенному препятствію встрѣчаемому проповѣдниками Единства и къ наиболѣе упорному предразсудку нашихъ отторгшихся братьевъ... Римское ученіе на этотъ счетъ опредѣленно; оно было подтверждено Бенедиктомъ XIV и Львомъ XIII способами не допускающими двухсмысленностей и оно было разъясненно католическими богословами и извѣстными прелатами, какъ Кардиналъ Лавиржери и Кардиналъ Виземанъ. Нѣтъ, въ римскомъ понятіи единство не естъ поглощеніе. /с. 349/ Прежде всего ни отъ кого не требуютъ отреченія, а лишь объясненій; никого не просятъ подчиниться, но войти въ единеніе. И въ этомъ созданномъ единеніи всякая Церковь сохраняетъ собственное лицо. Она сохраняетъ свою литургію, свидѣтельствующую о вѣковомъ благочестіи; въ извѣстныхъ рамкахъ она сохраняетъ и свой укладъ. Она сохраняетъ своихъ епископовъ, которые, говорилъ Левъ XIII, не будутъ простыми Папскими намѣстниками, а истинными начальниками, апостольскими преемниками, въ общеніи со всѣми признаннымъ, какъ глава Церквей — Папой. Она сохранитъ свой языкъ, свою миссіонерскую, дѣятельность, свою финансовую организацію, свои частныя сношенія съ гражданскими главами Государствъ и ихъ Родины. На этотъ счетъ Римская Церковь уже доказала свой либерализмъ; она стремится не къ латинизаціи христіанского міра, но къ желанному Іисусомъ единству въ ученіи и духовномъ управленіи. Она знаетъ, что разнообразіе Церквей необходимо, ввиду разнообразія расъ, и что одно изъ наиболѣе яркихъ свойствъ католицизма быть именно католическимъ, то есть безконечно гибкимъ, чтобы поучать и объединять самыя разнообразныя формы человѣческихъ мысли и чувства. Оно стоитъ за сохраненіе этого живого свойства католицизма, столько же, сколько она стоитъ за спасеніе желаемаго Іисусомъ единенія. Послѣ торжественныхъ завѣреній Льва XIII, послѣ столь широко предоставленнаго, соединившимся Восточнымъ Церквамъ, самоуправленія, нельзя болѣе поддерживать малѣйшую двусмысленность: единеніе не есть поглощеніе» [19].

А всего лишь одной страннцей впереди мы читаемъ слѣдующія его разсужденія:

«Если христіанское единство погибло, то оттого лишь, что былъ отвергнутъ авторитетъ Петра; если отторгнувшіеся обратились въ пыль общинъ и сектъ, то оттого что они утратили центръ единства, главу; какъ слѣдствіе сего, раздѣлившіеся элементы не обрѣтутъ единенія, иначе какъ принявъ кореное условіе единенія, послушаніе главѣ, который въ Церкви является преемникомъ Петра» [20].

И здѣсь мы не видимъ ничего новаго, лишь только нѣкоторое уточненіе: служите литургію какъ вамъ угодно, охраняйте вашъ церковный укладъ, ваши епископы останутся вашимъ іерархическимъ начальствомъ, служите на любомъ языкѣ, употребляйте какія вамъ болѣе подходятъ миссіонерскія средства, организуйте и блюдите ваши церковные финансы, устраивайтесь съ вашими гражданскими властями, все это будто Ватиканъ вовсе не интересуетъ; единственное «коренное», по выраженію аб. Кальве, условіе: признайте Папу и его непогрѣшимость.

/с. 350/ Вотъ какъ представляется, слѣдовательно, по изученіи вопроса, офиціальный взглядъ Ватикана на экуменическую Церковь, существующую и въ наши дни подъ именемъ Римско-Католической.

Вмѣстѣ съ тѣмъ, намъ казалось очень полезнымъ, изъ всего уже изложеннаго, перенять отъ Католической Церкви извѣстную долю ея нетерпимости по отношенію протестанства. Слишкомъ уже различны наши понятія о сущности вѣры; благодать, осѣняющая наше священство, это удивительное православное подвижничество, столь глубокое почитаніе нашей Заступницы Небесной, не говоря уже про значительное количество догматовъ не признаваемыхъ протестантами.

Вопросъ долженъ стать на плоскость не того, можемъ ли мы вести съ еретиками переговоры о соединеніи, а имѣемъ ли мы право помышлять о малѣйшемъ единствѣ съ ними.

Какіе компромиссы попытаются они изобрѣсти, и склонны ли мы хоть сколько нибудь итти на подобные комромиссы? А безъ нихъ повидимому не обойтись.

О. Конгаръ говоря про одну изъ экуменическихъ конференцій, приводитъ слѣдующее:

«Такимъ образомъ въ Стокгольмѣ видѣли и салютистовъ, не признающихъ ни одного таинства, даже крещенія, унитарійцевъ, отвергающихъ вѣру въ Святую Троицу»... [21].

Вѣдь разговоры съ подобными христіанами безъ сомнѣнія возможны съ точки зрѣнія миссіонерской; они даже были бы очень полезны, но искать единенія съ ними по крайней мѣрѣ утопично.

Ввиду такого рѣзкаго осужденія Ватиканомъ разнородныхъ экуменическихъ группировокъ, отклики сего тотчасъ же подхватываются и нисходящей католической іерархіей.

Собраніе французскихъ кардиналовъ и архіепископовъ въ мартѣ 1936 года предостерегаетъ вѣрующихъ католиковъ слѣдующимъ образомъ:

«Собраніе, освѣдомленное о попыткахъ дѣлаемыхъ въ нѣкоторыхъ религіяхъ, адвентистами, пятидесятниками и антонистами, принимая во вниманіе, что пропаганда эта приводитъ къ прискорбнымъ вѣроотступничествамъ, находитъ нужнымъ предостеречь христіанское населеніе противъ этихъ предполагаемыхъ оздоровленій, противъ грубыхъ предразсудковъ и внушеній, сопровождающихъ подобныя манифестаціи.

Собраніе, признавая тѣмъ не менѣе цѣнность нравственныхъ основаній имѣющихся въ «Оксфордской группѣ», предостерегаетъ католиковъ въ отношеніи нѣкоторыхъ ихъ тенденцій, явно находящихся подъ протестантскимъ вліяніемъ».

Вѣроятно, документовъ подобнаго осуждающаго свойства, нынѣ уже можно было бы подобрать безчисленное множество, но намъ думается, что поиски ихъ не нужны, такъ /с. 351/ какъ уже доложенные, достаточны чтобы составить себѣ ясное представленіе о томъ отношеніи католической Церкви къ экуменическому движенію, которое нельзя назвать иначе, какъ опредѣленно отрицательнымъ.

На этомъ можно было бы и ограничиться, выяснивъ офиціальное отношеніе католицизма къ вопросу; но за офиціальной стороной кроется и другая, не всегда легко уловимая, но безспорная.

Дисциплина въ Римской Церкви чрезвычайна, нарушеніе ея никогда не проходитъ безнаказанно. Вся Церковь должна говорить въ унисонъ съ голосомъ Папы, разногласія не допускаются.

И вотъ тутъ, первыя предостереженія даются намъ устами самой же католической Іерархіи. Въ доложенной нами Папской энцикликѣ, мы не нашли ничего кромѣ осужденія. Никакого намека на какую либо «цѣнностъ» идеи или дѣйствія въ экуменическомъ движеніи, тогда какъ въ приведенномъ нами постановленіи французскихъ епископовъ, мы отмѣчаемъ не совсѣмъ согласную съ общимъ тономъ, нотку, признающую «цѣнность моральныхъ основаній», проводимыхъ Оксфордской группой.

Давая въ своемъ журналѣ рецензію громадному количетву книгъ, издающихся во Франціи, аббатъ Бетлеемъ, часто говоритъ и о появляющихся книгахъ, трактующихъ объ экуменизмѣ. Осуждая движеніе, онъ также почти въ каждой своей рецензіи находитъ нѣсколько словъ для оттѣненія нѣкоторыхъ, существующихъ въ экуменизмѣ, «цѣнностей».

Это даетъ намъ право предположить, что за офиціальной стороной должна существовать и другая не офиціальная, выражаясь вульгарнымъ языкомъ, — сторона закулисная.

Изслѣдованіе этой стороны вопроса будетъ значительно сложнѣе, выводы его легче могутъ быть оспорены, могутъ оказаться исключительно неожиданными и на первый взглядъ невѣроятными.

Понимая лежащую на немъ отвѣтственность, составитель доклада приступаетъ потому ко второй части съ особой осторожностью.

Вліяніе Франкъ-масонства на Оксфордскую конференцію.

Приступая къ настоящему изслѣдованію необходимо предварительно сказать нѣсколько краткихъ словъ о томъ, что представляетъ собою масонство.

Масонство есть организація лжи. Ложью оно создано, ложью оно существуетъ, ложью оно добивается своихъ цѣлей. Не будь въ масонствѣ лжи, оно не могло бы существовать. Выбросьте изъ него ложь, и масонство разсыпется.

/с. 352/ Оплетя себя за послѣдніе два столѣтія непроницаемымъ клубкомъ лжи, запутавъ положительно все, касающееся своей организаціи, ложью этой, масонство создало себѣ ту защитительную силу, которую почти невозможно, а во многихъ случаяхъ просто безразсудно, пытаться пробить.

Въ наши дни въ масонствѣ нѣтъ той отрасли, того вопроса, той дисциплины, которые бы не опровергались и не отвергались разного рода защитниками или изслѣдователями его въ зависимости отъ примѣняемыхъ и употребляемыхъ ими доказательствъ; считаясь съ интересомъ сегодняшняго дня всякій вопросъ, касающійся масонства, можетъ быть поддержанъ или оспоренъ независимо отъ правды.

Однимъ изъ положеній масонства, вѣрныхъ всему его основанію лжи, совершенно естественно потому будетъ скрываніе своихъ цѣлей. Стараясь елико возможно себя не выдать, оно подходитъ окольно, пытаясь незамѣтно проводить свои планы въ профанной, т. е. не посвященной средѣ, личнымъ вліяніемъ нѣкоторыхъ своихъ членовъ (братьевъ), пользуясь къ тому же и громкими, ничего не стоющими, имѣющими за собой одну лишь пустоту, лозунгами, возведенными современными демократіями чуть ли не на высоту догматовъ.

Просмотрѣвъ не малое количество масонскаго матерьяла, мы не нашли въ немъ конкретныхъ указаній на интересъ масонства къ экуменизму. Окольныхъ — тьму. Приводить ихъ всѣхъ не будемъ; дадимъ лишь нѣсколько образчиковъ вопросовъ, иногда разбирающихся въ ложахъ.

12-го февраля 1936 года братъ Бернаръ трактуетъ въ Ложѣ «Искусство и Мысль» о «Религіи завтрашняго дня» [22].

Ложа «Космосъ», объявляя о постановкѣ на очередь 19-го іюня 1934 года вопроса: «Загадка грядущихъ дней», прибавляетъ:

«Выдающіеся ораторы и особо католики, іудеи, протестанты и раціоналисты свободно разовьютъ свои мысли» [23].

Подобными лекціями и докладами, въ духѣ экуменической конференціи, пестрятъ масонскіе бюллетени, не давая прямого отвѣта. Окончательно выяснить интересующій вопросъ представляется возможнымъ путемъ сличенія нѣкоторыхъ попытокъ масонства въ этой отрасли и изслѣдованіемъ возможного вліянія на Оксфордскую конференцію 1937 года отдѣльныхъ членовъ ея, выступавшихъ на ней и сыгравшихъ ту или иную роль.

Чрезвычайно интереснымъ представляется намъ, изданное въ видѣ отдѣльной книги [24], объемляющей 214 страницъ, «Письмо Римскому Папѣ», написанное виднымъ масонскимъ историкомъ, членомъ Верховнаго Совѣта Франціи, братомъ /с. 353/ 33-го и послѣдняго градуса, Альбертомъ Лантуанъ съ предисловіемъ къ нему не менѣе извѣстнаго изслѣдователя масонскаго символизма и масонскаго дѣйства, тоже 33-го градуса, брата Освальда Виртъ.

Если мы не ошибаемся, оба они іудейскаго происхожденія.

Свое предисловіе Освальдъ Виртъ начинаетъ слѣдующимъ размышленіемъ:

«Въ теченіе двухъ вѣковъ уже, Церковь и Франкъ-Масонство воюютъ. Съ обѣихъ сторонъ умы возбуждены, массы дерутся и вовсе не склонны къ прекращенію враждебныхъ дѣйствій. Однако, стоящіе во главѣ ихъ, не скрываютъ отъ себя, что подобная борьба безсмыслена и что она вытекаетъ изъ рокового недоразумѣнія. Дѣло вовсе не въ томъ, чтобы отдать приказъ «на лѣво кругомъ». Нельзя ли протрубить «отбой»? Влечетъ ли къ этому сигналу Папу? Вотъ вопросъ, который ставитъ Альбертъ Лантуанъ» [25].

Давъ этими краткими словами прекрасное разъясненіе всего содержанія разсматриваемой книги, онъ добавляетъ:

«Литературный талантъ случайнаго кореспондента Его Святѣйшество не замедлитъ плѣнить многочисленныхъ читателей, спокойно пораздумавшихъ и вышедшихъ изъ состоянія простаковъ обманутыхъ борьбой, отравленной вѣковой непонятостью» [26].

«Вотъ уже двѣсти лѣтъ», вторитъ братъ Лантуанъ брату Виртъ, «наши оба лагеря не перестаютъ обмѣниваться ударами и плевками, вокругъ созданныхъ нами баррикадъ» [27].

«Великая грусть, что универсально-образованный человѣкъ и священникъ, имѣющіе общее для обоихъ тяготѣніе къ духовной жизни, также какъ вообще высшую заботу объ общественномъ и моральномъ устроеніи человѣчества, находятся раздѣленными совершенно неопреодолѣваемой дальностью ихъ міровоззрѣній (credo)» [28].

«Вопросъ состоитъ въ томъ, чтобы выяснить, возможно ли ввиду общей, угрожающей намъ опасности, уменьшить проявленіе нашего разномыслія» [29].

«Да! Что мы выиграли изъ-за нашего разномыслія?.. И теперь, когда религія и философія стали одинаково сомнительны, матеріализмъ прикрываетъ свое убожество своимъ сладострастнымъ призракомъ» [30].

Сравнивая мысль автора письма Папѣ съ исходными разсужденіями основателей экуменизма, мы не только не находимъ противорѣчій, но утверждаемъ, что они составлены почти въ однихъ и тѣхъ же выраженіяхъ.

/с. 354/ Мысль, безъ сомнѣнія, одна, развитіе ея тоже.

Насколько невѣроятно трудно провести въ жизнь соединеніе различныхъ христіанскихъ Церквей и сектъ, во многихъ случаяхъ созданныхъ съ цѣлью ослабленія основныхъ, такъ называемыхъ ортодоксальныхъ Церквей, настолько и Ал. Лантуанъ представляетъ себѣ трудность совмѣщенія несовмѣстимаго.

Но масонская казуистика, способная извратить всякое понятіе, легко находитъ себѣ выходъ изъ этого затруднительнаго положенія.

«Франкъ-масонство преслѣдуетъ превозношеніе человѣка», философствуетъ авторъ, «Церковь — превозношеніе Бога. Соперничество? Нѣтъ. Сочетаніе — несмотря на все» [31].

«Мы вольнодумцы, вы вѣрующіе. Не будемъ оплакивать эту чудвищную разницу. Къ чему? Какъ сказалъ Пиранделло: «Каждому своя истина». Вы служите Богу, которому я не вѣрю. Что изъ этого слѣдуетъ? Ересь? Бросимъ это устарѣвшее слово» [32].

Вотъ какъ просто рѣшаются подобные вопросы тѣми, для кого слово «ересь» является лишь однимъ устарѣвшимъ, вышедшимъ изъ людского обихода словомъ, не носящимъ въ себѣ всей скорби, наполняющей сердце всякаго вѣрующаго.

Но этого мало. Въ своей циничности Ал. Лантуанъ идетъ дальше, обращая вниманіе Папы на одну изъ своихъ старыхъ статей, напечатанную въ бюллетенѣ «Высшихъ Мастерскихъ Верховнаго Совѣта Франціи». (Bulletin des Ateliers Supérieurs du Suprême Conseil de France).

Онъ приводитъ эту статью полностью, мы же беремъ изъ нея лишь слѣдующій отрывокъ:

«Вѣрно. Одержимые духомъ изслѣдованія, мы слуги Сатаны. Вы хранители истины, вы служители Бога. Эти два Учителя другъ друга пополняютъ. Они нужны другъ другу. Вы толкаете власть на истребленіе масонства. Берегитесь! Въ тотъ день, по выраженію Мелеанара «ваши трубные призывы къ убійству» взорвутся отъ рыданій, такъ какъ смерть Сатаны отмѣтитъ агонію вашего Бога» [33].

Ужасныя слова! Трудно произносимыя кощунства, приводимыя съ исключительной цѣлью болѣе опредѣленнаго выясненія вопроса.

Продолжая настаивать на необходимости единенія, авторъ утверждаетъ:

«Въ нашемъ раздѣленіи трагично то, что цѣли наши тождествены. Чего искали вы? Братства людей? Мы тоже» [34].

/с. 355/ Вспоминая сугубые раздоры, раздиравшіе въ свое время христіанскія Церкви, авторъ не безъ ироніи, обращаясь къ Папѣ напоминаетъ ему:

«Кто бы подумалъ, что настанетъ время, когда ваши представители, въ торжественныхъ случаяхъ, будутъ брататься съ представителями синагоги и съ пасторами тѣхъ храмовъ, которыми увѣковѣчивается непростительный мятежъ Лютера?» [35].

«Однако время, косящее человѣческія сумасбродныя страсти, какъ плевелы, создало то, что въ наши дни ваши представители встрѣчаются безъ злобы съ пастырями другихъ исповѣданій. Смягченіе нравовъ побудило Римъ къ подобнымъ уступкамъ» [36].

И вѣрно. Въ современномъ Вавилонѣ, который представляетъ изъ себя Франція, мы болѣе не удивляемся частымъ демонстраціямъ трехъ главныхъ французскихъ вѣроисповѣданій, гдѣ католическіе прелаты, протестанскіе пасторы, великіе и просто раввины выступаютъ совмѣстно не только на опредѣленныхъ оффиціальныхъ торжествахъ, но и въ совершенно неоффиціальныхъ собраніяхъ, гдѣ присутствіе ихъ объясняется уже не неволей, а разсудкомъ.

Къ сожалѣнію, нерѣдко въ подобныхъ собраніяхъ намъ приходилось съ грустью переживать присутствіе членовъ Православной Церкви, возглавляемой Митрополитомъ Евлогіемъ, которыхъ, неразбирающіеся во многомъ иностранцы, принимали, какъ представителей Русской Церкви.

А братъ Лантуанъ продолжаетъ:

«...Всѣ, носящіе свѣтильники, имѣютъ право на одинаковое къ себѣ уваженіе. Вотъ, что нужно проповѣдывать Вашей паствѣ, о, Римскій Папа! также, какъ и я внушаю это моимъ братьямъ. Нужно имъ говорить, что, ввиду опасности гибели подъ ударами рабовъ, мы должны обоюдно отказаться отъ того систематическаго позора, который уже слишкомъ долго затемняетъ наши разсудки.

О дѣло не въ жеманномъ соглашеніи; мы могли вѣдь не сговориться о способахъ нападенія и защиты, и тогда наше разногласіе осложнилось бы еще болѣе. Нѣтъ, то, что я предлагаю, это прекращеніе нашей борьбы отравленнымъ оружіемъ, давъ осуществиться, наконецъ, между нами тому, что въ Средніе Вѣка ваши предшественники называли «Божіимъ Перемиріемъ» [37].

Измѣняя масонской тактикѣ никогда не раскрывать своихъ цѣлей, братъ Лантуанъ проговаривается слѣдующимъ сознаніемъ:

«Да, проповѣдуемое мною перемиріе натолкнется съ обѣихъ сторонъ на враждебность сектантовъ и на подозри/с. 356/тельность скептиковъ. Мнѣ казалось предпочтительнѣй представить его съ большей осторожностью, потому что всякая новая мысль требуетъ абажура, чтобы не слишкомъ ослѣпить человѣческое зрѣніе. Можетъ быть... Но если я озабоченъ его немедленнымъ отраженіемъ, я рискую претворитъся со свѣтомъ» [38].

И, проникнутый своей осторожностью, онъ развиваетъ дальше свое предложеніе:

«Извѣстное число вашихъ сторонниковъ, также, какъ и просвѣщенные члены нашей Организаціи, уже поняли срочность достиженія нами компромисса, который, сохранивъ наши послѣдовательныя традиціи, противупоставитъ насъ единымъ фронтомъ противъ гибельнаго для свободы наскока баламутчиковъ» [39].

«Я не союзъ предлагаю вашей Церкви. Наши послѣдовательныя позиціи въ Государствѣ слишкомъ различны, наши вожделѣнія слишкомъ отдалены, чтобы когда-либо между нами возможно совершилось сближеніе. Я повторяю, наши усилія должны вести лишь къ слѣдующему результату: прекратить то состояніе борьбы, изъ которой ни та сторона, ни другая не извлекли ничего, кромѣ однѣхъ лишь призрачныхъ выгодъ» [40].

Объясненія срочной необходимости заключенія перемирія даются братомъ Лантуанъ слѣдующими вырѣзками:

«Большевизмъ запрещаетъ Франкъ-Масонство и какъ логичное послѣдствіе, онъ затыкаетъ ротъ Церкви. Посмотрите на Хитлера. Правая пресса апплодировала его жесту, цукнувшему братьевъ и поставившему іудеевъ внѣ закона; завтра ваши священники направятся по дорогѣ изгнанія или искупятъ заслуженными обидами грѣхъ неумѣнія найти пламеннаго пророческаго слова, чтобы осудить эти глупости. Покушеніе на мысль есть уже насиліе надъ совѣстью» [41].

«Вчера хитлеровцы кружились адскимъ хороводомъ вокругъ сжигаемыхъ книгъ мысли, завтра вашими благочестивыми писаніями они будутъ поддерживать тѣ же костры» [42].

«Хитлеризмъ, напримѣръ, можетъ только радоваться нашей обоюдной ненависти и нѣкоторые ваши представители, это понявшіе, мужественно поднялись противъ ограниченій и оскорбленій невинныхъ жертвъ, которыми стали недавно въ Германіи іудеи» [43].

«Вотъ наступили ужасные времена, предсказанныя Писаніями, въ кои варвары разсѣятся по всей землѣ на подобіе четвертого всадника изъ Апокалипсиса. Передъ этимъ воскре/с. 357/сеніемъ Инстинкта, гордые нашимъ двойственнымъ апостольствомъ передъ нашествіемъ однихъ лишь матеріальныхъ вожделеній, которыя распнутъ всѣ наши грезы, должны ли мы — вы и мы — остаться противниками?

Возможно.

Возможно... въ глубинѣ насъ самихъ, такъ какъ вашъ Богъ не проститъ Возставшаго Ангела, а Возставшій Ангелъ никогда не отречется.

Должны ли мы оставаться врагами?

Нѣтъ» [44].

«Въ тотъ день, когда Хирамъ еще разъ не устоитъ противъ ударовъ злыхъ подмастерьевъ, вашъ Христосъ подвергнется вторичному поношенію толпы. И одна и та же гробница на вѣки (ad aeternum) покроетъ останки нашего униженнаго величія [45].

Заканчиваетъ свое длинное письмо братъ Лантуанъ слѣдующимъ разсужденіемъ:

«Тогда понявъ, что ихъ ненависть безполезна, Священники и Масоны заключатъ миръ и въ то время, какъ первые, раскрывъ свои таинства, докажутъ Ученымъ, что современная наука и традиція говорятъ въ общемъ на одномъ языкѣ, вторые, увлеченные своей общественной грезой, попытаются сформировать народную душу и возстановить великій Храмъ Человѣчества, согласно неизмѣннымъ законамъ Того, котораго предки ихъ назвали Великимъ Архитекторомъ Вселенной» [46].

Нѣсколько длинная остановка но этомъ письмѣ можетъ вызвать недоумѣніе: какое же отношеніе имѣетъ оно къ экуменическому движенію, особо къ Оксфордской Конференціи.

Мы просимъ Васъ серьезно вдуматься въ изложенное; вѣдь средства и цѣли Оксфордской группы и масонства, отъ лица котораго выступилъ братъ Лантуанъ, тождественны; замѣнивъ въ этой работѣ слово «масонство» словомъ «протестанство» мы получимъ литературу, подъ которой подписалось бы громадное большинство Конференціи.

И не нужно видѣть недопустимой вольности въ замѣнѣ этихъ словъ. Нужно помнить, что зарожденіе реформы было поддержано масонствомъ, что она всегда на него опиралась, какъ, въ свою очередь, опираясь на протестанство, масонство наиболѣе развивалось въ такъ называемыхъ англо-саксонскихъ странахъ, странахъ протестанскихъ.

Ежегодникъ Всемірнаго Франкъ-масонства даетъ намъ чрезвычайно интересныя статистическія данныя [47]. Оказывается, на общую міровую численность масонства въ 4,455,879 чело/с. 358/вѣкъ, — 3,492,141 человѣкъ приходятся на Сѣверную Америку и 459,000 человѣкъ на Англію съ Шотландіей и Ирландіей.

Что можетъ быть показательнѣй этихъ цифръ?

Входъ въ масонство не только протестантамъ, но и ихъ пасторамъ широко открытъ, они вполнѣ этимъ пользуются и не малое количество пасторовъ посвящается въ Ложи.

Напомнимъ, что первые оффиціальные статуты масонства, изданные въ 1723 г. и имѣющіе до сихъ поръ свою полную силу, принадлежатъ перу протестанского пастора Андерсона, а что другой пасторъ и масонъ Дроеске договорился до утвержденія, что «Франкъ-Масонство есть установленіе, исходящее отъ Божества» [48].

Отмѣтивъ, что опубликованіе письма Ал. Лантуана, какъ бы, случайно, совпадаетъ съ Оксфордской Конференціей или вѣрнѣе, съ періодомъ подготовительныхъ къ ней работъ, мы разсмотримъ, чѣмъ и какъ вызваны Оксфордскій Съѣздъ и письмо брата Лантуана къ Папѣ.

Встрѣчаемъ ли мы въ обоихъ случаяхъ христіанскія помыслы духовнаго спасенія человѣчества? Нѣтъ. Совершенно обратно. Въ обоихъ случаяхъ мы сталкиваемся со страхомъ за мірское, матеріальное благополучіе, чисто плотскаго происхожденія, страхъ, приближающійся къ паникѣ и заставляющій бросаться на поиски спасенія своего земного довольствія какими-то новыми, еще не испытанными средствами, рѣшивъ попытать свое счастье въ данномъ случаѣ на Христіанствѣ.

Христіанское понятіе о грядущемъ Царствѣ Господнемъ у нихъ не затрагивается; всѣ споры сводятся лишь къ спасенію земному. Христіанство для Оксфордской группы представляется лишь какъ какой-то новый спекулятивный товаръ, ставкой на еще мало извѣстную молодую лошадь. Авось выиграетъ! Хорошо будетъ; а проиграетъ, если время позволитъ и не будетъ еще поздно, можно поискать и другую ставку, посчастливѣй первой; спасеніе же душъ человѣческихъ, въ наши дни сверхестественной опасности, идущей отъ большевизма и хитлеризма, особенно послѣдняго, можетъ подождать своего разрѣшенія. Сперва спасемъ плоть, матерію — душа же повременитъ. Будетъ свободное время, ну, тогда подумаемъ и о ней.

«Крайне прискорбенъ тотъ фактъ», говоритъ Преосвященный Серафимъ [49], «что Оксфордская конференція не призвала весь Христіанскій міръ къ борьбѣ противъ большевизма. О большевизмѣ говорилось только мимоходомъ и въ довольно мягкихъ выраженіяхъ... Въ докладахъ говорится часто и подробно о націонализмѣ, о національномъ фашизмѣ, но ничего не говорится о томъ, что большевизмъ разлагаетъ и общество и народъ».

/с. 359/ Именно ту же тенденцію схватываемъ мы въ обращеніи брата Лантуана. Двѣ строчки посвящены большевизму, — остальное направлено противъ хитлеризма.

Въ отчетѣ Оксфордской конференціи, изданной Экуменическимъ Совѣтомъ Практическаго Христіанства [50], на стр. 34, 35 читаемъ:

«Тотъ же укоръ изложенъ въ рѣчи г. Патонъ, въ которой онъ обращаетъ вниманіе но исключительно жгучій вопросъ — іудеевъ въ мірѣ».

Вотъ что ставится на первомъ мѣстѣ въ вину націонализму. Притѣсненіе іудеевъ. Притѣсненіе Христіанской Церкви отодвигается на второстепенный планъ. Тогда какъ іудеями въ Совѣтской Россіи и въ Мексикѣ ведется истребленіе Христіанства, Оксфордская конференція находитъ нужнымъ говорить о притѣсненіин угнетателей...

Не достаточно ли отчетливо показываетъ намъ это, насколько Оксфордская конференція является гораздо болѣе политической манифестаціей, чѣмъ духовно-религіозной! Каковы же цѣли Конференціи и письма? Союзъ? Единеніе? Нѣтъ. Конечно нѣтъ. Они невозможны. Перемиріе, соглашеніе для совмѣстной самозащиты противъ опасности нападеній матеріализма, вотъ смыслъ обоихъ выступленій.

И вѣрно, можно ли серьезно говорить о союзѣ масонства съ Римской церковью или же, напримѣръ, о соединеніи Православной, съ порой даже отвергающими св. Крещеніи, протестантскими сектами.

Гдѣ тѣ точки соприкосновенія, могущія соединить въ одно цѣлое всѣхъ называющихъ себя христіанами, когда само понятіе Христа даже такъ различно межлу послѣдователями разныхъ исповѣданій?

Протестанты для насъ были и остаются состоящими въ ереси.

Вѣроятно, по примѣру брата Лантуана, они тоже рады были бы выбросить изъ употребленія это, «вышедшее изъ моды», слово; но намъ то какъ быть? Намъ, исповѣдующимъ завѣщанныя Господомъ св. Таинства? Отказаться отъ нихъ, что ли, въ угоду ереси?

Твердые въ своихъ намѣреніяхъ оградить свою родную Русскую Православную Церковь отъ проникновенія въ ея лоно ересей, на подобіе софіанства, можемъ ли мы когда-либо помириться съ протестантскими ересями, идущими, въ большинствѣ случаевъ, во сто кратъ дальше?

Трудно совмѣстить несовмѣстимое и, представляется намъ, что совмѣстныя выступленія протестантства и масонства не сумѣютъ нарушить нашей твердости въ отстаиваніи немѣняющихся устоевъ Православной Церкви, увѣренной въ несомой ею истинѣ и не могущей изъ-за этого войти ни въ какой союзъ съ инако вѣрующими.

/с. 360/ Масонское вліяніе на Оксфордскую конференцію не ограничивается одними этими фактами. Эволюція экуменическаго движенія, принявшая нынѣ политическій характеръ, директивой своей приняла чисто масонскіе принципы, идеи и лозунги, поддерживая одновременно масонскія учрежденія и масонскую дѣятельность.

М. Ж. Конгаръ, О. П., въ своихъ критическихъ, но иногда и благосклонныхъ, замѣткахъ объ экуменизмѣ говоритъ:

«Если теперь перечесть дѣйствія Конгресса (Оксфордскаго. Н. С.), хронику его подготовки и все, что было исписано въ Стокгольмѣ, поражаешься насколько все это пресыщенно идеологіей Лиги Націй, едва лишь прикрытой, по сравненію съ президентомъ Вильсономъ, евангельскими штрихами. Та же атмосфера оптимизма, благопріятствующая звучному стилю экономическаго благополучія, наивнаго посвященія въ интернаціональную жизнь, нѣсколько буржуазной щедрости [51].

Не будемъ говоритъ о Лигѣ Націй, зачатой въ масонскихъ умахъ, проведенной масонствомъ въ жизнь, имъ же поддерживаемой и до сихъ поръ, несмотря на выявленное ея полное банкротство и окончательный развалъ. Все это давно доказано и, не вдаваясь въ эти доказательства, наша задача лишь это констатировать. Мимоходомъ отмѣтимъ, что принадлежность къ масонству Вильсона также не подлежитъ никакому сомнѣнію.

Тотъ же авторъ приводитъ далѣе заключеніе V-ой Секціи Конференціи трактующей о Церкви и мирѣ народовъ, добавляя и свои краткія разсужденія.

«Система власти, говорятъ эти заключенія, основанная на независимомъ и окончательномъ національномъ самодержавіи — совершенно нехристіанская; долгъ Церквей направить народы на уничтоженіе абсолютнаго самодержавія и добровольными дѣйствіями провести въ ихъ странахъ желательныя измѣненія, чтобы избѣжать несправедливости и достичь равенства. Лига Націй представляетъ собой самое значительное усиліе, испробованное въ исторіи міра дабы помочь правительствамъ въ согласныхъ дѣйствіяхъ» [52].

И о. Конгаръ добавляетъ отъ себя:

«Можно нѣсколько удивляться читая подобное и столь категорическое обязательство въ пользу не только политическаго, чисто конкретнаго учрежденія, но и въ пользу соціолого-юридической теоріи (относительности самодержавія), касающейся этой дѣйствительности. Эти и подобные имъ тексты и дѣйствія, лишній разъ подчеркиваютъ, сколь Движеніе Практическаго Христіанства связано нѣкіимъ конкретнымъ идеаломъ политической и интернаціональной жизни, чисто демо/с. 361/кратическаго и интернаціональнаго направленія съ еангельскими наставленіями» [53].

«Демократическія и интернаціональныя направленія» выражается о. Конгаръ, чтобы не сказать прямо «масонскія направленія».

Экуменическій Совѣтъ Практическаго Христіанства, издающій свой интернаціональный бюллетень, вмѣстѣ съ параллельнымъ ему Всемірнымъ Союзомъ Международной Дружбы посредствомъ Церквей, даетъ намъ слѣдующую замѣтку:

Празднества Союза въ Женевѣ.

«Высшій секретаріатъ Лиги Націй, въ настоящее время международный центръ частныхъ организацій, отремонтированный для случая и прекрасно украшенный заботами города Женевы, въ среду 9 февраля принималъ многочисленныхъ посѣтителей по случаю открытія новаго помѣщенія всемірнаго Союза международной дружбы посредствомъ Церквей, центральное бюро взаимопомощи Церквей (д-ръ А. Келлеръ), и международныхъ комитетовъ Союза Христіанскихъ Молодыхъ Женщинъ и Молодыхъ Людей. Они занимаютъ что-то около 50-ти комнатъ въ первомъ этажѣ этого зданія, просвѣты котораго на озеро открываютъ широкіе горизонты. Радостное знаменіе надѣемся мы, для будущей дѣятельности, какъ общей, такъ и каждой въ отдѣльности» [54].

Въ полномъ союзѣ съ экуменическимъ движеніемъ, И.М.К.А. со своими новыми союзниками, вселяются въ помѣщеніе Лиги Націй.

Посмотримъ теперь, какъ могло проявиться масонское вліяніе на конференцію черезъ составляющихъ ее членовъ. Изъ кого она состояла? Всѣхъ членовъ съѣхавшихся на конференцію было 724 человѣка. Изъ этого числа 236 чел. приходятся на Сѣверную Америку и 219 на Англію и ея колоніи. Какое-то невѣроятное совпаденіе! Главная масса Оксфордской конференціи, почти двѣ трети ея оказываются делегированными странами, отмѣчавшимися уже, какъ дающія наибольшіе количественно кадры масонства.

Это вопросъ настолько важный, что его необходимо разсмотрѣть болѣе подробно. Народонаселеніе Сѣверо-Американскихъ Соединенныхъ Штатовъ исчисляется въ 100 мил. Половину этого населенія составляютъ дѣти и юношество моложе 21 года, т. е. несовершеннолѣтніе. Такимъ образомъ цифра совершеннолѣтняго населенія выразится въ 50 милліоновъ; еще половина ляжетъ на лицъ женскаго пола; слѣдовательно грубо, но точно считая мы придемъ къ выясненію совершеннолѣтняго мужского населенія Соединенныхъ Штатовъ въ 25 милліоновъ.

/с. 362/ Упоминавшійся выше масонскій ежегодникъ [55], указывая количество масоновъ по департамантамъ, приходитъ къ общей цифрѣ посвященныхъ въ Соединенныхъ Штатахъ масоновъ въ 3,278,752 человѣка.

Сравнивая цифры совершеннолѣтняго мужского населенія съ общимъ количествомъ масоновъ, мы приходимъ къ тому, что въ Соединенныхъ Штатахъ на 8 совершеннолѣтнихъ мужчинъ, приходится одинъ масонъ.

Вмѣстѣ съ тѣмъ, изслѣдованіе масонства даетъ опредѣленное понятіе о томъ, что рабочій не только не идетъ самъ въ масонство, но что онъ въ немъ разсматривается скорѣе, какъ нежелательный элементъ. Да вѣдь это къ тому же и логично и понятно; доказывать это положеніе кажется излишнимъ.

Никогда не бывавши въ Америкѣ мы все же представляемъ себѣ, что помимо рабочихъ, не вступаетъ въ масонство также и большое количество фермеровъ: кто изъ-за дальности разстоянія отъ центровъ ютящихъ ложъ, кто по неимѣнію времени, захваченные своими полевыми и хозяйственными работами, кто, наконецъ, просто въ силу своего отрицательнаго отношенія къ ложамъ; кромѣ сихъ перечисленныхъ группъ въ Соединенныхъ Штатахъ проживаетъ нѣкоторое количество католиковъ, вступленіе въ масонство которымъ не разрѣшается.

Такимъ образомъ, рабочій почти стопроцентно, фермеръ въ большомъ количествѣ, несочувствующіе масонству и католики — всѣ вмѣстѣ взятые перенесутъ тяжесть несенія масонской повинности почти исключительно на протестантскую интеллигенцію, которая должна выразиться отношеніемъ одного къ двумъ, т. е. на всякихъ двухъ американскихъ протестантскихъ интеллигентовъ, будетъ одинъ масонъ.

Такъ вотъ изъ какой среды вышло большинство делегатовъ Оксфордской конференціи; половина ихъ, безъ сомнѣнія, масоны.

Въ меньшей степени, то же можетъ быть отнесено и къ англійскимъ делегатамъ. Намъ возразятъ, что большое количество англо-саксонскихъ делегатовъ принадлежитъ къ духовенству. Мы уже говорили о томъ, что протестанскимъ пасторамъ и епископамъ входъ въ масонство широко открытъ; повторяться не будемъ. Невѣроятно! скажутъ намъ. Не только невѣроятно, но и очень прискорбно, прибавимъ мы, не будучи въ силахъ ничего измѣнить и обязанные считаться съ фактомъ; фактомъ который необходимо учесть и учесть серьезно.

Недостатокъ времени, предоставленный для составленія настоящаго доклада, не позволилъ болѣе тщательно выяснить этотъ вопросъ, провѣривъ поименно списки всѣхъ делегатовъ на конференціи въ смыслѣ принадлежности каждаго ихъ нихъ къ масонству.

/с. 363/ Результаты возможно, оказались бы еще болѣе потрясающими.

Выводы эти назвать голословными нельзя; мы привели языкъ цифръ и тотчасъ же безъ особаго затрудненія находимъ ему подтвержденіе.

Оказывается, предсѣдателемъ комитета по устройству конференціи былъ нашъ старый знакомый докторъ Джонъ Р. Моттъ [56].

Какъ извѣстно, д-ръ Джонъ Моттъ является генеральнымъ секретаремъ И.М.К.А. и одновременно покровителемъ Сергіевскаго Подворья въ Парижѣ. «Двуглавый Орелъ» приводилъ въ свое время о немъ слѣдующія свѣдѣнія:

«Не такъ давно Болгарскимъ Сѵнодомъ была издана оффиціальная брошюра: «Истината по Младежкото Христіанско движеніе», въ которой обстоятельно была разработана вся вредная дѣятельность ИМКИ... Какъ, напримѣръ, подобной дѣятельности указывается, что «д-ръ Джонъ Моттъ, помогъ русскому митрополиту Евлогію въ Парижѣ, отпустивъ ему 16 тысячъ долларовъ (2,2400,000 левъ) подъ условіемъ, чтобы въ комитетъ по постройкѣ и учрежденію Академіи вошли и его представители. И дѣйствительно таковыми представителями явились П. Андерсонъ и г. Кульманъ» [57].

Въ дальнѣйшемъ сообщеніи описывается, какъ «протестантскимъ лжеучителемъ и масономъ» Моттъ былъ задуманъ планъ мщенія Болгарскому Сѵноду, сурово осудившему ИМКУ, какъ масонское учрежденіе, 17 апрѣля 1924 года.

Назначивъ съѣздъ особой «православной» конференціи, на Ѳоминой недѣлѣ въ Софіи, съѣхались масоны-имкисты: Моттъ, Кульманъ, проф. Зѣньковскій и др.» Предсѣдательствовалъ Джонъ Моттъ, вызвавшій на эту конференцію Митрополита Евлогія, не смѣвшаго ослушаться ни въ чемъ своего покровителя, что привело къ чрезвычайно непріятному объясненію Митрополита Евлогія съ представителемъ Болгарскаго Сѵнода.

Упоминаемый здѣсь, какъ масонъ, проф. Зѣньковскій присутствовалъ на Оксфордской конференціи, какъ делегатъ Россіи (!).

Очень характерна въ этомъ смыслѣ небольшая замѣтка, появившаяся однажды въ «Двуглавомъ Орлѣ» подъ заглавіемъ «Платежъ по обязательствамъ»:

«Въ началѣ этого года американскіе масоны хвалились, что на созываемомъ, подъ ихъ негласнымъ руководствомъ, протестантскомъ церковномъ съѣздѣ въ Швейцаріи, будетъ присутствовать и православный Митрополитъ. Такимъ угодливымъ Митрополитомъ, какъ и слѣдовало ожидать, оказался Митрополитъ Евлогій.

/с. 364/ «По сообщенію «Gazette de Lausanne» (13 іюня), въ Лозаннѣ съ 3 по 21 августа состоится всемірная конференція «On Faith and Order», съ участіемъ Митрополита Евлогія, о. Сергѣя Булгакова изъ Парижа и профессора Николая Арсеньева изъ Кенигсберга.

«Вышедшій изъ подчиненія законной церковной власти и увлекшій за собой пресвитерьянствующую часть духовенства своей епархіи, морально и денежно поддерживаемый международными неправославными организаціями, Митрополитъ Евлогій теперь отплачиваетъ тайнымъ и явнымъ своимъ покровителямъ, самозванно и противозаконно представительствуя Православную Русскую Церковь въ устраиваемыхъ всемірнымъ масонствомъ (курсивъ нашъ) «общехристіанскихъ», отрицающихъ истину Православія, конференціяхъ» [58].

Просматривая далѣе старые номера «Двуглаваго Орла» въ статьѣ «Борьба съ коммунизмомъ въ Соединенныхъ Штатахъ», мы читаемъ обличеніе протестантской организаціи И.М.К.А. съ особымъ обвиненіемъ нѣкоего Д-ра Сидней Стронгъ. Кончается статья слѣдующей справкой:

«Только на дняхъ Союзъ Христіанскихъ Молодыхъ Людей (И.М.К.А.) рекомендовалъ въ своемъ органѣ «Юный Міръ» (изд. въ Женевѣ) своимъ юнымъ читателямъ (отъ 10 до 16 лѣтъ) изученіе жизни «пяти великихъ людей XX вѣка» и среди нихъ — Ленина. Редакторомъ этого воспитательнаго органа «ИМКИ» является пресловутый «американецъ» Т. Стронгъ» [59].

Оказывается и этотъ «пресловутый» американецъ очутился на Оксфордской конференціи и въ отчетѣ ея мы находимъ его среди американскихъ делегаговъ, засѣдавшихъ въ V-ой секціи, обсуждавшей вопросъ: «Единая вселенская Церковь и міръ народовъ», при чемъ въ отличіе отъ всѣхъ остальныхъ делегатовъ, вслѣдъ за его фамиліей стоитъ не названіе американскаго штата, а «Женева».

Нѣтъ сомнѣнія, что это не совпаденіе и что оба эти Стронгъ представляютъ собою одно и тоже лицо.

Какъ видно, эти случайно попавшіяся на глаза имена какъ нельзя болѣе подтверждаютъ правильность нашихъ выкладокъ.

Что дало бы болѣе тщательное изслѣдованіе всѣхъ именъ!

Выяснивъ, такимъ образомъ, что почти двѣ трети наличнаго состава конференціи должны, безъ сомнѣнія, нести на себѣ исключительное масонское давленіе, обратимъ теперь вниманіе на фактъ присутствія на конференціи, съ правомъ совѣщательнаго голоса, 102 юношескихъ посѣтителей И.М.К.А. и И.В.К.А.

Организаціи эти Соборами Русской Православной Церкви 1921, 1926 и 1932 г.г. уже строго осуждены, какъ организаціи масонскія, и потому долго на нихъ останавливаться не будемъ.

/с. 365/ Отмѣтимъ лишь одну новую подробность, даваемую намъ В. Ф. Ивановымъ:

«Основное ядро X.С.М.Л., пишетъ онъ, какъ въ Парижѣ, такъ и здѣсь въ Харбинѣ, составляютъ розенкрейцеры. Но надлежитъ отмѣтить, что работа Харбинскихъ розенкрейцеровъ отличается отъ работы этой организаціи въ Парижѣ. Въ Парижѣ идетъ борьба за «обновленіе» Православной Церкви и пропаганда интернаціональной вѣры. Въ Харбинѣ же открытой борьбы не ведутъ, никакой ереси не проповѣдуютъ, но работу свою по воспитанію поколѣнія направляютъ въ духѣ полнаго религіознаго безразличія» [60].

Интернаціональная вѣра! Да не есть ли это чистый экуменизмъ?

Въ остальномъ вопросъ этотъ ясенъ безъ дальнѣйшей его обработки и остается лишь удостовѣриться въ наличіи еще 102 человѣкъ на конференціи, если и не обязательно масоновъ, то во всякомъ случаѣ существующихъ при поддержкѣ масонства и духовно имъ питающихся.

Заканчивая это изслѣдованіе, намъ не хотѣлось бы замолчать о присутствіи на конференціи болѣе намъ близкихъ, болѣе знакомыхъ представителей, дѣйствовавшихъ отъ имени Россіи и делегированныхъ на нее Митрополитомъ Евлогіемъ, какъ бы отъ Русской Православной Церкви.

Ихъ было 6: 1) прот. Булгаковъ, 2) проф. Алексѣевъ, 3) Вышеславцевъ, 4) Федотовъ, 5) Зѣньковскій и 6) Зандеръ.

«Какъ извѣстно, кощунственную ересь о женственномъ началѣ Божества и объ ѵпостасной соединенности Богоматери со Святой Троицей проповѣдуетъ инспекторъ Парижскаго богословскаго института, евлогіанскій протоіерей, софіанскій патріархъ и марксистскій проповѣдникъ профессоръ С. Н. Булгаковъ» [61].

Такъ рекомендуетъ намъ «Двуглавый Орелъ» водителя делегаціи митрополита Евлогія.

О прот. Булгаковѣ достаточно говорилось, достаточно писалось; повторяться не будемъ; его всѣ знаютъ; напомнимъ лишь его присутствіе въ довоенное время въ розенкрейцеровскихъ и иныхъ кружкахъ Петербурга [62], дабы этимъ отмѣтитъ его причастность къ масонству.

Вслѣдъ за нимъ идетъ уже названный масонъ проф. богословского Института, Зѣньковскій, членъ братства св. Софіи [63], предсѣдатель Русскаго Студенческого Христіанскаго Движенія зарубежомъ и постоянный сотрудникъ всѣхъ Им/с. 366/ковскихъ изданій; за ними такой же ревностный сотрудникъ тѣхъ же изданій и тоже профессоръ богословскаго Института — Вышеславцевъ, котораго авторъ сихъ строкъ, присутствуя однажды на докладѣ Н. Н. Алексѣева, на одномъ изъ евразійскихъ собраній, лично замѣтилъ производящимъ масонскій опознательный знакъ при входѣ въ залъ; все того же Института проф. Зандеръ.

Относительно Г. П. Федотова, мы встрѣчаемъ въ «Двуглавомъ Орлѣ» слѣдующія, мало, впрочемъ, отличающіяся отъ характеристики прочихъ делегатовъ, данныя:

«Вслѣдъ за братомъ софіаниномъ Карташевымъ, давно уже хулящимъ стойкаго борца противъ ереси «жидовствующихъ» Святаго Іосафа Волоцкаго, на Святого ополчились и имкисты. На томъ же съѣздѣ въ Клермонѣ съ докладомъ противъ сего чтимаго Русской Церковью Святого выступилъ бывшій до революціи участникомъ террористическихъ сообществъ Г. П. Федотовъ».

И далѣе:

«Въ Парижѣ имкисты все болѣе выявляютъ свое истинное политическое лицо. Главное вниманіе обращено теперь на усиленіе дѣятельности кружка «По изученію Россіи», въ которомъ все большее значеніе пріобрѣтаютъ эсъ-эры (Федотовъ, Скобцова, іудей Фундаминскій и др.» [64].

Перечисленные делегаты Митрополита Евлогія приняли значительное участіе въ работахъ Конференціи, будучи избраны въ составъ различныхъ секцій.

Такъ напр., проф. Вышеславцевъ вошелъ во II-ую секцію: «Церковь и Государство», проф. Булгаковъ въ III-ью секцію: «Экономическій Порядокъ», проф. Зѣньковскій въ IV-ую «Воспитаніе» и проф. Алексѣевъ въ V-ую: «Вселенская Церковь и міръ народовъ» [65].

Одно безспорно, что вся эта клика славныхъ имѣетъ исключительное тяготѣніе къ проф. прот. Булгакову, просвѣщая молодежь, въ духѣ И.М.К.А., проповѣдуя софіанскую ересь и усердно сотрудничая во всѣхъ Имковскихъ изданіяхъ [66].

Вотъ кѣмъ была представлена на Конференціи Православная Церковь. Увы! этимъ ИМКо-масонскимъ приспѣшникамъ лучше было бы оставить ее въ покоѣ; работающихъ на разрушеніе нашей Церкви сейчасъ и безъ нихъ слишкомъ много.

*     *     *

Зная трудности, встрѣчаемыя при всевозможныхъ изслѣдованіяхъ, связанныхъ съ масонствомъ, мы приступали съ нескрываемымъ волненіемъ къ составленію настоящаго доклада, /с. 367/ вовсе не увѣренные въ томъ, что намъ удастся изобразить картину масонскаго вліянія на Оксфордскую конференцію.

Но вотъ нашъ докладъ оконченъ и задача представляется нами выполненной.

Больше чѣмъ когда либо, теперь понятно насколько правъ былъ Преосвященный Серафимъ, говоря:

«Для меня нѣтъ сомнѣнія, что Конференція находилась подъ вліяніемъ масонства» [67].

Этихъ сомнѣній не должно быть теперь нигдѣ, такъ какъ нынѣ они разбиваются съ одной стороны обращеніемъ къ Папѣ Альберта Лантуанъ, одного изъ виднѣйшихъ масоновъ, утверждающаго, что его слова исходятъ не отъ одного его, но что они поддержаны большинствомъ просвѣщенныхъ; съ другой — масоновъ опубликованіемъ этого обращенія незадолго до открытія Конференціи, какъ бы для дачи ей соотвѣтствующихъ директивъ. Какъ этотъ масонскій ходъ соотвѣтствуетъ планамъ и цѣлямъ Оксфордской группы, ведшей свои засѣданія въ полномъ соотвѣтствіи съ письмомъ брата Лантуанъ.

Съ другой стороны мы показали то совершенно невѣроятное масонское засиліе, наблюдавшееся въ составѣ делегатовъ Конференціи, почти двѣ трети которой представляли собой среду, гдѣ изъ двухъ человѣкъ — одинъ непремѣнно масонъ; 102 допущенныхъ, съ совѣщательнымъ голосомъ, делегатовъ отъ И.М.К.А., работающихъ на масонство и на «интернаціональную» вѣру; предсѣдательство комитета организаціонныхъ работъ по Конференціи масономъ д-ромъ Д. Моттъ.

Наконецъ присутствіе масоновъ даже и среди православныхъ делегатовъ, говоритъ за себя, опровергнуто быть не можетъ и побуждаетъ всякаго безпристрастнаго судью вынести свой приговоръ: «Оксфордская Конференція не только находилась подъ масонскимъ вліяніемъ, она пребывала подъ совершенно невѣроятнымъ его засиліемъ, обращающимъ ее чуть ли не въ масонскій конвентъ».

Итоги настоящаго изслѣдованія показываютъ естественный путь отношенія къ экуменическому движенію Русской Православной Церкви, совершенно опредѣленно и безоговорочно осудившей масонство.

Сомнѣній быть не можетъ въ томъ, что Русской Православной Церкви не найти сговору ни съ масонами, ни съ масонствующими, ни съ находящимися подъ ихъ вліяніемъ, отъ дѣйствій которыхъ лучше отойти вовсе и чѣмъ скорѣй тѣмъ лучше, лишивъ тѣмъ сомымъ экуменическія группы всякого своего сотрудничества.

/с. 368/ VII. Преосвященнымъ Епископомъ Серафимомъ Потсдамскимъ зачитывается нижеслѣдующій проэктъ резолюціи по вопросу объ отношеніи къ Экуменическому движенію.

1. Православные христіане должны сознавать св. Православную Церковь единой и единственной истинной Церковью Христовой. Поэтому Православная Русская Зарубежная Церковь воспрещаетъ своимъ чадамъ быть участниками такъ наз. Экуменическаго движенія, которое стои́тъ на принципѣ равенства всѣхъ христіанскихъ церквей и исповѣданій.

2. Вмѣстѣ съ тѣмъ, хотя въ возглавленіи Экуменическаго движенія принимаютъ участіе лица не только чуждыя Православію, но и близкія къ анти-христіанскимъ масонскимъ обществамъ и даже проявляющія симпатіи къ большевизму, но такъ какъ въ тоже время въ этомъ движеніи участвуютъ люди вполнѣ искренніе, ищущіе Истину, любящіе Православіе и стремящіеся къ Нему, а существующее въ Экуменическомъ движеніи представительство Православной Церкви лицами другой юрисдикціи, часто не разъясняетъ, а затемняетъ пониманіе Православія, то признать желательнымъ присутствіе на конференціяхъ и собраніяхъ Экуменическаго движенія представителей Русской Заграничной Православной Церкви по уполномочію церковной власти ради цѣлей миссіонерскихъ.

3. Представители нашей Церкви должны на указанныхъ съѣздахъ, руководясь опредѣленіемъ Архіерейскаго Синода Русской Православной Церкви Заграницей отъ 18-го декабря 1931 г., безкомпромиссно разъяснять ученіе Православной Церкви и Ея точки зрѣнія по всѣмъ вопросамъ возникающимъ въ связи съ Экуменическимъ движеніемъ и, не принимая участія въ общей молитвѣ, голосованіяхъ и вынесеніи резолюцій, ограничиваться миссіонерской и информаціонной дѣятельностью.

4. О настоящемъ опредѣленіи поставить въ извѣстность Главъ автокефальныхъ Православныхъ Церквей и просить ихъ дать указаніе своимъ представителямъ на Экуменическихъ съѣздахъ, вмѣстѣ съ представителями Русской Зарубежной Церкви, безкомпромисно отстаивать Православную точку зрѣнія и не допускать уклоненія отъ нея ни въ какихъ случаяхъ.

Протоіерей І. Сокаль считаетъ, что нужно разрѣшить лишь оффиціально уполномоченнымъ Архіерейскимъ Синодомъ духовнымъ лицамъ участвовать въ конференціяхъ; мірянамъ должно быть запрещено это участіе. Но и оффиціальнымъ уполномоченнымъ надлежитъ не только не участвовать въ вынесеніи резолюціи, но и не молиться вмѣстѣ съ иновѣрными.

Епископъ Серафимъ согласенъ съ предложеніемъ относительно молитвы, но возражаетъ на предложеніе о неучастіи въ конференціяхъ мірянъ. Тремъ православнымъ мірянамъ отведено мѣсто въ комитетѣ.

/с. 369/ Архіепископъ Серафимъ Богучарскій указываетъ, что нѣтъ спасенія внѣ Православной Церкви. Чѣмъ дальше идетъ время, тѣмъ больше люди разъединяются, отступаютъ съ историческаго пути. Но предложенное внѣцерковное объединеніе ничего кромѣ вреда не принесетъ. Православная Истина выражается въ благодати Святого Духа, именно въ томъ, чего Экуменическое движеніе знать не хочетъ. Теперь благодать проявляется рѣже, но все же проявляется. Говорятъ объ объединяющей силѣ любви. Да, любовь объединяетъ, но главная сила любви, въ церковномъ пониманіи, выражается въ смиреніи и прощеніи, примѣръ чего имѣется въ святоотеческомъ писаніи. Владыка указываетъ на примѣръ одного, принявшаго православіе, католика, который многіе годы искалъ въ своей прежней церкви преподобнаго Серафима Саровскаго. Онъ же рѣшилъ, что истина тамъ, гдѣ есть преподобный Серафимъ. Этимъ подтверждается только, что объединеніе можетъ произойти только на почвѣ благодатной жизни. Онъ полагаетъ, что цѣли Экуменического движенія не достижимы, средства, имъ примѣняемыя, не допустимы. Необходимо отвергнуть всякое общеніе съ Экуменическимъ движеніемъ, не посылать на конференцію ихъ своихъ представителей. «Блаженъ иже не иде на совѣтъ нечестивыхъ».

Н. П. Рклицкій говоритъ, что православные русскіе люди не поймутъ въ роли кого участвуютъ наши іерархи въ Экуменической конференціи, они будутъ думать, что іерархи принимаютъ въ нихъ участіе въ согласіи съ Экуменическимъ движеніемъ. Получается соблазнъ. Онъ поддерживаетъ предложеніе Архіепископа Серафима Богучарскаго. Надо просить іерарховъ сдѣлать разъясненіе, что истина въ одномъ Православіи.

Архимандритъ Наѳанаилъ говоритъ, что авторитетное положеніе, которое занимаютъ представители нашей Церкви на Экуменическихъ конференціяхъ отмѣчено было даже католической печатью. Выступленія православныхъ на конференціяхъ утверждаютъ въ правильности догматовъ. Онъ поддерживаетъ предлагаемую резолюцію, въ которой ясно говорится, что истинной Церковью является Православіе, и православные люди не могутъ пропускать случай исповѣдывать истину Православія передъ всѣмъ міромъ.

В. В. Кутыринъ поддерживаетъ мнѣніе Владыки Серафима Богучарскаго, столь ясно разъяснившаго этотъ вопросъ. Ученіе экуменистовъ — еретическое, латино-масонско-жидовское. Участіе нашихъ іерарховъ въ конфереаціяхъ только реклама для этого вреднаго движенія. Онъ видитъ въ нихъ соблазнъ малымъ симъ. Предлагаетъ считать Экуменическое движеніе вреднымъ и еретическимъ и предостеречь православныхъ отъ участія въ немъ.

Епископъ Серафимъ выражаетъ удивленіе о какомъ еретическомъ ученіи идетъ рѣчь. Экуменическое движеніе не есть ученіе.

/с. 370/ Архимандритъ Василій говоритъ, что Экуменическое движеніе привлекаетъ вниманіе всего міра. Дальній Востокъ пока охраненъ отъ проникновенія его. Но уже приходится давать вѣрующимъ соотвѣтствующія разъясненія по этому вопросу. Надо намъ опредѣлить наше отношеніе къ Экуменическому движенію. Онъ присоединяется къ резолюціи, но съ прибавленіемъ, что Экуменическое движеніе ведетъ къ уничтоженію христіанства, поэтому мірянъ нельзя допускать къ участію въ этихъ конференціяхъ.

Протоіерей М. Польскій. Полтора мѣсяца тому назадъ близъ Лондона былъ Экуменическій съѣздъ, на которомъ участвовалъ архимандритъ Наѳанаилъ и слышалъ ужасныя рѣчи православныхъ делегатовъ. Онъ отвѣтилъ имъ, защищая Православіе. Его православная, прямая точка зрѣнія побѣдила сердца всѣхъ слушателей. Мы стоимъ передъ практической нуждой участвовать въ конференціяхъ. Если не будемъ участвовать, то все равно будетъ дѣлаться дѣло, вредное для Православія. Характерно, что на послѣдней конференціи можетъ быть самымъ православнымъ человѣкомъ былъ протоіерей Булгаковъ. Въ движеніи есть молодые люди ищущіе Истину и съ интересомъ слушащіе проповѣдь Православія. Отказаться отъ участія въ конференціяхъ нельзя. Онъ выступалъ съ проповѣдью на диспутахъ съ безбожниками въ театрахъ, ибо слово истины не связано ни съ какимъ мѣстомъ.

К. Н. Николаевъ полагаетъ что, ни въ какой мѣрѣ не желательно участвовать въ Экуменическомъ движеніи. Экуменическое движеніе имѣетъ цѣлью объединеніе христіанства на почвѣ выработанного имъ догматическаго минимума. Собираются люди разныхъ исповѣданій и обсуждаютъ нашу вѣру. Какъ только они разберутся, что православные приходятъ на конференцію лишь для того, чтобы обращать ихъ въ Православіе, экуменисты перестанутъ ихъ приглашать. Н. Ф. Степановъ обрисовалъ отношеніе католиковъ къ этому вопросу. Если эта могущественная церковь воздерживается отъ участія въ Экуменическомъ движеніи, то тѣмъ болѣе надо воздерживаться отъ него православнымъ. Движеніе ведетъ къ уничтоженію церковнаго христіанства, а потому онъ поддерживаетъ предложеніе Архіепископа Богучарскаго Серафима.

По предложенію Архіепископа Серафима Финляндскаго, въ виду затянувшихся преній объ экуменизмѣ, Предсѣдатель объявляетъ, что каждому оратору предоставляется не болѣе 5 минутъ.

М. Н. Милорадовичъ полагаетъ, что если признается нужнымъ вести миссіонерскую работу среди экуменистовъ, то логично было бы начать просвѣщать масоновъ. Поддерживаетъ Архіепископа Серафима Богучарскаго.

Гр. Ю. П. Граббе совѣтуетъ обратить вниманіе на то, что въ Экуменическомъ движеніи принимаютъ участіе другіе /с. 371/ православные, напримѣръ М. Евлогій, М. Германосъ и другіе. Нужно чтобы православные или вовсе не участвовали, или же, не входя въ движеніе, знакомили иновѣрцевъ съ подлиннымъ православнымъ ученіемъ. Необходимо, чтобы на конференціи звучалъ и голосъ нашей Церкви, какъ голосъ выражающій чистое Православіе въ противовѣсъ тѣмъ, кто подъ видомъ Православія выражаетъ чуждое послѣднему ученіе.

Н. Д. Тальбергъ говоритъ, что данные доклада Епископа Серафима Потсдамскаго, показанная имъ жуткая схема организацій, которыя связаны съ Экуменическимъ движеніемъ, доводы Архіепископа Богучарскаго и слова Архимандрита Василія — убѣдили его совершенно во вредѣ этого движенія. Безнадежны попытки миссіонерства среди тѣхъ людей, которые поставили себѣ опредѣленныя, чуждыя и враждебныя нашей Церкви цѣли. Между тѣмъ участіе нашихъ духовныхъ лицъ въ этихъ конференціяхъ вызоветъ соблазнъ среди вѣрующихъ и можетъ быть ими неправильно истолковано. Поддерживаетъ предложеніе Архіепископа Серафима Богучарскаго.

Протоіерей А. Пономаревъ не можетъ признать коллективъ — Экуменическое дпиженіе — заблудшей овцой. Считаетъ, что присутствіе оффиціальныхъ представителей нашей Церкви на конференціяхъ только вредно. Смущаетъ это и мірянъ, членовъ нашего Собора. Бороться съ вредными конференціями нужно устройствомъ собраній, на которыхъ опровергалось бы высказываемое на конференціяхъ. И чѣмъ выше ихъ авторитетъ, тѣмъ больше соблазнъ. Изъ схемы видно, что въ центрѣ Экуменическаго движенія стои́тъ не Богъ, а Іуда. Высказываетъ желательность ознакомленія съ идеологіей Христіанскаго трудового движенія, которое старается привиться подъ сѣнью Церкви. Поддерживаетъ предложеніе Архіепископа Серафима Богучарскаго.

По предложенію Предсѣдателя, Соборъ постанавливаетъ прекратить запись ораторовъ.

В. А. Розовъ считаетъ, что нельзя отказываться отъ участія въ конференціяхъ, если въ нихъ участвуютъ представители другихъ Православныхъ Церквей, ибо это означало бы, что мы отказываемся отъ сотрудничества съ ними.

Архіепископъ Серафимъ Финляндскій отвѣчаетъ, что противъ участія въ конференціяхъ высказываются лица, находящіяся вдали отъ центра. Епископъ Серафимъ, протоіерей Польскій, архимандритъ Наѳанаилъ — не боятся этого движенія. Наша Церковь уже приняла участіе въ конференціяхъ и если мы вынесемъ противное рѣшеніе, то осудимъ прежнюю практику нашей іерархіи. Принимаетъ участіе въ конференціяхъ и сербская Церковь.

Протоіерей І. Сокаль считаетъ, что въ виду разногласія лучше всего издать посланіе, въ которомъ указать вредъ Экуменическаго движенія, его нехристіанскую сущность. Надо /с. 372/ запретить мірянамъ участіе въ конференціяхъ и разъяснить задачи, поставленныя оффиціальнымъ представителямъ нашей Церкви на конференціяхъ. Въ виду того, что въ движеніи бываютъ люди, ищущіе истину, а участвуютъ въ немъ и лица, называющія себя православными, но излагающія неправильное ученіе, вопросъ о посылкѣ делегатовъ въ каждомъ отдѣльномъ случаѣ надо рѣшать особо. Вопросъ объ участіи духовныхъ лицъ въ конференціяхъ въ каждомъ отдѣльномъ случаѣ долженъ рѣшать Архіерейскій Соборъ и Синодъ.

С. В. Троицкій говоритъ, что нельзя смѣшивать участіе въ конференціяхъ съ проповѣдью на нихъ. Участвовать не должно, а проповѣдывать нужно. Епископы, какъ преемники апостоловъ, должны всюду проповѣдывать и особенно на конференціяхъ, гдѣ есть люди, ищущіе Истину. Надо учитывать, что на конференціяхъ присутствуютъ лица, сомнѣвающіяся и ищущія Истину.

Протоіерей А. Ливенъ указываетъ, что главная цѣнность нашей зарубежной Церкви  — это сохраненіе чистоты и неповрежденности Православія. Отколъ евлогіанъ и произошелъ изъ-за этого. И мы должны держаться твердо этой чистоты. Неканонично молитвенное общеніе съ иновѣрными. Практическая польза, ничѣмъ не доказанная, не искупитъ большого вреда отъ участія въ конференціяхъ. Католическая Церковь посылаетъ только наблюдателей. И это правильно. Недоказательно, что другія Церкви посылаютъ своихъ представителей. Нѣтъ единаго органа — Вселенскаго собора, — который далъ бы указанія. Зарубежная Церковь наша только выиграетъ, если она не пойдетъ по ложному пути. Считаетъ, что не только міряне, но и духовенство не должны участвовать въ конференціяхъ въ качествѣ полноправныхъ членовъ. Въ крайнемъ случаѣ возможна посылка наблюдателей. Но правильнѣе просто не участвовать.

Б. Н. Сергіевскій считаетъ, что нельзя замыкаться. Тогда придется отказаться отъ миссіонерской работы.

Протопр. С. Орловъ передаетъ содержаніе своихъ бесѣдъ съ четырьмя англичанками, на которыхъ служба православная во время Экуменической конференціи произвела огромное впечатлѣніе. Двѣ изъ нихъ присоединились къ православію. Подъ тѣмъ же впечатлѣніемъ пасторъ Туфтъ, голландецъ, написалъ прекрасную книжку о православіи. Онъ не боится выступленій въ нечестивыхъ мѣстахъ. Проповѣдывать истину Православія можно всюду. Конечно, нужно при этомъ соблюдать осторожность.

Митр. Анастасій — понимаетъ, что приходится колебаться между двумя опасностями — соблазномъ или отказомъ отъ миссіонерской работы исповѣданія Православія. Какое опасеніе возобладаетъ? Будемъ исходить изъ положительныхъ предположеній. Облагодатствованная Церковь должна вести миссіонерскую работу, ибо такъ можно спасти нѣкоторыхъ колеб/с. 373/лющихся. Наряду съ вождями, желающими обезличить Православіе, другіе, напримѣръ, молодежь, приходятъ на конференціи съ истиннымъ исканіемъ. Сравнивая то, что они видятъ и слышатъ у своихъ пасторовъ и у православнаго пастыря, они поймутъ истину. Иначе они останутся одинокими. Слышны положительные отзывы о выступленіяхъ Епископа Серафима на конференціяхъ, исходящіе отъ инославныхъ. Надо учитывать и то, что англо-саксонскій міръ находится въ кризисѣ, ищетъ истину. Протестантизмъ тоже ищетъ новую опору. У насъ, къ тому же, имѣется традиція участія въ такихъ конференціяхъ установленная покойнымъ Митрополитомъ Антоніемъ. Во избѣжаніе соблазна надо разъяснить суть дѣла.

В. В. Бискупскій считаетъ, что вопросъ этотъ нельзя разрѣшать на данномъ Соборѣ, правильнѣе предоставить рѣшеніе по этому вопросу Главѣ нашей Церкви.

Гр. П. Н. Апраксинъ ждетъ указаній епископовъ. При обсужденіи въ Соборѣ воздержится отъ голосованія.

В. В. Кутыринъ предлагаетъ баллотировать проектъ Отдѣла и предложеніе Архіепископа Серафима Богучарскаго.

Архиманд. Василій предлагаетъ поставить на голосованіе резолюцію отдѣла.

Протопресвиеръ А. Шабашевъ предлагаетъ снять вопросъ съ повѣстки и передать вопросъ на розсмотрѣніе Епископовъ.

К. Н. Николаевъ предлагаетъ то же самое.

Постановили: Разрѣшеніе вопроса объ экуменическомъ движеніи и предложенный Отдѣломъ проектъ резолюціи передать въ совѣщаніе епископовъ [68].

/с. 374/ Приняли нижеслѣдующую резолюцію по докладу епископа Потсдамскаго Серафима «Оксфордская конференція для Практическаго Христіанства и большевизмъ».

«1) Оксфордская конференція для практическаго христіанства», обсудивъ «жгучіе вопросы», поставленные въ настоящее время христіанству, очевидно не сознала, что самый жгучій вопросъ современности есть вопросъ о большевизмѣ, о непримиримой борьбѣ съ нимъ и о противодѣйствіи его розлагающему вліянію на широкія массы почти всѣхъ народовъ, такъ какъ онъ, какъ міровоззрѣніе и движеніе, по своей сущности, антирелигіозное, антихристіанское, антикультурное и антиморальное, есть самый опасный врагъ, который угрожаетъ всему міру, всѣмъ религіямъ и Церквамъ, всей христіанской культурѣ и всей религіозно-нравственной, государственной, соціальной, экономической, семейной и трудовой жизни. Оксфордская конференція не вскрыла демонической сущности большевизма, не разоблачила его кровавой человѣконенавистнической практики; она не указала на страшныя страданія и лишенія, порабощеніе, угнетенія и жестокую эксплоатацію многомилліоннаго населенія СССР.

Ограничиваясь критикой современной капиталистической формы хозяйства, конференція не разсмотрѣла коммунистическую экономическую систему, несмотря на то, что, именно, эта система разорила и закабалила всѣхъ рабочихъ и крестьянъ въ СССР и превратила шестую часть свѣта въ огромный концлагерь принудительныхъ работъ и обрекаетъ всѣхъ на вопіющую нищету, недоѣданіе и экономическое безправіе. Конференція, изслѣдуя причины современныхъ кризисовъ, переживаемыхъ народами, не обратила вниманія на то, что одной изъ причинъ крушенія идеи Лиги Націй было принятіе въ число ея членовъ сов. правительства, этого дипломированнаго органа и орудія Коминтерна и проводника міровой революціи; она совершенно упустила изъ вида, что самымъ главнымъ препятствіемъ въ дѣлѣ установленія мірового порядка и международнаго мира является существованіе большевицкого государства и его участіе въ международной жизни, такъ какъ Коминтерну и Совѣтской власти выгодны международные конфликты, нестроенія и революціонныя вспышки, и потому они провоцируютъ и поддерживаютъ безпорядки, обостреніе національныхъ и классовыхъ противорѣчій и классовую борьбу. Конференція дошла до того, что уравнивала большевизмъ съ политическими, общественными и національными движеніями, /с. 375/ которыя написали на своемъ знамени непримиримую борьбу противъ большевизма и пока спасли западно-европейскіе народы отъ большевизаціи, отъ гибели послѣднихъ остатковъ христіанской культуры и отъ русской Голгоѳы. Конференція даже попыталась найти въ большевизмѣ идеи и требованія, якобы родственныя идеаламъ христіанскаго благочестія, напримѣръ, равенства и братства, чѣмъ она исказила сущность и практику большевизма, облагораживала его и замаскировала жуткій, кровавый и основанный на террорѣ большевицкій режимъ въ СССР. Всѣмъ этимъ Оксфордская конференція стала на пробольшевицкій путь и не оправдала надеждъ, которыя русскіе православные люди возлагали на нее.

2) Что же касается отношеній Римскаго Католичества къ большевизму, то соборъ съ чувствомъ удовлетворенія признаетъ, что глава Римско-католической Церкви, многіе представители Римско-католическаго духовенства и рядъ Римско-католическихъ организацій сдѣлали довольно много въ борьбѣ противъ большевизма: напримѣръ, папская энциклика «Divini redemptoris» отъ 18. III. 37 года призываетъ къ борьбѣ противъ большевизма и къ созданію антикоммунистическаго фронта.

Но съ другой стороны, Соборъ вынужденъ также съ скорбью отмѣтить, что Ватиканская политика была не всегда безкомпромиссно антибольшевицкой, какъ доказываютъ неоднократныя попытки Ватикана заключить конкордатъ съ Сов. властью. Кромѣ того, антибольшевицкія выступленія Ватикана и отдѣльныхъ представителей Римско-католической іерархіи ослаблялись и ослабляются выступленіями и заявленіями явно пробольшевицкаго характера выдающихся представителей католичества, напримѣръ, руководителей нѣмецкаго Римско-католическаго Союза капеллана Rossaint'а и капеллана Кремера, вошедшихъ въ тѣсный контактъ съ нѣмецкими коммунистами съ цѣлью созданія единаго фронта, чешскихъ прелатовъ Свѣтлика и Шрамера, изъ которыхъ первый утверждалъ, что въ СССР совершается «переломъ въ духѣ Христа» и «возникаетъ порядокъ, основывающійся на христіанскихъ десяти заповѣдяхъ», далѣе, лѣвыхъ круговъ французской католической интеллигенціи, открыто защищающихъ интересы красной Испаніи и «народнаго фронта», включающаго въ себя и Компартію. Нѣкоторые представители Римско-католическаго клира, напримѣръ, бенедиктинецъ д-ръ Хризостомъ Бауеръ, ставятъ большевикамъ въ заслугу уничтоженіе Русской Православной Церкви, полагая, что, этимъ они облегчатъ будущее окатоличеніе Русскаго народа.

Всѣ эти и множество другихъ фактовъ доказываютъ, что политика Ватиканскихъ дипломатовъ и ряда выдающихся представителей Римско-католической іерархіи, Римско-католическихъ организацій и такъ называемаго политическаго католицизма далеко не ясно и открыто антибольшевицкая.

/с. 376/ Наконецъ, въ тѣхъ случаяхъ, когда борьба католичества противъ большевизма имѣетъ непосредственное отношеніе къ русскому народу, то-есть связана съ желаніемъ освобожденія Россіи отъ антихристіанской коммунистической диктатуры, она — конфессіонально своекорыстна и поэтому теряетъ для насъ значительную долю своей цѣнности. Отмѣчая всѣ эти печальные факты, Соборъ считаетъ своимъ священнымъ долгомъ обратиться къ вѣрующимъ всѣхъ вѣроисповѣданій съ горячимъ призывомъ къ непримиримой, безкомпромиссной борьбѣ противъ большевизма, во имя спасенія не только Россіи, но и всего христіанскаго міра и всѣхъ народовъ отъ этой, открывшейся въ наши дни тайны беззаконія, ввергающей всѣхъ вѣрующихъ, всѣ народы, всѣ классы и трудовой народъ въ бездну ужасовъ, страданій, лишеній, безправія и угнетенія, и въ море крови и слезъ.

Что ожидаетъ человѣчество отъ режима большевиковъ доказываетъ его болѣе чѣмъ 20-ти лѣтнее владычество въ СССР, гдѣ онъ повелъ Церковь по тернистому пути на Голгоѳу, уничтоживъ вѣковыя святыни, пролилъ рѣки мученической крови, гдѣ и въ эти дни совершаются неслыханныя кощунства, продолжаются религіозныя преслѣдованія и антирелигіозный терроръ. Фактически упразднена свобода совѣсти, вытравливаются изъ сознанія людей всѣ религіозно-нравственныя понятія, все населеніе превращено въ армію полуголодныхъ, разоренныхъ, порабощенныхъ и терроризованныхъ невольниковъ, и сотни тысячъ осуждены на непосильный рабскій трудъ и мучительную смерть въ концлагеряхъ. Жестоко ошибаются тѣ слѣпые и примиренчески настроенные люди, которые надѣются на «эволюцію» большевизма, ибо чѣмъ больше большевизмъ эволюціонируетъ, тѣмъ больше онъ и долженъ будетъ выявлять свою антихристову сущность и осуществлять свои революціонныя, антирелигіозныя, антиморальныя, антикультурныя, разрушительныя и человѣконенавистническія цѣли.

А русская эмиграція должна быть чрезвычайно осторожна и осмотрительна въ выборѣ своихъ союзниковъ въ борьбѣ противъ большевизма и за освобожденіе страждующей Родины, ибо сомнительный и ненадежный другъ иногда хуже и опаснѣе открытаго врага.

Господь да спасетъ Россію и сохранитъ весь христіанскій міръ отъ нашествія и побѣды большевицкаго воинствующаго безбожія и насильниковъ, и палачей благочестиваго русскаго народа.

Предсѣдатель объявляетъ перерывъ въ 1 часъ дня.



Послѣ перерыва засѣданіе возобновляется въ 5 ч. 15 м. в.

VIII. Слушали: докладъ архимандрита Серафима «Монастыри и монашество», причемъ докладчикъ, по прочтеніи доклада, добавляетъ, что архимандритъ Василій сдѣлаетъ добавленіе къ его докладу объ ученомъ монашествѣ.

/с. 377/

Монастыри и монашество.

Одной изъ цѣлей настоящаго доклада является напомнить, что, по мнѣнію лучшихъ отцовъ и учителей Церкви, монашество есть установленіе Божіе и, какъ таковое, должно и будетъ существовать до кончины вѣка сего.

Итакъ, посмотримъ сначала, дѣйствительно ли монашество есть установленіе Божіе? Вотъ какъ о семъ говоритъ великій духовный писатель русскій и учитель Церкви XIX вѣка Преосвященный Епископъ Игнагій (Брянчаниновъ) въ своей бесѣдѣ о монашествѣ (Томъ I, стр. 464):

«Спаситель міра указалъ два пути, два образа жизни для вѣрующихъ въ Него; путь или жительство, доставляющіе спасеніе, и путь или жительство, доставляющіе совершенство. Послѣдніе путь и жительство Господь назвалъ послѣдованіемъ Себѣ, такъ какъ они служатъ точнѣйшимъ выраженіемъ ученія, преподаннаго Господомъ, и посильнымъ подражаніемъ тому образу жизни, который проводилъ Господь во время Своего земного странствованія. Условія спасенія заключаются въ вѣрѣ во Христа, въ жительствѣ по заповѣдямъ Божіимъ, и во врачеваніи покаяніемъ недостатковъ исполненія заповѣдей: слѣдовательно спасеніе предоставлено, и оно возможно, всѣмъ, при служеніяхъ и обязанностяхъ посредѣ міра, не противныхъ Закону Божію. Къ послѣдованію Господу нѣкоторые были призваны Самимъ Господомъ, какъ Апостолы; но, вообще послѣдованіе Господу предоставлено Господомъ на произволъ каждаго, что явствуетъ изъ всѣхъ мѣстъ Евангелія, гдѣ Господь говоритъ объ этомъ предметѣ. «Аще кто хощетъ по Мнѣ идти» (Матѳ. XVI, 24), «аще хощеши совершенъ быти» (Матѳ. XIX, 21) говоритъ Господь въ началѣ ученія о послѣдованіи и христіанскомъ совершенствѣ. Принятіе на себя жительства зависитъ отъ произвола; но условія для жительства предписаны уже Господомъ; безъ сохраненія этихъ условій послѣдованіе Господу не можетъ уже состояться. Условія послѣдованія, или пути и жительства, ведущія къ совершенству, Господь изобразилъ такъ: «Аще кто хощетъ по Мнѣ идти, да отвержется себе, и возметъ крестъ свой, и по Мнѣ грядетъ». (Мѳ. XVI, 24) «Аще хощеши совершенъ быти, иди продаждь имѣніе свое, и даждь нищимъ: и имѣти имаши сокровище на небеси: и гряди вслѣдъ Мене» (Мѳ. XIX, 21), «вземъ крестъ» (Мр. X, 21). «Аще кто грядетъ ко Мнѣ, и не вознавидитъ отца своего, и матерь, и жену, и чадъ, и братію, и сестръ, еще же и душу свою, не можетъ Мой быти ученикъ» (Лк. XIV, 26, 27, 33). Здѣсь предписаны именно тѣ условія, изъ которыхъ составляются существенные обѣты монашества. Монашество, въ началѣ своемъ было ничто иное, какъ уединенное, отдаленное отъ молвы жительство христіанъ, стремившихся къ христіанскому совершенству. Христіане многолюдной и богатой Александріи удалились въ /с. 378/ предмѣстія города по наставленію святаго евангелиста Марка; то же самое наставленіе даетъ святый апостолъ Павелъ и всѣмъ христіанамъ, желающимъ вступить въ тѣснѣйшее общеніе съ Богомъ. «Вы есте, говоритъ онъ, церкви Бога жива, якоже рече Богъ: яко вселюся въ нихъ, и похожду и буду имъ Богъ, и тіи будутъ Мнѣ людіе. Тѣмже изыдите изъ среды ихъ, и отлучитеся, глаголетъ Господь, и нечистотѣ ихъ не прикасайтеся, и Азъ пріиму вы: и буду вамъ во Отца, и вы будете Мнѣ въ сыны и дщери, глаголетъ Господь Вседержитель» (1 Кор. V, 16-18). Святый Іоаннъ Лѣствичникъ относитъ это призваніе именно къ монахамъ (Слово II, гл. 9). Вышеприведенныя слова Господа точно такъ понимались въ первенствующей Церкви, какъ они объяснены и здѣсь. Св. Аѳанасій Великій въ жизнеописаніи Антонія Великаго говоритъ, что Антоній, будучи юношей, вошелъ въ церковь для молитвы. Въ тотъ день читалось Евангеліе отъ Матѳея о богатомъ человѣкѣ, вопрошавшемъ Господа о спасеніи и совершенствѣ. Когда прочитаны были вышеприведенныя слова: «Аще хощеши совершенъ быти, иди, продаждь имѣніе твое» и пр., Антоній, котораго въ душѣ занималъ вопросъ о томъ, какой родъ жизни избрать ему, ощутилъ особенное сочувствіе къ этимъ словамъ, призналъ, что Самъ Господь сказалъ ихъ ему, почему немедленно продалъ имѣніе свое и вступилъ въ монашество. Эти слова Господа и нынѣ признаются святою Церковью основными для монашества, всегда читаются при постриженіи въ монашество. Помѣщеніе монашества вдали отъ селеній, въ пустыняхъ совершилось по откровенію и по повелѣнію Божіимъ. Преподобный Антоній призванъ Богомъ къ жительству въ глубокой пустынѣ; преп. Макарію Великому повелѣлъ Ангелъ помѣститься въ пустынѣ Скитской, преп. Пахомію Великому повелѣлъ также Ангелъ учредить въ пустынѣ иноческое общежитіе и передалъ письменныя правила для жительства иноковъ. Упомянутые преподобные были мужи, исполненные Святаго Духа, пребывавшіе постоянно въ общеніи съ Богомъ, служившіе для иночества глаголомъ Божіимъ, какъ служилъ имъ Моисей для израильтянъ. Святый Духъ постоянно черезъ всѣ вѣка христіанства свѣтилъ на монашество. Ученіе Святаго Духа, ученіе Христово, ученіе Божіе о иночествѣ, о этой наукѣ изъ наукъ, какъ выражаются святые отцы (преп. Кассіанъ), о этой Божественной наукѣ изложено преподобными иноками со всею отчетливостью и полнотою въ ихъ Боговдохновенныхъ писаніяхъ. Всѣ они свидѣтельствуютъ, что установленіе монашества, этого сверхъ-естественнаго жительства, никакъ не дѣло человѣческое: оно дѣло — Божіе. Оно, будучи сверхъ-естественнымъ, не можетъ быть дѣломъ человѣческимъ, не можетъ не быть дѣломъ Божіимъ».

Далѣе, въ томъ же трудѣ своемъ Преосвященный авторъ доказываетъ, что монашество носитъ на себѣ печать и /с. 379/ апостольского происхожденія. Онъ приводитъ на память свидѣтельство преп. Кассіана Римлянина, знаменитаго Отца Церкви IV вѣка, который заявляетъ, что наименованіе монаховъ получили уже ученики святаго апостола и евангелиста Марка, проводившіе уединенное жительство въ пригородныхъ мѣстностяхъ Александріи въ Египтѣ. Изъ жизнеописаній святыхъ мучениковъ I и II вѣковъ явствуетъ, что уже тогда были монастыри, по преимуществу въ окрестносгяхъ селъ и городовъ. На послѣднее обстоятельство прошу обратить вниманіе. На немъ я остановлюсь подробнѣе позднѣе.

Исторія III и IV вѣковъ полна свѣдѣній о монастыряхъ и монашествѣ. Окончаніе гоненій при царѣ Константинѣ Великомъ даетъ новый импульсъ для ухода отъ міра. И слѣдующіе V и VI вѣка можно назвать золотыми вѣками не только Церкви, но и монашества. При Юстиніанѣ число монаховъ измѣрялось многими десятками тысячъ. Въ одномъ Константинополѣ и его пригородахъ насчитывалось до 20.000 монаховъ. Такъ въ Византіи продолжалось до X-XI вѣковъ, Нашествіе турокъ, разгромившее Византію повлекло за собой упадокъ христіанства. Тогда начало умаляться и монашество. Подобный историческій процессъ можно прослѣдить и въ исторіи русскаго монашества. Подробно останавливаться на немъ мы не въ состояніи по недостатку времени. Посмотримъ только, какое участіе принимало монашество въ строительствѣ русской церковной, государственной и культурно-общественной жизни. Это участіе было весьма и весьма значительнымъ. Объ этомъ писалось въ послѣднее время довольно много, а потому здѣсь достаточно напомнить только о нѣсколькихъ фактахъ. Славянскую грамоту составили монахи Кириллъ и Меѳодій. Монахъ-миссіонеръ Константинъ проповѣдалъ и склонилъ къ принятію христіанства Великого Князя Владиміра. Кіево-Печерскій монастырь былъ духовной школой и питомникомъ для іерархіи. Изъ монастырей пошла вся русская культура, какъ церковная такъ и свѣтская (лѣтописи, національно-патріотическая литература). Монашество явилось мощнымъ возродителемъ духа русскаго народа во время татарскаго нашествія и разгрома. Монастыри служили не только физическимъ убѣжищемъ для растерзанныхъ духовно русскихъ людей, но и организаторами народного сопротивленія поработителямъ.

Вся древняя Русь проникнута, можно сказать, насквозь монашескимъ духомъ. Почти въ каждой семьѣ кто-либо посвящаетъ себя на служеніе Богу въ иноческомъ званіи. Дѣти обучаются въ монастыряхъ грамотѣ, говѣютъ и исповѣдуются тамъ же, равно какъ и взрослые. Благочестивые старцы, почувствовавъ приближеніе смерти, спѣшатъ облечься въ иноческія одежды, дабы отойти отъ міра во ангельскомъ образѣ.

Монастыри русскіе первоначально создаются въ городахъ или пригородахъ, ибо на нихъ промысломъ Божіимъ /с. 380/ возложена миссія церковно-общественнаго служенія. Кромѣ того, міръ былъ такъ благочестиво настроенъ въ тѣ времена, что бѣжать отъ него въ пустыню не представляло необходимости. Во время татарскаго нашестія подъ развалинами городовъ гибнутъ и монастыри. Начинается слѣдующій періодъ исторіи русскаго монашества. Монахи уходятъ въ пустыни, часто далекія, чтобы быть внѣ досягаемости татарскихъ хищниковъ и дѣлаются, тѣмъ самымъ, колонизаторами русскихъ окраинъ и миссіонерами. Примѣровъ можно привести множество. Вспомнимъ хотя бы имена преп. Стефана Пермскаго, Ѳеодорита Кольскаго, Трифона Печенгскаго, Гурія Казанскаго, Иннокентія Иркутскаго и т. д. Расцвѣтъ монашества и монастырей достигаетъ своей кульминаціи при Патріархѣ Никонѣ, когда число ихъ достигаетъ солидной цифры — 1200. Расколъ и реформы Петра наносятъ первые удары монашеству. Періодъ временщиковъ и особенно царствованіе Екатерины II сводятъ на нѣтъ доминирующее положеніе монастырей въ церковно-государственной и общественной жизни. Достаточно напомнить, что со времени Петра и до Александра I изъ вышеупомянутыхъ 1200 монастырей было закрыго 815, то есть больше чѣмъ двѣ трети, а отъ оставшихся 385 монастырей отняли матеріальную базу, совершивъ секуляризацію въ пользу казны церковныхъ земель и прочихъ недвижимыхъ имуществъ. Постригать въ монахи по указу 1731 года разрѣшалось только вдовыхъ священнослужителей да отставныхъ солдатъ. И только въ 1761 году, когда монашество пришло въ полное оскудѣніе, этотъ указъ былъ отмѣненъ, однако, количество монаховъ въ каждомъ монастырѣ продолжало оставаться строго ограниченнымъ. Парадоксомъ звучитъ, что когда преп. Серафиму пришло время постригаться, для него не нашлось монашеской вакансіи въ Саровѣ и великаго угодника земли Русской послѣ долгихъ хлопотъ удалось постричь на оказавшуюся свободной монашескую вакансію въ Гороховскій Николаевскій монастырь, въ которомъ онъ и числился довольно значительное время, хотя никогда въ немъ не жилъ. XIX вѣкъ былъ нѣсколько болѣе благопріятнымъ для русского монашества. Оно начало медленно оправляться отъ ранъ, нанесенныхъ особенно въ «славный вѣкъ Екатерины». Но окончательно оправиться русскому монашестау такъ и не удалось. Дѣятельность его сводилась, главнымъ образомъ къ молитвеннымъ подвигамъ и отчасти къ старчеству. Старецъ Амвросій Оптинскій является въ некоторомъ смыслѣ живой картиной, олицетворяющей русское монашество XIX вѣка. Немощный, болѣзнью прикованный къ постели старецъ, онъ изъ своей «хибарки» свѣтилъ міру молитвой и ласковымъ совѣтливымъ словомъ. Революція нанесла новый сокрушительный ударъ «болящему старцу Амвросію» — монашеству русскому. Внѣшне, институтъ монашества, какъ церковно-правовая организація, въ Россіи уничтоженъ совершенно. Но, /с. 381/ слава Богу, это только внѣшне. Фактически, монашество не исчезло, а ушло въ катакомбы и, по нашимъ свѣдѣніямъ, далеко не малочисленно. Конечно, въ совѣтскихъ условіяхъ, рѣшиться на принятіе на себя креста иноческаго очень нелегко, но тѣмъ лучше качественный отборъ современнаго монашества въ подъяремной Руси совѣтской. Когда представится возможность покинуть катакомбы, монашество русское явится для служенія Церкви, вѣрую, въ силѣ преподобныхъ Сергія Радонежскаго и Серафима Саровскаго. Послѣдній тоже долго готовился для церковно-общественнаго служенія въ катакомбахъ своей дальней пустыни и затвора.

И только одного не будетъ хватать будущему русскому монашеству: знанія внѣшняго монастырскаго устава, исполненнаго святоотеческихъ священныхъ традицій и, поистинѣ, небеснаго благолѣпія. И тутъ на помощь можетъ и должно придти зарубежное русское монашество. Нашъ святой долгъ, помимо всего прочаго, донести до воскрешенной Россіи неугашенной лампаду святого общежительнаго русского монастыря, со всѣми его прекрасными уставными богослуженіями, знаменными и иными древними распѣвами, съ внѣшнимъ стройнымъ порядкомъ, освященнымъ преподобными отцами монашества. Вѣдь очень много деталей иноческаго устава нигдѣ не записано и передается отъ поколѣнія къ поколѣнію иноковъ устнымъ преданіемъ.

Какъ же сложится жизнь иноческая и каково будетъ положеніе и назначеніе монашества по освобожденіи Россіи? Это, конечно, только Богу извѣстно. Но нѣкоторыя вѣхи этого пути, думается, все же можно намѣтить. Перенесемся умственнымъ взоромъ въ нашъ завѣтный градъ Китежъ, въ вожделѣнное утро свѣтлого воскресенія Россіи. Послѣ первыхъ взрывовъ радости и ликованія, придя въ себя отъ упоительнаго и сладкаго опьяненія свободой, люди русскіе почувствуютъ особенный голодъ по очагамъ духовнаго горѣнія — святымъ обителямъ святорусскимъ. Вмѣстѣ съ государственнымъ начнется большое и церковное строительство.

Первой задачей, стоящей предъ монашествомъ, будетъ привести въ порядокъ и освятить уцѣлѣвшія древнія святыни: храмы и монастыри. Какъ только это будетъ сдѣлано, при этихъ обителяхъ необходимо будетъ сразу устроить нѣчто вродѣ монашескихъ школъ для изученія иноческихъ уставовъ монастырскаго пѣнія и прочаго. Школы эти могутъ быть краткосрочными — отъ 3-4 мѣсяцевъ до 1 года. Это первый этапъ — такъ сказать, устроеніе на новомъ мѣстѣ жительства. Слѣдующимъ этапомъ будетъ возстановленіе совершенно разрушенныхъ обителей и созданіе новыхъ на мѣстахъ, освященныхъ кровью новомучениковъ Россійскихъ, начиная съ Екатеринбурга и кончая всякими концлагерями. Будутъ, конечно, устроены обители на мѣстахъ, потаенныхъ при большевикахъ, скитовъ. Какъ только представится къ /с. 382/ тому физическая возможность, при монастыряхъ, которые легче всего могутъ быть возстановлены по техническимъ условіямъ, необходимо создать, попутно съ монашескими, и общедоступные миссіонерскіе курсы двухъ типовъ: апологетическаго и церковно-бытового. Послѣдніе должны приготовить для Церкви кадръ знатоковъ, конечно, относительныхъ, церковнаго устава, пѣнія, церковныхъ обычаевъ, порядковъ, быта. Затѣмъ, монастыри должны взять въ свои руки, хотя бы частично, церковно печатное дѣло и возстановить, поначалу хотя бы, главныя монастырскія типографіи, вродѣ Кіево-Печерской, Троице-Сергіевской, Почаевской, Шамординской и др.

Духовный голодъ будетъ огромный, и, если будетъ кому работать, монастырскія типографіи вполнѣ оправдаютъ себя. Конечно, вообще церковное издательство возьметъ въ свои руки сама Церковь, но монастыри смогутъ и должны будутъ помочь ей изданіемъ богослужебныхъ книгъ и дешевыхъ миссіонерскихъ книжекъ, газетъ и листковъ для народа. Иконописное, золоточеканное, золотошвейное дѣло также могло бы быть передано въ монастырскіе руки.

Вообще, русскіе иноки должны статъ иноками трудолюбнаго житія, а не богатыми вотчинниками, какъ бывало. Конечно, для ускоренія возстановленія монастырей государство, вѣроятно, окажетъ посильную матеріальную помощь подъ отчетъ въ видѣ субсидіи или хотя бы займа. Монастыри, для успѣшнаго распространенія своихъ изданій, должны будутъ по всей Россіи создать сѣть книжныхъ и иконныхъ лавокъ, библіотекъ и читаленъ при нихъ, а также подготовить кадръ монаховъ-книгоношъ, миссіонеровъ-передвижекъ въ низахъ народныхъ.

Когда монастыри достаточно окрѣпнутъ и совсѣмъ встанутъ на ноги, слѣдующимъ этапомъ будетъ созданіе при нихъ разныхъ видовъ соціальнаго служенія обществу: больницъ, богадѣленъ, дѣтскихъ пріютовъ, церковно-народныхъ школъ, читаленъ и библіотекъ, дешевыхъ, а то и безплатныхъ столовыхъ для странниковъ и бѣдняковъ, и т. п. Къ таковой дѣятельности особенно подходятъ женскіе монастыри, но и мужскіе не должны уклоняться отъ подобной работы.

Нѣкоторые скажутъ, что не дѣло иноковъ отвлекаться отъ молитвы и созиданія спасенія дѣлами житейскими. На эту тему былъ, между прочимъ, длинный реторическій споръ въ девятисотыхъ годахъ, возглавлявшійся съ одной стороны казначеемъ Троице-Сергіевской лавры архимандритомъ Никономъ, а съ другой — Кругловымъ и Смирновымъ, церковно-общественными дѣятелями. Споръ вылился въ длинную полемику между защитниками только созерцательнаго монашества и монашества соціально-дѣятельнаго. Побѣдили, въ общемъ, послѣдніе. А самъ архимандритъ Никонъ, впослѣдствіи Архіепископъ, позднѣе дѣятельно трудился рука объ руку съ такимъ сторонникомъ дѣятельного монашество, какъ нынѣ /с. 383/ здравствующій и здѣсь присутствующій, тогда архимандритъ, а нынѣ Архіепископъ Виталій. Сторонники дѣятельнаго монашества воочію показали, что русское монашество всего древняго періода, начиная отъ самыхъ своихъ выдающихся представителей, изъ коихъ многіе причислены къ лику святыхъ, было яркимъ выразителемъ дѣятельнаго монашества и усерднымъ труженникомъ на церковно-общественной нивѣ.

Характерно, что и государственная власть въ допетровское время смотрѣла на монаховъ, какъ на естественныхъ миссіонеровъ и учителей народныхъ. Вотъ слова Іоанна Грознаго изъ письма къ Святителю Гурію Казанскому: «Благо есть... еже старцамъ дѣти обучати и поганые въ вѣру обращати, то есть долгъ всѣхъ васъ (монаховъ). Туне есть чернцевъ ангеломъ подобными именовати: нѣсть бо имъ сравненія, ни подобія никоегоже; а подобитися Апостоломъ, ихже Господь нашъ Іисусъ Христосъ посла учити и крестити люди невѣрующіе, и се есть долгъ ваю, учити же младенцы не токмо читати и писати, но читанное право розумѣти, да могутъ и иные научити» (М. Макарій. Исторія. VI. 312).

За недостаткомъ времени я совершенно лишенъ возможности привести сейчасъ изъ церковной исторіи примѣры соціальнаго и иного служенія міру русскихъ монастырей. Льщу себя надеждой, что большинство членовъ сего высокаго собранія знакомо съ русской церковной исторіей и не нуждается въ моихъ историческихъ справкахъ. Интересующихся этимъ вопросомъ отсылаю къ только что изданной нашей типографіей брошюрѣ приватъ-доцента С. Г. Пушкарева: «Роль Правосл. Церкви въ исторіи русской государственности и культуры».

Итакъ, задачи, которыя могутъ и будутъ поставлены передъ монашествомъ въ будущей освобожденной Россіи, огромны. Какъ же съ ними справиться? Какія средства можно предоставить въ распоряженіе монашества для ихъ достиженія? По нашему мнѣнію, такими средствами могли бы быть слѣдующія.

1) Миссіонерскіе монастыри, организовавшіе при себѣ миссіонерскіе кадры, школы и курсы;

2) Монастыри монаховъ-печатниковъ и издателей;

3) Монастыри соціальной помощи и церковно-общественнаго служенія;

4) Монастыри внутренняго дѣланія — молитвенно созерцательные.

Всѣ отдѣлы автономны. Во главѣ каждого стоитъ архимандритъ или, лучше, епископъ. При немъ постоянный совѣтъ изъ 2-3-хъ членовъ, посылаемыхъ монастырями, мѣняющійся постепенно, по одному члену ежегодно. Управленіе отдѣла помѣщается при Патріаршіи. По обще-монастырскимъ дѣламъ разъ въ полгода или чаще созывается пленумъ всѣхъ членовъ совѣтовъ отдѣльныхъ отдѣловъ, подъ предсѣдательствомъ /с. 384/ старѣйшаго. Постановленія пленума утверждаются Патріархомъ или Патріаршимъ Синодомъ. Разъ въ два-три года созываются общіе монашескіе съѣзды, но не для законодательныхъ цѣлей, а законосовѣщательныхъ и духовно-просвѣтительныхъ. Это, конечно, только набросокъ, схема, которую разработаетъ сама жизнь въ воскрешенной Россіи. Мы живемъ во времена крупныхъ централизованныхъ предпріятій и организацій. Кустарщина отмираетъ. Съ этимъ необходимо считаться. Пояснимъ сіе на хорошо для меня знакомомъ типографскомъ дѣлѣ. Предположимъ, что возстанавливается въ первое время три большія монастырскія типографіи: Кіево-Печерская, Троицко-Сергіева и Почаевская. Если онѣ будутъ дѣйствовать координировано, — ихъ дѣятельность будетъ болѣе продуктивна. Одна, скажемъ, спеціализируется на печатаніи богослужебныхъ книгъ для церковнаго употребленія, другая будетъ печатать молитвенники и всякія книги церковно-учительнаго характера, третья займется изданіемъ «Русскаго Инока» и другихъ духовныхъ жуналовъ и газетъ, а также миссіонерскихъ листковъ и т. п. До войны же случалось, что вышеназванныя типографіи, не координируя другъ съ другомъ свои дѣйствія, печатали одно и тоже, а послѣ груды книгъ лежали непроданными, мертвымъ капиталомъ. Да и теперь, при наличіи трехъ типографій; Харбинской, Варшавской и нашей, благодаря отсутствію координаціи дѣйствій, работа идетъ въ разбродъ и мы, часто другъ друга не спрашивая, издаемъ одно и тоже, безсмысленно мѣшая другъ другу.

Быть можетъ кто-нибудь скажетъ, что предложенная мною схема представляетъ ни что иное, какъ установленіе католическихъ орденовъ монашескихъ. Дѣйствительно, форма организаціи русскаго православнаго монашества, мною предлагаемая, внѣшне немного напоминаетъ католическіе ордена. Но внутренне она многимъ отъ нихъ отличается. Оговорюсь. Почему намъ, православнымъ, Промысломъ Божіимъ выброшеннымъ на нѣкое время въ Европу, не поучиться нѣкоторымъ раціональнымъ формамъ прогресса. Въ смыслѣ практичности и цѣлесообразности внѣшней организаціи, у католиковъ есть чему поучиться.

Въ чемъ же русскіе православные монахи-миссіонеры, монахи-печатники и др. будутъ отличаться отъ іезуитовъ, доминиканцевъ и пр.?

Во-первыхъ, у всѣхъ русскихъ православныхъ монаховъ долженъ сохраняться одинъ общій общежительный уставъ, ведущій начало отъ св. Василія Великаго. Это будетъ главнымъ объединяющимъ факторомъ всего русскаго монашества. Форма одежды, конечно, тоже останется для всѣхъ одинаковая. Фактически, нововведеніе будетъ заключаться только въ томъ, что монастыри, посвятившіе себя какому-либо спеціальному виду дѣятельности, будутъ дѣйствовать не каждый самъ по себѣ, врозь, а организованно и планомѣрно, имѣя одинъ общій центръ.

/с. 385/ Спеціализація монастырской дѣятельности отнюдь не новость. Мы знаемъ, что и до войны существовали монастыри миссіонерско-просвѣтительные (Лѣсна на Холмщинѣ, Шмаковка въ Сибири, обитель на Алтаѣ и т. д.), женскія иноческія общины, посвятившія себя уходу за больными (Покровская община инокини Анастасіи — Великой Княгини Александры Петровны въ Кіевѣ), иноческое братство печатниковъ въ Почаевѣ и много другихъ. По статистикѣ 1907 года при монастыряхъ насчитывалось 184 больницы для мірянъ на 1789 коекъ и 148 богадѣленъ съ 1960 призрѣваемыми. Но имъ приходилось дѣйствовать врозь, каждому какъ заблагоразсудится. Это весьма ослабляло ихъ дѣятельность, ставя ее въ зависимость еще и отъ усмотрѣнія консисторскаго начальства, далеко не всегда компетентнаго въ вопросахъ спеціальнаго характера. Послѣднее, напримѣръ, часто, не считаясь съ пользой дѣла въ данномъ монастырѣ, перемѣщало настоятелей, брало выдающихся работниковъ спеціалистовъ въ данной отрасли, заботясь только, о своихъ узко мѣстныхъ епархіальныхъ нуждахъ. Здѣсь умѣстно сказать, какъ, по нашему мнѣнію, должны сложиться отношенія мѣстной епархіальной власти съ монастырями особаго назначенія. И на это существуютъ убѣдительные преценденты въ церковной исторіи. Вспомнимъ объ институтѣ ставропигіальности. Въ Россіи существовалъ цѣлый рядъ ставропигіальныхъ монастырей, какъ то: Новоспасскій, Симоновъ, Донской, Воскресенскій (Новый Іерусалимъ) и др. Могутъ задать вопросъ: какіе же монастыри останутся въ распоряженіи епархіальнаго архіерея? Отвѣтимъ: да всѣ монастыри прежняго созерцательнаго и хозяйственнаго типа. А ихъ, по свойству русскаго духа, все же будетъ большинство. Однако и здѣсь необходимо высказать пожеланіе, чтобы монастыри подчинялись непосредственно правящему архіерею, который управлялъ бы ими черезъ нарочитаго, имъ поставленнаго, монастырскаго благочиннаго, въ санѣ архимандрита. Сей благочинный могъ бы имѣть при епархіи свою небольшую канцелярію, съ личнымъ составомъ изъ иноческой братіи, каковая бы могла также нести иподіаконскія и другія богослужебныя обязанности при архіереѣ. Надо разъ навсегда покончить съ тѣмъ, совершенно ненормальнымъ положеніемъ, когда монастырями фактически управляютъ свѣтскіе секретари консисторіи, въ лучшемъ случаѣ — члены консисторіи изъ бѣлаго духовенства. И тѣ и другіе далеко не всегда компетентны въ монашескихъ дѣлахъ, а подчасъ смотрятъ на подчиненные имъ монастыри, какъ на собственныя доходныя вотчины.

Дѣятельность монастырей особаго назначенія, поскольку она будетъ протекать внутри епархіи, конечно, будетъ вестись подъ надзоромъ мѣстнаго епархіальнаго архіерея.

Перейдемъ теперь къ вопросу объ устройствѣ внутренней жизни въ монастыряхъ какъ, особаго назначенія, такъ и мо/с. 386/литвенно-хозяйственныхъ. Прежде всего необходимо разъ навсегда покончитъ съ позорящими и развращающими монашество екатерининскими штатами. Вездѣ должно быть установлено святое иноческое общежитіе. Я только мѣсяцъ тому назадъ побывалъ въ Почаевской лаврѣ. Внѣшне лавра производитъ попрежнему грандіозное впечатлѣніе. Великолѣпно поставленъ внѣшній чинъ богослуженія. 200 человѣкъ братіи. Много очень хорошихъ и достойныхъ иноковъ. А внутри все же нѣкоторый духовный разбродъ. Братскія богослуженія и трапеза не совсѣмъ аккуратны. Старшая братія предпочитаетъ молиться, особенно по вечерамъ, и кушать келейно. Покушать помимо трапезной пищи въ общемъ есть на что, особенно у старшей братіи. Лѣтнія отпустовыя кружки даже на долю послушниковъ выдѣляютъ по 150-200 динаръ въ мѣсяцъ, а старшая братія получаетъ по 4-6 такихъ частей. Не въ осужденіе лаврскимъ инокамъ говорю сіе. Они держатся стараго довоеннаго екатерининскаго порядка. Да, жалованье даже хорошимъ инокамъ подрѣзаетъ духовныя крылья. Напомнимъ, кстати, что Всероссійскій монашескій съѣздъ въ 1913 году у Троице-Сергія подавляющимъ большинствомъ голосовъ вынесъ резолюцію съ пожеланіемъ скорѣйшаго возстановленія святаго общежительного строя въ русскихъ монастыряхъ.

Вторымъ средствомъ для оживленія духовной жизни въ монастыряхъ было бы усгановленіе частой, гдѣ можно, ежедневной исповѣди у духовниковъ, а гдѣ найдутся къ тому данныя, въ видѣ опытныхъ и духоносныхъ иноковъ, то и установленіе старчества по образцу оптинского.

Настоятели, конечно, должны быть братіи во всемъ примѣромъ и, по возможности, должны выбираться самой братіей съ утвержденіемъ, затѣмъ, высшей Церковной властью.

Вотъ схематическій набросокъ состоянія монашества, какимъ оно должно быть въ будущей освобожденной Россіи.

Обратимся теперь къ русскому зарубежному иночеству. Увы, оно крайне малочисленно. Правда, сравнительно крупные кадры русскаго монашества сохранились на св. Аѳонѣ, Валаамѣ, въ Почаевской лаврѣ и въ другихъ православныхъ монастыряхъ въ Польшѣ. Есть также нѣсколько монастырей и у насъ на Карпатской Руси. Но всѣ эти иноки, къ сожалѣнію, пребываютъ внѣ корабля Русской Зарубежной Церкви, а потому и внѣ ея духовнаго окормленія и вліянія. Впрочемъ, и у нихъ есть важная миссія: сохранить и донести до Россіи внѣшній уставъ и духовный бытъ монастырскій.

Въ составѣ Русской Зарубежной Церкви имѣются слѣдующія обители:

Мужской Казанско-Богородицкій въ гор. Харбинѣ — 30 монаховъ; женскій Владиміро-Богородицкій тамъ же — 20 монахинь; въ гор. Дайренѣ женская обитель — 5 монахинь: въ гор. Шанхаѣ 2 подворья. Въ Европѣ: нашъ монастырь и въ /с. 387/ Болгаріи Михайловскій — 10 монаховъ. Въ Америкѣ: Тихоновскій монастырь — 30 монаховъ и Троицкій — 10 монаховъ. Въ Палестинѣ 2 монастыря и 2 общины, всего 20 монаховъ и 300 монахинь.

Какія же возможности имѣются и какія задачи можно поставить русскому зарубежному монашеству?

Существующіе монастыри должны всемѣрно духовно подтягиваться, жить строго общежительной жизнью, рѣшительно порвать со всякими келейными утѣшеніями и прочимъ самоублаженіемъ. Намъ, монахамъ, нужно помнить, что живемъ мы въ лихое и сугубо отвѣтственное время и, по сравненію съ подъ яремною Русью, въ нетрудныхъ жизненныхъ условіяхъ.

Далѣе, необходимо умножать монастыри, а въ существующіе всѣми силами привлекать новую, но только идейную братію. Какъ же умножать монастыри? Теперь на многихъ приходахъ несутъ священническія обязанности священно-иноки. Если они будутъ проводить истинно духовную жизнь, имъ будетъ, какъ показываетъ опытъ, не такъ ужъ трудно привлечь къ себѣ нѣсколькихъ лицъ, желающихъ раздѣлить съ ними духовные подвиги. Одинъ или два человѣка изъ такихъ ревнителей, добровольныхъ послушниковъ, могутъ найти себѣ прокормленіе, неся при церкви обязанности псаломщика и сторожа. На мало-мальски сносномъ приходѣ и при условіи, что всѣ трое будутъ жить строгимъ общежитіемъ, трое такихъ священно-церковно служителей прокормятъ еще одного-двухъ человѣкъ, которыхъ можно использовать для церковно-общественной и благотворительной дѣятельности. Вотъ вамъ и маленькая иноческая общинка! Прошедшихъ, скажемъ, годичный курсъ послушническаго испытанія и почувствовавшихъ ревность къ дальнѣйшему слѣдованію по пути иноческому, слѣдуетъ направлять въ существующіе уже болѣе крупные монастыри для пополненія ихъ кадра. Главной задачей этихъ послѣднихъ монастырей я бы поставилъ подготовку кадра монаховъ — возстановителей и организаторовъ уставной монашеской жизни въ освобожденной Россіи, а равно монаховъ спеціалистовъ для монастырей особаго назначенія. Уже здѣсь, въ эмиграціи, должны быть заложены ячейки подобныхъ монастырей. Да они, собственно, частично и заложены. Въ св. Тихоновскомъ монастырѣ въ Америкѣ существуетъ пріютъ для русскихъ сиротъ. При Казанско-Богородицкомъ монастырѣ въ Харбинѣ устроена больница для мірянъ и типографія. Въ женскомъ Владиміровскомъ монастырѣ въ Харбинѣ основанъ Ольгинскій пріютъ. Пріюты и школы есть въ Святой Землѣ. Во Владиміровой на Карпатахъ возстановлена Почаевская типографія преп. Іова. Въ общемъ, многіе зарубежные монастыри уже представляютъ собой типъ монастырей особаго назначенія, о которыхъ я говорю въ своемъ докладѣ. Хорошо бы только координировать ихъ дѣятельность.

/с. 388/ Остается теперь сказать, какъ Церковь, со своей стороны, могла бы помогать монастырямъ. Ея помощь могла бы выразиться прежде всего въ созданіи по приходамъ обществъ или даже Братствъ друзей монашества. Одной изъ главныхъ задачъ такихъ обществъ было бы предоставленіе возможности лицамъ, склоннымъ къ монашеству, но, изъ-за отсутствія поблизости монастыря, не могущимъ сразу туда отправиться, возможности испытывать себя на мѣстѣ, при церкви, въ несеніи, пока безъ обѣтовъ, креста монашескаго. Эти общества могли бы также организовывать богомолья въ монастыри, продавать при церквахъ монашескія издѣлія и т. п.

Настоятелямъ приходскихъ храмовъ хорошо бы было разъяснять мірянамъ въ проповѣдяхъ и частнымъ образомъ сколь великъ и святъ подвигъ иноческій и сколь нужно и полезно монашество для Церкви. Необходимо рѣшительно и настойчиво съ церковнаго амвона бороться съ превратными о монашествѣ мнѣніями мірянъ.

При дружной поддержкѣ священства и церковнаго общества наши зарубежные монастыри могли бы весьма окрѣпнуть и духовно и матеріально. А, будучи общежительными и нестяжательными, монастыри тогда смогутъ значительную часть своихъ доходовъ выдѣлять на содержаніе общецерковныхъ административныхъ учрежденій, а также школъ, богадѣленъ, пріютовъ и пр.

Архимандритъ Василій высказываетъ, что резолюцію комиссіи о монашествѣ по докладу Архим. Серафима, слѣдуетъ принять, но ее желательно дополнить признаніемъ необходимости осуществленія идеи Блаженнѣйшаго Митрополита Антонія объ ученомъ монашествѣ и организовать послѣднее. Катастрофическое состояніе нашего русскаго общества и Россіи въ цѣломъ заставляетъ принять мѣры къ созданію кадра ученыхъ монаховъ, особенно изъ молодежи. Въ Харбинѣ на богословскомъ факультетѣ института Св. Владиміра при помощи Казанско-Богородицкаго монастыря положено начало реализаціи идеи Блаженнаго Митрополита Антонія объ ученомъ монашествѣ и создается кадръ ученыхъ монаховъ. Но этого мало и нужно приступить къ организаціи ученаго строго-ортодоксальнаго монашества въ Западной Европѣ, особенно принимая во вниманіе существованіе подготовки будущихъ пастырей православныхъ Церквей организаціями модернистскаго богословія. Поэтому, необходимо немедленно приступить къ устройству высшей богословской школы и при ней реализовать идею Блаженного Митрополита Антонія объ ученомъ монашествѣ.

VIII. Постановили: 1. Исходя изъ непреложности историческаго факта первостепенной миссіонерской значимости монастырей въ дѣлѣ воспитанія русской народной религіозности именно въ силу свободнаго тяготѣнія къ нимъ самого народа, /с. 389/ Соборъ Русской Православной Церкви за границей полагаетъ необходимымъ подготовить мысль церковныхъ людей и самого эмигрантскаго монашества къ тому, что дѣло возстановленія Церкви въ осообожденной Россіи должно сопровождаться возстановленіемъ монастырей исключительно общежительныхъ на прежнихъ и новыхъ мѣстахъ съ порученіемъ имъ, кромѣ основныхъ и освященныхъ традицій формъ монашескаго служенія, еще и новыхъ, вызываемыхъ исключительной обстановкой пореволюціоннаго времени.

Къ этимъ формамъ могутъ быть отнесены: устройство при монастыряхъ духовныхъ школъ, миссіонерскихъ и церковно-образовательныхъ курсовъ, организація при монастыряхъ разнаго вида соціальной помощи: больницъ, богадѣленъ, дѣтскихъ пріютовъ, народныхъ безплатныхъ столовыхъ для бѣдняковъ, созданіе и распространеніе въ народѣ религіозной здоровой печатной духовной литературы путемъ взятія въ руки монашества непосредственно печатнаго дѣла (по примѣру русскихъ Аѳонскихъ монастырей и Почаевской типографіи преподобнаго Іова, а также Казанско-Богородицкаго монастыря въ Харбинѣ).

2. Соборъ полагаетъ, что необходимо, какъ высшей церковной власти, такъ и церковнымъ работникамъ на мѣстахъ, приложить всѣ усилія къ устроенію новыхъ обителей, въ первую очередь въ Западной Европѣ, и пополненію и усиленію уже существующихъ монастырей.

3. Признать весьма важнымъ образованіе кадровъ ученаго монашества при будущей высшей богословской школѣ въ Европѣ.

IX. Слушали: Докладъ Епископа Шанхайскаго Іоанна «Положеніе Православной Церкви послѣ войны», а также «О взаимоотношеніяхъ Русской Зарубежной Церкви съ автокефальными Церквами» по докладу Гр. Граббе и резюмэ К. Н. Николаева «О положеніи Православной Церкви послѣ войны».

Положеніе Православной Церкви послѣ войны.
(Докладъ Епископа Іоанна Шанхайскаго).

Великая война, потрясшая всѣ государственныя и культурныя основы на значительной части земного шара, давшая новое направленіе исторіи многихъ народовъ и государствъ, конечно, сильно отразилась и на положеніи Православной Церкви. Однѣ помѣстныя Церкви получили возможность свободнѣе и лучше развиваться внутренне и внѣшне, другія оказались въ положеніи гонимыхъ и раздираемыхъ внутренними смутами. Въ общемъ же Православная Церковь подвергается серьезному испытанію и переживаетъ тяжелую эпоху своего существованія и дѣланія въ мірѣ.

/с. 390/ Для обозрѣнія положенія Православной Церкви въ настоящее время, необходимо отдѣльно разсмотрѣть состояніе каждой помѣстной Церкви.

1. Первенствующая изъ православныхъ Церквей, Церковь Новаго Рима — Константинополя, возглавляемая патріархомъ, имѣющимъ титулъ Вселенскаго и посему и сама именуемая Вселенскимъ Патріархатомъ, пространственно достигла своего кульминаціоннаго развитія въ концѣ XVIII вѣка. Въ нее входила тогда вся Малая Азія, весь Балканскій полуостровъ (кромѣ Черногоріи), съ прилегавшими къ нимъ островами, т. к. другія самостоятельныя Церкви на Балканскомъ полуостровѣ были упразднены и вошли въ составъ Вселенской Патріархіи. Вселенскій Патріархъ получилъ отъ турецкаго султана, еще до взятія Константинополя турками, титулъ Милетъ-Башъ, т. е. глава народа и считался главою всего православнаго населенія турецкой имперіи, что не мѣшало, однако, турецкому правительству по всякимъ поводамъ смѣнять патріарховъ и назначать новые выборы, причемъ всякій разъ съ новоизбраннаго взималась большая подать. Повидимому, послѣднее обстоятельство имѣло большое значеніе при перемѣнѣ патріарховъ турками, почему нерѣдко случалось, что они смѣненнаго ими патріарха вновь допускали на патріаршій престолъ послѣ смерти одного или нѣсколькихъ его преемниковъ. Такимъ образомъ, многіе патріархи занимали свою каѳедру по нѣсколько разъ, и каждое вступленіе на нее сопровождалось взиманіемъ съ нихъ особой подати турками.

Для восполненія суммы, выплаченной при вступленіи на патріаршій престолъ, патріархъ взималъ сборъ съ поставленныхъ имъ Митрополитовъ, а тѣ въ свою очередь — съ поставляемаго ими духовенства. Такой порядокъ пополненія финансовъ патріархіи накладывалъ отпечатокъ на весь строй ея жизни. Также замѣтно сказывалась на Патріархіи велико-греческая идея, т. е. стремленіе къ возстановленію Византіи, сначала въ культурномъ, а въ будущемъ и въ политическомъ смыслѣ. Для сего на всѣ видныя мѣста назначались вѣрные той идеѣ люди, по преимуществу греки изъ предмѣстья Константинополя Фанары, въ которомъ находилась и Патріархія. Почти всегда епископскія каѳедры замѣщались греками, хотя на Балканскомъ полуостровѣ населеніе было по преимуществу славянское.

Съ начала XIX столѣтія начинается освободительное движеніе среди балканскихъ народовъ, стремившихся освободиться изъ-подъ власти турокъ. Возникаютъ сначала полусамостоятельныя, а за тѣмъ и совершенно независимыя отъ Турціи государства Сербія, Эллада, Румынія и Болгарія. Параллельно съ тѣмъ шло и образованіе новыхъ помѣстныхъ Церквей, выдѣлявшихся изъ Вселенскаго патріархата. Хотя и съ неохотою подъ вліяніемъ обстоятельствъ Вселенскіе патріархи допускали автономіи Церквей въ вассальныхъ княжест/с. 391/вахъ, а затѣмъ признали полную самостоятельность Церквей въ Сербіи, Элладѣ и Румыніи. Лишь Болгарскій вопросъ осложнился ввиду, съ одной стороны нетерпѣнія болгаръ, еще не добившихся политической самостоятельности, а съ другой — благодаря неуступчивости грековъ. Самовольное провозглашеніе болгарской автокефаліи на основаніи султанскаго фирмана не было признано Патріархіей, и въ рядѣ епархій создалась параллельная іерархія.

Границы новообразовавшихся Церквей совпадали съ границами новыхъ государствъ, которыя все время росли за счетъ Турціи, вмѣстѣ съ тѣмъ пріобрѣтая новыя епархіи изъ состава патріархата. Тѣмъ не менѣе въ 1912 году, когда началась Балканская война, Вселенскій Патріархатъ имѣлъ около 70 митрополій и нѣсколько епископатовъ. Война 1912-13 года отторгла отъ Турціи значительную часть Балканскаго полуострова съ такими большими духовными центрами, какъ Солунь и Аѳонъ. Великая война 1914-18 годовъ на время лишила Турцію цѣлой Фракіи и Малоазіатскаго побережья съ городомъ Смирна, впрочемъ потерянныхъ Греціей въ 1922 году послѣ неудачнаго похода грековъ на Константинополь.

Вселенскій Патріархъ не могъ здѣсь такъ легко отпускать изъ-подъ своей власти отторгнутыя отъ Турціи епархіи, какъ это дѣлалъ прежде. Шла уже рѣчь о нѣкоторыхъ мѣстахъ, искони находившихся подъ духовной властью Константинополя. Однако, все же Вселенскій патріархъ призналъ въ 1922 году присоединеніе къ Сербской Церкви всѣхъ областей, вошедшихъ въ предѣлы Югославіи, согласился на вхожденіе въ составъ Элладской Церкви ряда епархій въ Элладскомъ государствѣ, сохраняя однако, свою юрисдикцію надъ Аѳономъ, а въ 1937 году призналъ даже автокефалію небольшой Албанской Церкви, первоначально имъ не признанной.

Предѣлы Вселенскаго Патріархата и число его епархій значительно сократилось. Одновременно Вселенскій Патріархатъ фактически потерялъ и Малую Азію, хотя она и осталась въ его юрисдикціи. По мирному договору между Греціей и Турціей въ 1923 году, произошелъ обмѣнъ населеніемъ между этими державами, такъ что все греческое населеніе Малой Азіи должно было переселиться въ Элладу. Древніе города, имѣвшіе нѣкогдо большое значеніе въ дѣлахъ церковныхъ и славные въ церковной исторіи, остались безъ единаго жителя православнаго вѣроисповѣданія. Въ то же премя Вселенскій патріархъ потерялъ въ Турціи свое политическое значеніе, т. к. Кемаль паша лишилъ его званія главы народа. Фактически Вселенскому патріарху нынѣ подчинены 5 епархій въ предѣлахъ Турціи, и Аѳонъ съ окрестными мѣстностями въ Греціи. Патріархъ до крайности стѣсненъ въ проявленіи даже безспорныхъ его правъ въ церковномъ управленіи въ предѣлахъ Турціи, гдѣ разсматривается, /с. 392/ какъ обычный турецкій подданный-чиновникъ, да еще находящійся подъ надзоромъ правительства. Турецкое правительство, вмѣшивающееся во всѣ стороны жизни своихъ гражданъ, лишь въ видѣ особой привилегіи разрѣшило ему, какъ и Армянскому патріарху, ношеніе длинныхъ волосъ и одежды, воспретивъ это остальному духовенству. Патріархъ не имѣетъ права свободнаго выѣзда изъ Турціи, а въ послѣднее время правительство все настойчивѣй домогается перевода его въ новую столицу — Ангору (древнюю Анкиру), гдѣ сейчасъ нѣтъ православныхъ, но гдѣ сосредоточено управленіе всѣми отраслями государственной жизни.

Такое внѣшнее униженіе Іерарха града Св. Константина, нѣкогда бывшаго столицей Вселенной, не поколебало къ нему почтенія въ средѣ православныхъ, благоговѣющихъ передъ каѳедрой св.св. Златоуста и Богослова. Съ высоты ея — преемникъ св.св. Іоанна и Григорія могъ бы духовно руководить всѣмъ православнымъ міромъ, если бы обладалъ ихъ стойкостью въ защитѣ правды и истины и широтою взглядовъ недавняго Патріарха Іоакима III. Однако, къ общему упадку Вселенской патріархіи присоединилось направленіе ея дѣятельности послѣ Великой войны. Потерю епархій, вышедшихъ изъ ея владѣнія, а также потерю своего политическаго значенія въ предѣлахъ Турціи Вселенская патріархія восхотѣла восполнить подчиненіемъ себѣ областей, въ которыхъ до настоящаго времени не было православной іерархіи, а также Церквей тѣхъ государствъ, гдѣ правительство не является правослаанымъ. Такъ, 5-го апрѣля 1922 года Патріархъ Мелетій назначилъ экзарха западной и центральной Европы съ титуломъ Митрополита Ѳіатирскаго съ мѣстопребываніемъ въ Лондонѣ; 4-го марта 1923 года онъ же хиротонисалъ чешскаго архимандрита Савватія въ Архіепископа Пражскаго и всея Чехіи; 15-го апрѣля 1921 года основана митрополія Венгерская и всей центральной Европы съ каѳедрой въ Будапештѣ, хотя тамъ уже былъ сербскій епископъ. Въ Америкѣ устанавливается архіепископія, подчиненная Вселенскому Престолу; затѣмъ въ 1924 году создается епархія въ Австраліи съ каѳедрой въ Сиднѣе. Съ 1938 года Архіепископу Австралійскому подчинена Индія. Въ то же время происходитъ подчиненіе отдѣльныхъ частей Русской православной Церкви, оказавшихся отторженными отъ Россіи. Такъ, 9 іюня 1923 года Вселенскій Патріархъ принимаетъ въ свою юрисдикцію Финляндскую епархію, какъ автономную Финляндскую Церковь; 23 августа 1923 года на такихъ же правахъ подчинена Церковь Эстонская; 13 ноября 1924 года Патріархъ Григорій VII призналъ автокефалію Польской Церкви подъ надзоромъ Вселенской патріархіи, т. е. скорѣе автономію. Въ мартѣ 1936 года Вселенскій Патріархъ принялъ въ свою юрисдикцію Латвію. Не ограничиваясь принятіемъ въ свою юрисдикцію Церквей, отпавшихъ отъ Россіи окраинъ, Патріархъ /с. 393/ Фотій принялъ въ свою юрисдикцію русскаго Митрополита въ Западной Европѣ Евлогія съ подчиненными ему приходами, а 28 февраля 1937 года Архіепископъ юрисдикціи Вселенскаго Патріарха въ Америкѣ рукоположилъ епископа Ѳеодора-Богдана Шпилько для украинской церкви въ Сѣверной Америкѣ. Такимъ образомъ, Вселенскій Патріархъ сталъ дѣйствительно Вселенскимъ по пространству территоріи ему теоретически подчиненной. Почти весь земной шаръ, кромѣ небольшихъ пространствъ 3-хъ патріархатовъ да территоріи Совѣтской Россіи, по представленію дѣятелей Вселенской патріархіи, входитъ въ составъ Вселенскаго патріархата. Безгранично расширяя свои вожделѣнія о подчиненіи себѣ русскихъ областей, Константинопольскіе патріархи стали заявлять даже о незаконности присоединенія Кіева къ Московскому патріархату и о томъ, что существовавшая прежде Кіевская южно-русская митрополія должна подчиниться Константинопольскому престолу. Таковая точка зрѣнія не только выражена ясно въ томасѣ отъ 13 ноября 1924 г. по поводу отдѣленія Польской Церкви, но и проводится патріархами весьма послѣдовательно. Такъ, рукоположенному, съ разрешенія Вселенскаго Патріарха, викарію Митрополита Евлогія въ Парижѣ присваивается титулъ Епископа Херсонесскаго, словно Херсонессъ, находящійся нынѣ на территоріи Россіи, подчиненъ Вселенскому Патріарху. Слѣдующимъ послѣдовательнымъ шагомъ Вселенской патріархіи было бы объявленіе всей Россіи подъ юрисдикціей Константинополя.

Однако, дѣйствительная духовная мощь и даже дѣйствительные предѣлы власти далеко не соотвѣтствуютъ такому самовозвышенію Константинополя. Не говоря уже о томъ, что почти вездѣ власть Патріарха весьма призрачна и заключается главнымъ образомъ въ утвержденіи избранныхъ на мѣстахъ епископовъ или посланіи таковыхъ изъ Константинополя, многія страны, которыя Константинополь считаетъ себѣ подчиненными, совершенно не имѣютъ паствы, находящейся подъ его юрисдикціей.

Нравственный авторитетъ Константинопольскаго патріарха также палъ весьма низко, ввиду крайней неустойчивости его въ церковныхъ дѣлахъ. Такъ, Патріархъ Мелетій IV устраивалъ «всеправославный конгрессъ», изъ представителей отдѣльныхъ церквей, который постановилъ ввести новый стиль. Постановленіе это, признанное лишь частью Церкви, внесло страшный расколъ среди православныхъ. Патріархъ Григорій VII призналъ постановленіе живоцерковнаго Собора о низложеніи Патріарха Тихона, котораго незадолго передъ тѣмъ Константинопольскій Синодъ объявилъ «исповѣдникомъ», и затѣмъ вступилъ въ общеніе съ «обновленцами» въ Россіи, которое поддерживается до нынѣ.

Въ общемъ, Вселенскій патріархатъ, въ теоріи обнимающій почти всю вселенную и фактически простирающій свою /с. 394/ власть лишь на нѣсколько епархій, а въ остальныхъ мѣстахъ лишь осуществляющій верховный поверхностный надзоръ и получающій за то нѣкоторые доходы, преслѣдуемый властью на мѣстѣ своего пребыванія и не поддерживаемый никакой государственной силой извнѣ, потерявшій значеніе столпа истины и сдѣлавшійся самъ источникомъ раздѣленія, а въ то же время охваченный непомѣрнымъ властолюбіемъ, — представляетъ жалостное зрѣлище, напоминающее наихудшія времена исторіи Царьградской кафедры.

2. Александрійскій патріархатъ находится въ болѣе благопріятныхъ условіяхъ. Египетскія государственныя власти не ставятъ препятствій къ его развитію и не стѣсняютъ священнослужителей въ ихъ дѣятельности. Среди православнаго населенія нѣтъ полнаго единства, такъ какъ оно дѣлится на грековъ и египтянъ-феллаховъ, стремящихся имѣть патріархатъ въ своихъ рукахъ. Въ послѣднее время, благодаря мѣропріятіямъ Патріарха Мелетія, національная борьба ослабѣла, но за то съ тѣмъ же Патріархомъ произошла борьба изъ-за новаго и стараго стиля. Матеріальное положеніи патріархата благопріятное. Дѣятельность патріархіи сосредоточена на вопросахъ мѣстной жизни.

3. Антіохійскій патріархатъ, незначительный по размѣрамъ и весьма бѣдный въ матеріальномъ отношеніи, явилъ въ настоящіе дни богатство своего духа. Лишившійся получаемой изъ Россіи помощи, патріархатъ, въ лицѣ своихъ возглавителей, а также и паствы, сохранилъ теплыя чувства благодарности къ Россіи и не упускаетъ случая подчеркнуть свою любовь къ Русской Церкви и Русскому народу. Такое отношеніе Патріарховъ Антіохійскихъ, покойнаго Григорія IV и нынѣшняго Александра III, выражающаго постоянно свою готовность помочь Русской Зарубежной Церкви въ касающихся его вопросахъ, представляетъ большую нравственную поддержку Русскому Зарубежью, тѣмъ болѣе, что Антіохійскій патріархатъ проявилъ и проявляетъ замѣчательную стойкость въ дѣлахъ обще-церковныхъ и стоитъ на стражѣ церковныхъ каноновъ.

Антіохійскій патріархатъ успѣшно развиваетъ свою дѣятельность въ Сиріи и Ливіи, не стѣсняемый властями, образовавшагося послѣ Великой войны, новаго государства. Раздоры между греками и сирійцами значительно потеряли свою остроту послѣ прекращенія раздѣленій изъ-за выборовъ новаго патріарха послѣ кончины Патріарха Григорія, закончившихся утвержденіемъ Патріарха Александра III.

4. Іерусалимскій патріархатъ переживаетъ тяжелые дни, какъ ввиду внутреннихъ раздоровъ между греками и арабами, такъ и ввиду общаго положенія въ Палестинѣ. Раздоры національные, представляющіе общее бѣдствіе трехъ восточныхъ патріархатовъ — александрійскаго, антіохійскаго и іерусалимскаго — изъ-за стремленія грековъ имѣть въ нихъ исклю/с. 395/чительно греческую іерархію, несмотря на то, что они представляютъ тамъ меньшинство православнаго населенія, препятствуютъ уже въ теченіе многихъ лѣтъ правильному теченію жизни въ этихъ патріархатахъ. Въ настоящее время это особенно остро чувствуется въ Іерусалимскомъ патріархатѣ, гдѣ новоизбранный Патріархъ Тимоѳей уже въ теченіе нѣсколькихъ лѣтъ не можетъ вступитъ во всѣ свои патріаршія права, т. к. не признается арабскимъ населеніемъ и изъ-за этого не утверждается государственной властью.

Такимъ образомъ, при существованіи тамъ патріарха, патріархатомъ продолжаетъ управлять мѣстоблюститель, а патріархъ пользуется признаніемъ и имѣетъ вліяніе лишь на часть клира и паствы.

Послѣ пойны Палестина выдѣлена въ особое государственное образованіе, находящееся подъ протекторатомъ Англіи. Однако, стремленія Англіи и другихъ державъ возсоздать еврейское государство, встрѣтило сильнѣйшій отпоръ арабскаго населенія. Столкновенія между арабами и евреями, превратившія нынѣ мирные края въ мѣста боевъ, гдѣ никто изъ мирнаго населенія не можетъ быть увѣренъ въ своей жизни, напоминаютъ намъ грозныя предсказанія Господни о судьбѣ Іерусалима и показываютъ насколько безполезно дѣлать нѣчто вопреки Провидѣнію.

Кровавыя событія въ Палестинѣ дѣлаютъ невозможнымъ мирное благосостояніе ея населенія, а также отражаются на притокѣ богомольцевъ, и безъ того сильно сократившемся послѣ Великой войны. Со времени закрытія границъ Россіи, нѣтъ больше богомольцевъ оттуда, составлявшихъ прежде главную часть паломниковъ. Іерусалимская патріархія, страдая и отъ внутреннихъ раздоровъ и отъ гражданской войны, потерявшая сильную покровительницу въ лицѣ Россіи, терпитъ еще и сильныя финансовыя затрудненія, осложняющіяся, къ тому же, необходимостью немедленной оправки храма, гдѣ находится гробъ Господенъ и являющагося главной святыней христіанскаго міра.

Остается лишь уповать, что Самъ Промыселъ Божій спасетъ Матерь-Церковь.

5. Малая церковь — Архіепископія Синайская наслаждается сравнительнымъ благополучіемъ, но весьма не благополучно въ древней Архіепископіи Кипрской. Островъ Кипръ по народонаселенію своему исключительно греческій, почему вполнѣ естественнымъ было бы присоединеніе его къ Греческому Королевству, чего желаетъ и населеніе Кипра. Однако владѣющіе Кипромъ англичане, вопреки провозглашенному ими принципу самоопредѣленія народовъ, строго караютъ всякія проявленія греческихъ національныхъ стремленій и выслали съ Кипра двухъ митрополитовъ. Послѣ кончины первенствующаго Митрополита Кирилла, англійское правительство не дало разрѣшенія изгнаннымъ митрополитамъ вернуться хотя бы /с. 396/ временно на Соборъ для избранія новаго Архіепископа и, такимъ образомъ, единственный, остающійся на Кипрѣ митрополитъ въ теченіе нѣсколькихъ лѣтъ, въ качествѣ мѣстоблюстителя, управляетъ всѣми четырьмя митрополіями — епархіей Кипрской Церкви. Однако недавно англійскимъ судомъ за патріотическую проповѣдь онъ лишенъ права управленія и Кипрская Церковь осталась безъ возглавителя.

6. Острова Додеканеза, составляющіе часть Вселенскаго патріархата, присоединены во время Великой войны, вопреки принципу самоопредѣленія народовъ, къ Италіи, которая стремится совершенно прервать связь этихъ острововъ съ остальными греческими землями, выдѣливъ ихъ въ самостоятельную церковную единицу, но вмѣстѣ съ тѣмъ всячески способствуетъ распространенію католичества среди тамошняго населенія, издревле православнаго.

7. Церковь Элладская, возглавляемая Митрополитомъ Аѳинскимъ и Архіепископомъ всея Эллады, увеличилась почти вдвое послѣ Великой войны, ввиду присоединенія къ ней нѣкоторыхъ епархій въ областяхъ, отошедшихъ къ Греціи послѣ Балканской войны и подчиненныхъ прежде Вселенскому Престолу. Элладская Церковь пережила рядъ потрясеній, одни изъ которыхъ связаны были съ политическими событіями, вызвавшими двукратное сверженіе Митрополита-Архіепископа Ѳеоктиста, а другіе съ введеніемъ новаго стиля. Новый стиль до сихъ поръ является камнемъ соблазна въ греческой Церкви, часть іерарховъ и паствы которой рѣшительно настроена противъ него. Въ остальныхъ отношеніяхъ въ Элладской церкви сравнительно благополучно. Духовное образованіе стоитъ на значительной высотѣ; аѳинскій богословскій факультетъ является однимъ изъ виднѣйшихъ центровъ православной богословской науки.

Святая Гора Аѳонская, хотя принадлежитъ Греческому Королевству, въ каноническомъ отношеніи остается въ зависимости отъ Вселенскаго Патріархата. Аѳонъ испытываетъ тройное бѣдствіе: прекращеніе притока богомольцевъ и средствъ изъ Россіи, реквизиція части недвижимыхъ имуществъ монастырей греческимъ правительствомъ и полное воспрещеніе прибытія туда новыхъ монаховъ славянской народности, особенно русскихъ, которыхъ не пускаютъ даже въ качествѣ паломниковъ. Аѳонъ находится въ опасности полнаго истощенія.

8. Церковь Сербская является въ настоящее время наиболѣе крѣпкой внутренне и внѣшне. Послѣ Великой войны совершилось объединеніе автокефальныхъ церквей сербской народности и провозглашеніе Сербскаго Патріарха. Въ возстановленную въ 1920 году Сербскую Патріархію вошли бывшія автокефальныя Церкви: Сербская, Черногорская и Карловацкая, также епархіи населенныя сербами въ Далмаціи, Босніи и Герцоговинѣ, Старой Сербіи и Сѣверной Македоніи, т. е. всѣ /с. 397/ области, вошедшія въ предѣлы Королевства, нынѣ именуемаго Югославіей. Митрополитъ Буковинскій далъ письменное согласіе на изъятіе изъ его юрисдикціи епархіи Далматинской, а Патріархъ Вселенскій призналъ присоединеніе къ Сербской Церкви епархій, бывшихъ подчиненныхъ ему, особымъ «томосомъ», привезеннымъ въ Бѣлградъ, посланнымъ для той цѣли, Митрополитомъ Германомъ. Всѣ православныя Церкви признали Сербскую Патріархію. Сербская Церковь послѣ Великой войны потеряла значеніе господствующей, каковое она имѣла въ Королевствахъ Сербіи и Черногоріи, но и въ Королевствѣ Югославіи она пользуется поддержкой государства. Объединенная Сербская Церковь за истекшіе годы окрѣпла и развилась во всѣхъ отношеніяхъ. Богословскій факультетъ въ Бѣлградѣ и 5 семинарій въ разныхъ городахъ являются въ настоящее время разсадниками богословскаго образованія не только для Югославіи, но и для сербскаго населенія въ Румыніи и Венгріи, для Албаніи и Карпатской Руси; тамъ-же получаетъ богословское образованіе и значительная, готовящаяся къ служенію Церкви, часть русской бѣженской молодежи. Значительно поднялось монашество и создался цѣлый рядъ, уже долго не существовавшихъ у сербовъ, женскихъ монастырей. Сербская Церковь имѣетъ много учрежденій церковно-благотворительнаго и просвѣтительнаго характера, находящихся подъ ея руководствомъ.

Религіозная жизнь сербовъ, мало замѣтная для поверхностнаго наблюдателя, въ дѣйствительности бьетъ живымъ ключемъ, создавъ особое явленіе, въ видѣ «богомольческого движенія», широко охватившаго всю страну. Такъ называемые «соборы» въ разныхъ монастыряхъ собираютъ тысячи участниковъ, также, какъ и паломничество крестнымъ ходомъ въ особо почитаемыя мѣста или монастыри. Предпринимались неоднократно паломничества въ Святую Землю, возглавляемыя Епископомъ по назначенію Синода. Особенно сильно выявилась сила православія въ Сербіи въ тяжелые дни для Сербской Церкви годъ назадъ, когда православные сербы во всей Югославіи сплотились вокругъ своихъ пастырей и архипастырей и не жалѣли даже жизни, отстаивая права православной церкви. Сербская Церковь твердо отстаиваетъ церковные каноны. Сейчасъ она служитъ примѣромъ для тѣхъ, кто борется за церковные устои, и свою братскую поддержку она оказываетъ въ ней нуждающимся.

9. Румынская Церковь также, какъ и Сербская смогла объединиться послѣ Великой войны и провозгласить себя Патріархіей. Въ нее вошли прежде бывшія автокефальными церкви Румынскаго Королевства и Трансильванская, также Черновицкая епархія Буковинско-Долматинской митрополіи и часть Темишварской епархіи. Она смогла широко развить богословское образованіе, имѣя три богословскихъ факультета и нѣсколько семинарій. Въ монастыряхъ Молдавіи замѣтны /с. 398/ слѣды вліянія учениковъ знаменитаго Паисія Величковскаго. Въ области религіозно-народной жизни особенно разительнымъ явленіемъ было за послѣдніе годы, чудеса, совершаемыя простымъ пастухомъ Петромъ Лупу въ Маглавитѣ, привлекшія къ нему множество народа, слушавшаго его проповѣди о покаяніи. Наряду съ такимъ свѣтлымъ явленіемъ, есть и темная сторона въ Румынской Церкви. Переходъ ея на новый стиль лишаетъ ее церковнаго мира внутри и того авторитета внѣ ея, какимъ пользуется Церковь Сербская. Другимъ пятномъ являются дѣла въ Бессарабіи, присоединенной къ Румынскому Королевству послѣ Русской революціи и, вопреки канонамъ, безъ согласія Московскаго Патріарха подчиненной Румынскому Патріарху.

Русскіе архіереи, не пожелавшіе ему подчиниться, были лишены тамъ власти и замѣнены архіереями, назначенными Румынской Церковью. Началось вскорѣ преслѣдованіе всего русскаго и славянскаго, особенно усилившееся послѣ перехода Румынской Церкви на новый стиль, т. к. бессарабское населеніе твердо отстаиваетъ старый стиль. Распоряженіемъ власти были запрещены богослуженія на славянскомъ языкѣ и по старому стилю; неповиновавшихся арестовывали. Въ настоящее время изъ двухъ русскихъ священниковъ, до послѣдняго времени стойко продолжавшихъ отстаивать церковные устои одинъ былъ высланъ изъ Румыніи, а другой находится въ тюрьмѣ... Терроръ, направленный противъ русскаго населенія и затворившій его уста, повисъ даже надъ молдавскимъ населеніемъ Бессарабіи.

Долгъ Русскаго Зарубежнаго Собора сдѣлать все возможное для помощи исповѣдникамъ истины въ епархіи, которая является частью Русской Церкви, пока не будетъ передана другой церкви свободнымъ согласіемъ Всероссійской церковной власти. Необходимо обратиться намъ къ Румынскимъ церковнымъ и гражданскимъ властямъ вплоть, до Патріарха, чтобы помочь нашимъ братьямъ.

10. Болгарскай Церковь, находящаяся въ раздѣленіи съ греческой Церковью съ 1872 г., послѣ Великой войны, если не увеличилась пространствомъ, то окрѣпла и развивается внутренно. Богословскій факультетъ въ Софіи является сосредоточіемъ высшаго богословскаго образованія не только для болгаръ, но частично и для лицъ изъ другихъ краевъ, въ частности русскихъ. Много сдѣлано за послѣднее время въ области духовнаго просвѣщенія народа, прекрасно также стоитъ церковно-издательское дѣло. Болгарская Церковь находится въ тѣсныхъ, братскихъ отношеніяхъ съ Сербской Церковью, съ которой имѣетъ каноническое и литургическое общеніе, а также и съ Русской Зарубежной Церковью.

Остается лишь пожелать, чтобы поскорѣе были уничтожены всѣ слѣды бывшей схизмы и было возстановлено полное общеніе со всѣми Церквами, а Болгарская Церковь /с. 399/ возглавилась Первоіерархомъ съ титуломъ, достойнымъ Болгарской Церкви.

11. Самой молодой автокефальной Церковью является Албанская, получившая признаніе своей автокефальности въ 1937 году. Она возникла изъ епархій Вселенскаго Патріархата, вошедшихъ въ Албанію и 10 лѣтъ тому назадъ провозгласила свою автокефальность, изгнавъ бывшихъ въ ней греческихъ митрополитовъ, за что была отлучена отъ общенія съ Вселенскимъ Престоломъ. Въ настоящее время общеніе возстановлено и, по взаимному соглашенію, поставлена новая албанская іерархія, признанная автокефальной.

12. Церковь Чешская послѣ Великой войны имѣла сначала надежды на полный разцвѣтъ и духовное водительство всѣмъ Чешскимъ народомъ. Несогласіе по вопросу объ юрисдикціи и другія причины остановили массовое возвращеніе въ православіе чеховъ, которые образовали особую Церковь протестантскаго типа. Православная Церковь въ Чехословакіи входитъ нынѣ въ составъ Сербской Церкви и возглавляется епископомъ Моравскимъ Гораздомъ. Кромѣ него въ Прагѣ проживаетъ посвященный въ Константинополѣ Архіепископъ Пражскій и всея Чехіи Савватій. Всего въ Чехіи и Моравіи нѣсколько тысячъ православныхъ.

13. Въ составъ Чехословакіи входитъ въ настоящее время и чисто русская область — Карпатская Русь. Прикарпатская вѣтвь русскаго народа, бывшая въ теченіи столѣтій подъ чужеземной властью, нынѣ возвращается къ православной вѣрѣ отцовъ своихъ, отъ которой была отторгнута обманомъ и насиліемъ. Сербская Церковь духовно окормляетъ и опекаетъ этотъ русскій край, способствуя его духовному возрожденію и подготовляя къ соединенію съ остальными частями Русской Церкви, для которой такъ много дѣлаетъ въ настоящее время.

14. Россійская Церковь, недавно еще бывшая моремъ несмѣтныхъ богатствъ и духовныхъ, и вещественныхъ, которыми она поддерживала всѣ остальныя Церкви, нынѣ лежитъ на одрѣ тяжелой болѣзни, сама нуждаясь въ помощи и поддержкѣ. Церковь находится подъ властъю совѣтовъ и сдѣлалась Церковью-мученицей, испытывая гоненія, далеко превосходящія гоненія въ первыя вѣка христіанства. Она дала множество священно-мучениковъ и мучениковъ, но какъ всегда бывало при гоненіяхъ, есть много отпавшихъ и возставшихъ на Церковь, и новое поколѣніе воспитывается въ незнаніи Бога. Внутри Церковь раздирается разными расколами, такъ что иногда трудно бываетъ рѣшить, какіе же іерархи являются дѣйствительными и какіе самозванными. Многіе, даже ищущіе вѣры, ошибаются въ путяхъ достиженія цѣли и вмѣсто православія избираютъ секты.

Все, вмѣстѣ взятое, заставляетъ трепетать за судьбы Церкви въ Россіи, гдѣ во многихъ городахъ уже нѣтъ ни одного храма. Нужно усердно молиться Господу, чтобы онъ /с. 400/ сократилъ время испытаній. Части Россійской Церкви, находящіяся на территоріи, независимой отъ Совѣтовъ, часто также находятся въ бѣдственномъ состояніи. Въ Европѣ всѣ почти онѣ, кромѣ Литовской, провозгласили свою независимость, подъ главенствомъ Вселенскаго Патріарха. То было сдѣлано въ значительной части подъ давленіемъ Правительствъ. Однако, правительства не удовольствовались лишь ихъ отторженіемъ отъ Россійской Церкви и стали во многихъ государствахъ стремиться къ полному ослабленію Православія. Къ сожалѣнію, этого не поняли многіе изъ тамошнихъ іерарховъ, и нѣкоторые сознательно стали дѣйствовать въ духѣ правительственныхъ пожеланій. Лишь Церковь въ Литвѣ осталась въ подчиненіи Московской Патріархіи и почти не терпитъ стѣсненій.

Финляндское правительство, удаливъ законнаго Архіепископа Финляндскаго Серафима и призвавъ посвященнаго въ Константинополѣ Германа, настояло на введеніи новаго стиля въ Церкви и вмѣшивается въ церковныя дѣла, стремясь уничтожить все, напоминающее про Россію, даже славяскія надписи на иконахъ.

Особенно это тяжело отразилось на Валаамскомъ монастырѣ, часть иноковъ котораго была выслана, а оставшіеся тамъ послѣ 300, вмѣсто прежнихъ 1000, раздѣлились на ново- и старо-стильниковъ, не имѣющихъ между собою общенія. Валаамскій монастырь идетъ къ медленной гибели, ибо притока новыхъ монаховъ нѣтъ.

Также обстоитъ дѣло въ Эстоніи, гдѣ изъ Печерскаго монастыря удаленъ настоятель Епископъ Іоаннъ и принимаются мѣры къ эстонизаціи монастыря, въ сущности ведущія его просто къ гибели. Тамъ также проводится новый стиль и другія реформы.

Церковь въ Латвіи, несмотря на всѣ притѣсненія, была въ безопасности, пока не былъ умерщвленъ звѣрски Архіепископъ Іоаннъ. Послѣ же его кончины Церковь подчинилась Вселенскому Патріарху и пошла по пути Церкви эстонской, съ коей поддерживаетъ тѣсную связь. Церковь въ Польшѣ оказалась въ особенно тяжелыхъ условіяхъ, мало лучшихъ, чѣмъ въ Совѣтской Россіи. Сначала, по настоянію правительства, русскіе іерархи въ Польшѣ провозгласили автокеѳальность Польской Церкви, причемъ были изгнаны со своихъ каѳедръ, несогласившіеся съ этимъ, 4 іерарха. Іерархія Церкви въ Польшѣ думала своею вѣрностью Польской Державѣ пріобрѣсти благоволеніе и поддержку правительства. Дѣйствительно, правительство окружило іерархію почетомъ, наряду съ сановниками государства, но, вмѣстѣ съ тѣмъ, оно напрягло всѣ усилія, чтобы уничтожить Православіе въ Польшѣ. Сотни церквей отобраны, частью превращены въ костелы, частью разрушены. Дѣлаются попытки расколоть /с. 401/ православное населеніе созданіемъ украинскаго движенія, насильственно вводятся польскій и украинскій языки въ богослуженіе и церковныя учрежденія. Наконецъ, въ послѣднее время употребляются рѣшительныя мѣры къ переводу православнаго населенія въ католичество, при чемъ это дѣлается при помощи угрозъ, насилія и обмановъ. Беззаконіе, творимое въ отношеніи Православія, вопіетъ къ небу.

15. Церковь въ Америкѣ до Великой войны представляла русскую епархію, или, точнѣе, Россійскую Духовную Миссію въ Сѣв. Америкѣ, возглавленную архіепископомъ и двумя викарными епископами, одинъ изъ которыхъ былъ сиріецъ.

Послѣ войны отдѣльныя автокеѳальныя Церкви установили тамъ свои епископскія каѳедры, такъ что вѣрные въ Америкѣ раздѣлены по принадлежности къ той Церкви, изъ которой прибыли въ Америку. Имѣются тамъ архіереи Русской Церкви, архіепископы, подчиненные патріархамъ Вселенскому и Антіохійскому, епископъ Сербской Церкви, а кромѣ того, около года назадъ, часть уніатовъ галичанъ перешла въ Православіе, получивъ отъ Вселенскаго Престола особаго епископа Украинской Церкви, который пытается объединить подъ своей духовной властью украинцевъ.

Къ сожалѣнію, почти во всѣхъ Церквахъ Америки были нестроенія, а іерархіи существуютъ въ нѣкоторыхъ изъ нихъ въ видѣ двухъ вѣтвей, оспаривающихъ власть другъ у друга. Были попытки объединить всѣхъ православныхъ въ одну автокефальную Церковь, но такъ какъ эта попытка была связана со многими нарушеніями каноническихъ нормъ, то не имѣла успѣха. Въ послѣднее время намѣчается сближеніе между различными вѣтвями Православной Церкви, но еще далеко до полнаго благоустройства.

Въ Южной Америкѣ четыре года назадъ установлена епископская каѳедра, но часть ея приходовъ пока осталась въ непосредственномъ подчиненіи Предсѣдателю Заграничного Сѵнода. Тамъ идетъ трудная работа по духовному окормленію разсѣянныхъ русскихъ людей. Такая же работа идетъ въ Австраліи, гдѣ имѣется два русскихъ прихода и Сирійскіе приходы, подчиняющіеся Антіохійскому Патріарху, независимо отъ учрежденной тамъ нѣсколько лѣтъ тому назадъ архіепископіи Вселенской Церкви.

16. Дальній Востокъ имѣетъ іерархію, подчиненную Заграничному Сѵноду, кромѣ епархіи Японской, возглавитель которой, Митрополитъ Сергій, находится въ юрисдикціи Московской Патріархіи. Несмотря на отсутствіе государственной поддержки, отсутствіе матеріальныхъ средствъ и на то, что православное населеніе живетъ среди неправославваго населенія, церковная дѣятельность на Дальнемъ Востокѣ живо развивается.

/с. 402/ Большія пространства средней Азіи не имѣютъ православной іерархіи, но въ послѣднее время ощутилось сильное стремленіе среди монофизитовъ (яковитовъ) въ Малабарѣ вернуться въ Православіе, почему сейчасъ предполагается устройство тамъ православной миссіи.

Такимъ образомъ, православная вѣра, насмотря на всѣ испытанія, мѣстами превосходящія всѣ, когда-либо бывшія гоненія, побѣждаетъ всѣ препятствія, продолжая всюду свѣтить человѣкомъ. Врата адовы не одолѣютъ Христовой Церкви. Не разъ Православіе казалось на краю гибели, но затѣмъ наступало время его не только внутренней, но и внѣшней славы. «Оглянулась на себя Вселенная и застонала, ибо увидѣла, что сдѣлалась аріанскою» воскликнулъ одинъ церковный историкъ IV вѣка. Но прошло нѣсколько десятковъ лѣтъ — отъ аріанства ничего не осталось, а Православіе стояло. То-же было и во время монофизитовъ и, особенно, иконоборцевъ, которые, одно время, казалось, совершенно побѣдили Православіе, но затѣмъ пали, а Православіе торжествовало свою побѣду. Православіе, какъ истинная Церковь, никогда не исчезнетъ и не будетъ уничтожено. Вопросъ лишь въ томъ, какую часть живущихъ на землѣ оно будегь охватывать и насколько называющіеся православными будутъ исполнителями Христовой заповѣди. Бываютъ дни подъема и дни упадка духовной силы православныхъ. Нынѣ мы переживаемъ второе; однако, и теперь видимъ высокіе примѣры мученичества и исповѣдничества въ Россіи. Каково же должно быть наше отношеніе къ настоящимъ событіямъ въ церковной жизни? Мы должны твердо стоять на почвѣ церковныхъ каноновъ и не быть съ тѣми, кто отъ нихъ отступаетъ. Въ прежнее время для изобличенія каноническихъ неправильностей помѣстной Церкви съ нею прерывали каноническое общеніе. Русская Зарубежная Церковь не можетъ дѣйствовать такимъ путемъ, такъ какъ положеніе ея не вполнѣ опредѣлилось и утвердилось. Посему она не должна прерывать общенія съ другими Церквами, если онѣ первыя не сдѣлаютъ этого шага. Но, и поддерживая общеніе, она не должна молчать о нарушеніяхъ церковной правды. Признавая фактическую нынѣшнюю церковную іерархію, какъ въ другихъ помѣстныхъ Церквахъ, такъ и въ отколовшихся отъ Россійской Церкви нѣкоторыхъ ея частяхъ, и поддерживая съ ними общеніе, Зарубежная Церковь не можетъ признать, какъ канонически правовой фактъ, отдѣленіе послѣднихъ отъ Россійскаго Патріархата, пока то не будетъ рѣшено Всероссійской Церковной Властью свободной Россіи. Вмѣстѣ съ тѣмъ, мы признаемъ до тѣхъ поръ и законными архіереями своихъ епархій изгнанныхъ изъ своихъ каѳедръ архіереевъ въ Польшѣ, Бессарабіи, Финляндіи и Эстоніи, почитая въ нихъ борцовъ за правду, вѣрныхъ своей архіерейской присягѣ и своей помѣстной Церкви.

Взаимоотношенія Зарубежной Русской Церкви съ Автокефальными Церквами и отдѣлившимися частями Русской Церкви.
(Докладъ гр. Ю. П. Граббе).

Великій проповѣдникъ единства Церкви святитель Кипріанъ Карѳагенскій въ такихъ выраженіяхъ говоритъ о догматѣ единства Церкви: «Церковь одна, хотя съ приращеніемъ плодородія, расширяясь, дробится на множество. Вѣдь и у солнца много лучей, но свѣтъ одинъ; много вѣтвей на деревѣ, но стволъ одинъ, крѣпко держащійся на корнѣ; много ручьевъ истекаетъ изъ одного источника, но, хотя разливъ, происходящій отъ обилія водъ, и представляетъ многочисленность, однако при самомъ истокѣ все же сохраняетъ единство» (о единствѣ Церкви).

Вотъ это единство должно проявляться въ жизни Помѣстныхъ Церквей, являющихся вѣтвями одного дерева. Но при этомъ Православная Церковь никогда не признавала ни за кѣмъ изъ Предстоятелей Помѣстныхъ Церквей права на начальствованіе въ другихъ Церквахъ, имѣющихъ свое собственное возглавленіе. 28 правило Халкидонскаго Собора, равно какъ и 3 правило II Всел. Собора, правда, говорятъ о томъ, что Римскій и Цареградскій епископы пользуются извѣстными преимуществами. Однако, второе изъ указанныхъ правилъ прямо говоритъ лишь о преимуществѣ чести, но не власти, а Халкидонское правило въ качествѣ преимуществъ его, кромѣ первенства чести, предоставляетъ Константинопольскому епископу поставлять митрополитовъ областей: Понтійской, Ассійской и Фракійской, о также епископовъ у иноплеменниковъ означенныхъ областей. При чемъ надо отмѣтить, что Соборъ въ этомъ правилѣ, давая такія права, ограничиваетъ ихъ перечисленными областями, говоря: «Посему токмо Митрополиты... вышеперечисленныхъ областей да поставляются отъ вышереченнаго и святѣйшаго престола святѣйшія Константинопольскія Церкви». Поэтому, когда Римскій епископъ вмѣшался въ дѣла автокефальной Карѳагенской Церкви въ пятомъ вѣкѣ, Карѳагенскій Соборъ написалъ ему: «Итакъ не соизволяйте, по просьбѣ нѣкоторыхъ, посылать сюда вашихъ клириковъ изслѣдователями и не попускайте сего, да не явимся мы вносящими дымное надмѣніе міра въ Церковь Христову, которая желающимъ зрѣти Бога приноситъ свѣтъ простоты и дань смиренномудрія». Можно было бы привести еще много свидѣтельствъ изъ церковныхъ правилъ, возбраняющихъ такое «дымное надмѣніе» и ограждающихъ самостоятельность Церквей, но мы не будемъ долго останавливаться на этомъ вопросѣ, достаточно разработанномъ въ литературѣ, ибо папскія претензіи на власть во всей Церкви вызвали много опроверженій. За послѣднее время съ канонической точки зрѣнія этотъ вопросъ освѣщенъ въ рядѣ трудовъ проф. С. В. Троицкаго.

/с. 404/ Въ одной изъ своихъ статей С. В. Троицкій даетъ слѣдующее краткое, но точное опредѣленіе автокефаліи: «Автокефальна та Церковь, которая получаетъ свою власть не отъ другой Церкви, о отъ Самого Основателя Церкви Іисуса Христа черезъ хиротонію своего возглавителя и остальныхъ своихъ епископовъ отъ своихъ епископовъ» (Суштина и фактори автокефалиjе. Београд, 1933, стр. 8). Вотъ такою автокефальною Церковью является и Русская Православная Церковь. Изъ ея автокефальности слѣдуетъ, что никто изъ главъ другихъ Православныхъ Церквей не имѣетъ по священнымъ правиламъ права вторгаться въ ея дѣла и какъ бы то ни было въ ней распоряжаться.

Однако, когда за рубежомъ и въ значительной степени въ предѣлахъ другихъ Помѣстныхъ Церквей, волею Божіею, оказались русскіе изгнанники, то возникъ новый вопросъ о томъ каково должно быть ихъ церковное положеніе. Могло быть на территоріи Помѣстныхъ Церквей простое рѣшеніе вопроса, т. е. подчиненіе прибывшихъ чадъ русской Церкви мѣстному священноначалію. Но изгнанники эти прибыли съ остатками своего временнаго областного управленія на югѣ Россіи, они составляли какъ бы нѣкое особое тѣло со своими церковно-національными особенностями, сложившимися въ результатѣ многовѣковой жизни Русской Церкви. И вотъ Константинопольская Патріархія положила начало разрѣшенію этого вопроса, предоставивъ Русской Іерархіи устроить свое особое Высшее Церковное Управленіе заграницей. Это Высшее Церковное Управленіе затѣмъ, въ 1921 году, по приглашенію Сербскаго Патріарха Димитрія, переселилось въ Сремскіе Карловцы. Такое рѣшеніе, принятое двумя автокефальными Церквами, вполнѣ согласно съ церковными канонами. Случай весьма похожій на прибытіе Русскихъ Іерарховъ съ паствою заграницу имѣлъ мѣсто въ 688 году, когда, вслѣдствіе языческаго нашествія, въ предѣлы Константинопольскаго Патріархата прибылъ со своею паствою архіепископъ острова Кипра Іоаннъ. Шестой Вселенскій Соборъ 39 правиломъ установилъ, что бы Архіепископу Іоанну были сохранены принадлежащія ему, какъ Главѣ автокефальной Церкви, преимущества, признанныя за нимъ III Всел. Соборомъ. Кромѣ того выдѣлили ему Гелеспонтскую область, подчинивъ ему всѣхъ епископовъ ея и въ томъ числѣ епископа Кизическаго, «по примѣру всѣхъ прочихъ Епископовъ, подвластныхъ вышереченному Боголюбезнѣйшему предстоятелю Іоанну». Такимъ образомъ Константинопольскій Патріархатъ поступился ради бѣженцевъ своими правами надъ цѣлою областью. Такое исключительное положеніе продлилось до 747 года т. е. болѣе пятидесяти лѣтъ.

Конечно, въ нашемъ случаѣ есть значительная разница: выѣхало въ предѣлы Константинополя областное и при томъ временное церковное управленіе, а не глава автокефальной /с. 405/ Церкви. Но зато выѣхалъ церковный народъ иной національности со своимъ сложившимся укладомъ церковной жизни, которому трудно было бы управляться иноплеменной іерархіей. Это учли не только въ Константинополѣ и Бѣлградѣ, но и въ другихъ Церквахъ. Въ предѣлахъ ихъ всюду русскія церковныя общины живутъ своимъ укладомъ, въ подчиненіи Русской Церковной Власти. Вполнѣ можно считать это оформленнымъ со стороны Сербскаго Патріархата, гдѣ Соборъ предоставилъ права самостоятельности Высшему Церковному Управленію заграницей (постановленіе 18/31 августа 1921 г.). За всѣ истекшіе годы Сербская Церковь ни въ чемъ не стѣсняла Зарубежную русскую церковную власть, признавая за нею полную автономію. И когда митрополитъ Сергій обратился къ блаженнопочившему Патріарху Варнавѣ сначала съ просьбою воздѣйствовать на зарубежный Русскій Архіерейскій Соборъ въ смыслѣ самоупраздненія его, а затѣмъ сообщилъ о наложеніи запрещеній на Митрополита Антонія и подчиненную ему іерархію, то Патріархъ передалъ требованіе Митрополита Сергія, не производя никакого давленія, на Зарубежный Соборъ. Послѣдовавшее со стороны Митрополита Сергія постановленіе о запрещеніи Митрополита Антонія, Митрополита Анастасія и др. іерарховъ не было признано Сербскою Церковью, что получило свое проявленіе въ совмѣстныхъ служеніяхъ съ этими іерархами и даже приглашеніи Митрополита Анастасія къ участію въ хиротоніи Епископа Платона. И когда скончался Предстоятель Зарубежной Церкви, Блаженнѣйшій Митрополитъ Антоній, а Предсѣдателемъ Архіерейскаго Сѵнода былъ избранъ Высокопреосвященный Митрополитъ Анастасій, Сербская Церковь приняла этотъ актъ къ свѣдѣнію, какъ актъ отъ нея независящій. Нельзя не отмѣтить и того, что новый Патріархъ Сербскій Гавріилъ объ избраніи своемъ прислалъ Предсѣдателю Архіерейскаго Сѵнода извѣстительную грамоту въ такихъ выраженіяхъ, какія могли бы быть обращены и къ Главѣ автокефальной Церкви. Такимъ образомъ, вновь подтверждено съ стороны Сербскаго священноначалія признаніе автономіи Русской Православной Церкви заграницей. Само собою разумѣется, что при наличіи полной независимости въ управленіи церковными общинами въ Югославіи, есть нѣкоторые акты для которыхъ требуется согласіе мѣстной церковной власти. Такъ напримѣръ, при назначеніи священниковъ обычно предварительно сносятся съ соотвѣтствующимъ епархіальнымъ Преосвященнымъ, ибо по канонамъ никто не можетъ совершать священнодѣйствій въ чужой епархіи безъ благословенія мѣстного архіерея. Равнымъ образомъ для открытія новой церковной общины или устройства церкви испрашивается предварительно согласіе Сербской епархіальной власти. Испрашивалось у Патріарха согласіе и на совершеніе каждой архіерейской хиротоніи въ предѣлахъ Сербскаго Патріархата.

/с. 406/ Взаимоотношенія Зарубежной Церкви съ Болгарской Церковью очень похожи на отношенія, существующія въ Югославіи. Болгарская Церковь съ самаго начала предоставила полную автономію русскимъ православнымъ общинамъ и тоже трактуетъ Архіерейскій Сѵнодъ, какъ единственнаго свободнаго представителя Русской Церкви.

Переходя къ нашимъ взаимоотношеніямъ съ древними Патріархатами, мы должны бы были начать съ Константинополя. Но такъ какъ съ нимъ наши взаимоотношенія имѣютъ совсѣмъ особый характеръ, не похожій на тѣ, которыя установились съ другими Церквами, мы остановимся на этомъ вопросѣ нѣсколько ниже.

Съ Александрійскимъ Патріархатомъ у насъ не было большого числа вопросовъ, которые вызывали бы необходимость совмѣстнаго рѣшенія. Прямого акта о признаніи этимъ Патріархатомъ того или иного объема правъ за Архіерейскимъ Сѵнодомъ Зарубежной Церкви нѣтъ, хотя въ прежніе годы были грамоты, адресованныя Блаженнѣйшему Митрополиту Антонію, именно, какъ предсѣдателю Сѵнода. Грамоты эти относятся ко времени, когда Патріархомъ былъ Блаженнѣйшій Фотій, а также пока Мѣстоблюстителемъ былъ Митрополитъ Ѳеоѳанъ. Послѣ смерти Патріарха Фотія Патріархомъ былъ избранъ бывшій Константинопольскій Патріархъ Мелетій, извѣстный своимъ усердіемъ въ проведеніи церковныхъ реформъ. Патріархъ Фотій въ 1923 г. отказался отъ участія въ созванномъ въ Константинополѣ Патріархомъ Мелетіемъ Всеправославномъ Конгрессѣ. Напротивъ, Патріархъ Мелетій, будучи избранъ на Александрійскій престолъ и тамъ началъ проводить реформы и, въ частности, ввелъ новый стиль. Въ виду же той борьбы, которую вела наша Зарубежная іерархія въ лицѣ Митрополита Антонія противъ всѣхъ этихъ реформъ, Патріархъ Мелетій, прежде признававшій нашъ Сѵнодъ и сносившійся съ нимъ по общецерковнымъ вопросамъ, измѣнилъ къ нему свое отношеніе и въ письмѣ на имя Митрополита Евлогія въ 1927 г. высказался въ его пользу и противъ Архіерейскаго Сѵнода. Характерно, что сдѣлалъ это тотъ самый Патріархъ Мелетій, который, будучи Вселенскимъ Патріархомъ въ 1923 и въ 1924 г.г., писалъ Митрополиту Евлогію, что онъ не имѣетъ права на управленіе церквами въ Западной Европѣ, ибо онѣ должны всѣ подчиняться Константинопольскому Престолу. Однако, несмотря на такія выступленія, Патріархъ Мелетій не стѣснялъ русскія общины въ Александріи и Каирѣ и онѣ до сихъ поръ продолжаютъ совершать богослуженія по старому стилю. Больше того, нынѣ Патріархія сильно способствуетъ нашей Александрійской общинѣ въ предпринимаемой ею попыткѣ построить свою церковь со школою при ней. Самъ Патріархъ Мелетій, незадолго до своей смерти, выражалъ свое глубокое уваженіе къ Блаженнѣйшему Митрополиту Антонію, помѣ/с. 407/стилъ въ своемъ органѣ «Пантеносъ» статью, посвященную его юбилею и предполагалъ отмѣтить его празднествомъ.

Постоянныя сношенія существуютъ между нашей Зарубежной Церковью съ Іерусалимскимъ Патріархатомъ, въ предѣлахъ котораго находится наша Духовная Миссія. И Іерусалимскій Патріархатъ, какъ и Александрійскій, не выносилъ особыхъ постановленій о признаніи Архіерейскаго Сѵнода Заграницей, но на практикѣ это признаніе состоялось, ибо онъ сносился съ нимъ по вопросамъ касающимся Миссіи и принимаетъ начальниковъ Миссіи, назначаемыхъ Сѵнодомъ на тѣхъ же правахъ, какъ начальниковъ Миссіи, назначавшихся въ мирное время Всероссійскою Церковною Властью. Равнымъ образомъ, принимала Патріархія и назначаемыхъ Архіерейскимъ Соборомъ наблюдающихъ за дѣлами Миссіи сначала Епископа Аполлинарія, а послѣ его отъѣзда изъ Іерусалима Владыку Митрополита Анастасія.

Особою сердечностью отличаются взаимоотношенія между Зарубежною Церковью и Антіохійскимъ Патріархатомъ. За всѣ истекшіе годы этотъ Патріархатъ показалъ много благодарности Царской Россіи и бережного отношенія къ интересамъ Русской Церкви. Почившій Патріархъ Григорій былъ вѣрнымъ и преданнымъ другомъ Россіи и Русской Церкви. Онъ, кромѣ того, былъ большимъ почитателемъ Блаженнѣйшаго Митрополита Антонія, къ которому во многихъ случаяхъ обращался за совѣтомъ. Такимъ же другомъ Русской Церкви является и нынѣшній Патріархъ Александръ, окончившій въ Россіи Духовную Академію. Какъ мы увидимъ ниже, Антіохійскій Патріархатъ проявлялъ полное единомысліе съ русской зарубежною іерархіею въ важнѣйшихъ общецерковныхъ вопросахъ. Но кромѣ того, Предстоятели этой Церкви проявили безусловную вѣрность канонамъ и дружелюбіе къ Русской Церкви и въ тѣхъ случаяхъ, когда ихъ интересы какъ будто сталкивались. Такъ напримѣръ, когда проживающіе въ Сѣверной Америкѣ сирійцы захотѣли образовать свою самостоятельную епархію, подчиненную Антіохійскому Патріарху, то послѣдній, имѣя въ виду, что они до тѣхъ поръ были въ юрисдикціи Русской Церкви, прежде всего испросилъ на осуществленіе этого желанія согласіе Патріарха Тихона. Патріархъ Тихонъ въ отвѣтномъ посланіи отъ 17/30 января 1922 г. указывалъ на недостатокъ у него матеріала по вопросу о положеніи сирійцевъ въ Америкѣ. Онъ отмѣчалъ лояльность Антіохійской Церкви по отношенію къ Русской: «И мы», писалъ онъ, «вседушевно преклоняясь предъ мудростью Вашего Блаженства и Вашего Священнаго Собора, привѣтствуемъ апостольскую ревность Вашу и осторожность въ опредѣленіи Вашего отношенія къ этому больному вопросу и Вашихъ по нему рѣшеній». Вмѣстѣ съ тѣмъ, Патріархъ Тихонъ принципіально призналъ возможнымъ допущеніе для Сирійцевъ въ Америкѣ отдѣльнаго управленія. Онъ /с. 408/ писалъ въ томъ же посланіи: «И ради этого блаженнѣйшаго мира мы готовы, по соображеніямъ цѣлесообразности и аналогическаго порядка устроеніе другихъ вѣтвей Св. Православной Церкви въ Сѣверной Америкѣ, не считать неосуществимымъ естественнаго подчиненія Сирійской Духовной Миссіи въ С. Америкѣ непосредственно Антіохійскому патріаршему престолу, поскольку, — какъ это высказано и Вами, и Священнымъ Соборомъ Вашимъ 13 августа въ Ливанѣ, это не нарушитъ основныхъ традицій церковно-каноническихъ и можетъ уврачевать возникшія нынѣ язвы раздѣленій въ средѣ Американской Сирійской Духовной Миссіи и посколько не нанесетъ это ущерба и несправедливости доброй настроенности части сирійской духовной миссіи, возглавляемой Преосвященнымъ Епископомъ Евѳиміемъ». Послѣ перерыва сношеній со Всероссійской Церковной Властью, Антіохійскій Патріархатъ, въ лицѣ Патріарховъ Григорія и Александра, въ томъ же духѣ велъ сношенія съ Зарубежною Церковною Властью, попрежнему соблюдая полную лояльность къ Русской Церкви, несмотря на то, что былъ очень заинтересованъ въ скорѣйшемъ удовлетвореніи его желанія. Переписка по этому вопросу оживилась въ 1936 г. 10/23 сентября Архіерейскій Соборъ вынесъ постановленія въ духѣ приведенныхъ словъ Патріарха Тихона. Отмѣчая, что Патріархъ не рѣшалъ вопросъ о сирійцахъ въ Америкѣ окончательно, Соборное опредѣленіе гласитъ: «Если Св. Патріархъ Тихонъ не считалъ неосуществимымъ переходъ при извѣстныхъ условіяхъ нѣкоторой части православныхъ сирійцевъ въ юрисдикцію Антіохійскаго Патріарха, то это касалось лишь той части, которая того пожелаетъ, а между тѣмъ значительная часть православныхъ сирійцевъ не заявила о желаніи выйти изъ юрисдикціи Русской Церкви. Окончательный отказъ отъ юрисдикціи надъ этой частью православныхъ сирійцевъ превышалъ бы компетенцію заграничной церковной власти, ибо сдѣлать это въ правѣ лишь Всероссійская церковная власть. Но, вмѣстѣ съ тѣмъ, желаніе Антіохійскаго Патріарха, чтобы всѣ православные сирійцы подчинялись одной церковной власти, дабы различіе юрисдикцій не давало поводовъ къ раздорамъ, нельзя не признать оправданнымъ». Въ соотвѣтствіи съ такой мотивировкой, Соборъ предложилъ Сѣв. Американскому Митроличьему Округу не препятствовать переходу сирійцевъ въ вѣдѣніе Антіохійской Церкви, съ тѣмъ, чтобы впослѣдствіи актъ этотъ поступилъ на утвержденіе законной Всероссійской церковной власти. Антіохійскій Патріархъ высказалъ свое полное удовлетвореніе такимъ рѣшеніемъ. Надо еще отмѣтить, что находящаяся въ предѣлахъ Антіохійскаго Патріархата наша церковная община въ Бейрутѣ, за которой признана принадлежность къ юрисдикціи Архіерейскаго Сvнода, пользуется исключительнымъ отеческимъ вниманіемъ, какъ Митрополита Бейрутскаго, такъ и со стороны Патріарха. Въ заключеніе, от/с. 409/ношеніе Антіохійскаго Патріархата къ Русской Церкви можно охарактеризовать словами Патріарха Тихона въ его грамотѣ отъ 17/30 января 1922 г.: «Сирійская Церковь неослабно сопутствуетъ своей молитвой и благословеніемъ страждущей Россіи и ея Церкви, не измѣняетъ своихъ къ ней довѣрчиво благодарныхъ отношеній, несмотря на создавшуюся невозможность для Россійской православной паствы утѣшать себя оказаніемъ, — какъ это всегда было ранѣе, — матеріальной помощи своей любезной сестрѣ Церкви Сирійской».

Элладская Церковь съ большой торжественностью принимала Блаженнѣйшаго Митрополита Антонія, когда онъ впервые прибылъ въ Аѳины въ 1920 году. Она не возражала противъ самостоятельнаго существованія церковныхъ общинъ, хотя устройство для нихъ епархіальнаго управленія по примѣру Югославіи и Болгаріи не встрѣтило сочувствія греческой церковной власти и его пришлось закрыть. Въ 1926 г. Архіепископъ Хризостомъ, до тѣхъ поръ сносившійся съ Архіерейскимъ Сѵнодомъ какъ представителемъ Русской Церкви по вопросу о живоцерковникахъ и о положеніи русскихъ иноковъ на Аѳонѣ, прислалъ Митрополиту Евлогію по его просьбѣ посланіе, направленное противъ Архіерейскаго Сѵнода. Однако, въ дальнѣйшемъ переписка съ нимъ продолжалась и совсѣмъ недавно отъ него было Предсѣдателемъ Сѵнода получено теплое письмо съ привѣтствіемъ по случаю освященія Берлинскаго каѳедральнаго собора.

По всѣмъ общецерковнаго значенія вопросамъ сносились наши Предстоятели и съ Кипрскимъ Архіепископскимъ Престоломъ и Архіепископомъ Синайскимъ. Ихъ посланія всегда бываютъ проникнуты любовью и состраданіемъ къ Русской Церкви.

Съ Румынскою Церковью въ настоящее время всякая переписка прекратилась, ввиду того притѣсненія, которое терпятъ отъ нея чада Русской Церкви въ Бессарабіи. Насильственно, не взирая на протесты Патріарха Тихона, присоединивъ Кишиневскую епархію къ своей Церкви, причемъ Архіепископъ Анастасій не былъ допущенъ въ свою епархію, а его викаріи епископы Гавріилъ и Діонисій высланы въ Россію послѣ отказа подчиниться Румынскому Сѵноду, — румыны стали притѣснять русское православное населеніе, запрещая совершеніе богослуженія по старому стилю и, подъ страхомъ жестокихъ каръ, требуя совершенія богослуженій на румынскомъ языкѣ вмѣсто славянскаго. Зарубежная церковная власть, не признавая законность присоединенія Кишиневской епархіи къ Румынской Церкви, въ заботѣ о паствѣ этой епархіи, не требовала, однако, подчиненія ея себѣ, а напротивъ, долго старалась вліять на нее въ примирительномъ духѣ. Однако, все ухудшавшееся положеніе русскаго меньшинства, на которое Румынская церковная власть смотрѣла какъ на нелюбимаго пасынка, вызвало съ его стороны прошенія объ устройствѣ /с. 410/ его, самостоятельнаго отъ румынъ, церковнаго управленія Архіерейскимъ Сvнодомъ. Такое требованіе находило для себя основаніе не только въ священныхъ канонахъ, согласно которымъ присоединеніе Кишиневской епархіи къ Румынской Церкви незаконно, но и въ мирномъ договорѣ и самой конституціи, которые признаютъ за населеніемъ Бессарабіи и всѣми меньшинствами право на существованіе и на полную религіозную свободу. Однако, власти не давали согласія на осуществленіе такого намѣренія. Представители меньшинства продолжали хлопоты и, наконецъ, уступая ихъ законному желанію быть въ составѣ Русской Церкви, Архіерейскій Соборъ поручилъ попеченіе о нихъ Преосвященному Епископу Вѣнскому Серафиму. Имъ были назначены священники, которые нѣсколько лѣтъ, хотя и съ затрудненіемъ, но вели работу по окормленію русской паствы. Когда дѣла о нихъ восходили до гражданскаго суда, послѣдній признавалъ за ними право на священство. Но затѣмъ были изданы болѣе строгіе законы, преслѣдующіе въ первую очередь старостильниковъ. Когда и это мѣра была признана недостаточной, въ прошломъ году Бессарабія была объявлена на военномъ положеніи и русскихъ священниковъ начали судить уже военнымъ судомъ, который, не считаясь ни съ какими юридическими нормами, уже осуждалъ ихъ на нѣсколько лѣтъ тюремнаго заключенія. Надо отмѣтить, что, къ сожалѣнію, такія мѣры противъ русскаго духовенства въ значительной мѣрѣ принимались по иниціативѣ Высшей церковной румынской власти. Но, вмѣстѣ съ тѣмъ, когда протоіерей Поляковъ былъ преданъ духовному суду въ 1933 г., о затѣмъ въ 1934 г., то судъ этотъ не состоялся повидимому, вслѣдствіе протестовъ посылавшихся Блаженнѣйшимъ Митрополитомъ Антоніемъ Патріарху Мирону. Въ этихъ протестахъ указывалось, что Русская Церковь не признала присоединеніе Кишиневской епархіи къ Румынской Церкви и, что поэтому вѣрность нѣкоторыхъ клириковъ Русской юрисдикціи никакъ не можетъ почитатся каноническимъ преступленіемъ, а преслѣдованіе ихъ отразится на будущихъ взаимоотношеніяхъ Русской и Румынской Церквей. На эти письмо отвѣта получено не было, но судебное производство пріостанавливалось. Въ связи съ этимъ, прервались и сношенія между Архіерейскимъ Сѵнодомъ и Румынскимъ Патріархомъ, съ которымъ теперь не происходитъ даже обмѣна праздничными привѣтствіями.

Кончая на этомъ обозрѣніи взаимоотношеній Русской Зарубежной Церкви съ отдѣльными другими Православными Церквами, раньше чѣмъ перейти къ изложенію взаимоотношеній съ Константинопольскимъ Патріархатомъ, не лишне будетъ отмѣтить по какимъ именно вопросамъ наше Зарубежное священноначаліе вело сношенія общецерковнаго характера.

Блаженнѣйшій Владыка Митрополитъ Антоній принялъ на себя задачу оповѣщать всѣ Православныя Церкви о цер/с. 411/ковныхъ событіяхъ въ Россіи для того, чтобы предупреждать ихъ о совершающихся въ Россіи отпаденіяхъ, дабы не удалось раскольникамъ какимъ-либо обманнымъ путемъ добиться общенія съ возглавителями автокеѳальныхъ Церквей и обратить это во вредъ Патріарху Тихону и всему Православію. Митрополитъ Антоній такимъ образомъ обращался ко всѣмъ, вмѣсто, по-неволѣ безмолствующей, Всероссійской церковной власти. Такъ, въ 1922 году разослалъ онъ посланіе «Святѣйшимъ Православнымъ Патріархамъ, Православнымъ Митрополитамъ, Архіепископамъ и Епископамъ, Предстоятелямъ Святыхъ Божіихъ Церквей». Посланіе это начинается слѣдующими знаменательными словами: «Россійская Православная Церковь, поверженная въ тяжкія бѣдствія, радоваться о Христѣ Богѣ желаетъ и, открывая свои глубокія раны, указуя на 28 могилъ убіенныхъ своихъ архіереевъ и свыше тысячи убіенныхъ іереевъ, и сотни тысячъ мірянъ, убіенныхъ за благочестіе, взываетъ къ Вамъ словами Іереміи: «да не будетъ этого съ вами, всѣ проходящіе путемъ, посмотрите, есть ли болѣзнь какъ болѣзнь моя, какая постигла меня, какую послалъ Господь въ день пламеннаго гнѣва Своего» (Плачъ 1, 12). Посланіе сообщаетъ не только о гоненіяхъ, но и о появленіи живоцерковниковъ и липковцевъ-самосвятовъ, призывая заступиться за «попираемую, въ лицѣ Святѣйшаго Патріарха Тихона, истину». Вслѣдъ за этимъ посланіемъ послѣдовали и многія другія. О каждомъ выдающемся событіи въ жизни Русской Церкви, объ арестѣ Патріарха, о беззаконномъ судѣ надъ нимъ, о кончинѣ его, о вступленіи въ управленіе Митрополита Петра, о кончинѣ его, — обо всемъ этомъ Владыка Митрополитъ Антоній, а послѣ кончины его Владыка Митрополитъ Анастасій оповѣщали другія Церкви. Эти посланія встрѣчали живой откликъ у Главъ Православныхъ Церквей. Такъ, въ 1922 году Вселенскій Патріархъ Мелетій обратился ко всѣмъ Церквамъ съ меморандумомъ по поводу гоненій на Русскую Церковь, призывая ихъ вызывать вмѣшательство своихъ правительствъ «для окончанія этого невыносимаго состоянія, которое представляетъ позоръ нашего вѣка» (5 мая 1922 г. № 2580). Антіохійскій Патріархъ, въ грамотѣ 12/25 апрѣля 1922 г., заявилъ: «Затѣмъ, для успокоенія Вашего Высокопреосвященства и всего почтеннаго богомудраго Священнаго Сѵнода Русской Церкви заграницей, мы категорически заявляемъ, что, оставаясь въ непоколебимомъ духовномъ братскомъ единеніи съ Блаженнѣйшимъ Тихономъ Патріархомъ Всероссійскимъ и его вѣрными сотрудниками — іерархами, мы продолжаемъ поминать за Божественной Литургіей его св. имя и никогда не имѣли и не будемъ имѣть никакого общенія съ вышеупомянутыми отступниками, имена и мѣстожительство которыхъ намъ желательно было бы знать для свѣдѣнія». Также и Кипрскій Архіепископъ въ посланіи отъ 7/20 марта 1923 г. писалъ: «Въ связи съ попытками /с. 412/ вызвать безпорядокъ въ каноническомъ строѣ Русской Церкви, мы увѣряемъ Ваше Высокопреосвященство, что мы, какъ хранители и блюстители священныхъ каноновъ и обычаевъ Св. Православной Церкви, никогда не признаемъ ничего противнаго этимъ канонамъ. Мы просимъ Ваше Высокопреосвященство сообщить объ этомъ Блаженнѣйшему Патріарху Русскому Тихону, за освобожденіе котораго отъ настоящихъ страданій мы молимся Всевышнему». Не менѣе опредѣленно высказался по этому вопросу и Митрополитъ Аѳинскій Хризостомъ въ грамотѣ отъ 28 іюня / 11 іюля 1923 г.: «Осуждаемъ безоговорочно тѣхъ русскихъ архіереевъ и іереевъ, которые, повинуясь болѣе человѣкамъ нежели Богу, создали такъ называемую Живую церковь».

Другимъ вопросомъ, по которому велась переписка со всѣми Церквами, явились реформы, предложенныя на такъ наз. Всеправославномъ Конгрессѣ въ Константинополѣ. На этомъ Конгрессѣ въ двухъ или трехъ засѣданіяхъ, въ качествѣ представителя Заграничной Русской Церкви, участвовалъ Архіепископъ Анастасій. Важнѣйшими постановленіями Конгресса было рѣшеніе о переходѣ на новый стиль и о допустимости второбрачія духовенства. Александрійская, Антіохійская и Іерусалимская Церкви не участвовали на Конгрессѣ, считая созывъ его неблаговременнымъ. Постановленія же его были ими отвергнуты какъ, по выраженію Александрійскаго Патріарха, «противныя практикѣ, преданію и ученію Святѣйшей Матери Церкви и предложенныя подъ предлогомъ какъ будто легкихъ модификацій, которыя, вѣроятно, вызываются требованіями новаго догмата «Современности» (грамота Антіохійскому Патріарху отъ 23 іюня 1923 г.). Представители Русской Зарубежной Церкви, вслѣдъ за ними и Архіерейскій Соборъ въ опредѣленіяхъ отъ 22 мая / 4 іюня 1923 г., отнеслись совершенно отрицательно къ этимъ реформамъ, при чемъ на самомъ Конгрессѣ только одни представители Русской Церкви высказались противъ второбрачія духовенства. Въ полномъ согласіи съ этимъ постановленіемъ, Архіерейскій Сѵнодъ, по полученіи постановленій Конгрссса въ офиціальномъ порядкѣ отъ Константинопольскаго Патріарха Мелетія, вынесъ мотивированное постановленіе съ отверженіемъ рѣшеній Конгресса, при чемъ постановленіе свое рѣшилъ довести до свѣдѣіня Главъ всѣхъ автокефальныхъ Церквей. Постановленіе это не осталось безъ вліянія. Въ грамотѣ отъ 8/21 октября 1923 г. за № 1356 Антіохійскій Патріархъ сообщаетъ, что Соборъ Антіохійской Церкви заслушалъ посланіе Митрополита Антонія по вопросу о Конгрессѣ и что «всѣ Преосвященные братья члены Собора раздѣлили наше восхищеніе глубокимъ уваженіемъ Вашего Высокопреосвященства къ свящ. канонамъ Св. Церкви и Вашей непоколебимой твердостью въ сохраненіи ихъ неприкновенности»... «Мы не сомнѣваемся», пишетъ онъ далѣе, «что Ваше Высокопреосвященство, прославившееся горя/с. 413/чей ревностью о единствѣ Св. Церкви, постараетесь и впредь прилагать свои усилія и авторитетъ на утвержденіе строительства ея во славу Божію».

Но дѣятельное участіе Русской Зарубежной іерархіи въ противодѣйствіи принятымъ на Конгрессѣ постановленіямъ отразилось на отношеніи къ ней Константинопольской Патріархіи, которая съ тѣхъ поръ усвоила отрицательное мнѣніе о ней и стала предпринимать шаги къ упраздненію Архіерейскаго Сѵнода, о чемъ въ 1924 г. сдѣлало обращеніе къ Сербской Церкви, послѣднею отвергнутое. И, собирая Просѵнодъ или Предсоборное совѣщаніе для созыва Вселенскаго Собора Константинопольская Патріархія уже не приглашала представителей Русской Зарубежной Церкви. Тѣмъ не менѣе, Архіерейскій Соборъ послѣдней имѣлъ сужденіе по вопросу о созывѣ Вселенскаго Собора и возможномъ приглашеніи къ участію въ немъ Русской Зарубежной Церкви. На Соборахъ 1924, 1926 и 1927 года по этому вопросу были вынесены постановленія въ томъ смыслѣ, что, въ случаѣ приглашенія принять участіе во Вселенскомъ Соборѣ, таковое возможно лишь въ качествѣ представительства отъ Зарубежной, но не всей Русской Церкви. «Если же по изложенному вопросу потребуется отзывъ Архіерейскаго Собора по существу», гласитъ опредѣленіе отъ 7/20 октября 1924 г., «то послѣдній считаетъ созывъ Вселенскаго Собора въ настоящее время неблаговременнымъ, въ виду происходящаго въ Совѣтской Россіи гоненія на Церковь и неподготовленности Церквей къ созыву Вселенскаго Собора». На засѣданіяхъ Предсоборной Комиссіи которую, подъ вліяніемъ отзывовъ и другихъ Церквей, вмѣсто Вселенскаго Собора, созвалъ въ 1930 году на Аѳонѣ Константинопольскій Патріархъ, именно такая же точка зрѣнія отстаивалась представителями Сербской Церкви, которые возбуждали и вопросъ о представительствѣ отъ Руской Зарубежной Церкви. Какъ извѣстно, вопросъ о созывѣ Вселенского Собора теперь отложенъ повидимому надолго.

Не оставалось безъ обсужденія въ перепискѣ съ Главами Церквей и русская зарубежная церковная смута. Константинопольскій Патріархатъ, вѣрный себѣ въ смыслѣ отрицательнаго отношенія къ Зарубежному Архіерейскому Синоду послѣ того какъ онъ столь рѣшительно, и не безъ вліянія на общее рѣшеніе вопроса, выступалъ послѣ Константинопольской Конференціи, высказался въ пользу Митрополита Евлогія, или, точнѣе говоря, не столько въ его пользу, сколько противъ Архіерейскаго Синода. Въ томъ же смыслѣ высказался и Александрійскій Патріархъ Мелетій. Е. Махароблидзе въ № 7-8 Церковныхъ Вѣдомостей за 1927 г. вполнѣ справедливо пишетъ: «Спрашивается, что такое случилось послѣ 1923 и 1924 г.г., что могло заставить Патріарховъ Вселенскаго и Александрійскаго такъ настойчиво объявившихъ Митрополита Евлогія неканоническимъ и въ указанныхъ грамотахъ не упо/с. 414/минавшихъ даже титула Митрополита Евлогія, признать его нынѣ каноничнымъ? Или почему покойный Патріархъ Фотій, совершенно ортодоксальный, все время признавалъ Архіерейскій Сѵнодъ, который признавали послѣ его смерти и Мѣстоблюститель его Митрополитъ Ѳеофанъ и Священный Сѵнодъ Александрійской Церкви (всѣ они обмѣнивались съ Сѵнодомъ грамотами), а какъ появился тамъ Патріархъ Мелетій, извѣстный своимъ модернизмомъ, послѣдній отказался отъ признанія Сѵнода и призналъ Митрополита Евлогія каноничнымъ. Патріархъ Мелетій, когда онъ былъ Вселенскимъ, послѣ такъ называемаго «Всеправославнаго Конгресса» въ 1923 году прислалъ постановленія его Митрополиту Антонію на отзывъ и заключеніе именно, какъ Предсѣдателю Сѵнода. А когда Митрополитъ Антоній, совмѣстно съ Сѵнодомъ, далъ отрицательный отзывъ по содержанію постановленій этого конгресса, отношеніе Патріарха Мелетія рѣзко измѣнилось къ Митрополиту Антонію и нашему Сѵноду». («Церк. Вѣд.» 1927 г., № 7-8, стр. 13).

Высказался въ пользу Митрополита Евлогія тогда же и Архіепископъ Хризостомъ, главнымъ образомъ ставя въ упрекъ Сѵноду недостатокъ «аполитичности». Однако онъ и послѣ того продолжалъ дружескія сношенія съ Митрополитомъ Антоніемъ, а потомъ Митрополитомъ Анастасіемъ. Повидимому одновременное выступленіе главъ трехъ Церквей въ 1927 г. было кѣмъ-то организовано. Другія Церкви остались въ сторонѣ отъ этого вопроса, если не считать того, что Румынскій Патріархъ въ 1931 г. дѣлалъ попытку выступить посредникомъ, а Антіохійскій Патріархъ прислалъ теплое привѣтствіе по поводу пріѣзда Митрополита Евлогія въ Ср. Карловцы въ 1934 г.

Послѣ такого общаго обозрѣнія взаимоотношеній Зарубежной Церкви съ автокефальными Церквами, мы перейдемъ къ столь больному вопросу нашихъ отношеній съ Цареградскимъ Патріархатомъ. Какъ мы уже упоминали, этотъ Патріархатъ первый оказалъ гостепріимство выѣхавшимъ изъ Россіи іерархамъ и предоставилъ имъ возможность на своей территоріи организовать автономное Высшее Церковное Управленіе, которое затѣмъ переселилось въ Сремскіе Карловцы. Уже послѣ отъѣзда этого управленія представитель Патріархата присутствовалъ на Собраніи представителей общинъ Константинопольскаго района, которое избирало представителей на Церковный Соборъ съ участіемъ представителей клира и мірянъ въ Ср. Карловцахъ въ 1921 г. Тотъ же патріархъ сносился по всѣмъ вопросамъ русской и общей церковной жизни съ Архіерейскимъ Сѵнодомъ, пригласилъ его представителя на такъ называемый Всеправославный Конгрессъ и, какъ было сказано, прислалъ Сѵноду на отзывъ, наравнѣ съ главами Автокефальныхъ Церквей, постановленія этого Конгресса. Отрицательное отношеніе зарубежныхъ русскихъ епископовъ, /с. 415/ особенно вѣское вслѣдствіе возглавленія ихъ Митрополитомъ Антоніемъ, вызвало охлажденіе къ нимъ со стороны Константинополя, а затѣмъ послѣдовали и прямые конфликты, вызываемыя стремленіемъ Константинопольской Патріархіи подчинить себѣ всю православную діаспору въ какой бы странѣ она ни находилась. Въ 1922 г. Константинополь учредилъ свой экзархатъ въ Западной Европѣ, во главѣ съ Митрополитомъ Ѳіатирскимъ, и вскорѣ началъ высказывать претензіи на то, чтобы ему подчинялись всѣ русскія церкви въ Западной Европѣ и въ частности въ Чехіи, изъ-за чего возникла переписка между Константинополемъ и Русскою Зарубежною іерархіею. Въ 1923 и 1924 году Митрополитъ Евлогій въ рядѣ писемъ оспаривалъ право Константинополя на такое притязаніе. За послѣдніе годы Константинополь не ограничивается уже притязаніями на русскіе приходы, въ отношеніи которыхъ ему, съ помощью Митрополита Евлогія, удалось осуществить свое намѣреніе, но притязаетъ даже на издавна подчиненные Сербской и частью Румынской Церквамъ приходы въ Венгріи. На достояніе же Русской Церкви во имя вышеуказаннаго принцнпа Константинополь впервые протянулъ руку въ Финляндію. Финляндская Архіепископія, получившая права автономіи, была возглавлена Архіепископомъ Серафимомъ, который соблюдалъ безусловную лояльность къ своей канонической церковной власти и поддерживалъ близкія отношенія съ Архіерейскимъ Соборомъ. Желая лишить Финляндскую Церковь русскаго облика, правительство немедленно послѣ ареста Патріарха Тихона настояло на временномъ подчиненіи ея Константинопольскому Патріарху.

Какъ только Патріархъ Тихонъ былъ освобожденъ, онъ прислалъ указъ на имя Архіепископа Серафима, въ которомъ говорится, что съ освобожденіемъ Патріарха «причина, по которой Константинопольскій Патріархъ считалъ нужнымъ временно подчинить Финлянскую Церковь своей юрисдикціи, нынѣ отпадаетъ, и Финляндская епархія должна возвратиться подъ вѣдѣніе Патріарха Всероссійскаго» (указъ отъ 28/XII 1923 г., № 188). Но ко времени полученія этого указа Финляндское правительство уже лишило Архіепископа Серафима возможности управлять епархіей и добилось отъ Константинопольскаго Патріарха Григорія VII незаконнаго посвященія другого епископа (сначала какъ викарія Архіепископу Серафиму). Въ Константинополѣ былъ рукоположенъ во епископы нѣкій Германъ Аавъ, при томъ безъ постриженія въ монашество и даже рясофоръ и вопреки прямому протесту Архіепископа Серафима, какъ главы Финляндской Церкви. Эта хиротонія была незаконна какъ съ этой точки зрѣнія (см. 6 пр. I Вселен. Собора и 28 пр. IV Вселен. Собора), такъ и потому. что являлась прямымъ вторженіемъ въ предѣлы Русской Церкви. Заявленіе Патріарха Тихона о недопустимости дальнѣйшаго подчиненія Финляндіи Константинополю осталось /с. 416/ безъ вниманія со стороны послѣдняго. Больше того, въ томъ-же захватномъ порядкѣ была имъ получена юрисдикція надъ Эстонской епархіей, гдѣ установленъ совершенно неканоническій строй съ засиліемъ свѣтского элемента въ Синодѣ, а также въ Польшѣ. Нарушеніе правъ Русской Церкви въ отношеніе послѣдней было категорически осуждено Патріархомъ Тихономъ въ грамотѣ на имя Митрополита Діонисія отъ 23 мая 1924 г. за № 244. Въ недавнее время Константинопольскій Патріархъ въ томъ же незаконномъ порядкѣ поставилъ Митрополита Августина въ Латвію. Кромѣ того, онъ учредилъ въ Сѣв. Америкѣ такъ называемую Украинскую Церковь во главѣ съ Епископомъ Богданомъ. Во всѣхъ этихъ Церквахъ Константинопольскій Патріархатъ старался провести различныя реформы, въ частности новый стиль, при чемъ въ Финляндіи, не ограничиваясь этимъ, введена съ согласія Константинополя и латинская пасхалія. Германъ Аавъ и Украинскій Богданъ даже обликомъ своимъ не напоминаютъ архіереевъ Православной Церкви, ибо ходятъ бритыми. Къ тому же порядку дѣлъ, являющихся беззаконнымъ вторженіемъ въ дѣла Русской Церкви для отторженія отъ нея принадлежащихъ ей частей, принадлежитъ и устройство въ Западной Европѣ экзархата для русскихъ бѣженцевъ во главѣ съ Митрополитомъ Евлогіемъ. Мы въ другомъ докладѣ болѣе подробно останавливаемся на этомъ событіи. Всѣ эти дѣйствія были опротестованы въ грамотѣ Архіерейскаго Сѵнода Вселенскому Патріарху отъ 16/29 іюля 1924 года за № 1867. Эта грамота подробно останавливается и на извѣстномъ недружелюбномъ актѣ Вселенской Патріархіи къ проживающимъ въ Константинололѣ русскимъ архіепископамъ Анастасію и Александру, коимъ въ 1924 г. были предъявлены слѣдующія требованія: 1. Чтобы пребывающіе въ Константинополѣ русскіе Архіепископы не имѣли надъ собою никакой другой церковной власти кромѣ Архіепископа Константинопольскаго и не поминали Патріарха Тихона. 2. Чтобы они прекратили связь и сношенія съ Зарубежнымъ Русскимъ Архіерейскимъ Сѵнодомъ и со всякою другою Россійской властью. 3. Чтобы эти Архіепископы въ своихъ проповѣдяхъ не осуждали большевиковъ и вообще рѣшительно не допускали даже малѣйшаго изъявленія политическихъ мнѣній. Архіерейскій Сѵнодъ указалъ Патріарху на то, что русское церковное управленіе за гранницей было учреждено съ его же благословенія, что онъ четыре года сносился съ Архіерейскимъ Сѵнодомъ, не оспаривая его каноничность и что предъявленныя имъ къ двумъ Архіепископамъ требованія противорѣчатъ св. канонамъ.

Но какъ ни велики перечисленныя выше нарушенія священныхъ каноновъ со стороны Константинопольской Церкви, есть другой актъ ея, который является еще болѣе вопіющимъ. Актъ этотъ такъ излагается въ грамотѣ Патріарха Тихона на имя Вселенскаго Патріарха: «При письмѣ представителя въ /с. 417/ Россіи Вашего Святѣйшества Архимандрита Василія Димопуло отъ 6 іюня сего 1924 г. за № 226, мною получены четыре выписки протоколовъ засѣданія Священнаго Константинопольскаго Сѵнода, отъ 1-го января, 19 апрѣля, 30 апрѣля и 6 мая с. г., изъ коихъ видно, что Ваше Святѣйшество, желая оказать помощь отъ Матери Великой Христовой Церкви Константинопольской и «изучивъ точно теченіе русской церковности и происходящія разногласія и раздѣленія — для умиротворенія дѣла и прекращенія настоящей аномаліи», происшедшихъ отъ внѣшнихъ перемѣнъ, или отъ чрезмѣрнаго и безполезнаго возвращенія къ взглядамъ и старымъ системамъ потерявшимъ уже жизненную силу и смыслъ, «принявъ во вниманіе исключительныя обстоятельства и примѣры прошлыхъ временъ, — рѣшили послать къ намъ особую комиссію, уполномоченную изучать и дѣйствовать на мѣстѣ на основаніи и въ предѣлахъ, опредѣленныхъ инструкціей, согласныхъ съ духомъ и преданіемъ Церкви». Въ инструкціи членамъ миссіи однимъ изъ главныхъ пунктовъ является пожеланіе Вашего Святѣйшества, чтобы я, какъ Всероссійскій Патріархъ, «ради единенія расколовшихся и ради паствы, пожертвовалъ собою, немедленно удалившись отъ управленія Церковью, какъ подобаетъ истинному и любвеобильному пастырю, пекущемуся о спасеніи многихъ и чтобы одновременно упразднилось, хотя бы временно, Патріаршество, какъ родившееся во всецѣло ненормальныхъ обстоятельствахъ въ началѣ гражданской войны и какъ считающееся значительнымъ препятствіемъ къ возстановленію мира и единства». Всякому непредубѣжденному читателю бросается въ глаза близкое сродство этихъ инструкцій Константинопольскаго Сѵнода съ его рѣшеніемъ относительно пребывавшихъ въ Константинополѣ русскихъ архіепископовъ. И тутъ и тамъ ясна тендендія, которая могла исходить только изъ большевицкихъ источниковъ. Въ угоду большевикамъ Вселенскій Патріархатъ нарушилъ основныя церковныя правила и попытался подорвать ту основу, на которой существовала вся Русская Церковь во время воздвигнутыхъ на нее гоненій. Съ чисто же канонической стороны Патріархъ Тихонъ совершенно основательно выразилъ удивленіе, что «Представитель Вселенской Патріархіи, глава Константинопольской Церкви, безъ всякаго предварительнаго сношенія съ нимъ, какъ главою Русской Церкви, вмѣшивается во внутреннія дѣла Автокефальной Русской Церкви». «А потому», писалъ Патріархъ Тихонъ, «всякая попытка какой-либо Комиссіи безъ сношенія со мною, какъ единственнымъ законнымъ и православнымъ первоіерархомъ Русской Православной Церкви, безъ моего вѣдома, незаконна, не будетъ признана русскимъ православнымъ народомъ и внесетъ не успокоеніе, а еще большую смуту и расколъ въ жизнь и безъ того многострадальной Русской Церкви». Нѣтъ никакихъ свѣдѣній о томъ, чтобы Вселенская Патріархія приняла къ исполненію требова/с. 418/ніе Патріарха Тихона о прекращеніи всякаго общенія съ раскольниками. Напротивъ, извѣстно, что сношенія эти продолжались. При такихъ обстоятельствахъ, является особенно недопустимымъ для чадъ Русской Церкви входить въ подчиненіе Патріарху Константинопольскому. Это значитъ присоединяться къ гонителямъ Патріарха Тихона, это значитъ вступать въ общеніе съ тѣми, кого онъ съ полнымъ основаніемъ анаѳематствовалъ.

Зарубежная Церковь не оставила эти акты Вселенскаго Патріархата безъ отвѣта. Кромѣ упомянутой уже грамоты Архіерейскаго Сѵнода, 4/17 февраля 1925 г. Митрополитъ Антоній обратился къ Патріарху Константинопольскому Константину VI со скорбнымъ посланіемъ, которое разослалъ всѣмъ Главамъ Православныхъ Автокефальныхъ Церквей. «Итакъ», пишетъ онъ въ этомъ посланіи, «за физическою невозможностью нашему Русскому Патріарху возвысить свой голосъ, я, смиренный Кіевскій Митрополитъ, стоящій вторымъ по немъ, по призванію Великаго Всероссійскаго Собора, бывшаго въ Москвѣ въ 1917–18 гг., а также по призванію 32 русскихъ архіереевъ, пребывающихъ заграницей, имѣю тяжелый, но неотвратимый долгъ сыновне напомнить Вашему Святѣйшеству о незаконныхъ дѣяніяхъ Вашихъ предшественниковъ — Киръ Мелетія и Киръ Григорія VII». Посланіе кончается слѣдующей просьбой: «Вашему Святѣйшеству пока не въ чѣмъ каяться, что должны дѣлать бывшіе Патріархи — Мелетій и покойный Григорій, возмутившіе Церковь; но я смиренно умоляю Васъ остановить своимъ вліяніемъ то страшное разрушеніе, которое они начали, а именно: 1) привести къ отмѣнѣ постановленія Всеправославнаго Конгресса, 2) отказаться отъ претензій на отторгнутые отъ Россійскаго Патріархата предѣлы, 3) отмѣнить новый стиль, 4) возвратить Финляндіи каноническое празднованіе Пасхи, 5) призвать всѣхъ братій къ соблюденію мира и охраненію священныхъ каноновъ и преданій». Послѣ отправленія этого посланія, оставшегося безъ отвѣта, Вселенскій Патріархатъ прибавилъ еще одно нарушеніе правъ Русской Церкви, принявъ въ свою юрисдикцію Митрополита Евлогія и образовавъ свой экзархатъ изъ русскихъ приходовъ въ Западной Европѣ. Объ этомъ мы подробнѣе говоримъ въ другомъ нашемъ докладѣ, посвященномъ сему вопросу. Уже послѣ этого посланія произошло и подчиненіе, столь же незаконное, какъ и другихъ русскихъ епархій, Латвійской епархіи, послѣ убійства Архіепископа Іоанна. Посланцы Вселенскаго Патріарха поставили въ Латвіи Митрополита Августина и вручили Латвійской Церкви томосъ, согласно которому она подчиняется канонической юрисдикціи Константинополя. При такомъ направленіи политики Константинополя, политики, которая не мѣняется со смѣною возглавителей Цареградской Церкви, можно въ будущемъ ожидать и новыхъ посягательствъ на цѣлость Русской Церкви. Большую тревогу /с. 419/ внушаетъ также судьба тѣхъ русскихъ церквей, кои нынѣ переданы въ юрисдикцію Константинопольскаго Патріарха.

Итакъ, нельзя не отмѣтить, что Зарубежная Церковная Власть въ лицѣ Митрополита Антонія, а теперь Владыки Митрополита Анастасія и Архіерейскаго Сѵнода, стойко отстаивала всѣ эти годы достояніе и права Русской Церкви, выступая взамѣнъ Всероссійской Церковной Власти, плѣненной большевиками, не только по вопросамъ касающимся зарубежья, но и по вопросамъ относящимся до правъ законной Всероссійской Іерархіи. Такъ, разъясняла она всѣмъ Православнымъ Церквамъ сущность всѣхъ претендовавшихъ на возглавленіе Русской Церкви раскольническихъ группъ, указывала на невозможность созыва Вселенскаго Собора, пока не можетъ принять въ немъ участіе свободная Всероссійская Православная Церковь; она возвышала свой голосъ въ защиту, попираемыхъ Вселенскимъ Патріархомъ, правъ Патріарха Тихона и вообще Русской Церкви, сама рѣшительно ни въ чемъ не погрѣшая противъ безусловной вѣрности Русскому законному священноначалію.

*     *     *

Переходя къ вмимоотношеніямъ между Зарубежной Церковью и епархіями въ предѣлахъ государствъ, образовавшихся послѣ революціи, а до того принадлежавшихъ къ Россіи, мы прежде всего остановимся на Варшавской Митрополіи. На каѳедру Митрополита Варшавскаго Патріархомъ Тихономъ былъ въ 1920 году назначенъ Митрополитъ Георгій, прежде Архіепископъ Минскій, выѣхавшій заграницу вмѣстѣ съ другими русскими Архіереями. Находясь подъ сильнымъ давленіемъ Польскаго Правительства, которому очень не нравилась всякая зависимость Православной Церкви въ Польшѣ отъ Московской Церковной Власти, митрополитъ Георгій сталъ на путь образованія въ предѣлахъ Польши новой автокефальной Церкви. Какъ и въ другихъ лимитрофныхъ государствахъ, Правительство принимало въ рѣшеніи сего вопроса большое участіе. При Митрополитѣ Георгіи автокефаліи еще не было получено, но уже велись переговоры о ней съ Константинопольскимъ Патріархомъ и за утвержденіемъ, послѣ убійства Митрополита Георгія, избраннаго на его мѣсто, Митрополита Діонисія уже обратились не къ Патріарху Тихону, а къ Патріарху Вселенскому, что Патріархъ Тихонъ объявилъ совершенно незаконнымъ въ своей грамотѣ Митрополиту Діонисію. «Для насъ остается неяснымъ», писалъ Патріархъ, «на основаніи какихъ каноническихъ правилъ часть Всероссійской Церкви безъ согласія Помѣстнаго Собора и благословенія ея предстоятеля могла стать независимой и какими каноническими правилами руководясь, Святѣйшій Мелетій IV, бывшій Патріархъ Константинопольскій, счелъ себя въ правѣ простирать свою власть на часть Патріархата Россійскаго» /с. 420/ (грамота отъ 23 мая 1924 г. № 244). На почвѣ отрицанія Зарубежною іерархіею права Польской іерархіи на полученіе автокефаліи отъ Константинополя возникли тренія между Митрополитомъ Георгіемъ и Зарубежнымъ Архіерейскимъ Соборомъ, при чемъ Митрополитъ Георгій объявилъ о прекращеніи съ послѣднимъ молитвеннаго общенія. Однако, такое положеніе сильно тяготило Митрополита Діонисія, который предпринялъ шаги для возстановленія общенія съ Русской Зарубежною іерархіей. На торжествахъ интронизаціи Румынскаго Патріарха, онъ встрѣтился съ Митрополитомъ Антоніемъ, которому вручилъ письменное изъявленіе сожалѣнія по поводу прежде принятаго Іерархами Православной Церкви въ Польшѣ рѣшенія о прекращеніи молитвеннаго общенія. Послѣ полученія такого письменнаго заявленія Митрополитъ Антоній согласился совершить съ Митрополитомъ Діонисіемъ совмѣстное служеніе, которое тогда же и состоялось въ Бухарестѣ. На Соборѣ 1927 г. заявленіе Митрополита Діонисія и докладъ Митрополита Антонія послужили основаніемъ для слѣдующаго постановленія: «Принимая во вниманіе, что Всероссійская Церковь не прекращала молитвеннаго общенія съ православными іерархами въ Польшѣ и послѣдніе уже вынесли опредѣленіе о возстановленіи молитвеннаго общенія съ русскими заграничными іерархами, а также ввиду того, что съ Митрополитомъ Діонисіемъ и подвѣдомственными ему іерархами вошли въ общеніе всѣ Первоіерархи Православныхъ Автокефальныхъ Церквей, Соборъ Архіереевъ, въ согласіи съ мнѣніемъ отсутствующихъ Преосвященныхъ, опредѣляетъ: 1) Не входя въ сужденіе объ автокефаліи Православной Церкви въ Польшѣ, — вопроса подлежащаго исключительно компетенціи Матери Церкви Россійской, — возстановить братское и молитвенное общеніе между іерархами Православной Церкви въ Польшѣ и Русской Православной Церкви заграницей». Такое постановленіе, прекращая тяжелый разрывъ съ іерархіей Церкви въ Польшѣ, вмѣстѣ съ тѣмъ, ничѣмъ не нарушаетъ права Россійской Церкви. Съ тѣхъ поръ взаимоотношенія между названными іерархіями были самыми мирными и братскими. Это, въ частности, получило свое проявленіе на Предсоборномъ Совѣщаніи на Аѳонѣ въ 1930 году, когда представители Польской Церкви указывали, что въ качествѣ представителей Русской Церкви, надо приглашать представителей Зарубежной Русской Церкви. Между прочимъ, осуществляется братское сотрудничество двухъ означенныхъ Церквей въ вопросѣ расторженія браковъ, о чемъ существуетъ особое соглашеніе, въ соотвѣтствіи съ которымъ нашъ Западно-Европейскій Епархіальный Совѣтъ ведетъ все слѣдственное производство по дѣламъ о расторженіи браковъ польскихъ подданныхъ православнаго исповѣданія, проживающихъ въ Западной Европѣ. Ни съ одной изъ другихъ Церквей, образовавшихся на б. русской территоріи, такихъ братскихъ отношеній /с. 421/ не установилось. Архіепископъ Рижскій Іоаннъ держался въ сторонѣ отъ жизни Зарубежной Церкви и занимавшихъ ее вопросовъ. Онъ не проявлялъ ни враждебнаго, ни дружественнаго къ ней отношенія. Назначенный же Константинополемъ, въ качествѣ преемника ему, Митрополитъ Августинъ даже и не устанавливалъ никакихъ сношеній съ зарубежною Русскою Іерархіею. Столь же обособленно отъ нея держится и Митрополитъ Эстонскій Александръ, поставленный Епископомъ по постановленію Патріарха Тихона, но сразу послѣ хиротоніи самовольно объявившій себя Митрополитомъ, что тутъ же было опротестовано совершавшимъ его хиротонію Архіепископомъ Финляндскимъ Серафимомъ. Въ дальнѣйшемъ и Эстонская Церковь подчинилась Константинопольскому Патріарху, хотя при организаціи своего управленія далеко не соблюдала его указанія и нарушила свои обязательства по отношенію къ нему. Не извѣстно, чтобы Вселенская Патріархія противъ этого заявляла протестъ.

Вопроса о взаимоотношеніяхъ съ Финляндской Церковью мы уже отчасти касались. Архіепископъ Финляндскій Серафимъ изъ всѣхъ возглавителей епархій въ лимитрофныхъ государствахъ выдѣляется своей вѣрностью законной Русской церковной власти. Черезъ него долгое время шли сношенія съ Патріархомъ Тихономъ, который уже не могъ непосредственно сноситься съ зарубежными іерархами. Архіепископъ Серафимъ не оставлялъ никакихъ недоговоренностей въ своемъ отношеніи къ Архіерейскому Сѵноду. Но это не нравилось финляндскимъ шовинистамъ, желавшимъ совершенно отдѣлить Финляндскую Церковь отъ Церкви Русской. Въ результатѣ Архіепископъ Серафимъ былъ лишенъ возможности управлять своею Церковью и, наконецъ, выѣхалъ въ Западную Европу. Архіерейскій Соборъ опредѣленіемъ отъ 10/23 октября 1924 г. призналъ увольненіе Архіепископа Серафима отъ управленія Русской Православной Церковью въ Финляндіи неканоничнымъ, напомнивъ, что Патріархъ Тихонъ продолжаетъ считать Финляндскую Церковь въ своей юрисдикціи. Вмѣстѣ съ тѣмъ, было постановлено не признавать Епископа Германа Аава главой Русской Православной Церкви въ Финляндіи и считать таковымъ Архіепископа Серафима, каковое постановленіе было вновь повторено въ 1926 году. Въ соотвѣтствіи съ этимъ, никакихъ сношеній съ Германомъ Аавой у Архіерейскаго Сѵнода не существуетъ.

Въ заключеніе надо коснуться Православной Церкви въ Японіи. Возглавляющій ее Митрополитъ Сергій сносился съ Архіерейскимъ Сѵнодомъ, какъ представителемъ высшей власти, вплоть до того времени, когда вступилъ въ подчиненіе Митрополиту Сергію Нижегородскому, какъ Замѣстителю Патріаршаго Мѣстоблюстителя. Однако, надо отмѣтить, что онъ даже въ тѣхъ случаяхъ, когда получалъ прямыя указанія изъ Москвы, ничего не дѣлалъ такого, что могло бы /с. 422/ осложнить положеніе Харбинской епархіи или Духовной Миссіи въ Китаѣ. Оставаясь, къ сожалѣнію, внѣ общей жизни Русской Зарубежной Церкви, онъ, однако, не пытается вторгаться въ нее. Одно время были слухи о предполагавшемся переходѣ Японской Духовной Миссіи въ вѣдѣніе Константинополя, но слухи эти до сихъ поръ не получили сколько-нибудь авторитетнаго подтвержденія. Однако, трудно сказать, что будетъ въ случаѣ кончины Митрополита Сергія. Кто поставитъ ему преемника? — Москва? — Но по политическимъ обстоятельствамъ она можетъ оказаться въ невозможности это сдѣлать. И потому нельзя исключать возможности, что и на Японскую Церковь откроются притязаніи все того же Константинополя.

*     *     *

При обозрѣніи взаимоотношеній съ автокефальными Церквами, мы видѣли, что, если не считать гоненій претерпѣваемыхъ въ Россіи, больше всего скорбей наша Русская Церковь за послѣдніе годы претерпѣла отъ той Церкви, которая нѣкогда была намъ Церковью-Матерью, отъ которой мы получили свою вѣру и которой въ теченіе вѣковъ Русская Церковь такъ много помогала. Оказавъ Русскимъ изгнанникамъ сначала отеческое покровительство, Вселенскіе Патріархи, въ своемъ стремленіи къ проведенію модернизма, встрѣтили противодѣйствіе зарубежной русской Іерархіи и, измѣнивъ къ ней свое отношеніе, стали оспаривать законность Архіерейскаго Сѵнода. Но еще хуже то, что сдѣлано Константинополемъ въ отношеніи Патріарха Тихона въ самую трудную для него минуту, когда онъ вправѣ былъ разсчитывать на помощь старѣйшаго іерарха Православной Церкви. Въ стремленіи къ власти надъ всей діаспорой Вселенская Патріархія совершила рядъ беззаконныхъ захватовъ достоянія Русской Церкви. Наряду съ такимъ отношеніемъ Константинополя, нельзя не отмѣтить съ живымъ чувствомъ благодарности знаки любви и помощи, которые видѣла Зарубежная Церковь со стороны другихъ автокефальныхъ Церквей и особенно со стороны Сербской, Антіохійской и Болгарской. Поскольку дѣйствія Константинополя не могутъ не вызывать нашихъ самыхъ энергичныхъ протестовъ, постольку другія Церкви заслуживаютъ выраженія имъ нашей благодарности за всѣ тѣ знаки любви, которые ими были проявлены къ Русской Церкви въ годы постигшихъ ее тяжкихъ испытаній. Что касается новыхъ церковныхъ образованій на прежней территоріи Русской Церкви, то надо отмѣтить, что отдѣленіе отъ Русской Церкви никому изъ нихъ не принесло желаемой ими пользы. Имъ было бы, вѣроятно, выгоднѣе и, во всякомъ случаѣ, лучше съ точки зрѣнія канонической, не подчиняться чужой власти, власти, не имѣющей по канонамъ никакого права распространяться на нихъ, а устроить свою жизнь временно на /с. 423/ основахъ указа отъ 7/20 ноября 1920 г. Тогда каноническое положеніе ихъ было бы безупречно, а, вмѣстѣ съ тѣмъ, Правительства не могли бы за ихъ спиной устанавливать положеніе, желательное для государственной власти съ политической точки зрѣнія, но вредное для Церкви, при помощи сношеній съ Вселенскимъ Патріархатомъ, часто за спиною и помимо возглавителей новообразованныхъ Церквей.

Положеніе Православной Церкви послѣ войны.
(Докладъ К. Н. Николаева).

Начнемъ съ нѣкоторыхъ трагическихъ событій исторіи Православной Церкви.

6-го іюня 1439 года, ровно пятьсотъ лѣтъ тому назадъ, во Флорентійскомъ соборѣ Santa Maria del Fiore была торжественно провозглашена унія Восточной и Западной церквей. Когда объ этомъ пришли извѣстія въ Москву, Москва не повѣрила и пришла въ смятеніе. Митрополитъ Исидоръ былъ встрѣченъ по чину и Москва повѣрила слуху только тогда, когда во время первого же богослуженія протодіаконъ прочелъ актъ уніи. Исидора посадили въ тюрьму и дали понять, что лучше всего ему бѣжать изъ заключенія. Онъ такъ и сдѣлалъ. Еще 17-го августа 1439 года онъ былъ провозглашенъ папскимъ легатомъ a latere для Литвы, Ливоніи, всей Руси и польскихъ областей Кіевской Митрополіи.

Флорентійская унія была не столько соглашеніемъ любви Западной Церкви, такъ трагически разодравшей Христовъ хитонъ, сколько грубой политической интригой дворовъ папскаго и византійскаго. Народъ не принялъ уніи не только въ Москвѣ, но и въ Цареградѣ. Однако, этого москвичи не знали.

Въ 1389 году, по словамъ іезуита Пирлинга, славянской кровью турки вписали въ свою исторію Коссовскую побѣду [69]. Царство Лазаря пало. Сербы и болгары заплатили своею свободою за покушеніе на Византію. Не спасла Византію и унія. Также, какъ при татарскомъ погромѣ Кіевской Руси, Европа не шелохнула пальцемъ, она и теперь равнодушно смотрѣла на гибель Византіи, а послѣдняя, съ неоправдавшейся надеждой, пыталась опереться на самую значительную политическую силу того времени — папскую власть.

Въ ноябрѣ 1451 года унія торжественно провозглашена была въ Константинополѣ. «Императоръ и бóльшая часть двора стояли за унію. Отнынѣ она, по словамъ того же Пирлинга, — становилась государственной религіей. Но ничего народнаго не было въ томъ торжествѣ. Не водворился миръ /с. 424/ въ душахъ, не сложили оружіе враждебныя стороны» [70], печально добавляетъ авторъ. Наоборотъ, унія разбила единство народа и не дала помощи извнѣ. На защиту города императоръ нашелъ едва десять тысячъ человѣкъ. И 29 мая 1453 года Константинополь палъ, и на стѣнахъ его нашелъ свою смерть послѣдній императоръ Константинъ.

Москвичи дѣло объяснили Божьимъ гнѣвомъ — греки своей свободой заплатили за измѣну православію.

Не забудемъ, что Антіохія пала въ 637 году, Александрія въ 640 г., Іерусалимъ дважды — въ 637 г. и окончательно перешелъ въ руки невѣрныхъ въ 1187 году, сербское царство Лазаря въ 1448 г. и Византія, вѣрнѣе ея остатки, въ 1453 г. Такимъ образомъ весь православный Востокъ оказался въ порабощеніи у поганыхъ агарянъ. Православнымъ царствомъ осталось только одно царство Русское — Московское. И политически правъ былъ учительный старецъ Псковскаго Елеозарова монастыря, Филофей, который въ началѣ XVI вѣка (1514-1521 гг.) писалъ Василію III: «Внимай Господа ради яко вся христіанскіе царства снидоша въ Твое царство», и отсюда естественный выводъ — Москва — Третій Римъ.

Таковъ ходъ историческихъ событій. Москва ихъ поняла, какъ повелительный долгъ стать защитникомъ православія, и взяла на свои плечи подвигъ, потребовавшій вѣковыхъ напряженій. Обращая свои взоры на православный славянскій Востокъ, она не только отошла отъ западныхъ путей, но вступила съ западомъ въ вѣковую борьбу за свободу православнаго народа, гдѣ бы таковой ни находился. По существу, это была борьба за политическую независимость и великодержавіе. Удивительно не только то, что была поставлена столь отдаленная цѣль, но замѣчательны пути ея практическаго достиженія. Съ того момента, когда Москва изъ центра удѣльнаго княжества стала центромъ Россійскаго государства, она умѣла ограничивать себя въ путяхъ достиженія своихъ цѣлей. Москва Ивана III ни о какой вооруженной борьбѣ съ турками не могла и думать. На всѣхъ рубежахъ стояли враги и шелъ вопросъ о ея будущей гегемоніи въ средней Европѣ, что, между прочимъ, съ необычайнымъ упорствомъ отстаивало для себя воинственное Польско-Литовское государство, владѣвшее громадными русскими областями.

Іоаннъ Грозный въ 1562 году получилъ признаніе своего царскаго вѣнца отъ Константинопольскаго патріарха.

«Московскій Государь», — говоритъ проф. Каптеревъ [71], — «вмѣстѣ съ царскимъ титуломъ, получилъ, такимъ образомъ, значеніе обще-православное, былъ уже не просто только Московскимъ государемъ, — хранителемъ и защитникомъ пра/с. 425/вославія на Руси, но царемъ для всѣхъ православныхъ народовъ, какъ представитель, охранитель и защитникъ всего вселенскаго восточнаго православія».

Въ Москвѣ образовался новый центръ и этотъ центръ былъ «не похожъ на прежній Византійскій и отчасти даже враждебенъ ему». «Но этого мало, этотъ новый центръ православія былъ уже центръ славянскій, а не греческій. Вмѣстѣ съ Москвой на первое мѣсто въ православномъ мірѣ выдвигались славяне» [72]. Миссія грековъ передавалась славянамъ, а орудіемъ была Москва. Это былъ зародышъ будущаго славянскаго освобожденія русскою силою. Этого славянамъ не слѣдуетъ забывать.

Началась вселенская роль Москвы въ жизни Православной Церкви. До самого XVIII вѣка Москва не могла по своей слабости открыто выступать въ защиту православного Востока, но дѣлала она это по иному и не жалѣла на это средствъ.

«Русскіе государи въ теченіи двухъ столѣтій расходовали на благотворительность Востоку громадныя суммы, — сколько именно, — не знали и они сами», — говоритъ проф. Каптеревъ. И они не хотѣли слушать и не обращали никакого вниманія на злоупотребленіе милостыней. Они видѣли дальше своихъ приказныхъ.

Не только непрерывный потокъ людей съ Востока пріѣзжалъ за милостынею и никогда безъ нея не возвращался, но многіе восточные іерархи пріѣзжали на постоянное жительство въ Москву, какъ тогда говорили «на государево имя». Какъ къ нимъ относились, видно изъ словъ царя Михаила Феодоровнча сербскому Скоплянскому митрополиту Симеону:

«Ты пріѣхалъ къ намъ на вѣчное житіе отъ гоненія турскихъ людей, и мы, Великій Государь, Тебя митрополита Симеона, пожаловали, велѣли тебѣ видѣть наши царскія очи и быть при нашей государевой милости, а какъ тебѣ въ нашемъ царскомъ жалованіи быть и впередъ, и о томъ тебѣ указъ будетъ, а ты бы на наше царское жалованіе былъ надеженъ» [73].

Въ началѣ XVII вѣка русское правительство приняло мѣры, чтобы поселявшіеся въ Россіи восточные іерархи принимали русское подданство и навсегда оставались въ Россіи. Условія русскаго церковнаго быта, особенно длинныя службы и посты, казались слишкомъ тягостными для пріѣзжавшихъ съ Востока. Для отъѣзда былъ придуманъ весьма благочестивый предлогъ — поклоненіе Св. Мѣстамъ и Московскіе цари добродушно, безъ всякой обиды и надѣливъ милостыней, отпускали пріѣзжихъ.

Съ грустью слѣдуетъ сказать, что, пріѣзжавшіе въ Россію за милостынею и на государево имя, греки не столько /с. 426/ думали о пользѣ церковной, сколько о своей собственной. Они заводили интриги, ссорились, неудачно вмѣшивались въ русскіе дѣла, какъ напримѣръ при патріархѣ Никонѣ, и, несмотря на просьбы Московскаго правительства, не заботились о томъ, чтобы завести школы. И не вина Московскаго правительства, что въ концѣ концовъ пришлось обратиться за помощью къ Кіевской греко-латинской академіи, отъ чего и произошли уклоненія въ русскомъ православіи. Іерусалимскій Патріархъ Досиѳей весьма воевалъ противъ латинскаго языка преподованія, о чемъ онъ подробно и краснорѣчиво писалъ въ 1702 году дьяку Полянскому, но все-таки никто изъ грековъ не сумѣлъ заняться дѣломъ организаціи школъ на Руси.

Вмѣстѣ съ тѣмъ, греки оказывали Россіи значительныя политическія услуги, они замѣняли, по словамъ проф. Каптерева, и дипломатическое представительство, котораго тогда Россія не имѣла, и газеты, которыхъ тогда вообще не было. Политическія сношенія съ Москвой были дѣломъ хотя и выгоднымъ, но не безопаснымъ, и патріархъ Парѳеній былъ повѣшенъ за эти сношенія.

Двухвѣковая политика Москвы въ отношеніи греческаго и славянского Востока дала свой результатъ. На Востокѣ Москву знали, любили и на нее надѣялись.

«Такъ все, что прежде давало Константинополю значеніе главы, столицы всего православного міра — достоинство царское, достоинство патріаршее, обильная и всѣми чтимая святыня, — все это теперь было перенесено въ Москву» [74]. Непрерывно Москва пріобрѣтала православныя святыни и, въ особенности, частицы Животворящаго Креста Господня. 11 сентября 1653 года Цареградскій торговый грекъ Остафьевъ, отъ имени Іерусалимскаго протосингела Гавріила, привезъ чудотворную икону Влахернской Божьей Матери.

Въ XVIII вѣкѣ наступило для Россіи время борьбы за свободу православныхъ славянъ уже съ оружіемъ въ рукахъ и русскій бранный подвигъ трагически закончился для Россіи въ послѣднюю освободительную войну 1914 года.

Такова внѣшняя исторія русскаго православного царства, въ дѣлѣ церковнаго строительства. Исключительно по своему значенію было и внутреннее церковное дѣланіе.

Русская Православная Церковь, просіявшая угодниками Божіими, достойно выполнила дѣло Св. Владиміра.

Она имѣла 130 милліоновъ вѣрующихъ. Ея іерархія состояла изъ трехъ митрополитовъ, 13 архіепископовъ, 30 епископовъ, 56.000 священниковъ, 22.000 дьяконовъ. Русская Церковь имѣло 52.000 приходовъ, около 100.000 храмовъ, 1.130 монастырей. Ея имущество составляли 1.800.000 гектаровъ земли, милліардъ рублей капитала, имущество цѣнилось въ 40.000 милліоновъ рублей. Въ ризницахъ храмовъ и монастырей хранились безцѣнныя сокровища. Духовно она об/с. 427/служивалась 52 семинаріями и 4 духовными академиями [75]. На весь міръ сіяли Александро-Невская, Троицко-Сергіевская, Кіево-Печерская Лавры.

Исторія Русскаго царства внутри и во внѣ была не только проявленіемъ начала, изложеннаго въ русскихъ основныхъ законахъ: Русскій монархъ «яко христіанскій государь, есть верховный защитникъ и хранитель догматовъ господствующей вѣры и блюститель правовѣрія и всякаго въ Церкви святой благочинія», но дѣйствительной и реальной помощью всему православному міру.

Русскій царь былъ дѣйствительнымъ защитникомъ церковнаго порядка и церковной свободы и не только Церкви русской.

Благочестіе русского народа, несмотря на отрывъ значительной части русской интелигенціи отъ историческихъ основъ жизни и отъ Церкви, создало почву для необычайного расцвѣта и внутренней и внѣшней стороны церковной жизни. Церковь по прежнему сіяла той особой русской святостью, которая соединяла въ себѣ восточный аскетизмъ съ проникновеніемъ въ міръ въ цѣляхъ очищенія міра отъ грѣха. Такимъ своеобразнымъ и яркимъ явленіемъ нашего времени былъ преподобный Серафимъ Саровскій.

Внѣшняя сторона Церкви достигла необычайной красоты въ формахъ церковнаго обряда, церковной живописи, архитектуры, пѣнія и создала ту благородную пышность, которая какъ-бы освѣтила изнутри византійскіе образцы.

Все это сопровождалось развитіемъ богословской науки и знанія, достигавшихъ общеевропейского уровня.

Однако, близкіе къ Церкви люди, и особенно свѣтскіе богословы, считали, что всѣ достиженія все же не отвѣчаютъ тому, чѣмъ должна быть Православная Церковь въ Россіи. Они находили, что русская Церковь лежитъ «въ параличѣ». Однако, этотъ «параличъ» оказался источникомъ необычайной нравственной силы и исповѣдничества, какъ отвѣта на разореніе Церкви большевиками.

Молодой и талантливый, рано умершій богословъ іеромонахъ Тарасій считалъ, что Русская Церковь какъ бы возгордилась своей обособленностью и что «русское общество не представляло изъ себя значительнаго препятствія для проникновенія въ Россію идей антивселенскихъ» [76]. Это невѣрно, ибо Русская Церковь, будучи центромъ православія, сохранила глубокое уваженіе къ Константинопольскому Престолу и вселенскому началу. Правда, вселенская идея затемнялась одновременно съ тѣмъ, какъ ослабѣвала идея Третьяго Рима и замѣнялась идеей интернаціональнаго внѣцерковнаго, а потому для Россіи и внѣисторическаго государства.

/с. 428/ И вотъ пало Русское Царство и подверглась разгрому Русская Православная Церковь. Въ кругахъ церковныхъ, какъ и въ кругахъ политическихъ, перестали пониматъ вещи, какъ они есть. Также какъ союзная Европа, спасенная отъ военнаго разгрома доблестью Русской арміи, вообразила, что ея благополучіе мыслимо и безъ Россіи, тонувшей въ кровавомъ туманѣ, такъ и Константинопольскій Патріархъ рѣшилъ, что его престолъ можетъ вернуть себѣ прежнее значеніе и засіять былымъ блескомъ именно безъ великой Русской Церкви, въ опустѣвшемъ православномъ мірѣ.

Великая война снова и въ который разъ призвала Россію къ ея исторической роли защитницы славянъ и, пробудивъ національное чувство, ходомъ вещей, выдвинула права на Константинополь не только какъ на средство укрѣпленія безопасности Русской Имперіи, но и какъ на способъ завершенія своей православной миссіи. Все шло къ тому, чтобы древній патріаршій престолъ Константинополя сталъ свободнымъ среди православныхъ Церквей, и, такимъ образомъ, завершилось бы освобожденіе Православной Церкви и въ историческомъ центрѣ вселенскаго православія, въ царственномъ градѣ Константина, который могъ получить свою свободу только изъ рукъ Русского Царя, единственнаго претендента на церковное наслѣдіе Византійской имперіи.

Сроки еще не наступили. Можно думать, что на пути къ этому завершенію роли Россіи въ жизни православной Церкви и славянства стояла недостаточная ясность русскаго сознанія, а соединеніе подъ однимъ скипетромъ Москвы и Византіи не имело объективныхъ условій для своего осуществленія.

Однако, исламъ понялъ, что его дѣло въ Европѣ проиграно и, изгоняя изъ европейскихъ и малоазіатскихъ предѣловъ Турціи грековъ, для которыхъ византійское наслѣдство не соотвѣтствовало ихъ матеріальнымъ и духовнымъ возможностямъ, самъ покинулъ Константинополь и перенесъ свою столицу въ Малую Азію, признавъ этимъ лишь временное свое господство надъ Цареградомъ.

Православная Русская Имперія пала. Этотъ фактъ въ настоящее время принимаетъ совершенно особыя очертанія. Политическое его значеніе не такъ велико въ сравненіи со сдвигомъ оси православной культуры, и самого христіанства. Мы не только, вмѣстѣ съ итальянскимъ историкомъ Ферреро, понимаемъ, что Россія была въ теченіи послѣднихъ полутораста лѣтъ становымъ хребтомъ европейскаго равновѣсія, соединяла Европу съ Азіей и была источникомъ матеріальнаго благополучія Европы, но была она началомъ, утверждающимъ христіанство въ мірѣ, какъ начало совѣсти и дѣйствій по совѣсти.

Современное христіанство, въ лицѣ самой значительной силы — католичества, не пожелало учесть того факта, что /с. 429/ разрушеніе русскаго православія есть разрушеніе христіанства. Стотридцати-милліонный Русскій православный народъ, живущій на одной территоріи, единый по происхожденію и говорящій на одномъ языкѣ и понимающій церковно-славянскій языкъ богослуженія, болѣе сильная опора христіанства, чѣмъ католичество, разсѣянное среди племенъ, народовъ и государствъ съ латинскимъ языкомъ богослуженія. Когда разрушили эту опору, тогда зашатался и католическій міръ и событія въ Испаніи, Мексикѣ и Германіи показали внутреннюю и внѣшнюю слабость католичества. Оно, дѣйствительно, въ параличѣ, несмотря на свою политическую активность и наступленіе на Православіе.

Русская государственность и русская культура, ставшая общечеловѣческою, были христіанскими въ наиболѣе духовной формѣ — Православія.

Вмѣстѣ съ исторической Россіей изъ европейскаго міра ушло сознаніе тѣхъ обязанностей, которыя лежатъ на христіанскомъ обществѣ и государствѣ. Издѣвательства большевиковъ надъ Христовой вѣрой и душой Русскаго народа не встрѣтили никакихъ противодѣйствій у европейскаго общества и руководителей государственной жизни. Разореніе духовной христіанской культуры въ Россіи не мѣшаетъ христіанскимъ европейскимъ правительствамъ заключать договоры дружбы съ совѣтской властью. Молчатъ европейскія народы и, что самое ужасное, — молчатъ и христіанскія церкви.

Самонадѣянность Римской куріи съ особой яркостью проявилась въ русскомъ вопросѣ. Ватиканъ осѣнила надежда просвѣтить сермяжную Русь духомъ католичества послѣ того, какъ въ Россіи будетъ ликвидирована всякая церковь и всякая религія.

Послѣ недостойнаго заигрыванія съ большевиками, уже показавшими свой звѣриный противохристіанскій обликъ, римская курія въ Генуѣ и въ Москвѣ пыталась утвердить свои права за счетъ Православія. Все это разсѣялось, какъ дымъ. Процессъ католическаго духовенства въ 1923 году въ Москвѣ и убійство прелата Буткевича выявили тѣхъ, съ кѣмъ хотѣлъ договориться Ватиканъ. Римъ увидѣлъ, что не только о миссіи католичества въ Россіи среди православныхъ не можетъ быть рѣчи, но едва ли удается спасти остатки католичества. И это оправдалось. Въ Могилевской римско-католической епархіи до большевиковъ было 445 католическихъ священниковъ, осталось двое и изъ нихъ одинъ, послѣ восьми лѣтъ тюремнаго заключенія, только въ 1937 году оказался на свободѣ. Лишь въ 1930 году въ оффиціальномъ обращеніи, въ связи съ устройствомъ торжественныхъ молебствій 19 марта по поводу гоненій на Церковь и вѣру въ Россіи, папа назвалъ дѣйствія большевиковъ «звѣрствами, поощряемыми государственной властью». Однако, было поздно. Голосъ Рима не получилъ надлежащаго значенія, а его дѣйствія въ отношеніи /с. 430/ Православія, его агитація среди православной эмиграціи, введеніе, такъ называемаго «восточнаго обряда» и все, что дѣлалось и дѣлается по отношенію къ Православію въ Польшѣ, внушили глубокое недовѣріе православному обществу и въ Россіи и за рубежомъ.

Неправильный курсъ, взятый съ самаго начала въ русскомъ вопросѣ, сдѣлалъ Римъ второстепеннымъ факторомъ въ дѣлѣ борьбы съ безбожіемъ и коммунизмомъ. Энциклика противъ большевизма и коммунизма отъ 19 марта 1937 года, несмотря на свой объемъ, прошла незамѣченной.

Въ то же время престолъ Константинопольскаго патріарха совершенно обезсиленъ взаимно давящей политикой Турціи и Греціи и въ историческомъ безвременіи стремится укрѣпить свой авторитетъ за счетъ порабощенной Русской Церкви и за счетъ славянскихъ Церквей.

Положеніе Константинопольскаго Патріарха исключительно трудно, и эта трудность результатъ дѣйствій греческаго правительства, пытавшагося дѣлать Патріарха средствомъ своей національной политики. Въ результатѣ ослабленія Турціи, проигравшей войну, выросло національное стремленіе грековъ, несоотвѣтствовавшее ихъ силамъ. Къ моменту смерти послѣдняго Патріарха въ 1921 году, Константинополь и проливы были въ рукахъ союзниковъ, а Смирна занята греческой арміей. Въ связи съ этимъ, Сѵнодъ Константинопольской Церкви, безъ вѣдома и согласія турецкаго правительства, избралъ Патріархомъ Мелетія, Элинскаго подданнаго, находившагося тогда въ Америкѣ и извѣстнаго, какъ приверженца Венизелоса. Нарушая вѣковой порядокъ, Мелетій прибылъ въ Константинополь подъ Византійскимъ желтымъ флагомъ съ чернымъ орломъ и вступилъ на тронъ. Порта заявила, что Митрополитъ Мелетій не является Патріархомъ и потому акты Патріархіи не имѣютъ законной силы. Не признало его Патріархомъ и Элинское правительство въ Аѳинахъ, куда къ тому времени прибылъ вернувшійся изъ изгнанія король Константинъ и откуда бѣжали венизелисты, вдохновители новаго направленія политики Константинопольскаго Патріарха.

Несмотря на все это, Мелетій развилъ весьма энергичную дѣятельность. Окончилось это трагически.

Бѣжавшіе отъ преслѣдованія союзниковъ, депутаты турецкаго парламента, создали въ Анкарѣ новое правительство, которое ликвидировало движеніе армянскихъ и курдскихъ націоналистовъ и нанесло нѣсколько крупныхъ пораженій грекамъ (1922 г.). Турецкіе націоналисты потребовали поголовнаго изгнанія грековъ.

Въ это время въ Анатоліи выплываетъ на сцену священникъ мѣстечка Кескино о. Евѳимій. Онъ выступаетъ противъ Мелетія, Сѵнода и «греческой буржуазіи» Константинополя и обвиняетъ ихъ въ государственной измѣнѣ. Онъ вводитъ богослуженіе на турецкомъ языкѣ и заявляетъ, что только /с. 431/ оттоманы или турки православной вѣры являются друзьями Турціи и врагами элинизма. Все запутывается до послѣдней степени [77].

Въ октябрѣ 1923 года войска турецкихъ націоналистовъ вступили въ Константинополь и, послѣ неслыханныхъ оскорбленій со стороны мѣстныхъ грековъ, Мелетій бѣжалъ на Аѳонъ. Изъ Анатоліи прибылъ Евѳимій и вступилъ въ борьбу съ Фанаромъ. Борьба эта не имѣла для Евѳимія успѣха, и, по соглашенію съ турецкимъ правительствомъ, 6 декабря 1923 г. Патріархомъ былъ избранъ Халкидонскій Митрополитъ Григорій — подъ именемъ Григорія VII [78].

Въ результатѣ борьбы Евѳимія съ патріархіей образовалась схизма въ греческой Церкви.

Несмотря на это трагическое положеніе «обесчещенный престолъ» — говоритъ наблюдатель тогдашнихъ событій, — «пытается вновь играть роль «вселенскаго православнаго центра». Константинополь желаетъ повернуть исторію вспять и снова перенести центръ православія въ Царьградъ, считая, что, съ паденіемъ царской Россіи, руководящая роль славянства въ православной Церкви окончилась.

Преосвященный Алексій, Епископъ православной Церкви въ Польшѣ, посѣтившій въ апрѣлѣ мѣсяцѣ 1927 года, вмѣстѣ съ Митрополитомъ Діонисіемъ, Константинополь, пишетъ о положеніи вещей слѣдующее:

«Въ 1922 году на Вселенскій Престолъ былъ избранъ Патріархомъ Мелетій IV, но онъ, какъ греческій Патріархъ, не былъ угоденъ туркамъ, и 2-го октября 1923 года долженъ былъ удалиться на Аѳонъ. Слѣдующій Патріархъ Григорій VII возсѣдалъ на Вселенскомъ Престолѣ только одинъ годъ (съ 6-го декабря 1923 года по 16-е ноября 1924 года), а слѣдующаго за нимъ Патріарха Константина VI постигла участь Патріарха Мелетія IV. Въ январѣ 1925 года онъ долженъ былъ оставить предѣлы Турціи и на его мѣсто былъ избранъ нынѣшній Вселенскій Патріархъ Василій III.

Такимъ образомъ, за три года смѣнилось на Вселенскомъ Престолѣ четыре Патріарха, при чемъ смѣна эта опредѣлялась непремѣннымъ желаніемъ турокъ изгнать Вселенскаго Патріарха изъ предѣловъ Турціи, и не только Патріарха, но и всѣхъ христіанъ. Послѣднихъ они и изгнали изъ Малой Азіи, но Патріархъ, по силѣ Лозаннскаго трактата отъ 24-го іюля 1923 года, остался въ Константинополѣ, но въ какомъ положеніи?! Паства его въ большинствѣ оказалась въ Элинской республикѣ; остальные православные патріархаты оказались внѣ Турціи и не могутъ оказывать ни моральной, ни мате/с. 432/ріальной поддержки Вселенской патріархіи; самъ онъ остался при пяти епархіяхъ въ Турціи и буквально узникомъ въ этомъ государствѣ, ибо свободный въѣздъ и выѣздъ изъ Турціи ему воспрещенъ» [79].

Катастрофа Русской Церкви своеобразно преломилась въ сознаніи Вселенскаго Патріарха. Константинополь, также, какъ и Римъ, совершенно не поняли всего того, что произошло. Вселенскій Патріархъ вдругъ почувствовалъ себя наслѣдникомъ русской церковной власти и русскаго авторитета. Онъ не принялъ во вниманіе того, что для власти и авторитета необходима сила и средства, а не только историческія воспоминанія. Никакихъ силъ и средствъ у Вселенскаго Патріарха не было, не было и русской опоры. Онъ оказался беззащитнымъ плѣнннкомъ турецкой власти и послѣдняя, въ концѣ концовъ, переодѣла православное духовенство въ Турціи въ гражданское платье и остригло волосы, оставивъ эти прерогативы одному только Патріарху. Вселенскій же Патріархъ продолжаетъ распоряжатъся такъ, какъ будто за его спиной стоитъ Византійскій Императоръ X вѣка. Это отсутствіе пониманія реальности и отвѣтственности внесло необычайное замѣшательство въ жизнь Православной Церкви.

На засѣданіяхъ Константинопольского Сѵнода 1 января, 17 и 30 апрѣля и 6 мая 1924 года рѣшено было отправитъ въ Россію церковную комиссію. Въ инструкціи, составленной для этой комиссіи, выражалось пожеланіе Патріарха Григорія, чтобы Патріархъ Тихонъ «ради единенія расколовшихся и ради паствы пожертвовалъ собою, немедленно удалившись отъ управленія Церковью, и чтобы одновременно упразднилось, хотя бы временно, Патріаршество, какъ родившееся во всецѣло ненормальныхъ обстоятельствахъ въ началѣ гражданской войны, и какъ считающееся значительнымъ препятствіемъ къ возстановленію мира и единенія» [80].

Подобное пожеланіе Григорія VII выражалъ и въ своей грамотѣ отъ 6 іюня 1924 года. Вмѣстѣ съ тѣмъ, были приняты мѣры и противъ проживавшихъ въ Константинополѣ православныхъ русскихъ Архіепископовъ — Анастасія Кишиневскаго и Хотинскаго и Александра Сѣверо-Американскаго. Надъ ними назначено было слѣдствіе, имъ запрещено было священнослуженіе, потребовали прекращенія выступленій противъ совѣтской власти, поминанія Патріарха Тихона и данъ совѣтъ признать большевицкую власть.

Кромѣ того, Патріархъ Григорій обратился къ Патріарху Сербскому Дмитрію съ просьбой закрыть Русскій Архіерейскій Сѵнодъ въ Сремскихъ Карловцахъ, какъ учрежденіе /с. 433/ самозванное и не имѣющее подъ собою никакихъ каноническихъ основаній» [81].

Сербскій Патріархъ Димитрій требованіе Патріарха Григорія отклонилъ, какъ неумѣстное вмѣшательство въ дѣла Сербской Церкви. Дѣйствія Патріарха Григорія вызвали негодованіе, какъ въ Россіи, такъ и заграницей. Патріархъ Антіохійскій Григорій IV призналъ это вмѣшательство «совершенно недопустимымъ, весьма прискорбнымъ и ни на чемъ не основаннымъ». Въ концѣ концовъ, дѣйствія Григорія VII получили неодобреніе со стороны Архіепископа Кентерберійскаго, въ которомъ очень нуждался Патріархъ, и, въ отвѣтъ на запросъ Архіепископа Кентерберійскаго, онъ отвѣтилъ, что «живой церкви» не признаетъ, а признаетъ Патріарха Тихона [82].

Начало этому нездоровому церковному имперіализму положилъ тотъ же Мелетій IV, дѣйствуя, правда, весьма осторожно.

5-IV-1922 г. Патріархъ Мелетій IV назначаетъ экзарха на всю западную и центральную Европу съ пребываніемъ въ Лондонѣ и съ апокалиптическимъ титуломъ Митрополита Ѳіатирскаго, послѣ чего Цареградская патріархія стала оспаривать права Митрополита Евлогія, полученныя отъ Русскаго Патріарха и Сѵнода Зарубежной Церкви.

4-III-1923 года Патріархъ Мелетій хиротонисуетъ Савватія во архіепископа Пражскаго и всея Чехіи и возстанавливаетъ старую Кирило-Меѳодіевскую епископію подъ юрисдикціей Цареграда.

9-V-1923 г. подчиняетъ себѣ русскую епархію Финляндіи, какъ самостоятельную автономную Финляндскую Церковь.

23-VIII-1923 г. Цареградскій Сѵнодъ подчиняетъ себѣ русскую епархію въ Эстоніи, какъ автономную Эстонскую Церковь.

Въ 1924 году создается новая епархія въ Австраліи съ установленіемъ каѳедры въ Сиднеѣ, и назначаются два епископа, подчиненные Цареграду.

15-IV-1924 года была основана новая Митрополія въ Будапештѣ, глава которой назывался Митрополитомъ Венгерскимъ и всей центральной Европы, а изъ титула Митрополита Ѳіатирскаго было исключено слово «центральной».

Въ Парижъ былъ посланъ Еписколъ Григорій Атирскій и, такимъ образомъ, во время Григорія VII вся «варварская Европа была въ подчиненіи Цареграду и раздѣлена между іерархами (Ѳіатирскій, Венгерскій, Пражскій, Парижскій, Эстонскій и Финскій) [83].

Послѣ смерти Амасійскаго Митрополита Германа, каковой являлся экзархомъ Вселенской патріархіи на Западную и Центральную Европу, этотъ экзархатъ соединенъ вновь съ /с. 434/ Ѳіатирской Митрополіей, изъ которой былъ выдѣленъ, съ предоставленіемъ послѣдней названія экзархіи Западной и Центральной Европы («Слово». 1937. № 3).

13-XI 1924 года, за три дня до его смерти, была признана Григоріемъ VII автокефалія Польской Церкви съ тѣмъ, чтобы «въ вопросахъ церковнаго порядка и характера болѣе общихъ, превосходящихъ юрисдикцію каждой автокефальной церкви, взятой въ отдѣльности, Высокопреосвященнѣйшій Митрополитъ Варшавскій и всея Польши обращался къ нашему Святѣйшему Патріаршему Престолу, черезъ который поддерживается общеніе со всей православной церковью «право правящей слово истины», и спрашивалъ также авторитетнаго мнѣнія и содѣйствія Церквей-Сестеръ. Кромѣ того «мы постановляемъ, что автокефальная православная Церковь-сестра должна будетъ получать Святое Мѵро отъ нашей Великой Христовой Церкви». Однимъ словомъ, устанавливалось что-то вродѣ экзархата [84].

Григорій VII предпринималъ неудачныя попытки подчинить себѣ Русскую Церковь въ Америкѣ.

Неудавшаяся попытка подчинить себѣ Русскую Церковь въ Америкѣ была продолжена преемникомъ Фотія II, Веніаминомъ I, въ иномъ направленіи. Внутренняя церковная борьба въ Польшѣ сводится въ общемъ къ тому, чтобы на земляхъ Волыни, а отчасти и Полѣсья, создать чисто Украинскую Православную Церковь. Однако, это стремленіе встрѣчаетъ препятствіе со стороны польскаго правительства, которое временно помогаетъ украинизаціи церковнаго быта и богослуженія на Волыни, но желаетъ, чтобы глава Польской Церкви находился подъ польскимъ вліяніемъ и, путемъ соотвѣтственной организаціи образованія православного духовенства въ школахъ чисто польскаго характера, готовить полонизацію православнаго населенія черезъ Церковь. Правительство желаетъ, чтобы православное населеніе Волыни, оставаясь по языку украинскимъ, по духу было польскимъ. Такой оборотъ дѣла — результатъ поддержки польскаго правительства Вселенскимъ Патріархомъ.

Удовлетвореніе національнымъ украинскимъ интересамъ Вселенскій патріархъ даетъ въ другомъ мѣстѣ. 28-го февраля 1937 года въ Картеретѣ, въ Америкѣ, состоялась хиротонія іеромонаха Федора Богдана Шпилько во епископы Евкарпіи. Хиротонію совершилъ архіепископъ Вселенскаго патріарха въ Америкѣ Аѳенагорисъ въ греческой церкви Св. Троицы. Въ патріаршей грамотѣ, данной на имя генеральнаго викарія и члена консисторіи, говорится о поставленіи епископа Украинской Православной Церкви въ Соединенныхъ Штатахъ и Канадѣ [85]. Такимъ образомъ, на лицо имѣется Украинская Цер/с. 435/ковь тамъ, гдѣ нѣтъ никакого Украинскаго государства, т. е. устанавливается ересь филетизма. Епископомъ избранъ галичанинъ, внѣшній видъ духовенства и церковная организація носитъ уніатскій характеръ, а новый епископъ свою каѳедру связываетъ исторически, ни больше ни меньше, какъ съ первой епископской каѳедрой въ Кіевѣ. Журналъ Волынской духовной консисторіи «Церква и нарідъ» весьма привѣтствуетъ новаго епископа, въ качествѣ главы національной Украинской Церкви.

Василій III 2-го мая 1929 года назначилъ Зотоса, епископа Трахійскаго, апокрисіаріемъ Митрополита Діонисія и поручилъ Зотосу надзоръ надъ Церковью въ Польшѣ.

Василій III со своимъ сѵнодомъ 12-XII-1928 года отказалъ польской митрополіи принять въ свою юрисдикцію Канадскаго епископа Адама, разъяснивъ, что православные эмигранты, проживающіе внѣ своихъ материнскихъ церквей, должны быть подчинены Цареградскому трону.

17-II-1931 года Патріархъ Фотій II признаетъ митрополита Евлогія своимъ экзархомъ и принимаетъ всю его паству въ свою непосредственную и исключительную юрисдикцію, на основаніи каноническихъ правъ Великой Церкви.

Въ мартѣ 1936 года, послѣ трагической гибели Латвійскаго Епископа Іоанна, Вселенскій Патріархъ, вопреки протесту Митрополита Сергія, принялъ въ свою юрисдикцію русскую епархію въ Латвіи.

Такимъ образомъ, онъ снова простеръ свою власть на безспорную часть Помѣстной Русской Церкви.

Столь же энергично проявляетъ свои захватныя тенденціи Константинопольскій Патріархъ въ отношеніи діаспоры Сербской Церкви въ Чехіи, Прикарпатской Руси, Италіи, Венгріи, Румыніи и Канадѣ. Онъ, вмѣстѣ съ тѣмъ, объявляетъ Святую Аѳонскую Гору исключительной собственностью Греческой Церкви, не допускаетъ туда монаховъ не грековъ, въ особенности славянъ, и вмѣшательство въ дѣла Аѳона считаетъ вмѣшательствомъ во внутреннія дѣла Греческой Церкви.

Порядки, установленные на Аѳонѣ греческимъ правительствомъ и Константинопольскимъ патріархомъ, таковы, что русскіе монастыри и келіи оказались, также какъ и другіе славянскіе монастыри, въ исключительно тяжеломъ положеніи, идутъ къ своему упадку и даютъ основаніе грекамъ надѣяться, что славянское начало на Аѳонѣ будетъ ликвидировано, забывая то, чѣмъ обязанъ Аѳонъ славянамъ.

Вопросъ объ организаціи самостоятельной митрополіи въ Венгріи, подчиненной Вселенскому патріарху, въ свое время встрѣтилъ весьма энергичное противодѣйствіе со стороны Сербской Православной Церкви т. к. въ Венгріи имѣется сербскій епископъ, преемникъ старинной сербской каѳедры въ Будимѣ. Вступленіе на престолъ Веніамина I первоначально связывалось съ представленіемъ объ измѣненіи наступатель/с. 436/ной политики Фотія II, а въ особенности его предшественника Василія III. Извѣстительное посланіе Веніамина I покойному сербскому патріарху Варнавѣ было составлено въ сердечныхъ тонахъ и была высказана мысль о необходимости вести работу въ духѣ любви. Въ такомъ же тонѣ отвѣтилъ патріархъ Варнава, называя, вмѣстѣ съ тѣмъ, Веніамина I первымъ епископомъ. Тѣмъ не менѣе, Вселенская патріархія вошла въ соглашеніе съ Венгерскимъ Правительствомъ объ устройствѣ своей Митрополіи въ Венгріи. Православныхъ венгровъ нѣтъ, а есть православные румыны и сербы въ Венгріи. Ввиду этого, опираясь на свои старинныя права, Сербская и Румынская Церкви заявили по этому поводу протестъ («Слово». 1937 г. № 44).

При оцѣнкѣ этого общаго стремленія присвоить себѣ вѣковое достояніе Русской Помѣстной Церкви, пользуясь ея бѣдственнымъ положеніемъ, обращаютъ на себя вниманіе нѣкоторые взгляды, высказанные Вселенскимъ Патріархомъ и направленные противъ того исторического прошлого, которое признавалъ самъ Константинопольскій престолъ.

Въ томосѣ отъ 13 ноября 1924 года, данномъ Григоріемъ VII Православной Митрополіи въ Польшѣ и возведшимъ ее на степень автокефальной церкви, сказанно:

«Первое отдѣленіе отъ нашего Престола Кіевской Митрополіи и православныхъ Митрополій Литвы и Польши, зависящихъ отъ нея, а также присоединеніе ихъ къ Святой Московской Церкви произошло отнюдь не по предписаніямъ каноническихъ правилъ, а также не было соблюдено всего того, что было установлено относительно полной церковной автономіи Кіевскаго Митрополита, носящаго титулъ экзарха Вселенского Престола» [86].

Короче сказать, самопроизвольно и самовольно Вселенскій Патріархъ отбираетъ отъ Русской Церкви Кіевскую Митрополію, на включеніе части которой, остававшейся до XVII вѣка въ рукахъ поляковъ, онъ далъ въ 1686 году свое согласіе. При этомъ надо имѣть въ виду, что, согласно каноническимъ правиламъ, всякіе споры между отдѣльными церковными округами по поводу границъ погашаются тридцатилѣтней давностью. Въ данномъ случаѣ прошло около двухъ съ половиной вѣковъ.

Но даже и это, лишенное, всякаго основанія соображеніе не можетъ простираться на Финляндію, Эстонію и Латвію, которыя никакого отношенія къ Кіевской Митрополіи не имѣли.

Къ даннымъ случаямъ Константинополь пытается примѣнить 28 правило IV Вселенскаго Собора, толкуя его въ смыслѣ, противорѣчащемъ правилу и вопреки общему мнѣнію канонистовъ.

/с. 437/ Не довольствуясь этимъ, къ глубокому удивленію, Вселенскій Патріархъ сталъ простирать свои права и на русскую эмиграцію, которая была зачислена въ число «варварскихъ народовъ», ибо никакихъ другихъ основаній не было.

Слѣдуетъ помнить, что самое званіе «Вселенскій» является почетнымъ титуломъ, а не властью. Восточная Церковь есть Церковь соборная. Отцы Церкви на Вселенскихъ Соборахъ установили порядокъ взаимоотношеній и правильнаго разграниченія правъ между отдѣльными церквами, при сохраненіи вселенскаго единства.

Толкованіе на 28 правило въ Славянской Кормчей изложено весьма ясно и просто: «И да повинуются ему... также сущіе въ варварскихъ земляхъ епископы», то-есть епископы — устроители новыхъ Церквей Божьихъ среди тѣхъ варварскихъ народовъ, гдѣ нѣтъ еще правильной церковной жизни и которые находились въ зависимости отъ подчиненныхъ Константинопольскому Патріарху церковныхъ областей Понта, Асіи и Фракіи, лежавшихъ внѣ границъ Византійской Имперіи и почитавшихся потому варварскими землями.

Какимъ образомъ русскіе православные епископы, оказавшіеся вмѣстѣ съ русскими людьми за границей Русской земли, являются епископами «сущими въ варварскихъ земляхъ, зависимыхъ отъ Понта, Асіи и Фракіи» — это понятно только цареградскимъ канонистамъ. Они канонически зависимы отъ своей матери Русской Церкви такъ же, какъ и эмиграція русская является не «варварскимъ» народомъ, а частью великаго Русскаго народа.

Произволеніемъ Божіимъ общеніе этихъ частей единаго русскаго церковнаго народа прекращено, и пасти свое стадо должны епископы русскаго народа, устрояя Церковь въ согласіи съ условіями обстановки и времени.

Русскіе люди, въ разсѣяніи сущіе, скорбятъ о томъ, что не могутъ вернуться на родину, къ своимъ святынямъ, подъ сѣнь своей великой страдающей Церкви, а вовсе не стремятся уйти отъ Матери Церкви въ чужую, и при этомъ въ враждебную, какъ показалъ опытъ, русской Церкви, Церковь Константинопольскую.

Вмѣшательство Константинопольскаго Патріарха въ дѣла Русской Заграничной Церкви, обнимающей въ настоящее время не малочисленные составы русскихъ миссій и пребывающихъ заграницею русскихъ гражданъ, какъ это было до войны, а милліонный народъ всѣхъ званій и состояній, покинувшій вмѣстѣ со своими епископами Россію, какъ нѣкогда сдѣлалъ это митрополитъ Кипрскій подъ натискомъ сарацинъ, — не имѣетъ подъ собою ни малѣйшаго каноническаго основанія.

Вмѣшательство это является прямымъ нарушеніемъ 8 правила III Вселенскаго Собора.

«То же да соблюдается и въ иныхъ областяхъ: дабы никто изъ боголюбезныхъ епископовъ не простиралъ власти /с. 438/ на иную епархію, которая прежде и сначала не была подъ рукою его или его предшественниковъ».

Возникаетъ вопросъ: когда же православные русскіе люди, со времени автокефаліи Православной Русской церкви, пребывая за границею, находились «подъ рукою» Константинопольскаго Патріарха?

Вопросъ объ организаціи церковной власти за границею касается Русской Церкви и епископовъ, пребывающихъ за границею, и ни въ какой мѣрѣ не касается Константинополя. Вселенскій Патріархъ могъ бы стать третейскимъ судьей, если бы къ нему обратились спорящія стороны. Различное же пониманіе порядка управленія и отношенія къ совѣтской власти — эти вопросы должны быть разрѣшены самой Помѣстной Русской Церковью и эмиграціей.

Всякій захватчикъ долженъ отдать захваченную епархію и вышеозначенное правило указываетъ почему.

«Да не вкрадывается подъ видомъ священнодѣйствія, надменность власти мірскія: и да не утратимъ мало-по-малу, непримѣтно, той свободы, которую даровалъ намъ Кровію Своею Господь нашъ Іисусъ Христосъ, Освободитель всѣхъ человѣковъ».

Такимъ образомъ, правило это охраняетъ свободу Церкви, ибо захватъ чужой епархіи и чужого народа — это есть лишеніе свободы и противорѣчитъ призванію Церкви быть свободнымъ единеніемъ людей во Христѣ.

Народъ, оторванный отъ своего епископа и своей Церкви и подчиненный чужой власти, перестаетъ быть свободнымъ, а вмѣстѣ съ нимъ перестаетъ быть свободной и сама Церковь.

Именно, съ этой точки зрѣнія, не можетъ быть оправданъ поступокъ митрополита Евлогія, ушедшаго со своею паствой въ чужую Церковь. Его споръ съ Митрополитомъ Сергіемъ и неправда, которую хотѣлъ совершить Митрополитъ Сергій въ отношеніи русскаго разсѣянія, не давало никакого права признать юрисдикцію Константинополя. Неправъ М. Сергій, требуя отъ эмигрантскаго духовенства лойальности въ отношеніи совѣтской власти, но это не давало основанія обращенію Митрополита Евлогія въ Константинополь и Митрополитъ Сергій совершенво правъ, возражая противъ вмѣшательства Константинополя въ чужія дѣла.

Правила Св. Отецъ и указанія Патріарха Тихона давали каноническій способъ разрѣшенія спора между Митрополитами Сергіемъ и Евлогіемъ, но они не даютъ права Константинополю присваивать себѣ власти надъ чужой Церковью. Ни съ чѣмъ такъ сурово не боролись Отцы Вселенскихъ Соборовъ, какъ съ этимъ стремленіемъ врываться въ чужую овчарню и похищать овецъ чужого стада.

Митрополитъ Евлогій отлично понималъ сущность правъ Константинопольскаго Патріарха, когда возражалъ противъ /с. 439/ произвольно установленной автокефаліи Церкви въ Польшѣ. Снисхожденіе, проявленное нѣкоторыми Церквами и іерархами къ польскому самоволію, принесло для самой Церкви въ Польшѣ пагубные плоды. Она оказалась, въ буквальномъ смыслѣ, въ рабствѣ у свѣтской инославной власти.

Распространеніе, вопреки 8 пр. III и 28 пр. IV Вселенскаго Собора, своей юрисдикціи на Митрополита Евлогія только одно изъ звеньевъ той грозной для истиннаго православнаго сознанія цѣпи правонарушеній, которую выковываетъ Константинопольскій Патріархъ послѣ войны.

Оскорбительное вмѣшательство въ дѣла Русской Церкви-исповѣдницы принесло послѣдней только вредъ. Столь же вредно было все то, что Вселенскій Патріархъ совершенно неосновательно считаетъ помощью отдѣльнымъ частямъ Русской Церкви, оказавшимся въ предѣлахъ вновь образованныхъ неправославныхъ государствъ.

Это обстоятельство съ особой яркостью выявилось на православной митрополіи въ Польшѣ.

Подъ покровительствомъ Вселенскаго Престола автокефалія изъ средства укрѣпленія Церкви стала средствомъ ея подчиненія инославной Православію власти.



Въ связи съ образованіемъ Польскаго государства въ эпоху выхода Россіи, благодаря революціи, изъ международной игры, а также присоединеніе къ Польшѣ русскихъ областей съ православнымъ населеніемъ въ количествѣ четырехъ милліоновъ душъ по Рижскому договору 1921 года, завершившему совѣтско-польскую войну, создало для Польши соблазнъ импровизаціи въ вопросѣ устройства Православной Церкви. Вопреки предостереженіямъ и прямому несогласію Святѣйшаго Патріарха Тихона, польское правительство принудило Православную іерархію признать автономію Православной Церкви въ Польшѣ и права польскаго Митрополита, какъ Митрополита областного, недостаточными.

Оно обратилось въ Константинополь и Константинополь пошелъ навстрѣчу, не только признавъ Православную Церковь въ Польшѣ автокефальною, но установивъ такія каноническія положенія, которыя являются образцомъ чистѣйшей импровизаціи.

Въ основу Патріаршаго и сѵнодально-каноническаго томоса отъ 13 ноября 1924 года, Вселенскій Патріархъ Григорій положилъ утвержденіе, что «строй церковныхъ дѣлъ долженъ слѣдовать политическимъ и общественнымъ формамъ». Это утвержденіе оказалось весьма подходящимъ, когда нужно было оторвать часть Церкви отъ Матери Русской Церкви, и оно совершенно негодно, какъ показываетъ исторія, поскольку дѣло касается бывшей части Церкви Константинопольской, а именно Церкви Болгарской.

/с. 440/ Далѣе Патріархъ, какъ было указано, отрицаетъ вообще законность возсоединенія Кіевской Митрополіи съ Москвой.

Вмѣстѣ съ тѣмъ, давая «благословеніе и утвержденіе на ея автокефальное и независимое устройство», Патріархъ обязываетъ Митрополита автокефальной Церкви въ Польшѣ получать Святое мvро изъ Константинополя, извѣщать о своемъ избраніи и возведеніи на Престолъ интронизаціоннымъ письмомъ, поминать Вселенскаго Патріарха и считать юрисдикцію Константинопольскаго Престола стоящей надъ юрисдикціей Помѣстной Церкви въ Польшѣ.

Такимъ образомъ, совершенно неожиданно автокефальная Церковь въ Польшѣ оказалась въ церковной зависимости отъ Константинополя и польское правительство получило возможность за спиной Митрополита разговаривать со Вселенскимъ Патріархомъ, а сама Церковь въ Польшѣ оказалась изолированной.

Образованію автокефальной Церкви въ Польшѣ предшествовали мало извѣстныя сношенія польскаго правительства со Вселенскимъ Патріархомъ. Для осуществленія намѣченныхъ правительствомъ мѣропріятій, въ Италіи, въ Бари, былъ приглашенъ покойный Архіепископъ Минскій и Туровскій Георгій и призванъ на роль преобразователя Православной Церкви въ Польшѣ, съ нарушеніемъ прямыхъ и ясныхъ правъ Московскаго Патріарха. Получивъ изъ рукъ Св. Патріарха Тихона 15/28 сентября 1921 года права Митрополита, Преосвященный Георгій прежде всего ликвидировалъ находившихся въ Польшѣ іерарховъ Елевѳерія, Пантелеймона, Владиміра и Сергія, показавъ на этомъ опытѣ Кременецкому Епископу Діонисію, викарію Волынскому, старѣйшему по времени пребыванія въ Польшѣ іерарху, безполезность и опасность какого-либо сопротивленія. Всѣ свои начинанія Митрополитъ Георгій проводилъ, опираясь на правительство, безъ всякаго обращенія къ голосу церковнаго народа. Лично для него это кончилось катастрофой. 8-го февраля 1923 года, онъ былъ убитъ архимандритомъ Смарагдомъ, мстителемъ за поруганную свободу Церкви. Это, неслыханное въ лѣтописяхъ Православной Церкви, преступленіе, оставило тягчайшій слѣдъ на всей церковной исторіи Польши. Вообще возрожденная Польша явилась ареной жесточайшей политической борьбы: ея первый президентъ Габріэль Нарутовичъ также палъ отъ руки политическаго противника.

Кровь перваго Митрополита Польской Церкви была какъ бы указующимъ и предостерегающимъ знаменемъ. Однако, это не остановило правительство и оно продолжало идти по тому же пути.

Дряхлый и безвольный Патріархъ Григорій VII, умершій 16-го ноября 1924 года, за три дня до своей смерти, 13-го ноября, полумертвой рукой подписалъ историческій томосъ [87], /с. 441/ дарующій автокефалію части великой Русской Церкви, безъ согласія послѣдней.

17-го сентября 1925 года въ Варшаву прибываетъ делегація Патріарха Василія III и провозглашаетъ автокефалію въ присутствіи представителей лишь Румынской Церкви. Церкви Сербская и Болгарская не приняли участія въ этомъ торжествѣ. Русская Церковь протестовала и въ Россіи и заграницей, 31-го марта 1930 года правительство Польши вручаетъ вновь избранному Патріарху Фотію орденъ «Полонія Реститута» I класса, а представитель Министра Иностранныхъ Дѣлъ «представилъ Патріарху докладъ о современномъ положеніи Православной Церкви въ Польшѣ».

Положеніе къ этому времени было таково: въ августѣ 1929 года римско-католическая духовныя власти въ Польшѣ предъявили къ Православной Церкви свыше 650 судебныхъ исковъ объ отобраніи отъ нея Святынь, въ томъ числѣ всѣхъ монастырей, не исключая Почаевской Успенской лавры, и церковнаго имущества. Это внесло совершенно исключительное замѣшательство въ церковную жизнь Польши и произвело удручающее впечатлѣніе на православный народъ. Правительство умыло руки.

Предъявленіе массовыхъ исковъ, при установившемся не только въ польскомъ обществѣ, но и въ судебныхъ сферахъ взглядѣ на дѣйствія русскаго правительства за время такъ называемыхъ раздѣловъ Польши, какъ на лишенныя правового значенія, являлось катастрофой для Церкви.

Но и помимо этого, положеніе имуществъ Православной Церкви въ Польшѣ было трагическимъ. Не большевикамъ, а Польшѣ принадлежитъ первенство въ разрушеніи православныхъ храмовъ. Еще въ 1920 году было приступлено къ разрушенію, и при этомъ самымъ варварскимъ способомъ, цѣннѣйшаго произведенія архитектуры — православнаго Собора на Саксонской площади въ Варшавѣ. Погибъ архитектурный шедевръ, погибли рѣдчайшія мозаики и фрески, погибла замѣчательная мраморная облицовка стѣнъ и колонны изъ драгоцѣннаго камня. Гранитъ фундамента оказался зарытымъ въ землю. Великолѣпный кирпичъ, спеціально изготовленный въ Финляндіи, въ видѣ мусора пошелъ на тротуары.

Кромѣ Варшавы, были разобраны православные соборы въ Люблинѣ, Калишѣ, Влоцлавскѣ, Плоцкѣ, а позднѣе въ Кѣльцахъ. Была разобрана военная церковь въ Варшавѣ, а на ея мѣстѣ сооруженъ дансингъ.

Къ 1930 году, то есть ко времени письма Патріарха Фотія къ Польскому правительстау, въ десяти бывшихъ Привислинскихъ губерніяхъ православное населеніе потеряло болѣе 350 храмовъ. Въ одной Холмщинѣ и Подляшьи потеряно 320: закрыто 111, обращено въ римско-католическіе костелы 150 и разобрано — 59. Изъ 383 осталось только 60. Люди моли/с. 442/лись въ частныхъ домахъ, въ часовняхъ и подъ открытымъ небомъ.

Все земельное имущество въ Царствѣ Польскомъ было взято въ 1919 году въ государственное управленіе и распарцеллировано. Въ общемъ Православная Церковь въ русской Польшѣ потеряла около 20-ти тысячъ гектаровъ. Раззоренъ Лѣснинскій женскій монастырь и отобрано громадное имущество, пріобрѣтенное монастыремъ на свои средства отъ частныхъ лицъ передъ войной.

На восточныхъ земляхъ отобрано свыше 20 тысячъ десятинъ церковной земли. Это относится къ одной бывшей Волынской губерніи. Отобрано около 500 десятинъ дарственной земли отъ Зимнинскаго женскаго монастыря. Отобраны земли отъ Дерманьскаго мужского, Корецкаго женскаго, Жировицкаго и другихъ монастырей. Отобрана весьма цѣнная собственность Волынскаго духовенства — имущество бывшаго Мѣлецкаго духовнаго училища въ Маціевѣ около Ковеля. Отобрана и передана католикамъ знаменитая «Мурованная» каменная Церковь въ Лидскомъ уѣздѣ Виленской губерніи, отстроенная на средства Имп. Александра I въ память войны 1812 года. Отобранъ Соборъ въ Холмѣ и изъ 11 церквей въ этомъ городѣ православнымъ оставлена только одна. Часть обращена въ кино и подъ склады.

Забраны въ казну городское цѣнное земельное имущество и два дома въ Луцкѣ, принадлежащіе Луцкому Крестовоздвиженскому Братству. Тоже произошло въ Вильно.

Въ буквальномъ смыслѣ разграблено громадное имущество Острожскаго Свято-Кирило-Меѳодіевскаго Братства въ городѣ Острогѣ, даръ графини Блудовой, подъ тѣмъ предлогомъ, что Братство это занималось русской пропагандой на Волыни, какъ будто, православное Братство въ Русской Имперіи и при этомъ на Волыни не имѣло права заниматься русской пропагандой. Прекрасное новое зданіе братской гимназіи было взято въ казну, а братская церковь, отстроенная на фундаментѣ брошеншаго доминиканскаго монастыря, была передана католикамъ.

Почти все изложенное имѣло мѣсто до времени написанія Патріархомъ письма и Патріархъ имѣлъ полную возможность при желаніи обо всемъ этомъ узнать.

Ввиду сложности внутренно-церковныхъ отношеній, а также и выстуленія римско-католического духовенства, Митрополитъ Діонисій, заступившій мѣсто покойнаго Георгія, письмами отъ 22-го ноября и 21 декабря 1929 года просилъ Министра Исповѣданій и Народнаго Просвѣщенія, покойнаго Червинскаго, о выраженіи согласія на созывъ помѣстнаго собора въ Польшѣ, каковой созывъ былъ назначенъ на 13-ое февраля 1930 года. Былъ приложенъ выборный законъ и программа собора. Министръ рѣзко отказалъ въ своемъ со/с. 443/гласіи и были приняты полицейскія мѣры къ тому, чтобы воспрепятствовать производству выборовъ членовъ собора.

Иниціатива православной іерархіи была пресѣчена въ корнѣ. Правительство дало ясно понять, что оно можетъ согласиться на Соборъ, подобный Пинской Конгрегаціи 1791 г., гдѣ оно будетъ полновластнымъ хозяиномъ. Чиновникъ политическаго департамента г. Сухенекъ-Сухецкій правительственную мѣру оправдывалъ тѣмъ, что Соборъ, предположенный къ созыву Митрополитомъ Діонисіемъ, былъ бы «фикціей». Исторія дальнѣйшихъ событій показала, что всѣ стремленія правительства направлены именно къ созданію вмѣсто Собора — фикціи Собора.

Правительство безъ особой борьбы одержало верхъ. Одновременно съ рескриптомъ президента республики въ маѣ 1930 года о созывѣ Помѣстнаго Собора, безъ указанія срока такого созыва, было образовано Предсоборное собраніе для разработки матеріаловъ для Собора. Въ это Собраніе было назначено четыре представителя правительства, всѣ католики, съ весьма широкими полномочіями. Однако, и этого было мало. Предсоборное Собраніе было отодвинуто на второй планъ и сдѣлано ширмой. Была создана комиссія изъ указанныхъ четырехъ чиновниковъ, Митрополита Діонисія и Архіепископа Алексѣя, и эта комиссія должна была выработать проэкты законовъ о внѣшнемъ и внутреннемъ положеніи Православной Церкви въ Польшѣ. Представители правительства стали широко и свободно толковать Правила Св. Отецъ и все каноническое право, опираясь въ своемъ толкованіи на силу правительства. Силы оказались неравными. Іерархія вынуждена была принять такія начала церковнаго устройства, которыя напоминали собою проэкты, выработанные на Пинской Конгрегаціи. Іерархія утратила свою независимость, а когда она пыталась остатки этой независимости сохранить, то правительство перешло къ прямому дѣйствію.

При такихъ обстоятельствахъ, при массовыхъ судебныхъ искахъ и отказѣ правительства въ разрѣшеніи на созывъ Собора, Патріархъ Фотій, закрывая глаза на дѣйствительность и основываясь только на сообщеніи правительственнаго агента, обратился къ министру Червинскому 8-го апрѣля 1930 года съ такимъ письмомъ:

«Ваше Превосходительство,

Мы имѣли большую честь получить изъ рукъ господина Яна Стрембоша, спеціальнаго делегата Вашего Превосходительства и нашего друга, знаки большого креста Полонія Реститута, каковые знаки пожаловалъ намъ Его Превосходительство г. Президентъ пресвѣтлой республики Польской, равно и дргагоцѣнный подарокъ польскаго правительства, приложенный къ Вашему письму отъ 10 марта.

Мы были глубоко тронуты этими знаками высокаго уваженія и любви къ нашей Церкви и къ намъ со стороны бла/с. 444/городнаго Польскаго государства, съ которымъ наша Церковь по поводу такихъ пріятныхъ обстоятельствъ установила столь сердечныя отношенія. Тронутые и благодарные, выражаемъ Вашему Превосходительству, равно какъ наидостойнѣйшему Президенту Польской Республики, равно и Польскому правительству, сердечную благодарность нашу и нашей святой Константинопольской Церкви, которая, согласно Правиламъ, будетъ возсылать молитвы къ Богу о постоянномъ благословеніи благородному, возрожденному Польскому государству. Польское государство всегда свидѣтельствовало истинную заботливость и вниманіе къ Правосланой Церкви и православному народу въ Польшѣ, что увеличиваетъ честь и уваженіе къ нашей Церкви.

Съ исключительнымъ вниманіемъ выслушали мы все, что сообщилъ намъ Г. Стрембошъ, къ которому мы, по его благородству, имѣемъ большое уваженіе и особое расположеніе.

Мы убѣдились, что правительство Польское въ своихъ отеческихъ распоряженіяхъ и справедливомъ отношеніи ко всему провославному народу въ Польшѣ, даетъ возможность Вашему Превосходительству проявить со всей широтой заботу въ отношеніи сестры нашей Православной Церкви въ Польшѣ.

Вознося къ Богу горячія молитвы за Его Превосходительство г. Президента Польской республики, за благородное правительство и за Васъ, дабы Господь послалъ усплѣхъ и славу Польскому государству и благородному и любимому народу Польскому, просимъ Ваше Превосходительство принять выраженіе нашего глубокаго уваженія. Фотій Патріархъ Константинопольскій, горячо молящійся за Васъ».

Какъ впослѣдствіи оказалось, «драгоцѣнный даръ» польскаго правительства Патріарху заключалъ въ себѣ, между прочимъ, дорогіе канделябры.

На этомъ дѣло не остановилось, и вскорѣ, въ декабрѣ 1930 года, въ Варшаву прибылъ делегатъ Патріарха, Митрополитъ Германосъ съ подарками для Президента республики и привезъ частицу Животворящаго Креста Господня. О прибытіи делегата Митрополитъ Діонисій узналъ только наканунѣ прибытія и, ввиду болѣзни Митрополита Діонисія, торжества не имѣли надлежащаго блеска.

Письмо Патріарха Фотія получило особое значеніе.

«Письмо Патріарха Фотія къ министру исповѣданій и народнаго просвѣщенія имѣетъ огромное значеніе», — говоритъ Сухенекъ-Сухецкій.

«Оно удостовѣряетъ, что между Вселенскимъ Патріархомъ въ Константинополѣ и Польскимъ правительствомъ существуютъ добрыя отношенія, что Польское правительство, вопреки тенденціознымъ заграничнымъ свѣдѣніямъ, не ведетъ /с. 445/ борьбы съ Православіемъ въ Польшѣ, но, наоборотъ, «окружаетъ его сердечнымъ и заботливымъ вниманіемъ» [88].

Теперь это «сердечное и заботливое вниманіе» для всѣхъ видимо и осязаемо.

Чего хочетъ польское правительство отъ іерархіи автокефальной Церкви въ Польшѣ въ настоящее время совершенно ясно. Церковь должна быть средствомъ осуществленія польскихъ націоналистическихъ стремленій. Несмотря на трагическій опытъ исторіи, Польша по прежнему враждебна всему русскому. Церковь должна быть, кромѣ того, средствомъ денаціонализаціи русскаго православнаго населенія въ Польшѣ, которое поляки считаютъ украинскимъ и бѣлорусскимъ, чуждымъ общности съ русскимъ народомъ. При помощи украинской демагогіи, организованной и поддерживаемой правительствомъ, разбито церковное единство и устраняется церковно-славянскій языкъ изъ богослуженія. На этомъ дѣло не остановилось. Дальнѣйшимъ шагомъ оказалась полонизація церковнаго управленія и богослуженія. Полонизація духовнаго образованія проводилась съ самаго начала и въ настоящее время совершенно закончена. Богословскій факультетъ, интернатъ при немъ для студентовъ, интернатъ для гимназистовъ, подготовляющихся къ поступленію въ будущій лицей, нѣчто въ родѣ духовной семинаріи съ двухлѣтнимъ курсомъ, все это сосредоточено въ Варшавѣ. Языкъ преподаванія и въ сношеніяхъ воспитанниковъ съ персоналомъ польскій. На почву польской національности и культуры поставлено воспитаніе и образованіе православнаго духовенства, предназначеннаго для православнаго русскаго народа.

Система духовнаго образованія, выработанная польскимъ правительствомъ по соглашенію съ митрополитомъ Діонисіемъ, сводится къ тому, чтобы будущее православное духовенство было воспитано всецѣло на началахъ польской культуры. Низшее, среднее и высшее образованіе построено такъ, что, если и изучаются явленія западно-русской и русской жизни, то только съ точки зрѣнія польскаго пониманія. Весь періодъ, связанный съ церковной уніей, т. е. XVI и XVII вѣка изучаются съ чисто польской точки зрѣнія. Вся огромная русская литература остается въ сторонѣ и при участіи правительства издаются разнообразные ложно-научные труды, касающіеся положенія Православной Церкви и русскаго народа въ Польско-Литовскомъ государствѣ.

Украинскіе шовинисты въ Польшѣ повидимому не ожидали, что ихъ борьба съ русскими элементами въ Православной Церкви и побѣда надъ этими элементами окончится захватомъ позиціи польскими шовинистами. Однако, такъ случилось, и это свидѣтельствуетъ о томъ, насколько украинскіе политики бездарны. При открытіи гимназическаго интер/с. 446/ната въ Варшавѣ, Митрополитъ Діонисій воспѣлъ гимнъ польской культурѣ и выразилъ радость по поводу того, что православное духовенство въ Польшѣ будетъ воспитываться въ центрѣ польской культуры. Митрополитъ Діонисій, повидимому, надѣется, что вся эта польская культура весьма быстро исчезнетъ при соприкосновеніи духовенства съ народомъ русской культуры, но, во всякомъ случаѣ, въ настоящее время православное духовенство въ Польшѣ воспитывается въ направленіи, вредномъ для дѣла православія.

Собора еще не видно, но за время съ 1930 года передѣланъ весь внутренній строй православной церквѣ въ Польшѣ и приготовлены законы, закрѣпощающіе церковь государству, а для принятія законовъ подъ видомъ Помѣстнаго Собора приготовляется вторая Пинская Конгрегація [89].



Вмѣстѣ съ прекращеніемъ династіи Ягеллоновъ въ 1572 году прекратилась и относительная религіозноя свобода въ Польшѣ. Вполнѣ терпимымъ былъ послѣдній король изъ этой династіи, Сигизмундъ II Августъ, безпечный по характеру человѣкъ, который исповѣдывалъ правила «живи самъ и давай жить другимъ».

При Сигизмундѣ II Августѣ усилилось распространеніе протестантизма, что, вмѣстѣ съ нравственымъ упадкомъ католического духовенства, повлекло за собою для спасенія дѣла появленіе въ Польшѣ іезуитовъ.

Еще раньше на Люблинскомъ Сеймѣ 1569 года по вопросу о гарантіяхъ религіозной свободы, король отвѣтилъ православному князю Константину Вишневецкому:

«Что же касается униженія Васъ, то къ этому и никогда не стремился, чтобы вышедшихъ изъ рыцарскаго сословія ставить однихъ ниже другихъ. Пока Богъ меня сохранитъ, я буду стремиться къ сохраненію всѣхъ вольностей». Затѣмъ все измѣнилось.

27 лѣтъ спустя послѣ Люблинской Уніи — въ 1596 на незаконномъ съ канонической и государственной точки зрѣнія соборѣ въ Брестѣ, была провозглашена Митрополитомъ Рогозой и утверждена королемъ Сигизмундомъ III Унія Православной и Католической Церквей въ Польшѣ.

Вмѣсто объединенія получилось разъединеніе. Западно-Русская Церковь раскололась но православную и уніатскую и началась эпоха гоненій на православіе въ Польшѣ.

/с. 447/ Двухвѣковое непрерывное насиліе надъ православнымъ населеніемъ со стороны католическаго клира, уніатовъ и польской шляхты, при содѣйствіи, а въ лучшемъ случаѣ при полномъ невмѣшательствѣ правительства, создало изъ православнаго населенія жесточайшихъ враговъ Польской Республики. Это въ концѣ концовъ поняли и правящіе круги.

Въ видѣ мѣры успокоенія и дабы убѣдить народъ, что ему нѣтъ надобносги обращаться за защитою своей вѣры въ Россію, было рѣшено создать, въ концѣ концовъ, православную іерархію и законы, опредѣляющіе порядокъ ея дѣйствія. Для этого была созвана Пинская Конгрегація. Она состояла изъ 24 монаховъ, 21 представителя бѣлаго духовенства и 51 свѣтскаго лица. Православныхъ Епископовъ не было, но зато присутствовали уніатскіе Епископы Туровскій Булгакъ и Дашковичъ-Горбатскій, также латинскіе ксендзы, нѣсколько францисканскихъ и бернардинскихъ монаховъ и четыре представителя Сейма и короля.

Это собраніе лицъ разного званія и состоянія съ участіемъ католиковъ должно было изображать помѣстный Соборъ. Этимъ «Соборомъ», какъ традиціей свободы православной церкви, поляки гордятся и до сего времени. Въ рескриптѣ президента польской республики отъ 30 мая 1930 года о созывѣ помѣстного собора въ Польшѣ говорится:

«15 іюня 1791 г. попеченіемъ и стараніемъ правительства пресвѣтлой республики Польской въ г. Пинскѣ былъ созванъ Соборъ православной церкви въ Польшѣ. По волѣ Провидѣнія, автокефальная Православная Церковь въ Польшѣ можетъ возстановить нынѣ свою связь съ историческимъ прошлымъ».

Пинская Конгрегація, ввиду отсутствія на ней православныхъ епископовъ и присутствія латинянъ, никакого каноническаго значенія не имѣетъ. Тѣмъ не менѣе, она объявила автокефалію Православной Церкви въ Польшѣ, сдѣлала ее государственной, сохранивъ лишь кажущуюся связь съ Константинопольскимъ Патріархомъ только по вопросамъ догматическимъ, и то черезъ польское правительство.

Хотя Пинская Конгрегація и одобрила всѣ правительственные проекты и создала совершенно чуждую Православію систему церковнаго управленія, тѣмъ не менѣе, постановленія Конгрегаціи встрѣтили возраженія въ сеймѣ. Только почти черезъ годъ, 21 мая 1792 года, сеймъ закончилъ разсмотрѣніе этихъ вопросовъ и было издано два закона: «Организація постоянной церковной іерархіи греко-восточнаго неунитскаго обряда въ госудорствахъ Рѣчи Посполитой польской» и «Удовлетвореніе требованій польскихъ гражданъ греко-неунитовъ и дессидентовъ» [90]. Слово «православіе», какъ соединяющееся съ понятіемъ русскій, было окончательно устранено.

Вообще же правительству Польской республики, а равно сейму за всю свою исторію, не было времени заниматься дѣлами Православной Церкви.

/с. 448/ Въ собраніи польскихъ конституцій мы читаемъ:

«Понеже люди Греческой религіи основательнѣйшаго примиренія вѣры своей, и изъясненія статьи на прошедшемъ сеймѣ о томъ учиненной требовали: то по елику нынѣ за множествомъ дѣлъ сего учинить не можемъ, отлагаемъ оное до другого сейма, вскорѣ будущаго» (1609 годъ). «Понеже для множества важныхъ дѣлъ Рѣчи Посполитой не пришло бы успокоенія совершеннаго вѣры Греческой на нынѣшнемъ сеймѣ; того ради сіе отлагаемъ до будущаго вскорѣ сейма, а до того времени люди вѣры Греческой духовные и мірскіе да пребудутъ въ покоѣ при свободномъ и обыкновенномъ своемъ богослуженіи, которому они не имѣютъ быть принуждаемы ни приказными позывами волочимы» (1618 годъ), «Примиреніе людей въ Греческой вѣрѣ раздѣленныхъ, для множества дѣлъ Рѣчи Посполитой, на пребудущій сеймъ отлагаемъ: а нынѣ обѣщаемъ тишину съ обѣихъ сторонъ и мірскимъ людямъ, какова ни есть они чина и состоянія» (1623 годъ). «Понеже на нынѣшнемъ сеймѣ, для скудости времени, вѣра Греческая не могла получить примиренія, того ради сіе но другой сеймъ отлагаемъ» (1627 годъ). «Касательно же людей греческаго вѣроисповѣданія успокоить непремѣнно одолжаемся» (1632 годъ) [91].

Автокефалія была провозглашена весьма торжественно 17-го сентября 1925 года, а 23-го сентября 1933 года, черезъ 8 лѣтъ, польскій министръ исповѣданій и народнаго просвѣщенія, онъ-же премьеръ-министръ, г. Ендржіевичъ, обыкновеннымъ письмомъ потребовалъ отъ Митрополита Діонисія освобожденія занимаемой имъ Волынской каѳедры, созыва Св. Сѵнода и назначенія Сѵнодомъ на эту каѳедру другого лица по соглашенію съ министромъ. Вопреки всякимъ каноническимъ правиламъ, архіерей удаляется съ занимаемой каѳедры по чисто политическимъ соображеніямъ, въ угоду шовинистическимъ «украинскимъ» кругамъ.

Министръ не остановился даже передъ тѣмъ, чтобы въ качествѣ аргумента сослаться на безобразную демонстрацію противъ Первоіерарха, каковая имѣла мѣсто въ Почаевской лаврѣ въ день Преподобнаго Іова 28 августа / 10 сентября 1933 года. Демонстрація эта была устроена членами сейма, принадлежащими къ правительственной партіи, не только при попустительствѣ, но и при явномъ одобреніи волынскаго воеводы Юзефскаго, члена смѣшанной комиссіи, въ которой участвовалъ и Митрополитъ. Въ этой демонстраціи, организованной при участіи молодыхъ мѣстныхъ хулигановъ, типа комсомольцевъ, министръ усмотрѣлъ голосъ церковнаго народа Волыни, того народа, среди котораго Митрополитъ Діонисій въ теченіе двадцати лѣтъ совершалъ пастырское служеніе, и /с. 449/ который, явившись двадцатитысячной массѣ въ Почаевѣ, былъ глубоко возмущенъ наглой демонстраціей.

Оффиціальная и католическая пресса и полуправительственные органы стали на ту точку зрѣнія, что вмѣшательство во внутреннія дѣла Православной Церкви, являлось привилегіей польскихъ королей и что эти прерогативы въ настояшее время принадлежатъ польскому правительству. Не говоря уже о томъ, что прерогативы монарха не могутъ принадлежать правительству, внутренняя свобода Церкви ограждена конституціей.

Эти факты, а равно опечатаніе прокуроромъ бракоразводныхъ дѣлъ Вар.-Холмской консисторіи, высылка въ ноябрѣ 1933 г. юрисконсульта Св. Сѵнода К. Н. Николаева, съ необычайной силою знаменуютъ собою то тяжелое положеніе, въ которомъ оказалась Помѣстная Польская Церковь, получивъ автокефалію изъ рукъ Константинопольскаго Патріарха, и эта автокефалія, изъ органа церковной самостоятельности, стала средствомъ укрѣпленія власти правительства надъ Церковью.

Въ этомъ смыслѣ не безъ грѣха и отдѣльныя Помѣстныя Церкви, приносящія церковные интересы въ жертву текущимъ политическимъ задачамъ.

Румынская Церковь, при содействіи правительства, или правительство при содействіи Церкви, всѣми мѣрами румынизируютъ православное населеніе въ Бессарабіи. Введенъ новый стиль, уничтожаются богослужебныя книги на славянскомъ языкѣ, преслѣдуется русское духовенство. И вотъ въ это самое время, 25-го сентября 1937 года, Митрополитъ Діонисій съ необычайной помпой отправляется въ Румынію съ визитомъ къ Патріарху Мирону. Свиданію этому придается государственный характеръ. Митрополита вездѣ сопровождаетъ членъ польскаго посольства, произносятся сколь краснорѣчивыя, столь и безсодержательныя рѣчи, и, такимъ образомъ, укрѣпляется политическій союзъ Румыніи и Польши. Таково оффиціальное объясненіе поѣздки Митрополита Діонисія въ Румынію. Митрополитъ Діонисій прекрасно знаетъ о насиліяхъ, творимыхъ надъ православными людьми въ Бессарабіи, Патріархъ Миронъ прекрасно освѣдомленъ о томъ тяжеломъ положеніи, въ которомъ, подъ пятой польскаго правительства, оказалась Православная Церковь въ Польшѣ и, несмотря на это, оба іерарха, нисколько не смущаясь, разсказываютъ другъ другу и возвѣщаютъ направо и налѣво про прекрасное положеніе, въ которомъ находятся возглавляемыя ими Церкви. Это лицемѣріе свидѣтельствуетъ о полной зависимости іерарховъ отъ видовъ правительства.

Такимъ образомъ, церковная автокефалія изъ средства церковнаго укрѣпленія становится средствомъ притѣсненія Церкви и народа.



/с. 450/ Вообще положеніе помѣстныхъ Церквей тѣмъ затруднительно, что каждая изъ нахъ слабѣе своего національнаго правительства. Того положенія, которое занимала Русская Церковь въ отношеніе государства и правительства, ни одна иная Церковь въ настоящее время не занимаетъ. Даже въ славянскихъ странахъ Православныя Церкви не носятъ титула «господствующей» и должны почитаться равноправными съ Церковью Католической, которая не постѣснялась получить въ Польшѣ титулъ исповѣданія «занимающаго главное мѣсто». Насколько трудно положеніе, видно изъ осложненій въ Сербской Православной Церкви, въ связи съ проектомъ конкордата въ Югославіи.

Югославянское правительство парафировало конкордатъ съ Римомъ положившись на тѣхъ лицъ, которые его составляли. Лица эти оказались не на высотѣ и не предусмотрѣли тѣхъ осложненій, которыя встрѣтились при попыткѣ утвержденія конкордата въ законодательныхъ палатахъ. Проектъ конкордата даетъ Католической церкви въ Югославіи такія преимущества, которыхъ эта церковь не имѣетъ даже въ католическихъ странахъ. Римъ совершенно не учелъ исторической связи Православной Церкви съ Сербской націей и былъ плохо освѣдомленъ о характерѣ религіозности Сербскаго народа. Трагическія событія, которыя разыгрались въ связи съ опубликованіемъ конкордата, показали необычайную силу національнаго сознанія Сербскаго народа. Они показали, насколько Сербскій народъ понимаетъ національное значеніе Православія. Но событія эти прошли въ обстановкѣ почти полнаго безразличія со стороны помѣстныхъ церквей. Не было сдѣлано ничего такого, что свидѣтельствовало бы о пониманіи Православными Церквами значенія событій, происходящихъ въ Югославіи, для всей Православной Церкви.

Разобщенность Православныхъ Церквей при отсутствіи авторитета Русской Церкви, разграбленной большевиками, и паденіе авторитета Восточныхъ Патріарховъ, главная причина этого печальнаго факта.

Помѣстныя Церкви, вмѣстѣ взятыя, гораздо сильнѣе отдѣльнаго національнаго правительства. Между тѣмъ, наблюдается стремленіе понимать автокефалію, какъ полную внутреннюю независимость, освобождающую Церковь и правительство отъ всякаго Вселенскаго контроля и вселенскаго участія въ жизни Помѣстныхъ церквей.

Формула, опредѣляющая положеніе автокефальной Румынской Церкви, какъ Церкви независимой отъ какой-либо заграничной іерархіи, сохраняющей, однако въ отношеніи догматовъ единство со Вселенской Восточной Церковью, совершенно непріемлема. Единая Вселенская Церковь исключаетъ независимость отдѣльной Церкви и отдѣльныя Церкви связаны между собою не только догматами, но и канонами.

/с. 451/ Этого утвержденія нѣтъ ни въ уставѣ Сербской, ни въ уставѣ Болгарской Православныхъ Церквей, и въ этомъ смыслѣ онѣ являются выразителями дѣйствительнаго соборнаго начала Вселенской Восточной Церкви.

Автокефалія — это не больше, какъ самовозглавленіе и самопоставленіе іерархіи всѣхъ степеней. Такіе столпы Церкви какъ Аѳанасій Великій, Василій Каппадокійскій, Іоаннъ Златоустъ, какъ и всѣ Отцы церкви, были свѣточами всей Церкви, всюду проникала ихъ мудрость, и они не останавливались, утверждая истину, на границѣ только своей Церкви. Они возстанавливали порядокъ вездѣ, гдѣ бы таковой ни нарушался, и были стражами благочестія и правовѣрія во всей вселенной.

Незаконныя распоряженія и преслѣдованія императоровъ-еретиковъ Византіи, еретическія мысли и неправильныя каноническія распоряженія іерархіи отдѣльной помѣстной церкви всегда влекли за собою волненія по всей Вселенской Церкви.

Возстановленіе разорваннаго единства — единственный путь укрѣпленія Вселенской Восточной Православной Церкви, какъ Церкви соборной, а вмѣстѣ съ тѣмъ и возстановленіе правильной жизни въ отдѣльныхъ церквахъ. Все совершающееся въ каждой помѣстной церкви должно быть для всѣхъ открыто и находиться подъ контролемъ вселенского сознанія.

Необходимо положить предѣлъ распространенію опасныхъ и ложныхъ идей, которыя нашли яркое выраженіе въ послѣднее время въ книгѣ профессора Богословскаго православнаго факультета въ Варшавѣ А. Лотоцкаго. Книга издана въ 1932 году на польскомъ языкѣ подъ заглавіемъ «Автокефалія. Основы Автокефаліи».

Въ этой книгѣ, подрывающей основанія Вселенской Церкви, А. Лотоцкій утверждаетъ, что соборное начало Православной Церкви заключается въ абсолютной свободѣ церковнаго законодательства отдѣльной помѣстной церкви.

«Обязательная сила церковныхъ каноновъ, говоритъ авторъ, не является чѣмъ-то абсолютнымъ; какъ всякая норма внѣшняго права, канонъ обязателенъ до тѣхъ поръ, пока не будетъ отмѣненъ» (стр. 116).

«Вселенскіе соборы понимаютъ обязательную силу своихъ каноновъ въ томъ смыслѣ, что никто изъ отдѣльныхъ членовъ церкви измѣнить ихъ не можетъ, — измѣненіе или отмѣна каноновъ относится исключительно къ компетенціи церковной власти» (стр. 114).

«Постановленія же каноническія, будучи выявленіемъ административно-законодательной власти соборовъ, не имѣли категорическаго характера: ихъ обязательная сила не устанавливалась на вѣчныя времена, но, подобно законамъ свѣтскимъ, до времени, пока ихъ не замѣнятъ другіе каноны. Неизмѣнность и неприкосновенность, касающаяся догматовъ, здѣсь не имѣетъ примѣненія» (113).

/с. 452/ «Канонъ былъ подавляемъ фактомъ, который становился обычаемъ, а засимъ и правомъ» (117).

Разрушивъ, такимъ образомъ, самое понятіе церковнаго канона, авторъ раскрываетъ цѣль своей работы.

«Кто же является субъектомъ этой правотворческой дѣятельности» — спрашиваетъ авторъ и отвѣчаетъ:

«Православныя автокефальныя церкви считались за субъектъ этого новаго каноническаго правотворчества и были имъ въ дѣйствительности».

Открывается самое широкое поле для каноническихъ импровизацій и для угнетенія православныхъ Церквей властью.

За исключеніемъ «Символа вѣры» почти всѣ постановленія Вселенскихъ и Помѣстныхъ Соборовъ, — постановленія каноническія, и совершенно невозможно себѣ представить, чтобы Помѣстный Соборъ отдѣльной Церкви, да еще, какъ въ Польшѣ, въ инославномъ государствѣ и при участіи членовъ Собора католиковъ, могъ бы передѣлывать каноническое содержаніе Вселенской Церкви. Между тѣмъ, къ этому идетъ дѣло, и на услугахъ этой еретической мысли оказалась «наука», въ лицѣ А. Лотоцкаго, какъ это ни странно, окончившаго православную духовную академію въ Кіевѣ.

Если каноны можно произвольно измѣнять, то необходимо найти только для этого подходящихъ іерарховъ, а тѣхъ іерарховъ, кто не согласенъ, подчинить силою.

Совершенно основательно указаніе проф. М. Зызыкина, «что есть въ Помѣстной Церкви основные вопросы церковнаго строя и управленія, которые должны были бы устанавливаться въ общемъ вселенскомъ законодательствѣ, хотя они касались въ данное время отдѣльной Помѣстной Церкви». Эти основные вопросы потому касаются всей Церкви, что по словамъ св. Кипріана:

«Христосъ основалъ одну Церковь, хотя и раздѣленную въ своихъ частяхъ по всему пространству міру; отсюда и одно Епископство... Каѳолическая Церковь едина, неразрывна и нераздѣльна, а потому и должна быть соединена въ одно цѣлое взаимнымъ союзомъ іерарховъ».

Св. отцы представляли церковное управленіе не разобщеннымъ, но объединеннымъ. Мы, говоритъ авторъ, знаемъ что Вселенскіе Соборы опредѣляли образъ управленія Церкви вообще и управленіе Церквей Помѣстныхъ и для этого распространяли или ограничивали ихъ права (I, 6-7; II, 2-7; III, 8; IV, 28; VI, 36-39), опредѣляли права и порядокъ церковной іерархіи (II, 4-6; IV, 28), производили верховный судъ надъ представителями, Церквей, даже надъ цѣлыми Помѣстными Церквами (напримѣръ, надъ обычаями Армянской, Африканской, Римской), предписывали положительныя правила благочестія.

/с. 453/ И вообще «автокефалія не означаетъ разъединенія и не разрываетъ общенія» [92].

Поистинѣ, до какого упадка должно дойти церковное сознаніе и церковная дѣйствительность, чтобы нужно было поучать подобнымъ истинамъ.

Абсолютизмъ современнаго государства, который неожиданно выросъ изъ формъ представительнаго правленія, въ области законодательства не имѣетъ никакихъ границъ. Государственное законодательство, подъ видомъ усовершенствованія церковныхъ отношеній, можетъ свободно разрушить церковную организацію.

То положеніе, въ которомъ сейчасъ находится православная іерархія въ Польшѣ, является послѣдней степенью униженія церковной власти, которая къ тому же вынуждена противоцерковныя требованія администраціи облекать въ форму сѵнодальныхъ и иныхъ актовъ. Эти акты, какъ акты вынужденные, не имѣютъ никакого каноническаго значенія и грозятъ чрезвычайными опасностями для всей будущей церковной жизни въ Польшѣ, такъ какъ, въ тотъ моментъ, когда церковное сознаніе убѣдится въ томъ, что іерархія не свободна, Церковь перестанетъ быть Церковью. Всякій актъ, происходящій въ условіяхъ, допускающихъ сомнѣніе въ свободномъ волеизъявленіи канонической власти, ничтоженъ.

Это угрожающее явленіе для авторитета Православной Церкви имѣетъ мѣсто, къ сожалѣнію, не только въ Польшѣ.

Румынское правительство требованіемъ введенія новаго стиля внесло необычайное осложненіе въ церковную жизнь, нарушая церковную традицію и подчиняя церковный народъ антиканоническимъ требованіямъ власти. Румынское правительство въ полной мѣрѣ было поддержано іерархіей. Вопреки договорамъ о правахъ національныхъ меньшинствъ, отъ 3-го декабря 1919 г. и 28 октября 1920 г. (въ связи съ присоединеніемъ Бессарабіи къ Румыніи) подписаннымъ Румыніей въ Парижѣ и вопреки конституціи Румынскаго королевства, церковныя и гражданскія власти Румыніи препятствуютъ православному населенію въ Бессарабіи сохранять въ церкви старый стиль, русскіе церковные обычаи и церковно-славянскій языкъ богослуженія, преслѣдуютъ православныхъ священниковъ, обслуживающихъ это населеніе, заключая ихъ въ тюрьму и закрывая старостильные храмы. Дѣло дошло до того, что возникъ вопросъ объ обращеніи съ жалобой въ Лигу Націй [93].

/с. 454/ Такія же насилія въ отношеніи православнаго народа совершаетъ финляндское правительство внутри автономной финляндской Церкви, вводя новый стиль, уничтожая на иконахъ надписи на церковно-славянскомъ языкѣ, измѣняя покрой церковныхъ облаченій, устанавливая обязательный цвѣтъ таковыхъ облаченій, соотвѣтствующій цвѣту національнаго флага, разрушая формы монастырской жизни на Валаамѣ и проч.

Подобное отношеніе власти къ Церкви является источникомъ соблазна для церковной іерархіи считать себя совершенно безконтрольной и безотвѣтственной.

Наиболѣе яркимъ примѣромъ этого являются дѣйствія покойнаго митрополита Георгія въ Польшѣ, осуществлявшіяся противъ воли всей іерархіи и вопреки мнѣнію церковнаго народа. Удовлетвореніе желаній правительства было оплачено цѣною полнаго абсолютизма митрополита въ области церковныхъ отношеній.

Эстонскій митрополитъ Александръ, первоначально получившій свой титулъ митрополита изъ рукъ одного изъ іереевъ, во время хиротоніи во епископа, то-есть совершенно неканоническимъ путемъ, и получившій утвержденіе этого титула изъ рукъ Константинопольского Патріарха, совершенно незаконно принявшаго въ свою юрисдикцію эстонскую митрополію, дѣйствуетъ съ полнымъ самовластіемъ и безцеремонностью. Удаленіе настоятеля Псковско-Печерскаго монастыря епископа Іоанна, принужденіе братій монастыря отказаться отъ правъ на имущество, введеніе новаго стиля и прочее, все это является свидѣтельствомъ нравственнаго упадка іерарха.

И все это происходитъ на фонѣ невѣроятнаго издѣвательства совѣтскаго правительства надъ Русской Церковью, русской іерархіей и русскими Святынями, при полномъ попустительствѣ всѣхъ европейскихъ правительствъ и Америки, ставшими друзьями антихристіанской большевицкой власти.

Можно съ полной печальной откровенностью сказать, что дѣятельность Константинопольскаго Патріарха, попытка его стать на мѣсто вселенскаго судіи и устроителя Церкви принесла одинъ только вредъ. Греческій Востокъ теперь также, какъ и въ старину, оказался способенъ не къ созидательной дѣятельности, а къ интригамъ. Созидательнымъ центромъ былъ славянскій міръ, во главѣ съ Россіей. Вмѣшательство Константинопольскаго Патріарха въ дѣла Русской Церкви повлекло за собой лишь возбужденіе во всемъ православномъ мірѣ.

Въ 1923 году Константинопольскій Патріархъ безъ соглашенія съ Помѣстными Церквами ввелъ новый стиль и даже пытался измѣнить Пасхалію. Въ результатѣ получился церковный расколъ. Не говоря уже объ общемъ замѣшательствѣ, приведеніе въ исполненіе распоряженія Вселенскаго Патріарха /с. 455/ въ Польшѣ скомпрометировало іерархію въ глазахъ правительства и народа. Черезъ нѣсколько мѣсяцевъ, въ силу общаго протеста церковнаго народа въ Польшѣ, вернулись къ старому стилю.

Новый стиль въ Эладской Церкви вызвалъ расколъ въ церковной іерархіи. Противъ старостильниковъ были примѣнены мѣры церковнаго воздѣйствія, и, несмотря на это, греческое правительство вынуждено было признать, что введеніе новаго стиля не осуществимо. Министръ Народнаго Просвѣщенія и культа въ Греціи воспретилъ пользованіе старымъ календаремъ въ Церкви, а Министерство Внутреннихъ Дѣлъ вынуждено было предоставить полную свободу старостильникамъ.

Въ Эстоніи православные приходы въ русскихъ мѣстностяхъ вообше не желаютъ принимать митрополита, какъ сторонника новаго стиля.

Замѣшательства происходятъ и въ Латвіи, и продолжается напряженная борьба въ Румыніи. Сторонникомъ стараго стиля въ Румыніи является крестьянское населеніе, поддерживаемое монахами. Правительство потребовало закрыть нѣкоторые монастыри и вообще Румынская Церковь тратитъ значительныя усилія на отстаиваніе новаго календаря, реформы которая ничего, кромѣ безпорядка, не дали.

Введеніе нового календаря въ свое время тягостно отразилось на жизни Валаамскаго монастыря. 9/22 октября 1926 года изъ монастыря насильно, при помощн полиціи, было удалено 30 монаховъ, проживавшихъ въ монастырѣ отъ 20 до 30 лѣтъ. Это было начало той подготовки къ ликвидаціи монастыря, которая протекаетъ на нашихъ глазахъ. Монашество на Валаамѣ вымираетъ. Вновь постригаться могутъ только финляндскіе подданные, и правительство надѣется, что въ недалекомъ будущемъ богатѣйшее имущество монастыря отойдетъ къ правительству, будетъ использовано для цѣлей туризма и дастъ значительный доходъ. Якобы самостоятельное финляндское церковное управленіе пользуется въ значительной мѣрѣ доходами съ Валаама и весьма удобно расположилось въ монастырскомъ домѣ въ Сердоболѣ. Митрополитъ Германъ пытается создать кадры будущаго монашества изъ корелъ, но изъ этого мало что выходитъ. Валаамскіе монахи въ 1921 г. вынуждены были принять финляндское подданство и принести присягу на вѣрность Финляндіи, противорѣчащую монашескимъ обѣтамъ. Такъ, въ условіяхъ демократическихъ государствъ, разрушаются вѣковыя цѣнности Православной Церкви.

Можно прямо сказать, что Валаамъ и монастырь въ Печорахъ остались памятниками русскаго благочестія и перестали быть живой религіозной силой. Изъ центровъ религіознаго паломничества они стали мѣстами туризма.

/с. 456/ Еще хуже обстоитъ дѣло со Св. Аѳономъ. Греки, по соглашенію со Вселенскимъ Патріархомъ, прекратили доступъ славянскимъ инокамъ [94]. На Востокѣ же среди грековъ иночество замерло. Если такъ будетъ продолжаться, Аѳонъ станетъ греческимъ, но перестанетъ быть историческимъ Аѳономъ. Греки получатъ значительное имущество, но Православіе потеряетъ и уже сейчасъ теряетъ свой духовный центръ.

Все, къ чему прикасается рука Константинополя, замираетъ и становится безплодной смоковницей. Православіе безъ питательныхъ соковъ славянства засыхаетъ также какъ и славянство безъ живого дыханія Православія.

Въ Финляндіи, Эстоніи и Латвіи Православіе перестало быть по духу славянскимъ и потеряло свое созидательное значеніе. Изъ фактора культуры оно обратилось въ простое вѣроисповѣдное начало. Въ Польшѣ оно идетъ по этому же пути и къ такому же результату. Остается форма, и уходитъ содержаніе, а вмѣстѣ съ этимъ замираетъ, и сама форма, становясь мертвой оболочкой.

Такъ дальше продолжаться не можетъ.

Вселенская Православная Церковь едина. Помѣстная Церковь не является собственностью отдѣльнаго государства и іерархіи. Внутреннія дѣла помѣстной Церкви не есть внутреннія дѣла государства. Цѣли государства временныя, цѣли Церкви вѣчныя. Всякій вѣрующій православный человѣкъ, гдѣ бы онъ не находился, имѣетъ право вмѣшательства въ дѣла каждой помѣстной церкви, поскольку нарушеніе догматовъ и каноновъ колеблетъ церковную истину. Всякое насиліе противъ Церкви и ея іерархіи должно встрѣчать сопротивленіе всей Православной Церкви. Обязанностью всякой помѣстной Церкви и ея іерархіи является вмѣшательство въ жизнь всякой другой Церкви, поскольку нарушена ея свобода, или поскольку іерархія уклоняется отъ правильнаго церковнаго пути.

Всему происходящему, какъ и насиліямъ большевиковъ долженъ быть противопоставленъ общій голосъ Православныхъ Церквей, ибо ущербъ, наносимый отдѣльной Церкви, является ущербомъ, наносимымъ всей Христовой Церкви.

Церковь Христова есть общее достояніе всѣхъ вѣрующихъ, и каждая Церковь должна дать каждому вѣруюшему отчетъ въ своихъ дѣйствіяхъ, и каждый вѣрующій долженъ бороться противъ всякаго насилія, направленнаго на Церковь.

На этомъ печальномъ фонѣ большевицкихъ гоненій, насилія инославныхъ правительствъ надъ Православной Церковью, поощреній Римомъ насилій правительства и католи/с. 457/ческаго духовенства въ Польшѣ и разлагающей пропаганды т. н. Восточнаго обряда, на фонѣ шатаній и соглашательства православныхъ іерарховъ отдѣльныхъ помѣстныхъ церквей и «греческого папизма», проводникомъ котораго является престолъ Вселенскаго Патріарха, ясными каноническими чертами и твердостью своего православнаго быта выдѣляются славянскія Церкви Сербіи и Болгаріи.

Сербская Церковь незыблемо покоится на Святосавской народной основѣ, на крови и испытаніяхъ православныхъ сербовъ въ борьбѣ «за честный крестъ и золотую свободу». Неисчислимыя жертвы, принесенныя сербскимъ духовенствомъ отечеству, спаяли народъ и духовенство. Трагедія сербскаго духовенства была завершена Великой войной, когда было убито болѣе 200 священниковъ, убитъ и сожженъ епископъ.

Побѣдоносный сербскій народъ 26 іюня 1919 года на соборѣ епископовъ, при участіи Регента Королевства Александра, осуществилъ свою мечту. Сербская Церковь была объединена. Въ объединенную Церковь вошли 1) автокефальная церковь б. Королевства Сербіи, 2) автокефальная церковь б. Королевства Черногоріи, 3) б. Карловацкая Митрополія (Патріархія), 4) Сербская Православная Церковь въ Далмаціи изъ состава Буковинско-Далматинской Митрополіи, 5) автономная Церковь Босніи и Герцеговины, зависимая отъ Цареградской Патріархіи и 6) Православная Церковь въ Южной Сербіи, зависимая отъ той же Патріархіи. Объединенная Сербская Церковь была возведена на степень Патріархіи и тѣмъ возстановленъ актъ Душана Сильнаго отъ 1346 года.

Несмотря на различіе бытовыхъ и политическихъ условій въ прошломъ, объединеніе произошло безъ особыхъ трудностей, и въ настоящее время, спустя только 19 лѣтъ, его нужно считать завершеннымъ. Сербская Патріархія органически едина.

На протяженіи своей новой исторіи, она пережила краткій, но блестящій періодъ Патріаршества Патріарха Варнавы. Этотъ исключительно одаренный сынъ Сербскаго народа, воспитанникъ Россіи, горячій патріотъ и глубокій политикъ оживилъ церковную жизнь, снискавъ любовь народа еще со времени его епископства въ порабощенной части Сербіи и сталъ по истинѣ «народнымъ Патріархомъ». Онъ поставилъ на твердую почву матеріальное положеніе заслуженнаго передъ народомъ духовенства и положилъ начало твердой, канонически правовой организаціи всѣхъ сторонъ жизни Церкви. Результатомъ напряженной дѣятельности Патріарха Варнавы (1930-1937 г.) является изданіе 11 законовъ, обнимающихъ всѣ стороны матеріальнаго положенія духовенства и организаціи управленія, заключающихъ въ себѣ 665 статей.

Поднимая религіозность и нравственность въ народѣ, Патріархъ Варнава ставилъ на очередь возрожденіе монашества. Онъ далеко смотрѣлъ въ будущее, былъ непреклоннымъ /с. 458/ врагомъ большевизма, другомъ національной Россіи, покровителемъ Православной Русской Церкви заграницей и эмиграціи.

Съ большой искренностью и любовью онъ довершилъ дѣло сближенія братскихъ народовъ сербовъ и болгаръ, начатое Королемъ-Мученикомъ Александромъ I. Въ сентябрѣ 1936 г. съ блескомъ, широтой гостепріимства и открытымъ сердцемъ Патр. Варнава принималъ делегатовъ Болгарской Церкви, во главѣ съ софійскимъ Митрополитомъ Стефаномъ. Посѣянныя сѣмена дали обильные всходы, установилось тѣсное духовное общеніе Церквей братскихъ народовъ [95].

Смерть Патр. Варнавы въ трагическихъ условіяхъ борьбы противъ конкордата съ Римомъ, иначе говоря въ защиту свободы Сербского народа и Православной Церкви отъ католической пропаганды, не разбирающейся въ средствахъ и недопустимо третирующей Православіе, какъ объектъ миссіонерской дѣятельности, произвело на народъ, проявившій глубокую преданность Церкви, сильнѣйшее впечатлѣніе. Событія эти, какъ и все въ жизни, нашли свое завершеніе въ нѣкоторомъ компромиссѣ. Наблюдается усталость, какъ отраженіе всего пережитаго, но путь Сербской Церкви остался тѣмъ же — охрана и защита свободы и независимости Церкви, этой основы жизни народа.

Насколько возросъ авторитетъ Сербской Церкви въ столь короткій срокъ видно изъ посланія Константинопольскаго Патріарха Веніамина по случаю вступленія на каѳедру отъ 4 февраля 1936 г., гдѣ выражены чувства любви и признанія. На это послѣдовалъ прекрасный отвѣтъ Патріарха Варнавы, въ которомъ онъ признаетъ Вселенскій Престолъ «наивысшимъ Престоломъ первого іерарха Православной Церкви» и считаетъ, главной цѣлью — установленіе взаимнаго сближенія и сотрудничества Православныхъ автокефальныхъ Церквей.

Это значитъ, что только на этихъ путяхъ, а не на путяхъ «греческаго папизма», возможны прочныя отношенія съ Константинопольскимъ патріархатомъ.

Сохраняя въ полнотѣ церковно-славянскій языкъ въ богослуженіи, придерживаясь въ церковной жизни такъ наз. стараго стиля, охраняя чистоту Православія и укрѣпляя его историческую связь съ народомъ, Сербская и Болгарская Церкви, вмѣстѣ съ Русской Зарубежной Церковью, являются образцами каноническаго порядка и благочинія и опорой Православія въ шатающемся мірѣ.

Международная обстановка, въ которой оказалась Православная Церковь послѣ войны, тягостна.

Вопросъ объ устройствѣ національнаго еврейскаго государства и осуществленіе чаянія сіонизма не можетъ повер/с. 459/нуть колеса исторіи. Со времени страшнаго часа Голгоѳы еврейство потеряло всякія права на Палестину. Оно не услышало голоса Сына Божія, и связь еврейства съ Палестиной порвалась разъ на всегда. Какіе бы города тамъ ни возводили и какія бы культурныя усовершенствованія ни дѣлали, Палестина останется Святыми Мѣстами, отъ которыхъ христіанство не можетъ отказаться.

Положеніе Святыхъ Мѣстъ радикально измѣнилось со времени Балфуровской деклараціи 2 ноября 1917 года о еврейскомъ національномъ очагѣ. Декларація эта была однимъ изъ многочисленныхъ средствъ военной пропаганды и разложенія борющейся стороны.

Вопросъ о правѣ евреевъ на Палестину разрѣшался турецкимъ правительствомъ, владѣвшимъ Палестиною, въ томъ смыслѣ, что евреямъ былъ закрытъ доступъ въ Палестину. Въ концѣ восьмидесятыхъ годовъ прошлаго столѣтія были попытки облегчить это запрещеніе, и въ этомъ направленіи особое значеніе имѣла дѣятельность американскаго посла въ Турціи, еврея Страуса, посѣтившаго Іерусалимъ.

Однако, несмотря на всю работу сіонистовъ и даже на сочувствіе Императора Вильгельма II идеѣ возвращенія евреевъ въ Палестину, вопросъ этотъ до самой Міровой войны не могъ быть практически разрѣшенъ. Вильгельмъ II объявлялъ себя также защитникомъ магометанъ и не сталъ бы ссориться съ Турціей изъ-за еврейскаго національнаго очага въ Палестинѣ.

Послѣ войны мандатъ на Палестину получила Англія.

Движеніе арабовъ въ Палестинѣ противъ евреевъ принимаетъ новыя формы. Въ недавнее время арабская газета, въ Яффѣ, возбудила вопросъ о созывѣ арабо-христіанскаго конгресса въ Іерусалимѣ для охраны Святой Земли передъ угрозами сіонизма и приглашаетъ францисканцевъ, представляющихъ интересы католиковъ въ Палестинѣ, принять участіе въ этомъ конгрессѣ. Въ цѣляхъ этой пропаганды предполагается изданіе въ Іерусалимѣ спеціальной газеты на англійскомъ языкѣ, редакторомъ которой имѣетъ быть арабъ-христіанинъ (Варшавская газета А. В. С. отъ 6-II 1934 г.).

Борьба между арабами и евреями розрушила всякій порядокъ въ Палестинѣ, а причиной этому, по мнѣнію англійской газеты, является то, что англичане въ свое время дали противорѣчивыя обѣщанія евреямъ и арабамъ. Въ результатѣ выработанъ проектъ раздѣла Палестины, и выдѣленіе Святыхъ Мѣстъ въ непосредственное управленіе англичанъ. Въ связи съ этимъ, возникаетъ вопросъ о выработкѣ порядка управленія Святыми Мѣстами. Трудно разсчитывать, чтобы разъединенныя Православныя Церкви смогли защитить свои интересы. Стоитъ вмѣстѣ съ тѣмъ вспомнить, что Императоръ Николай II въ сентябрѣ 1916 года говорилъ французскому послу Палеологу, что Россія никогда не согласится /с. 460/ отдать Іерусалимъ, Галилею, Іорданъ и Тиверіадское озеро подъ протекторатъ католической державы. (Очевидно также и протестантской) [96].

И странно, та же самая Англія, которая съ такими заботами охраняетъ священныя мѣста мусульманъ, совершенно иначе относится съ Святымъ Мѣстамъ христіанъ. Тамъ, гдѣ должно было бы быть все сохранено, ибо это живая страница Евангелія, тамъ искусственно оживляется національная жизнь еврейскаго народа, и этотъ народъ сталкивается съ мирными кочевниками арабами, являющимися, какъ бы защитниками свободы Святой Земли. Самое удивительное во всей этой исторіи то, что среди еврейства никакого національнаго подъема нѣтъ. Сіонизмъ вообще ничего разрѣшить не можетъ. Громадные капиталы на пропаганду и на хозяйственное устройство Палестины тратятся во имя дѣла, которое не только не разрѣшаетъ, но осложняетъ еврейскій вопросъ. Еврейское разсѣяніе создано не людьми, и не людямъ ликвидировать и исправлять исторію и пророковъ.

Между тѣмъ, въ святую тишину Палестины врывается джазъ-бандъ, на Тиверіадскомъ озерѣ устраиваютъ модный курортъ, а въ Геѳсиманскомъ саду прогулки для распущенной толпы, тамъ какой-то студентъ-египтянинъ убиваетъ танцовщицу изъ Іерусалима.

Создается такое впечатлѣніе, что Святыя Мѣста, безъ которыхъ не было бы ни современной культуры, ни современнаго человѣка, потеряли значеніе для христіанства, и остались лишь памятникомъ археологіи.

По соображеніямъ частью политическимъ, а частью подъ давленіемъ фашистскаго правительства, безмолствуетъ и хранитъ молчаніе въ этомъ вопросѣ Ватиканъ. Молчатъ и остальныя правительства и создается впечатлѣніе, при которомъ вспоминаются слова извѣстнаго церковнаго историка Рудольфа Зома, что европеецъ — не христіанинъ.

Но все же, несмотря на это угасаніе духа христіанства, на всяческое и во всѣхъ направленіяхъ безразличіе современной государственной власти къ вопросамъ христіанской морали и этики, Церковь естественно сохраняетъ свое вліяніе на народную жизнь. Это, въ особенности, относится, съ одной стороны, къ церкви Римско-Католической, а съ другой — къ славянскимъ Православнымъ Церквамъ.

Любопытно отмѣтить, что гоненія, которыя выдерживала и выдерживаетъ Русская Церковь, совпали съ кризисомъ самаго папства. Кризисъ наблюдается и внутри и внѣ Католической церкви... Внутри догматъ папской непогрѣшимости оказался не тѣмъ началомъ духовнаго возрожденія и творчества, о которомъ мечтали на Ватиканскомъ Соборѣ, а послужилъ препятствіемъ къ соборному выявленію церковнаго духа, и Церковь Католическая какъ бы потеряла свой паѳосъ.

/с. 461/ Съ внѣшней стороны католичество потерпѣло пораженіе въ столкновеніи съ властью Муссолини, который заставилъ Ватиканъ заключить такъ называемые Латеранскіе договоры 11 февраля 1929 года, создавшіе суверенность города Ватикана, но подорвавшіе понятіе папства, какъ Вселенскаго Епископства. Папа былъ низведенъ съ небесъ на землю, и на этой землѣ занялъ весьма странное положеніе сувереннаго государя, однако, не имѣющаго права вступать въ какія-либо организаціи международнаго характера. Онъ можетъ быть только международнымъ посредникомъ, если къ нему обратятся тѣ или иные государства по тому или иному поводу, но онъ не можетъ быть не только иниціаторомъ, но даже участникомъ международныхъ организацій. Папскій престолъ не участвуетъ въ Лигѣ Націй, хотя тамъ присутствуютъ весьма экзотическія государства, и стоитъ въ сторонѣ отъ всего дѣла разоруженія. Онъ не участвуетъ въ разсмотрѣніи вопросовъ труда въ международномъ масштабѣ и ограничился лишь повтореніемъ знаменитой энциклики Льва XIII о соціальныхъ отношеніяхъ. Это огромное ослабленіе международной роли папства, достигнутое Муссолини, толкаетъ папство на старый и столь трагическій путь обращенія православнаго населенія Польши въ католичество, въ цѣляхъ выработки миссіонерскихъ кадровъ и методовъ работы въ отношеніи Россіи. Папа непосредственно вѣдаетъ этимъ дѣломъ и пытался создать какія-то невѣроятныя комбинаціи соглашенія Ватикана съ Москвой въ цѣляхъ установленія привилегированнаго положенія католичества въ Россіи. Практически это не только компрометируетъ Католическую Церковь, но подрываетъ самый фундаментъ власти папы, какъ Намѣстника Христа, по католической догмѣ. Намѣстникъ Христа, ведущій переговоры съ правительствомъ страны, гдѣ подавляющая масса населенія, или лучше сказать все населеніе, православное, съ цѣлью установленія привиллегій католичества при полномъ игнорированіи православнаго народа, вещь нестерпимая для христіанскаго сознанія.

Все это не къ чему не привело и Ватиканъ это призналъ.

2-го февраля 1930 года Папа Пій XI обратился съ особымъ посланіемъ къ Генеральному Викарію Рима кардиналу Пампили, въ которомъ, останавливая вниманіе на борьбѣ большевиковъ съ религіей, говоритъ:

«Но ростъ такого звѣрства и безбожія, поощряемый оффиціальной властью, требуетъ всеобщаго и торжественного возмѣщенія нанесеннаго вреда.

Ввиду этого мы, стремясь сами возмѣстить возможно лучшимъ образомъ всѣ эти надругательства и кощунства, а также для того, чтобы привлечь къ этому всѣхъ вѣрующихъ всего міра, постановили пригласить Ваше Высокопреосвященство въ день Св. Іосифа, 19 марта, въ Соборъ Св. Петра и просить Васъ совершить на гробѣ Первоапостола Св. Литур/с. 462/гію для умилостивленія и искупленія столь ужаснаго пренебреженія Сердцемъ Іисусовымъ, о также за избавленіе душъ, отданныхъ нынѣ на столь тяжелыя испытанія, и за возвышеніе любимаго нами русского народа, чтобы прекратилась наконецъ эта великая мука, и чтобы, какъ отдѣльные люди, такъ и народы, возвратились скорѣе къ единому стаду Спасителя и Искупителя Господа Нашего Іисуса Христа» [97].

Это заявленіе, однако, оказалось не ко времени, ибо Муссолини совершенно иначе разсматривалъ «звѣрства и безбожіе» Совѣтской власти и въ концѣ 1933 года случилось такъ, что итальянскій король, являющійся въ качествѣ члена Савойскаго дома прямымъ потомкомъ Крестоносцевъ, принялъ Литвинова, наиболѣе яркаго представителя коммунизма, отрицающаго Крестъ и творящаго «всѣ эти надругательства и кощунства».

Мало того, Муссолини пытался быть примирителемъ между большевиками и папою и далъ понять, что съ нимъ, главою фашистовъ, большевики будутъ больше считаться, чѣмъ съ Папою, главою болѣе чѣмъ трехсотмилліонной массы католиковъ.

Все это въ корнѣ подрываетъ авторитетъ папы.

Въ концѣ концовъ Муссолини отвернулся отъ совѣтовъ, особенно послѣ того, какъ Литвиновъ путемъ санкцій спасалъ эѳіопскаго «царя царей». Было ясно, что рѣчь идетъ не о спасеніи Эѳіопіи, а о причиненіи непріятностей и даже подготовкѣ катастрофы фашистскаго строя.

Муссолини призналъ большевиковъ врагами цивилизаціи и объявилъ борьбу коммунизму; на территоріи Испаніи онъ лицомъ къ лицу вступилъ въ вооруженную борьбу съ Совѣтами.

Папа усилилъ свои громы, призываемые на голову большевизма и коммунизма. Однако, все это было поздно и оставалось простымъ словеснымъ шумомъ, безопаснымъ для коммунизма. Энциклика противъ большевизма и коммунизма отъ 19 марта 1937 года прошла незамѣченной.

Во всей борьбѣ съ безбожіемъ и коммунизмомъ роль Рима оказалась зависимой и второстепенной.

Погромъ католической церкви въ Испаніи удостовѣрилъ, съ одной стороны, что организація Католической церкви вовсе не такъ сильна, какъ это кажется, а, съ другой стороны, что испанскій народъ выявилъ меньше уваженія къ своей церкви, чѣмъ народъ русскій къ своей. Несмотря на всѣ усилія совѣтскаго правительства, ему пришлось отступить предъ внутренними народными настроеніями, въ то время, какъ въ красной Испаніи, какъ свидѣтельствуютъ испанскіе епископы, уничтожены безъ остатка всѣ храмы и уничтожено безъ остатка все духовенство.

Папскій престолъ оказывается въ столь сложномъ положеніи, что римская политика теряетъ всѣ очертанія опре/с. 463/дѣленности. Ватиканъ даетъ указаніе католикамъ швейцаріи голосовать противъ закрытія масонскихъ ложъ. Въ «Послѣднихъ Новостяхъ» 9 апрѣля 1937 года былъ помѣщенъ отрывокъ открытаго письма виднаго масона Альберта Лантуана къ Папѣ Римскому, въ которомъ значится:

«Вы — Вѣра, а мы — Разумъ. Служимъ мы одному и тому же дѣлу — духу. Сейчасъ духъ подвергается опасности съ двухъ сторонъ: большевизмъ и хитлеризмъ угрожаютъ погрузить міръ въ бездну варварскаго матеріализма. Неужели мы не можемъ столковаться на почвѣ гуманизма».

Повидимому столковались и свидѣтельствомъ этому энциклика противъ націоналъ-соціализма отъ 18 марта 1937 г.

Извѣстный «рексистъ» Леонъ Дегрелль былъ разбитъ на выборахъ въ Брюсселѣ въ апрѣлѣ 1938 г., благодаря тому, что католики соединились съ коммунистами.

Не стоитъ говорить о поѣздкѣ Статсъ Секретаря кардинала Пачели въ Парижъ, о разговорахъ его съ правительствомъ, о торжественной встрѣчѣ, ему устроенной, объ освященіи базилики въ честь Терезы изъ Лизье, если вспомнимъ, что правительство Франціи всѣми средствами поддерживало въ это время красную Испанію. Закрывая глаза на испанскія злодѣянія, Римъ желаетъ пріобрѣсти содѣйствіе Франціи противъ Германіи.

Выступленіе Рима противъ націоналъ-соціализма въ полной мѣрѣ ослабляетъ его выступленіе противъ коммунизма.

Англиканская церковь находится на распутьи, внутри борятся разныя теченія.

Часть Англиканской церкви устремляется на соединеніе съ православіемъ, часть съ католицизмомъ, а вся она связана съ государственной властью, весьма неодобрительно разсматривающей ея реформаторскія стремленія.

Англійская традиція въ дѣлахъ международной политики такова, что правительство не только рѣшаетъ эти вопросы, но и не допускаетъ чьего либо въ нихъ вмѣшательства. Англійская печать никогда не мѣшаетъ англійскому министру иностранныхъ дѣлъ. И когда въ 1923 году лордъ Керзонъ велъ наступленіе на большевиковъ, голосъ Архіепископа Кентерберійского имѣлъ то значеніе, что его протестъ въ Палатѣ Лордовъ заставилъ большевиковъ освободить Патріарха Тихона. Измѣнились взгляды правительства, замолкли протесты и ослабѣла активность англійской церкви. Дѣло свелось къ меланхолическимъ рѣчамъ и благотворительной помощи православному духовенству въ Россіи [98].

Протестантская церковь попала подъ колеса политики Гитлера и принуждается считаться съ потребностями текущей германской политики. Возникаетъ вопросъ даже о пересмотрѣ /с. 464/ Священнаго Писанія въ духѣ націоналъ-соціальной идеологіи. Идетъ жесточайшая внутренняя церковная борьба и націонализмъ націоналъ-соціалистовъ оставилъ далеко за собою раціонализмъ Лютера.

Нельзя не отмѣтить роли Америки.

Америка — дитя борьбы за религіозную свободу. Она создана руками тѣхъ суровыхъ людей, которые ушли изъ Стараго Свѣта, угнетавшаго свободное религіозное сознаніе. Америка — страна свободы, ибо свобода лежитъ въ основаніи ея культуры, быта и государственности. То своеобразное направленіе религіозной жизни, которое распыляется на сотни сектъ, является наиболѣе яркимъ выраженіемъ абсолютной духовной свободы американцевъ.

Режимъ угнетенія человѣка и подчиненія его опредѣленной формулѣ, а въ особенности, режимъ религіознаго преслѣдованія и борьбы противъ самой идеи Бога — режимъ совѣтовъ — полярно противоположенъ духу американскаго народа.

Великіе предки американской демократіи покидали Старый Свѣтъ подъ пѣсни церковныхъ гимновъ, и только вѣра въ Бога и въ правду свободнаго человѣка могла дать имъ силы найти новую родину, и создать ее великой и свободной.

И вотъ, потомки этихъ великихъ предковъ, въ какомъ-то восторгѣ, заключаютъ договоръ, пьютъ здоровье и привѣтствуютъ врага этой свободы и всякой вообще свободы — совѣтское правительство.

Это извращеніе всего прошлаго, уничтоженіе и отказъ отъ призванія Америки быть оплотомъ свободы человѣка и не укрѣплять насиліе, является наиболѣе яркимъ примѣромъ пониженія моральнаго уровня правящихъ круговъ и безразличія массъ.

Одна только Швейцарія твердо выразила свое отрицательное мнѣніе при пріемѣ Совѣтовъ въ Лигу Націй.

Нельзя отрицать, что разноголосица, которая наблюдается въ послѣдніе годы среди представителей отдѣльныхъ исповѣданій, въ отношеніи такихъ безспорныхъ явленій, какъ большевизмъ въ Россіи и Испаніи, свидѣтельствуетъ о томъ, что А. Карташевъ совершенно правильно называетъ «слабостью христіанъ». Мало того, отдѣлываясь словами отъ такихъ явленій, какъ насилія большевиковъ надъ совѣстью, нѣкоторые представители церковнаго міра, какъ напр., Кентерберійскій деканъ, вопреки очевидности, сталъ поносить режимъ генерала Франко въ отношеніи Церкви. Какимъ-то образомъ столкновеніе Муссолини и Гитлера съ духовными учрежденіями и клерикализмомъ своихъ странъ сопоставляются со злодѣяніями большевиковъ.

«Христіане», говоритъ А. Карташевъ, «идутъ не въ головѣ, а въ хвостѣ міровой мысли. Растеряли мужество независимаго, выше всѣхъ стоящаго, евангельскаго суда надъ по/с. 465/литическими модами» [99]. И это больше всего относится къ духовнымъ вождямъ христіанства.

Помѣстныя Православныя Церкви настолько заняты своими повседневными дѣлами и отношеніями со своими правительствами, что изъ ихъ поля зрѣнія совершенно исчезаютъ вопросы общаго характера. Однако, жизнь даетъ о себѣ знать, и въ отдѣльныхъ Помѣстныхъ Церквахъ растетъ ощущеніе нѣкоторой объединенности. Дѣлаются попытки какъ-то измѣнить такое положеніе вещей.

Въ концѣ ноября 1936 года въ Аѳинахъ состоялся съѣздъ православныхъ богослововъ. Вся дѣятельность свелась къ ряду пожеланій, имѣющихъ весьма относительное значеніе. Основной вопросъ объ источникахъ Православной Вѣры былъ перенесенъ на слѣдующій съѣздъ въ Румыніи. Вопросъ о необходимости кодификаціи священныхъ каноновъ свелся къ тому, что конгрессъ передалъ это пожеланіе тѣмъ помѣстнымъ Церквамъ, представители которыхъ были на съѣздѣ. Однимъ словомъ, дѣло свелось къ разговорамъ, которые не перешли и по существу не могутъ перейти въ какое-нибудь дѣйствіе. Инославные наблюдатели обратили вниманіе на необычайное расхожденіе участниковъ съѣзда по всѣмъ вопросамъ серьезного богословскаго характера. Оказалось, что нѣтъ ни внутренняго, ни внѣшняго авторитета.

Вопросъ о созывѣ Вселенскаго Собора является неразрѣшимымъ не потому, что фактически невозможно созвать такой Соборъ, а потому, что нѣтъ возможности согласовать настроенія и желанія отдѣльныхъ Церквей. Вселенскіе Соборы созывались въ предѣлахъ Византійской Имперіи, и ихъ авторитетъ въ концѣ концовъ получалъ утвержденіе со стороны императорской власти. Посколько императорская власть имѣла относительное вліяніе на западную часть имперіи, постолько церковная жизнь въ ней шла своими независимыми и различными отъ восточной части путями. Отсутствіе объединяющей государственной власти можетъ быть замѣнено только авторитетомъ помѣстной Церкви, включающей въ себѣ подавляющее большинство православнаго населенія. Такой церковью была Русская Помѣстная Церковь.



Символомъ христіанства, непринимаемаго міромъ, но долженствующаго спасти міръ, является Православіе.

Православная Церковь раздроблена, а въ Россіи унижена и гонима. Православіе и въ этихъ условіяхъ показало, что Истинная Церковь не въ организаціи, а въ соборной вѣрѣ ея членовъ. Являясь отраженіемъ тѣхъ сторонъ человѣческаго духа, которыя знаменуютъ собою поиски правды, Православная Церковь является Церковью вѣчно-обрѣтающей и вѣчно-утрачивающей свое единство.

/с. 466/ Удивительнымъ явленіемъ надлежитъ признать тотъ фактъ, что духъ Православія такъ же, какъ и духъ русской культуры, съ особой силой ощущается въ мірѣ въ тотъ моментъ, когда Православная Церковь, и Русское Государство и національность оказываются въ такихъ затрудненіяхъ. Это явленіе служитъ объективнымъ указаніемъ на необычайную цѣнность и силу Православія, ибо оно также, какъ и первое христіанство, держится въ огромной Россіи почти внѣ всякой церковной организаціи и держится силою принятія, какъ говоритъ церковная мысль, вещей ожидаемыхъ за дѣйствительныя.

Лица, прикосновенныя къ расколу внутри Русской Православной Церкви заграницей, лица, знающія попытки совѣтской власти въ Россіи сосредоточить церковную жизнь въ рамкахъ государственно-церковной организаціи, зависящей отъ совѣтской власти, лица, коимъ извѣстна раздробленность Помѣстныхъ Церквей, утратившихъ во многихъ мѣстахъ свою церковную независимость подъ видомъ осуществленія автокефальнаго устройства, не могутъ не давать себѣ отчета въ необычайной силѣ Православія и въ необычайной внутренней сопротивляемости Православнаго Вселенскаго сознанія, если оно, при такихъ условіяхъ, остается началомъ, всѣми ощущаемымъ и укрѣпляющимъ бытъ и бытіе людей.

И останется Православіе этой непреоборимой силой, если будетъ соблюдено и сохранено то, о чемъ заповѣдалъ Блаженнопочившій митрополитъ Антоній, этотъ вселенскій авторитетъ, «учитель любви и добродѣтели» [100].

«Многимъ не дóрого то Православіе, которымъ только и святится и элинство, и славянство, и сирійская народность, ради котораго должно въ потребномъ случаѣ пожертвовать и своей народностью, и своимъ домомъ, и дѣтьми, и родителями, и женою, бросить все, какъ ничтожную ветошь, какъ вытертый грошъ, лишь бы обрѣсти жемчужину спасенія, которая сокрыта во Вселенской Церкви.

Увы, это перестали разумѣть многіе изъ грековъ, славянъ, арабовъ и подобно древнимъ невѣрнымъ іудеямъ, поклоняются суетѣ своихъ народныхъ фантазій, суетѣ горшей, чѣмъ идолы Астарты и Ваала.

Будемъ своимъ отечествомъ считать Вселенскую Церковь, а своимъ народнымъ достояніемъ неповрежденное Православіе.

Сынъ Вселенской Церкви чувствуетъ полноту духовной жизни лишь тогда, когда Пастыри различныхъ православныхъ народовъ соединятся въ единый ликъ ради благоговѣнія и молитвы и единомысленнаго устроенія Церкви».

Да будетъ такъ.



/с. 467/ По заслушаніи докладовъ Преосвященнаго Епископа Іоанна, гр. Ю. П. Граббе и К. Н. Николаева, Соборъ принялъ нижеслѣдующую резолюцію:

1. Православная Церковь со времени паденія Русскаго Царства и систематическихъ насилій большевицкой власти утратила свою вѣковую опору въ лицѣ русской помѣстной Церкви и Русскаго Государства, отъ чего поколебался церковный порядокъ и возникли неосновательныя притязанія Вселенского Патріарха.

Осуществленіе притязаній Вселенского Патріарха повлекло за собою вредное для Православной Церкви вмѣшательство послѣдняго въ жизнь отдѣльныхъ помѣстныхъ Церквей, а равно созданіе новыхъ автокефальныхъ и автономныхъ Церквей, часто съ нарушеніемъ каноническихъ правилъ. Нѣкоторыя реформы внутренней жизни Православной Церкви, какъ напримѣръ, новый стиль, внесли осложненія и раздѣленія въ жизнь Православной Церкви.

2. Соборъ проситъ Архіерейскій Соборъ выразить благодарность всѣмъ автокефальнымъ Церквамъ, которыя въ годы частыхъ испытаній оказывали моральную поддержку Всероссійской законной церковной власти и помогали Православной Церкви Заграницею осуществлять Ея трудную задачу окормленія православныхъ русскихъ людей, проживающихъ на ихъ территоріяхъ.

3. Всѣ помѣстныя Церкии, находясь въ каноническомъ единеніи, связаны не только единствомъ догматовъ, но и каноновъ, а потому каждая изъ помѣстныхъ Церквей должна сама хранить и охранять вездѣ, гдѣ къ тому будетъ случай, каноническій порядокъ и каноны.

4. Признать необходимымъ оказать содѣйствіе Св. Аѳонской Горѣ для допущенія лицъ славянскихъ національностей въ цѣляхъ принять монашество, а равно и паломниковъ и оказать содѣйствіе Валаамскому монастырю въ свободномъ допущеніи въ составъ своей братіи лицъ славянскаго происхожденія.

X. Слушали: Докладъ проф. Н. С. Арсеньева прочитанный за отсутствіемъ автора И. А. Аносовымъ.

Православная Церковь и западное христіанство въ наши дни.

I.

Православная Церковь за послѣднее время, повидимому, все болѣе и болѣе призывается къ тому, чтобы послужить духовно также и Западному міру, чтобы свидѣтельствовать передъ лицомъ Западнаго міра и чтобы быть услышанной этимъ западно-христіанскимъ, инославнымъ міромъ. Православная Церковь переживаетъ тягчайшія испытанія — въ лицѣ /с. 468/ многочисленнѣйшей изъ Православныхъ Церквей — Церкви Русской, составляющей ¾ всего православнаго міра, — но и новую эру свидѣтельства: не водою только, но водою и кровью, и Духъ свидѣтельствуетъ также. Свидѣтельство, равное по силѣ свидѣтельству перво-христіанскихъ провозвѣстниковъ и исповѣдниковъ. Къ подвигу Русской страждующей Церкви могутъ быть отнесены эти слова алостола Павла къ Колоссянамъ: «Нынѣ радуюсь въ страданіяхъ моихъ за васъ, и восполняю недостатокъ въ плоти моей страданій Христовыхъ за тѣло Его, которое есть Церковь». За всю Церковь страдаетъ Русская гонимая Церковь, и за насъ, сидящихъ спокойно и не подвергающихся гоненіямъ, и за весь христіанскій міръ.

Обновляются истоки жизни духовной, обновляются пути свидѣтельства въ этомъ крестномъ подвигѣ неустанно распинаемыхъ вмѣстѣ съ Господомъ своимъ вѣрныхъ Русской Церкви. Дыханіе ранне-христіанскаго, апостольскаго благовѣстія какъ бы заново проносится надъ міромъ, приносится намъ оттуда: Реальность Его креста и реальность Его, какъ Побѣдителя. Ибо не сломлена Его Церковь гоненіями, но побѣждаетъ — Его силой — своихъ мучителей. И это происходитъ на глазахъ всѣхъ насъ и всего христіанскаго міра. Кто имѣетъ очи, до видитъ! Не о священномъ наслѣдіи отцовъ только свидѣтельствуетъ Русская страждующая Церковь, а о реальности, превозмогающей реальности Его пришествія въ міръ, о реальности Его креста и Его воскресенія изъ мертвыхъ. Превозмогающая сила Его, Владыки и Господа, раскрывается въ немощахъ и страданіяхъ вѣрныхъ рабовъ Его. Ибо кто отлучитъ ихъ отъ любви Божіей: скорбь, или тѣснота, или гоненіе, или опасность, или смерть?.. Всегда носятъ они въ тѣлѣ мертвость Господа Іисуса, чтобы и жизнь Іисуса раскрылась въ смертной плоти ихъ. Раскрывается въ этихъ испытаніяхъ и святыня Церкви Его. Это — живой комментарій къ словамъ: «созижду Церковь Мою, и врата адовы не одолѣютъ ю». Страданія Русской Церкви есть одинъ изъ величайшихъ миссіонерскихъ фактовъ въ исторіи человѣчества и, безъ сомнѣнія, — величайшій миссіонерскій фактъ современности. И да будетъ и на здѣшнемъ дѣлѣ нашемъ, и на всемъ служеніи нашемъ благословеніе вѣрныхъ рабовъ Божіихъ, нашихъ учителей во Христѣ, страждующихъ за насъ и за міръ, — страждующихъ и за Западный міръ и за западныхъ христіанъ!

Несмотря на всю разорванность христіанскаго міра, несмотря на всѣ заблужденія и ненужныя богословскія ухищренія, привнесенныя на Западѣ, несмотря и на наши личныя грѣховныя немощи, благодаря которымъ мы такъ часто недостойно представляемъ святыню нашей Церкви, несмотря на все это, — думаю, не вполнѣ обезсилены слова апостола: «Страждетъ ли одинъ членъ, съ нимъ страждутъ и прочіе /с. 469/ члены; прославляется ли одинъ членъ, съ нимъ радуются и прочіе члены». Тѣло Христово не вполнѣ разорвано на куски — есть струи благодатныя, которыя отъ подвига Русской страждующей Церкви идутъ къ исканіямъ, бореніямъ и къ тому внутреннему возрожденію, которое можно констатировать во многихъ областяхъ жизни Западного христіанства.

Поэтому вопросъ о духовномъ взаимодѣйствіи между Православною Церковью и Западно-христіанскимъ міромъ есть одинъ изъ самыхъ значительныхъ и важныхъ вопросовъ религіозной современности. На этомъ пути есть и большія опасности, есть и обманчивая видимость какого-то мнимаго (часто канцелярскаго или «конгресснаго») сближенія, но есть и истинныя достиженія. Западный міръ готовъ теперь иногда слушать то, что можетъ сказать ему Православная Церковь. Ибо и Западный міръ потрясенъ въ своей жизни и ищетъ религіознаго углубленія, стремится вернуться къ истокамъ проповѣди, подышать духомъ торжествующаго благовѣстія апостольскаго, воздухомъ древней Церкви.

II.

Великая война и связанные съ ней глубокія внѣшнія и внутреннія потрясенія, перемѣны, перевороты, соціальные, политическіе, хозяйственные кризисы, были и на Западѣ чреваты послѣдствіями въ области религіозной и нравственной жизни. Съ одной стороны, можно отмѣтить глубокія потрясенія нравственныхъ основъ, одичаніе массъ, что явствуетъ изъ роста коммунизма въ Европѣ, особенно первое время послѣ Великой войны. Съ другой стороны, огромные запасы накопившейся духовной энергіи, рожденные изъ духа воинскаго подвига, направились въ рядѣ странъ на рѣшительную борьбу съ коммунизмомъ и на обновленіе національнаго самосознанія путемъ созданія авторитативной государственной организаціи. Въ области религіозной жизни также можно отмѣтить яркіе контрасты: распространеніе безвѣрія въ массахъ, воинствующаго безбожія (не только въ Сов. Россіи и Испаніи, но и во Франціи и во многихъ другихъ странахъ), но съ другой стороны — углубленіе, усиленіе вѣры, постепенное хирѣніе и отмираніе богословскаго «либерализма», возвращеніе къ истокамъ вѣры, ко всей глубинѣ и радикализму перваго апостольского благовѣстія. Этотъ радикализмъ богословской и религіозной проповѣди весьма знаменателенъ. Опытъ войны, стояніе лицомъ къ лицу со смертію однихъ развратилъ и превратилъ въ звѣрей, а другихъ углубилъ. Стоя передъ лицомъ смерти, они почувствовали себя передъ лицомъ Бога-Судіи и Спасителя. Почувствовали себя не передъ своимъ психологическимъ «переживаніемъ», а передъ лицомъ Истины, Того, Кто есть, Того, Кто одинъ только есть въ полномъ смыслѣ и передъ Которымъ блѣднѣетъ все тварное и земное. И этотъ опытъ встрѣчи съ Богомъ Живымъ передъ лицомъ /с. 470/ смерти перенесли они потомъ и въ мирную обстановку, и въ свою религіозную и богословскую проповѣдь. Отсюда — необходимость рѣшительно порвать съ безбрежнымъ субъективизмомъ и психологизмомъ, который глубоко угнѣздился въ протестантскомъ богословіи 19-го и начала 20-го вѣка. Довольно чисто-субъективнаго подхода къ вѣрѣ, довольно стремленія во всѣхъ вопросахъ исходить отъ человѣка и его переживаній, отъ его оцѣнокъ (Werturteile), отъ его потребностей (точка зрѣнія столь характерная для протестанскаго богословія предшествующаго періода)! Въ вѣрѣ на первомъ мѣстѣ Богъ, Реальность Божія, всепревосходящая мощь и объективность Божія. Мои субъективныя переживанія, мой актъ вѣры — лишь на второмъ, на подчиненномъ мѣстѣ, ибо Реальность Божія предшествуетъ всѣмъ моимъ благочестивымъ религіознымъ переживаніямъ. «Богъ болій есть сердца нашего!» — это основололожная база и предпосылка всякой настоящей вѣры въ Бога, затемненная протестантскимъ психологизмомъ и субъективизмомъ и вообще субъективизмомъ 19-го и начала 20-го вѣка, была со всей силой, со всей мощью опять подчеркнута и провозглашена рядомъ выдающихся религіозныхъ мыслителей и писателей по-военной протестантской Германіи. Съ безпощадной силой вскрываетъ всю жалкость, всю ничтожность, всю слабость и незначительность всего человѣческаго передъ лицомъ превозмогающаго Величія Божія великій современный протестантскій богословъ — такъ сказать, провозвѣстникъ и пророкъ Реальности и Объективности и Все-Превосходящей Мощи и Истины Божіей среди моря протестантского субъективизма — швейцарецъ Карлъ Бартъ (Karl Barth), впрочемъ особенно тѣсно связанный съ современнымъ религіознымъ развитіемъ Германіи. Это было возвращеніе къ подлинной религіи отъ религіозной психологіи. Конечно, несвободно было направленіе Барта и его послѣдователей, и не столько даже Барта самаго, какъ именно его настоящихъ или мнимыхъ «послѣдователей», подражателей, эпигоновъ, — отъ рѣзкихъ односторонностей: Богъ настолько противополагался міру, что совершенно отрывался отъ него. Вочеловѣченіе Сына Божія, этотъ мостъ, переброшенный отъ земли на небо, сводилось почти на-нѣтъ, провозглашался какой-то докетизмъ, какое-то «идеалистически»-понятое, не конкретное, не реальное воплощеніе. То-есть, при всей яркости и мощи провозглашенія величія Божія, въ противовѣсъ господствовавшему въ 19-мъ вѣкѣ психологизму, подтачивался, вывѣтривался самый корень христіанства, тайна реальнаго явленія во плоти, реальнаго воплощенія Сына Божія. И въ этой «идеалистической» однобокости и односторонности было наслѣдіе того же псевдо-спиритуализма и психологизма 19 вѣка, противъ котораго возстали Карлъ Бартъ и его подражатели. Впрочемъ, самъ Карлъ Бартъ очень скоро преодолѣлъ эту однобокостъ, которой онъ лишь частично под/с. 471/палъ. Его ученіе о Сынѣ Божіемъ, о двухъ естествахъ воплотившагося Сына Божія, объ истинномъ вочеловѣченіи, о воскресеніи изъ мертвыхъ, все болѣе и болѣе слѣдуетъ линіи древне-церковнаго православнаго догмата, линіи отцовъ и учителей Церкви, на которыхъ онъ въ своихъ позднѣйшихъ обширныхъ догматическихъ трудахъ обильно ссылается. Во главу угла онъ ставитъ теперь формулу Халкидонскаго Собора о недомысленномъ и неизслѣдимомъ для ума нашего, но реальномъ — неслитномъ и нераздѣльномъ — соединеніи двухъ естествъ въ лицѣ Господа Іисуса Христа [101]. И все больше сталъ онъ теперь понимать и значеніе Церкви [102].

Но и независимо отъ Карла Барта, на протестантскомъ Западѣ происходитъ въ богословской мысли и въ религіозной практикѣ все сильнѣе и сильнѣе преодолѣніе субъективизма, средоточенія вниманія на моихъ переживаніяхъ, перенесенія религіознаго центра тяжести на мою психику предъ лицомъ Реальности Божіей. Этотъ процессъ преодолѣнія субъективизма помогъ и въ воспріятіи евангельскаго благовѣстія вернуться къ традиціи отцовъ и къ центру и основѣ всей апостольской проповѣди. Сынъ Божій дѣйствительно вошелъ въ міръ, «Богъ явился во плоти» (1 Тим. 3, 16) «Слово плоть бысть». Не въ моихъ субъективныхъ переживаніяхъ (которыя, конечно, очень важны и необходимы въ дѣлѣ моего /с. 472/ спасенія), не въ моей вѣрѣ источникъ спасенія, а въ этомъ реальномъ фактѣ источникъ спасенія — въ дѣйствительномъ воплощеніи Слова; и въ Его послушаніи и смерти на крестѣ; и въ Его побѣдѣ и воскресеніи изъ мертвыхъ. Подчеркивается со всей силой (чего раньше протестантизмъ не дѣлалъ или дѣлалъ лишь въ весьма незначительной степени) вся основательность въ дѣлѣ нашего спасенія Его воскресенія. Центральность благовѣстія о воскресеніи Его! «Если Христосъ не воскресъ, то проповѣдь наша тщетна, тщетна и вѣра наша» (1 Кор. 15, 14). Это есть возвращеніе къ истинному смыслу, къ основному тону всей «благовѣсти», возвращеніе къ патристическому богословствованію, къ тому, чѣмъ жила вся древняя Церковь, къ внутреннѣйшему паѳосу и источнику, и жизни, и молитвѣ нашей Православной Церкви.

Въ протестантствѣ проповѣдь воскресенія играла прежде — повторяю — лишь второстепенную роль. Теперь слышимъ другіе тона. Такъ, на конференціи англиканскихъ и лютеранскихъ богослововъ въ Кембриджѣ въ іюнѣ 1929 года (на которую я былъ приглашенъ въ качествѣ гостя) шведскій руководящій богословъ, профессоръ (теперь епископъ) Aulén высказалъ свое убѣжденіе, что пора Западному христіанству, въ частности протестантизму, вернуться къ тому центральному и основоположному благовѣстію, которое въ теченіе первыхъ 10 вѣковъ являлось основнымъ содержаніемъ вѣры всѣхъ отцовъ и Запада и Востока. Это основное содержаніе древне-церковной проповѣди можно передать двумя словами: «Christus Victor! — Христосъ Побѣдитель». (Подъ этимъ заглавіемъ Aulén написалъ очень замѣчательную книгу, которая вышла въ англійскомъ изданіи въ 1931 г.). О центральносги и основоположности догмата воскресенія въ вѣрѣ и жизни христіанской пишетъ и нѣмецкій протестантскій богословъ, Künneth въ своей весьма показательной книгѣ: «Theologie der Anferstehung» («Богословіе воскресенія»), 1933 г. Поэтому-то такъ и притягиваетъ теперь многихъ протестантовъ наша Православная Церковь, что они ощутили въ ней вѣяніе этого превозмогающаго содержанія всей проповѣди апостольской — вѣсти о воскресеніи. Отсюда ихъ живой интересъ къ литургической молитвѣ, къ церковнымъ пѣснопѣніямъ Православія. По просьбѣ одного нѣмецкаго издательства, я перевелъ въ текущемъ году въ маленькой общедоступной брошюрѣ избранныя пѣснопѣнія изъ службъ Великаго Пятка, Великой Субботы и Свѣтлаго Воскресенія нашей Церкви, на 30 страницахъ, снабдивъ переводъ каждой службы краткимъ вступительнымъ поясненіемъ [103]. Этотъ переводъ произвелъ большое впечатлѣніе на цѣлый рядъ благочестивыхъ германскихъ пасторовъ. Нѣкоторые писали мнѣ, что получили книжку передъ самымъ /с. 473/ праздникомъ Пасхи и читали эти пѣснопѣнія вслухъ во время пасхальнаго богослуженія, а другіе, получившіе книжку позднѣе, сообщали мнѣ, что горячо жалѣютъ, что не достали ея раньше, что въ будущемъ году и страстныя и пасхальныя пѣснопѣнія Православной Церкви будутъ использованы ими въ ихъ приходахъ для богослужебныхъ цѣлей. Англиканцы, какъ извѣстно, заимствовали цѣлый рядъ нашихъ молитвъ для сборника гимновъ, употребляемыхъ ими при богослуженіи (такъ напр., Athelstane Riley переложилъ на англійскій языкъ пѣснь: «Честнѣйшую херувимъ»; далѣе рядъ молитвъ заимствованъ ими изъ пасхальнаго канона Іоанна Дамаскина). Съ восторгомъ пишутъ благочестивые инославные братья наши о вѣяніи первоапостольской благой вѣсти — «Онъ возсталъ изъ мертвыхъ, чему мы всѣ свидѣтели!» — которое проносится черезъ все православное богослуженіе пасхальной ночи. Въ «Osterbrief» («Пасхальномъ письмѣ») 1934 г. германскихъ евангелическихъ «высокоцерковниковъ» (такъ наз. «Berneuchener Bewegung») читаемъ восторженное описаніе нашей Свѣтлой Заутрени, написанное пасторомъ Рудольфомъ Stänlin'омъ. Германскій католическій священникъ Julius Tyciak пишетъ цѣлую восторженную книгу: «Литургическій опытъ, какъ источникъ восточно-православнаго благочестія», посвященную вдохновляющей красотѣ и живительной глубинѣ православнаго богослуженія и молитвенныхъ созерцаній его. Другіе сочувствующіе иностранные наблюдатели повѣствуютъ намъ объ умилительной духовной красотѣ тайныхъ богослуженій, совершаемыхъ странствующими тайными православными священниками въ Сов. Россіи (такъ напр., въ лѣсахъ Вологодскаго края, вблизи лагерей — см. замѣчательную, полную любви къ русскому народу и гонимой Православной Русской Церкви, книжку благочестиваго нѣмецкаго протестанта Alexander Schwartz: «In Wologda's Weissen Wäldern», 1934).

Мы видимъ: живая струя Воскреснаго Благовѣстія, которою живетъ и питается наша Церковь, душа души благовѣствованія ея и внутренней жизни и подвига ея, эта апостольская вѣсть «Христосъ Воскресе!» — является вмѣстѣ съ тѣмъ желаннымъ отвѣтомъ на стремленіе нашихъ братьевъ, западныхъ христіанъ, поставить опять проповѣдь о Воскресеніи Господа изъ мертвыхъ на подобающее ей мѣсто — во главу угла, въ центрѣ всего вѣроученія и молитвеннаго созерцанія вѣрующихъ.

И тутъ позвольте еще одно маленькое отступленіе. Что еще особенно привлекаетъ нашихъ инославныхъ братьевъ въ строѣ молитвенной и духовной жизни Православной Церкви? То, что они называютъ (да и нѣкоторые изъ православныхъ, пишущихъ для западныхъ читателей) [104] «Іоанновской чертой» /с. 474/ православного благочестія, т. е. непрестанное, неотрывное, неослабное молитвенное созерцаніе славы Воплощеннаго Слова Божія. Созерцаются два полюса: истинный Богъ и истинный Человѣкъ... «Слово плоть бысть, и мы видѣли... славу Его». «О томъ, что было отъ начала, что мы слышали, что мы видѣли и что руки наши осязали, — о Словѣ Жизни. Ибо Жизнь явилась, и мы видѣли и свидѣтельствуемъ, и возвѣщаемъ вамъ»... Молитвенное непрестанное созерцаніе глубинъ Божества, раскрывающихся въ Его вочеловѣченіи [105]. Это не только содержаніе церковныхъ нашихъ пѣснопѣній, но основной нервъ всего благовѣствованія отцовъ Церкви, и въ этомъ же — полнота содержанія Новаго Завѣта.

Не даромъ поэтому на Западѣ протестантская мысль, отъ субъективизма возвращающаяся къ объективнымъ истокамъ Церкви, все больше и больше притягивается богословіемъ вочеловѣченія («инкарнаціоннымъ» богословіемъ). Такимъ вѣдь и было въ своей основѣ все богословіе нашихъ великихъ учителей Церкви. Показательной и замѣчательной именно подъ этимъ угломъ зрѣнія является выдающаяся книга одного изъ руководящихъ протестантскихъ богослововъ современности — цюрихского профессора Эмиля Бруннера (Emil Brunner) «Der Mittler» («Посредникъ»), 1927 г. Она громитъ «либеральное», субъективизирующее богословствованіе Шлейермахера и его школы, она строитъ «инкарнаціонное» богословіе, придерживаясь отцовъ, особенно Иринея Ліонского (на котораго авторъ безпрестанно ссылается). Это есть начало возвращенія нѣмецкого протестантизма къ патристическому наслѣдію [106].

III.

Еще, конечно, ярче и глубже не только совершается, но уже совершился — и уже давно, съ середины 19-го вѣка — поворотъ особенно значительной духовной части англійскихъ богослововъ на пути патристическихъ традицій. Объ англиканствѣ, особенно о тѣхъ направленіяхъ въ кругахъ его, которые подчеркиваютъ свое тяготѣніе къ Православію и во многомъ дѣйствительно приблизились къ намъ и къ наслѣдію древней Церкви, слѣдовало бы подробно поговорить отдѣльно. Здѣсь скажу лишь, что рядъ наиболѣе выдающихся богословскихъ трудовъ, появившихся въ Англиканской Церкви за послѣднія два десятилѣтія, идутъ въ значительной мѣрѣ по линіи «инкарнаціоннаго» патристическаго богословія. Таковы, напримѣръ, два замѣчательные сборника богословскихъ ста/с. 475/тей: «Essays Catholic and critical» (1-е изд. 1927 г.) и «Essays on the Trinity and the Incarnation»(1929 г.), далѣе замѣчательная книга Rev. fr. L. Thornton'а «The Incarnated Lord» («Воплотившійся Господь») 1929 г. и епископа Гибралтарскаго, теперь Линкольнскаго N. Hicks'а: «The fullness of sacrifice» («Полнота жертвоприношенія») — объ евхаристической жертвѣ, 1930 г. На ученіи объ истинномъ и конкретномъ явленіи въ міръ Сына Божія, объ истинномъ воплощеніи Его, которое сдѣлалось закваской освященія нашего и міра, строютъ эти англиканскіе богословы и свое ученіе о Церкви и о таинствахъ Церкви, причемъ они весьма приближаются и въ томъ и въ другомъ къ ученію Православной Церкви. Очень популярны среди ряда англиканскихъ богослововъ писанія А. С. Хомякова о Церкви. (Одинъ изъ его трактатовъ «Церковь едина», былъ уже въ 1898 году напечатанъ въ англійскомъ переводѣ; изъ его «Писемъ православнаго христіаннна» печатались часто выдержки [107].

Православное ученіе о Церкви, какъ о великомъ Соборномъ Цѣломъ, какъ о живомъ и растущемъ Тѣлѣ Христовомъ подъ единымъ Главою Христомъ, при сложной и многоразличной іерархіи даровъ духовныхъ и служенія церковнаго, основанное на ученіи апостола Павла о Церкви, усиленно подчеркивается англиканцами въ противовѣсъ протестантскому однобокому субъективизму и партикуляризму съ одной стороны, и римскому папизму и церковному юридизму съ другой. Трогательно и назидательно отношеніе многихъ англиканскихъ круговъ къ Таинству Евхаристіи. Для многихъ англичанъ, пріемлющихъ въ полной мѣрѣ истинность преложенія хлѣба и вина въ Плоть и Кровь Христовы, таинство Евхаристіи сдѣлалось центромъ и жизни церковной и индивидуальной. Въ большинствѣ англиканскихъ богословскихъ коледжей, въ которыхъ молодые люди подготовляются къ священническому сану, литургія («Communion Service») происходитъ ежедневно рано утромъ, причемъ всѣ или почти всѣ студенты пріобщаются ежедневно. На англо-русскихъ религіозныхъ съѣздахъ молодежи, устраиваемыхъ каждое лѣто «Братствомъ препод. Сергія (Радонежскаго) и св. мученика Албанія» (замученнаго при Діоклетіанѣ къ сѣверу отъ Лондона), раскрывается много привлекательныхъ сторонъ англиканскаго благочестія и большая близость къ Православію... нѣкоторой части представителей англиканства. Еще назидательнѣе и умилительнѣе религіозная жизнь молодыхъ англиканскихъ студентовъ въ упомянутыхъ уже богословскихъ колледжахъ [108] и иногда приход/с. 476/ская дѣятельность и жизнь въ приходѣ и для прихода особенно достойныхъ пастырей англиканскихъ.

Но на пути рѣшительнаго сближенія съ Православной Церковью стоятъ громадныя трудности. Не представляю себѣ, чтобы онѣ могли быть преодолѣны въ ближайшее время, ввиду создавшейся въ англиканствѣ за рядъ вѣковъ особой духовной атмосферы. Англиканцы гордятся своей «широтой» и «всеобъемлющимъ» пониманіемъ — «comprehensiveness» (= «всеобъемлемостью»), благодаря которому въ Англиканской Церкви мирно уживаются рядомъ — и это оффиціально подчеркивается, и признается, и выставляется даже на показъ, какъ примѣръ для другихъ! — не только различные оттѣнки въ богословскихъ мнѣніяхъ (что было и въ древней Церкви), но весьма различныя и рѣзко противорѣчащія другъ другу ученія по весьма существеннымъ вопросамъ — о значеніи іерархіи, таинствъ, спеціально о таинствѣ Евхаристіи. Крайне-протестантскіе взгляды (субъективистическое толкованіе евхаристіи) встрѣчаются бокъ-о-бокъ съ рѣзко подчеркнутой католической или весьмо близкой Православію точкой зрѣнія. Оба эти направленія находятся въ рѣзкомъ антагонизмѣ другъ съ другомъ, но оба живутъ бокъ-о-бокъ другъ съ другомъ (а иногда житейски даже весьма мирно) въ предѣлахъ того же церковнаго организма, оба находятъ пріютъ въ «широко-объемлющей» («comprehensive») Англиканской Церкви, ибо оба имѣютъ формальное право на это, причемъ, протестантскія тендеціи имѣютъ собственно даже большее право, чѣмъ иныя, ибо цѣлый рядъ изъ числа «39 артикуловъ вѣры», возникшихъ въ 16-мъ вѣкѣ и сохраняющихъ свое оффиціальное значеніе и донынѣ въ англиканской Церкви Англіи («Church оf England») и рядѣ другихъ англиканскихъ Церквей, носятъ на себѣ ярко выраженную, даже полемически подчеркнутую, печать протестантского духа; особенно въ ученіи о таинствахъ. Какъ сближаться намъ съ англиканцами болѣе реальнымъ и ощутительнымъ способомъ, пока не отмѣнили они у себя этихъ — по признанію многихъ англиканъ, уже не соотвѣтствующихъ вѣрѣ большинства активныхъ членовъ ихъ Церкви и вполнѣ устарѣлыхъ, — но тѣмъ не менѣе оффиціально еще существующихъ и оффиціально признанныхъ, ярко-протестантизирующихъ «артикуловъ вѣры»? [109]. Мы можемъ сближаться съ Церковью, близкой къ нашей по ученію. «Трудно сближаться съ Церковью, въ которой господствуетъ «разноголосица» и — болѣе того — имѣетъ право, оффиціальное, продолжать существовать. Ибо и каѳолическіе и каѳолизирующіе элементы англиканской церковной жизни, приближающіе ее къ Православію, имѣютъ также за собой базу, на которую они могутъ опираться: отчасти въ англиканской литургіи, далѣе въ іерархическомъ строѣ, сохранившемъ епи/с. 477/скопатъ и возложеніе рукъ (и, повидимому — всѣ данныя говорятъ за это — идущую отъ апостоловъ преемственность рукоположенія); наконецъ, что весьма важно, въ нѣкоторой невѣсомой традиціи. Ибо уже въ 17-мъ вѣкѣ цѣлый рядъ англиканскихъ богослововъ и епископовъ исповѣдывали свою принадлежность къ единой каѳолической Церкви, Церкви отцовъ и Вселенскихъ Соборовъ, не римской, но и не — протестантской. Но рѣшающимъ въ жизни Англиканской Церкви является съ середины 19-го вѣка (съ возникновеніемъ «Оксфордскаго движенія» въ 30-хъ и 40-хъ годахъ прошлаго вѣка) не только ея статика, т. е. оффиціальный текстъ ея вѣроучительныхъ формулъ и формы ея литургіи (ея «Prayerbook»), выработанные въ 16-мъ и отчасти въ 17-мъ вѣкѣ, сколько ея динамика, т. е. внутренній порывъ жизни, охватившій ее со времени этого «Оксфордскаго движенія» и измѣняющій ея духовное лицо. Это есть мощный процессъ рекаѳолизаціи — возвращенія къ древней Церкви, къ Церкви отцовъ, къ Церкви нераздѣленной. Поскольку этотъ процессъ все больше и больше охватываетъ Англиканскую Церковь, внутренно пріобщая ее къ полнотѣ апостольскаго и патристическаго наслѣдія (замѣчательно, напр. расцвѣла за послѣдніе 50-60 лѣтъ и вновь введенная монашеская жизнь въ англиканствѣ!), постолько все больше приближается она — органически и реально — къ Православной Церкви. Но необходимымъ условіемъ истиннаго сближенія съ нами долженъ быть отказъ отъ протестантскихъ формулъ вѣроученія въ «39 артикулахъ», отказъ отъ такъ наз. «Черной рубрики» (примѣчаніе въ англиканскомъ молитвенникѣ, «Prayerbook», 16-го вѣка, гдѣ въ рѣзкихъ выраженіяхъ отрицается сущность католической и Православной вѣры въ Таинство Евхаристіи) и рѣшительный поворотъ отъ разноголосицы, отказъ отъ «широты» — «comprehensiveness», другими словами, вѣроучительнаго хаоса, которымъ такъ гордятся многіе, даже «каѳолически» настроенные англиканцы. Не столько даже въ вѣрности ученію древней Церкви, сколько въ этомъ вѣроучительномъ хаосѣ усматриваютъ нѣкоторые изъ нихъ истинную черту «каѳоличности», вселенскаго соборованія, соборности Церкви [110]. Пока господствуетъ эта неправильная и самодовольная точка зрѣнія, истинное — болѣе глубокое и реальное — сближеніе съ Православной Церковью, несмотря на всѣ благопріятныя предпосылки, — остается невозможнымъ. Велика отвѣтственность Православныхъ Церквей и отдѣльныхъ ихъ представителей: не оттолкнуть ищущихъ иногда духовной помощи и укрѣпленія въ этомъ процессѣ внутренней «рекаѳолизаціи» представителей англиканства, но и не итти на какія-либо дипломатическія, неорганическія уступки. Диплома/с. 478/тическій языкъ англиканства есть одно изъ великихъ препятствій; они любятъ общія, абстрактныя формулы, могущія быть истолкованы и такъ и этакъ. На эту удочку — неяснаго «дипломатическаго» языка — попались отчасти и представители братской намъ Румынской Православной Церкви въ своихъ разговорахъ съ англиканской делегаціей, кончившихся признаніемъ со стороны Румынской Церкви подлинности англиканской іерархіи [111].

IV.

Возвращаюсь опять къ континентальному протестантизму. Онъ гораздо болѣе отошелъ отъ преданія древней, нераздѣленной Церкви, чѣмъ англиканство. Но и въ немъ въ наши дни, наряду съ поворотомъ въ сторону богословія воплощенія (въ духѣ Аѳанасія Великаго [112], наряду съ пониманіемъ центральности Воскресенія (не менѣе чѣмъ Креста Господня) въ христіанскомъ благовѣстіи, пробудилась тоска по Церкви, сознаніе огромной важности правильнаго ученія о Церкви, стремленіе вновь извѣдать полноту опыта Церкви. Рѣшительно возстаютъ протестантскіе богословы этого направленія противъ обычнаго въ протестантизмѣ улетучиванія Церкви, противъ типично-протестантскаго рѣзкаго разрѣзыванія Единой Церкви на двѣ отдѣльныя Церкви — видимую и невидимую, независимыя другъ отъ друга, причемъ видимой Церкви не приписывается никакого значенія. Въ противовѣсъ этому подчеркивается Церковь, какъ единый и живой великій организмъ, объединяющій въ себѣ въ одно цѣлое видимую и невидимую, земную и небесную стороны своего бытія, — Церковь, какъ дѣйствіе и присутствіе Духа Божія въ твари, освящающая тварь. Духъ Божій, дѣйствующій въ твари и освящающій тварь. Отсюда тотъ ростъ тѣла Церкви, тотъ духовный динамизмъ, соединенный, однако, съ конкретностью, то великое значеніе видимаго, конкретнаго начала въ Церкви: ибо она /с. 479/ есть начало къ освященію міра. Паѳосомъ величія Тайны Божіей, раскрывающейся въ Церкви, полна замѣчательная рѣчь престарѣлаго пастора Вильфреда Моно (Wilfred Monod), одного изъ духовныхъ вождей современнаго французскаго протестантизма, произнесенная въ Valence въ Южной Франціи осенью 1930 г. на «Semaine Protestante» и вышедшая тогда же въ печати подъ заглавіемъ «Le Mystère de l'Eglise» («Тайна Церкви»). И еще болѣе замѣчательнымъ является созерцаніе преизбыточествующаго богатства Тайны Божіей, тайны домостроительства Его, осуществляемой въ Тѣлѣ Его, которое есть Церковь, въ поразительной по вдохновенію книгѣ нѣмецкаго евангелическаго (уже не-протестантского, ибо онъ настроенъ глубоко и убѣжденно каѳолически и преодолѣлъ однобокій протестантскій псевдо-спиритуализмъ) богослова Wilhelm'а Stählln'а: «Vom göttlichen Geheimnisse» («О Тайнѣ Божественной»), 1936. Это есть одинъ изъ самыхъ замѣчательныхъ изъ извѣстныхъ мнѣ комментаріевъ къ Посланію къ Ефесянамъ апостола Павла. Можно было бы весьма умножить примѣры. Но остановлюсь здѣсь немного на теченіи въ германскомъ протестантизмѣ, представителемъ котораго является Wilhelm Stählln. Это — такъ называемое «Бернейхенское движеніе» («Berneuchener Bewegung»— названное такъ по имѣнію Berneuchen, гдѣ въ 1923 г. впервые собрались на интимный съѣздъ его участники, обезпокоенные духовнымъ вырожденіемъ протестантизма). Его цѣль — возстановленіе конкретности въ проповѣди Евангелія; они, такъ сказать — провозвѣстники въ Германіи апостольскаго и древне-церковнаго христіанскаго реализма [113]. «Слово плоть бысть» — отсюда слѣдуетъ искупленіе, начало освященія всего человѣка, въ полномъ его составѣ, душевномъ и тѣлесномъ. Разъ слово «плоть бысть» и истинно пострадало на крестѣ, разъ Сынъ Божій истинно воскресъ въ прославленномъ тѣлѣ воскресенія Своего, то какъ можемъ мы держаться псевдо-спиритуализма 19-го вѣка, возобновляющаго горделивыя заблужденія гностиковъ и презирающаго тѣлесное естество? Христосъ воплощеніемъ Своимъ, крестомъ и воскресеніемъ освятилъ всего человѣка. «Развѣ вы не знаете, что тѣла ваши суть храмъ живущаго въ васъ Святаго Духа и что вы не свои?..» И не только души и тѣла наши, но и вся ткань жизни нашей должна непрестанно освящаться во славу Бога Отца, черезъ Господа Іисуса Христа». Изъ этихъ основъ христіанскаго реализма, отъ этой проповѣди освященія всего человѣка, души и тѣла, силою Воплотившагося, Распятаго и Воскресшаго, что является вмѣстѣ съ тѣмъ началомъ освященія твари — ибо «сѣменемъ» освященія міра явилось воплощеніе Сына Божія, пока, наконецъ, вся тварь не будетъ избавлена отъ рабства тлѣнія въ свободу и славу дѣтей Божіихъ» — /с. 480/ отъ этихъ глубоко-православныхъ и глубоко новозавѣтныхъ апостольскихъ основъ міросозерцанія вытекаетъ для Stählln'а и его друзей съ одной стороны пониманіе снова великаго значенія христіанскаго аскетизма, какъ именно процесса освященія и внѣшняго нашего человѣка (пониманіе аскетизма было совершенно утрачено въ протестантствѣ), а съ другой стороны, новое (и вмѣстѣ съ тѣмъ старое!) пониманіе таинства, пониманіе великаго значенія Таинства Евхаристіи, какъ освященіе тварнаго начала силою Духа Божія, что весьма приближаетъ эту группу къ православному міросозерцанію. Въ этомъ они сходны съ каѳолически и сакраментально настроенными англиканами, стремящимися вернуться къ полнотѣ наслѣдія древней Церкви [114].

Одна есть рѣзкая грань, черезъ которую эти столь каѳолически, почти что православно настроенные германскіе протестанты пока не рѣшились перешагнуть, грань, которая однако, къ сожалѣнію, весьма рѣшительнымъ образомъ отдѣляетъ даже этихъ, столь «каѳолически», «православно», «патристически» и въ духѣ «христіанского реализма» настроенныхъ нѣмецкихъ, швейцарскихъ, французскихъ и др. протестантовъ отъ Православной Церкви. Это есть священство, т. е. отсутствіе у протестантовъ — и у этихъ также — какъ ученія объ особой благодати священства, восходящаго черезъ рукоположеніе къ апостоламъ, такъ и носителей ея. Это есть опредѣленная и рѣзкая грань, даже по отношенію къ тѣмъ протестантамъ, которые во многомъ приблизились уже къ древне-церковной и православной точкѣ зрѣнія.

Отдѣльную позицію занимаетъ видный германскій богословъ, большой другъ нашей православной Церкви, профессоръ Маргбургскаго университета Friedrich Heller и его весьма малочисленная группа, не имѣющая почти никакого вліянія въ протестантизмѣ. Они перешли эту грань, признали необходимость священства, опирающагося на апостольское преемство. Фридрихъ Хайлеръ самъ даже принялъ посвященіе въ санъ епископа, но изъ нѣсколько сомнительного источника (восходящаго однако въ концѣ концовъ къ несомнѣнному съ точки зрѣнія апостольскаго преемства священству Малабарскихъ христіанъ), но не столько группа профессора Хайлера интересна — она, какъ я сказалъ, мало имѣетъ вліянія и силы распространенія — сколько личность самого Хайлера, великаго борца за Единство Церкви, весьмо близкаго по духу и всѣму вѣроученію къ духу Православія. Его любовь къ нашей Церкви выразилась въ его большой книгѣ, недавно вышедшей, посвященной «Древней Церкви и Восточной Церкви» («Urkirche und Ostkirche». München, Reinhardt, 1937). Онъ за/с. 481/ключаетъ ее глубоко прочувствованнымъ восклицаніемъ одного итальянскаго богослова: «О benedetta chiesa orientale» («О Благословенная Восточная Церковь!»)

V.

Лишь нѣсколько словъ здѣсь о католицизмѣ. Намъ извѣстно, какія великія преграды стоятъ на пути между Православіемъ и Католицизмомъ. Во многомъ, конечно, Католицизмъ значительно ближе къ намъ, чѣмъ протестанство; далѣе, нѣкоторыя трудности могли бы быть выяснены и преодолѣны, но остается основная, непроходимая грань — юридическое воспріятіе Церкви и папскія притязанія, противорѣчащія по идеѣ своей и въ самой основѣ своей существу Церкви, какъ великаго организма, какъ Тѣла Христова. Съ человѣческой точки зрѣнія это расхожденіе непреодолимо. Но Богъ, конечно, можетъ растопить сердца, побѣдить предразсудки, вернуть уклонившихся, но искренно вѣрующихъ, къ полнотѣ ненарушеннаго и неискаженнаго наслѣдія Древней Церкви.

Слѣдуетъ однако отмѣтить у нѣкоторыхъ благочестивыхъ, религіозно проникновенныхъ католиковъ (особенно у бенедиктинцевъ и близкихъ къ нимъ круговъ и у цѣлаго ряда германскихъ католиковъ) черты все большаго пониманія нашей Церкви и духовнаго сближенія съ Ней. Съ умиленіемъ думаю о дѣйствительно иренистической, дѣйствительно примирительной дѣятельности бельгійскихъ бенедиктинцевъ аббатства Амэ (Amay s. Megse), восторженныхъ любителей православнаго богослуженія, издателей замѣчательнаго журнала «Irenikon» исполненныхъ тоновъ братской любви и уваженія къ нашей церкви. Ученый доминиканецъ, патеръ Киліанъ Кирхгофъ (Kilian Kirchhof), издавалъ въ теченіе послѣднихъ лѣтъ въ Вѣнѣ очень замѣчательный нѣмецкій переводъ всей «Тріоди Постной». Пока вышло три тома: подготовительныя седмицы къ Великому Посту и первыя 6 седьмицъ Великаго Поста. Замѣчательна также и полна духа любви къ нашей Церкви серія научныхъ работъ посвященныхъ Православію и выходящихъ подъ редакціей проф. G. Wunderle въ Вюрцбургѣ (особенно хороши двѣ работы самаго Wunderle — объ Аѳонѣ и о православныхъ иконахъ («Um die Seele der heiligen Ikonen», ovn 1937). Еще слѣдуетъ отмѣтить немаловажную вещь: все чаще и чаще за послѣднее время у ряда католическихъ богослововъ, особенно германскихъ, встрѣчается преодолѣніе внѣшне-юридическаго представленія о Церкви, которое часто господствовало и до сихъ поръ часто господствуетъ въ католицизмѣ. Церковь воспринимается этими богословами уже не какъ юридическая институція только, а, согласно ученію апостола Павла, какъ великій растущій организмъ, напояемый Духомъ Божіимъ, какъ мистическое Тѣло Христово подъ Главою Христомъ, не какъ /с. 482/ внѣшній для насъ авторитетъ, а какъ великое цѣлое, органической частью котораго являемся мы, поскольку мы участвуемъ въ этой жизни Духа Божія. Таковы идеи о Церкви, развитыя въ произведеніяхъ католическихъ богословскихъ писателей Романо Гуардини (Romano Guardlni — нѣмецъ; священникъ и профессоръ; особенно замѣчательна его маленькая книжка «Das Wesen der Kirche» — «Сущность Церкви» 1923 г.), профессора Карла Адама («Das Wesen des Kathollzismus» — «Сущность католицизма»), профессора Роберта Гроше (Robert Grosche) и другихъ [115]. Здѣсь чувствуется опять вліяніе духа великаго католическаго богослова начала и средины 19-го вѣка, Mönier'а (его замѣчательная кннга «Die Einheit der Kirche» — «Единство Церкви», весьма не-ультрамонтанская по содержанію, вышла въ 1825 г. и переиздана въ 1925 г.), столь близка по духу къ Хомякову.

Кто знаетъ, можетъ быть, это усиленное пробужденіе за послѣдніе годы среди нѣкоторыхъ католическихъ богослововъ пониманія Церкви, какъ живого мистическаго тѣла, всѣ части котораго живутъ и растутъ, питаются силою Духа Божія («всѣ мы напоены однимъ Духомъ») изъ невидимой главы Христа, — кто знаетъ, не есть ли здѣсь — пусть скромный и незначительный по своему вліянію — зачатокъ сѣмени преодолѣнія духа католическаго юридизма? Еще далеко до исполненія, очень далеко...

А пока мирные разговоры, даже мирные споры и пренія съ братьями нашими изъ Католической Церкви затрудняются еще болѣе гоненіями на Православную Церковь въ Польшѣ, гдѣ насильственными мѣрами крестьянское населеніе переводятъ въ католичество (съ декабря 1937 г. въ пограничной полосѣ Волыни), гдѣ православныя церкви разрушаются съ удвоенной силой (особенно въ Холмщинѣ, начиная съ апрѣля 1938 г., въ теченіе двухъ только мѣсяцевъ разрушено боліе 100 церквей) при поддержкѣ и усиленномъ сочувствіи мѣстной Католической Церкви, и при сочувственно-дипломатическомъ молчаніи Рима. Въ результатѣ пробуждается въ отвѣтъ ненависть, которая вѣдь есть очень плохая помощь при междуцерковныхъ разговорахъ и преніяхъ, но которая разъ уже была вознесена со всей силой: именно чрезъ поруганіе святынь Константинополя (4-й «крестовый походъ»!). То, что дѣлается въ Польшѣ, не только разжигаетъ — ненужную совсѣмъ, давно уже долженствующую быть похороненной — ненависть между двумя народами, но является однимъ изъ самыхъ яркихъ въ наши дни нарушеніемъ свободы религіозной совѣсти (послѣ, конечно, Сов. Россіи, красной Испаніи и Мексики). Никакими прежними преступленіями противъ религіозной совѣсти эти новыя преступленія, дѣлаемыя созна/с. 483/тельно, по холодному истинно-«фельдфебельскому» расчету, «безъ искорки истиннаго государственнаго смысла, оправданы быть не могутъ.

При этомъ нужно сказать, изъ чувства справедливости, что польскій народъ въ своемъ цѣломъ за это отвѣтственнымъ сдѣланъ быть не можетъ. Онъ даже мало объ этомъ знаетъ. И вмѣстѣ съ тѣмъ это, конечно, и великое преступленіе противъ того братскаго духа, который долженъ царить даже при спорахъ и вѣроучительныхъ преніяхъ между христіанскими Церквами.

VI.

На фонѣ уже сказаннаго хочу вкратцѣ коснуться отношенія Православной Церкви къ «экуменическому движенію», въ пользу сближенія между христіанскими Церквами. Вопросами вѣроученія занималась спеціально всемірная конференція, собравшаяся въ 1927 году въ Лозаннѣ — «World Conference on Faith and Order» (т. е. «по вопросамъ вѣры и церковнаго строя») со своими «комитетами продолженія» и богословскими комиссіями, собиравшимися потомъ изъ года въ годъ, а затѣмъ и вторая, подобная же міровая конференція, состоявшаяся въ августѣ 1937 года въ Эдинбургѣ. На первой конференціи присутствовало около 450-ти представителей различныхъ христіанскихъ Церквей, въ томъ числѣ 26 православныхъ делегатовъ (отъ древнихъ патріархій Константинопольской, Александрійской, отъ Русской Церкви въ разсѣяніи, отъ Церквей Эллинской, Румынской, Сербской, Болгарской, отъ Православной Церкви въ Польшѣ, отъ Церкви Грузинской). Въ Эдинбургѣ на 414 делегатовъ было 23 православныхъ. Въ этотъ разъ отсутствовали представители Церквей Сербской и Румынской (и Грузинской). Зато были представлены: Патріархія Антіохійская, Церковь Албанская и Православная Церковь въ Латвіи. Русская Церковь въ изгнаніи была на этотъ разъ представлена делегатами отъ обѣихъ юрисдикцій (въ первый же разъ — въ Лозаннѣ — лишь отъ юрисдикціи митрополита Евлогія). Патріархія Іерусалимская и Церковь Кипрская были оба раза представлены черезъ другихъ греческихъ (Константинопольскихъ) делегатовъ. Православные делегаты заняли съ перваго же раза весьма видное и почетное мѣсто на этихъ собраніяхъ.

Что же это? Парламентъ Церквей всего міра? Да не будетъ сего! Можно съ полной опредѣленностью сказать, что это не только не было церковнымъ интернаціональнымъ парламентомъ, но что всѣ тенденціи, шедшія въ эту сторону, сразу самымъ энергичнымъ образомъ пресѣкались. Было здѣсь поле свидѣтельства о Церковной истинѣ передъ лицомъ другихъ Церквей (были представлены всѣ протестантскія Церкви самыхъ различныхъ странъ Стараго и Новаго Свѣта, далѣе англиканцы, старо католики; католическая Церковь не участ/с. 484/вовала въ Конференціи и была представлена только неофиціальными наблюдателями; всего участвовали въ Эдинбургѣ чрезъ своихъ делегатовъ 122 мѣстныя Церкви изъ 42-хъ странъ). Ибо предполагалось лишь, что каждая Церковь выскажетъ свою вѣру по тому или иному догматическому вопросу и что такимъ образомъ выяснится изъ непосредственнаго контакта, въ чемъ ея вѣра сходится или несогласна съ вѣрою другихъ. Православная Церковь была, т. о., призвана свидѣтельствовать предъ лицомъ другихъ о хранимой ею Истинѣ. Ея роль была однако не только свидѣтельствованія о вѣрѣ, но и педагогическая. Свидѣтельствуя о вѣрѣ отцовъ и апостоловъ, она тѣмъ самымъ бросала сѣмена этой проповѣди въ сердца инославныхъ братьевъ. И въ нѣкоторыхъ вопросахъ вѣроученія Господь подалъ успѣхъ. Такъ, въ трудномъ вопросѣ о дѣйствіи благодати и объ отношеніи ея къ активности человѣка — вопросѣ, на которомъ въ началѣ 16-го вѣка раскололась Западная Церковь на двѣ половины, — на Эдинбургской конференціи участники соотвѣтствующей (первой) секціи пришли къ глубокому единенію, состоящему въ преодолѣніи однобокаго протестантскаго квіатизма и пассивизма на основаніи православнаго ученія — ученія апостола Павла! — объ активномъ нашемъ соучастіи, благодатію Божіей, въ крестѣ Христовомъ черезъ сораспятіе со Христомъ, т. е. православнаго и новозавѣтнаго ученія о подвигѣ. И чѣмъ больше подвига, тѣмъ больше смиренія, тѣмъ больше видитъ человѣкъ, что онъ ничего не имѣетъ передъ Богомъ, что онъ нищъ и нагъ. Активность и — смиреніе! Подвигъ и — благодать! Благодать, какъ начало, конецъ и середина, и однако не дѣлаетъ она человѣка пассивной куклой, а зоветъ къ дѣятельному соучастію въ крестѣ Христовомъ. «Христови сраспяхся... Живу же не ктому азъ»... Преодолѣвается пассивность протестантизма, но, вмѣстѣ съ тѣмъ, и то счетоводство передъ Богомъ, подчеркивающее и считающее мои заслуги, которое встрѣчаемъ подчасъ въ юридическихъ крайностяхъ католической точки зрѣнія [116].

VII.

Какіе же выводы должны мы сдѣлать? Разсѣяніе многихъ іерарховъ, священнослужителей и вѣрныхъ православной Русской Церкви по многимъ странамъ, среди многихъ народовъ, особенно среди инославныхъ христіанъ, не лишено, должно бытъ, глубокаго смысла. Не только мученическая Церковь тамъ, въ Россіи, но и мы здѣсь, теперь, также призваны свидѣтельствовать — жизнью и словомъ — о полнотѣ христіанскаго благовѣстія, живущей въ нашей Церкви. Глаза многихъ инославыыхъ братьевъ смотрятъ на васъ «Да не ху/с. 485/лится ваше доброе!». Да не обратится на насъ упрекъ: «ради васъ имя Божіе хулится передъ народами! Но да будемъ мы призваны, не только устами, но всей жизнью нашей взывать къ Единому Отцу и Богу — передъ лицомъ инославныхъ братьевъ, среди которыхъ многіе изъ насъ поставлены жить: «Да святится Имя Твое! Да будемъ мы служителями и благовѣстниками мира ближнимъ и дальнимъ, благовѣстниками Того, Который есть «миръ нашъ» (Ефес. 2, 14)!

Постановили. «Ознакомившись съ докладомъ проф. Н. С. Арсеньева, «Православная Церковь и западное христіанство», отмѣчающимъ, что прямымъ слѣдствіемъ гоненій на Православную Церковь со стороны безбожной власти въ СССР, явилось углубленіе и расширеніе вниманія къ нашей Церкви со стороны наиболве чуткихъ представителей богословской мысли протестантства и католичества, Соборъ призываетъ Божіе благословеніе на труды тѣхъ, кто жизнью и словомъ раскрываетъ передъ Западнымъ христіанскимъ міромъ истинность нашей Святой Церкви и высоту ея мученическаго подвига въ настоящее время.

Объявляется перерывъ на 10 минутъ, съ тѣмъ, что послѣ перерыва засѣданіе возобновится при закрытыхъ дверяхъ.



Засѣданіе возобновляется.

XI. Слушали: Протоколъ № 6.

Постановили: Протоколъ утвердить.

Предсѣдатель объявляетъ, что къ нему поступило заявленіе, подписанное 13-ю членами Собора съ просьбою огласить на пленумѣ Собора докладъ Архіепископа Богучарскаго Серафима о Русскомъ Христіанскомъ Трудовомъ Движеніи. Предсѣдатель предлагаетъ Архіепископу Серафиму высказать свои основныя мысли и пожеланія.

Архіепископъ Серафимъ указываетъ на большую важность вопроса о Христіанскомъ Трудовомъ Движеніи въ виду того, что это движеніе желаетъ получить благословеніе на свою дѣятельность отъ Русской Зарубежной Церкви и желаетъ быть въ тѣсномъ сотрудничествѣ со Св. Церковью. Его докладъ привѣтствуетъ эти желанія Трудового Движенія, но считаетъ необходимымъ, чтобы для этого были соблюдены два условія: 1) введеніе въ наименованіе Движенія слова «Православное» или добавленія къ названію «подъ водительствомъ Русской Зарубежной Православной Церкви». 2) Контроль Церкви надъ идеологіей религіозной и политической въ печатной литературѣ Движенія. Архіепископъ Серафимъ въ прошломъ году дѣлалъ докладъ Архіерейскому Собору о желательности такого переименованія Христіанскаго Трудового Движенія. Нынѣ онъ показывалъ свой докладъ А. И. Лодыженскому и протопресвитеру С. Орлову, которые выска/с. 486/зали готовность принять во вниманіе его пожеланія. Онъ проситъ это его заявленіе внести въ протоколъ, а докладъ его, если невозможно огласить, приложить къ протоколу даннаго засѣданія.

В. В. Кутыринъ, соглашаясь съ Архіепископомъ Серафимомъ, предлагаетъ потребовать отъ Русскаго Трудового Движенія отмежеванія отъ брошюры Каширскаго.

Предсѣдатель, отмѣчая, что нѣтъ никакой возможности, за позднимъ временемъ, заслушать докладъ Архіепископа Серафима, предлагаетъ передать его въ Архіерейскій Соборъ.

Предложеніе предсѣдателя принимается.

XII. Слушали: Докладъ К. К. Изразцова о заключеніяхъ Финансово-Хозяйственаго Отдѣла Собора по вопросу о матеріальномъ положеніи Архіерейскаго Сѵнода.

Ваше Высокопреосвященство. Освященный Соборъ.

Въ продолженіи уже нѣсколькихъ дней мы выслушиваемъ сообщенія о работахъ, шедшихъ въ Отдѣлахъ. Всѣ они касались отвлеченныхъ вопросовъ, вѣры и человѣческихъ взаимоотношеній. И въ связи съ каждымъ изъ этихъ вопросовъ и въ представленныхъ докладахъ, и въ горячихъ преніяхъ, и въ принятыхъ резолюціяхъ выявлялась высокая степень того духовнаго подъема, который двинулъ насъ съ мѣстъ и собралъ здѣсь со всѣхъ концовъ земли.

Пока, уподобляясь Маріи, вы безпрестанно прислушивались въ своихъ сердцахъ къ откликамъ Христова ученія и, образно выражаясь, сидѣли у ногъ Учителя, вы поручили дѣло Марѳы — вашей финансовой комиссіи.

Позвольте же теперь свести васъ съ духовныхъ высотъ и пріобщить къ земнымъ матеріальнымъ и сухимъ вопросамъ.

Архіерейскій Сѵнодъ представилъ въ распоряженіе Отдѣла всѣ матеріалы, могущіе возможно полнѣе освѣтить денежное его положеніе за 1937-38 гг. Книговодство и отчетность за вышеуказанный смѣтный годъ состояли изъ:

1) Трехъ приходо расходныхъ книгъ по суммамъ: а) на обще-церковныя нужды, б) переходящимъ и в) запаснаго капитала.

2) Валютной книги — съ перечнемъ валютныхъ поступленій, съ указаніемъ въ ней времени реализаціи валюты, курса послѣдней и полученныхъ отъ реализаціи суммъ.

3) Вѣдомостей: а) остатковъ суммъ на 1-е число каждого мѣсяца и б) ежемѣсячныхъ детальныхъ по приходу и расходу.

4) Общегодовой вѣдомости о приходѣ и расходѣ суммъ на обще-церковныя нужды.

5) Вѣдомости о поступленіяхъ на тѣ же нужды, составленной по районамъ поступленія денегъ и

6) Свѣдѣнія объ исполненіи смѣты на 1937-38 гг.

Кромѣ того отдѣлъ ознакомился со смѣтными предположеніями по приходу и расходу на 1938-39 гг.

/с. 487/ Хотя Отдѣлъ и не входилъ въ повѣрку суммъ, но онъ не могъ не убѣдиться, что денежныя книги велись и подписывались казначеемъ Сѵнода, что шнуры и печати на нихъ были цѣлы, что они повѣрялись сѵнодальнымъ членомъ, на обязанность котораго возложена такая ревизія и что никакихъ замѣчаній ревизора въ отчетномъ году не было. Такимъ образомъ, отдѣлъ смогъ въ короткое время получить общую и полную картину матеріальнаго положенія, въ которомъ живетъ наше Сѵнодальное управленіе.

Дабы поразить ваше воображеніе, я бы хотѣлъ опредѣлить его въ возможно краткихъ словахъ:

Оно ужасающе по своей скудости и оно страшно по своей необезпеченности.

Вы представите себѣ полностью это ужасное оскудѣніе, узнавъ, что весь бюджетъ Архіерейского Сѵнода за 1937-38 гг. равнялся приблизительно 11,000 дин. въ мѣсяцъ. Въ эту сумму включено и содержаніе нашего Архіерейского Сѵнода, и Сѵнодальной канцеляріи, и Сѵнодального причта въ Сремскихъ Карловцахъ, и довольство Архіерейского Собора, во время его сессіи, и оплата посѣщеній и служебныя поѣздки, и почтово-телеграфные расходы, отопленіе и освѣщеніе и даже погашеніе долга по изданію «Церковныхъ Вѣдомостей».

Вы знакомы съ цѣнами на жизнь въ Югославіи, и можете, каждый для себя, вычислить и удивляться, какъ можетъ на такія ничтожныя средства существовать органъ управленія Русской Церкви заграницей. Отвѣтъ одинъ, исключительно благодаря абсолютной непритязательности и безкорыстности нашихъ іерарховъ и высокимъ чувствамъ долга и преданности дѣлу всѣхъ служащихъ церковнаго управленія.

Но такое большое дѣло, какъ собираніе Русской Православной Церкви заграницей, не можетъ продолжать прозябать. Ему нужно тѣсное общеніе между разбросанными ея частями, возможно широкая дѣятельность на всѣхъ поприщахъ. Одна издательская дѣятельность, которую мы возложимъ на Сvнодъ послѣ нашего разъѣзда, наложитъ на него тяжелыя обязательства. Все это подразумѣваетъ обиліе средствъ и свободу передвиженія. Наша первѣйшая задача средства эти найти и содѣйствовать ихъ сосредоточенію.

Въ чемъ заключаются доходы Архіерейскаго Сѵнода? Недвижимою собственностью Сѵнодъ не владѣетъ, доходныхъ предпріятій не имѣетъ и никакими капиталами не обладаетъ. Главнымъ и почти исключительнымъ источникомъ средствъ въ настоящее время являются отчисленія отъ приходовъ и епархій. Общій порядокъ таковъ: епархіи должны присылать 7% съ доходности приходовъ; церкви непосредственно Сѵноду подчиненныя 10%. Кромѣ того установленъ нѣсколько разъ въ годъ тарелочный сборъ.

Но все это установлено въ принципѣ, что же мы видимъ на практикѣ? ⅗ всего процентнаго отчисленія вносится Сѣверо-/с. 488/ Американскимъ Митрополичьимъ округомъ. Изъ всѣхъ епархій только одна Югославянская участвуетъ въ процентномъ отчисленіи и то только изъ доходовъ двухъ церквей. Епархіи, отчисленія не передающія, всѣ объясняютъ это скудостью своихъ собственныхъ средствъ.

Другая картина получается, если обратиться къ разсмотрѣнію отчисленій отъ церквей, непосредственно Архіерейскому Сѵноду подчиненныхъ. Здѣсь только нѣсколько церквей не присылаютъ своихъ отчисленій и то, какъ это выяснилось, потому, что приходъ не былъ освѣдомленъ о лежащей на немъ обязанности. Ознакомившись съ такой разностью въ выполненіи своихъ обязанностей, отдѣлъ будетъ просить Соборъ выразить благодарность учрежденіямъ исполняющимъ свой долгъ по отношенію къ общему дѣлу и просить другихъ сосредоточить свое вниманіе на аккуратной присылкѣ своихъ отчисленій.

Итакъ тамъ, гдѣ епархіямъ поручено препровождать отчисленія отъ приходовъ, тамъ эти отчисленія Сѵнода не достигаютъ. Тамъ же, гдѣ приходы отправляютъ свое денежное участіе непосредственно въ Сѵнодъ, тамъ эти суммы аккуратно передаются. Поэтому желательно коренное измѣненіе установленнаго порядка отчисленія съ доходности приходовъ. Необходима прямая передача денежнаго участія приходовъ не черезъ епархіальное управленіе, а непосредственно въ Сѵнодъ. Такая коренная реформа, должна быть проведена примѣнительно и послѣ подробнаго изученія прошлаго финансоваго положенія всѣхъ приходовъ. Она должна быть основана главнымъ образомъ на процентномъ отчисленіи отъ всей суммы поступающей въ приходъ, но въ нѣкоторыхъ случаяхъ это отчисленіе должно быть замѣнено определенной годовой суммой.

Но принципъ долженъ быть установленъ: взносы должны производиться непосредственно въ Сѵнодъ. Такая прямая связь дастъ каждому прихожанину сознаніе прямого участія въ дѣлѣ собиранія Церкви Православной, а съ чисто-практической стороны побудитъ приходы къ большей аккуратности, ибо напоминаніе изъ Церковнаго центра имѣютъ, повидимому, большій авторитетъ.

Вѣдь положеніе кассы Сѵнода сейчасъ поистинѣ безнадежно. Въ качествѣ примѣра позвольте Вамъ доложить, что до 1 сентября Сѵноду необходимо внести 2.544 динара въ «Пенсіонный Заводъ» — это представляетъ премію по обязательному страхованію чиновъ Сѵнодальней канцеляріи. У Сѵнода этихъ средствъ нѣтъ и если черезъ 8 дней деньги эти не будутъ внесены, то грозитъ наложеніе крупной пени. Сѵнодальная касса въ теченіе многихъ лѣтъ не уплачивала полностью содержанія Присутствію Сѵнода и состоитъ въ долгу въ суммѣ многихъ десятковъ тысячъ динаръ и въ настоящее время Предсѣдатель и Члены нашего Сѵнода не получили содержанія за 4 мѣсяца.

/с. 489/ Въ связи съ этимъ катастрофическимъ состояніемъ кассы, Отдѣлъ рѣшилъ довести это обстоятельство до свѣдѣнія Собора, дабы немедленно изыскать нужныя средства на производство этихъ платежей. Отдѣлъ поэтому предлагаетъ сообщить эти свѣдѣнія въ епархіи и приходы съ тѣмъ, чтобы были произведены немедленно единовременные взносы, въ качествѣ пожертвованій по мѣрѣ имѣющихся у нихъ средствъ.

Эти пожертвованія однако только временно сведутъ концы съ концами. Необходимо провести глубокую реформу всей финансовой системы и о ней только что Отдѣлъ высказался.

Въ ожиданіи же этой реформы, Отдѣлъ предлагаетъ просить Архіерейскій Синодъ осуществить процентное обложеніе съ содержанія Епархіальныхъ Архіереевъ, Викаріевъ и Духовенства Зарубежной Церкви. Вопросъ о такомъ положеніи уже разсматривался въ Архіерейскомъ Соборѣ 1937-38 г. Мы же будемъ просить Сѵнодъ провести его въ жизнь.

Въ докладахъ о христіанскомъ воспитаніи мало или совсѣмъ не говорилось о развитіи жертвенности въ прихожанахъ. Между тѣмъ, чувство жертвенности, одно изъ тѣхъ, отъ которыхъ самъ дающій испытываетъ глубочайшее и живѣйшее нравственное удовлетвореніе. Нѣтъ у насъ большей радости, чѣмъ сознаніе того, что мы себя въ чемъ-либо добровольно ограничиваемъ, въ пользу кого-нибудь намъ близкаго или во славу дорогой для насъ идеи. И при высокомъ духовномъ подъемѣ, о которомъ упоминалось въ началѣ, Отдѣлъ не сомнѣвается, что жертвенность пославшихъ насъ соотечественниковъ окажется на той же высотѣ. Тяжелыя условія жизни, малый достатокъ, не являются препятствіемъ къ жертвенности. Необходимо, чтобы цѣль и значеніе пожертвованія были безпрестанно разъясняемы и въ проповѣдяхъ, и въ частныхъ разговорахъ. Мы видимъ какіе величественные храмы воздвигаются на малыя пожертвованія, когда за ними стоитъ идея и энергичные люди ее возвѣщающіе.

Господа Члены Собора. Идея Карловацкаго Сѵнода есть идея сохраненія чистоты Русскаго Православнаго ученія и собиранія Русской Православной Церкви зарубежомъ. Отдѣлъ проситъ васъ эту идею возвѣстить и обратиться съ воззваніемъ ко всѣмъ епархіямъ, прихожанамъ и вообще русскимъ людямъ о необходимости содѣйствовать собиранію и утвержденію Русской Церкви за рубежомъ путемъ усиленія своей жертвенности.

По заслушаніи доклада Предсѣдатель Собора предлагаетъ высказаться по его содержанію.

С. Т. Неѣжмаковъ, указывая на то, что бываютъ въ разныхъ благотворительныхъ учрежденіяхъ устроены такъ называемые «голодные дни», т. е. однодневные посты, предлагаетъ призвать къ устройству таковыхъ, съ передачей въ /с. 490/ пользу Архіерейскаго Сѵнода денегъ, которые были бы истрачены на питаніе въ данный день.

А. І. Ивановскій. — Говорилось о добываніи средствъ путемъ обложенія приходовъ. Надо ввести обложеніе и тѣхъ русскихъ людей, которые не входятъ въ приходы при церквахъ.

Протопресвитеръ А. Шабашевъ. — У Сѵнода нѣтъ денегъ потому, что нѣтъ ихъ въ приходахъ и у Епархіальныхъ управленій. Въ Западной Европѣ епархіальный архіерей не дополучилъ 10.000 франковъ. Денегъ нѣтъ, потому что можетъ быть ихъ дѣйствительно ни у кого нѣтъ, а можетъ быть потому что виноваты и мы сами, и прихожане. Надо вызыватъ жертвенность частными обращеніями. Доходъ отъ обложенія Викарныхъ Епископовъ былъ бы эфемернымъ. Единственнымъ реальнымъ источникомъ былъ бы свѣчной заводъ.

Гр. П. Н. Апраксинъ. — Невозможно обсуждать детали. Есть два способа: упорядоченіе прежнихъ способовъ полученія средствъ и изысканіе новыхъ способовъ. Соборъ долженъ обратиться къ русскимъ людямъ съ указаніемъ, что при данныхъ условіяхъ невозможно развивать церковное дѣло. Обращеніе за пожертвованіемъ всегда что-то даетъ. Надо еще обратиться къ лицамъ, не принадлежащимъ къ приходамъ. Докладчикъ опасается, чтобы за другими рѣшеніями не упустили весьма важное обращеніе за пожертвованіями къ русскимъ людямъ на работу Сѵнода.

Протоіерей І. Сокаль полагаетъ, что причина недостатка средствъ въ центрѣ заключается въ недостаточной заботѣ на мѣстахъ объ укрѣпленіи матеріальнаго пополненія центра. Надо, чтобы отчисленія и сборы на общецерковныя нужды ни въ коемъ случаѣ не задерживались на мѣстахъ.

И. А. Аносовъ. — Не хватаетъ не столько жертвенности, сколько аккуратности. Попытка подушного обложенія въ Югославіи не дала въ прошломъ ощутительныхъ результатовъ. Необходимо аккуратное выполненіе церквами своихъ обязательствъ. Тогда только будетъ обезпечено удовлетвореніе всѣхъ нуждъ Архіерейскаго Сѵнода.

Архіепископъ Финляндскій Серафимъ. — Западно-Европейская епархія не дѣлаетъ взносовъ не потому, что не желаетъ, а потому, что сама не имѣетъ средствъ. Невозможно взимать деньги съ батюшки, который самъ голодаетъ. Изъ 30-ти приходовъ вносятъ въ епархіальное управленіе только 9. Въ Западной Европѣ было три девальваціи, которыя пагубно отразились на общемъ матеріальномъ положеніи. Предлагаетъ прекратить пренія и образовать при Сѵнодѣ комиссію для выработки мѣръ по улучшенію состоянія сѵнодальной кассы.

Архіепископъ Гермогенъ. — За всѣ истекшіе годы взносы на Сѵнодъ не поступали регулярно и были недоборы, вслѣдствіе которыхъ присутствіе Сѵнода не получало регулярно присвоенное ему содержаніе. Пробовали разсылатъ посланія съ призывами къ жертвенности, но это не давало никакихъ результатовъ. /с. 491/

Проф. С. В. Троицкій полагаетъ, что надо провести закономъ обложеніе русскихъ людей на общецерковныя нужды подобно тому, какъ взимается Патріаршій налогъ.

Митрополитъ Анастасій въ отвѣтъ Архіепископу Серафиму поясняетъ, что обсуждается не бюджетъ, а способы къ изысканію средствъ. Бюджетъ будетъ утвержденъ Архіерейскимъ Соборомъ.

К. К. Изразцовъ поясняетъ, что комиссія не останавливалась на частностяхъ и вновь зачитываетъ нѣкоторые пункты пожеланій, высказанныхъ комиссіей. Онъ, въ частности, поддерживаетъ предложеніе о непосредственномъ, помимо епархіальнаго управленія, представленіи отчисленій и сборовъ въ Архіерейскій Сѵнодъ.

Архіепископъ Мелетій находитъ необходимымъ, чтобы сборы поступали въ Сѵнодъ черезъ епархіальныя управленія. Это удобнѣе и для причтовъ, и для епархіальныхъ управленій, и для Сѵнода, ибо такимъ образомъ можетъ легче осуществляться надзоръ за правильнымъ и точнымъ выполненіемъ всѣхъ требованій.

Митрополитъ Анастасій указываетъ, что «голодные дни» неудобно примѣнять для сбора средствъ на церковныя нужды. И, такъ какъ не всѣ предложенія комиссіи могутъ быть осуществлены, предлагаетъ принимать предложенную резолюцію по пунктамъ.

Единогласно принимается резолюція въ слѣдующемъ видѣ:

«1. Обратиться отъ имени Собора съ воззваніемъ ко всѣмъ Епархіямъ, приходамъ и ко всѣмъ русскимъ людямъ о необходимости усилить поступленія и обратить ихъ особое вниманіе на обязанность строго слѣдить за аккуратностью своихъ взносовъ.

2. Благодарить Сѣверо-Американскій Митрополичій Округъ и Епархіи Болгарскую, Харбинскую и Югославянскую, а также Іерусалимскую Духовную Миссію, Харбинскій Домъ Милосердія, Почаевскую Типографію во Владиміровой и непосредственно Архіерейскому Сѵноду подчиненные приходы въ Буэносъ-Айресѣ, Алжирѣ, Бейрутѣ, Брисбенѣ и Тунисѣ — за аккуратность ихъ взносовъ.

3. Просить Епархіи: Германскую, Западно-Европейскую и Урмійско-Салмасскую, а также приходы въ Аддисъ-Абебѣ, Александріи, Каирѣ, Константинополѣ, Пиреѣ, Салоникахъ, Сиднеѣ и Тегеранѣ, приложить усилія на взысканіе средствъ для увеличенія ихъ взносовъ въ Сѵнодъ.

4. Довести до свѣдѣнія Епархій и Церквей о совершенномъ отсутствіи у Сѵнода средствъ на самыя необходимыя нужды по срочнымъ обязательнымъ платежамъ и на желательность немедленнаго единовременнаго взноса въ видѣ пожертвованія по мѣрѣ имѣющихся у нихъ средствъ.

XII. Слушали: нижеслѣдующій докладъ Н. Ф. Степанова.

/с. 492/

Іудейско-католическое сближеніе и, въ связи съ нимъ, перспективы дальнѣйшей эволюціи Экуменическаго движенія.

Христіанство подверглось въ Совѣтской Россіи небывалому гоненію. Мы говоримъ христіанство, a не Православная Церковь, оттого, что, совѣтское гоненіе не ограничилось лишь ею одной, но захватило и иныя христіанскія Церкви, значительно менѣе численныя, чѣмъ Православная. Среди христіанскихъ жертвъ Г.П.У. числятся также католическіе прелаты и духовенство.

Мексика повторила тотъ же пріемъ, примѣнивъ его въ данномъ случаѣ исключительно къ Католической Церкви. Въ самые послѣдніе дни Римская Церковь еще страшно потерпѣла въ Испаніи, гдѣ уничтожены почти всѣ храмы и вырѣзано все духовенство, при чемъ этотъ страшный взрывъ произошелъ въ странѣ, бывшей въ теченіи многихъ вѣковъ оплотомъ Церкви.

Но этимъ еще не кончились угрозы; онѣ висятъ въ воздухѣ, и не сегодня завтра, легко могутъ разразиться по Франціи и въ иныхъ странахъ, марксизмомъ втянутыхъ въ революцію. Главная же угроза католичеству все же кроется въ настоящее время въ Москвѣ въ распространяемой оттуда на весь міръ пропагандѣ безбожничества, находящей благотворную почву въ католическихъ странахъ.

Командировка Ватиканомъ въ Совѣтскую Россію Монсиньора Дербниьи ничего не дала. Бывшія надежды на сговоръ съ большевиками не удались. Угроза осталась.

Помимо врага, залившаго себя католической кровью, явнo стремящагося къ полному искорененію религіи, передъ Римской Церковью постепенно начала нарождаться опасность новаго врага, правда безкровнаго, но не менѣе опаснаго и также могущаго привести къ полной ликвидаціи Католической Церкви на всей территоріи современной Германіи, находящейся подъ управленіемъ націоналъ-соціализма.

Вводя свою новую, чисто матеріалистическую религію, религію государства, основанную лишь но выгодахъ и пользѣ Германіи, націоналъ-соціализмъ, постепенно и достаточно тонко приступилъ къ борьбѣ съ Христіанствомъ, особо грозя католичеству и лишая его постепенно всѣхъ тѣхъ привиллегій, коими оно до сихъ поръ пользовалось, при чемъ выяснитъ сейчасъ тѣ границы, на которыхъ преслѣдованіе остановится, пока не представляется возможнымъ, предрасполагая, благодаря этому, къ худшимъ опасеніямъ.

Защищая интересы Католической Церкви, Ватиканъ рѣшилъ вступить въ борьбу съ націоналъ-соціализмомъ.

Для этой борьбы нужны союзники. Но кто они, которые окажутъ ему помощь? Гдѣ они? Откуда ихъ взять? Какъ къ нимъ подойти? Какъ заставить ихъ работать на себя?

/с. 493/ Ранѣе мы уже отмѣчали, какъ Альбертъ Лантуанъ, представитель масонства, предлагалъ его Папѣ, какъ союзника.

Тутъ необходимо вспомнитъ, что, начиная съ 1738 года, въ которомъ Папа Клементій XII спеціальной энцикликой строго осудилъ масонство, рядъ Папъ, а именно: Бенедиктъ XIV въ 1751 г., Пій VI, Левъ XII въ 1825 г., Григорій XVI въ 1832 г., Пій IX въ 1846, 1849, 1854 и 1865 г.г., наконецъ, Левъ XIII въ 1884 г. слѣдовали по тому же пути, осуждая масонство и отлучая даже отъ Церкви входящихъ въ него католиковъ.

Необходимо признать, что XVIII и XIX вѣка въ исторіи Ватикана прошли подъ знакомъ борьбы съ масонствомъ. Возможно ли нынѣ отвергнуть двухсотлѣтнюю линію поведенія папскаго престола и найти компромисъ, допускающій какое-либо соглашеніе со вчерашними противниками? Конечно нѣтъ, это могло грозить слишкомъ опасными послѣдствіями заколебавшейся уже Римской Церкви.

Нужно искать иныхъ путей. Можно и не входя въ союзъ съ масонствомъ, заставить его работать на свою пользу.

Совѣтское иго, гнетущее Русскій народъ, сильно зависитъ отъ іудейства, захватившаго власть и двадцать лѣтъ правящаго Россіей.

Если и есть пострадавшіе отъ революціи іудеи, то, несмотря на то, большинство ихъ, пристроившись къ управленію, улучшило свое положеніе за счетъ разореннаго русскаго населенія; они представляютъ собой господствующій классъ и торопятся всемѣрно этимъ воспользоваться.

Вмѣстѣ съ тѣмъ, въ Совѣтской Россіи извѣстно всѣмъ, какъ іудеямъ, такъ и русскимъ, что рано или поздно, но при неминуемо долженствующемъ произойти переворотѣ послѣдній проявитъ себя небывалымъ еще въ исторіи іудейскимъ погромомъ.

Эта мысль неотступно занимаетъ умы мірового Іудейства, ищущаго способовъ избѣжать надвигающейся опасности.

Одновременно оно стоитъ лицомъ къ лицу и передъ другой вполнѣ реальной опасностью, — безусловнаго притѣсненія іудейства въ Германіи.

Казалось бы, эти данныя еще недостаточны для помысловъ о возможности заключенія между католичествомъ и іудействомъ какого-либо союза; дѣйствительность выявляетъ намъ иное, исподволь раскрывая намъ ставки каждаго изъ союзниковъ отдѣльно на обоюдную помощь другъ другу.

Іудейство вѣритъ тому, что папское слово, обращенное къ русскому народу, во время сумѣетъ остановить погромъ въ самомъ зачаткѣ его проявленія; Ватикану поддержка іудейства съ его могучими возможностями: финансами, прессой, интригами и конспираціями, а, главнымъ образомъ, его вліяніемъ на масонство, также можетъ дать рѣшительную и опредѣленную помощь.

/с. 494/ У кого перваго изъ обѣихъ сторонъ создался планъ подобнаго союза мы не знаемъ и брать на себя отвѣтственность утвержденія замысла его одной или другой стороной, мы не можемъ, но, слѣдя одновременно за католической и іудейской прессой, создается опредѣленное о томъ впечатлѣніе, не допускающее никакихъ сомнѣній.

Іудаизмъ есть естественный и безспорный врагъ христіанства. Извѣстно, что лишь въ современныхъ изданіяхъ Талмуда, оставляя бѣлые пропуски, больше не печатаются тексты, наполненные грубыми оскорбленіями Господа нашего Іисуса Христа и угрозами Его Церкви.

Только непреодолимая иронія судьбы привела къ тому, что въ поискахъ защиты, Католичество, признающее себя единственнымъ устоемъ христіанства, и вступило въ оборонительный союзъ съ самымъ лютымъ, естественнымъ и логическимъ врагомъ исповѣдуемаго имъ ученія.

Вотъ почему такъ поражаешься, когда замѣчаешь появленіе въ іудейской прессѣ хвалебныхъ отзывовъ о главѣ одной изъ самыхъ сильныхъ христіанскихъ религій.

Въ дальнѣйшемъ изложеніи намъ часто придется ссылаться на одинъ изъ старѣйшихъ іудейскихъ журналовъ, а именно «L'Univers Israélite». Журналъ этотъ издается въ Парижѣ, входитъ въ свой 94-й годъ изданія (срокъ, заслуживающій всякаго уваженія) и рекомендуется на обложкѣ, какъ «органъ консервативныхъ началъ іудаизма».

Въ номерѣ отъ 18-го января 1935 года впервые попадается нижеслѣдующая замѣтка подъ заглавіемъ: «Пріемъ Папой Будапештскаго главнаго раввина»:

«Папа Пій ХI принялъ д-ра Гелеви, Будапештскаго главнаго раввина.

Главный раввинъ ознакомилъ Его Святѣйшество съ положеніемъ іудеевъ въ центральной Европѣ, гдѣ они, по расистскимъ причинамъ, подвергаются преслѣдованіямъ.

Пій XI отвѣтилъ, что онъ уже бесѣдовалъ по этому поводу съ іудейскими учеными и, въ частности, со своимъ другомъ, Миланскимъ главнымъ раввиномъ, профессоромъ Александро Фано» [117].

Въ томъ же номерѣ мы находимъ и другую замѣтку, отмѣчающую симпатію Папы къ Іудеямъ и носящую ничѣмъ неоправдываемое заглавіе: «Урокъ папы Хитлеру».

«Международная Конференція римскаго права, недавно состоявшаяся въ Римѣ подъ покровительствомъ Святѣйшаго Престола, рѣшила создать академію римскаго и католическаго права, назначивъ въ нее компетентныхъ ученыхъ безъ различія странъ и религій.

Ватиканъ опубликовалъ по этому случаю замѣтку, въ которой говорится, что Его Святѣйшество хочетъ привлечь /с. 495/ въ академію всѣхъ спеціалистовъ, въ томъ числѣ и іудеевъ-адвокатовъ, изъ среды особо выдвинувшихся на послѣдней конференціи. Въ ихъ числѣ сообщеніе перечисляетъ профессоровъ: Гродевичъ, Дронгеймъ и Таубенблатъ, доклады которыхъ были замѣчательны своей ученой цѣнностью» [118].

1937 годъ, годъ двухъ экуменическихъ конференцій: Оксфордской и Эдинбургской, особенно изобилуетъ льстивыми замѣтками офиціальнаго органа іудаизма по отношенію къ Пію XI.

Въ февралѣ «L'Univers Israélite» помѣщаетъ большую статью Фердинанда Гетлеви подъ заглавіемъ: «Папство и іудеи». Вотъ нѣкоторыя выдержки изъ нея:

«Папа, близкій конецъ котораго нынѣ необходимо предвидѣть, оставляетъ на своемъ Папствѣ своеобразный отпечатокъ. Этотъ ученый, этотъ свѣдующій мужъ, котораго ничто, казалось, не предназначало къ долгу верховнаго управителя Церковью, сохранилъ во все время своего первосвященства, свою привычку усерднаго библіотекаря и кабинетнаго труженннка.

Продолжительное время, проведенное имъ въ Миланѣ хранителемъ Амвросіевской библіотеки и впослѣдствіи Ватиканской въ Римѣ, поставило его въ сношенія, можно сказать непрерывныя, съ самыми выдающимися представителями человѣческаго знанія, стекавшихся со всѣхъ концовъ свѣта для поисковъ въ этихъ замѣчательныхъ святилищахъ, находившихся подъ охраной Преосвященнаго Ратти (фамилія Пія XI. Н. С.). Въ числѣ этихъ ученыхъ находились многіе израильтяне, какъ, напримѣръ, великій дантеологъ Гольдскій, отецъ котораго, связанный дружбой съ будущимъ Папой, имѣлъ въ теченіи многихъ лѣтъ во Флоренціи книжный магазинъ художественныхъ изданій и напечаталъ труды высокой цѣнности не только по содержанію, но и по формѣ, выполненной съ утонченнымъ вкусомъ.

Такимъ образомъ, сами условія жизни, полностью посвященной знанію, предрасполагали Ахилла Ратти на верхахъ іерархической лѣстницы къ очень благосклонному расположенію по отношенію къ Израилю.

Эта черта сохранилась какъ одна изъ наиболѣе характиризующихъ замѣчательнаго Папу..».

Статья кончается слѣдующими словами: «И если Папа Пій XI много разъ проявлялъ свое уваженіе къ представителямъ еврейской культуры, то изъ вышеизложеннаго можно заключить, что онъ лишь слѣдовалъ въ этомъ направленіи тысячелѣтней традиціи» [119].

Какъ то неестественно, дѣлано, фальшиво звучатъ эти льстивыя слова, скрывая за собой какую то совершенно иную мысль, мысль нѣкоего достиженія на пользу Израиля.

/с. 496/ Вслѣдъ за этой статьей появляется новая замѣтка озаглавленная: «Римскій главный раввинъ воздаетъ хвалу Святѣйшему Отцу».

«Г. Давидъ Прадо, новый Римскій главный раввинъ, произнесъ въ синагогѣ торжественную пасхальную проповѣдь.

Онъ обратился съ призывомъ къ мудрости Израиля и воздалъ хвалу Святѣйшему Отцу, только что бросившему отъ чистаго сердца призывъ міру.

Мы побуждаемъ всѣхъ вѣрующихъ, сказалъ онъ, отдать на службу этого благороднаго дѣла всѣ наши скромныя усилія».

«Фигаро» отъ 5-го апрѣля, приводящій эти свѣдѣнія, добавляетъ: «Это, кажется, первый разъ въ исторіи міра, чтобы раввинъ свидѣтельствовалъ во время службы симпатію еврейской общины къ главѣ Католической Церкви.

Нашъ «Центръ Документаціи и Бдительности» отмѣчаетъ по этому поводу, что въ проповѣди своей «уважаемый главный раввинъ Задокъ Канъ выражалъ уже публично восхваленіе папѣ Льву XIII» [120].

Эта замѣтка поражаетъ своей нескладностью, неполнотой информаціи и полной запутанностью мысли. Помѣщеніе ея только и можно себѣ объяснить, какъ предлогъ для выраженія лести.

Но всѣ рекорды этой новой для іудаизма политики побиваются номеромъ отъ 14 мая 1937 г., гдѣ одну за другой мы находимъ слѣдующія замѣтки:

«Для Папскаго Павильона на выставкѣ.

Директоръ «La Juste Parole» получилъ отъ одного израильтянина, члена Института, слѣдующее письмо:

          «Милостивый Государь,

Читая въ номерѣ отъ 20 апрѣля строки, посвященныя Вами въ «La Juste Parole» съ призывомъ къ израильтянамъ оказать содѣйствіе Папскому павильону на Выставкѣ, я съ удовольствіемъ спѣшу поставить васъ въ извѣстность, что я, не дожидаясь Вашего призыва, отправилъ Его Высокопреосвященству Кардиналу Вердье свою лепту на это дѣло, вызванную замѣткой въ «Temps». Это явилось для меня почти насущной потребностью, такъ какъ я испытываю вѣчную признательность за пріемъ, слова и подарки, коими я былъ удостоенъ два года тому назадъ Святымъ Отцомъ, въ прошломъ поклонникомъ альпинизма, настаивавшемъ въ теченіи почти двухъ лѣтъ, чтобы я повидалъ его въ Ватиканѣ, гдѣ въ одинъ прекрасный вечеръ онъ меня принималъ въ теченіи почти цѣлаго часа (13 мая 1935 г.), заявивъ, что различіе нашихъ религій не имѣетъ въ данномъ отношеніи никакого значенія».

/с. 497/ Читатели «L'Univers Israélite» знаютъ, кто этотъ «израильтянинъ членъ Института» [121].

На той же страницѣ и слѣдующая замѣтка:

«Новыя подписчикъ «La Juste Parole» [122].

Только что подписался на «Истинное Слово» Преосвященный Е. Ботенъ, Прелатъ изъ дома Его Святѣйшества, директоръ Католическаго Комитета французскихъ содружествъ заграницей, генеральный секретарь Католическаго Комитета международныхъ знаній».

Преосвященный Ботенъ пишетъ:

«Вы дѣлаете полезное дѣло, ведя борьбу съ антисемитизмомъ и его насиліями, такъ же противными христіанскому духу, какъ и закону. Да будетъ Ваше «Истинное Слово» «La Juste Parole» услышано».

Что касается меня, то я уже давно сотрудничаю въ различныхъ обществахъ международнаго характера по большей частью съ израильтянами. Съ ихъ стороны я встрѣчалъ лишь честность, понятливость и полное уваженіе къ нашей собственной религіи.

Мой долгъ это сказать, и я дѣлаю это отъ полноты сердца» [123].

Слѣдующая замѣтка, подъ заглавіемъ «Іудейскій Патріархъ» имѣетъ ввиду Его Блаженство маронитскаго патріарха, Преосвященнаго Арида.

Какъ извѣстно, маронитами называются ливанскіе католики.

На данномъ въ его честь Бейрутской еврейской общиной пріемѣ «Патріархъ Арида воздалъ хвалу Іудейской дѣятельности въ Палестинѣ и прибавилъ:

«Говорятъ, что я Іудейскій Патріархъ. Это вѣрно въ томъ смыслѣ, что я буду всегда защищать Іудеевъ».

Еврейскій журналъ «Haaretz» коментируетъ въ слѣдующихъ словахъ это благородное заявленіе:

«Существуетъ нѣкоторое сходство въ положеніи Іудеевъ въ Палестинѣ съ христіанами въ Ливанѣ. Это сходство обязываетъ къ дружескимъ отношеніямъ, къ культурному и экономическому сближенію, къ контакту и къ серьезнымъ и постояннымъ обмѣнамъ мыслей. Главы Ливана уже доказали, что они отдаютъ себѣ отчетъ въ этой необходимости. Заявленіе Бейрутскаго Епископа утверждаетъ надежду на близкое сближеніе [124].

Наконецъ, въ отдѣлѣ французской хроники въ томъ же номерѣ еще одна замѣтка, озаглавленная:

«Письмо Главнаго раввина Ю. Вейль Преосвященному Вердье, архіепископу Парижскому.

/с. 498/ По случаю его священническаго юбилея, главный раввинъ Юліанъ Вейль послалъ преосвященному Вердье, парижскому кардиналу-архіепископу свои наилучшія пожеланія и горячія поздравленія.

Преосвященный Вердье, глубоко тронутый этимъ утонченнымъ вниманіемъ, благодарилъ главнаго раввина Ю. Вейль за столь возвышенныя выраженія, которыми онъ хотѣлъ уточнить свой поступокъ, дѣлающій ему наибольшую честь» [125].

Какъ не признать, во всѣхъ этихъ противорѣчащихъ здравому смыслу замѣткахъ, новую опредѣленную политику, ведомую Іудействомъ съ цѣлью вдолбленія въ общественное сознаніе возможности болѣе тѣснаго сближенія съ Католической Церковью.

Тутъ вѣдь не оффиціальная, бюрократическая вѣжливость; тутъ звучатъ иныя нотки, нотки крупнаго поворота многовѣковой политики.

Всякій поводъ, всякое, иной разъ неосторожное, а часто просто искаженное въ своей передачѣ слово, произнесенное кѣмъ-либо изъ католическихъ іерарховъ, подхватывается и используется въ желательномъ направленіи, систематически пріучая читателей къ сближенію двухъ противоположныхъ религій.

Характерны также и частыя указанія на дружбу Папы Пія XI со многими видными іудеями, что, впрочемъ, никѣмъ не отвергается, служа лишь скорѣе подтвержденіемъ нѣкоторой доли іудейской крови, по женской линіи, текущей въ жилахъ Пія XI.

Здѣсь можно было бы остановиться на приведенныхъ выдержкахъ, но, опасаясь обвиненія въ голословности, приходится привести выдержки еще изъ другой статьи, вышедшей изъ-подъ пера главнаго редактора и вдохновителя приводимаго нами журнала Раймонда Рауля Ламбертъ.

Озаглавлена она: «Римскій голосъ во Франціи» и посвящена прибытію на торжество празднованія памяти Святой Терезы въ Лизье папскаго легата кардинала Пачелли.

«Въ воскресенье я слушалъ по Т.С.Ф. голосъ Святѣйшаго Отца и его легата во Франціи, кардинала Пачелли...

Въ то время, когда въ Германіи преслѣдованія противъ католиковъ и независимыхъ протестантовъ усиливаются, въ то время, когда паганизмъ болѣе методично внѣдряется въ учрежденія — даже тоталитарныхъ государствъ, исключительно важно отмѣтить, что наступили времена, когда священнослужители всѣхъ религій признали, что преслѣдующіе Израиль всегда кончаютъ и преслѣдованіемъ другихъ...

Мы можемъ сознаться, что, будучи сынами Израиля, мы съ самой большой признательностью слушали голосъ Рима во Франціи. Кардиналъ Пачелли съ Нормандскаго холма под/с. 499/твердилъ въ великолѣпныхъ выраженіяхъ роль, предназначенную Его Святѣйшествомъ Піемъ XI Папству по отношенію къ развитію расистскаго паганизма... Мы можемъ отмѣтить, что кардиналъ-легатъ настоялъ на упоминаніи въ нашей свободной странѣ (во Франціи H. С.) о томъ, что въ то время, когда при другихъ режимахъ толпы «ослѣпляются ложными пророками» и приходится присутствовать при самыхъ недостойныхъ преслѣдованіяхъ, Папа не задумывается выразить «не то душу раздирающія жалобы, не то торжественные протесты». Римъ осудилъ идолопоклонство расѣ» [126].

А Россія, а Мексика, а Испанія? Папскому легату видно некогда вспомнить всѣ эти потоки пролитой христіанской крови. Германскій паганизмъ и преслѣдованіе іудеевъ, хотя и безусловно безкровное, соединяя католицизмъ и іудаизмъ, занимаютъ первенствующее мѣсто въ умахъ тѣхъ и другихъ.

Окончаніе прерванной статьи особо интересно своимъ глубокимъ значеніемъ для будущаго.

«Мы не требуемъ большаго. Такъ какъ способность забывать намъ не присуща, мы сумѣемъ, если обстоятельства потребуютъ, доказать нашу признательность».

Не придавая автору приведенныхъ строкъ преувеличеннаго значенія, но признавая его за одного изъ значительныхъ представителей іудейства, мы считаемъ эти строки чреватыми своими послѣдствіями.

Іудейство обѣщаетъ Католической Церкви свою поддержку.

Подобный, результатъ не могъ быть предвидѣннымъ ни одной, ни другой стороной, и надо думать, что Католическая Церковь никогда не предполагала своего паденія до такой степени, которая заставитъ ее искать поддержки у Іудейства. Только опасность положенія, обоюдно грозящая единовѣрцамъ обѣихъ сторонъ и угроза полнаго ихъ уничтоженія, могли привести къ столь неожиданному и неестественному сближенію.

Давая ежедневно въ отдѣлѣ иностранной хроники, перечень всѣхъ событій, сопряженныхъ съ преслѣдованіемъ іудеевъ, «L'Univers Israélite» отводитъ Германіи самое видное мѣсто. Въ прежніе годы значительно рѣже, нынѣ же почти какъ правило, вслѣдъ за этими описаніями мѣсто уступается притѣсненіямъ католиковъ. Безъ ироніи можно сказать, что временами представляется, что интересы католицизма этому журналу ближе интересовъ іудаизма.

Не считая возможнымъ загромождать настоящій докладъ дальнѣйшими статьями и замѣтками, отмѣчаемъ лишь слѣдующія интересныя статьи: «Ватиканъ, Германія и Іудеи» [127], «Римъ и Берлинъ» [128].

/с. 500/ За такое вниманіе, оказываемое іудействомъ Католической Церкви, католицизмъ не остается въ долгу; онъ идетъ навстрѣчу іудейству двумя способами: открывая борьбу противъ антисемитизма и работая на созданіе и укрѣпленіе іудейско-христіанской религіи.

Въ борьбѣ противъ антисемитизма особо выявляются двѣ католическія фигуры: госпожи Ирины Гаррандъ и Оскара де Ферензи. Проживавшая обыкновенно въ Вѣнѣ, г-жа Гаррандъ, надо думать, въ виду сложившихся нынѣ политическихъ условій принуждена либо прекратить свою дѣятельность, либо перенести центръ ея въ другую страну.

«L'Univers Israélite», такъ широко снабжающій насъ интересной и полезной информаціей, отмѣчаетъ:

«Дѣятельность г-жи Гаррандъ.

«Г-жи Гаррандъ, благородная христіанка уже столько лѣтъ творящая истинное апостольство въ пользу Іудеевъ, отправилась въ турне по Чехословакіи, Швеціи и Норвегіи, гдѣ она предполагаетъ организовать лиги для борьбы съ антисемитизмомъ.

«Организація г-жи Гаррандъ подготовляетъ также къ будущей зимѣ крупное благотворительное начинаніе, въ пользу Іудеевъ, страдающихъ отъ ненависти» [129].

Или еще подобная выдержка:

«Шулера».

«Мы иногда указывали въ этомъ журналѣ имя г-жи Гаррандъ. Въ Вѣнѣ, гдѣ гнѣздится антисемитизмъ, г-жа Гаррандъ основала, если можно такъ выразиться, анти-анти-іудейское движеніе. Перомъ и словомъ эта женщина съ неукротимой отвагой ведетъ борьбу за правду. И въ своемъ журналѣ «Gerechtigkeit» она дерзаетъ указывать сильнымъ Третьяго Рейха, ложью пришедшимъ къ власти и ею же пользующимся для ея утвержденія, на ихъ дѣйствія.

«Антисемитизмъ, пишетъ она, пользуется нечестнымъ оружіемъ, совершенно такъ же, какъ шулеръ въ игрѣ. Но шулеръ разсматривается, какъ преступникъ. Когда его хватаютъ, его сажаютъ въ кутузку. Все же, вредъ принесенный имъ значительно меньше по сравненію съ творимымъ антисемитами, самыми безчестными шулерами исторіи. Тотъ, который изо лжи куетъ свoе политическое оружіе, который смотритъ на антисемитизмъ какъ на орудіе, которымъ можно пользоваться въ общественной жизни, тотъ мерзавецъ» [130].

Дезадеръ Корейнъ, венгерскій іудей, такъ отзывается о г-жѣ Гаррандъ:

«Передъ тѣмъ, какъ кончать, я хотѣлъ бы привести, нѣсколько строкъ изъ одного еженедѣльнаго журнала, издаваемаго съ исключительной цѣлью борьбы съ антисемитиз/с. 501/момъ, одной старой дамой, христіанской вѣнской семьи (госпожа Ирина Гаррандъ).

«Какой честный христіанинъ не пожелаетъ того, чтобы народъ, которому весь нравственный міръ обязанъ Заповѣдями Господними, Библіей, нашимъ Спасителемъ, Апостолами, большимъ числомъ ученыхъ, изобрѣтеніями и открытіями, обрѣлъ, наконецъ, и свой пріютъ (heme), могущій взять на себя заботу о своихъ, въ томъ случаѣ, когда злодѣй, монархъ или политиканъ будетъ охваченъ мыслью унизить, притѣснить, обидѣть или даже подвергнуть смерти невинныхъ людей, дабы отвратить вниманіе толпы отъ своей собственной злобы и неспособности. Знакомы ли вы со славной исторіей народа, называемаго іудейскимъ? Знаете ли вы, что въ средніе вѣка женщины, дѣти, старики и больные умирали, предпочитая смерть отреченію отъ своей вѣры? И если мы знаемъ, какъ іудеи привязаны къ жизни, не является ли вдвойнѣ восхитительнымъ то, что они предпочитали костеръ своей жизни, не желая отречься отъ своей религіи? Знакомы ли вы съ жизнью іудеевъ въ Гетто? Знаете ли вы всѣ страданія перенесенныя іудеями до эмансипаціи, оскорбленія, преслѣдованія и клевету? А кѣмъ? Всякій негодяй, не имѣющій иной заслуги, кромѣ случайнаго факта своего не іудейскаго происхожденія, могъ угнетать, даже избивать, оскорблять людей, интеллектуальностью, духовностью и нравственностью на много его превосходящихъ» [131].

Здѣсь необходимо задержаться на одномъ вопросѣ и совершенно опредѣленно о немъ высказаться.

Рѣчь идетъ объ антисемитизмѣ.

Если раньше указывалось на ложь, толстымъ кокономъ оплетшую масонство, то теперь своевременно прибавить, что ложь масонства могла развиться и такъ ярко проявиться только благодаря исключительному вліянію на него Іудейства, полностью захватившаго его и передавшаго ему черты своего характера, также, какъ примѣняемые имъ способы борьбы и проведенія въ жизнь своихъ цѣлей.

Девятнадцать вѣковъ іудейскаго разсѣянія, пережитыхъ преодолѣваніемъ необычайныхъ трудностей, большинству народовъ совершенно непосильныхъ, не уничтожили іудейства, а логично и естественно заставили его уйти въ себя, спрятаться и незамѣтно для другихъ принять сначала оборонительный, а затѣмъ наступательный характеръ, заметая свои слѣды ложью и гарантируя свою дѣятельность конспираціей.

Удивляться этому не приходится, это нужно лишь констатировать и понять, что за столь длительный срокъ, ложь впиталась въ іудейство, передаваясь съ молокомъ матери изъ поколѣнія въ поколѣніе, все болѣе концентрируясь и достигнувъ въ наши дни наибольшаго своего развитія.

/с. 502/ Мы подчеркиваемъ, что, такъ же какъ и въ масонствѣ, въ современномъ іудействѣ и въ современномъ особенно, въ этой лжи трудно разбираться.

Вотъ почему ложью является даже самое названіе антисемитизма, такъ какъ подъ этимъ словомъ сейчасъ понимается исключительно анти-іудаизмъ.

Единственными хранителями чистой семитской крови въ наши дни являются аравійскіе бедуины.

Что знаютъ о нихъ большинство антисемитовъ и что они имъ вмѣняютъ въ вину? Ровно ничего; наоборотъ, большей частью, признающіе себя антисемитами, питаютъ къ этимъ чистымъ семитамъ самую глубокую симпатію.

Такая нелѣпость есть одинъ изъ плодовъ лжи, все запутывающей и мѣшающей всѣ понятія въ интересахъ іудейства. Итакъ, слово антисемитизмъ въ понятіи анти-іудазма естъ нелѣпость, которую не слѣдовало бы повторять, но которой мы все же временно принуждены придерживаться, въ силу болѣе легкаго объясненія нашей мысли, связанной и часто опирающейся на выдержки изъ различнаго рода іудейскихъ и католическихъ матеріаловъ, это слово принимающихъ.

Если подъ словомъ антисемитизмъ предполагать грубость преслѣдованія іудеевъ, съ сопровождающими его убійствами и насиліями, то христіанину нельзя быть въ рядахъ антисемитовъ. Но если подъ этимъ словомъ понимать защиту христіанской Церкви, ея морали, своихъ государственныхъ интересовъ, границъ, методовъ управленія, связанныхъ съ присущими каждому народу своихъ индивидуальныхъ традицій, обычаевъ и условій, то всякій христіанинъ обязанъ стать антисемитомъ, готовымъ защищать отъ натиска іудейства перечисленныя положенія, даже допуская въ крайности и прибѣганіе къ помощи оружія, какъ это часто приходится дѣлать по отношенію къ иноземнымъ врагамъ, грозящимъ Родинѣ.

Іудейство является главнымъ врагомъ христіанства и христіанскаго ученія; послѣднія революціи показали достаточно ясно всѣмъ, что онѣ руководятся іудеями; постоянныя волненія во многихъ и различныхъ странахъ воодушевляются все ими же.

Слѣдовательно, осуждая убійство, насиліе, погромы, однимъ словомъ, всякое не христіанское самоуправство, для каждаго христіанина настойчиво является необходимость законно отстаивать свою вѣру, свою землю, свои традиціи, свои обычаи — отъ іудейскихъ враговъ всего христіанскаго.

Вотъ почему, если дѣятельность выше названныхъ лицъ обращалась бы на борьбу съ насиліями надъ іудеями, не нашлось бы слова для ихъ порицанія; грусть заключается въ томъ, что движеніе ихъ приняло совершенно иное, уродливое направленіе: восхваленіе древняго Израиля, о чемъ рѣчь впереди, и вмѣстѣ съ нимъ, по недомыслію, и современнаго іудейства, въ ущербъ и порицаніе современныхъ христіанъ.

/с. 503/ Дѣятельность Оскара де Ферензи значительно шире дѣятельности г-жи Гаррандъ, почему на ней мы остановимся нѣсколько дольше.

Онъ самъ даетъ намъ свѣдѣнія о томъ, что и какъ побудило его вступить на путь своей дѣятельности.

Оказывается, дѣло Дрейфуса произвело на него очень сильное впечатлѣніе.

«Я не могъ допустить, чтобы цѣлой группѣ лицъ, составляющихъ расу и религію, приписывали преступленіе одного изъ нихъ» [132].

Указывая на то, какія этотъ процессъ вызвалъ во Франціи несчастныя послѣдствія, онъ говоритъ:

«Несчастныя особенно для католиковъ, впавшихъ въ грубую ошибку»... [133].

Вотъ съ первыхъ строкъ характеристика его мышленія: обѣленіе іудея и осужденіе христіанина.

«Преслѣдованія іудеевъ въ Германіи, заставили меня особенно заитересоваться іудейскимъ вопросомъ» [134], говоритъ де Ферензи, вспоминающій проповѣдь на эту тему, слышанную имъ 21 января 1934 г., произнесенную От. Феррандъ, изъ Ордена Священниковъ-Миссіонеровъ Сіонской Богоматери [135].

Подъ вліяніемъ этой проповѣди, де Ферензи въ нѣсколько мѣсяцевъ знакомится съ іудейскимъ вопросомъ и начинаетъ свою дѣятельность, путешествуя по Франціи и Бельгіи съ докладами, издаетъ цитируемую нами книгу и приступаетъ къ изданію новаго журнала «La Juste Parole».

Для большей авторитетности своего изданія онъ составилъ Попечительный Комитетъ при немъ, въ который вошли: уже упоминавшійся выше Преосвященный Ботинъ; От. Бонсирвенъ, іезуитъ; каноникъ Дегранжъ, От. Дево, Настоятель ордена Священниковъ Миссіонеровъ Сіонской Богоматери, От. Діё, ораторіецъ; Жакъ Маритенъ, профессоръ Католическаго Института въ Парижѣ и др.

Эти имена вполнѣ гарантируютъ полное соотвѣтствіе взглядовъ журнала съ верховнымъ управленіемъ Католической Церкви, то есть съ Ватиканомъ, придавая журналу нѣкій офиціозный характеръ.

Косвеннымъ подтвержденіемъ сего, можетъ служить отвѣтъ де Ферензи, полученный нами на просьбу высылки всѣхъ тѣхъ номеровъ, въ коихъ упоминалось что-либо объ экуменизмѣ и его конференціяхъ.

«La Juste Parole», отвѣчалъ онъ 28 апрѣля с. г., «не указывала ни на Экуменическое движеніе, ни на Оксфордскую конференцію, по той ясной причинѣ, что Церковь находится /с. 504/ внѣ этихъ движеній, а дѣйствіе «La Juste Parole» опирается, главнымъ образомъ, на католиковъ».

Эти нѣсколько словъ съ очевидностью показываютъ, что де Ферензи не допускаетъ и мысли о какомъ нибудь своемъ дѣйствій, Католической Церковью не поддержанномъ, а отсюда и выводъ, что все имъ излагаемое получило благословеніе его іерархическаго начальства.

Давая отчетъ доклада, читаннаго однимъ изъ членовъ попечительнаго Комитета проф. Жанъ Маритенъ, на тему «Іудеи среди Народовъ», Оскаръ де Ферензи говоритъ о немъ въ самыхъ восторженныхъ выраженіяхъ. Вѣроятно съ цѣлью проявить свою полную объективность, (а нужно по совѣсти признать, что она ему нерѣдко измѣняетъ) въ томъ же номерѣ журнала, онъ приводитъ выдержки подобнаго же отчета изъ газеты «Action Française».

Далекая отъ какой либо восторженности по поводу упоминаемаго доклада, вотъ что, между прочимъ, говоритъ «Action Française».

«Такимъ образомъ въ своей защитѣ іудеевъ г. Маритенъ рѣшился сдѣлать сравненіе между христіанами и іудеями, сравненіе, вылившееся въ пользу избраннаго народа. Іудеи, какъ оказывается, менѣе наглы, менѣе злобны, чѣмъ христіане»...

Слушавшая аудиторія страшно возмутилась словами католическаго профессора и шумно реагировала на нихъ, выражая свой протестъ [136].

Еще одинъ членъ Попечительнаго Комитета, академикъ Франсуа Моріакъ, въ статьѣ «За Израиля» говоритъ:

«Нѣтъ лучшаго отвѣта антисемитскимъ ученіямъ, какъ подтвержденіе того, сколь французская и нѣмецкая культура обязаны еврейской закваскѣ, — а чѣмъ обязанъ, въ свою очередь, геній Израиля западнымъ цивилизаціямъ» [137].

Оскаръ де Ферензи боится отставать отъ остальной братіи и провозглашаетъ:

«Не одинъ разъ мы подчеркивали въ нашемъ журналѣ, тѣ благородныя вожделѣнія общественной справедливости, которыя хранятся въ Іудаизмѣ» [138].

«Нужно честно признать», говоритъ онъ въ другомъ случаѣ, «что множество іудейскихъ торговыхъ домовъ, крупныхъ фирмъ или среднихъ торговыхъ предпріятій имѣютъ служащихъ, по большей части христіанъ, даже на мѣстахъ, требующихъ довѣрія и хорошо оплаченныхъ; что іудейскіе предпріятія часто достигаютъ успѣха благодаря упорному труду, иниціативѣ, качествамъ энергіи и настойчивости своихъ хозяевъ; что іудейскіе хозяева не показываютъ себѣ болѣе безчеловѣчными, чѣмъ христіанскіе хозяева, по отношенію къ /с. 505/ своимъ служащимъ и рабочимъ и не хуже ихъ оплачиваютъ; наконецъ, что они проявляютъ большое расположеніе къ тѣмъ, кто имъ хорошо служитъ. Это не хвалебный гимнъ, возносимый мною въ честь іудейскихъ хозяевъ, это простое утвержденіе истины, которое я могу подтвердить фактами. И если въ дѣлахъ существуютъ «паршивые жиды», нужно признать, что эта, ходячая на народномъ языкѣ, кличка, часто примѣняется къ значительному количеству людей, по крайней мѣрѣ, въ ихъ наружныхъ позахъ, дѣлающихъ видъ, что они христіане по крещеніи. Какимъ образомъ примирить это съ христіанской совѣстью: мнѣ не принадлежитъ право здѣсь въ этомъ разбираться» [139].

Не ограничиваясь собственными разсужденіями для возвышенія іудеевъ, Оскаръ де Ферензи приводитъ рядъ другихъ авторовъ. Напримѣръ пользуется слѣдующей выдержкой изъ Шарля Пегюи:

«Двадцать лѣтъ, что я ихъ (іудеевъ) изучаю, мы взаимно изучаемъ другъ друга. Я всегда ихъ находилъ крѣпкими на своемъ посту, какъ никто сердечными, стойкими, особой нѣжности, какъ никто привязанными, преданными, несокрушимаго благочестія, вѣрными во всякомъ испытаніи, выказывающими дѣйствительно мистическую дружбу, привязанными несокрушимой вѣрностью мистикѣ дружбы»... [140].

Подобная литература, безъ сомнѣнія, имѣетъ свое воздѣйствіе на менѣе глубокіе умы, по природѣ своей не обладающіе критическими свойствами и по простотѣ своей душевной выводящими заключенія, что окружающіе насъ іудеи, по недоразумѣнію называющіеся на вульгарномъ, разговорномъ языкѣ «жидами», на самомъ дѣлѣ являются какимъ то ангельскимъ воплощеніемъ.

Вотъ какимъ образомъ, дѣлая какъ будто христіанское дѣло, Оскаръ де Ферензи своей упорной пропагандой работаетъ на ослабленіе христіанства.

Его дѣятельность есть христіанское самооплеваніе.

Если мы встрѣчаемъ въ іудейской прессѣ указанія на притѣсненіе католиковъ въ Германіи, вслѣдъ за притѣсненіемъ тамъ же іудеевъ, въ «La Juste Parole» и въ трудахъ Оскара де Ферензи мы усматриваемъ тотъ же ходъ мысли, въ обратномъ порядкѣ; притѣсненіямъ іудеевъ, особенно въ Германіи онъ отводитъ значительное мѣсто.

Дѣятельность его тѣмъ не ограничивается; пользуясь офиціозностью своего журнала, онъ, въ довершеніе всего, проповѣдуетъ еще іудейско-христіанскую религію. Но для изслѣдованія этого новаго вопроса мы временно его покинемъ и обратимся къ болѣе вѣскимъ авторитетамъ католической Церкви, въ видѣ нѣкоторыхъ монашескихъ орденовъ и отдѣльныхъ священнослужителей.

/с. 506/ Въ ихъ ряду выдающееся мѣсто занимаетъ молодой монахъ Ораторіи О. Дье.

Послѣ ряда докладовъ, читанныхъ имъ въ Брюсселѣ, и Антверпенѣ, «О іудейско-христіанскомъ духѣ», предсѣдателю «L'Univers Israélite» удалось добиться интервью съ нимъ.

Помѣщая на первой страницѣ журнала портретъ этого молодого монаха, сопровождая его восхваленіями, приводящими въ недоумѣніе рядового обывателя, журналъ переходитъ къ самой сути.

— «Почему», спросили мы Отца Дье, «Вы любите соединять эти слова: Іудо-Христіанинъ?

— «Во первыхъ, въ силу любви къ истинѣ и реальности. Вы знаете слова аббата де Турвиль: «нѣтъ истиннаго свѣта, кромѣ освѣщающаго весь горизонтъ». Или еще другія, принадлежащія Паскалю: «Я считаю невозможнымъ познаніе частей безъ цѣлаго и т. д. Есть разрывъ между христіанами и іудеями, конечно. Но за этимъ разрывомъ существуетъ и единство, существуетъ реальность, объединяющая насъ несмотря на все. Послушайте аббата де Турвиль: «Великое чудо, великій знакъ, это продолженіе случайныхъ и независимыхъ явленій, слѣдовавшихъ одно за другимъ отъ Авраама до современнаго Папы, съ той же увѣренностью, будто они происходили отъ одной организованной и непреложной силы (что въ самомъ дѣлѣ и было, но не принадлежало природной силѣ, непосредственно схватываемой человѣкомъ). Въ этомъ заключается великое пророчество, потому что эта серія случайныхъ и независимыхъ явленій была предвѣщена и ежедневно оправдывается, превосходя человѣческое постиженіе Бога». Это чудо непрерываемо и это пророчество безпрерывно осуществляется. (Précis de doctrine catholique de l'abbé Picard, p. 71, chez Blond et Gay).

«Вы знаете, что Паскаль говоритъ то же: «Я вижу христіанскую религію, основанную на религіи предшествовавшей (стр. 123). Она одновременно обхватываетъ всю іудейско-христіанскую религію и доказываетъ все однимъ взмахомъ (стр. 243) (доказательство). Итакъ! для того чтобы ясно видѣть, видѣть вѣрно, я слѣдую его примѣру. Что насъ раздѣляетъ, я хорошо знаю; я слишкомъ часто и со скорбью это чувствую. Я также люблю видѣть то, что насъ сближаетъ и объединяетъ».

— «Почему согласились вы на участіе въ апрѣлѣ, на двухъ конференціяхъ въ Брюсселѣ и Антверпенѣ, на тему: «іудейско-христіанскій духъ передъ лицомъ цивилизаціи?».

— «Именно оттого, что я прекрасно вижу, что насъ содиняетъ, то есть ту единственную, великую сокровишницу, которую мы должны защищать вмѣстѣ. Я слыхалъ г. Поль Валери, говорившаго на конференціи о нашей западной цивилизаціи. Три фактора, говорилъ онъ, послужили ея созданію: эллинскій духъ, римскій духъ и іудейско-христіанскій /с. 507/ духъ. Онъ былъ совершенно правъ. Но изучая динамическую сторону вопроса, кто изъ этихъ трехъ факторовъ сохранилъ еще наибольшую силу?

«Замѣтили ли вы, что христіане и израильтяне одинаково преслѣдуются? Почему? Не замѣчаете ли вы, что матеріалистическій духъ — откуда бы онъ не исходилъ — отъ марксизма или изъ иного мѣста, въ іудейско-христіанскомъ спиритуализмѣ видитъ непокоряющагося врага? Это мы принесли сокровищницу. Мы держимъ сокровищницу. Намъ ее защищать. Я это думалъ, читая еще André Gide: «Retour d'U.R.S.S».

«Невѣжество», пишетъ онъ, «отказъ отъ Евангелія и отъ всего, что изъ него вытекаетъ, не проходитъ для человѣчества безъ самаго плачевнаго оскудѣнія (стр. 111).

«Замѣните слово «евангеліе — писаніемъ», и вотъ вамъ весь мой тезисъ.

«Тѣмъ, которые хотятъ объединить человѣчество, намъ надлежитъ показать, что Вѣра въ Единаго Бога есть первое условіе. Міръ матеріалистическихъ народовъ, гордыхъ расъ, будетъ міромъ непрекращающейся войны.

«Изъ Библіи и Евангелія вытекаетъ великая мысль всеобщности человѣческой семьи. Празднымъ мечтателямъ, вѣрующимъ во врожденную доброту человѣческой натуры, (см. André Gide, Retour d'U.R.S.S. — всѣ стр. 74 и 75) намъ надлежитъ напомнитъ, что Библія и Евангеліе учатъ, что частично плохое сердце человѣка является общественнымъ врагомъ № 1 и если желать мира, какъ въ себѣ, такъ и вовнѣ, всегда нужны нравственность и воздержаніе. Всѣмъ поклонникамъ свободы, «персонализма», истинной цивилизаціи намъ надлежитъ напомнить, что Библія и Евангеліе одинаково учатъ, что величіе человѣка заключается въ его подобіи Божіемъ, въ его дружбѣ съ Богомъ, въ его безсмертномъ удѣлѣ.

«Всѣмъ матеріалистамъ, не видящимъ ничего, кромѣ земного удѣла, намъ надлежитъ напомнить, что человѣкъ находится здѣсь, какъ проходящій, но что, работая на усовершенствованіе наилучшимъ способомъ, на землѣ, по обязанности, а не по мечтательству, онъ наилучшимъ способомъ страхуетъ свое счастье.

«Земля — путь. Счастье въ иномъ мѣстѣ. Хорошо понятая жизнь есть путь къ счастью» [141].

Больно видѣть, какъ, пользуясь даннымъ отъ Господа ораторскимъ талантомъ, умѣніемъ произносить столь красивыя слова, подчасъ даже очень вѣрныя, католическій священникъ, въ угоду іудеямъ, договаривается до того, что говоритъ: «Замѣните слово «Евангеліе» — «Писаніемъ» и вотъ вамъ весь мой тезисъ».

/с. 508/ Какъ то не вѣрится, что подобныя слова могли быть произнесены священникомъ, хочется думать, что тутъ описка, неправильно понятая мысль, но, къ сожалѣнію, это не такъ. О. Дье молчитъ, онъ не протестуетъ противъ приписываемыхъ ему словъ, онъ не только съ ними согласенъ, онъ будетъ настаивать на нихъ, а вѣдь если это такъ, если христіанскій священникъ отказывается отъ слова «Евангеліе», тогда мы можемъ ожидать иного, худшаго, всего того, что раньше и въ голову не могло придти.

«L'Univers Israélite» даетъ намъ отчетъ доклада, прочитаннаго о. Дье 18 іюня 1937 г. на тему: «Куда идетъ Европа, пренебрегая іудейско-христіанскимъ Духомъ».

«О. Дье приступаетъ къ своему изслѣдованію, высказывая свое желаніе работать на сближеніе всѣхъ вѣрующихъ. Онъ вызываетъ память раввина Авраама Блохъ и отца Опицъ, католическаго священника, въ періодъ вмѣшательскаго похода въ Чехословакіи, требовавшего своего разстрѣла взамѣнъ невиннаго Іудея.

«Ораторъ выявляетъ свое отношеніе къ Іудеямъ. Въ симпатіи, которую онъ къ нимъ питаетъ нѣтъ никакого прозелитизма, никакой тонкой политики проповѣдника. Въ немъ лишь воля настоящимъ заставить забыть прошлое.

«Между Христіанами и Іудеями не одни разногласія, есть также и общее основаніе ученій и догматовъ. «Мы не забываемъ страданія Израиля, зачавшаго въ мірѣ Бога, зачатіе самое прекрасное, самое частое, самое благородное, продолжающее жить для того, чтобы распространить опредѣленіе человѣческой личности, а также и Десяти Заповѣдей, эту нравственную хартію человѣчества. Нѣтъ, мы не можемъ забыть идеалистическій урокъ Библіи!

«Въ виду громаднаго преворота, испытываемаго въ настоящее время міромъ, сотрудничество всѣхъ вѣрующихъ является настоятельнымъ долгомъ. Благодаря чрезмѣрному прогрессу науки, мы вошли въ міровую эру не успѣвъ подготовиться ни общественно, ни духовно. Изъ этого вытекаетъ серія разногласій, отражающихся на личности, семьѣ и государствѣ; они даютъ о себѣ знать въ Европѣ и во всемъ мірѣ. Основанію нашей духовности угрожаетъ грубая, матеріалистическая реакція, подъ видомъ большевизма и нѣмецкаго нео-паганизма. Даже невѣрующіе заинтересованы въ сохраненіи нашего іудейско-христіанскаго духа, такъ какъ между откровеніемъ и цивилизаціей существуетъ тѣсная связь. Атеизмъ оскорбляетъ человѣческій разумъ и единственное основаніе права и нравственности. Онъ унижаетъ личность подъ гегемоніей толпъ, классовъ и расъ. Уничтожая великую надежду, увеличиваютъ человѣческую грусть, умножаютъ неуравновѣшенныхъ и уничтожаютъ понятіе универсальности, первое условіе всякой цивилизаціи. Въ области семьи, мате/с. 509/ріализмъ не только нарушаетъ законы, но разрушаетъ и самые очаги.

«Какова жизнь паріевъ въ Индіи? Гдѣ человѣческое достоинство въ С.С.С.Р.? И ораторъ приводить слова; André Gide: «Отказъ отъ Евангелія и всего изъ него вытекаюшаго не проходитъ безъ самаго плачевнаго обнищанія человѣчества».

«Папа и выдающіеся представители протестантизма и іудаизма торжественно осудили расизмъ и большевизмъ. Рядовые вѣрующіе должны слѣдовать этому примѣру. Но одного этого никакъ не достаточно, чтобы предпринять дѣйствительную борьбу. Вотъ для чего необходимо осуществить іудейско-христіанскій фронтъ для защиты свободы. Изъ прошлаго остаются два спектра: антисемитизмъ и антихристіанизмъ, потому что антисемитизмъ есть первая составная часть антихристіанизма. Уже понемногу вездѣ вѣрующіе всѣхъ исповѣданій объединяются. Французскіе раввины протестуютъ противъ преслѣдованія католиковъ въ Испаніи, и Іудеи начинаютъ понимать величіе Христа. Великимъ событіемъ будущаго будетъ встрѣча всѣхъ сыновей Библіи и Евангелія. «Но въ ожиданіи этого далекаго дня, дабы спасти міръ, цивилизацію и Откровеніе, намъ нужно протянутъ другъ другу руки», заканчиваетъ ораторъ подъ шумные апплодисменты публики» [142].

Грѣховность подобной проповѣди ужасна, такъ какъ въ ней скрывается самый великій обманъ. Есть ли въ мірѣ большіе расисты, чѣмъ іудеи?

15 декабря 1935 г. отцомъ Дье былъ прочитанъ въ «Нашемъ Градѣ» докладъ на тему: «Познаніе себя самого и формированіе личности». Вотъ выдержка изъ отчета этого доклада:

«Г. Гамзонъ, основатель движенія, привѣтствовалъ извѣстнаго католическаго проповѣдника. Послѣ него о. Дье говорилъ о іудейско-христіанскихъ религіяхъ и ихъ уваженіи къ высшему достоинству человѣческой личности, подчасъ, вызывая незабываемыя картины, подчасъ подавая самые практичные совѣты, необходимые для выработки воли и формированія личности.

«Онъ оставилъ самое глубокое и неизгладимое впечатлѣніе на собраніе, гдѣ рядомъ съ молодыми шефами скаутовъ, пришедшими въ большомъ количествѣ, можно было видѣть и очень высокихъ особъ всѣхъ трехъ исповѣданій, католическаго, протестантскаго и израильтянскаго.

Какъ только о. Дье закончилъ, свой докладъ, послышалось съ разныхъ сторонъ собранія волнующее пѣніе.

То скауты подхватили «Симъ Шаломъ» исполненный хораломъ «Нашего Града» [143].

/с. 510/ Чтобы яснѣе освѣтить фигуру о. Дье, обратимся еще къ одной выдержкѣ, касающейся его краснорѣчія; болѣзненно-истерическіе вопли его, производятъ удручающее впечатлѣніе.

«О! Я хорошо знаю что не всѣ Іудеи ангелы, что у нихъ есть свои недостатки и уклоны, такъ же какъ имѣемъ ихъ и мы. Я даже знаю, что ихъ писатели, принимая порой пророческій тонъ, не задумываясь, средь бѣла дня, сѣкутъ ихъ. Я разсматриваю личность, не считаясь съ ея расой, не считаясь съ ея названіемъ, въ зависимости отъ ея личныхъ добродѣтелей и ея истинныхъ заслугъ.

Но уважая Израиль, какъ народъ, я не могу заглушить въ себѣ сильное и особенное къ нему чувство.

Это не сострадательная любовь, а любовь за преимущества. Я оплакиваю всѣхъ тѣхъ, которые не видятъ величія, трагедіи, чрезмѣрной драмы въ судьбахъ этого удивительнаго народа. Если его проклинаютъ, я его благословляю; если его унижаютъ, я его восхваляю; если на него клевещутъ, я его превозношу; если его ненавидятъ, я его люблю. Да, я его люблю оттого, что это онъ далъ намъ Іисуса Христа; я люблю его потому, что такъ же какъ Онъ, онъ несетъ свой крестъ. Я его еще люблю по причинѣ лично мнѣ присущей, болѣе интимной, оттого, что въ его исторіи, въ его нищетѣ, какъ въ его величіи, я вижу отраженіе линіи моего собственнаго поведенія, какъ, свѣтящееся начертаніе, въ которомъ я нахожу и созерцаю все то, что столько разъ произошло между мной и Богомъ въ тайникахъ моего сердца и моей жизни. Благодаря ему, я лучше понимаю свои заблужденія и свои слабости, я также лучше понимаю милость и вѣрность Господню» [144].

И все это терпится. Ватиканъ съ этимъ не только не борется, а, повидимому, покровительствуетъ, оправдывая пущенное въ толпу слово, о его ожидовленіи, все шире и шире распространяемое въ народныхъ массахъ. «Ватиканъ ожидовленъ» — можете вы все чаще услышать въ разнообразныхъ католическихъ кругахъ, и это не безъ основанія.

Столь активная пропаганда о. Дье въ пользу іудейства (особенно въ превозношеніи іудеевъ по сравненію съ христіанами) и единенія съ нимъ христіанства, создаетъ ему широкую популярность въ обывательской средѣ іудеевъ, пораженныхъ неожиданностью новой проповѣди и еще не понимающихъ, въ чемъ же дѣло.

Вслѣдъ за одной изъ его поѣздокъ по Алжиру, гдѣ о. Дье проводилъ свою идею, одинъ изъ мѣстныхъ іудейскихъ журналовъ, подъ заглавіемъ: «Наши друзья католики», посвятилъ ему обращеніе, изъ котораго мы заимствуемъ слѣдующія строки:

«Мы не отпустимъ отъ себя великаго католика съ благороднымъ сердцемъ, каковымъ является отецъ Дье, не вы/с. 511/разивъ ему все то счастье, которое мы испытали, слушая его великолѣпныя проповѣди, его горячее слово, его совѣты, одновременно и твердые и мудрые, вдохновленные истинно-христіанской вѣрой, не выразивъ ему наше восхищеніе и нашу почтительную благодарность за дѣло единенія и согласія, которое онъ такъ высоко превозносилъ.

Отцу Дье угодно было почтить насъ своей драгоцѣнной дружбой, въ свою очередь мы завѣряемъ его въ нашихъ самыхъ почтительныхъ чувствахъ».

Іудейско-христіанское единеніе, согласіе, религія, вотъ лейтъ-мотивъ современной католической проповѣднической дѣятельности, приносящей извѣстные плоды въ средѣ однихъ католиковъ и недоумѣніе въ другихъ.

И дѣйствительно! О чемъ идетъ рѣчь?

Христіанская религія не есть и никогда нами не разсматривалась, религіей несвязанной съ Ветхимъ Завѣтомъ.

Не только никогда не отказываясь отъ Израиля, избраннаго народа Божія, его исторіи, его пророковъ, христіанская Церковь въ своемъ существѣ глубоко понимаетъ и чувствуетъ значеніе праотцевъ нашихъ, вышедшихъ изъ среды Израиля и подготовившихъ пришествіе Мессіи.

Нужно сказать больше: христіанство есть прямое слѣдствіе вѣры Израиля; если іудейская вѣра сохранилась въ мірѣ въ своей чистотѣ, то мы, христіане, являемся единственными ея вѣрными послѣдователями.

Христіанство не только не отвергаетъ праотцевъ и пророковъ, но, признавая возложенную на нихъ Господомъ миссію, чтитъ ихъ, а въ прошломъ, признавъ ихъ, имъ повиновалось и, признаніемъ Христа-Спасителя, какъ Мессіи, продолжило на вѣки ветхозавѣтную вѣру, отливъ ее въ форму іудейско-христіанской религіи, воспріявшей для своихъ послѣдователей и избранничество Божіе.

Признавая Ветхій Завѣтъ, созданный избраннымъ народомъ Божіимъ и вполнѣ послѣдовательно и логично перейдя, благодаря Ветхому Завѣту, къ Новому, нельзя было болѣе опредѣленно подтвердить нашу вѣрность закону Господню, многократно возвѣщаемому намъ самимъ Господомъ при посредствѣ Отцовъ, выбранныхъ имъ изъ народа израильскаго.

Проповѣдь іудейско-христіанской религіи, нынѣ какъ нѣчто новое и до сихъ поръ неизвѣстное, было бы стучаніемъ въ открытыя двери, если бы не всталъ иной вопросъ, католическими проповѣдниками не принимающійся въ расчетъ и потому въ корнѣ искажающій истину.

Еще до Рождества Христова, избранный народъ Божій израильскій, постепенно началъ отпадать отъ предназначеннаго ему св. Писаніями назначенія, подъ вліяніемъ фарисейства, начавшій переходить на новый законъ, составленный людьми, на то не уполномоченными — мы говоримъ про Талмудъ.

/с. 512/ Въ дальнѣйшемъ, и все подъ тѣмъ же вліяніемъ фарисеевъ, избранный народъ окончательно порываетъ съ предназначеннымъ ему путемъ. Онъ отказывается отъ объявленнаго пророками Мессіи, онъ Его распинаетъ, онъ все болѣе и болѣе устанавливаетъ свое лжеучительство — Талмудъ, окончательно опираясь на него въ дальнѣйшемъ. Можетъ ли вызвать въ комъ-либо сомнѣніе, что этимъ самымъ онъ теряетъ все свое право на избранничество.

Кому логично принадлежитъ избранничество? Послѣдователямъ израильско-мессіанской вѣры или измѣнившимъ ей, предавшимъ смерти предсказаннаго Мессію и отошедшимъ къ новому ученію — талмудистамъ — современнымъ іудеямъ?

Не является ли коренной ошибкой, усматривать въ современныхъ іудеяхъ, на разговорномъ языкѣ «жидахъ», представителей избраннаго народа, и, тѣмъ самымъ, пренебрегать и отказываться отъ особой милости Господней, жалующей своимъ избранничествомъ насъ — вѣрныхъ послѣдователей ветхо-завѣтной вѣры Израиля, и какъ прямое слѣдствіе ея, вѣрующихъ во Христа, Сына Божія и Его ученіе?

Не оттого ли Апостолъ Павелъ упрекалъ іудеевъ въ непризнаніи ими праведности Божьей и въ стараніи поставитъ праведность человѣческую. «Ибо, не разумѣя праведности Божіей и усиливаясь поставить собственную праведность, они не покорились праведности Божіей» (Рим. X, 3).

А что видимъ мы въ дѣйствительности? Кто ученый іудей? — Ученый талмудистъ. Чему обучаются молодые іудеи, посвящая себя раввинату? — Талмуду. Что регулируетъ совѣсть іудея, его нравственность, его жизнь во всѣхъ ея мелочахъ? — Талмудъ.

Реальность въ жизни каждаго іудея — Талмудъ; Священное Ветхозавѣтное Писаніе для немногихъ іудеевъ, знакомыхъ съ нимъ, — красивая легенда, поэзія.

Нѣтъ сомнѣнія, что въ современномъ іудаизмѣ, Талмудъ занялъ первенствующее положеніе, почти вытѣснивъ Писаніе, и вотъ отчего поражаешься, слѣдя за іудейской прессой, какъ въ послѣднее время тенденція іудеевъ ясно выражаетъ какое то умалчиваніе о Талмудѣ. Раввины начали говорить о Писаніи много больше, чѣмъ это практикуется въ іудействѣ.

Можно привести большое количество проповѣдей раввиновъ, не найдя въ нихъ ни малѣйшаго намека на Талмудъ; объяснить это стало бы невозможнымъ, не вникнувъ въ происходящее на нашихъ глазахъ іудейско-католическое сближеніе и не понявъ пропаганды этого движенія рядомъ католическихъ проповѣдниковъ.

Гибкое, во всѣхъ проявленіяхъ духовнаго свойства, іудейство, которому особо выгодно созрѣвающее движеніе, охотно пошло навстрѣчу новымъ католическимъ дѣятелямъ, не только имъ помогая, но и принимая мѣры, дабы не дать врагамъ /с. 513/ іудейско-католическаго сближенія оружія, могущаго нанести ему вредъ или только стѣсненіе.

Подобныя разсужденія, возможно, не всегда получатъ одобреніе іудейства и доказательствомъ тому статья д-ра Д. Шапиро: «Современная миссія Израиля» (будто впрямь существуетъ въ наши дни Израиль) изъ которой мы приводимъ слѣдующую выдержку:

«Современная обязанность Израиля должна состоять въ подготовкѣ всѣхъ прямыхъ, но раскиданныхъ сознаній къ оповѣщенію ими міра, что судьба человѣчества неотдѣлима отъ судьбы избраннаго народа и что только вмѣстѣ они просуществуютъ или же вмѣстѣ погибнутъ» [145].

Слѣдующей крупной католической фигурой въ разсматриваемомъ движеніи, нельзя не признать о. іезуита Іосифа Бонсирвенъ. Его главная цѣль — обращеніе іудеевъ въ католичество. Посвятивъ этому свою жизнь, онъ приходить къ заключенію, что:

«Въ семъ дѣлѣ наиболѣе благопріятный для обращенія періодъ тотъ, когда іудеи и христіане живутъ въ добрыхъ отношеніяхъ» [146].

Это заключеніе вполнѣ объясняетъ всю линію его поведенія, при чемъ ему нельзя отказать ни въ христіанскомъ, ни въ разумномъ духѣ, и единственно лишь жаль, что, повидимому, это размышленіе и привело его къ поддержкѣ «La Juste Parole», въ Попечительный комитетъ которой онъ вошелъ.

Чтобы охарактеризовать идеологію о. Бонсирвенъ мы приведемъ рядъ выдержекъ изъ его трудовъ и докладовъ.

3-го февраля 1934 г. онъ между прочимъ говорилъ:

«Іудейская нравственность совершенно особенно показываетъ превосходство іудаизма: гдѣ найти у другихъ болѣе высокое уваженіе къ человѣческому достоинству, почтеніе проявляемое къ личности, имуществу, достоинству своего ближняго? Всѣ законы справедливости уточнены добросовѣстнымъ попеченіемъ о правѣ; въ то же время внушается долгъ благотворительности, обязанность подавать милостыню бѣдному, обязанность помогать своимъ братьямъ въ различныхъ дѣлахъ милосердія. Чуткость іудейской нравственности еще сильнѣе проявляется во всемъ, касающемся чистоты: отвращеніе ко всѣмъ половымъ отклоненіямъ, преклоненіе передъ скромностью и стыдливостью, въ одеждѣ, въ разговорѣ: ничего не остается кромѣ остывшаго пепла отъ старой Астарты. Также развитіе всѣхъ отраслей религіозной жизни: служба Храма остается верховной формой религіи, признавая, что ритуальныя жесты оскорбительны для Бога постольку, посколько они выполняются не сопровождаясь справедливостью и благотворительностью» [147].

/с. 514/ Не сомнѣваясь въ искренности о. Бонсирвенъ, мы все же недоумѣваемъ, гдѣ ему встрѣчался подобный типъ іудея; достаточно просмотрѣть отдѣлъ судебной хроники любой страны, чтобы поразиться громадной преступностью, совершенно не соотвѣтствующей процентной нормѣ іудейскаго населенія.

А вотъ, что намъ сообщаетъ пресса:

          «Сенсаціонный арестъ въ Парижѣ.

Главный раввинъ Бруклина пойманъ на мѣстѣ преступленія. Парижъ 24. — Главный раввинъ Бруклина (Нью-Іоркъ) былъ арестованъ въ Парижѣ за торговлю наркотиками» [148].

Подробности дѣла слѣдующія: заказавъ у іудейскаго переплетчика въ Парижѣ, большое количество художественныхъ переплетовъ для Библіи, раввинъ объяснилъ переплетчику, что для сохраненія священной земли Іерусалима ему въ переплетахъ необходимо имѣть пустое пространство, что на русскомъ языкѣ болѣе извѣстно подъ понятіемъ «двойное дно».

Заполняя эти пространства наркотиками: героиномъ и кокаиномъ, главный раввинъ Исаакъ Лейферъ, отправлялъ значительное количество этихъ посылокъ въ Нью-Іоркъ, до тѣхъ поръ пока не былъ арестованъ на мѣстѣ преступленія.

Послѣ его ареста, обыска и пр. выяснилось, что имъ отправлено уже 18 кило этого страшнѣйшаго яда.

Нѣтъ сомнѣній, что Оскаръ де Ферензи и остальные поборники іудейско христіанскаго сближенія тотчасъ же заявятъ о томъ, что этотъ случай не можетъ марать іудейства, что онъ исключительно долженъ быть отнесенъ за счетъ лишь одного виновника — главнаго раввина.

Такъ нѣтъ же! Это будетъ невѣрно! Такое объясненіе поведенія высшаго іудейскаго священнослужителя будетъ обманомъ толпы. Не можетъ быть сомнѣній въ томъ, что іудейство во всемъ своемъ цѣломъ, во всемъ мірѣ несетъ на себѣ грѣхъ своего главнаго раввина, работающаго на массовое отравленіе христіанскаго населенія.

Отвергать этого нельзя — Талмудъ, законъ іудейскаго народа, ему это разрѣшаетъ. Больше! онъ это ему рекомендуетъ. Трудно произнести это, но онъ же ему ставитъ его поведеніе въ заслугу.

Іудейскій расизмъ оцѣнитъ поступокъ своего главнаго раввина!

Однажды въ статьѣ: «Жизнеспособность французскаго іудаизма» о. Бонсирвенъ, дѣйствительный знатокъ его, далъ очень характерные штрихи современной политики іудаизма.

«Заканчивая, отмѣтимъ все болѣе и болѣе усиливающееся теченіе въ іудаизмѣ: сближеніе съ Церковью. Мы больше не сталкиваемся въ религіозной прессѣ, по крайней мѣрѣ, съ тѣми насмѣшками или словами злобы, которые ранѣе насъ /с. 515/ такъ часто огорчали. Преслѣдованія, которыми хитлеризмъ пользуется одинаково противъ христіанъ и іудеевъ, ихъ сближаетъ; осужденія антисемитизма и расизма, которые католическое епископство не прекращаетъ дѣлать, съ благодарностью перепечатываются въ іудейскихъ изданіяхъ; они также любятъ сообщать поздравленія, которыми католическіе прелаты обмѣниваются съ раввинами по случаю евхаристическихъ конгрессовъ, описывать церемоніи, въ которыхъ священники и раввины вмѣстѣ участвовали и молились. Наконецъ въ самые послѣдніе дни, мы читали въ офиціальномъ органѣ французскаго іудаизма (L'Univers Israélite 18 octobre 1935) слѣдующее:

Нужно, вѣря, что можно, безъ всякой опаски просить Бога о забвеніи зла причиненнаго нашимъ братьямъ, чтобы уважаемые старшины нашихъ общинъ, просили высшую духовную власть католическаго міра присоединить свой голосъ къ ихнимъ, не только для молитвы, такъ какъ насъ еще раздѣляютъ догматы, а для осужденія, оттого что преслѣдованія насъ сближаютъ и всѣ вѣрованія отнынѣ преступны. Нужно, чтобы главные раввины просили Римъ, защищая своихъ священниковъ, защищать и нашихъ, такъ же какъ и права совѣсти и неприкосновенность вѣры» [149].

Отвлекаясь нѣсколько въ сторону, такъ какъ нельзя было бы не упомянуть о результатахъ приводимой Отцомъ Бонсирвенъ статьи приходится признать, что Римъ охотно откликнулся на предложеніе L'Univers Israélite, и въ мартѣ 1937 г. послѣдовала папская энциклика въ духѣ полнаго соотвѣтствія съ обращенной къ нему просьбой.

«Энциклика, протестующая противъ нарушенія Конкордата 1933 г. была прочитана во всѣхъ католическихъ церквахъ Германіи.

«Энциклика состоитъ изъ трехъ частей: первая имѣетъ отношеніе къ Конкордату въ собственномъ смыслѣ, вторая къ вѣрѣ въ Бога, въ Іисуса Христа и въ Церковь...

«Третья часть взываетъ къ божественному милосердію для всѣхъ тѣхъ, которые подъ угрозами или обѣщаніями допустили себя до проповѣди противъ Христа. Святой отецъ объявляетъ, что если заключенный между рейхомъ и Ватиканомъ Конкордатъ не былъ уваженъ, вина лежитъ не на католической Церкви, а на правительствѣ Рейха, которое, говорить онъ, не вѣрно истолковало условія этого договора.

«Энциклика критикуетъ расистское ученіе. Она сурово осуждаетъ теорію «крови и территоріи». Кто, говоритъ она, исповѣдуетъ подобные завѣты, тотъ нарушаетъ вѣрность вѣрѣ...

«Церковь, Святой Отецъ, молится за всѣхъ тѣхъ, которые страдаютъ за свою вѣру вплоть до тюремъ и концентраціонныхъ лагерей; она сумѣетъ, если понадобится, устоять физическому притѣсненію» [150].

/с. 516/ Возвращаясь къ о. Бонсирвенъ, приведемъ еще одинъ отрывокъ изъ его статьи: «Во французскомъ Іудаизмѣ», не столь интересную въ смыслѣ освѣщенія ея автора, какъ всего разсматриваемаго вопроса.

«Мы отмѣчаемъ сохраняющееся сотрудничество различныхъ исповѣданій, упоминаемыхъ въ предшествующихъ хроникахъ: сотрудничество съ христіанскимъ духовенствомъ для защиты спиритуализма; хвалебныя статьи, посвящаемыя католической дѣятельности, какъ напримѣръ, письму Кардинала Вердье по поводу іюньскихъ забастовокъ. Разные журналы упоминали о молитвахъ, читаемыхъ въ синагогахъ на послѣдній праздникъ Искупленія за умершихъ за вѣру католическихъ священниковъ; слѣдуетъ напомнить параграфъ посланія главныхъ раввиновъ, относящійся къ вопросу:

Братья, мы тоже видимъ, что скопища, ослѣпленныя насиліемъ несчастій и скорбей, всегда вызываютъ въ насъ братское сожалѣніе, мы думаемъ о всѣхъ несчастныхъ, страдающихъ и умирающихъ за вѣру, за ихъ священныя убѣжденія или за тѣхъ, кто независимо отъ самихъ себя, втянуты въ смертоносныя столкновенія. Передъ трагическимъ концомъ католическихъ монаховъ и священниковъ не вышедшихъ изъ области своего благочестія и любви, несчастныхъ жертвъ гражданскихъ ссоръ, вчера павшихъ въ Мексикѣ, сегодня въ несчастной Испаніи, гдѣ самая ужасная и душу раздирающая война, ставитъ братьевъ противъ братьевъ; передъ всѣми жертвами нетерпимости и фанатизма, іудеи, христіане, братья по человѣчеству, въ какихъ бы лагеряхъ они не пали, мы прискорбно, благоговѣйно преклоняемся и глубоко волнуемся оттого, что Израиль долженъ быть повсюду съ притѣсняемыми противъ притѣснителей» [151].

Какъ видно, католики принимаютъ эти громкія слова на вѣру. Никому, какъ намъ русскимъ, не понять всей фальши, всего безграничнаго по своей циничности лицемѣрія этихъ словъ.

Можно ли русскимъ удивляться, что іудейскимъ раввинамъ не приходитъ мысль вспомнить сорокъ милліоновъ русскихъ христіанскихъ душъ, замученныхъ іудейской властью. «Притѣсненные» и «притѣснители», коварно возглашаютъ они, ведя свою тонкую политику съ католичествомъ. Тѣмъ же вторятъ имъ и католики, закрывая глаза на дѣйствительность и считая болѣе интереснымъ, ввиду ихъ новой политической линіи, волновать весь міръ, ведя агитацію въ пользу безкровныхъ притѣсненій въ Германіи, втайнѣ строя планы на развалинахъ Русской Православной Церкви, созданныхъ ихъ новыми союзниками, установить Унію съ признаніемъ Папы.

Худшее во всемъ этомъ недобромъ дѣяніи, союзъ съ самымъ сильнымъ противникомъ христіанства, проповѣдуемый, современными католиками во имя христіанской любви.

/с. 517/ Въ этомъ союзѣ вмѣстѣ съ тѣмъ не приходится сомнѣваться. Въ отчетѣ объ одномъ изъ многочисленныхъ докладовъ Оскара де Ферензи, мы читаемъ слѣдующее:

«Нужно признать, что ужасающая безнравственность нашего времени, ослабленіе всего нравственнаго воспитанія, создаютъ благопріятную почву для антисемитизма. Лѣченіе? Возстановить Бога на своемъ мѣстѣ; пусть христіане и іудеи соединятся, вмѣсто того, чтобы дробиться, потому что антисемитизмъ противенъ ученію Церкви... [152].

Статья эта подписана иниціалами І. Б. Не смѣя очень настаивать на семъ, приходится предположить подъ ними Іосифа Бонсирвенъ.

Болѣе опредѣлено о. Бонсирвену пришлось высказаться на докладѣ, читанномъ имъ въ Католическомъ Институтѣ. Извлекаемъ изъ отчета этого доклада:

«Для излѣченія недуга, которымъ мы страдаемъ, нужно срочно объединить всѣхъ вѣрующихъ... Въ Соединенныхъ Штатахъ Америки національная конференція Іудеевъ и Христіанъ установившая кругъ конференцій и печати и паломничества, гдѣ священники, пасторы и раввины соединяются въ общей работѣ; въ Англіи — Общество Іудеевъ и Христіанъ; въ Парижѣ — «Гражданскій Союзъ вѣрующихъ», основанный въ 1934 г.

«Цѣль о. Бонсирвена распространитъ знаніе о іудейскомъ духѣ, о іудейскомъ характерѣ, и этому дѣлу онъ отдаетъ всю справедливость и необходимую симпатію.

«Онъ также изслѣдуетъ іудейскую религію съ ея нравственными правилами, ея вѣрованіями, службой синагоги, въ настоящее время оторванной отъ іудаизма, но создавшей іудейскій духъ [153].

«Не наступило ли время, говоритъ въ другой разъ о. Бонсирвенъ, чтобы Іудеи и Христіане возстановили старое братство?» [154].

Другой іезуитъ о. Герцогъ дѣлая однажды докладъ въ очагѣ Католическаго Студента въ Страсбургѣ, говорилъ объ отношеніи Церкви (католической) къ Іудеямъ такъ:

«Церковь будучи всемірна, очевидно не могла примирить это положеніе съ исключеніемъ, каковымъ бы оно ни было, этническимъ или инымъ. Она разсматриваетъ Израиль, вмѣстѣ съ которымъ она обладаетъ всѣмъ ветхимъ завѣтомъ, какъ народъ Божій, которому даны были обѣщанія Мессіи, и она испытываетъ громадное сожалѣніе, что этотъ народъ не послѣдовалъ за Христомъ. Церковь по отношенію къ іудей/с. 518/ской расѣ держитъ себя такъ же какъ и по отношенію ко всѣмъ другимъ расамъ. Признавая существованіе біологическаго единства человѣческаго рода, она считаетъ, что нѣтъ низшихъ расъ, и что потому Израиль долженъ пользоваться совершенной справедливостью. Она никогда не преслѣдовала Іудеевъ, и если нѣкоторыя папскія буллы направлялись противъ нихъ, то лишь какъ мѣра защиты противъ талмудическихъ послѣдователей и пропаганды.

«Въ настоящее время, Церковь съ ужасомъ видитъ большое отпаденіе еврейскихъ общинъ отъ религіи, ради раціонализма и вѣры въ нескончаемый прогрессъ» [155].

Вслѣдъ за о.о. іезуитами, особое положеніе занимаютъ братья Ордена Священниковъ-Миссіонеровъ Сіонской Богоматери.

Орденъ этотъ основанъ крещенымъ іудеемъ Ѳеодоромъ Ратисбонъ, бывшимъ викаріемъ Страсбургскаго Собора съ цѣлью несенія евангельской проповѣди въ іудейскую среду и обращенія ее въ христіанство.

Современный настоятель этого Ордена о. Дево входитъ въ Попечительный Комитетъ La Juste Parole, и имъ написано предисловіе къ книгѣ Оскара де Ферензи. Изъ этого предисловія мы извлекаемъ слѣдующія строки.

«Къ тому же, католикъ не отдаетъ себѣ отчета, что часто антисемитизмъ въ извѣстной степени есть антихристіанизмъ. Церковь исповѣдуетъ существованіе одного лишь человѣчества и то, что въ силу ихъ общаго происхожденія, всѣ люди естественно будутъ и останутся братьями; а братья они въ силу дѣйствительности еще болѣе ихъ возвышающей посредствомъ всемірнаго искупленія въ порядкѣ благодати, выполненнаго Іисусомъ Христомъ Своей смертью на крестѣ.

«Первый изъ этихъ принциповъ братства, Израиль исповѣдуетъ, подтверждая это каждодневно и съ постоянствомъ; что касается второго, Христіанскій міръ слагаетъ его съ другимъ, съ вѣрой, которой всѣ народы призваны успѣшно воспользоваться. Сверхъ того, еще очень свѣжо заявленіе Святѣйшаго Престола, указывающее, какую позицію нужно занять:

«Католическая Церковь всегда привыкла молиться за іудейскій народъ, бывшій хранителемъ божественныхъ обѣщаній вплоть до Іисуса Христа, несмотря на ослѣпленіе этого народа. Лучше, — она это дѣлала именно ввиду его ослѣпленія. Какъ правило той же любви, Апостольскій Престолъ покровительствовалъ этому народу, противъ несправедливыхъ притѣсненій, такъ же какъ онъ, отвергая ненависть и вражду между народами, осуждая также въ самой строгой формѣ злобу противъ народа въ былое время избраннаго Богомъ, злобу, въ наше время обыкновенно подразумѣваемую /с. 519/ подъ словомъ антисемитизмъ. (Décret du Saint Office, 25 mars 1928)» [156].

Очень большое количество католиковъ просто недоумѣваетъ надъ этимъ вопросомъ, такъ запутаннымъ Ватиканомъ, постоянно себѣ противорѣчащимъ.

И дѣйствительно, во имя христіанской любви, Ватиканъ въ самой рѣзкой формѣ, неоднократно осуждаетъ нѣмецкій расизмъ. Во имя той же христіанской любви онъ осуждаетъ и антисемитизмъ, подъ чѣмъ понимается борьба противъ іудейскаго расизма.

Если расизмъ принимаетъ уродливыя формы, то какъ же съ нимъ не бороться; бороться нужно, но можно ли во имя христіанской любви объявить войну разумному расизму?

Раса есть большая семья, составленная изъ разныхъ, но родственныхъ народовъ, разныхъ подданствъ, то есть государствъ.

Государство, по сравненію съ расой, есть меньшая семья и состоитъ изъ множества маленькихъ семей.

Семья есть зачатокъ понятія расы. Можетъ ли христіанская Церковь бороться съ понятіемъ семьи? Семья, Церковью всегда уважалась и поддерживалась; интересы семьи для всѣхъ ея членовъ признаются какъ первенствующіе; такое понятіе нравственно.

Но правда, въ жизни встрѣчаются положенія, когда личной семьей рекомендуется пренебречь; такъ, напримѣръ, бываетъ въ случаяхъ необходимости защиты общей народной семьи — Государства; на время опасности, интересы личной семьи обывателя признаются менѣе существенными; обыватель принужденъ, на время откинувъ интересы личной семьи, отдаться весь на служеніе интересовъ семьи общей.

Многіе святители и угодники порывали со своими семьями уходя на служеніе Господу; святой Антоній Великій опредѣленно требовалъ [157] отъ вступающаго въ монашество полнаго отрыва отъ семьи, но онъ никогда не предъявлялъ тѣхъ же требованій мірянамъ и, вѣроятно, строго осудилъ бы безпечнаго отца семейства, недостаточно ревниво охраняющаго благополучіе своей семьи.

Иначе не можетъ быть и въ дальнѣйшемъ развитіи семьи: семьи государственной, семьи расовой.

Осуждая расизмъ, послѣдовательно нужно было бы придти къ осужденію и патріотизма, и при извѣстной ловкости пользованія священными текстами, не такъ трудно было бы придти къ выводу, что привязанность и любовь къ родинѣ есть тоже антихристіанское чувство. Уродство, безъ сомнѣнія, можетъ также проникнуть и въ патріотическое /с. 520/ чувство, исказивъ его и сдѣлавъ его вреднымъ, но допустимо ли бороться съ благонамѣреннымъ патріотизмомъ?

Въ принципѣ всякая война есть не христіанское дѣло, но какое количество случаевъ въ Русской Исторіи мы знаемъ, гдѣ Церковь и особочтимые русскимъ народомъ угодники Божьи благословляли, а иногда даже и водительствовали ратными людьми, защищавшими Вѣру, Царя и Отечество.

Грѣхъ драться для своего собственнаго удовольствія, но такой же грѣхъ, во имя христіанской любви, остаться пассивнымъ зрителемъ не защитивъ отъ нападенія близкихъ себѣ членовъ собственной, личной или общественной и расовой семьи.

Но искусники искаженія христіанскаго понятія, на основаніи отдѣльныхъ фразъ и словъ Священнаго Писанія во имя Христа и христіанской любви посылавшіе тысячами людей на костры для сожженія, нынѣ той же христіанской любовью покрываютъ новое дѣяніе, дѣяніе антихристіанское, роковое по своимъ послѣдствіямъ.

Не только предположительно, но вполнѣ опредѣленно, реально, германскій расизмъ выходитъ изъ христіанскихъ рамокъ дозволеннаго, въ нѣкоторыхъ случаяхъ принимая уродливыя формы. Это, тѣмъ не менѣе, не даетъ основанія для борьбы во имя христіанской любви вступать въ союзъ съ самыми великими расистами, самого уродливаго расизма, когда-либо въ мірѣ извѣстнаго.

«Согласно свѣдѣніямъ изъ Рима, читаемъ мы въ L'Univers Israélite, полученными газетой «Daily Sketch» въ Лондонѣ, Папа предполагаетъ отлучить отъ Церкви Адольфа Хитлера» [158].

Являлась ли когда-нибудь мысль у Святого отца отлучить отъ лона Католической церкви Дзержинскаго или Менжинскаго?

Вмѣстѣ съ тѣмъ, новая католическая проповѣдь все болѣе и болѣе вноситъ смущеніе въ умы не только католиковъ, но и прочихъ инославныхъ исповѣдниковъ христіанства, достигая ненужныхъ вовсе результатовъ еще вящаго баламученія человѣчества, столь страстно ищущаго успокоенія и отдохновенія.

Итакъ, въ Орденѣ Священниковъ Миссіонеровъ Сіонской Богоматери отмѣтимъ еще о. Поль Ферранда, проповѣдь котораго, въ пользу іудеевъ произвела такое сильное впечатлѣніе на Оскара де Ферензи [159], и по его личному признанію толкнула его на принятый путь, для него вѣрный, но для многихъ другихъ — ложный.

25 января 1937 г. «Патріотическій Союзъ Французскихъ Израильтянъ» организовалъ въ Парижѣ митингъ противъ безбожниковъ, на которомъ среди прочихъ католическихъ участниковъ присутствовалъ и выступалъ о. Феррандъ.

Заимствуемъ слѣдующія строки изъ отчета этого собранія, описаннаго въ столь трогательныхъ краскахъ.

/с. 521/ «Если духовные ораторы старались въ особенности защитить идеалъ іудейско-христіанской религіи противъ матеріализма «взятаго въ своемъ общемъ, другіе ораторы болѣе нападали на революціонный матеріализмъ...

«О. Ферранъ... беретъ затѣмъ слово. Онъ говоритъ о роли Церкви, спасшей греко-латинскую цивилизацію, пропитавъ божественнымъ то, что въ ней было человѣческаго.

«Этой греко-латинской и іудейско-христіанской цивилизаціи счастливыми наслѣдниками которой мы являемся, сказалъ онъ, Франція обязана своимъ происхожденіемъ и своимъ блескомъ»...

«Чтобы извлечь поученіе изъ этого митинга, лучше не сдѣлаешь, какъ указать на статью, появившуюся въ «La Voix» отъ 30 января 1937 г. за подписью нашего собрата Поль Галландъ:

«Между католиками, протестантами и израильтянами не только проявилась возможность, но даже необходимость въ соглашеніи на крупныхъ, первенстующиихъ принципахъ, единственно могущихъ устроить въ порядкѣ жизнь людей и народовъ, вырвавъ ихъ изъ матеріализма.

«Одинъ за другимъ ксендзъ, пасторъ и раввинъ черпали, каждый изъ глубины своихъ ученій, великіе принципы спасенія.

«И въ то время, какъ говорилъ о. Феррандъ, — изъ отцовъ Сіона», предназначенныхъ къ обращенію Израильтянъ, я видѣлъ раввина Луи Жерменъ Леви — имя котораго связываетъ его съ тѣмъ изъ двѣнадцати колѣнъ Израиля, которое было посвящено богослужебнымъ обязанностямъ, — слѣдящаго съ самымъ большимъ напряженіемъ ума за развитіемъ католической мысли.

«И когда, въ свою очередь раввинъ далъ свои просвѣщенныя заключенія о свободѣ, равенствѣ и братствѣ, доказывая что республиканскія добродѣтели имѣютъ свои корни въ книгѣ Бытія, первой изъ великихъ библейскихъ Книгъ, и что онѣ могутъ развиваться лишь въ умахъ мужественно и радостно подчиненныхъ духу, я видѣлъ о. Феррандъ проявляющаго свое одобреніе» [160].

Какая комедія! Кому это нужно!

Раньше еще, 16 марта 1936 г. тотъ же Союзъ организовалъ собраніе подъ знакомъ: «На защиту іудейско-христіанской Цивилизаціи».

«Отецъ Поль Феррандъ, Ордена Сіонской Богоматери, говоритъ про волненіе, испытываемое имъ участвуя въ этой манифестаціи. Мы должны всѣ, — продолжаетъ онъ, — соединиться съ одной и той же мыслью о сохраненіи духовныхъ цѣнностей. Примѣръ намъ дается «Гражданскимъ Союзомъ Вѣрующихъ». Люди ищутъ всякія средства противъ кризиса, /с. 522/ выносятъ всевозможныя политическія, экономическія и общественныя постановленія, тѣмъ не менѣе зло становится глубже, такъ какъ оно исходитъ изъ разстройства ума, изъ разстройства совѣсти, изъ-за потери духовнаго идеала. Мы должны громко подтвердить первенство духа надъ матеріей: современная, борьба должна вестись противъ расового паганизма, задумавшаго принудить насъ рѣшеніями силы и насилія. Мы хотимъ остаться вѣрными нашей старой цивилизаціи, которая свое происхожденіе погружаетъ въ Ветхомъ и Новомъ Завѣтахъ».

«Мы должны отбросить расовый паганизмъ и остаться вѣрными старой іудейско-христіанской цивилизаціи, основанной на порядкѣ, единствѣ и достоинствѣ человѣческой личности. Мы не хотимъ, чтобы личность была принесена въ жертву тоталитарнаго Государства и мы не хотимъ тираническаго порядка, торжествующаго по ту сторону Рейна.

«До христіанизма, іудаизмъ уже провозглашалъ человѣческое братство, вернемся же къ указаніямъ Библіи и къ той братской духовности, чьимъ чемпіономъ всего міра Франція была и остается. Будемъ работать на духовное обновленіе нашей родины, въ полномъ контактѣ съ ея іудейско-христіанскимъ происхожденіемъ. Дѣло не въ прегражденіи дороги прогрессу, но лишь въ направленіи его на путъ нравственнаго усовершенствованія. Нашъ миръ, наша свобода и наша независимость отъ этого зависятъ»... [161].

Многое можно въ этихъ словахъ оспорить, но наша задача не въ полемикѣ, а лишь въ освѣщеніи вопроса, отчего мы и перейдемъ къ отцу Мангольдъ, выступавшему 30 октября 1935 г. въ «Club du Faubourg» въ дебатахъ «О расизмѣ». Какъ не удивительно, о. Мангольдъ членъ «Лиги противъ антисемитизма», организаціи чисто марксистско-революціоннаго характера. Вотъ слова, произнесенныя имъ и во имя христіанской любви, проникнутыя такой нестерпимой злобой: «Мы протягивали руку нѣмецкому народу, но не его палачамъ. Мы всѣ взываемъ въ нашихъ молитвахъ къ одному Богу, но мы не признаемъ стараго Молоха, Германцевъ» [162].

Тотъ же номеръ L'Univers Israélite въ статьѣ Жана Даврей, подъ заглавіемъ: «Связь», даетъ намъ дополнительныя указанія на дѣятельность католическаго духовенства:

«И въ то время, что мы сами себя изслѣдуемъ, до насъ доходятъ великолѣпныя свидѣтельства, и слышатся христіанскіе голоса насъ успокаивающіе. (Въ числѣ многихъ трудовъ, мы отмѣтимъ восхитительную книгу о. Бонсирвенъ: «На развалинахъ Храма» и незабываемыя страницы Пегюи (наша молодежь — наша сожительница). Напомнимъ также волнующія слова о. Сансонъ [163] и о. Дье, противъ гнусныхъ нѣмецкихъ преслѣдованій,... также слова каноника Дегранжъ. — /с. 523/ Наконецъ, мы настойчиво рекомендуемъ прекрасную книгу г. Оскара де Ферензи: «Іудеи и мы Христіане» съ предисловіемъ о. Дево (настоятеля священниковъ-миссіонеровъ Сіонской Богоматери). — Іудеи и Христіане, говорятъ они, мы всѣ грѣшники, которыхъ можетъ спасти лишь одно божественное милосердіе.

«Наиболѣе благочестивые люди, даютъ намъ это особенное успокоеніе, такъ какъ они знаютъ, что наши священныя книги также ихъ книги; что наша нравственность и ихъ одна и та же нравственность; что наши сердца преисполнены, одной любовью.

«Эти истинные христіане не могутъ насъ ненавидѣть, оттого что они знаютъ, что мы ихъ братья. Они учитываютъ то, что они намъ должны, и они насъ уважаютъ. Слова Христа для нихъ не просто слова, повторяемыя безъ пониманія ихъ смысла, а они ихъ приняли и уста ихъ произносятъ ихъ съ нѣжностью.

«Нѣтъ, Іудеи и Христіане не могутъ ненавидѣть другъ друга, потому что ненавидя другъ друга, они нарушаютъ свою вѣру... Мы не вѣримъ, мы никогда не вѣрили, что гнусныя существа, преслѣдующія за Рейномъ Іудеевъ, имѣютъ христіанскую душу. Эти изверги револьверными выстрѣлами сражающіе себѣ подобныхъ никогда не вкушали Христа.

«Но эти примѣры не нужны Іудеямъ и Христіанамъ для признанія себя братьями. Таинственная связь ихъ соединяющая, неразрушима. При чтеніи Поль Клодель или Франсуа Моріакъ мы чувствуемъ себя слишкомъ растроганными чтобы хоть на одно мгновеніе заподозрить духовное родство насъ съ ними связывающее. Ихъ страданья — наши страданья. Мы узнаемъ себя въ ихъ жгучихъ страницахъ. Ихъ жажда — наша жажда. Безпокойство ихъ съѣдающее также обращаетъ въ пепелъ наши сердца.

«Вотъ почему въ дни горести, когда мы чувствуемъ себя занесенными человѣческой глупостью и злобой, наша мысль летитъ къ этимъ людямъ. Тогда къ намъ возвращается довѣріе, и снова въ нашихъ сердахъ, гдѣ вѣковыя раны оживляются, мы чувствуемъ лучъ Вѣчной Любви, согрѣвающій даже мертваго» [164].

Насколько всѣ эти красивыя, но не соотвѣтствующія истинѣ слова, — револьверные выстрѣлы въ затылокъ, неизвѣстные въ Германіи, употребляются на Лубянкѣ, — подошла лучше къ соплеменникамъ автора составляющимъ 70% чекистовъ, но которыхъ не позволяютъ трогать, во имя христіанской любви.

Вотъ еще одна замѣтка касающаяся французскаго прелата епископа Матьё:

«Преосвященный Матьё, епископъ Еръ и Даксъ представленъ къ награжденію Военной медалью.

/с. 524/ «Преосвященный Матьё очень любимъ въ кругахъ израильтянъ; онъ личный другъ г. главнаго раввина Байны, съ которымъ онъ вмѣстѣ былъ на фронтѣ, какъ сообщила неравно объ этомъ мѣстная пресса.

«Мы приносимъ наши почтительныя поздравленія г. епископу Еръ и Даксъ.

Альбертъ Леви» [165].       

Въ № отъ 8 января 1937 г. «L'Univers Israélite» помѣщаетъ на первой страницѣ крупными буквами статью озаглавленную: «Преосвященные Ремондъ, епископъ Ниццы, осуждаетъ расизмъ».

«Въ прошедшемъ ноябрѣ, говоритъ глав. Редакторъ Ламбертъ, преосвященные Поль Ремондъ, ниццскій епископъ, пожелалъ адресовать членамъ правленія «Союзъ и защита іудеевъ» въ Ниццѣ превосходное посланіе, въ которомъ онъ рѣшительно осуждаетъ антисемитизмъ и расизмъ».

Приходится вновь отмѣтить эту непослѣдовательность. Антисемитизмъ есть борьба съ іудейскимъ расизмомъ потому непослѣдовательно осуждая одинъ расизмъ поддерживать другой.

Узнавъ объ этомъ письмѣ гл. редакторъ Ламбертъ просилъ разрѣшенія епископа опубликовать его въ своемъ журналѣ и привелъ его полностью. Заимствуемъ изъ него слѣдующее:

«Итакъ, вмѣстѣ съ вами изъ глубины сердца я протестую противъ неистовствъ «самыхъ низкихъ инстинктовъ и презрѣнныхъ злобствъ стремящихся задѣть честь, достоинство, условія существованія тѣхъ, которыхъ судьба произвела на свѣтъ Израильтянами».

«Вы знаете съ какимъ негодованіемъ я протествовалъ противъ преслѣдованій употребляемыхъ въ Германіи по отношенію Израильтянъ, я не задумаюсь, чтобы протестовать съ той же силой противъ моихъ соотечественниковъ въ случаѣ если они произвели бы тѣ же посягательства.

«Вѣрьте, господа, что я испытываю то же возмущеніе, что и вы и, что я всегда съ вами, разъ вопросъ касается справедливости, любви, чести и свободы, помочь вамъ защитить нашу родину и нашу цивилизацію» [166].

4 августа 1935 г. въ Парижѣ состоялся большое митингъ протеста противъ преслѣдованій въ Германіи, организованный Федераціей Іудейскихъ Обществъ.

Городской голова города Оранъ (Алжиръ) аббатъ Ламбертъ, выступилъ на немъ со слѣдующими словами:

«Тѣ, кто насыщены духомъ Евангелій, традиціей братства и доброты, презрѣніемъ къ богатству, тѣ кто вѣрятъ, что всѣ люди братья — тѣ съ нами. Мы должны дѣйство/с. 525/вать безъ страха и опасеній, такъ какъ тутъ вопросъ не политики, а вопросъ человѣчности. Всѣ должны бороться съ современнымъ режимомъ въ Германіи, возмущающимъ всѣ совѣсти: всѣ должны протествовать противъ насилій надъ Іудеями и Католиками. Мы находимся здѣсь чтобы защитить человѣческое достоинство. Католики, какъ и Израильтяне отбрасываютъ варварскій паганизмъ Наци. Вотъ отчего они подвергаются преслѣдованіямъ» [167].

Давши картину новаго вліянія во французскихъ католическихъ кругахъ, необходимо отмѣтить, что это движеніе въ пользу сближенія съ Іудеями, слѣдуя наставленіямъ Ватикана не ограничивается одной Франціей, а распространено во всемъ католическомъ мірѣ.

Въ Бельгіи, въ гор. Антверпенѣ существуетъ «Католическое Бюро «за Израиль» организовавшее рядъ докладовъ Оскара де Ферензи. 23-го февраля с. г. онъ дѣлалъ въ Антверпенѣ свой докладъ, вызвавшій нѣкоторое волненіе и потребовавшій крупнаго наряда полиціи. На Собраніи предсѣдательствовалъ отецъ Доминиканецъ Ванъ денъ Ейнде [168].

Въ Голландіи, напримѣръ, 24 мая 1936 г. во всѣхъ католическихъ церквахъ читалось пасторское посланіе Архіепископа Утрехта, осуждающаго расизмъ.

Вотъ нѣкоторыя изъ него выдержки:

«Мы совершенно убѣждены, что на нашей родинѣ Церковь пострадаетъ, и что даже ея священная миссія станетъ почти невозможной въ случаѣ, если націоналъ-соціалистическое движеніе возьметъ верхъ.

«Потому, въ качествѣ руководителей вашихъ душъ, мы вамъ объявляемъ въ полномъ сознаніи нашей отвѣтственности: всѣ тѣ, которые примутъ активное участіе въ націоналъ-соціалистической партіи не будутъ больше допущены до святаго причастія.

«Послушаніе, которое вы намъ всегда оказывали въ вашей благочестивой, вѣрности, даетъ намъ увѣренность, даетъ намъ надежду, что въ тяжелыя времена, вы послѣдуете за совѣтомъ вашихъ епископовъ» [169].

Посланіе подписано пятью католическими епископами.

Какъ станетъ ясно въ дальнѣйшемъ, понятія іудейско- христіанской религіи, цивилизаціи, почти неотдѣлимо отъ понятія осужденія нѣмецкаго и поддержки іудейскаго расизма, подъ видомъ борьбы съ антисемитизмомъ.

Искать въ этомъ логическаго объясненія не надо; тутъ вопросъ политики, оправдывающей средства достиженія цѣли, слѣдовательно... возможно все: и нѣкій обманъ обывателя и нѣкая логическая несвязность.

/с. 526/ Эти размышленія, вслѣдъ за посланіемъ голландскихъ епископовъ, вызваны появившимся въ моментъ составленія настоящихъ строкъ свѣдѣніями идущими изъ Голландіи.

«Намъ пишутъ изъ Гааги:

«Новая организація, окрещенная «Національнымъ Центромъ» только что создана нѣкоторымъ количествомъ нидерландскихъ гражданъ... Первая ее секція учреждена въ Утрехтѣ; другія на пути своего устройства въ главныхъ центрахъ; онѣ будутъ связаны между собой центральнымъ комитетомъ.

«Одной прокламаціей учредители этой попытки даютъ возможность ознакомиться съ ихъ идеей. Она говоритъ, что «въ эти хаотическія времена, въ то время какъ подъ фундаментъ общества заложены мины, нидерландскій народъ долженъ вернуться къ Богу, умноживъ свою вѣрность Оранскому Дому». Было бы противно, прибавляютъ они, исторіи и традиціи нашего народа, искать иныхъ директивъ, и въ этихъ интересахъ нужно постараться объединить католиковъ, протестантовъ и іудеевъ въ одномъ національномъ фронтѣ, основанномъ на верховной мысли, что Богъ есть источникъ всего добраго.

«Это движеніе имѣетъ цѣлью противодѣйствовать нацистскимъ, тоталитарнымъ и паганистскимъ проискамъ, подъ иностраннымъ вліяніемъ которыхъ нѣкоторые пропагандисты стремятся одарить нашу страну» [170].

Сопоставленіемъ этихъ двухъ документовъ, какъ нельзя лучше подтверждается правильность высказываемой мысли, а въ дальнѣйшемъ еще ярче обнаружится тотъ новый міровой заговоръ противъ человѣчества, къ которому постепенно мы подходимъ.

Въ Будапештѣ выступалъ о. Банга, іезуитъ, говорившій въ «Католическомъ бюллетенѣ по вопросу Израиля «отъ 15 августа 1933 г., что: если любить того, кто въ заблужденіи и есть христіанскій принципъ, то это не значитъ, что нужно любить или уважать само заблужденіе. Тѣмъ не менѣе, нѣкоторые хотѣли бы именно такъ объяснить христіанскую любовь. Они хотѣли бы, во имя любви, побудить насъ вложить мечъ въ ножны, даже когда дѣло идетъ о явномъ отравленіи душъ, смятеніи, со стороны тѣхъ, кто топчутъ ногами справедливость, распространяютъ безнравственность и практикуютъ несправедливую эксплоатацію» [171].

«Какое сходство и какое различіе есть между христіанской и іудейской религіями?

«О. Банга, спеціализировавшійся на изученіи іудейской исторіи и религіи обсуждалъ этотъ вопросъ на одной изъ конференцій въ Будапештѣ, въ присутствіи огромной толпы, среди которой можно было видѣть черныя рясы католичес/с. 527/кихъ священниковъ, толкущихся среди оригинальныхъ костюмовъ учениковъ раввинской семинаріи» [172].

«Съ истиннымъ горемъ, говоритъ ораторъ, я такъ часто выясняю недоразумѣнія между Христіанствомъ и Іудаизмомъ. Эти недоразумѣнія властвуютъ. Христіане и Іудеи не могутъ сговориться. Если когда либо, въ мирѣ и добросовѣстно, взяться за изученіе этихъ причинъ, великій раздоръ прекратится.

«Отецъ Банга объясняетъ, что Христіанство есть прямое слѣдствіе Іудаизма, что Новый Завѣтъ основанъ на Ветхомъ и т. д... и кончаетъ вопросомъ откуда, принимая во вниманіе общій источникъ обѣихъ религій, происходитъ великое расхожденіе властвующее надъ ними. Антагонизмъ происходитъ изъ-за различнаго пониманія Мессіи. О. Банга еще развиваетъ эту мысль и заканчиваетъ, выражая свое пожеланіе, раздѣлить великую сокровищницу данную Мессіей съ тѣми, кто вслѣдствіе ошибки ихъ прародителей лишены ея.

«Съ этого момента выясняется, что ровъ разъединяющій вѣрующаго Іудея отъ вѣрующаго Христіанина менѣе глубокъ, чѣмъ раздѣляющій Христіанина отъ невѣрующаго, христіанскаго происхожденія. Христіане Іудеи мы поклоняемся одному и тому же Богу, Создателю неба и земли, Верховному Господину всего; Христіане и Іудеи мы обязываемся исполненіемъ общаго закона, продиктованнаго Господомъ Моисею на горѣ Синайской. Христіане и Іудеи, мы вѣримъ въ безсмертіе души и въ вѣчную справедливость. Если Іудей не вѣрить въ Іисуса Христа, нашего Божественнаго Мессіи, если онъ настаиваетъ на ожиданіи Мессіи провозглашеннаго Пророками, онъ не отвѣтствуетъ за свою ошибку, въ которой онъ воспитанъ; онъ, слѣдовательно, значительно менѣе виновенъ въ глазахъ Бога, чѣмъ крещенный, отвергшій свою вѣру, растоптавшій Заповѣди Господни и не имѣющій ни малѣйшей заботы о своей душѣ» [173].

Въ Германіи на почвѣ борьбы съ нѣмецкимъ расизмомъ, защитой іудейскаго расизма и осужденія націоналъ-соціализма особо выдѣляется кардиналъ Фаулхаберъ.

«Въ послѣднее время, говоритъ О. де Ферензи, Іудеи неоднократно обращались къ Римскому Папѣ, прося его защиты и его вмѣшательства для прекращенія погромовъ и другихъ физическихъ и духовныхъ пытокъ, наложенныхъ на іудейскія общины; наконецъ не лишнимъ будетъ напомнить многочисленные епископскіе голоса, — особенно голосъ того великаго князя Церкви, каковымъ является кардиналъ Фаулхаберъ, — возставшіе противъ чудовищнаго расистскаго ученія, во имя котораго преслѣдуютъ въ Германіи Іудеевъ» [174].

/с. 528/ Дезидеръ Корейнъ, повидимому венгерскій іудей, составившій пропагандистскую брошюру озаглавленную имъ «Въ чемъ причина антисемитизма?» въ предисловіи своемъ говоритъ слѣдующее:

«Съ приходомъ хитлеризма я предсказалъ, что сумашествіе наци и арійскій припадокъ не остановятся на преслѣдованіи Іудеевъ и разъ съ ними покончивъ, продолжатъ преслѣдованіе Христіанства и въ первую очередь Католичества. Это предсказаніе исполнилось. Въ настоящее время когда католическій міръ преодолѣнъ лидерами со свастикой, вѣрующіе, церковная іерархія до Папы включительно, отдаютъ себѣ отчетъ въ опустошеніяхъ, произведенныхъ хитлеризмомъ. Грандіозное Папское провозглашеніе, циркуляры кардиналовъ Фаулхаберъ (изъ Мюнхена), Инницеръ (изъ Вѣны), Инграмъ (изъ Лондона), Балтазаръ (изъ Дебречина), Кардинала-Примата Венгріи Юстиніана Середи, протестующіе противъ антисемитизма, все это благотворные признаки, дающіе намъ надежду, что Князья Церкви Католической нынѣ мужественно, какъ и въ прошломъ, поднимутъ свои голоса противъ расистскаго сумашествія и нѣмецкаго варварства. И, само собой разумѣется, что всѣму Христіанству нътъ другого пути нравственнаго слѣдованія, кромѣ указаннаго ихъ главами».

*     *     *

«Въ одной изъ своихъ пастырскихъ проповѣдей, Кардиналъ Фаулхаберъ сдѣлалъ слѣдующее историческое заявленіе: «Когда нѣсколько мѣсяцевъ тому назадъ, я поднялъ голосъ противъ распространенія нечеловѣческой ненависти къ одной расѣ, меня предполагали избить. Моя жизнь была въ великой опасности. Я не боюсь за мою жизнь и то, что я дѣлаю я дѣлаю по самому чистому внутреннему побужденію. Іудеевъ преслѣдуютъ немного повсюду, но способы употребляемые у насъ позорны и оскорбительны. Исторія насъ учитъ, что Богъ всегда наказываетъ Притѣснителей Израиля. Потому не можетъ быть ни одного католика сочувствующаго преслѣдованіямъ, которымъ подвергнуты Іудеи въ Германіи. Если въ памятный день 20 іюня Господь наказалъ часть этихъ гонителей, то это было вполнѣ заслуженное наказаніе» [175].

Всего лишь мѣсяцъ тому назадъ вся пресса съ злорадствомъ подхватила еще одну жалобу архіепископа Фрибурга, Преосвященнаго Конрада Греберъ, полностью воспроизведенную въ Ватиканскомъ офиціозѣ.

«Подъ заглавіемъ «Религіозное положеніе въ Германіи» Osservatore Romano публикуетъ анализъ одного офиціальнаго документа, исходящаго отъ Преосвященнаго Конрада Греберъ, архіепископа Фрибурга на Бреславлѣ резюмирующаго фактами /с. 529/ и цифрами современное религіозное положенію въ Германіи спустя пять лѣтъ управленія націоналъ-соціалистовъ».

«Ватиканскій органъ замѣчаетъ, что грустная картина, списанная архіепископомъ Фрибурга съ его епархіи, встрѣчается во всѣхъ округахъ Германіи» [176].

За этимъ слѣдуетъ и докладъ епископа.

Всѣмъ еще памятны тяжелыя душевныя переживанія и внутренняя борьба выдержанная Вѣнскимъ кардиналомъ Ининцеръ, давшимъ совѣтъ католикамъ голосовать на плебисцитѣ въ пользу Германіи; вызовъ его въ Римъ, требованіе отъ него отмѣны его совѣта, какая то подписка самоосужденія, вырванная у него и его вторичный совѣтъ голосовать за Германію.

Новая іудейская политика католицизма, связанная съ борьбой не только противъ расизма, но и противъ монархизма и націонализма, готовящаго монархическую почву, также проскальзываетъ въ печати.

Епископъ Ажана, Преосвященный Саго дю Вору издалъ книгу, воспѣвающую демократію и осуждающую всякую твердую власть.

«Съ другой стороны, хотя религіи и учатъ и проявляютъ уваженіе къ монархіямъ, проявляли ли онѣ всегда духъ справедливости по отношенію Церкви? Протестантскія правительства и русскіе цари долго преслѣдовали католиковъ. Въ XVIII вѣкѣ во Франціи, Вольтеръ, бывшій добрымъ роялистомъ, создалъ печальное антирелигіозное движеніе въ высшихъ классахъ общества» [177].

Іерархическая власть преслѣдуетъ въ настоящее время всѣхъ членовъ клира исповѣдующихъ роялистскія убѣжденія, запрещая ихъ изданія, равно какъ и изданія анти-іудейскаго и анти-масонскаго свойства, въ большомъ количествѣ недавно еще издаваемыя католическимъ духовенствомъ.

Франсуа Моріакъ, членъ Попечительнаго Комитета La Juste Parole, католикъ, не видитъ, что творится въ рядахъ красныхъ дерущихся въ Испаніи. Его упреки направлены въ сторону націоналистовъ. Gringoire отвѣчаетъ ему на это слѣдующимъ образомъ:

«Г. Франсуа Моріакъ и католики.

Г. Франсуа Моріакъ далъ Figaro статью, въ которой онъ упрекаетъ генерала Франко за вхожденіе въ его армію марокканскихъ частей.

«Вотъ для Француза опасный аргументъ. Развѣ во время войны мы сами не обратились къ доблести и храбрости Сѣверо-Африканцевъ, Сенегальцевъ, Аннамитовъ, и развѣ не генералъ Манженъ, создатель черной арміи, вправѣ былъ крикнуть: «Франція страна въ 100 милліоновъ населенія?».

/с. 530/ «Г. Франсуа Моріакъ говоритъ, что онъ хочетъ служить лишь одному дѣлу: «Божьему царству на землѣ». Но тутъ то онъ насъ и удивляетъ, выражая, свою симпатію краснымъ коммунистамъ, анархистамъ Испаніи, которые, какъ мы доказали уже это неопровергнутыми и неопровержимыми документами, рѣзали монаховъ, монахинь и священниковъ, жгли церкви и монастыри и запретили исполненіе церковныхъ службъ» [178].

Вотъ подобное удивленіе современному католическому дѣйствію шлется со всѣхъ сторонъ благомысленно-думающими. Не нужно только думать, что это ограничивается одной лишь Франціей. Болѣе освѣдомленные по мѣсту своего проживанія, мы все же даемъ картину католическаго дѣйствія и въ иныхъ государствахъ Европы. Католицизмъ интернаціоналенъ, и слѣдовательно его политика не можетъ ограничиться незначительной территоріей государства или материка. Направленіе даваемое Ватиканомъ расплывается во всемъ мірѣ.

Дезидеръ Корейнъ даетъ намъ слѣдующія свѣдѣнія.

«Г. Едди Шервурдъ, генеральный секретарь самой крупной христіанской организаціи «Союзъ Христіанскихъ молодыхъ людей» (И.М.К.А.) [179] въ одной изъ своихъ конференцій, носящихъ заглавіе «Что я видѣлъ въ Германіи», пришелъ къ выводу, что бойкотъ наци долженъ быть доведенъ не-іудеями до конца и съ полной энергіей. Въ то же время одинъ изъ самыхъ крупныхъ духовныхъ сановниковъ Америки, Епископъ Геральдъ Шаугнесси, на одномъ собраніи, на которомъ присутствовало нѣсколько тысячъ человѣкъ, подчеркнулъ отношенія, существующія между католицизмомъ и іудаизмомъ. Епископъ доказывалъ, что антисемитская тенденція въ то же время антикатолична. Католики и іудеи должны сговориться и соединиться.

Исходя изъ этого, упоминаемое собраніе, по предложенію Епископа, приняло рѣшеніе воззвать къ Сенату, чтобы онъ изо всѣхъ силъ протестовалъ противъ преслѣдованія іудеевъ и католиковъ въ Германіи. Отсюда видно, что главамъ религій надлежитъ особенно энергично возстать противъ антисемитизма или его символа націоналъ-соціализма, если они дѣйствительно желаютъ уничтоженія въ XX вѣкѣ этого пятна, и чтобы цивилизованное человѣчество вернулось бы къ своему спокойствію».

Другой католическій епископъ недавно вызвалъ произнесеннымъ имъ словомъ противъ Германіи, даже обмѣнъ нотъ съ Ватиканомъ. Приводимая выдержка показываетъ, что и въ Новомъ Свѣтѣ идетъ та же новая католическая проповѣдь.

Чтобы закончить этотъ длинный перечень активной католической пропаганды въ пользу іудейскаго расизма и въ осужденіе германскаго приведемъ слова уже отмѣчавшагося /с. 531/ нами маронитскаго Патріарха Преосвященнаго Арида, произнесенныя имъ на пріемѣ его Бейрутской іудейской общиной.

L'Univers Israélite посвящаетъ этому событію цѣлую страницу. Мы выбиремъ изъ нея лишь наиболѣе любопытныя мѣста.

«Среда, 21-го апрѣля была великимъ днемъ для Бейрутской израилитской общины. Маронитскій Патріархъ, Его Блаженство Преосвященный Арида въ сопровожденіи Преосвященнаго Мубаракъ, епископа Бейрута и около пятнадцати прелатовъ, въ первый разъ отдалъ оффиціальный визитъ ливанскимъ израильтянамъ, передъ своей поѣздкой въ Римъ и Парижъ.

«Ровно въ двѣнадцать часовъ, Его Блаженство подъѣзжаетъ къ храму. Вспыхиваютъ аплодисменты. Толпа, исчисляемая въ нѣсколько тысячъ человѣкъ, привѣтствуетъ главу ливанскаго христіанства.

«У входа синагоги, Преосвященный Арида встрѣченъ главными раввиномъ Сабетай Бобутъ, Г. Іосифомъ Д. Фари, президентомъ общины и членами коммунальнаго Совѣта.

«Музыка играетъ ливанскій маршъ. Въ залѣ Г. Фари произноситъ привѣтствіе, изъ котораго мы выбираемъ слѣдующія мѣста:

          «Ваше Блаженство,

«Посѣщеніе, которымъ вы удостаиваете сегодня израилитскую общину Бейрута, является для насъ историческимъ событіемъ первѣйшаго класса. Первый разъ, что мы удостаиваемся присутствія среди насъ уважаемаго главы самой большой Христіанской общины Востока, главы признаннаго и любимаго всѣмъ Ливаномъ, духовнымъ отцомъ всѣхъ его обитателей. Вы, на самомъ дѣлѣ, само воплощеніе просвѣщеннаго и плодотворнаго патріотизма, стремящагося къ соединенію всѣхъ сердецъ и всѣхъ стремленій къ наилучшему благу страны во всемъ ея цѣломъ...

«Наши ослѣпленные глаза и наши благодарныя воспоминанія вѣчно будутъ вспоминать знаменитое пастырское письмо Вашего Блаженства, объявлявшее во всѣхъ церквахъ Востока Вашъ краснорѣчивый протестъ противъ преслѣдованій нашихъ единовѣрцевъ въ странахъ, называющихъ себя цивилизованными и желающихъ вернуть міръ къ паганизму и варварству.

«Не мы одни, это всемірный іудаизмъ, это міръ воистину цивилизованный, вамъ безконечно благодарный за ваше осужденіе духа ненависти и насилія, такъ высоко цѣнитъ столь благородныя и человѣчныя чувства, дѣлающія изъ васъ воплощеніе истиннаго религіознаго духа, состоящаго изъ любви и попеченія о всякомъ Божьемъ созданіи и въ особенности находящемся въ горѣ...

«Мы будемъ молить Бога за ваше здоровье, за вашъ покой, за продуктивность вашихъ усилій и за ваше благополучное возвращеніе въ Ливанъ подъ тѣнь этихъ вѣковыхъ /с. 532/ кедровъ, под которыми мы хотимъ видѣть васъ еще многіе лѣта продолжающимъ вашу не ослабѣваемую дѣятельность на благо страны, процвѣтаніе в благополучіе ея обитателей: Да здравствуетъ Патріархъ Маронитскій! Да здравствуетъ Ливанъ!»

«Преосвященный Арида отвѣтилъ въ слѣдующихъ выраженіяхъ:

«Израильтяне не только наши предки, но и наши братья. Наше происхожденіе одинаково, языкъ нашъ почти одинаковъ, нашъ Отецъ ихъ Отецъ. Мы гордимся принадлежать къ одной расѣ. Мы всѣмъ обязаны іудаизму, наши ученія вытекаютъ изъ ихъ священнаго Закона, наша вѣра сходна, мы любимъ одного Бога. Мы уважаемъ и почитаемъ дѣтей Израиля, мы такъ же какъ и они, любимъ Іерусалимъ. Мы искренно хотимъ, чтобы наши отношенія съ Іудеями вообще, и сіонистами въ частности, были бы постоянными и плодотворными. Мы будемъ взаимно другъ другу помогать, и мы отъ всего сердца желаемъ, чтобы Господь освободилъ притѣсняемыхъ Іудеевъ отъ преслѣдованій, которыми такъ несправедливо они подвергаются, какъ въ Германіи, такъ и въ Палестинѣ.

«Наши лучшія пожеланія мира и счастья Израильтянамъ, такъ какъ мы чувствуемъ сколь цѣнна и искренна любовь ихъ къ намъ.

«Послѣ этого привѣтствія, встрѣченнаго аплодисментами всѣхъ присутствующихъ. Преосвященный Мубаракъ, архіепископъ Бейрута, произнесъ захватывающее слово, вкратцѣ слѣдующаго содержанія:

«Я не рискнулъ бы взять здѣсь слово, послѣ захватывающаго слова Его Блаженства, если бы ораторъ не назвалъ моего имени. Я принужденъ признаться, что это я наградилъ Его Блаженство званіемъ «Патріарха Израильтянъ». Я видѣлъ, что Его Блаженство былъ правъ. Мы видѣли, что хитлеровская Германія преслѣдующая Іудеевъ также преслѣдуетъ католическую Церковь. Мы, слѣдовательно, несемъ ту же участь, что Іудеи...

«Отъ имени Его Блажесгва я повторяю: Будьте желанными въ нашей странѣ! И если я назвалъ Его Блаженство «Патріархомъ Израильтянъ», я объявляю себя «Архіепископомъ Іудеевъ».

«Преосвященный Арида былъ сопровожденъ до выхода съ тѣми же почестями, что и по пріѣздѣ. Толпа въ безумствѣ кричала: Да здравствуетъ Патріархъ! Да здравствуетъ Ливанъ»!

«Это былъ дѣйствительно историческій день для израилитской общины!» [180].

Вотъ ужъ съ этимъ спорить не приходится! Историческимъ днемъ это было не только для іудейской общины, но и для Католической Церкви.

/с. 533/ Можно ли теперь, познакомившись съ приведенными данными изъ источниковъ черпаемыхъ съ обѣихъ сторонъ, оспаривать состоявшееся сближеніе католицизма съ іудаизмомъ?

Для людей, ищущихъ какой либо послѣдовательности, это сближеніе не можетъ быть допущено. Какъ! скажутъ они, Ватиканъ такъ строго осуждающій экуменическое движеніе, созданное хотя протестантскими, но все же христіанскими кругами, можетъ вдругъ поощрятъ сближеніе съ анти- христіанами, каковыми являются современные Іудеи, потомками того Израиля, который не только не призналъ Христа, но распявъ Его, добровольно взялъ на себя и на чада своя Святую Кровь Его, создавъ одновременно съ зарождающимся христіанствомъ, новое опредѣленно анти-христіанское теченіе.

Ни послѣдовательности, ни логики въ этомъ неестественномъ сближеніи, конечно, нѣтъ; это движеніе зародилось въ политикѣ и построено на расчетѣ.

Политика толкнула въ объятіи противоположные полюсы, въ виду общей угрозы тому и другому, со стороны пропагандируемаго большевиками безбожія и зарождающейся въ Германіи новой анти-христіанской религіи, религіи Государства или религіи націоналъ-соціалистическаго характера.

Двѣ могущественныя въ мірѣ силы, обѣ интернаціональныя, рѣшили заключить союзъ, несмотря на всю кажущуюся невѣроятность подобнаго плана.

Нѣтъ сомнѣнія, что обѣ стороны, заключившія новый союзъ, содѣяли его съ мыслью использовать своего союзника въ собственныхъ интересахъ, иными словами съ расчетомъ, съ цѣлью на этомъ союзѣ что то выиграть.

Разсчетъ іудейства, какъ уже указывалось, своевременно воспользоваться папскимъ словомъ въ случаѣ вспышекъ въ христіанскихъ странахъ анти-іудейскаго движенія, такъ легко выливающагося въ форму погромовъ, и поднятіе католическихъ странъ для борьбы вооруженной рукой противъ Германіи, нанесшей крупный ударъ нѣмецкому іудейству, захватившему тамъ верховное главенство въ руководствѣ всей экономической жизнью страны.

Католицизмъ, въ своемъ новомъ союзникѣ, думаетъ также пріобрѣсти еще плохо оцѣненныя выгоды.

Іудейское вліяніе на міровые финансы, все связанное съ производствомъ, продажей и перепродажей товаровъ — неоспоримо.

Интернаціональный капиталъ управляется и регулируется іудействомъ, международная торговля всѣми продуктами первой необходимости въ ихъ рукахъ. Католицизмъ вступитъ въ бой пушечнымъ мясомъ своихъ чадъ, іудаизмъ объявитъ войну на финансово-экономической почвѣ. Одно другому необходимо и одно безъ другого не выполнимо.

Но пользуясь чрезвычайнымъ вліяніемъ на франкъ-масонство, вліяніемъ столь сильнымъ, что большинствомъ из/с. 534/слѣдователей и знатоковъ масонскаго вопроса, оно признается какъ верховное, іудейство можетъ значительно облегчить католичеству доступъ въ тѣ или другія, въ силу всевозможныхъ обстоятельствъ, недоступныя для него сферы.

Временно, не останавливаясь дольше на этомъ вопросѣ, можно ясно себѣ представить, какъ католичество совершенно отстранившееся отъ экуменическаго движенія, будетъ на него вліять въ своихъ интересахъ, черезъ своего союзника, руководящаго, руководящими экуменизмомъ силами.

Какая изъ сторонъ новаго конкордата выиграетъ, которая проиграетъ, пока еще не ясно. Ясно лишь то, что каждая изъ нихъ хочетъ по возможности лучше использовать сосѣдку въ своихъ интересахъ, извлекши изъ нея максимумъ для себя пользы.

Матерьяльно новый союзъ не подлежитъ какому либо учету.

На вѣсы кладется нѣкая опредѣленная величина, легко поддающаяся оцѣнкѣ; это будетъ международный католицизмъ со своими четыреста милльонами душъ вѣрующихъ. То, что окажется на другой чашкѣ вѣсовъ представляется величиной совершенно неопредѣленной: численностью своей въ восемнадцать милліоновъ, іудаизмъ не представляетъ изъ себя никакого интереса. Сила же его въ финансовомъ, экономическомъ и политическомъ мірѣ — огромна. Міровая пресса — въ рукахъ іудейства, подготовляя общественное мнѣніе и создавая его въ зависимости отъ своихъ интересовъ дня, сила, — которая не поддается какому-либо матеріальному исчисленію.

Вмѣстѣ съ тѣмъ, создавшееся сближеніе, какъ будто не совсѣмъ удовлетворяетъ сговорившіяся стороны. Если въ 1934 году Десидеръ Корейнъ могъ еще писать:

«Соглашеніе между Іудаизмомъ и Христіанствомъ противъ хитлеризма, есть естественный союзъ главъ религій и Вѣры противъ паганизма и варварства» [181], то въ 1938 г. Іудаизмъ больше этимъ не удовлетворяется; онъ стремится дальше. Но передъ тѣмъ, чтобы перейти къ разсмотрѣнію второй фазы происшедшаго сближенія, необходимо остановиться, дабы бросить бѣглый взглядъ на развитіе за это время экуменическаго движенія и на то вліяніе, которое сказалось на немъ, въ дальнѣйшемъ его дѣйствіи.

Какъ извѣстно, первыя конференціи экуменическаго движенія состоялись двумя параллельными группами въ Стокгольмѣ въ 1925 г. въ Лозаннѣ въ 1927 г.

«Цѣль, преслѣдуемая всѣми конгресистами, независимо отъ вѣроисповѣданія къ которому они принадлежали, было единеніе всѣхъ христіанскихъ Церквей, согласно желанію Христа возвѣщеннаго намъ Св. Іоанномъ, послужившее темой /с. 535/ епископу Брентъ, при открытіи конференціи произнесшему въ протестанскомъ соборѣ въ Лозаннѣ слово: «Да будутъ всѣ едино; какъ Ты Отче во Мнѣ и Я въ Тебѣ, такъ и они да будутъ въ Насъ едино» (Іоан. XVII, 21).

«И вдохновляясь этимъ текстомъ была выработана программа Конгресса» [182].

«Желаніе реализировать единство этихъ различныхъ исповѣданій, которыя всѣ считаютъ себя исходящими отъ Христа, было совершенно реально» [182] замѣчаетъ тотъ же сотрудникъ «Cahiers de l'Ordre».

И вотъ оказалось, что несмотря на искренность подхода участниковъ Стокгольмской и Лозаннской конференцій, совершенно естественно они не могли придти не только ни къ какому заключенію, но вообще разошлись, недоумѣвая, какъ продолжить задуманный проэктъ.

«Какъ можно было разойтись ничего не рѣшавъ, не вынеся никакой резолюціи» [183] спрашиваетъ удивленно Е. Мюле.

Несмотря на такую неудачу, съ первыхъ же шаговъ собора представителей различныхъ церквей, изъ отчета Единбургской конференціи 1934 г. мы узнаемъ, что положеніе вовсе не такъ безотрадно и отчетъ начинаетъ свое вступленіе съ заглавія: «Десять лѣтъ прогресса».

Союзы, въ буквальномъ смыслѣ этого слова, или сближенія ведущія къ союзамъ, зарегистрованные за эти десять лѣтъ, касались иногда Церквей различныхъ народовъ, какъ напримѣръ, тѣ которые имѣли мѣсто между Англиканами съ одной стороны, а съ другой старо-католическими Европейскими Церквами и Церквами православными: но большей частью они ограничились Церквами одного народа...

«Общее число положительныхъ попытокъ къ единенію внушительно. Почти половина ихъ произошла въ Сѣверной Америкѣ, что отвѣчаетъ особенно большому количеству внѣшнихъ дѣленій, которымъ нужно было помочь. Столько же почти случаевъ видимъ въ Азіи и Европѣ...

«Количество проявившихся попытокъ единенія за этотъ періодъ представляетъ себой прогрессъ на разнообразныхъ ступеняхъ. Въ нѣкоторыхъ случаяхъ это лишь поверхностный подходъ, проба. Другіе дошли до болѣе опредѣленныхъ сношеній, заключающихъ въ себѣ границы и условія единенія.

«...Какъ образецъ мы можемъ указать на согласіе, достигнутое въ полномъ и цѣльномъ сочетаніи Церквей Англиканскаго вѣроисповѣданія со Старо Католическими Церквами. Счастливое согласіе было достигнуто и утверждено между Церквами Англіи и Финляндіи; Церкви Латвіи и Эстоніи находятся въ переговорахъ и прогрессируютъ въ нихъ. Другія /с. 536/ Церкви удовлетворились болѣе или менѣе тѣсной федераціей»... [184].

Какъ видно изъ этого, успѣхъ движенія къ соединенію Церквей совсѣмъ не столь важный. Не смотря на увѣреніе насъ въ десятилѣтнемъ прогрессѣ, оказывается, что за это время не могли еще сговориться даже Латышская и Эстонская церкви.

Безспорно, что невозможность найти какой либо общій языкъ для сговора послужила толчкомъ для эволюціи всего движенія, особенно сказавшейся на конференціяхъ 1937 г.

Помимо этого вполнѣ естественнаго условія встрѣчается и другое. Ватиканъ категорически отказывается отъ участія въ Экуменическомъ движеніи, причемъ послѣднее отъ этого не прекратило своего существованія и повидимому сильно развивается. Отсюда вытекаетъ необходимость направить это движеніе по новому пути и привести этимъ путемъ движеніе къ такой точки, съ которой можно уже будетъ думать о переговорахъ.

Какъ же практически возможно этого достигнуть, при томъ, что Ватиканъ остается въ сторонѣ отъ какого либо вліянія на движеніе? Для этого есть союзникъ — іудейство, черезъ масонство играющее въ движеніи столь крупную роль и могущее дать то или другое выгодное ему направленіе.

Картина получается, слѣдовательно, совершенно трудно воспринимаемая: Католичество вліяетъ на іудейство; іудейство на масонство; масонство на экуменическое движеніе.

О. Комгаръ замѣчаетъ:

«Отмѣтимъ себѣ какъ слѣдуетъ: въ Оксфордѣ и въ Единбургѣ уже не будетъ болѣе разговора объ единствѣ или о требованіяхъ предъявляемыхъ этимъ единствомъ, но о вопросѣ, который христіане или вѣрнѣе христіанство должно дать современнымъ нуждамъ и призыву міра. Этимъ самымъ христіанская дѣйствительность будетъ меньше изучаться въ своемъ внутреннемъ существѣ и въ своихъ первѣйшихъ цѣнностяхъ, чѣмъ способы лѣченія міровыхъ ранъ или же міровыхъ столкновеній и конфликтовъ, главнымъ образомъ въ плоскости народной и общественной» [185].

Или вотъ еще какъ говоритъ онъ:

«Атмосфера, царившая въ Оксфордѣ, казалось значительно прагматической [186] и гуманитарной. Очень похоже на то, что тамъ находились подъ вліяніемъ міровыхъ нуждъ и задачъ дня гораздо болѣе, чѣмъ подъ вліяніемъ вѣчныхъ истинъ, въ исканіи міровой линіи поведенія гораздо болѣе, чѣмъ въ поискахъ умозрѣнія въ хорошемъ и буквальномъ /с. 537/ смыслѣ этого слова. Слѣдующія мѣста, почерпнутые изъ сообщенія прессы, кажутся, выразительными на этотъ предметъ и слишкомъ согласованы, чтобы не выдать характерной черты:

«Китаецъ д-ръ Тимоѳей Тингъ-Фангъ-Лью выразилъ въ самыхъ волнующихъ выраженіяхъ безпокойство значительнаго числа делегатовъ въ виду окончанія конференціи и ту трагедію, которая обнаружится въ случаѣ, если она не сумѣетъ конкретно выявить терзаемымъ народамъ новое вдохновеніе, ожидаемое ими свыше.

«Мнѣ все представляется, говорилъ онъ, тотъ человѣкъ, который въ Китаѣ спрашивалъ меня, что сможетъ онъ отвѣтить той бѣдной женщинѣ, которой онъ объявилъ, что ея три сына въ Шанхаѣ (одинъ гимназистъ и два студента) были хладнокровно убиты. Въ то самое время, прибавилъ онъ, въ которое Японцы и Китайцы дерутся, моя жена въ Токіо присутствуетъ на міровой конференціи по образованію, а наша дочь, двѣнадцатилѣтняго возраста, находится въ пяти километрахъ отъ линіи огня около Пейпинга. Намъ нужны указанія, касающіяся войны и мира, дѣйствительно пріемлемыя для несчастныхъ людей въ подобномъ положеніи и мы ждемъ ихъ отъ конференціи».

«Д-ръ І. Г. Олдамъ... послѣ напоминанія о грустной дѣйствительности безработицы, нищеты и недостаточнаго питанія параллельно шествующихъ съ соревнованіемъ по вооруженію, дающихъ право предвидѣть тріумфъ варварства, задаетъ вопросъ — что конференція можетъ противопоставитъ этому положенію...

«Другая опасность встаетъ передъ нами, та, о которой говорилъ д-ръ Т. З. Ку, и отъ которой онъ молилъ Господа насъ избавить: «Не впалъ ли я въ богословскую попытку перехитрить всѣхъ вмѣсто того, чтобы возстать противъ нeсправедливости и жестокости человѣка по отношенію къ своему ближнему» [187].

Можно ли утверждать, что экуменизмъ не подвергся за послѣдніе десять лѣтъ эволюціи, познакомившись съ вопросами, которые въ силу «создавшейся на конференціи атмосферы» могли подниматься въ 1937 году.

«Вотъ уже нѣкоторое время, дѣйствительно, прибавляетъ О. Конгаръ, что въ Экуменическомъ Движеніи отдали себѣ отчетъ, что непосредственнымъ объектомъ было не единеніе, которое теперь представляется еще болѣе далекимъ съ тѣхъ поръ, что каждый лучше узналъ самого себя и другихъ, а взаимное знакомство и испытаніе каждаго въ вѣрности Евангелію и своимъ собственнымъ дарованіямъ. Уже нѣкоторое время, что больше не ищутъ немедленнаго сліянія въ извѣстнаго рода «экуменической» Церкви, которая не была бы схожа ни съ однимъ изъ современныхъ, существующихъ исповѣданій»... [188].

/с. 538/ Какъ извѣстно, на Оксфордской конференціи были подняты вопросы: Лиги Націй, антисемитизма и еще другіе, чисто политическаго свойства. По поводу антисемитизма вотъ что замѣчаетъ о. Конгаръ:

«Антисемитизмъ, какъ вто показываетъ многочисленный матерьялъ въ распоряженіи Комитета [189], все болѣе и болѣе усиливается и станетъ скоро явной міровой опасностью. Это одно изъ главныхъ отреченій отъ христіанскаго ученія, касающихся человѣка въ современномъ мірѣ. Это атака противъ единства Una Santa это даже отреченіе отъ самой личности Христа». Комитетъ проситъ затѣмъ у конференціи «принять въ соображеніе, что эта задача не есть, какъ многія другія, результатъ внѣшняго вліянія на Церковь, съ которымъ нельзя не считаться, но что зло это находится также и въ Церкви. Антисемитизмъ предшествовалъ христіанству и нигдѣ не сказано, что это феноменъ чисто христіанскій, но онъ поддержанъ невѣрнымъ христіанскимъ образованіемъ и вытекаетъ изъ ужаснѣйшаго положенія нѣкоторыхъ странъ, въ которыхъ Христіанскія Церкви колеблются или категорично отказываются принимать обращенныхъ Іудеевъ»... [190].

Какъ и нужно было ожидать, экуменическое движеніе не избѣжало этого вопроса, причемъ замѣтьте, что Комитетъ считаетъ почему то въ этомъ вопросѣ необходимымъ отмѣтить, что никакихъ внѣшнихъ вліяній не было проявлено для разрѣшенія вопроса антисемитизма. Можно ли безоговорочно повѣрить Комитету, вспомнивъ «прагматизмъ», о которомъ говорилъ о. Конгаръ, или еще раньше указываемыя имъ демократическія вліянія на конференцію и преклоненіе ея передъ столь высокой инстанціей, какъ Лига Націй. Нѣтъ! Эти увѣренія не многаго стоятъ — это есть просто самый шаблонный пріемъ іудо-масонской тактики, тѣмъ самымъ раскрывающій и закулисныхъ авторовъ вліянія на послѣднія экуменическія конференціи.

Вмѣстѣ съ тѣмъ, 1937 г. отмѣчается не одной лишь эволюціей экуменическаго движенія: оказывается эволюціи подвергалась также и Католическая церковь. О. Конгаръ намъ говоритъ:

«Единбургъ объединилъ четыреста четырнадцать членовъ, представляющихъ сто двадцать вѣроисповѣданій или христіанскихъ группъ, явившихся изъ сорока трехъ государствъ пяти частей свѣта. Католическая Церковь не имѣла какъ и въ Оксфордѣ, офиціальныхъ представителей. Тѣмъ не менѣе, четыре отца іезуита присутствовали на рабочихъ засѣданіяхъ, такъ же какъ и на общихъ въ качествѣ «наблюдателей», то есть вѣрнѣе также и въ качествѣ консультантовъ. Преосвященный Макъ Дональдъ, католическій епи/с. 539/скопъ Св. Андрея, въ епархіи котораго находится Единбургъ, сдѣлалъ жестъ, узнавъ о которомъ мы испытали великую радость, потому что это былъ жестъ, который не нанося никакого ущерба непримиримости принциповъ, былъ свидѣтельствомъ пріема, симпатіи, братства» [191].

Жестъ, о коемъ идетъ рѣчь, состоялъ въ письмѣ архіепископа Макъ Дональда къ архіепископу Іоркскому, въ коемъ первый выразилъ второму свое намѣреніе пригласить къ себѣ делегатовъ конференціи и лично имъ объяснить причины, побуждающія Католическую церковь не принимать участія въ экуменическомъ движеніи. Узнавъ о перегруженности программы конференціи, католическій епископъ въ послѣднюю минуту отказался отъ исполненія своего намѣренія.

Подводя итоги экуменическому движенію за послѣдніе десять-двѣнадцать лѣтъ, т. е. за періодъ истекшій со Стокгольмской и Лозанской до Оксфордской и Эдинбургской конференціи, нельзя не отмѣтить происшедшую за это время сильную эволюцію, выразившуюся въ отказѣ отъ мысли объединенія всѣхъ Церквей и переходѣ къ практическимъ задачамъ къ рѣшенію чисто политическихъ вопросовъ.

Изъ духовно-религіознаго плана, экуменизмъ эволюціонируетъ въ политическую плоскость.

«L'Univers Israélite» пропустилъ экуменическія конференціи почти безо всякаго вниманія. Однажды онъ впрочемъ упомянулъ, объ одной, но нарушая ту объективность, которую онъ всегда выставляетъ, какъ одно изъ своихъ основныхъ правилъ.

«На церковномъ Конгрессѣ, указываетъ онъ, который въ настоящее время происходитъ въ Оксфордѣ, вслѣдствіе доклада Его Преподобія Патонъ изъ Лондона, была принята резолюція, осуждающая поведеніе антисемитовъ и расовыя ученія» [192].

Еще черезъ нѣсколько номеровъ, мы встрѣчаемъ въ полемикѣ начавшейся между раввиномъ Когенъ и «Alsaticus» замѣчаніе послѣдняго, при чемъ приводить выдержку изъ постановленія Оксфордской Конференціи, предлагая раввину замѣнить въ немъ слово Церковь, словомъ Іудаизмъ [193].

Результатомъ послѣднихъ экуменическихъ конференцій нужно признать усиленіе іудейско-католическаго сближенія.

Іудейство выиграло, заручившись осужденіемъ антисемитизма и расизма; католичество выиграло несравнено больше: помимо осужденія расизма, оно особенно должно торжествовать надъ проваломъ основной идеи движенія соединенія Церквей независимо отъ Рима. Нужно, дѣйствительно, признать, что отнынѣ существованіе экуменическаго движенія, подъ этимъ наименованіемъ, теряетъ совершенно свой смыслъ /с. 540/ и движенію, при его дальнѣйшей дѣятельности, неизбѣжно придется измѣнить свое названіе.

Присутствіе четырехъ о.о. іезуитовъ на Эдинбургской конференціи возвращаетъ насъ къ «Письму Римскому Папѣ», въ которомъ братъ Альбертъ Лантуанъ разсказываетъ намъ о встрѣчѣ въ 1928 г. въ Аахенѣ іезуита о. Грюберъ съ двумя крупными франкъ-масонами Оссіанъ Лангъ, генеральнымъ секретаремъ Великой Ложи Нью-Іорка и Д-ромъ Куртъ Рейхель, вѣнскимъ философомъ, пытавшимися найти способы для прекращенія между масонствомъ и католичествомъ существующихъ распрей. Въ слѣдующемъ году о. Грюберъ писалъ Д-ру Рейхель письмо въ томъ же духѣ, приводимое все въ той же книгѣ, въ отдѣльныхъ выдержкахъ [194].

Замѣчательны разсужденія брата Лантуанъ по этому поводу:

«Не надо думать, говоритъ онъ, что о. Грюберъ въ своемъ письмѣ такъ же, какъ и при своемъ свиданіи въ Аахенѣ, повиновался своему личному вдохновенію. Іезуитъ не позволяетъ себѣ и не можетъ себѣ позволить подобной иниціативы. За нимъ стояли и его начальники изъ Ордена и, смѣю надѣяться, еще болѣе блестящая власть. Дѣйствительно далекіе отъ отрицанія подобной политики, римская Civista Catolica и парижскіе органы поддержали ее со всей деликатностью, которую требовала «профессія» [195].

Насколько щекотливо или деликатно оказалось это положеніе въ первомъ случаѣ, настолько «профессіи» приходится считаться съ тѣми же чувствами и нынѣ.

Найти послѣдовательность римской политики, зная энциклику «Mortalium Animos», — трудно. Еще труднѣе найти какую либо логику въ сближеніи съ анти-христіанами (іудеями), не разрѣшая ни малѣйшаго общенія съ христіанами, пусть даже и не совсѣмъ правовѣрными.

Здѣсь придется на время прервать изложеніе этой мысли, въ виду употребленнаго слова «анти-христіане».

Католическіе отцы, въ послѣднее время, развивая свою пропаганду іудейско-христіанскаго сближенія и таковой же религіи, построенной на игрѣ словами, настолько обработали, если можно такъ выразиться, «католическое общественное мнѣніе», что всякій противъ этого протестующій, накладываетъ на себя безъ сомнѣнія «общественное осужденіе» и обвиненіе въ расизмѣ, націонализмѣ, паганизмѣ, дабы закончить это хитлеризмомъ и въ довершеніи всего обвинить протестующаго въ службѣ Гестапо.

Въ своей пропагандѣ римскіе отцы стремятся главнымъ образомъ, указывать на то, что имѣется общаго у Израиля и Христіанства. Отвергнуть этой общности ни одинъ Хри/с. 541/стіанннъ не можетъ. Но за этой общностью произошло раздѣленіе: раздѣленіе это настолько значительно, что оно ставить христіанство и іудейство на совершенно противоположные полюсы, особенно потому, что у іудейства существуетъ естественное, логичное и послѣдовательное пониманіе своей религіи какъ анти-христіанства.

Иначе быть не можетъ. Только такое понятіе разумно, и христіанская любовь будетъ не причемъ тамъ, гдѣ дѣйствуетъ іудейская злоба.

Исламъ, буддизмъ — не-христіанскія религіи, но приходится ли когда-либо слышать объ ихъ анти-христіанствѣ? Внѣ христіанства, не зная его, они имъ и не интересуются, и называть эти не-христіанскія религіи, анти-христіанскими, было бы великой ошибкой, доказывающей недостаточную обдуманность.

Совсѣмъ иное въ современномъ іудействѣ: съ момента непризнанія Мессіи, оно опредѣленно, безо всякихъ двухсмысленностей стало на точку анти-христіанства. Отвергать это нельзя, единственно возможно лишь признать, то что заявляетъ Яковъ Фромеръ, нѣсколько нарушая разыгрываемую L'Univers Israélite мелодію:

«До сихъ поръ, безъ сомнѣнія, христіанство не сдержало своего обѣщанія принести миръ, и мало вѣроятно, что оно что либо сдѣлаетъ въ будущемъ. Даже соединившись вмѣстѣ (что совершенно невообразимо), христіанскія церкви собрали бы лишь незначительное количество человѣчества, и ихъ политическое вліяніе во всѣхъ случаяхъ равнялось бы нулю.

«Разсматривая христіанство не иначе, какъ языческій культъ, Іудеи питали къ этой религіи чувство большее, чѣмъ «терпимость» (по Евангелію терпимость есть равнодушіе, которое нужно отплюнуть). Іудеи раздѣляли язычниковъ на язычниковъ благочестивыхъ и язычниковъ нечестивыхъ. Благочестивые язычники любятъ Бога мира и порядка, и Іудеи ихъ уважаютъ, вѣря, что имъ обезпечена будущая жизнь. Въ настоящее время Іудеямъ представляется наилучшій случай чтобы оцѣнитъ этихъ людей, враговъ Господнихъ, поднявшихся для того, чтобы затопитъ міръ въ крови. Къ счастью число благочестивыхъ болѣе, чѣмъ это себѣ представляютъ» [196].

Эти слова не самыя злобныя, которыя встрѣчаются въ іудейской литературѣ, не самыя презрительныя, не самыя насмѣшливыя; онѣ произносяться въ періодъ обсужденія іудейско-христіанскаго сближенія и несмотря на все это, кто не усмотритъ въ нихъ опредѣленно антихристіанскаго чувства.

Итакъ, возвращаясь къ присутствію четырехъ о. о. іезуитовъ на Эдинбургской конференціи, и признавая правильность словъ Альберта Лантуанъ, что іезуитъ не дѣйствуетъ по собственной иниціативѣ, нужно признать, что они были /с. 542/ командированы на нее своимъ высшимъ іерархическимъ начальствомъ, въ разрѣзъ съ папской энцикликой 1928 г. и что присутствіе это нельзя считать анти дисциплинарнымъ, а наоборотъ интересующимъ Ватиканъ, ввиду его дальнѣйшей политики углубляющей, во имя «христіанской любви», свой союзъ съ самыми великими расистами міра и по коренному образованію своему самыми большими анти-христіанами, то есть іудеями.

Происшедшая въ католичествѣ и экуменизмѣ эволюція, пока мало затронувъ іудейство, надо думать на этомъ не остановится и будетъ продолжать свое поступательно-эволюціонное движеніе.

На самомъ дѣлѣ достигнутое сближеніе съ католичествомъ, іудейству мало интересно. Ему нужно большее; пользуясь моментомъ, учитывая растерянность, обнаруживаемую Ватиканомъ и долголѣтіемъ іудейски-благожелательно настроеннаго Папы Пія XI, оно рѣшило вылить добытое сближеніе во вполнѣ реальную форму.

Начало этого движенія можно примѣрно пріурочить къ 1934 г. Развивалось оно постепенно, сперва въ формѣ кое-какихъ литературныхъ произведеній, романовъ, захватывающихъ своей интригой и незамѣтно проводящихъ новую мысль.

Едмондъ Каенъ въ этомъ году выпускаетъ романъ подъ заглавіемъ «Леонъ изъ Ландъ» [197].

Вотъ что мы читаемъ объ этомъ романѣ въ іудейской прессѣ:

«Съ самаго начала романа Едмонда Каенъ «Леонъ изъ Ландъ» и до конца, читатель находится подъ впечатлѣніемъ чего то совершенно новаго, далекаго отъ протоптаныхъ тропинокъ. Это одновременно и современный романъ, такъ какъ мы находимся въ современномъ ландскомъ лѣсу въ тотъ моментъ, когда героя настигаетъ кризисъ, и въ то же время романъ идей и чувствованій, героемъ котораго является Жанъ Леви, сынъ іудея, глубокій католикъ, какъ и его мать. «Леонъ изъ Ландъ» прекрасная, нравственная, безъ сомнѣнія подбадривающая книга и въ то же время захватывающій романъ, въ которомъ завязка постоянно слѣдуетъ (и съ какимъ искусствомъ!) за развитіемъ современныхъ событій — способныхъ одновременно захватить умы и взволновать сердца.

«Несмотря на свое названіе областного свойства, это типично іудейскій романъ, продолженіе «Іудеи, нѣтъ... Израильтяне». Это въ тоже время книга возвѣщающая союзъ всѣхъ вѣрующихъ, къ какому бы культу они не принадлежали, въ надеждѣ этимъ духовнымъ согласіемъ облегчить затрудненія, въ которыхъ бьется современный міръ» [198].

Мысль созданія союза всѣхъ вѣрующихъ начинаетъ постепенно захватывать нѣкоторые круги, вплоть до католическихъ, но особенно іудейскіе.

/с. 543/ Великій изслѣдователь Іудейскаго вопроса Роже Ламбленъ оставившій послѣ себя рядъ исключительно интересныхъ, полезныхъ и обоснованныхъ трудовъ, тѣмъ не менѣе предвидѣлъ эnо движеніе задолго. Еще въ 1927 г. въ статьѣ: «Новое іудейское наступленіе» онъ писалъ слѣдующее:

«Міровая война была для іудеевъ особенно благопріятна. Имъ отдали Палестину для созданія «національнаго очага». Они стремятся обратить Іерусалимъ въ главный штабъ федераціи всѣхъ группировокъ ихъ народа, центръ ихъ имперіализма. Лига Націй, зачатая въ масонскихъ умахъ, открыто поощряетъ ихъ цѣли и ихъ честолюбіе. Въ нѣкоторыхъ католическихъ сферахъ кажется даже принимаютъ эти цѣли и эти позиціи со снисходительностью, смѣшанной съ симпатіей, почти сходной съ «соучастіемъ» [199].

Сравнительно такъ недавно еще эта снисходительность удивляла вѣрнаго католика, не предполагавшаго, что ему не многаго не хватило, чтобы дожить до исполненія этихъ невѣроятныхъ новшествъ.

Приступивъ въ той же статьѣ къ разбору книги перешедшаго изъ католической въ іудейскую вѣру Еме Пальеръ «Неизвѣстное Святилище» [200], онъ съ удивленіемъ разсматривая предисловіе къ книгѣ, составленное извѣстнымъ іудейскимъ писателемъ Едмондомъ Флегъ, говоритъ:

«Нѣтъ сомнѣнія, что іудейское кредо на основаніи этой мысли кажется достаточно широкимъ и добродушнымъ. Есть, оказывается, сверхъ-религія, которая остается за потомками пророковъ, но религіи гоимовъ будутъ имѣть возможность существовать при условіи соглашенія на зависимость и скромное проживаніе подъ покровительствомъ всемогущаго Израиля» [201].

Плетя свою нить, Роже Ламленъ переходить къ разсмотренію другой книги католическаго на сей разъ автора, Жанъ Изуле: «Парижъ, столица религій или Миссія Израиля» и замѣчаетъ:

«Господствующая, въ его философіи, мысль та, что «Научная революція настоящаго времени, не можетъ не имѣть какъ послѣдствіе соотвѣтствующую, безмѣрную религіозную революцію».

«Подъ видомъ заключенія», далѣе говоритъ онъ, «Ж. Изуле, чтобы установить согласія народовъ и миръ всего міра, предлагаетъ создать въ Парижѣ двойную духовную, ученую и религіозную власть, Федерація Университетовъ разныхъ народовъ представила бы науку, а синдикатъ Церквей — Религію.

Іудаизмъ, Христіанство, Магометанство трое «дѣтей Библіи» разъ они ссылаются на «Заповѣди Господни». Вмѣсто /с. 544/ того, чтобы связываться расхожденіемъ, не лучше ли очистить поле для схожденій? Израиль «назначенъ и указанъ стать посредникомъ, агентомъ связи» [202].

Та первенствующая роль, которую взяли на себя въ этомъ дѣлѣ считающіе себя потомками Израиля, показываетъ, что этотъ выводъ и совѣтъ пришлись имъ очень по вкусу. Іудейская пресса всего міра схватилась нѣсколько позднѣе за эту мысль въ настоящее время давшую значительные результаты.

Яковъ Фромеръ начинаетъ съ очень осторожнаго подхода къ развитію этой мысли.

«Не создавъ еще необходимыхъ матеріальныхъ условій, какъ построить общую духовную жизнь? Благодаря техникѣ, съ конца XIX вѣка условія эти созданы. Итакъ, духовный союзъ народовъ сталъ возможенъ, необходимъ даже. Вслѣдствіе экономическаго и пространственнаго сближенія, слишкомъ чувствительные народы постоянно сталкиваются другъ съ другомъ, создавая этимъ напряженіе, грозящее все перевернуть до обнаруженія народами общаго идеала» [203].

«Союзъ достигнется», говоритъ Луи Жерменъ, «не изнашиваніемъ элементовъ, которое уничтожаетъ всѣ различія, но нарощеніемъ этихъ самыхъ элементовъ, давая каждому изъ нихъ достаточно силъ, чтобы заручиться уваженіемъ другихъ, а всѣмъ достаточно благородства, чтобы въ единеніи любить разность» [204].

Морисъ Левель, вступивъ въ довольно рѣзкую полемику съ о. Бонсирвенъ по поводу «божественнаго» и «человѣческаго» дѣлаетъ поправку:

«Вопросъ стоитъ на почвѣ не одного только іудаизма, но также возлагается и на всѣ религіи [205].

По случаю трехсотлѣтняго присоединенія гор. Кальмаръ къ Франціи «L'Univers Israélite» даетъ на первой страницѣ, во всю ея величину, рисунокъ изображающій стоящаго по серединѣ стараго раввина, правой рукой держащаго молодого, спокойнаго протестантскаго пастора, а лѣвой не молодого, но весело добродушнаго, сытаго, однимъ словомъ, bon-vivant, католическаго ксендза. При этомъ совершенно неумѣстная своей непонятностью легенда: «У насъ никогда не поднимется вопросъ расъ» [206].

Вопросъ религіи былъ бы тутъ вполнѣ понятенъ, но при чемъ же тутъ расы, точно протестантъ и католикъ не могутъ принадлежать къ одной.

Въ маѣ 1937 г. «Союзъ и Защита Іудеевъ» организовалъ въ Ниццѣ собраніе гражданскаго единенія.

/с. 545/ «Въ теченіи трехъ часовъ, говоритъ «Le Petit Niçois», католики, протестанты и израильтяне, какъ слушатели, такъ и ораторы были охрачены одной ясной волей — объединиться...

«Это была великая, прекрасная служба, отслуженная совмѣстно во славу истины, справедливости, іудейско-христіанскимъ блокомъ, поднявшимся противъ спектра ненависти, возведеннаго въ религію...

«Іюньскій номеръ «Les Cahiers de l'U.S.S.» (Иниціалы Союза и Защиты Іудеевъ. H. С.) содержитъ отчетъ in extenso этой манифестаціи.

«Въ немъ можно найти рѣчи, произнесенныя пасторами Планки и Проше, католическимъ адвокатомъ Мильхо, такъ же какъ и посланія, отправленныя г. главнымъ раввиномъ Франціи, г. Морисомъ Дюпонъ, президентомъ «Гражданскаго Союза Вѣрующихъ», г. Оскаромъ де Ферензи, директоромъ «La Juste Parole» и г. пасторомъ Рамметъ, Лютеранской Церкви.

«Особенно отмѣтимъ рѣчь г. пастора Проше, преисполненную великой возвышенной мысли и приведемъ слѣдующіе отрывки его прекраснаго вступленія:

«Нѣтъ, не нужно, чтобы іудеи исчезли и чтобы на ихъ мѣстѣ царствовало бы одно христіанство; нужно, чтобы рядомъ съ колосомъ существовало то зерно, изъ котораго зародился этотъ колосъ и чтобы, сопровождая христіанство, іудейство шло бы съ нимъ, чтобы весь міръ понялъ, откуда идутъ божественный законъ и искупительное откровеніе...

«Ниццкій митингъ можетъ разсматриваться, какъ историческая манифестація въ томъ смыслѣ, что онъ устанавливаетъ исходную точку совмѣстнаго дѣйствія вѣрующихъ противъ антисемитизма» [207].

Ничего не подѣлаешь, все сводится къ одному; разговоръ начинается подъ видомъ объединенія всѣхъ вѣрующихъ во исполненіе высшихъ нравственныхъ обязанностей лежащихъ на всемъ человѣчествѣ, для того, чтобы въ итогѣ свести это къ защитѣ іудейскаго расизма.

Вмѣстѣ съ тѣмъ эти идеи, весьма ловко подготовленныя іудействомъ и широко распространившіяся на всемъ земномъ шарѣ, не остались безплодны, вызвавъ въ различныхъ государствахъ возникновеніе всевозможныхъ объединеній, союзовъ и организацій вѣрующихъ.

Въ 1934 г. зародилась подобная организація и въ Парижѣ, въ 1935 г. получившая права гражданства подъ названіемъ «Гражданскій Союзъ Вѣрующихъ».

Пока этотъ Союзъ, не включая еще мусульманъ, состоитъ изъ трехъ секцій: католической, протестантской и іудейской. Въ первой, мы находимъ слѣдующихъ лицъ: о. Барда, вице-директора народнаго дѣйствія; Делькуръ Хайло, Президента Католическаго Центра; упоминавшихся уже о. Дево и /с. 546/ о. Дье: каноника Хемера, настоятеля храма Св. Троицы; Жака Маритена, профессора католическаго Института въ Парижѣ и Заманскаго, члена Католическаго Центра. Въ третьей секціи главнаго раввина Жюльена Вейль: раввиновъ Луи Жермена Леви и Натана Леви; Ед. Флега, іудейскаго писателя и г-жу Е. Левенъ.

Предсѣдатель Союза, католикъ Морисъ Дюпонъ, секретарь г-жа Е. Левенъ [208].

Какъ видно, стадія переговоровъ теперь уже закончилась. Мы находимся уже передъ однимъ изъ многихъ завершившихся фактовъ. Въ разсматриваемомъ союзѣ: четыре католическихъ духовныхъ лица находятся на равной ногѣ, членами одного и того же общества съ тремя іудейскими раввинами, не считая протестантовъ съ ихъ пасторами.

Какъ зародился этотъ союзъ во Франціи? Предсѣдатель его Морисъ Дюпонъ отвѣчаетъ на это въ «L'Univers Israélite».

Морисъ Дюпонъ въ теченіи восемнадцати лѣтъ состоялъ библіотекаремъ археологическаго музея Гійме, основаннаго на предположеніи создать изъ него музей исторіи всѣхъ религій. Нѣсколько измѣнивъ своему первоначальному назначенію, въ уже модернизированномъ музеѣ, послѣднимъ представителемъ первоначальной традиціи Музея, оставался Морисъ Дюпонъ.

«Иначе сказать, онъ долженъ былъ сойтись съ оплакиваемымъ Эдмондомъ Каенъ, котораго онъ тамъ узналъ, въ той самой любимой имъ библіотекѣ Гіймѣ, дѣдъ котораго былъ основателемъ Израилитскихъ Архивовъ» [209].

Каенъ былъ убѣжденъ въ необходимости реставрировать французское общество на основаніяхъ совершенно яснаго религіознаго принципа, на которомъ основаны всѣ западныя цивилизаціи.

«Мы быстро пришли къ рѣшенію, что подъ давленіемъ событій, эта забота должна занять первое мѣсто, что насъ и толкнуло въ 1934 г. къ основанію Гражданскаго Союза Вѣрующихъ» [210].

Какъ видно, мысль о подобныхъ соединеніяхъ зачата и проведена іудейскимъ мозгомъ, нашедшимъ себѣ помощника въ христіанской средѣ, вмѣстѣ привлекшихъ къ участію духовныхъ лицъ Католической Церкви.

Начинается все очень гладко и, какъ будто, коренныя различія религій не замѣчаются. Съ перваго же собранія, состоявшагося на квартирѣ Каена въ февралѣ 1934 г., на которомъ, между прочимъ, присутствовали о. Дево и о. Дье, было рѣшено, что принципіальными чертами французской духовности являются: чувство свободы и духъ личнаго безкорыстія; что никакъ не можетъ помѣшать союзу, такъ какъ:

/с. 547/ «Личное бескорыстіе это то что израильтяне болѣе охотно называютъ справедливостью, а католики — любовью» [211]. Но вслѣдъ за первымъ собраніемъ новаго Союза, не дождавшись его офиціальной легализаціи, Едмондъ Каенъ умираетъ.

28 іюня 1934 г. на первомъ учредительномъ собраніи Гражданскаго Союза Вѣрующихъ, пасторъ Ханъ Лога, въ своемъ словѣ такъ его оплакалъ:

«Когда, въ первый разъ, я имѣлъ случай встрѣтить того, кто былъ однимъ изъ вдохновителей и возбудителей нашего Гражданскаго Союза Вѣрующихъ, — Едмонда Каена, я встрѣтилъ въ его свѣтломъ взглядѣ отраженіе свѣта, который его предки, пророки Израиля, распространяли вокругъ себя и который, среди мрака земли, предвѣщалъ побѣдоносную надежду. Я тотчасъ понялъ, что то, что могло приблизитъ наши желанія и объединить наши дѣйствія было наше общеніе въ Надеждѣ. Едмонда Коена больше нѣтъ: какъ въ бывшіе времена Моисей, колоссъ Израиля, отозванный, какъ разъ въ моментъ вхожденія въ Обѣтованную Землю, только издали имъ созерцаемую, — нашъ другъ былъ также отозванъ наканунѣ того дня, въ который реализовался его планъ, сохраняя, тѣмъ не менѣе, до послѣдняго вздоха, свою прекрасную надежду — ту, которую онъ сумѣлъ сдѣлать нашей, и которую мы хотимъ сегодня объявить» [212].

По уставу этого Союза, предсѣдательствованіе имъ должно всегда осуществляться католикомъ при двухъ вице- предсѣдателяхъ; одномъ протестантѣ и одномъ іудеѣ.

Цѣли Союза? Напрасно во всякомъ іудейскомъ дѣлѣ искать раскрытія ихъ передъ другими. Конечно, выработается уставъ, параграфы, относящіеся къ опредѣленію цѣлей будутъ заполнены какимъ-либо высокопарнымъ наборомъ словъ, приводящихъ въ удовольствіе многихъ мечтателей или карьеристовъ, задумавшихъ выиграть на новомъ и небываломъ еще Союзѣ, но настоящихъ цѣлей, задуманныхъ въ мозгу Едмонда Коена и его старшихъ единомышленниковъ намъ не узнать, о нихъ можно лишь догадываться или приходить къ нимъ путемъ размышленія.

На вопросъ: «Какова будетъ роль Гражданскаго Союза Вѣрующихъ?» самъ Союзъ отвѣчаетъ такъ:

«На гражданской почвѣ изучать и рѣшать задачи, поставленныя современной жизнью въ духѣ нравственной и общей традиціи, согласно принципамъ французской, либеральной и безкорыстной духовности.

«Эта этика будетъ реагировать на всю практическую жизнь входящихъ въ Союзъ и снабдитъ ихъ директивами для рѣшенія задачъ настоящихъ временъ, какъ напримѣръ: /с. 548/

«I. Проведеніе въ жизнь понятія честности. Возвратъ къ строгимъ принципамъ общей и коммерческой честности, отказъ отъ недопустимыхъ и чрезмѣрныхъ барышей и т. д. Борьба противъ отказа въ государственномъ довѣріи.

«II. Трудъ. Понятіе справедливой заработной платы: она должна предоставить каждому возможность пріобрѣтенія частной собственности. Свойство средствъ помощи отъ безработицы: они, въ отвѣтъ, налагаютъ обязанности на трудъ. Вопросъ досуговъ.

«III. Полная религіозная свобода и взаимное уваженіе чужой совѣсти, какъ въ нравахъ такъ и передъ закономъ. Осужденіе антиклерикализма и антисемитизма. Отверженіе всѣхъ исключительныхъ законовъ и всѣхъ ученій ненависти.

«IV. Ограниченія во время кризиса: примѣры воздержанія въ пищѣ и скромности въ одеждѣ, восхваляемые заграницей для правящаго класса, развѣ не могутъ найти примѣненіе во Франціи?

«Вообще приступать ко всѣмъ задачамъ, въ которыхъ возможно согласіе между вѣрующими въ практической области соціальной и общественной жизни» [213].

Какъ разобраться въ этакой программѣ и что можно изъ нея вывести? Нѣчто соціалистическое, нѣчто просто безсмысленное. О Богѣ говорится мало; осужденіемъ антисемитизма дается свобода развитію іудейскаго расизма. На такой программѣ трудно было бы сорганизовать и сохранить какое-либо общество, но мы видимъ, что въ 1938 г. оно еще существуетъ и даетъ право своему предсѣдателю Морису Дюпонъ говоритъ слѣдующее:

«Если существуетъ что либо достойное вниманія, на что Гражданскій Союзъ Вѣрующихъ долженъ обратить вниманіе всѣхъ вѣрующихъ и невѣрующихъ, такъ это тѣ одновременныя движенія, принудившія главъ великихъ религіозныхъ исповѣданій, раздѣлявшихъ между собой міръ, выйти въ одно и то же время изъ духовной области имъ присущей, состоящей изъ культа и служенія вѣрнымъ имъ душамъ, чтобы склониться надъ задачами, которыя въ міровомъ порядкѣ, выставляетъ дѣйствіе Града человѣческаго.

«Въ эпоху, которая характеризуется раздробленіемъ энергіи и безплоднымъ размноженіемъ слабыхъ желаній, эта добровольная склонность главъ религій къ тождественному дѣйствію, этотъ видъ создавшагося между ними единства извнѣ, при помощи общихъ общественныхъ изслѣдованій, вотъ что является характернымъ для Гражданскаго Союза Вѣрующихъ, чѣмъ оно гордо, оправдываетъ свое существованіе и укрѣпляетъ свою попытку.

«Итакъ, папскія Энциклики, Манифестъ Оксфордской Экуменической Конференціи, Посланія раввината, все это /с. 549/ идетъ открыто навстрѣчу общественности, не для того, чтобы потеряться въ лабиринтѣ разнорѣчивыхъ идеологій, но дабы укрѣпиться возвѣщеніемъ твердаго Слова власти, исходящаго изъ подлинно созидательной Державы, претендующей лишь на разматеріализацію Града человѣческаго изъ его заблужденій, чтобы помочь Духу Мудрости, Свободы и Мира снова зачать въ немъ новыя поколѣнія счастливыхъ людей [214].

Сколько эти слова вызываютъ одновременно недоумѣній. Стиль, какъ будто, чисто масонскій. Ясность даже не обозначается. Все запутывается.

Не нужно тому удивляться. Тамъ, гдѣ іудейство что либо замышляетъ, его первой задачей смѣшать всѣ карты, все запутать, дабы помѣшать человѣчеству разобраться въ ихъ попыткахъ.

И удивительно, что всегда на службѣ іудейства найдется какой-либо Морисъ Дюпонъ, сумѣющій творить іудейское дѣло.

Необходимо отмѣтить, что въ разсматриваемомъ Союзѣ Вѣрующихъ, слово «Богъ» уже какъ то неловко произносится. Его удобнѣе замѣнить Словомъ, Державой, Духомъ, Надеждой, Любовью, все это съ заглавныхъ буквъ, но только не Его настоящее Имя.

Но это лишь первоначальная, зачаточная стадія. Если сегодня еще подъ Богомъ подразумѣвзется Мудрость, Свобода и Миръ, то завтра намъ нужно ждать новыхъ опредѣленій Его. Въ воздухѣ уже повисаютъ звуки, постепенно слагающіе изъ себя новыя понятія Космоса, Разума, Эфира, Атома, всего уже достаточно слышаннаго и истолкованнаго въ масонствѣ, все для того, чтобы въ концѣ концовъ вернуться къ Великому Строителю Вселенной, Который помиритъ между собой и католика, и іудея.

Можно ли больше насмѣяться надъ толпой, столь мало разбирающейся, чтобы поставить въ одну плоскость и Манифестъ Оксфордской Конференціи и Папскую Энциклику, осуждающую это движеніе.

Наконецъ, какъ объяснить себѣ присутствіе четырехъ католическихъ духовныхъ лицъ въ комитетѣ иновѣрцевъ, когда Ватиканъ запрещаетъ католикамъ «подъ какимъ бы то ни было видомъ» входить въ общенія съ движеніями все же христіанскими?

Является ли это непослѣдовательностью? Или это противорѣчіе? Нѣтъ, ничего такого искать не нужно. Все послѣдовательно и ничего другъ другу не противорѣчитъ, такъ какъ вопросъ здѣсь не въ укрѣпленіи догматовъ и работы на славу Христову, тутъ вопросъ лишь одной политики, — политики чрезвычайно опасной, могущей ударить по всему христіанству и быстрѣе, чѣмъ строятся всѣ расчеты, могущей привести міръ подъ іудейское владычество.

/с. 550/ На дняхъ мы получили слѣдующую справку:

«Въ серединѣ іюля 1936 г. въ Лондонѣ имѣлъ мѣсто съѣздъ членовъ организаціи, именующейся «Содружество Вѣрованій». Показная цѣль этого общества — изученіе различныхъ религій, совмѣстное обсужденіе религіозныхъ вопросовъ и, какъ результатъ этой работы — сближеніе всѣхъ религій. Это сближеніе должно, по мысли организаторовъ Содружества, привести къ разрѣшенію всѣхъ больныхъ вопросовъ современной жизни.

«Содружество Вѣрованій возникло около 1927 г. благодаря сліянію двухъ движеній — «Союза Востока и Запада» (основаннаго въ 1910 г.) — «Лиги Сосѣдей» (возникшей въ 1917 г.).

«Основатель перваго — индусъ Дасъ Гупта сталъ членомъ исполнительнаго комитета «Лиги противниковъ войны», а ближайшими его помощниками являются:

Г. Велльсъ — соціалистъ, членъ масонской ложи «Glarté», членъ «Интернаціонала Соціалистической Интеллигенціи» и «Общества Культурныхъ Сношеній съ Сов. Россіей».

Кейръ Гарди — соціалистъ, видный агитаторъ въ Индіи.

А. Безантъ — глава Теософскаго о-ва, масонка 33 гр. (нынѣ умершая).

Сэръ Рабиндранатъ Тагоръ — основатель «Красной школы» въ Индіи.

Сестра . · . П. Лауренсъ — теософка.

Феликсъ Адлеръ — главный раввинъ Лондона, сіонистъ.

«Второе о-во — «Лига Сосѣдей» основана была въ 1917 году нѣкіимъ Чарльсомъ Веллеръ — коммунистомъ. Почетными членами этого о-ва: бр. . · . Вудро Вильсонъ и Гардингъ.

«Ближайшими помощниками Веллера были:

Раввинъ Вайтъ — извѣстный сіонистъ.

Патеръ Рапанъ — католикъ и соціалистъ.

Уитонъ Синклеръ — членъ о-ва писателей-революціонеровъ.

Г-жа Сунъ-Ятъ-Сенъ — вдова китайскаго маршала и др.

«На одномъ изъ первыхъ съѣздовъ «Содружества Вѣрованій» представлены были слѣдующія «религіи»:

«Теософія, Буддизмъ, Индуизмъ, Магометанство, Іудаизмъ и Спиритуализмъ.

«Для иллюстраціи этого своеобразнаго «религіознаго» движенія приведемъ текстъ поэмы, прочитанной въ Нью-Іорскомъ отдѣлѣ содружества въ 1929 г. Авторъ ея д-ръ Норвудъ.

«У меня нѣтъ храма и нѣтъ вѣры,
Я не слѣдую мистическимъ ритуаламъ.
Все, что мнѣ надо, это человѣческое сердце,
Въ которомъ я славословлю днемъ и ночью.
Все, что мнѣ нужно, это человѣческое сердце
Ибо въ немъ я нашелъ Бога.
Любовь — вполнѣ достаточная вѣра
И братство — чистѣйшая молитва».

/с. 551/ «Въ первомъ міровомъ конгрессѣ «Сотрудничества» въ Чикаго», въ 1933 году принимали участіе члены «О-ва друзей СССР» (С. Торндайкъ и др.). видная коммунистка-артистка Розика Швиммеръ, членъ Коминтерна Луи Похнеръ и др.

«Одинъ изъ докладовъ, озаглавленный «Коммунизмъ — новая вѣра новаго міра» былъ прочитанъ нѣкіимъ Монгомери Брауномъ, атеистомъ, лишеннымъ епископскаго сана (епископальной Церковью Англіи) выступавшимъ въ епископскомъ облаченіи и съ посохомъ.

Вотъ конецъ его рѣчи:

«Если единство міра можетъ быть достигнуто, то исключительно при помощи международнаго коммунизма и подъ лозунгомъ: «Надо изгнать Бога съ небесъ и капитализмъ съ земли». Тогда, и только тогда, осуществимо будетъ полное міровое содружество вѣрованій» (см. «Free Press» № 9 — іюнь 1936 и брошюру «Факты по поводу Содружества Вѣрованій» изданіе «Христіанъ-Патріотовъ» Chancery Lane 93, London W. С. 2 — 1936).

Вотъ до чего доводитъ шантажъ игры на религіяхъ и вотъ тотъ конецъ, къ которому должны будутъ придти всѣ эти Союзы и Содружества такъ называемыхъ вѣрующихъ.

Міръ управляется послѣдніе вѣка зломъ, именуемымъ ложью. Русская революція, вспыхнувшая подъ лозунгомъ: «Война до побѣднаго конца», привела къ Брестъ-Литовскому миру. Другой революціонный лозунгъ: «Свобода» — привелъ русскій народъ въ рабское положеніе. Несмотря на пролитую въ Россіи, Мексикѣ и Испаніи христіанскую кровь, коммунисты протягиваютъ французскимъ католикамъ, стоящимъ на очереди извѣстнаго обезкровленія, руки, которыя тѣ охотно подхватываютъ на лету.

Въ выродившемся мірѣ, какъ бы нѣтъ уже мѣста добру. Правдой вести народы нельзя. Великій обманъ, задуманный іудействомъ протянувшимъ христіанскому міру руку, въ силу многихъ причинъ захватилъ Ватиканъ, пошедшій по указаніямъ іудейства по исключительно торной дорогѣ.

Искренно вѣруя въ то, что: «врата адова не одолѣютъ Ее», Ватиканъ, вступившій въ политическую борьбу съ расизмомъ и націонализмомъ, схватился за протянутую ему руку, представляющую самый великій и когда-либо въ мірѣ извѣстный расизмъ.

Событія текутъ такъ быстро, что за ними сейчасъ и не поспѣешь. Время составленія сего доклада, незначительное само по себѣ, съ каждымъ днемъ приноситъ все новыя и новыя достиженія. Пресса сего числа (18-го іюля 1938 г.) возвѣщаетъ міру, что: «Папа еще разъ осуждаетъ эксцессы націонализма, какъ противные божественному закону» [215].

/с. 552/ Черезъ нѣсколько, дней мы читаемъ: «Еще разъ Е. С. Пій XI клеймитъ расизмъ». Слова, произнесенныя Папой буквально слѣдующія:

«Можно подумать, что дѣйствительно забытъ этотъ членъ Сѵмвола Вѣры» «Credo in Ecclesiam catholicam» католическій и международной, a не расовый, не національный, не сепаратный, но католическій. Таково должно быть католическое дѣйствіе» [216].

Можетъ ли извлечь христіанство какую-либо пользу изъ союза съ іудействомъ. Нѣтъ, оно только потеряетъ и уже начинаетъ терять!

Если Ватиканъ предполагаетъ воспользоваться силой своего новаго союзника, то нѣтъ сомнѣній, что и послѣдній уже рѣшилъ и знаетъ, что подобный союзъ принесетъ ему.

Имя Божье уже замѣняется въ христіанской средѣ, ближе столкнувшейся съ этимъ чреватымъ Союзомъ; съ каждымъ днемъ это будетъ расширяться, захватывая христіанство въ индиферентизмъ, расшатывающій и ослабляющій его на пользу іудейства, умѣющаго устами Карла Маркса бороться съ капитализмомъ, сохраняя въ Ротшильдахъ самыхъ крупныхъ представителей его.

Тѣмъ не менѣе, не слѣдуетъ въ этомъ вопросѣ предаваться унынію. Создавшееся ненормальное положеніе, вызванное современнымъ папствомъ, въ виду исключительной физической слабости Пія XI, можетъ легко прерваться, и съ новымъ Папой все положеніе можетъ совершенно измѣниться.

Православной Церкви особенно пока безпокоиться нечего, Ей только необходимо быть освѣдомленной о грозящей Христіанству опасности и спокойно готовиться къ тому, когда эта опасность непосредственно коснется Ея.

Какъ видно до сихъ поръ о Православной Церкви ни разу даже не упоминалось. Ея какъ будто не существуетъ. Отъ этого движенія остался въ сторонѣ даже прот. Булгаковъ и прочіе представители митр. Евлогія.

Съ паденіемъ Великой Россіи съ Православіемъ перестали считаться, признавая его въ Россіи погибшимъ, а въ другихъ православныхъ странахъ безъ поддержки Россіи несущественнымъ.

Іудейство, по отношеніи Русской Церкви, полностью проявило свой ярый расизмъ, естественно связанный съ ненавистью ко всему Христіанству. Ватиканъ, въ свою очередь, на развалинахъ Русской Церкви думалъ построить свою. Поѣздка Монсиньора Дербиньи въ Россію, принесшая лишь лишніе потоки невинной крови, не дала Ватикану какого либо удовлетворенія. Онъ обратилъ вниманіе на русскихъ дѣтей, которыхъ, подъ видомъ благотворительности, многочисленными католическими учебными заведеніями онъ направлялъ /с. 553/ на переходъ въ Католичество. Дѣйствіе это не ограничилось одними малолѣтними, но параллельно ведется разнообразными католическими группами и во взросломъ эмигрантскомъ населеніи.

Въ Польшѣ, католическими властями при поддержкѣ католической іерархіи, гоненіе на Православную Церковь все увеличивается. Русскіе храмы сносятся, подъ предлогомъ препятствія движенію.

Но Русская Православная Церковь все же жива, и жить она будетъ, поддерживая въ мірѣ истинныя традиціи ученія Христова и Его Вѣры.

Оградившись стѣной отъ всѣхъ этихъ теченій, возможно даже тѣснѣе объединившись съ Церквами-сестрами, Православныя Церкви легче могли бы защититься отъ задуманнаго на нее нападенія, а заранѣе освѣдомленныя, онѣ могли бы успѣшно отразить всѣ направленные на нихъ удары.

А удары эти неизбѣжны.

Ватиканъ не оставить Русской Православной Церкви въ покоѣ, доколѣ вновь не возстановится мощь Великой Россіи; іудейство традиціонно будетъ вести свою работу противъ нашей Церкви, особенно усилясь теперь своимъ союзомъ съ Католической Церковью, а въ недалекомъ будущемъ и съ протестантской; экуменическое движеніе послѣдуетъ примѣру первыхъ и вскорѣ, поглощенное новымъ іудейско-христіанскимъ сближеніемъ, неминуемо должно будетъ въ своемъ эволюціонномъ поступленіи пойти за нимъ.

Несмотря на свою эволюцію, придающую экуменическому движенію гораздо болѣе политическій, чѣмъ церковный, характеръ, движеніе это не думаетъ заглохнуть, развивая, наоборотъ, свою дѣятельность.

«Однимъ изъ практическихъ слѣдствій Оксфордской и Единбургской Конференцій было рѣшеніе, принятое одной и другой стороной, что настало время составить «экуменическій совѣтъ Церквей», оффиціальный органъ сотрудничества между «Церквами» [217], объявляетъ намъ оффиціальный Бюллетень экуменическаго Совѣта Практическаго Христіанства.

Въ томъ же номерѣ онъ даетъ и нѣкоторыя указанія, касающіяся цѣлей новаго Совѣта и его управленія.

Управляться будетъ она законодательнымъ учрежденіемъ въ видѣ Общаго Собранія и исполнительнымъ органомъ, состоящимъ изъ 60 членовъ и называемымъ Центральнымъ Совѣтомъ.

Изъ 60 мѣстъ въ Центральномъ Совѣтѣ, 8 отводятся Православнымъ Церквамъ. Одна треть, по крайней мѣрѣ въ Совѣтѣ должна состоять изъ мірянъ. Если послѣ выборовъ въ Совѣтъ это соотвѣтствіе будетъ нарушено, Совѣтъ можетъ назначить новыхъ мірянъ въ количествѣ не болѣе 10. Женщины имѣютъ равныя права съ мужчинами.

/с. 554/ Объединеніе этихъ двухъ экуменическихъ движеній безъ сомнѣнія ихъ усилитъ. Въ будущемъ же намѣчается къ объединенію еще цѣлый рядъ движеній того же направленія.

«Всемірный Союзъ Международной Дружбы посредствомъ Церквей» начинаетъ свою пропаганду въ средѣ православной молодежи.

«Въ Балканскихъ странахъ, читаемъ мы въ томъ же Бюллетенѣ, подготовляютъ въ многочисленныхъ кружкахъ изученія, конференцію православной молодежи, предвидѣнную къ веснѣ. Конференцію, которой дѣйственно интересуются національные комитеты Союза. Областная Конференція Союза, болгаро-румынская, должна скоро состояться въ Софіи» [218].

А что православная молодежь, повидимому, попадается въ это движеніе можно видѣть въ тѣхъ же бюллетеняхъ. Нѣкая Ирина Окунева даетъ статью, озаглавленную: «Оксфордская Конференція, видѣнная однимъ изъ членовъ секціи молодежи» [219].

Чѣмъ болѣе Экуменическое движеніе будетъ объединять собой различныя подобныя ему группировки, чѣмъ оно болѣе будетъ терять свой церковный характеръ, тѣмъ оно будетъ болѣе вызывать къ себѣ интересъ іудейства въ недалекомъ будущемъ, вѣроятно, при помощи масонства, постарающагося его захватить полностью, приведя къ мало чѣмъ отличающемуся отъ него типу Гражданскихъ Союзовъ Вѣрующихъ.

Морисъ Дюпонъ внезапно раскрываетъ это, говоря:

«Мы должны были въ общихъ интересахъ работать на созданіе «Духовной Лиги Націй»... Разъединеніе вѣрующихъ, парализующее соперничество вѣроисповѣданій не позволило, до сихъ поръ, зачать сей новый міръ, гдѣ Духъ будетъ самодержавнымъ Царемъ» [220].

Жанъ Изуле идетъ дальше и въ іудейской прессѣ гласитъ слѣдующее:

«Вотъ почему я предлагаю раздвоить Лигу Націй на двѣ Лиги, одну духовную и другую мірскую, то есть: Лигу Церквей и Лигу Государствъ. И вотъ почему я считаю, что для этой Лиги Церквей, мозаизмъ Израиля, какъ и народъ Израиля могутъ быть лучшимъ органомъ посредничества между Восточнымъ Паганизмомъ и нашими великими Западными Христіанствами» [221].

Вотъ куда ведутъ всѣ эти движенія. Православной Церкви это нужно оплакивать, нужно отойти отъ нихъ, если можно совершенно отгородиться, всю свою заботу обративъ не на новый міръ самодержавнаго Духа, не на Восточный Паганизмъ и Западное Христіанство, а на единственную цѣлъ — сохра/с. 555/нить въ чистотѣ Святую Православную Апостольскую и Соборную Церковь.

Вмѣстъ съ тѣмъ чудовищное движеніе союза всѣхъ вѣрующихъ пустило слишкомъ глубоко свои корни. Поддержанное Ватиканомъ и особенно пропагандируемое іудействомъ, оно безъ сомнѣнія грозитъ слишкомъ сильнымъ распространеніемъ.

Православнымъ Церквамъ нельзя это игнорировать и не придавать новому движенію никакого значенія. Особенно Русской Церкви, насчитывающей среди своихъ вѣрныхъ, раскинутыхъ по всему земному шару, православныхъ, легко могущихъ съ теченіемъ времени поддаться такъ искусно создаваемому общественному мнѣнію.

Церковь должна ясно и опредѣленно поставить въ извѣстность православныхъ, что понятіе расы, націи, патріотизма не грѣховны. Если эти понятія иногда принимаютъ уродливую форму, становящуюся грѣховной, то Церковь это въ свое время объявитъ и предостережетъ православныхъ отъ впаденія въ большую уродливость, въ большую грѣховность; отсутствіе же этихъ данныхъ ни въ коемъ случаѣ не можетъ служитъ упрекомъ христіанину.

Совершенно тоже нужно выяснить и въ отношеніи власти. Мысль, что единственной христіанской властью можетъ быть лишь демократія, осужденіе власти единоличной, будь то царской, императорской или королевской — невѣрна. Признать это, намъ русскимъ, означаетъ отреченіе отъ исторически созданнаго въ Россіи высокаго Помазаничества Божьяго, Божьей Милостью управлявшаго Русскимъ народомъ, Русскаго Царя.

Подобный взглядъ, въ случаѣ своего укорененія въ Русскомъ народѣ, способствовалъ бы многимъ бѣдамъ. Это было бы не только ударомъ по монархическому вѣрованію; этотъ ударъ безъ сомнѣнія, отразился бы и на Церкви, такъ какъ въ случаѣ принятія Православной Церковью новыхъ, идей, возвѣщаемыхъ Ватиканомъ, въ умахъ русскихъ православныхъ невольно встанетъ вопросъ: почему же столько вѣковъ насъ обманывала Церковь, признававшая вчера то, что сегодня она осуждаетъ?

Это не поддержало бы престижа Русской Православной Церкви, но надо вѣрить, что Она сама совешенно не держится внѣдряемыхъ въ массы, іудейско католическими силами, новыхъ политическихъ принциповъ и высказавшись по этому вопросу и безо всякихъ двусмысленностей, очистила бы нѣсколько запутавшуюся и не способную разобраться самостоятельно во всѣхъ этихъ вопросахъ добрую, хорошую, русскую, православную душу.

Въ заключеніе своего доклада Н. Ф. Степановъ предлагаетъ слѣдующій проектъ резолюціи по докладу:

/с. 556/ «Организаціи подъ общемъ названіемъ «Союзъ вѣрующихъ» угрожаютъ православнымъ Церквамъ и особо Русской. Принципы: раса, нація, патріотизмъ, а равно монархія, осуждаемыя Ватиканомъ и подрываемая этими Союзами, не противорѣчатъ ни ученію Православной Церкви, ни церковной традиція, и потому не являются грѣховными. Русская Православная Церковь воспрещаетъ православнымъ людямъ какое либо участіе въ какихъ бы то ни было Союзахъ Вѣрующихъ, кромѣ общества духовно окормляемаго Ею, такъ какъ для православныхъ единственнымъ Союзомъ является Церковь».

Архіепископъ Богучарскій Серафимъ полагаетъ, что въ проэктѣ резолюціи неправильно говорится, что принятіе монархической власти «не грѣховно». Надо сказать въ положительномъ смыслѣ, что по ученію святыхъ Отцовъ монархическая власть есть опора Церкви.

Митрополитъ Анастасій. — Резолюція была бы не полна безъ положительнаго указанія на православное ученіе о Царской власти.

Н. Ф. Степановъ разъясняетъ, что онъ смотритъ на Царскую власть также какъ Архіепископъ Серафимъ и хотѣлъ лишь указать, что Православная Церковь не раздѣляетъ новаго ученія, появившагося у католиковъ, о грѣховности ея.

Протопресвитеръ А. Шабашевъ — предлагаетъ просить Соборъ Епископовъ о редактированіи предложеннаго проекта резолюціи, дополнивъ ее въ соотвѣтствіи съ высказанными пожеланіями.

П. С. Лопухинъ указываетъ на то, что Комиссіей было постановлено доложить Собору о желательности напечатанія доклада Н. Ф. Степанова.

Постановили: 1. Признать желательнымъ опубликованіе доклада Н. Ф. Степанова 2. Для уточненія и дополненія предложенной резолюціи въ соотвѣтствіи съ высказанными пожеланіями передать ее въ Архіерейскій Соборъ.

XIII. Слушали: Утвержденную Епископскимъ Совѣщаніемъ Резолюцію Отдѣла по обще-церковнымъ вопросамъ по докладу гр. Ю. П. Граббе «Переходъ Митрополита Евлогія въ юрисдикцію Константинопольскаго Патріарха и отношеніе къ этому акту Русской Зарубежной Церкви». Доложилъ проф. С. В. Троицкій.

/с. 557/

Переходъ Митрополита Евлогія въ юрисдикцію Константинопольскаго Патріарха и отношеніе къ этому акту Русской Зарубежной Церкви.
(Докладъ графа Ю. П. Граббе).

Однимъ изъ самыхъ печальныхъ явленіи русской церковной жизни нельзя не признать то раздѣленіе, которое возникло за рубежомъ съ тѣхъ поръ, какъ 16/29 іюня 1926 года Митрополитъ Евлогій демонстративно покинулъ Архіерейскій Соборъ въ Сремскихъ Карловцахъ, а затѣмъ заявилъ о своемъ неподчиненіи послѣднему. Это раздѣленіе ослабило Зарубежную Церковь, оно сдѣлало голосъ ея менѣе громкимъ и вѣскимъ, оно вызываетъ соблазнъ и въ православномъ, и въ инославномъ мірѣ.

Довольно скоро послѣ оформленія организаціи Русской Зарубежной Церкви, въ Западной Европѣ появилось теченіе, недовольное направленіемъ Высшаго Церковнаго Управленія, которое обвиняли во внесеніи въ церковную жизнь «политики». Въ результатѣ такой пропаганды, въ либеральныхъ кругахъ былъ встрѣченъ съ несомнѣннымъ сочувствіемъ указъ о закрытіи Высшаго Церковнаго Управленія за его выступленія противъ большевиковъ. Какъ это ни странно, люди покинувшіе страну изъ-за большевиковъ, заявляющіе о своей непримиримости къ нимъ, сочувствовали акту изданному подъ несомнѣннымъ ихъ давленіемъ.



Непосредственно послѣ захвата власти въ Россіи большевиками, большія части Россіи оказались отрѣзанными отъ Москвы вслѣдствіе гражданской войны или образованія новыхъ государствъ, находившихся во враждебныхъ отношеніяхъ съ большевицкой властью. Вмѣстѣ съ тѣмъ, послѣдняя, первоначально не обращавшая почти никакого вниманія на Патріаршее церковное управленіе, постепенно начала обострять гоненіе на Церковь, дѣлая совершенно реальной угрозу самому существованію правильно организованной Всероссійской Церковной Власти и нормальной связи ея съ отдѣльными епархіями. При такихъ условіяхъ 7/20 ноября 1920 года Св. Синодомъ, въ соединенномъ присутствіи съ Высшимъ Церковнымъ Совѣтомъ, подъ предсѣдательствомъ Св. Патріарха Тихона, были на этотъ случай выработаны особыя правила. Мы не будемъ приводить текстъ этого постановленія, хорошо извѣстнаго теперь за рубежомъ. Достаточно сказать, что главное значеніе его заключается въ категорическомъ требованіи соборнаго управленія тѣми частями Русской Церкви, которыя оказались бы почему-либо оторванными отъ своего центральнаго органа. Епархіальный Архіерей, по канонамъ, во многихъ случаяхъ самъ по себѣ является недостаточнымъ /с. 558/ органомъ церковнаго управленія. Имѣя это въ виду, постановленіе 7/20 ноября обязываетъ оторванныхъ отъ центра Архіереевъ войти въ соборное общеніе со своими собратіями для организаціи органа высшей церковной власти, при чемъ права такимъ образомъ организованной власти постановленіе ничѣмъ не ограничиваетъ, обязывая ее лишь въ будущемъ, по возстановленіи нормальнаго порядка, представить свои дѣянія на утвержденіе центральной церковной власти. «Въ случаѣ, если епархія, гласитъ ст. 2 Постановленія, вслѣдствіе передвиженія фронта, измѣненія государственной границы и т. д. окажется внѣ всякаго общенія съ Высшимъ Церковнымъ Управленіемъ, или само Высшее Церковное Управленіе во главѣ со Св. Патріархомъ почему-либо прекратитъ свою церковно-административную дѣятельность, епархіальный архіерей немедленно входитъ въ сношенія съ архіереями сосѣднихъ епархій на предметъ организаціи высшей инстанціи церковной власти для нѣсколькихъ епархій, находящихся въ одинаковыхъ условіяхъ, въ видѣ ли временнаго церковнаго правительства или митрополичьяго округа или еще иначе».

Организація высшей инстанціи церковной власти для цѣлой группы оказавшихся въ условіяхъ предусматриваемыхъ ст. 2 епархій не представляется усмотрѣнію возглавляющихъ ихъ Преосвященныхъ — нѣтъ, какъ говорится далѣе въ томъ же постановленіи — она «составляетъ непремѣнный долгъ старѣйшаго въ означенной группѣ по сану архіерея». Такимъ образомъ лишь при полной возможности установить сношенія съ архіереями сосѣднихъ епархій, епархіальный архіерей воспринимаетъ всю полноту власти. Но и здѣсь дѣлается оговорка, что если эта невозможность общенія съ другими архіереями пріобрѣтаетъ характеръ длительный или постоянный, то надлежитъ создать соборное церковное управленіе путемъ предоставленія викаріямъ правъ епархіальныхъ архіереевъ и открытія во всѣхъ значительныхъ городахъ новыхъ каѳедръ съ самостоятельными или полусамостоятельными правами. Отсюда слѣдуетъ, что, по точному смыслу Постановленія, Митрополитъ Антоній, какъ старѣйшій изъ оказавшихся заграницей архіереевъ, не только имѣло право, но и обязанъ былъ для зарубежныхъ епархій создать органъ высшей церковной власти. Равнымъ образомъ обязаны были подчиняться ему всѣ зарубежные русскіе архіереи, находившіеся въ одинаковыхъ съ нимъ эмигрантскихъ условіяхъ. Имѣли основаніе не входить въ создаваемую церковную организацію лишь епископы епархій, вошедшихъ въ новообразованныя на территоріи б. Россійской Имперіи государства, оказавшіяся въ совсѣмъ особыхъ условіяхъ. Тамъ надлежало имъ создавать свои округа, руководствуясь тѣмъ же Постановленіемъ.

Первоначально созданное Митрополитомъ Антоніемъ Высшее Церковное Управленіе не встрѣчало ни съ чьей стороны возраженій. Митрополитъ Евлогій, тогда Архіепископъ, /с. 559/ принялъ отъ названнаго Управленія назначеніе управлять Западно-Европейскими церквами, и назначеніе это было затѣмъ подтверждено и Патріархомъ Тихономъ. Компетенція Высшаго Церковнаго Управленія стала оспариваться нѣкоторыми округами лишь послѣ того, какъ былъ полученъ указъ Патріарха Тихона отъ 22 апрѣля (5 мая) 1922 года о его закрытіи. На основаніи полученнаго въ Москвѣ номера газеты «Новое Время» съ напечатанными въ немъ посланіями, состоявшагося въ Карловцахъ Собора, о необходимости возстановленія въ Россіи Монархіи во главѣ съ законнымъ Царемъ из Дома Романовыхъ, и посланія того же Собора Міровой Конференціи о большевикахъ, было вынесено Синодомъ рѣшеніе, коимъ указанныя посланія признаны актами «не выражающими оффиціальнаго голоса Русской Православной Церкви и въ виду ихъ чисто политическаго характера не имѣющими церковно-каноническаго значенія». Вмѣстѣ съ тѣмъ было постановлено, чтобы по вопросу о церковной отвѣтственности «нѣкоторыхъ духовныхъ лицъ заграницей за ихъ политическія отъ имени Церкви выступленія» имѣлось сужденіе «по возобновленіи нормальной дѣятельности Св. Синода при полномъ указанномъ въ Соборномъ правилѣ числѣ его членовъ».

Въ этомъ постановленіи характерно, что оно вынесено на основаніи газеты, которую Патріархъ, при большевицкихъ условіяхъ, могъ получить не иначе, какъ черезъ руки большевиковъ. Затѣмъ постановленіе ограничивается весьма общимъ выраженіемъ — «нѣкоторыхъ духовныхъ лицъ», не называя никого по имени и въ томъ числѣ подписавшаго обращеніе Предсѣдателя Собора. Не менѣе важно рѣшеніе имѣть сужденіе объ отвѣтственности нѣкоторыхъ духовныхъ лицъ «по возобновленіи нормальной дѣятельности Сѵнода и при полномъ числѣ его членовъ». Такимъ образомъ Сѵнодъ подъ предсѣдательствомъ Патріарха, несомнѣнно испытавшій въ этомъ случаѣ давленіе большевиковъ, съ одной стороны отмежевался отъ выступленій Зарубежной Церкви, но съ другой — никого не покаралъ, оставляя заграничныхъ іерарховъ даже свободными отъ подсудности. Что касается его постановленія объ упраздненіи Высшаго Церковнаго Управленія, то и оно формулировано такъ, что не могло имѣть окончательнаго значенія. Постановленіе въ своей мотивировкѣ содержитъ такую ошибку, которая сама по себѣ подрываетъ всю его силу. Сѵнодъ рѣшаетъ объ упраздненіи Высшаго Церковнаго Управленія «принимая во вниманіе, что, за назначеніемъ тѣмъ же Высшимъ Церковнымъ Управленіемъ Преосвященнаго Митрополита Евлогія Завѣдывающимъ русскими православными церквами заграницей, собственно для Высшаго Церковнаго Управленія тамъ не остается уже области, въ которой оно могло проявить свою дѣятельность». Между тѣмъ въ вѣдѣніи Высшаго Церковнаго Управленія въ то время было уже 9 епархій, а Митрополиту Евлогію было поручено /с. 560/ управленіе лишь церквами въ Западной Европѣ, при чемъ постановленіе о семъ Высшаго Церковнаго Управленія было подтверждено Сѵнодальнымъ указомъ отъ 26 марта / 8 апрѣля 1921 года, № 424. Игнорируя существованіе этихъ епархій, указъ Сѵнода не даетъ Митрополиту Евлогію полномочій управлять какими бы то ни было церквами сверхъ ранѣе порученныхъ ему Высшимъ Церковнымъ Управленіемъ. Только о порядкѣ управленія этими церквами, а не всѣми епархіями за рубежомъ, поручается Митрополиту Евлогію представитъ свои соображенія. Въ виду сего Высшее Церковное Управленіе было совершенно право, что указъ о его упраздненіи не можетъ быть выполненъ до представленія Патріарху Тихону доклада о дѣйствительномъ положеніи Зарубежкой Церкви и полученія отъ него разъясненій, указаній и свободнаго волеизъявленія (постановленіе отъ 18 августа / 1 сентября 1922 г.).

Однако Митрополитъ Евлогій, не соглашаясь съ большинствомъ Высшаго Церковнаго Управленія, настаивалъ на немедленномъ закрытіи его съ тѣмъ, чтобы съѣхавшіеся епископы обсудили вопросъ объ организаціи Временной Высшей Церковной Власти (Церк. Вѣд. 1922 г. № 12-13). Епископъ же Веніаминъ настаивалъ не только на упраздненіи Высшаго Церковнаго Управленія, но и на немедленной передачѣ высшей церковной власти Митрополиту Евлогію. Состоявшійся вслѣдъ за тѣмъ Архіерейскій Соборъ во имя мира уступилъ Митрополиту Евлогію. Постановленіемъ отъ 20 августа / 2 сентября 1922 г. было опредѣлено Высшее Церковное Управленіе упразднить, а вмѣстѣ съ тѣмъ, «въ виду нарушенія дѣятельности Высшей Всероссійской Церковной Власти и въ цѣляхъ правопреемства Высшей Церковной Власти, на основаніи постановленія Святѣйшаго Патріарха и Священнаго при немъ Сѵнода, въ соединенномъ присутствіи Высшаго Церковнаго Совѣта отъ 20 ноября 1920 года, о преподаніи правилъ касательно организаціи высшей церковной власти въ случаѣ нарушенія или прекращенія дѣятельности Свят. Патріарха и высшихъ церковныхъ органовъ, образовать Временный Священный Архіерейскій Сѵнодъ Русской Православной Церкви заграницей съ обязательнымъ участіемъ Митрополита Евлогія, каковому Сѵноду и передать всѣ права и полномочія Русскаго Высшаго Церковнаго Управленія заграницей». Это постановленіе было принято единогласно и объявлено циркулярнымъ указомъ за подписью Митрополита Евлогія «за Предсѣдательствующаго Сѵнода» (Церк. Вѣд. 1922 г. № 12-13, стр. 4).

Необходимо отмѣтить, что вышеприведеннымъ постановленіемъ признавалось наступленіе для Зарубежья условій, предусматриваемыхъ постановленіемъ отъ 7/20 ноября. Иначе и не могло быть, ибо 23 апрѣля 1922 г., т. е. на другой день послѣ подписанія указа объ упраздненіи Высшаго Цер/с. 561/ковнаго управленія, былъ арестованъ Патріархъ Тихонъ и затѣмъ прекращена дѣятельность Всероссійскаго Сѵнода и Высшаго Церковнаго Совѣта. Если до того, хотя бы и нерегулярныя, а довольно случайныя, сношенія съ Патріархомъ имѣли мѣсто, то теперь всѣ дѣла должны были окончательно рѣшаться Зарубежнымъ Сѵнодомъ на точномъ основаніи Постановленія 1920 года. Однако Митрополитъ Евлогій настаивалъ на томъ, что онъ имѣетъ какія-то особыя права по сравненію съ прочими епархіальными Преосвященными и требовалъ себѣ автономіи. Вмѣстѣ съ тѣмъ, въ близкихъ къ нему церковныхъ кругахъ распространялось мнѣніе, будто указъ объ упраздненіи Высшаго Церковнаго Управленія въ сущности всю власть передавалъ Митрополиту Евлогію, а онъ не воспользовавшись своими правами, только раздѣлилъ эту власть съ другими архіереями. Самъ Митрополитъ Евлогій въ своихъ сношеніяхъ съ Сѵнодомъ оффиціально не высказывался въ этомъ смыслѣ до своего отдѣленія отъ Архіерейскаго Собора. Однако Митрополитъ Антоній имѣлъ полное основаніе писать ему слѣдующіе упреки: «Вы постоянно позволяли себѣ сноситься съ органами и должностными лицами, подвѣдомыми Архіерейскому Сѵноду и другимъ правящимъ епархіальнымъ Архіереямъ, помимо нихъ. Вы позволяли себѣ выступать съ церковными посланіями въ качествѣ главы Заграничной Церкви, не будучи уполномочены на это и не будучи признаны таковымъ епископатомъ. Вы дѣлали распоряженія общецерковнаго характера, не входя въ соглашеніе съ Высшей Церковной Властью»... (Письмо отъ 4/17 августа 1926 г., № 960).

Архіерейскій Сѵнодъ и Соборы, учитывая парижскія настроенія, въ стремленіи сохранить миръ и единство, на многое смотрѣли сквозь пальцы. Но никакая уступчивость не могла предотвратить раздѣленія, и въ этомъ отношеніи весьма характерно, что возникло оно по въ сущности пустяшному поводу: Митрополитъ Евлогій прибылъ на Соборъ съ небольшимъ запозданіемъ, когда повѣстка уже была утверждена. При этомъ п. 2 составленной Сѵнодомъ повѣстки перенесли на конецъ ея. Подозрѣвая, что п. 2-ой повѣстки будетъ содержать попытку уменьшенія объема его правъ, Митрополитъ Евлогій потребовалъ чтобы этотъ пунктъ «общіе вопросы по управленію Русской Заграничной Церковью и объ отношеніи къ центральному Всероссійскому Церковному Управленію» — обсуждался первымъ. Соборъ съ этимъ не согласился, послѣ чего Митрополитъ Евлогій демонстративно уѣхалъ изъ Ср. Карловцевъ. Въ своемъ посланіи отъ 6/19 августа 1926 г. Митрополитъ Евлогій объяснилъ такой образъ дѣйствій бывшими у него подозрѣніями, что при обсужденіи этого пункта «рѣчь пойдетъ опять о томъ же расширеніи правъ заграничнаго церковнаго управленія и что снова оживетъ прежняя неправильная централистическая тенденція»... /с. 562/ Добавляя, что имѣлъ основаніе для своей настойчивости, ибо въ частномъ порядкѣ зналъ о покушеніи на его полномочія, Митрополитъ Евлогій говоритъ, что «не хотѣлъ присутствовать на Соборѣ съ завязанными глазами». Когда читаешь эти объясненія, невольно является вопросъ: неужели однихъ подозрѣній достаточно для того, чтобы изъ-за того или иного порядка пунктовъ повѣстки идти на раздѣленіе? Неужели нельзя было отстаивать свою точку зрѣнія въ Соборныхъ преніяхъ, не торопясь съ такимъ отвѣтственнымъ шагомъ, какъ демонстративный отъѣздъ? Полная невозможность дать на эти вопросы утвердительный отвѣтъ приводитъ къ заключенію, что несогласіе съ Соборнымъ большинствомъ по такому второстепенной важности вопросу, какъ порядокъ рассмотрѣнія повѣстки могло быть только поводомъ для намѣченнаго заранѣе разрыва. И дѣйствительно, въ дальнѣйшемъ, послѣ цитированнаго посланія 6/19 августа 1926 г., Митрополитъ Евлогій не вспоминалъ уже этотъ поводъ, а въ оправданіе своего отдѣленія отъ Собора преимущественно ссылался на выдѣленіе Германіи въ самостоятельную епархію. Вопросъ объ этомъ на повѣсткѣ не стоялъ, и возникъ онъ только послѣ отъѣзда Митрополита Евлогія. Епископъ Берлинскій Тихонъ не согласился со своимъ епархіальнымъ архіереемъ и остался на Соборѣ. Его положеніе дѣлалось очень сложнымъ, и вслѣдствіе этого Соборъ вынесъ постановленіе о выдѣленіи Германіи въ самостоятельную епархію. Недовольный такимъ рѣшеніемъ Митрополитъ Евлогій не ограничился протестомъ или требованіемъ пересмотра этого вопроса въ каноническомъ порядкѣ, а сталъ на путь противодѣйствія Сѵноду, одновременно возбудивъ споръ о полномочіяхъ Собора и Сѵнода, при чемъ во многихъ случаяхъ ссылался на обстоятельства, противорѣчащія фактамъ.

«22 апрѣля / 5 мая 1922 г., послѣ осужденія Патріархомъ Карловацкаго Собора говоритъ — Митрополитъ Евлогій, мои церковныя полномочія не только были подтверждены, но и значительно усилены и расширены: мнѣ предписывалось закрыть существовавшее тогда въ Карловцахъ Заграничное Церковное Управленіе, взять въ свои руки всѣ русскія церкви и о порядкѣ управленія ими представить свои соображенія... Этимъ указомъ мнѣ собственно говоря передавалась вся власть надъ русскими православными церквами заграницей» (Посланіе 6/19 авг. 1926 г.).

На самомъ дѣлѣ указъ Сѵнода былъ данъ и Митрополиту Антонію, и Митрополиту Евлогію «для зависящихъ распоряженій». Такъ какъ единственное «зависящее распоряженіе», которое по этому указу могъ сдѣлать Митрополитъ Антоній, это закрытіе Управленія, во главѣ котораго онъ стоялъ, ясно, что ему, а не Митрополиту Евлогію, предписывалось закрыть Высшее Церковное Управленіе. Далѣе, какъ мы уже видѣли ранѣе, Митрополиту Евлогію поручалось только /с. 563/ представить свои соображенія о порядкѣ управленія заграничными церквами. Указъ ни слова не говоритъ о порученіи Митрополиту Евлогію «взять въ свои руки всѣ русскія церкви». Ошибочное предположеніе Сѵнода, что всѣ русскія церкви заграницей ввѣрены Митрополиту Евлогію Высшимъ Церковнымъ Управленіемъ и что у послѣдняго не остается уже области, въ которой оно могло проявить свою дѣятельность, лишь съ полнымъ и явнымъ извращеніемъ смысла указа можно толковать какъ подчиненіе Митрополиту Евлогію епархій, о существованіи которыхъ не было извѣстно въ Москвѣ. Если бы Сѵнодъ зналъ, что въ вѣдѣніи Заграничнаго Высшаго Церковнаго Управленія находятся и другія епархіи, кромѣ церквей въ Западной Европѣ, очевидно онъ сдѣлалъ бы о нихъ какое-нибудь распоряженіе.

Какъ уже говорилось ранѣе, Митрополитъ Евлогій, отдѣлившись отъ Собора сталъ отрицать даже то обстоятельство, что Заграничный Архіерейскій Сѵнодъ черпаетъ свои полномочія въ постановленіи 7/20 ноября 1920 года. Митрополитъ Евлогій при этомъ какъ будто забываетъ, что за его же подписью былъ разосланъ указъ съ постановленіемъ Собора объ учрежденіи Сѵнода, которое, какъ мы видѣли выше, основывалось толь