Церковный календарь
Новости


2018-12-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 74-е (1895)
2018-12-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 73-е (1895)
2018-12-19 / russportal
"Пропов. хрестоматія". Слово въ день зачатія прав. Анною Пресв. Богородицы (1965)
2018-12-19 / russportal
"Пропов. хрестоматія". Поученіе въ день святителя Николая Чудотворца (1965)
2018-12-18 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. 60-лѣтіе священнослуженія митр. Анастасія (1976)
2018-12-18 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Свѣтильникъ Русской Церкви блаж. митр. Антоній (1976)
2018-12-17 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Св. Обитель и духовная школа на служеніи Церкви (1976)
2018-12-17 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Чѣмъ каждый изъ насъ долженъ служить Церкви? (1976)
2018-12-16 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Соборность и церковное сотрудничество (1976)
2018-12-16 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Существуетъ ли невидимая Церковь? (1976)
2018-12-15 / russportal
Первое посланіе къ Коринѳянамъ св. Климента Римскаго (1860)
2018-12-15 / russportal
О святомъ Климентѣ Римскомъ и его первомъ посланіи (1860)
2018-12-14 / russportal
Свт. Зинонъ Веронскій. На слова: "егда предастъ (Христосъ) царство Богу и Отцу" (1838)
2018-12-14 / russportal
Краткое свѣдѣніе о жизни св. священномуч. Зинона, еп. Веронскаго (1838)
2018-12-13 / russportal
Евсевій Памфилъ. "Четыре книги о жизни блаж. царя Константина". Книга 2-я (1849)
2018-12-13 / russportal
Евсевій Памфилъ. "Четыре книги о жизни блаж. царя Константина". Книга 1-я (1849)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - среда, 19 декабря 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 21.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

Архим. Амвросій (Погодинъ) († 2004 г.)
СВЯТОЙ МАРКЪ ЕФЕССКІЙ И ФЛОРЕНТІЙСКАЯ УНІЯ.

ЭПИЛОГЪ.

Передъ нами прошла великая эпоха борьбы за Православіе.

Воскресъ образъ великаго Борца за Вѣру, свѣточа Православія — св. Марка Евгеника, Митрополита Ефесскаго, передъ которымъ, мы, чада Православія, склоняемся какъ передъ тѣмъ Избраннымъ Сосудомъ, который своей пламенной борьбой отстоялъ великую Истину Православія.

Флорентійская Унія представляла величайшую опасность для Православной Церкви, какая когда-либо была прежде въ исторіи. Въ 1438-9 гг. Православіе рисковало исчезнуть и свестись на терпимый до времени Восточный Обрядъ Римской Церкви. Святоотеческое наслѣдіе, богатство Православія и глубина его духовности — все это должно было свестись на нѣтъ. Флорентійская Унія, какъ мы видѣли, сводилась на полное подчиненіе Православной Церкви Ватикану не только въ административномъ, но и въ духовномъ отношеніи, — на полное попраніе ея священныхъ традицій и ея екклисіологіи; иными словами, Флорентійская Унія должна была привести къ тому, что Православная Церковь, какъ таковая, перестала бы существовать.

Но Господь Богъ не допустилъ, чтобы Православіе погибло, и явилъ того духовнаго Исполина, который на Востокѣ долженъ былъ пронести Православіе для будущихъ поколѣній и сохранить его въ сіяющей чистотѣ, какъ и соблюсти непорочную Невѣсту Христову — Православную Церковь — какъ епископъ и хранитель ея.

Многіе не выдержали искушенія, обольстившись иллюзіями или же личными выгодами, многіе явились сознательными предателями Церкви; всѣ, кромѣ св. Марка Ефесскаго, подписали Унію — документъ «ликвидаціи» Православной Церкви. Но на черномъ фонѣ тѣхъ отрицательныхъ явленій, тѣхъ слабостей и измѣнъ Православію, которыя имѣли мѣсто на Флорентійскомъ Соборѣ, еще свѣтлѣе выступаютъ имена тѣхъ немногихъ борцевъ за Православіе, которые отстояли Православную Церковь. Среди нихъ особенное, исключительное мѣсто занимаетъ св. Маркъ Ефесскій. Въ тяжкія для Православія времена Господь избираетъ тѣ единицы, которыя именно и становятся — «Православной Церковью», какъ выразители ея правды, святости и непогрѣшимости. Таковы были: авва св. Максимъ Исповѣдникъ, съ отрубленной правой рукой и отрѣзаннымъ языкомъ, и вмѣстѣ съ нимъ св. Мартинъ папа Римскій — избитый, опозоренный, брошенный въ ссылку — въ то время какъ вся Церковь, можно сказать, была въ ру/с. 374/кахъ еретиковъ-моноѳелитовъ; таковы были преподобные Ѳеофанъ и Ѳеодоръ Начертанные, искалѣченные и измученные мучителями, въ то время какъ вся свѣтская и духовная власть была въ рукахъ иконоборцевъ; таковъ былъ и св. Маркъ Ефесскій, одинокій въ борьбѣ, терпящій всевозможныя гоненія, измученный смертельнымъ недугомъ — ракомъ, въ то время какъ Дворъ, Патріархъ и епископатъ — уніаты, враги Православія. Но, именно, въ этихъ единицахъ сохранялась Православная Церковь и ими сохранялась искра Православія, долженствовавшая быть сбереженной ими въ тѣ темные періоды для того, чтобы огонь Православія снова могъ вспыхнуть при первой же возможности. Сила Господня совершается въ немощи.

Хочется, въ концѣ нашего труда, сказать немного о самомъ духовномъ образѣ святителя Марка. О его богословіи, глубинѣ души, святости, ревности о Православіи — намъ достаточно уже сказали сочиненія св. Марка и тѣ источники о его жизни, которые мы приводили въ нашемъ изложеніи исторіи Уніи и житія Святителя. Но каковъ онъ былъ какъ человѣкъ, почему его такъ пламенно любилъ Георгій Схоларій, такъ преклонялся Іоаннъ Евгеникъ, такъ уважалъ Императоръ, такъ сильно было его вліяніе?

Прежде всего, авторитетъ св. Марка покоился на его великой святости и духовныхъ подвигахъ, связанныхъ съ его великой ученостью и краснорѣчіемъ. Эта святость дѣлала то, что сердце Святителя, исполненное благодати Святаго Духа, было абсолютно чутко къ Истинѣ и всякое уклоненіе отъ нея тѣхъ лицъ, которыя имѣли святую обязанность блюсти ее, вызывало его праведный гнѣвъ и желаніе исправить совратившагося съ пути Истины. Несокрушимая сила святости и правды дѣлала этого духовнаго Исполина свѣточемъ для всего православнаго міра и «магнитомъ», по выраженію Іоанна Евгеника, привлекающимъ всѣхъ къ себѣ.

Но къ этому надо отнести и иныя черты, свойственныя Святымъ, которыя дѣлали Святителя, несмотря на его недосягаемую высоту духовной жизни, — близкимъ и доступнымъ каждому: это — его любовь, снисходительность, готовность простить, а затѣмъ — крайнее смиреніе и утонченная деликатность. Іоаннъ Евгеникъ въ службѣ Святому такимъ образомъ представляетъ его образъ: «Радостностью и красотою нрава, красотою рѣчи и святостью жизни онъ привлекалъ къ себѣ всякаго человѣка, какъ магнитъ — желѣзо» [1]. Іоаннъ Евгеникъ видѣлъ въ Святителѣ какъ бы образъ перваго человѣка до грѣхопаденія [2]. Но приведемъ слова Георгія /с. 375/ Схоларія, который болѣе полно рисуетъ намъ образъ Святителя въ панегирикѣ ему: «Онъ былъ правосуднѣе, чѣмъ самое правосудіе того требовало, ибо онъ не бралъ на себя изрекать судъ и избѣгалъ шумныхъ преній. Своей кротостью и своимъ человѣколюбіемъ онъ превзошелъ всѣхъ, отличавшихся сими добродѣтелями. Кто былъ доступнѣе его для всѣхъ, обращавшихся къ нему? Кто добровольнѣе его отдавалъ себя на все полезное? Кто убѣдительнѣе его высказывалъ все, что должно было сказать? — и кто болѣе его былъ готовъ на помощь ближнему? Кто былъ беззлобнѣе его противу тѣхъ, которымъ случалось оскорблять его? Кто былъ болѣе его чуждъ всякой зависти? Но онъ же самый, когда онъ находилъ причины заподозрить кого либо въ ухищреніяхъ противу православнаго вѣрованія, — онъ отважно вступалъ въ борьбу съ краснорѣчіемъ противниковъ и не давалъ торжествовать силѣ ложнаго ученія. И вотъ почему его обвиняли въ непомѣрной раздражительности, и вотъ отчего его возненавидѣли нѣкоторые изъ приближенныхъ къ нему! Не вникая въ его побужденія и движимые человѣческими страстями, — они уязвляли этого великаго мужа какъ своимъ молчаніемъ, такъ и своими словами. О, сколько я выстрадалъ отъ безумной рѣчи одного изъ нихъ, дерзнувшаго во время Соборнаго пренія называть его, — Учителя Истины, — обольстителемъ, отвращающимъ отъ Истины!.. Но этотъ великій отецъ нашъ кротко выслушивалъ злобныя рѣчи, ибо не искалъ превозносить себя и считалъ достаточною обороною противу клеветы свою борьбу за Истину. Онъ помнилъ, что Самъ Господь нашъ былъ оклеветанъ. Такъ переносилъ онъ поруганія. И никто изъ насъ, — о, стыдъ! — не предсталъ ему на помощь. И я самъ, увы, — молчалъ. Но я не оберегалъ своей личности, а принужденъ былъ соображаться съ обстоятельствами того времени... Затѣмъ, я сообщалъ блаженному Отцу мои соображенія; онъ извинялъ меня, соглашался, — и готовился вновь подвизаться въ предстоящей ему борьбѣ. Не сомнѣваясь въ моихъ чувствахъ, онъ надѣялся побѣдить всѣхъ противниковъ своихъ одною силою Истины. Онъ даже полагалъ, что я ему значительно содѣйствовалъ въ этомъ подвигѣ, — какъ бы Ѳизей Ираклу, — но, конечно, одно только великодушіе блаженнаго Отца могло приписывать мнѣ такое важное содѣйствіе! Таковыми «чарами» Святой души и святой рѣчи онъ воспробудилъ всю горячую мою любовь къ нему. Но мы не пріобщились бы достаточно познанію Истины, если бы онъ не посѣялъ въ насъ первыя ея сѣмена своимъ ученіемъ и своими молитвами, въ которыхъ онъ часто испрашивалъ /с. 376/ у Бога нашего оплодотворенія, — и онъ, болѣе чѣмъ кто-либо, пробуждалъ въ насъ рвеніе къ Истинѣ. Такимъ образомъ, онъ твердо привязалъ насъ къ себѣ, привлеченныхъ къ нему признательностью, — искренно въ насъ увѣрился, и довѣрился намъ... «Мы не можемъ не скорбѣть глубоко, что, утвержденные въ этомъ истинномъ вѣрованіи, мы хранили молчаніе тогда, когда должно было говорить. Но мы испрашиваемъ милосерднаго прощенія Божіяго, которое врачуетъ обуреваемыхъ слабостями, свойственными человѣчеству, и которымъ по временамъ подвергались нѣкоторые изъ знаменитыхъ Учителей» [3].

Какъ сильно было вліяніе св. Марка на не совсѣмъ твердыхъ въ вѣрѣ, свидѣтельствуетъ Георгій Схоларій въ томъ же словѣ: «Тѣ, которые удержаны были при жизни твоей личнымъ уваженіемъ къ тебѣ, нынѣ восколеблются; однимъ словомъ, сколько бурь возникнетъ въ умахъ и сердцахъ, увлеченныхъ собственными побужденіями. Конечно, нѣкоторые предпочтутъ, неся твои тяготы, идти неуклоннымъ путемъ, но другіе, увлеченные временными благами, совратятся» [4].

Глубокое отчаяніе охватило всѣхъ любившихъ св. Марка при его кончинѣ, такую любовь, такое вліяніе онъ стяжалъ! Объ этомъ говоритъ тотъ же Георгій Схоларій въ своемъ надгробномъ словѣ Святителю, изъ котораго приведемъ еще одну выдержку. «Дѣла Церкви и нераздѣльной ея сопутницы, святой Истины, какъ при тебѣ, такъ и по смерти твоей всегда сохраняемы Самимъ Богомъ; — но мы не услышимъ болѣе твоей рѣчи въ нашихъ совѣщаніяхъ; не будемъ уже имѣть въ тебѣ совѣтника во всѣхъ дѣлахъ; — ободрителя въ нашихъ правыхъ дѣйствіяхъ; — не будемъ теперь торжественно поражать тѣхъ злобныхъ людей, которые по зависти клевещутъ на наши вѣрованія, — теперь, когда могущество твоего вліянія исчезло! Когда оно было съ нами, — мы пренебрегали безумствомъ противниковъ нашего исповѣданія. Лишь ты одинъ, хранившій въ себѣ образецъ всего высокаго, могъ правильно оцѣнить совершенство искусствъ, красоту рѣчи, силу мыслей, правоту догматовъ, — и признавать ихъ безъ зависти въ другихъ. Никто не чувствовалъ болѣе меня твоего превосходства въ таковыхъ качествахъ, и, поэтому, могу ли я похвалиться въ томъ, что весьма естественно, — что я болѣе всѣхъ любилъ тебя, чтилъ и мучительно изнемогалъ, видя тебя болящимъ; страдалъ вмѣстѣ съ тобою; страшился предстоящаго бѣдствія, — и что теперь, когда оно постигло насъ, — я недоумѣваю въ моемъ отчаяніи, что со мною будетъ теперь!» [5]. И далѣе въ своемъ словѣ, ко/с. 377/торое уже больше приводить не будемъ, Георгій Схоларій выражаетъ свою безутѣшную скорбь, которая, кажется ему, что и саму землю сдѣлала тяжелой и все исполнила тоской, и въ которой онъ не видитъ просвѣта.

Подавленный скорбью постигшаго бѣдствія, Георгій Схоларій не видѣлъ тогда, что Воскресеніе Церкви уже совершается, что Истина побѣдитъ и что труды св. Марка не были напрасны, но подвигъ его въ борьбѣ за Православную Вѣру останется на вѣчныя времена залогомъ всегдашней побѣды Церкви и Святой Истины. Не зналъ тогда Георгій Схоларій и того, что имя этого одинокаго борца за Православіе, надъ гробомъ котораго онъ такъ безутѣшно скорбѣлъ, и его самого, Георгія Схоларія, будетъ записано золотыми буквами въ исторіи Церкви и что эти имена благодарная Церковь увѣнчаетъ наименованіемъ, которое драгоцѣннѣе всѣхъ титуловъ, всѣхъ сановъ и всѣхъ званій этого міра, именно — передъ ихъ именами будутъ писать слово «Святые»:

Святой Маркъ митрополитъ Ефесскій и святой Геннадій Патріархъ Константинопольскій.

Эту книгу закончимъ тѣми словами, которыми и Іоаннъ Евгеникъ заканчиваетъ свой синаксарь святителю Марку:

«Моленіями святителя Марка, Христе Боже, и святыхъ Твоихъ всѣхъ Учителей и богослововъ Отцевъ, въ Православномъ Исповѣданіи во вѣки Церковь Твою сохрани!»
Святителю отче Марко, моли Бога о насъ!

Примѣчанія и ссылки:
[1] Служба св. Марку Еф., написанная Іоанномъ Евген. канон, п. 7.
[2] Там же, Слава: на Господи воз.
[3] Надгробное слово Георгія Схол. Св. Марку, отд. 4-8.
[4] Там же, отд. 8.
[5] Там же, отд. 9.

Источникъ: Архимандритъ Амвросій. Святой Маркъ Ефесскій и Флорентійская Унія. — Jordanville: Типографія преп. Іова Почаевскаго. Holy Trinity Monastery, 1963. — С. 373-377, 434.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.