Церковный календарь
Новости


2018-12-15 / russportal
Первое посланіе къ Коринѳянамъ св. Климента Римскаго (1860)
2018-12-15 / russportal
О святомъ Климентѣ Римскомъ и его первомъ посланіи (1860)
2018-12-14 / russportal
Свт. Зинонъ Веронскій. На слова: "егда предастъ (Христосъ) царство Богу и Отцу" (1838)
2018-12-14 / russportal
Краткое свѣдѣніе о жизни св. священномуч. Зинона, еп. Веронскаго (1838)
2018-12-13 / russportal
Евсевій Памфилъ. "Четыре книги о жизни блаж. царя Константина". Книга 2-я (1849)
2018-12-13 / russportal
Евсевій Памфилъ. "Четыре книги о жизни блаж. царя Константина". Книга 1-я (1849)
2018-12-12 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 126-й (1899)
2018-12-12 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 125-й (1899)
2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Православное Догмат. Богословіе митр. Макарія (1976)
2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Свт. Тихонъ Задонскій, еп. Воронежскій (1976)
2018-12-10 / russportal
Лактанцій. Книга о смерти гонителей Христовой Церкви (1833)
2018-12-10 / russportal
Евсевій, еп. Кесарійскій. Книга о палестинскихъ мученикахъ (1849)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Истинное христіанство есть несеніе креста (1975)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Сознаемъ ли мы себя православными? (1975)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, какъ душѣ обрѣсти Бога (1895)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, что не должно соблазнять ближняго (1895)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - суббота, 15 декабря 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 11.
Православное вѣроученіе

Объ экуменизмѣ.

Экуменизмъ — современное лжеученіе («ересь ересей»), искажающее православный догматъ о единствѣ и святости Церкви Христовой. Согласно его доктринѣ, созданная Господомъ Іисусомъ Христомъ и Святыми Апостолами Церковь нѣкогда раздѣлилась на части, «осколки» — различныя конфессіи (православіе, католицизмъ, протестантизмъ), въ каждомъ изъ которыхъ въ той или иной степени «содержится истина Божія и возможно душевное спасеніе». Это ложное ученіе, по началу чисто-протестантское, образовало мощную организацію дѣйствительно всемірнаго масштаба, располагающую огромными матеріальными средствами и возможностями, подъ названіемъ «Мірового Совѣта Церквей», къ которой впослѣдствіи также примкнули почти всѣ Православныя Помѣстныя Церкви. По словамъ архіеп. Аверкія (Таушева), эти новоявленные «православные "экуменисты" долгое время всѣхъ упорно увѣряли, что они вступили въ экуменическое движеніе съ единственной цѣлью — по внѣшности весьма благовидной — "свидѣтельствовать передъ инославными объ истинѣ св. Православія", "раскрывать передъ ними глубину и красоту св. Православія" и этимъ — "привлекать ихъ къ принятію св. Православія, отъ котораго они отпали". А что же получилось на дѣлѣ? Получилось явленіе порядка совершенно-обратнаго: не возвращеніе отпавшихъ ко св. Православію, а безмолвное, "символическое" признаніе неважности, несущественности всего того, чѣмъ отличается св. Православіе отъ инославія, что именно и вызвало отпаденіе отъ него, а вмѣстѣ съ тѣмъ и отъ Единой, Святой, Соборной, Апостольской Церкви...». — Предлагаемый вашему вниманію трудъ двухъ болгарскихъ архимандритовъ Серафима (Алексіева) (†1993) и Сергія (Язаджіева) (†2008) является подробнымъ изслѣдованіемъ и изложеніемъ сущности этого, такъ широко развернувшагося нынѣ, экуменическаго движенія, несущаго въ себѣ страшную и разрушительную угрозу всему Православному міру.

Сочиненія противъ экуменизма

Архим. Серафимъ (Алексіевъ) († 1993 г.) и Архим. Сергій (Язаджіевъ) († 2008 г.)
ПОЧЕМУ ПРАВОСЛАВНОМУ ХРИСТІАНИНУ НЕЛЬЗЯ БЫТЬ ЭКУМЕНИСТОМЪ.
(Переводъ съ болгарскаго. СПб. 1992)

Часть первая.
ЭКУМЕНИЗМЪ И ЕГО «ХРИСТІАНСКАЯ» ВИДИМОСТЬ.

8 ОСНОВАНІЕ:
Экуменизмъ готовитъ Православіе къ догматическимъ отступленіямъ ради экуменическаго единства.

А) Экуменическіе планы объединенія.

Экуменизмъ, какъ было показано, ставитъ цѣлью создать нѣкое «единство» изъ разрозненныхъ христіанскихъ исповѣданій. Съ помощью діалоговъ и собесѣдованій онъ пытается создать изъ объединенныхъ лжеученій нѣкую «истину», которую бы приняли собранныя подъ его эгидой разнородныя по своимъ взглядамъ религіозныя группировки, каждая изъ ко/с. 82/торыхъ настаиваетъ на признаніи своего «вѣрую». Ясно, что результатомъ подобныхъ усилій не можетъ быть достиженіе истины, а лишь окончательное удаленіе отъ нея, ибо истина не есть сочетаніе заблужденій!

Несмотря на трудности объединенія, экуменисты надѣются достигнуть его путемъ діалоговъ, организованныхъ и проводимыхъ въ экуменическомъ духѣ. Центральный комитетъ ВСЦ, засѣдавшій въ 1971 году въ Аддисъ-Абебѣ, утверждаетъ, что «діалогъ есть процессъ, при которомъ отдѣльныя личности и общества освобождаются отъ взаимнаго страха и недовѣрія и обрѣтаютъ новое довѣріе другъ ко другу... Діалогъ обѣщаетъ открытіе новыхъ горизонтовъ въ пониманіи нашей религіи (!), новыхъ отношеній между христіанами и иновѣрцами, какихъ прежде не было» [162]. Будущее единство экуменисты не мыслятъ монолитнымъ. «Наоборотъ, — пишутъ они, — мы свободны и сообща должны пытаться раскрыть живое преданіе Евангелія и Церкви въ многообразіи современности, въ которой живемъ» [163]. Итакъ, въ основу единства положено «многообразіе», т.-е. плюрализмъ. Спрашивается, что это будетъ за единство, разъ въ немъ присутствуетъ догматическое многообразіе?

Приведемъ проекты объединенія и усилій мѣстнаго характера. Въ США десять американскихъ церквей пытаются объединиться въ одну «церковь» подъ названіемъ «Объединенная Церковь Христа», въ которой «различныя догматическія позиціи считаются не взаимоисключающими, а взаимодополняющими». Въ новой «церкви» должны быть использованы «всѣ церковныя преданія (т.-е. отклоненія отъ истиннаго Священнаго Преданія) посредствомъ релятивизаціи исторически обусловленныхъ догматическихъ противорѣчій» [164], что означаетъ подрывъ абсолютнаго авторитета догматовъ!

Подобный экспериментъ проводится также въ Англіи въ мѣстныхъ сектахъ, которыя должны «объединиться», начиная съ Англиканской церкви съ ея тремя вѣтвями. Съ этой цѣлью создана Комиссія церковнаго единства, которая къ началу 1975 года пришла къ слѣдующимъ выводамъ: «Единство не должно непремѣнно означать однообразіе... Видимое единство должно осуществиться прежде всего путемъ взаимнаго признанія іерархіи и принциповъ вѣры, что позволитъ имѣть разнообразіе въ выраженіи» [165].

Современный католическій богословъ Альбертъ Бранденбургъ такъ изображаетъ единство будущей «экуменической церкви»: она будетъ всеобъемлющей, и въ этомъ смыслѣ — каѳолической. Съ папы Іоанна XXIII началось новое пониманіе каѳоличности, которое придало «новую полноту церкви, дающей мѣсто всѣмъ раздѣленнымъ. Рѣчь идетъ не о возвращеніи въ Римо-католическую церковь, а объ объединеніи въ рамкахъ /с. 83/ единства, гдѣ наличествуютъ самыя разныя христіанскія образованія... Всѣ они соединяются въ видимомъ единствѣ, сохраняя свою самобытность, причемъ каждая изъ нихъ признаетъ другія апостольскими церквами... и всѣ имѣютъ общеніе въ евхаристіи» [166].

Сходнымъ образомъ представляетъ себѣ будущую экуменическую «церковь» и Филиппъ Поттеръ, бывшій генеральный секретарь ВСЦ. Ссылаясь на заявленія прежнихъ ассамблей въ Нью-Дели (1961 г.) и Упсалѣ (1968 г.), а также на конференцію «Вѣры и устройства» въ Саламанкѣ (1973 г.), онъ писалъ наканунѣ V ассамблеи въ Найроби: «Въ лонѣ соборной общности каждая церковь обладаетъ полнотою каѳоличности и вселенскости и свидѣтельствуетъ объ одной и той же апостольской вѣрѣ (!). Будучи взаимно связаны единымъ крещеніемъ и единой евхаристіей, эти церкви взаимно признаютъ іерархіи другъ друга» [167].

Въ приведенной цитатѣ замѣтно явное тяготѣніе къ догматическимъ отступленіямъ ради экуменическаго единства. Поттеръ говоритъ о «соборной общности церквей», внутри которой «каждая церковь обладаетъ полнотою каѳоличности и вселенскости и свидѣтельствуетъ объ одной и той же апостольской вѣрѣ». Но какъ можетъ апостольская вѣра Православной Церкви, сцементированная Апостольскимъ преемствомъ, быть единой съ разношерстнымъ разновѣріемъ либеральныхъ объединеній, не признающихъ догмата о Святой Троицѣ и отрицающихъ Божественное достоинство Господа Іисуса Христа, а между тѣмъ состоящихъ равноправными членами ВСЦ наряду съ православными? И какъ могутъ подобныя либеральныя объединенія претендовать на «полноту вселенскости», когда понятіе «вселенскость» идентично понятію «православность», а православность означаетъ исповѣданіе всецѣлой, полной Истины?!

Далѣе Поттеръ разсуждаетъ исключительно о двухъ таинствахъ — Крещеніи и Евхаристіи, якобы связующихъ названныя «церкви» межъ собой. Очевидно, какъ протестантъ, прочихъ таинствъ онъ не признаётъ. Но развѣ Православная Церковь можетъ ради компромисснаго соединенія съ еретиками отказаться отъ этихъ таинствъ? «Мы вѣруемъ», — пишетъ въ XVI вѣкѣ Константинопольскій патріархъ Іеремія II, — что жизнь во Христѣ зависитъ отъ таинствъ и отъ нихъ получаетъ свое начало» [168]. Дѣйствительно, какую бы жизнь во Христѣ имѣли бы мы безъ полноты церковныхъ Богоустановленныхъ таинствъ?! Отбросить таинство Мѵропомазанія — значитъ отвергнуть подаваемые въ немъ благодатные дары Св. Духа, наставляющіе насъ на правильную духовную жизнь и ведущіе ко спасенію. Отбросить таинство Покаянія (исповѣди) — значитъ не имѣть /с. 84/ прощенія грѣховъ священнослужителями, которымъ дана власть вязать и рѣшить (Мѳ. 18, 18).

Объ Евхаристіи Поттеръ говоритъ какъ о таинствѣ, «связующемъ церкви». Но какая Евхаристія можетъ быть у протестантовъ, которые не имѣютъ апостольскаго преемства и считаютъ Евхаристію не жертвой, освящающей насъ, а лишь воспоминаніемъ? Между тѣмъ Господь сказалъ вѣрующимъ въ Него: «Ядущій мою плоть и піющій Мою кровь имѣетъ жизнь вѣчную; и Я воскрешу его въ послѣдній день. Ибо плоть Моя истинно есть пища, и кровь Моя истинно есть питіе» (Ін. 6, 54-55). Православно вѣрующій стремится къ обоженію, къ участію въ Божественномъ естествѣ Христа Спасителя (2 Петр. 1, 4), что достигается не иначе какъ пріобщеніемъ въ таинствѣ ко Христу какъ Хлѣбу жизни, сшедшему съ небесъ и дающему жизнь міру (Ін. 6, 33). Протестантъ, не имѣя этого «Хлѣба жизни», лишь обольщаютъ себя воспоминаніемъ о Немъ. Какъ же можно православнымъ имѣть съ ними евхаристическое общеніе?

Наконецъ, Поттеръ упоминаетъ и о взаимномъ признаніи іерархій. Но спрашивается, какъ можно Православнымъ Церквамъ признать протестантскую «іерархію», еще при Лютерѣ порвавшую съ апостольскимъ преемствомъ? При такомъ признаніи сами православные лишились бы драгоцѣннаго дара апостольскаго преемства, которымъ опредѣляется сущность Православія!

Намѣченное прежнимъ генеральнымъ секретаремъ ВСЦ въ 1975 году пріобрѣло въ послѣднее время конкретную реализацію въ экуменическомъ документѣ, выработанномъ и принятомъ въ январѣ 1982 года на встрѣчѣ комиссіи «Вѣра и устройство» въ Лимѣ (Перу). Этотъ документъ «Крещеніе. Евхаристія. Служеніе», по-англійски сокращенно — БЕМ, а по-русски — КЕС, имѣетъ цѣлью выработать соглашеніе между всѣми «церквами» ВСЦ по вопросу о трехъ таинствахъ: Крещеніи, Евхаристіи и Священствѣ, причемъ послѣднее ловко подмѣняется болѣе общимъ терминомъ «Служеніе» (Ministry), очевидно, изъ-за щепетильнаго для протестантовъ вопроса объ апостольскомъ преемствѣ іерархіи, каковымъ они не обладаютъ, хотя осмѣливаются утверждать, будто разработанный въ Лимѣ документъ «основывается на апостольской вѣрѣ» [169]. Во II главѣ его прямо говорится: «Исповѣдуя совмѣстно апостольскую вѣру, церкви пришли бы къ полному и всецѣлому взаимному признанію крещенія, евхаристіи и служенія» [170]. Итакъ, въ КЕС содержатся основныя положенія раскритикованной выше статьи Поттера, и неудивительно поэтому, что на VI ассамблеѣ ВСЦ въ Ванкуверѣ въ 1983 году КЕС былъ предложенъ участвующимъ въ ВСЦ «церквамъ» для принятія.

/с. 85/ Самое печальное то, что, если реформатскія церкви отнеслись къ КЕС весьма сдержанно [171], среди православныхъ этотъ экуменическій документъ нашелъ себѣ сторонниковъ, занимающихъ весьма высокіе посты. Вселенскій Патріархъ Димитрій поспѣшилъ 3 марта 1983 года, еще до ассамблеи, выступить съ заявленіемъ, что въ указанномъ документѣ «Православная Церковь рада обнаружить множество положеній своего ученія» [172]. Странно, что первенствующій по чести іерархъ Православной Церкви обошелъ молчаніемъ важнѣйшую тему объ апостольскомъ преемствѣ, носителемъ котораго онъ является! Но «если же соль потеряетъ силу, то чѣмъ сдѣлаешь ее соленою?!» (Мѳ. 5, 13).

Цитируя хвалебныя слова Патріарха Димитрія, которыя, хотя и сказаны отъ имени Православной Церкви, совсѣмъ не обязательны для Православія, д-ръ Александръ Пападеросъ, грекъ съ Крита, который утратилъ всякую православную оріентацію, иронически противопоставляетъ ихъ предупрежденію, посланному четыре вѣка назадъ тюбингенскимъ лютеранскимъ богословомъ Константинопольскимъ Патріархомъ Іереміей II: «Идите своимъ путемъ и впредь о догматахъ къ намъ не пишите» [173]... (см. выше). «Въ отличіе отъ этого, — пишетъ Пападеросъ, — представительное экуменическое собраніе, состоявшееся въ Лимѣ (1982 г.), нашло выходъ въ новомъ обращеніи — на этотъ разъ ко всѣмъ церквамъ, — въ которомъ еще разъ поставленъ вопросъ о таинствахъ: крещеніи, евхаристіи и служеніи... Въ немъ нѣтъ разныхъ позицій, ибо благодаря единой согласованной волѣ (!) былъ принятъ единый конвергентный текстъ (см. объясненіе даннаго термина въ статьѣ «Сосуществованіе или конвергенція?» митрополита Никодима). Онъ предложенъ намъ къ общей нашей радости» [174]. Поводъ для радости авторъ видитъ въ основной идеѣ КЕС, которая, по его мнѣнію, «признается нынѣ всѣми, а именно, что принципіальное соглашеніе по вопросу о крещеніи, евхаристіи и служеніи... есть главное предварительное условіе видимаго единства Церкви... Итакъ, КЕС является однимъ изъ важнѣйшихъ этаповъ на пути къ видимому единству» [175].

Указывая, что «этотъ путь не прямая линія, а возвращеніе назадъ, чтобы продвинуться впередъ» (іезуитскій пріемъ!), авторъ съ видимымъ удовлетвореніемъ заявляетъ, что «тутъ отброшенъ — надѣемся окончательно — схоластическій (!) способъ мышленія — при помощи вопросовъ и отвѣтовъ... (такимъ способомъ, кстати, составлено большинство катехизисовъ Православной вѣры)... Кромѣ того, — продолжаетъ онъ, — отвергнуто "чистое", "объективное" и "научное" богословіе, хотя научные результаты въ общемъ признаются» [176]. Выдѣленныя три прилагательныхъ въ отношеніи къ отвергнутому КЕС богосло/с. 86/вію — три роковыхъ удара, которые Пападеросъ наноситъ самъ себѣ. Разъ КЕС порываетъ съ чистымъ богословіемъ Православія, то естественно, что онъ впадаетъ въ нечистое богословствованіе, т.-е. еретическое; разъ КЕС отходитъ отъ объективнаго богословія Божественной истины, то ясно, что онъ грѣшитъ субъективно-пристрастнымъ толкованіемъ истины; наконецъ, разъ КЕС не считается даже съ научно-академическимъ характеромъ богословія, то ВСЦ зря похваляется псевдонаучностью своихъ раціоналистическихъ построеній!

Наконецъ, чтобы придать нѣкій благочестивый оттѣнокъ своимъ разсужденіямъ, Пападеросъ заявляетъ, что «существенно тутъ не то, что церквамъ говорятъ богословы, а то, что говоритъ имъ Духъ» [177]. Послѣднія слова являются кощунственной пародіей на частое въ Откровеніи св. Іоанна Богослова выраженіе: «Имѣющій ухо да слышитъ, что Духъ говоритъ церквамъ» (Откр. 2, 7. 11; 3, 13). Этими словами Духъ Святый выражаетъ Божію волю и приговоръ надъ помѣстными церквами, составлявшими древнюю Христову Церковь.

Пападеросъ, отвергая критерій Православной истины въ богословіи, позволяетъ себѣ возвѣщать якобы отъ имени Бога экуменическія заблужденія и прикрываетъ ихъ именемъ «Духа». Св. апостолъ Іоаннъ Богословъ, однако, учитъ насъ: «Возлюбленные! не всякому духу вѣрьте, но испытывайте духовъ, отъ Бога ли они... По сему-то узнаемъ духа истины и духа заблужденія» (1 Ін. 4, 1. 6).

Этотъ «путь заблужденія» вдохновлялъ и опредѣлялъ выше изложенные планы достиженія «единства» лжемудрствующихъ и православно мудрствующихъ. Онъ же вдохновлялъ и составителей экуменическаго документа КЕС.

Б) Жалкое положеніе «православныхъ» экуменистовъ въ ВСЦ.

Пусть не думаютъ «православные» экуменисты, что, когда пробьетъ часъ объединенія, «Всемірный Совѣтъ церквей» будетъ особенно внимателенъ къ Православной Церкви, учтетъ ея догматы и каноны. Наоборотъ, все будетъ релятивизировано и принесено въ жертву всеобщему объединенію (отступленію)! Объ этомъ свидѣтельствуетъ уже нынѣшнее пренебрежительное отношеніе большинства западныхъ экуменистовъ къ притязаніямъ православныхъ быть носителями истины. Никто ихъ не признаётъ. Экуменическіе журналы разсматриваютъ всѣ церкви — включая и Православную Церковь — просто какъ историческія явленія, и больше ничего. Наряду съ прочими «церквами» Православная Церковь причислена къ относи/с. 87/тельнымъ цѣнностямъ. Д-ръ Лукасъ Фишеръ, бывшій предсѣдатель комиссіи «Вѣра и устройство» ВСЦ, предлагаетъ всѣмъ церквамъ (значитъ и Православной!) ради объединенія быть готовыми постоянно «умирать и воскресать»... [178].

Западные экуменисты видятъ въ православныхъ представителяхъ въ ВСЦ съ ихъ притязаніями, что истина — только въ Православіи, весьма странныхъ «собратьевъ», которые «что-то странное» влагаютъ въ уши ихъ (Дѣян. 17, 20). Еще въ 1937 г. на встрѣчѣ христіанскихъ «церквей» въ Эдинбургѣ просматривалось подобное отношеніе западныхъ представителей къ восточнымъ, отчего русскій зарубежный экуменистъ проф. Левъ Зандеръ писалъ: «Въ настоящее время экуменическое движеніе является все еще панъ-протестантской организаціей при участіи православныхъ, которые весьма чужды и экзотичны для прочихъ» [179].

Но, можетъ быть, подобное наблюдалось только въ 1930-е годы? Можетъ быть, съ тѣхъ поръ православные усилили свое вліяніе въ ВСЦ? Ничуть! И донынѣ протестантскій духъ экуменизма характеренъ для ВСЦ. Въ этомъ признавался даже такой ярый экуменистъ, какъ Митрополитъ Ленинградскій Никодимъ: «Для православнаго сознанія съ самаго начала было очевидно, что сотрудничество въ ВСЦ, а тѣмъ болѣе участіе въ немъ, неизбѣжно будетъ означать потопленіе въ стихіи протестантизма».

Въ ВСЦ православные сталкиваются съ полнымъ непониманіемъ со стороны протестантовъ, какъ это отмѣчаетъ Эдмундъ Шлинкъ: «Несомнѣнно, что неправославные христіане вообще проявляютъ слишкомъ мало усилій понять Православную Церковь» [180]. Болѣе того: они даже обвиняютъ ее въ томъ, что она упорствуетъ передъ «необходимостью обновленія» [181].

При такомъ отношеніи ВСЦ къ Православной Церкви «православнымъ» экуменистамъ нечего надѣяться на свое положительное вліяніе. Ихъ удостаиваютъ лишь снисходительныхъ улыбокъ, чая пріобщить къ духу протестантизма, что въ дѣйствительности и происходитъ.

Протестантамъ не нужно наше Православіе. Самое понятіе «Православіе» утратило для нихъ то глубокое догматическое значеніе, которое мы вкладываемъ въ него. Они не признаютъ наше Православіе тождественнымъ истинѣ, ибо, по ихъ мнѣнію, существуетъ множество «православій». Какъ уже отмѣчалось выше, протестанты безъ колебаній именуютъ монофизитскія церкви — восточно-православными, хитро играя на внѣшней разницѣ между словами «оріентальный» и «восточный», которыя, въ сущности, означаютъ одно и то же, съ явной цѣлью уравнять подлинное Православіе и ересь! Филиппъ Поттеръ недвусмысленно писалъ: «Продѣланныя въ послѣднія /с. 88/ десятилѣтія усилія ставили цѣлью глубже охватить различныя «ортодоксіи» (православія) въ экуменическомъ движеніи для ихъ взаимообогащенія и исправленія (!)... Стремясь представить міру общее свидѣтельство, мы обнаруживаемъ новыя, общія стороны вѣры, которыя позволяютъ намъ образовать болѣе полное православіе или исповѣданіе нашей вѣры» [182]. Какъ изъ этого текста явствуетъ, для экуменистовъ «Православіе» какъ таковое вовсе не существуетъ, а лишь вырабатывается!

По признанію д-ра Лукаса Фишера (бывш. руководителя «Вѣры и устройства» ВСЦ). протестанты не только не могутъ смириться съ притязаніемъ православныхъ, что только ихъ Церковь есть единственно истинная, но, слушая объ этомъ, откровенно раздражаются. А раздражаются они потому, что считаютъ свои протестантскія объединенія болѣе истинными, чѣмъ Православная Церковь. Въ свой чередъ и православные сердятся, реагируя на это раздраженіе [183], хотя дѣло идетъ къ постепенному нивелированію вѣроисповѣданій. Въ процессѣ этого «нивелированія» дорогая намъ Православная Церковь будетъ постепенно обезличиваться въ компаніи многочисленныхъ церквей въ ВСЦ, которыя всѣ будутъ признаны одинаково дѣйствительными, ибо экуменическое чувство «о взаимномъ уваженіи и принятіи всякаго какъ ученика Христа развивается все сильнѣе» [184]. Такимъ образомъ, наступитъ эра общееретической «уна санкта» — сверхъ-церкви, о которой мечтаютъ западные экуменисты!

О ней, къ сожалѣнію, начинаютъ уже поговаривать и вліятельные «православные» представители экуменизма. Напримѣръ, нынѣшній швейцарскій митрополитъ Дамаскинъ (представитель Константинопольскаго патріарха) заявилъ въ Сициліи въ январѣ 1975 года по случаю недѣли христіанскаго единства: «Настало время признать существованіе "церкви внѣ Церкви" во всей ея полнотѣ, единство которой состоитъ въ сущности вѣры, однако безъ ликвидаціи или релятивизаціи нашего собственнаго экклезіологическаго подхода» [185]. Послѣднія слова этой ужасной фразы должны, вѣроятно, успокоить православныхъ христіанъ, будто останется нетронутымъ ихъ пониманіе Церкви. Въ сущности это лишь уловка, ибо въ другомъ мѣстѣ митрополитъ Дамаскинъ заявилъ въ связи съ діалогомъ съ католиками: «При двустороннихъ и многостороннихъ нашихъ діалогахъ не слѣдуетъ ожидать, чтобы другая сторона перестала быть тѣмъ, что она есть; ее надо признать какъ данность» [186]. Слѣдовательно, наряду съ православнымъ экклезіологическимъ ученіемъ митрополитъ Дамаскинъ признаётъ въ качествѣ равноцѣннаго всякое другое, даже самое еретическое пониманіе Церкви, вродѣ «церкви внѣ Церкви».

/с. 89/ Но разъ эта новая, неизвѣстная намъ изъ исторіи «церковь» не есть Православная Церковь, а находится внѣ ея предѣловъ, то она не можетъ быть ничѣмъ инымъ, кромѣ «сатанинскаго сборища», о которомъ говорится въ Апокалипсисѣ св. Іоанна Богослова (2, 9; 3, 9). Это и есть «церковь лукавнующихъ» (Пс. 25; 5), которою діаволъ стремится подмѣнить истинную Церковь Христову! О ней читаемъ въ Толковой Псалтири: «Богъ гнушается нечестиваго сборища всѣхъ еретиковъ и лишаетъ ихъ покоя Своей благодати по причинѣ ихъ нераскаянности» [187]. Да хранитъ насъ Господь отъ участія въ этой «церкви лукавнующихъ» и отъ подготавливающихъ ее темныхъ экуменическихъ силъ!

Упоминаемые выше англиканскіе, протестантскіе и римо-католическіе богословы, которые объективно признали, что одна Православная Церковь не измѣнила истинѣ, оставшись ей непоколебимо вѣрна, представляютъ лишь отдѣльныхъ безпристрастныхъ ученыхъ. Какъ бы они ни радовали насъ своими заявленіями, они не могутъ повліять на преобладающія въ экуменическихъ кругахъ настроенія, антиправославныя по своей сути. Даже увеличеніе числа представителей помѣстныхъ Православныхъ церквей въ ВСЦ не приведетъ инославныхъ къ истинѣ, если будетъ отсутствовать добрая воля съ ихъ стороны. Количественное «усиленіе» православныхъ будетъ лишь содѣйствовать погибели еще большаго числа православныхъ душъ. Въ нашу антихристову эпоху сатана уже развязанъ и ему попущено обольщать всю вселенную (Откр. 12, 9; 20, 7). «Тайна беззаконія уже въ дѣйствіи» (2 Ѳес. 2, 7). Явнымъ становится отступленіе тѣхъ, кто «не приняли любви истины для своего спасенія», но возлюбили неправду (2 Ѳес. 2, 10, 12).

Безпочвенны предположенія, что когда-нибудь всѣ еретическія общества пріобщатся къ единой истинной, неизмѣнной съ древности и донынѣ, Христовой Церкви. Протестанты, для которыхъ Православіе — чуждое и экзотичное явленіе, верховодятъ, царятъ и правятъ въ ВСЦ, а православные участники при сотрудничествѣ на экуменической почвѣ обязаны къ нимъ подлаживаться, жертвуя сегодня канонами, запрещающими совмѣстную молитву и общеніе съ еретиками, чтобы завтра, при новомъ, перевоспитанномъ въ экуменическомъ духѣ поколѣніи, начать уступать въ православныхъ догматахъ!

В) Первыя отступленія отъ догматовъ.

Въ послѣднее время православные экуменисты все энергичнѣе настаиваютъ на отступленіи отъ догматовъ въ качествѣ безусловной необходимости ради преодолѣнія раздѣленій. Въ своемъ докладѣ на Московскомъ совѣщаніи 1948 года «Экуменическое движеніе и Православная Церковь» проф. прот. /с. 90/ І. Команъ говорилъ, что на экуменическихъ встрѣчахъ часто подчеркивается, будто «въ христіанствѣ есть существенная реальность, посредствомъ которой мы можемъ объединиться, и имѣются второстепенныя реальности, которыя насъ раздѣляютъ. Эта существенная реальность — жизнь, душевная преданность Христу и братская взаимопомощь. Второстепенныя же реальности — догматы, богослуженіе и церковныя организаціи» [188].

Итакъ, экуменизмъ считаетъ догматы чѣмъ-то второстепеннымъ. Этотъ растленный духъ незамѣтно проникаетъ въ сознаніе участниковъ экуменическаго движенія и уже начинаетъ приносить свои плоды. Мы лично знакомы съ «православными» экуменистами, которые считаютъ, что Православію надо бы принять западное лжеученіе о «филіокве» ради экуменическаго объединенія. Среди нихъ былъ покойный митрополитъ Ленинградскій Никодимъ. Самый выдающійся экуменистъ изъ первоіерарховъ — покойный Константинопольскій Патріархъ Аѳинагоръ откровенно заявилъ, что во имя объединенія съ западными христіанами готовъ «оставить имъ ихъ филіокве» [189]. Подобное предательское заявленіе тѣмъ болѣе жалко и безсмысленно, что въ послѣднее время нѣкоторые римо-католическіе богословы начинаютъ отказываться отъ «филіокве». Напримѣръ, іезуитъ Поль Анри пишетъ: «Время благопріятствуетъ исчезновенію "филіокве" изъ Сѵмвола вѣры... Я считаю "филіокве" полу-истиною, т.-е. полу-ересью» [190].

Въ дѣйствительности же «филіокве» — это не только полу-ересь, а откровенная ересь, принципіально искажающая догматъ о Святой Троицѣ внесеніемъ въ него двойственнаго и разрушительнаго элемента. Чтобы убѣдиться въ еретичности ученія о «филіокве», достаточно краткаго историческаго обзора.

Вся древняя Церковь — какъ восточная, такъ и западная — всегда учила на основѣ Священнаго Писанія (Ін. 15, 26), что Св. Духъ предвѣчно исходитъ только отъ Отца, Который есть единственное начало въ лонѣ Святой Троицы. Мнѣніе, будто Св. Духъ исходитъ «и отъ Сына», превращаетъ Сына во второе начало наряду съ Отцомъ и вноситъ раздѣленіе въ Св. Троицу. Ученіе Православной Церкви выражено въ Никео-Цареградскомъ Сѵмволѣ вѣры: «Вѣрую... и въ Духа Святаго, Господа Животворящаго, Иже отъ Отца исходящаго». Неизмѣняемость этого Сѵмвола вѣры твердо опредѣлена важными канонами нѣсколькихъ Вселенскихъ Соборовъ (II, 1; III, 78; IV, 1).

Несмотря на это, Западная церковь внесла въ неизмѣняемый Сѵмволъ вѣры ученіе объ исхожденіи Святого Духа и «отъ Сына» (филіокве), появившееся въ V вѣкѣ какъ частное мнѣніе на Западѣ. Подъ политическимъ нажимомъ Франкской /с. 91/ имперіи это невѣрное ученіе было принято сперва въ Испаніи, а потомъ распространилось по всему Западу. Римская церковь въ лицѣ православныхъ папъ (напримѣръ, Льва III) долго придерживалась древняго общецерковнаго догмата и лишь въ началѣ XI вѣка (1014 г.) оффиціально признала ученіе о «филіокве». Затѣмъ это лжеученіе по традиціи перешло къ протестантамъ. Его догматическая невѣрность, создающая двуначаліе у Тріединаго Бога, прекрасно доказана св. Фотіемъ, Патріархомъ Константинопольскимъ (IX в.), и св. Маркомъ, Митрополитомъ Ефесскимъ (XV в.), и ученіе о «филіокве» всегда считалось ересью.

Несмотря на это, въ наше время въ видныхъ православныхъ инстанціяхъ выдвигается идея отступленія по этому важному догматическому вопросу для облегченія сближенія церквей. Проявляющіе легкомысленную готовность къ догматическимъ отступленіямъ очевидно нисколько не смущаются тѣмъ, что они вступаютъ въ конфликтъ со св. отцами, боровшимися до послѣдняго съ этимъ лжеученіемъ, со Вселенскими Соборами, защищавшими неприкосновенность Сѵмвола вѣры, а болѣе всего — съ Самимъ Господомъ Іисусомъ Христомъ, Который открылъ намъ, что Святой Духъ исходитъ отъ Отца (Ін. 15, 26)!

Константинопольскій патріархъ Аѳинагоръ, который первымъ выдвинулъ предложеніе объ уступкѣ въ вопросѣ о «филіокве», не могъ говорить отъ имени всего Православія, ибо онъ не олицетворялъ Вселенскую Христову Церковь. Начиная съ 20-хъ годовъ нашего вѣка Константинопольская патріархія стала вносить въ Православіе духъ разложенія, и потому, несмотря на формальное «первенство чести», она не можетъ претендовать на глашатая Православія. Изъ нея въ 1920 г. вышло злополучное посланіе ко «всѣмъ христіанскимъ церквамъ, находящимся во всемъ мірѣ», гдѣ провозглашалась возможность взаимнаго общенія разныхъ «христіанскихъ церквей» при догматическихъ различіяхъ между ними! Вышла пагубная календарная реформа, провозглашенная «всеправославнымъ конгрессомъ» 1923 года. Наконецъ, Патріархъ Аѳинагоръ самочинно снялъ въ декабрѣ 1965 года наложенную еще въ 1054 году на Римскую церковь анаѳему, чѣмъ — по личному свидѣтельству приснопамятнаго Іерусалимскаго Патріарха Венедикта (ум. 1980 г.) — нанесъ страшный ударъ Православію къ пользѣ папизма.

Мнѣніе патріарха Аѳинагора относительно «филіокве» подало дурной примѣръ неустойчивымъ православнымъ богословамъ, которые стали считать, что «филіокве» не есть ересь. На страницахъ православнаго журнала «Вѣстникъ Русскаго западно-европейскаго патріаршаго Экзархата» возникла дискуссія о «филіокве» между двумя европейцами, при/с. 92/нявшими Православіе. Въ своей статьѣ «Схизма между христіанскимъ Востокомъ и Западомъ и попытки соединенія въ Средніе вѣка», напечатанной въ указанномъ журналѣ (1971, № 73-74), Оливье Клеманъ, увлеченный ошибочнымъ пониманіемъ единства Церкви въ духѣ экуменизма, опасно искажаетъ ясное православное ученіе о Св. Троицѣ, полностью исключающее западное лжеученіе о «филіокве», и проводитъ мысль, что ради сближенія съ инославными стóитъ нѣсколько уступить лжеученію о вѣчномъ исхожденіи Св. Духа «и отъ Сына».

Это предложеніе основательно встревожило голландскаго православнаго монаха (нынѣ — іеромонаха) Иларіона (ванъ Эпенхойзена), который раскритиковалъ догматическія отступленія Оливье Клемана, противопоставивъ имъ цитаты изъ французскаго труда проф. Владиміра Лосскаго «По образу и подобію Божію» (Парижъ, 1976). Въ началѣ своей статьи, помѣщенной въ томъ же журналѣ, о. Иларіонъ отмѣчаетъ, что Оливье Клеманъ «находится подъ сильнымъ вліяніемъ патріарха Аѳинагора, который своимъ поведеніемъ какъ будто хочетъ доказать, что надо жертвовать богословіемъ въ угоду экуменическому сближенію». Это предположеніе подтвердилось очень скоро — въ слѣдующемъ 1972 году Оливье Клеманъ по случаю смерти Аѳинагора опубликовалъ отдѣльной книгой свои бесѣды съ нимъ.

Экуменизмъ дѣйствуетъ весьма хитро. Осторожно готовя уничтоженіе истины, онъ подкидываетъ идею о дѣленіи догматовъ на существенные и «несущественные». Послѣдними-де можно пожертвовать ради сохраненія въ вѣрѣ «существеннаго». Такъ думаетъ, напримѣръ, профессоръ догматическаго богословія Ленинградской Духовной академіи прот. Ливерій Вороновъ, который прямо называетъ нынѣшнихъ Послѣдователей дохалкидонскаго исповѣданія, осужденнаго на IV Вселенскомъ Соборѣ, какъ еретическое, «православными по существу»! Онъ разсуждаетъ о якобы «второстепенныхъ вопросахъ вѣры» и рекомендуетъ для облегченія процесса взаимнаго ознакомленія съ этими «православными по существу» идти «черезъ тщательное разграниченіе вселенски обязательныхъ догматовъ (necessaria) отъ прочихъ истинъ вѣроученія, относящихся къ разряду dubia» [191]. Дѣленіе догматическихъ положеній на «вселенски обязательные догматы» и на «второстепенные вопросы вѣры», куда о. Ливерій включилъ и вопросъ о вѣчномъ исхожденіи Св. Духа отъ Отца [192], демонстрируетъ вліяніе на «православнаго» богослова со стороны антиправославныхъ тенденцій.

Названный богословъ совершилъ великій грѣхъ противъ православной догматики, отнеся нѣкоторыя истины вѣроученія въ разрядъ «сомнительныхъ» — dubia, хотя онѣ, будучи предме/с. 93/томъ церковнаго вѣроученія, являются, безъ сомнѣнія, Богооткровенными истинами: если же онѣ сомнительны, то имъ не мѣсто среди вѣроучительныхъ истинъ. Но говорить о «сомнительныхъ» истинахъ вѣроученія — значитъ распространять въ области вѣроученія гибельную бациллу сомнѣнія, что менѣе всего подобаетъ профессору православнаго догматическаго богословія.

Св. Викентій Лиринскій пишетъ въ своемъ «Напоминаніи»: «Если разъ дать волю нечестивой неправдѣ.., ужасаюсь сказать, какая страшная опасность послѣдуетъ отъ разрушенія и уничтоженія вѣры. Если отбросить какую-либо часть вселенской истины, то, какъ бы по привычкѣ, постепенно станутъ отбрасывать одну за другою и остальныя ея части. А затѣмъ, послѣ отбрасыванія частей въ отдѣльности, что же послѣдуетъ наконецъ какъ не полное отверженіе цѣлаго?!» [193].

То, чего такъ опасался св. Викентій Лиринскій, начинаетъ сбываться въ наши дни, причемъ въ страшныхъ размѣрахъ, ибо разлагающее вліяніе экуменизма на Православіе захватило не только отдѣльныхъ богослвовъ, но и высшія церковныя власти помѣстныхъ церквей, которыя повязаны членствомъ въ ВСЦ. Не надо забывать, что постановленія III ассамблеи ВСЦ, во время которой помѣстныя православныя церкви сдѣлались членами ВСЦ, предусматриваетъ объединеніе всѣхъ христіанскихъ исповѣданій не иначе какъ путемъ уступокъ многихъ церковныхъ положеній. Въ третьемъ постановленіи ясно говорится, что достиженіе единства связано «со смертью и возрожденіемъ многихъ извѣстныхъ намъ формъ церковной жизни». Въ этомъ же духѣ высказывался д-ръ Лукасъ Фишеръ въ вышеприведенномъ требованіи къ церквамъ быть готовыми «постоянно умирать и воскресать». Для насъ очевидно, что чаемое экуменизмомъ отмираніе формъ церковной жизни является зловѣщимъ предвѣстіемъ разрушенія православныхъ каноновъ и догматовъ!

Г) «Стойте и держите преданія!» (2 Ѳес. 2, 15).

Лѣтомъ 1968 года упомянутый д-ръ Фишеръ въ докладѣ на экуменическомъ съѣздѣ подчеркнулъ, что «однимъ изъ главныхъ препятствій на пути къ церковному единству является крѣпкая привязанность церквей къ ихъ прошлому, къ исторической традиціи». Деликатно, но откровенно сдѣланъ намекъ на то, что и Православная Церковь ради экуменическаго единства должна порвать со Священнымъ Преданіемъ, т.-е. съ канонами и догматами, порвать — по восходящей іерархіи — со св. отцами, со св. апостолами, съ Самимъ Господомъ нашимъ Іисусомъ Христомъ, что равносильно самоуничтоженію Православія!

/с. 94/ Св. апостолъ Павелъ властно указываетъ: «Стойте и держите преданія, которымъ вы научены или словомъ, или посланіемъ нашимъ!» (2 Ѳес. 2, 15). «Слово» — это устное преданіе, а «посланіе» — это Преданіе, записанное въ Священномъ Писаніи. Ап. Павелъ ставитъ то и другое одинаково высоко. Знаменательно слово: «Стойте!», которое означаетъ: не двигайтесь ни вправо, ни влѣво! Твердо и непоколебимо пребывайте въ преданіяхъ! Держитесь ученія, не допуская въ немъ никакихъ измѣненій, какъ сказано объ этомъ еще въ Ветхомъ Завѣтѣ: «Не передвигай старыхъ межей, проведенныхъ твоими отцами» (Притч. 22, 28).

Эта же мысль высказана св. апостоломъ Павломъ и въ другихъ мѣстахъ, напримѣръ: «О, Тимоѳей! храни преданное тебѣ» (1 Тим. 6, 20). Св. Викентій Лиринскій такъ объясняетъ эти слова: «Храни Преданіе! Что же такое Преданіе? — То, что ввѣрено тебѣ, а не то, что тобою изобрѣтено; то что ты принялъ, а не то, что выдумалъ; ...то, чего ты долженъ быть хранителемъ, а не изобрѣтателемъ; послѣдователемъ, а не основателемъ» [194].

Нынѣ экуменическіе дѣятели требуютъ отъ Православной Церкви оставить переданное ей св. апостолами и св. отцами — составляющее ея священную традицію, ея вѣковые устои — догматы и каноны. Бывшій генеральный секретарь ВСЦ д-ръ Виссертъ-Хуфтъ въ проповѣди на тему «Се, творю все новое» совершенно откровенно заявляетъ, что въ будущей экуменической «церкви» ни у кого не будетъ «отдѣльной границы для своего исповѣданія», что войти въ нее «затруднительно съ точки зрѣнія оффиціальныхъ критеріевъ» (т.-е. догматовъ и каноновъ) и что «церкви, не желающія согласиться на обновленіе, не смогутъ служить экуменическому дѣлу» [195].

Но если старые вожди экуменизма выражаются довольно осторожно, то ихъ молодые воспитанники смѣлѣе призываютъ посягать на священные устои Церкви. Стефанъ Роузъ во вступительной статьѣ, въ журналѣ «Рискъ» (!), основанномъ имъ въ 1967 году при молодежномъ отдѣлѣ ВСЦ, пишетъ: «Намъ нужно нѣсколько дерзкихъ грѣшниковъ, которые засучили бы рукава, чтобы... сдвинуть съ мѣста церковныя структуры (т.-е. догматы и каноны) и сформировать міровое сознаніе!» [196].

«Дерзкій грѣшникъ» нашелся въ лицѣ бывш. генеральнаго секретаря ВСЦ д-ра Поттера, который въ августѣ 1973 года по случаю 25-лѣтняго юбилея ВСЦ открыто заявилъ, что ради экуменическаго единства мы должны быть готовы къ «отмиранію косныхъ историческихъ установленій и структуръ, которыя (якобы!) мѣшаютъ Божьему замыслу въ отношеніи къ Его народу (!)... Въ этомъ процессѣ, — продолжаетъ Поттеръ, — мы /с. 95/ не должны непремѣнно стремиться къ поиску согласія. Важно не единодушіе, а общеніе при сотрудничествѣ и въ спорахъ, сопровождаемое иногда взаимнымъ корректированіемъ и совмѣстнымъ причащеніемъ» [197].

Итакъ, протестантскій экуменизмъ претендуетъ на реализацію, якобы Божьяго замысла, но реализуетъ его по-антихристовски, призывая къ измѣнѣ церковнымъ установленіямъ и структурамъ, отрицая необходимость единодушія въ вѣрѣ и призывая всѣхъ своихъ членовъ къ общему причащенію! Все это совершенно недопустимо для православныхъ христіанъ, которые прекрасно знаютъ, что единодушіе въ правомъ ученіи есть необходимѣйшее предварительное условіе для участія въ благодатной жизни Церкви и, въ частности, для допущенія ко Святому Причащенію. Св. апостолъ Лука свидѣтельствуетъ, что «всѣ они были единодушно вмѣстѣ» (Дѣян. 2, 1) и что вѣрующіе «постоянно пребывали въ ученіи Апостоловъ, въ общеніи и преломленіи хлѣба и въ молитвахъ» (2, 42). Какъ видимъ, вначалѣ подчеркнуто пребываніе въ исповѣданіи апостольскаго ученія, а затѣмъ, какъ слѣдствіе, — участіе въ Причащеніи и молитвахъ. На основаніи Свящ. Писанія и Свящ. Преданія св. Православная Церковь всегда соблюдала подобный благодатный порядокъ — требовала сперва согласія и единодушія въ ученіи, т.-е. въ догматахъ и въ канонахъ, а потомъ уже допускала вѣрующихъ къ причащенію отъ единой Чаши.

Экуменизмъ, наоборотъ, ставитъ на первое мѣсто «причащеніе», отодвигая на второй планъ разсмотрѣніе догматическихъ различій и споровъ. Этимъ ВСЦ фактически узакониваетъ беззаконіе, т.-е. «причащеніе» правовѣрующихъ съ кривовѣрующими, не требуя отъ нихъ единодушія и покорности истинѣ, чего столь энергично требовали св. апостолы (Рим. 2, 8; 14, 25; Гал. 3, 1; 1 Петр. 1, 22). Такой практики св. Церковь не знаетъ — она полностью отвергнута, какъ порочная и недопустимая!

Для ВСЦ, конечно, непріемлемо указанное церковное Преданіе, мѣшающее осуществленію антиправославныхъ плановъ. Чтобы подорвать ревность Православной Церкви къ соблюденію Священнаго Преданія, протестантскій экуменизмъ начинаетъ толковать о «множествѣ преданій». По его мнѣнію, каждое церковное объединеніе имѣетъ свое преданіе. И всѣ эти «преданія» объявлены равноцѣнными и равнозначными. При столь ловкой подмѣнѣ и нивелированіи множества «преданій» Священное Преданіе Православной Церкви уже не имѣетъ въ глазахъ экуменистовъ никакого преимущества надъ «преданіями» иныхъ «церквей».

Новоизобрѣтенная доктрина о Преданіи и «преданіяхъ» находится въ полномъ противорѣчіи съ вѣковымъ православно-/с. 96/церковнымъ пониманіемъ Священнаго Преданія, такъ хорошо изложеннымъ и защищеннымъ приснопамятнымъ Митрополитомъ Московскимъ Филаретомъ. По его словамъ, «истинное и святое Преданіе — не только видимая и словесная передача ученій, правилъ, постановленій, обрядовъ, но также и невидимое и дѣйственное сообщеніе благодати и освященія» [198]. Истинное Преданіе возможно поэтому только въ Церкви, гдѣ непрестанно струится благодать Св. Духа, раскрывающая истину и наставляющая на нее [199].

Въ связи съ этимъ Церковь ревниво оберегаетъ свое Священное Преданіе отъ смѣшенія съ человѣческими, ошибочными и пагубными преданіями (ср. Кол. 2, 8). Голосъ Церкви ясно звучитъ въ ея Богослужебныхъ книгахъ, гдѣ можно прочесть: «Не подобаетъ приложити или оставити что священнаго преданія Православныя нашея вѣры, въ нейже бо вѣрно крестихомся. А иже преложители сея вѣры въ правду предани будутъ прещенію проклятія!» (16 іюля, Память св. Отцевъ Шести Вселенскихъ Соборовъ, канонъ, пѣснь 9, стихъ 1).

Ставя передъ собой задачу: подорвать церковныя структуры и «сформировать міровое сознаніе», протестантскіе экуменисты дерзаютъ навязывать св. Православной Церкви свой подходъ. Вотъ почему такъ опасно Помѣстнымъ православнымъ церквамъ участвовать въ ВСЦ въ качествѣ его членовъ. Какъ будетъ показано ниже, ВСЦ постепенно начинаетъ требовать отъ своихъ членовъ дисциплинарнаго подчиненія для достиженія своихъ экуменическихъ цѣлей, ничего общаго не имѣющихъ съ идеаломъ вѣрующаго православнаго христіанина — вѣчнымъ спасеніемъ души (Мѳ. 16, 26; 1 Петр. 1, 9). Ссылаясь на декларацію VI ассамблеи ВСЦ, въ которой говорится, что теперь открывается «новая страница въ исторіи» [200], генеральный секретарь ВСЦ Поттеръ въ письмѣ отъ 11.Х. 1983 г. къ Патріарху Московскому и Всея Руси Пимену напоминаетъ ему о «связывающемъ насъ договорѣ и завѣтѣ (engagement and testament)» (?!..) [201]

Согласно предсказаніямъ Спасителя и св. апостоловъ, міръ движется не къ покаянію, а къ утратѣ вѣры (Лк. 18, 8), не къ принятію истины, а ко все большему отступленію отъ нея (2 Ѳес. 2, 2-12), чѣмъ и подготавливаются времена грядущаго антихриста, влекущаго къ вѣчной погибели. Отъ этой погибели вѣрующіе могутъ спастись не экуменизмомъ, а лишь посредствомъ глубокаго покаянія въ своихъ нравственныхъ грѣхахъ, отказа отъ лжеученій и возвращенія къ Богооткровенной истинѣ, которую мы должны хранить и оберегать какъ зѣницу ока, согласно увѣщанію Слова Божія: «Вспомни, что ты принялъ и слышалъ (Божественное Преданіе), и храни и покайся!» (Откр. 3, 3).

/с. 97/ Сама по себѣ Божественная истина, правда, насъ не спасетъ, если мы не претворимъ ее въ дѣло. Приводя святоотеческую мысль: «Что пользы благочествовать вѣрою и нечествовать жизнью?», св. Симеонъ Новый Богословъ перефразируетъ ее: «Что пользы вѣровать право, а жить беззаконно?» [202]. Эта мысль основана на Словѣ Божьемъ, ибо Спаситель говоритъ: «Не всякій, говорящій Мнѣ: «Господи! Господи!» войдетъ въ Царство Небесное, но исполняющій волю Отца Моего небеснаго... Отойдите отъ Меня, дѣлающіе беззаконіе!» (Мѳ. 7, 21, 23). Духовное знаніе само по себѣ не спасаетъ, если оно не связано съ исполненіемъ. Но изъ этой аксіомы нельзя дѣлать выводъ, будто неважно, какъ вѣруешь, а важно — какъ живешь. Важно то и другое. Просвѣщенному православному христіанину понятно, что правильная богоугодная жизнь невозможна безъ правильной вѣры. Нельзя оспаривать значеніе догматическихъ истинъ въ дѣлѣ спасенія. Самъ Спаситель говоритъ въ Первосвященнической молитвѣ къ Богу Отцу: «Сія же есть жизнь вѣчная, да знаютъ Тебя, Единаго истиннаго Бога, и посланнаго Тобою Іисуса Христа» (Ін. 17, 3). О св. ап. Іоаннѣ Богословѣ, называемомъ апостоломъ любви, сказано въ его службѣ: «...яко полнъ сый любве, полнъ бысть и богословія» (Вечерня, 26 сентября, слава на «Господи воззвахъ»).

Въ свѣтѣ Божественнаго откровенія видно, что не всякое «доброе» дѣло угодно Богу, ибо оно можетъ вдохновляться грѣховными побужденіями. Лишь правильная Православная вѣра учитъ правильному міросозерцанію и, слѣдовательно, правильному добродѣланію. «Безъ вѣры угодить Богу невозможно» (Евр. 11, 6). Въ мірѣ безвѣрія и кривовѣрія правильная вѣра настолько существенна, что тотъ, кто сохранитъ ее въ своей душѣ отъ противныхъ богоборческихъ вѣтровъ современности, тотъ будетъ спасенъ ею при всѣхъ роковыхъ испытаніяхъ, грядущихъ на міръ сей, и особенно на Страшномъ судѣ Христовомъ, согласно обѣщанію Самого Господа: «И какъ ты сохранилъ слово терпѣнія Моего, то и Я сохраню тебя отъ годины искушенія, которая придетъ на всю вселенную, чтобы испытать живущихъ на землѣ!» (Откр. 3, 10). Это же означаютъ слова Христа Спасителя: «всякаго, кто исповѣдуетъ Меня предъ людьми, того исповѣдаю и Я предъ Отцемъ Моимъ Небеснымъ» (Мѳ. 10, 32).

Чтобы достигнуть спасенія правой вѣрой, вѣрующій долженъ слѣдить за ея чистотой и оберегать ее отъ искаженій. Свт. Ѳеофанъ Затворникъ говоритъ: «Вѣра, будучи неземнаго происхожденія, не можетъ подлежать участи земныхъ измѣненій. Въ ней ничего нельзя отмѣнить или перемѣнить: ни въ исповѣданіи, ни въ правилахъ жизни, ни въ образѣ совершенія таинствъ, ни въ чинѣ и устройствѣ церковномъ. Святая вѣра /с. 98/ наша во всемъ своемъ составѣ есть врачебница наша, содержащая всякаго рода врачевства для всѣхъ немощей нашихъ. Но какъ вещественныя лѣкарства тогда только бываютъ сильны, когда содержатъ всѣ требуемые рецептомъ составы; такъ и святая вѣра наша тогда только бываетъ для насъ цѣлительна, когда мы хранимъ ее во всей цѣлости безъ всякихъ отмѣнъ и измѣненій. Отнимите у лѣкарства какой-нибудь составъ или замѣните его другимъ, оно потеряетъ всю врачебную силу. Отнимите что-нибудь и въ составѣ Вѣры и Церкви, или прибавьте (напримѣръ, «филіокве»), или измѣните, или преобразуйте, — она перестанетъ уже быть для васъ цѣлительною и спасительною. Безъ цѣлости ея намъ нѣтъ спасенія. Потому Самъ Господь хранитъ ее какъ зѣницу ока. Пусть въ мірѣ все движется и измѣняется, — святая Вѣра наша пребываетъ и пребудетъ неизмѣнною!.. Знаетъ врагъ нашего спасенія, что вся сила и цѣлительность вѣры зависитъ отъ ея неизмѣнности или этой рѣшительной неподвижности, и потому всячески покушается ввести и ее въ потокъ человѣческихъ измѣненій: возбуждаетъ ереси, раздражаетъ суемудріе... — все употребляетъ, чтобы ввести какія-нибудь перемѣны въ ея Божественномъ устройствѣ и тѣмъ уничтожить и силу ея» [203].

Въ своемъ словѣ по случаю 50-лѣтія юбилея Петербургской Духовной академіи св. епископъ Ѳеофанъ, какъ ректоръ этой Академіи, ярко подчеркиваетъ основное различіе между Богооткровенной истиной и человѣческимъ научнымъ знаніемъ: «Человѣческія ученія все стремятся къ новому, растутъ, развиваются, — и естественно: ибо они не имѣютъ истины, а только ищутъ ее... Для насъ же и истина, и пути къ истинѣ опредѣлены однажды навсегда. Мы обладаемъ истиною, и весь трудъ у насъ обращается на усвоеніе, а не на открытіе ея. — Тамъ стало закономъ: впередъ, впередъ! — А относительно нашего ученія свыше изречено: "Стойте... неподвижни пребывайте!" (ср. 2 Ѳес. 2, 15). — Если что остается намъ, то только утверждаться и утверждать другихъ. Въ этомъ отношеніи и нашему ученію свойственно движеніе — расширеніе; но не въ области истины, а въ области обладаемыхъ истиною и покорныхъ ей. Нашъ долгъ всякому новому поколѣнію среди насъ сообщать и внушать истину Божію!» [204].

Таково православное отношеніе къ Богооткровенной истинѣ. Она дана разъ и навсегда (Іуда, 17, 3). Она — неизмѣняема. Отъ нея ничего нельзя отнять (Откр. 22, 19) и ничего нельзя къ ней прибавлять (Гал. 1, 8). Мы должны жить сообразно съ нею и ея предписаніями (Мѳ. 7, 24), ибо «а кто сотворитъ и научитъ, сей великій наречется въ Царствѣ Небесномъ» (Мѳ. 5, 19).

/с. 99/ Этого православнаго взгляда на истину экуменизмъ не раздѣляетъ. Онъ не цѣнитъ ее какъ спасительную, а пытается умалить, внѣдряя компромиссные взгляды среди своихъ сторонниковъ черезъ проповѣдь о «подвижкѣ церковныхъ структуръ», что равносильно измѣнѣ! Ленинградскій митрополитъ Никодимъ былъ самъ экуменистомъ, но отмѣчалъ «тотъ печальный съ православной точки зрѣнія фактъ, что въ пересмотрѣнной Конституціи ВСЦ, гдѣ много вниманія удѣляется перечисленію функцій этого органа, ничего не говорится объ единствѣ вѣры какъ цѣли экуменическаго движенія» [205]. Экуменизмъ пытается реализовать объединеніе не на основѣ Православной истины, а на развалинахъ Православія! Но такое «объединеніе» не можетъ быть угодно Богу, "Который хочетъ, чтобы всѣ люди спаслись и достигли познанія истины" (1 Тим. 2, 4).

Провозглашаемый на конференціяхъ и ассамблеяхъ экуменическій миръ оказывается нереальнымъ и безблагодатнымъ. Подобный миръ отвергаютъ св. отцы. По словамъ св. Іоанна Златоуста: «Миръ я разумѣю не тотъ, что состоитъ въ пустомъ привѣтствіи и общеніи трапезъ, но миръ по Богѣ, происходящій отъ духовнаго единенія. Это-то единеніе многіе теперь расторгаютъ, когда, по неразумной ревности, уничижая наши постановленія и придавая большую важность іудейскимъ, считаютъ іудеевъ учителями, заслуживающими бóльшаго довѣрія, чѣмъ наши отцы» [206].

Св. Максимъ Исповѣдникъ (662 г.), бывшій свидѣтелемъ страшныхъ еретическихъ новшествъ и позорныхъ компромиссовъ въ вѣрѣ якобы ради мира, произнесъ знаменательныя слова передъ царскими посланниками, пришедшими къ нему въ заточеніе въ Визіи, чтобы склонить на уступки въ пользу моноѳелитской ереси: «изслѣдуя явившіяся въ наши времена новшества, мы находимъ, что они достигли крайней степени зла. Смотрите, какъ бы, подъ предлогомъ мира, мы не оказались зараженными тѣмъ отступленіемъ, о которомъ Божественный апостолъ сказалъ (2 Ѳес. 2, 3-4), что оно будетъ предтечей антихристова пришествія!» [207]. Какъ актуально звучатъ эти слова великаго исповѣдника, до крови пострадавшаго за Православіе! Компромиссы въ области вѣры, предпринимаемые во имя любыхъ земныхъ «идеаловъ», никогда не приводили къ добрымъ результатамъ, ибо они являются тяжкимъ грѣхомъ противъ открытой намъ Богомъ спасительной Истины.

/с. 100/

Д) Св. Викентій Лиринскій за неизмѣнность вѣры [208].

Согласно идеологіи экуменизма, религія должна служить человѣчеству для достиженія его земныхъ цѣлей, тогда какъ, по словамъ св. Викентія Лиринскаго: «Нашъ долгъ — слѣдовать за религіей туда, куда она насъ ведетъ, а не вести религію куда намъ хочется» [209]; «Мы должны крайне бояться тяжкаго грѣха измѣны вѣрѣ и нарушенія Православія!» [210]. «Возвращать православнымъ христіанамъ то, чего они раньше не приняли, никогда не разрѣшалось, не разрѣшается и не будетъ разрѣшаться!» [211] — провозглашаетъ онъ. Характеризуя современныя ему еретическія новшества, противныя православнымъ догматамъ и канонамъ, св. Викентій уподобляетъ ихъ «инобожію», ибо «еретики почитаютъ свои мнѣнія точно такъ, какъ язычники — своихъ боговъ» [212].

Подобно тому какъ въ Ветхомъ Завѣтѣ гнѣвался Богъ за почитаніе «иныхъ боговъ», такъ и нынѣ Онъ гнѣвается за отступленіе отъ догматическихъ истинъ Православія и за принятіе разныхъ новацій, обильно предлагаемыхъ ВСЦ въ наше время.

«Истинно православный — тотъ, кто привязанъ всей душою къ Церкви, къ тѣлу Христову, къ Божіей истинѣ, который ничего не ставитъ выше Божественной вселенской вѣры — ни авторитета, ни любви, ни дарованій, ни краснорѣчія, ни философіи кого бы то ни было, — но, презирая все это, пребываетъ въ вѣрѣ твердо, постоянно и непоколебимо, считая своимъ долгомъ держаться лишь того и вѣровать лишь въ то, о чемъ извѣстно, что вся Вселенская Церковь единодушно держалась его съ древности. О чемъ же узнаетъ, что оное — какъ нѣчто неизвѣстное — впослѣдствіи было введено кѣмъ-то единолично, безъ согласія другихъ, или даже противно согласію всѣхъ святыхъ, того онъ отрицаетъ, ибо оно не относится къ истинной вѣрѣ, а есть лишь искушеніе... Блаженный апостолъ Павелъ въ своемъ Первомъ посланіи къ Коринѳянамъ пишетъ: "Надлежитъ быть и разномысліямъ между вами, дабы открылись между вами искусные" (1 Кор. 11, 19). Апостолъ какъ бы говоритъ такъ: "Виновники ересей потому именно не искореняются сразу Богомъ, чтобы выдѣлились достойные", т.-е. чтобы видно было, насколько сильно, вѣрно и непоколебимо каждый любитъ Вселенскую вѣру. И дѣйствительно, какъ только появится какое-то новшество, сразу же становится очевидной тяжесть зеренъ и легкость мякины. Тогда весьма легко отвѣвается отъ гумна все то, что не тяготѣло къ нему: нѣкоторые совсѣмъ отлетаютъ неизвѣстно куда, другіе же такъ встревожены, что боятся какъ бы не погибнуть: имъ стыдно, и они опутаны, будучи полумертвыми-полуживыми, ибо приняли въ себя отраву въ та/с. 101/комъ количествѣ, что не убиваетъ, но и не переваривается желудкомъ: не причиняетъ смерти, но и не даетъ жить. Увы, это состояніе достойно сожалѣнія!» [213].

Послѣдними словами св. Викентій Лиринскій какъ бы изображаетъ состояніе нынѣшнихъ «православныхъ» экуменистовъ. Они такъ наглотались экуменической отравы, что распяты между Православіемъ и экуменизмомъ, ибо сами не знаютъ — отстаивать ли вѣковыя цѣнности праотеческой вѣры или же катиться все ниже по пути компромиссовъ! Этимъ людямъ св. Викентій ясно указываетъ, что они, усвоивъ новшества, хотя видимо и держатся древней вѣры, постепенно все-таки отступаютъ отъ нея и незамѣтно для себя отпадаютъ отъ Православія. «Если они начнутъ примѣшивать къ древнему новое, къ святому — чужое, къ священному — нечистое, то этотъ обычай неизбѣжно распространится на все, такъ что потомъ въ Церкви не останется ничего нетронутаго, ничего — неповрежденнаго, ничего — цѣлаго, ничего — незапятнаннаго, но тамъ, гдѣ раньше было святилище чистой и непорочной Истины, тамъ наконецъ сдѣлается нечистый домъ нечестивыхъ и гнусныхъ заблужденій. О, дабы Божія благодать отклонила такую нечистоту отъ нашихъ умовъ! Пусть это останется безуміемъ нечестивыхъ! Христова же Церковь какъ тщательная и внимательная хранительница ввѣренныхъ ей для сохраненія догматовъ никогда ничего въ нихъ не измѣняетъ, ничего не сокращаетъ, ничего не прибавляетъ, необходимаго не отсѣкаетъ, лишняго не присоединяетъ, — своего не теряетъ, чужого не усвояетъ!» [214].

Такое сужденіе св. Викентія Лиринскаго о неизмѣнности Христовой Церкви въ ея догматическомъ ученіи вѣрно и весьма важно для всѣхъ временъ. Церковь стоитъ тамъ, гдѣ поставлена она Своимъ Божественнымъ Основателемъ. Она не мѣняется, но многіе ея члены, будучи увлекаемы соблазномъ міра сего, мѣняются и измѣняютъ ей на свою личную гибель. Такіе люди думаютъ, будто поступаютъ гуманно, «благородно», прогрессивно, отступая отъ неизмѣнныхъ вѣроисповѣдныхъ традицій Церкви. Они противопоставляютъ прогрессъ консерватизму, не задумываясь надъ тѣмъ, что подлинный прогрессъ Церкви и ея святого дѣла состоитъ какъ разъ въ ея здравомъ консерватизмѣ.

Всякій, кто сокрушаетъ вѣковые и неизмѣнные устои церковной вѣры, подрываетъ дальнѣйшее развитіе Церкви, ставитъ крестъ на ея спасительной миссіи въ грядущихъ поколѣніяхъ. Не сознавая этого и находясь подъ вліяніемъ «прогрессивной» экуменической литературы и особенно экуменическаго перевоспитанія, систематически ведущагося ВСЦ, молодые православные богословы незамѣтно отдаляются отъ св. Православной Церкви и начинаютъ видѣть въ ея нежеланіи экумени/с. 102/ческаго сближенія съ инославными исповѣданіями пагубную косность, не соотвѣтствующую духу времени.

Характернымъ въ этомъ отношеніи является слѣдующій примѣръ: въ 1966 году одинъ аспирантъ Духовной академіи былъ посланъ на годичную стажировку въ Экуменическій институтъ въ Боссэ. Вернувшись, онъ подалъ въ Академическій совѣтъ отчетъ о своей работѣ, въ концѣ котораго обѣщалъ трудиться на благо экуменизма, указывая его задачей — «смягченіе вѣроисповѣдной косности». Такъ воспитываются молодые экуменисты, завербованные въ Православной Церкви, чью догматическую твердость они называютъ вѣроисповѣдной «косностью», стараясь отбросить ее ради вѣроисповѣдныхъ компромиссовъ, ведущихъ широкой дорогой въ погибель (Мѳ. 7, 13).

ВСЦ удѣляетъ немало вниманія молодымъ экуменистамъ. Въ декабрѣ 1975 года воспитаніемъ и образованіемъ молодежи занималась 4-я секція Генеральной ассамблеи ВСЦ въ Найроби (Кенія). По мнѣнію Русской Православной Церкви: «это вопросъ, который по существу касается образа человѣка-христіанина... не нашелъ на ассамблеѣ христіанскаго разрѣшенія. Результативный документъ свидѣтельствуетъ, что его авторы менѣе всего понимаютъ подъ воспитаніемъ формированіе новаго человѣка, "созданнаго по Богу въ правдѣ и преподобіи истины" (Еф. 4, 24). Вызываетъ сожалѣніе, что въ документѣ отсутствуетъ образъ Христа, Которому слѣдуетъ уподобляться въ воспитаніи христіанской личности, а даются рекомендаціи внѣ связи съ Божественнымъ Откровеніемъ» [215].

Мірской духъ воспитанія въ отчужденіи отъ Священнаго Писанія, насаждаемый ВСЦ на его Генеральныхъ ассамблеяхъ, толкаетъ экуменическую молодежь къ отступленію отъ догматовъ и приведетъ ее въ концѣ концовъ къ отрыву отъ вѣры во Христа! Въ такомъ духѣ перевоспитывается «христіанская» молодежь въ Экуменическихъ институтахъ въ Боссэ, Хьюстонѣ (США), Билефельдѣ и другихъ мѣстахъ, гдѣ разрабатывается т. н. «экуменическое богословіе», имѣющее цѣлью подмѣнить Православное богословіе духомъ компромисснаго соглашательства въ угоду всѣмъ религіямъ міра сего!

Такая дѣятельность ВСЦ среди молодежи полностью противорѣчитъ ученію св. Викентія Лиринскаго, предохраняющаго насъ отъ всякихъ новшествъ въ области вѣры, «разъ навсегда преданной святымъ» (Іуда, 1, 3)!

/с. 103/

Е) Св. отцы противъ приниженія Православія.

Экуменическій духъ, дѣйствующій весьма сильно на современныхъ православныхъ, ведетъ ко все болѣе нарастающему приниженію роли Православной вѣры въ дѣлѣ спасенія, что, къ сожалѣнію, замѣтно даже на страницахъ оффиціальнаго органа Русской Православной Церкви — «Журнала Московской Патріархіи», гдѣ по поводу Страшнаго суда Христова написано слѣдующее: «Ни однимъ словомъ не спроситъ Небесный Судья человѣка, къ какой вѣрѣ, къ какой церкви или конфессіи принадлежитъ... Не по внѣшнему признаку будетъ судить Господь человѣка, а только по дѣламъ его» [216].

Подобное одностороннее толкованіе Свящ. Писанія абсолютно неправославно. Прежде всего нарисованная св. Евангелистомъ Матѳеемъ (25, 31-46) картина Страшнаго суда изображаетъ не весь процессъ послѣдняго Христова суда надъ родомъ человѣческимъ, а только его заключительный этапъ, который соотвѣтствуетъ послѣднему (20-му) мытарству, когда будутъ изслѣдоваться дѣла милосердія, а также противоположныя имъ проявленія немилосердія; по словамъ св. апостола Іакова: «Судъ (будетъ) безъ милости не оказавшему милости» (Іак. 2, 13).

Однако передъ этимъ послѣднимъ испытаніемъ человѣческой нравственности судомъ Божьимъ будетъ идти 19-е мытарство, въ которомъ изслѣдуются грѣхи противъ вѣры, и прежде всего — ереси и лжеученія [217]. Слѣдовательно, непрошедшій черезъ 19-е мытарство не будетъ допущенъ до 20-го, послѣдняго мытарства. Такимъ образомъ, и на Всеобщемъ судѣ Христовомъ не будутъ оправданы, на основаніи своихъ дѣлъ милосердія, противившіеся правой вѣрѣ. Какъ прекрасно подчеркиваетъ архіеп. Серафимъ въ словѣ о Страшномъ судѣ, насъ спасетъ истинная (а не сентиментальная, гуманистическая) любовь къ ближнимъ, проистекающая изъ нашей любви ко Христу. Любовь же ко Христу невозможна безъ истинной Православной вѣры въ Него, которая рождается отъ благодати Св. Духа, преподаваемой Православной Христовой Церковью. «Слѣдовательно, — заключаетъ онъ, — насъ спасетъ та любовь къ ближнимъ, которая имѣетъ за собою всю полноту христіанской церковной благодатной жизни, та любовь, о которой св. апостолъ Павелъ сказалъ: "любовь, яже есть соузъ (совокупность) совершенства" (Кол. 3, 14)» [218].

Но любовь какъ самая высшая христіанская добродѣтель невозможна безъ основной христіанской добродѣтели — вѣры. Необходимость вѣры категорически подчеркиваетъ Самъ Господь Іисусъ Христосъ въ словахъ: «Иже вѣру иметъ и крестится, спасенъ будетъ; а иже не иметъ вѣры, осужденъ будетъ» (Мк. 16, /с. 104/ 16), а въ бесѣдѣ съ Никодимомъ Онъ говоритъ: «Не вѣруяй уже осужденъ есть» (Ін. 3, 18). Разумѣется, дѣла существенно необходимы, ибо безъ дѣлъ вѣра не спасаетъ (Іак. 2, 14. 17), но для спасенія также необходимо исповѣданіе истинной Православной вѣры, о чемъ пишетъ св. ап. Павелъ: «Устами исповѣдуетъ во спасеніе» (Рим. 10, 10), въ концѣ своей земной жизни заявляя: «Вѣру сохранилъ. А теперь готовится мнѣ вѣнецъ правды» (2 Тим. 4, 7-8). Св. Фотій, Патріархъ Константинопольскій, прекрасно объяснилъ соотношеніе между правой вѣрою и богоугодными дѣлами: «Добродѣтели должны быть ограждаемы вѣрою: при помощи обѣихъ долженъ образоваться истинный человѣкъ, ибо правые догматы производятъ достойную жизнь, а чистыя дѣла возвѣщаютъ божественность вѣры» [219].

Участіе и вѣры и дѣлъ въ спасеніи выразительно подчеркиваетъ Константинопольскій Патріархъ Іеремія II (XVI в.) въ своемъ посланіи къ лютеранамъ: «Мы говоримъ, что предыдущее есть вѣра, а послѣдующее — дѣла... Мзду и почести въ жизни вѣчной получаютъ тѣ, которые совершаютъ и то и другое какъ должно. Надобно только, чтобы эти дѣла были добры и нераздѣльны съ истинною вѣрою... Итакъ, будемъ право вѣровать во славу Христа и свято жить во славу Его, потому что одно безъ другого безполезно» [220].

Всѣ св. отцы высоко цѣнили Православную вѣру какъ благодатно-спасительную силу, погрѣшность противъ нея почитая тяжкимъ грѣхомъ. «Не погрѣши въ вѣрѣ, — увѣщеваетъ насъ св. Антоній Великій, — чтобы не прогнѣвался на тебя Создатель нашъ. Кто не содержитъ правой вѣры... того духъ чуждъ жизни вѣчной; онъ явный отступникъ отъ Бога» [221].

Св. Аѳанасій Великій въ «Окружномъ посланіи противъ аріанъ» пишетъ: «Какая ересь, имѣя отцомъ собственнаго измышленія искони совратившагося и содѣлавшагося человѣкоубійцей и лжецомъ діавола (Ін. 8, 44) и стыдясь произнести ненавистное его имя, притворно принимаетъ на себя прекрасное и превыше всего Спасителево имя, собираетъ изрѣченія Писаній, утаиваетъ же истинный смыслъ ихъ и, наконецъ, прикрывъ такою-то лестью свое изобрѣтенное ею измышленіе, сама дѣлается человѣкоубійцею введенныхъ въ заблужденіе... Не только не приносить жертву (идоламъ) значитъ быть мученикомъ, но и не отрекаться отъ вѣры есть уже свѣтлое мученичество въ совѣсти. Не только поклонявшіеся идоламъ, но и предавшіе истину осуждены какъ чуждые. Посему Іуда изверженъ изъ апостольскаго сана не за приношеніе жертвы идоламъ, но за то, что сталъ предателемъ» [222].

Св. Маркъ, Митрополитъ Ефесскій, богомудро училъ о Православіи: «Вѣра наша — доброе исповѣданіе Отцевъ нашихъ. /с. 105/ Съ нею мы надѣемся Богу предстать и воспріять отпущеніе согрѣшеній; а безъ нея не знаю, какая праведность освободитъ насъ отъ вѣчнаго мученія» [223]. Прп. Максимъ Грекъ предупреждалъ: «Знаемъ, съ увѣренностью знаемъ, и отъ Божественныхъ Писаній научились мы, что размѣстить или перемѣнить даже малѣйшее нѣчто въ ученіи вѣры есть великое преступленіе и отпаденіе отъ вѣчной жизни» [224].

Самъ прп. Максимъ Грекъ приводитъ з своихъ сочиненіяхъ слова св. Іоанна Дамаскина: «Все, что предано намъ чрезъ Законъ и пророки, и чрезъ Евангеліе, будемъ изучать и соблюдать честно, и не будемъ ничего больше искать! ибо Богъ, благій Податель всякаго блага, открылъ намъ то, что нужно было намъ знать, а чего мы не могли понять, то умолчалъ. Пусть любимъ то, что Онъ предалъ намъ, и въ немъ пусть пребываемъ, не передвигая вѣчныхъ предѣловъ (межей — ср. Притч. 22, 28) и не преступая Божественнаго Преданія. Ибо кто отвергнетъ что-либо Божественное — малое или большое — тотъ отвергъ весь законъ (Іак. 2, 10) и причисляется къ преступающимъ его» [225].

Прп. Паисій (Величковскій) пишетъ: «Святость истинныхъ святыхъ мужей... познается не просто отъ чудесъ (ибо и язычники, и еретики могутъ творить чудеса съ помощью діавола), но отъ Истинной Православной вѣры, отъ тщательнаго храненія Божественныхъ догматовъ и отъ соблюденія всѣхъ Апостольскихъ и соборныхъ правилъ и преданій Православной Церкви и отъ непорочнаго жительства по всѣмъ Евангельскимъ и отеческимъ заповѣдямъ» [226].

Прп. Серафимъ Саровскій, раскрывая Мотовилову цѣль христіанской жизни, замѣчательно высказывается о спасительности Православной вѣры: «Имѣющій благодать Святаго Духа за правую вѣру во Христа, если бы по немощи человѣческой и умеръ душевно отъ какого-либо грѣха, то не умретъ вовѣки, но будетъ воскрешенъ благодатью Господа нашего Іисуса Христа, вземляющаго грѣхи міра и туне дарующаго благодать-возблагодать (Ін. 1, 16)... У Бога взыскуетъ (т.-е. для Бога имѣетъ значеніе) правая вѣра въ Него и Сына Его Единороднаго. За это и подается обильно свыше благодать Духа Святаго» [227].

Вотъ какъ высоко цѣнили всѣ Божьи угодники Богооткровенную истину, сохраняемую въ цѣлости и безъ поврежденія въ Святомъ Православіи! Они ясно сознавали огромное ея значеніе для полученія и преумноженія въ насъ благодати, безъ которой невозможно правильно начать и успѣшно вести духовную жизнь во Христѣ.

Экуменическое соединеніе «церквей», реализуемое въ ущербъ истинѣ, приведетъ къ гибели истины. Зачѣмъ намъ такое «объединеніе» безъ спасительной истины, о которой Псалмо/с. 106/пѣвецъ говоритъ: «Оружіемъ обыдетъ тя истина Его» — истина Божія (Пс. 90, 4)?! Истина настолько важна, что безъ нея человѣкъ погибаетъ, и о ней Спаситель сказалъ: «Уразумѣете истину, и истина свободитъ вы» (Ін. 8, 32), т.-е. спасетъ васъ отъ грѣховъ, какъ прекрасно толкуетъ блаж. Ѳеофилактъ [228]. Истина освящаетъ (Ін. 17, 17); она настолько необходима для нашей вѣчной участи, что Самъ сынъ Божій сошелъ съ небесъ, чтобы ее раскрыть намъ и свидѣтельствовать о ней (Ін. 18, 37). Будучи Самъ воплощенной Истиной (Ін. 14, 6), Онъ источаетъ слова истины, которыя суть духъ и жизнь (Ін. 6, 63). Этой Истинѣ вѣрующій обязанъ имѣть послушаніе (1 Петр. 1, 22) и покорность (Рим. 2, 8), ибо вѣчная гибель и осужденіе грозятъ людямъ, не повѣрившимъ истинѣ (2 Ѳес. 2, 12).

Но нынѣшніе экуменически настроенные «христіане» мало интересуются Истиной. Ихъ воодушевляетъ гордая мысль объ «объединеніи», къ которому они упорно стремятся при всѣхъ своихъ догматическихъ разногласіяхъ и смѣшеніи языковъ (ср. Быт. 11, 7). Въ сущности они созидаютъ новую Вавилонскую башню! Поскольку это созиданіе совершается безъ Божьяго благословенія, то башня обрушится, будучи основана не на камнѣ Истины Божіей, а на пескѣ человѣческихъ заблужденій (ср. Мѳ. 7, 24. 27). Объ этомъ прекрасно сказано въ «Деклараціи ко всѣмъ христіанамъ міра», принятой на Совѣщаніи автокефальныхъ православныхъ церквей, созванномъ въ Москвѣ въ іюлѣ 1948 года: «Мы полагаемъ, что экуменическое движеніе есть новая попытка построенія Вавилонской башни, какъ признакъ очередного заблужденія человѣчества... Мы вправѣ считать экуменизмъ соблазнительнымъ заблужденіемъ, основаннымъ на порокѣ гордости. Его принципъ: соединяйтесь, соединяйтесь, во что бы то ни стало, на любомъ основаніи, но соединяйтесь! — Этотъ принципъ есть принципъ принудительнаго уніонализма, за которымъ неминуемо можетъ послѣдовать лишь церковническій тоталитаризмъ» [229].

Въ первомъ варіантѣ той же деклараціи подчеркнуто: «единство совершенно особаго рода той единственной небесно-земной организаціи, которая именуется Церковью... Стремясь къ единству церковному, нужно всегда помнить объ особомъ, исключительномъ, неповторяемомъ характерѣ этого единства и не примѣнять къ нему мѣрокъ, свойственныхъ другимъ организаціямъ... — Экуменическое движеніе чуждо пониманія истиннаго церковнаго единства. Задачу внутренняго органическаго объединенія на догматической основѣ оно замѣнило внѣшнимъ механическимъ объединеніемъ.

Пойти навстрѣчу экуменическому движенію значило бы отказаться отъ истиннаго единства церковнаго... въ пространствѣ и во времени... порвать непрерывную цѣпь благодати, /с. 107/ связывающую Православную Церковь съ апостолами путемъ Апостольскаго преемства... продать хранимое нами сокровище вѣры за чечевичную похлебку мнимыхъ земныхъ выгодъ и принять участіе въ уловленіи душъ человѣческихъ этими выгодами.

Правильный путь къ возстановленію истиннаго единства церковнаго — путь возвращенія къ ученію древней нераздѣльной [230] Церкви. И чѣмъ дальше и успѣшнѣе пойдутъ по этому пути западныя исповѣданія, тѣмъ ближе будутъ они къ Церкви Православной и тѣмъ легче возстановятъ они истинное единство съ ней. Ибо Православная Церковь своимъ первымъ священнымъ долгомъ считаетъ вѣрное храненіе ученія древней и нераздѣльной Христовой Церкви» [231].

Православный христіанинъ не можетъ участвовать въ экуменическомъ движеніи, ибо оно релятивируетъ и принижаетъ Православную истину, готовитъ православныхъ христіанъ къ догматическимъ отступленіямъ и заставляетъ ихъ измѣнять едино-спасающей Православной вѣрѣ!

Примѣчанія:
[162] Id. S. 45-46.
[163] Тамъ же. S. 37.
[164] Ökumenische Rundschau. 1973. Hf. 3. S. 379.
[165] Irenikon. 1975. № 2. P. 253-254.
[166] Ökumenische Rundschau. 1973. Hf. 4. S. 473-474.
[167] Le Monde. 20.9.1975. P. 9.
[168] Константинопольскій Патріархъ Іеремія II. Отвѣты лютеранамъ. М., 1866. С. 222.
[169] Irenikon. 1983. № 3. P. 392.
[170] Тамъ же. P. 391.
[171] Тамъ же. P. 394.
[172] Ἐπίσκεφις. 1.IX.1983. № 229. С. 16.
[173] Отвѣты лютеранамъ... С. 300.
[174] Ἐπίσκεφις, 1983, № 299. С. 15.
[175] Тамъ же. С. 15-16.
[176] Тамъ же. С. 16.
[177] Тамъ же. С. 16.
[178] Irenikon. 1973. № 4. P. 474.
[179] Путь. Парижъ, 1937. № 54. С. 68.
[180] Ökumenische Rundschau. 1973. Hf. 4. S. 438-439.
[181] Тамъ же. S. 439.
[182] См. статью Ф. Поттера въ газетѣ «Мондъ». 20.IX. 1975. С. 9.
[183] Irenikon. 1974. № 4. P. 521.
[184] Irenikon. 1975. № 2. P. 255.
[185] Тамъ же. P. 222.
[186] Ἐπίσκεφις 15.6.1983; цит. по: ΟΤ, 9.3.1984. № 599. С. 2, кол. 1-2.
[187] Псалтырь съ толкованіемъ. Св. Кіево-Печерская Лавра, 1802, л. 18 об.
[188] Дѣянія Совѣщанія главъ и представителей автокефальныхъ Православныхъ церквей. М., 1949. Т. 2. С. 21-22.
[189] Архіеп. Аверкій. Истинное Православіе и современный міръ. Нью-Іоркъ, 1971. С. 46.
[190] Irenikon. 1975. № 2. P. 170.
[191] Проф. прот. Л. Вороновъ. Единство и разнообразіе въ православной традиціи. // ЖМП, 1970. № 10. С. 73.
[192] Тамъ же. С. 73-74.
[193] Migne. PL. Т. 50. Col. 699.
[194] Id. Col. 667.
[195] ЖМП. 1967. № 10. С. 67.
[196] RISK. 1967. Vol. 3. P. 7.
[197] Irenikon. 1973. № 4. P. 466.
[198] Цит. по: В. Лосскій. Преданіе и преданія. // ЖМП. 1970. № 4. С. 68.
[199] Прот. Г. Флоровскій. Пути русскаго богословія. Парижъ, 1937. С. 178.
[200] ЖМП. 1983. № 10. С. 50.
[201] ЖМП. 1984. № 1. С. 66.
[202] Св. Симеонъ Новый Богословъ. Слова. М., 1892. Вып. 1. С. 246.
[203] Еп. Ѳеофанъ. Слова на Господскіе, Богородичные и торжественные дни. М., 1899. С. 72-73.
[204] Онъ же. О Православіи съ предостереженіями отъ погрѣшеній противъ него. М., 1893. С. 7.
[205] ЖМП. 1971. № 7. С. 42.
[206] Св. Іоаннъ Златоустъ. Творенія. СПб., 1895. Т. 1. Кн. 2. с. 667.
[207] Migne. PG. Т. 90. Col. 145.
[208] Знаменитый западный св. отецъ, игуменъ Лиринскаго монастыря на островѣ у Ниццы (Франція), скончался въ 450 г. Онъ авторъ извѣстнаго сочиненія «Commonitorium» — «Напоминанія» (434 г.), въ которомъ изложилъ принципы опредѣленія истинной соборной Православной вѣры въ противоположность лжеученіямъ.
[209] Migne. PL. Т. 50. Col. 646.
[210] Id. Col. 648.
[211] Id. Col. 649.
[212] Id. Col. 650.
[213] Id. Col. 665-666.
[214] Id. Col. 669.
[215] ЖМП. 1976. № 4. С. 12.
[216] ЖМП. 1969. № 10. С. 40.
[217] Житіе прп. Василія Новаго. // Житія святыхъ. М., 1988. С. 478-479.
[218] Архіеп. Серафимъ (Соболевъ). Проповѣди. Софія, 1944. С. 26-27.
[219] Migne. PG. Т. 102. Col. 629.
[220] Іеремія II, патріархъ Константинопольскій. Отвѣты лютеранамъ. М., 1866. С. 35, 43.
[221] Еп. Игнатій (Брянчаниновъ). Отечникъ. СПб., 1880. С. 2.
[222] Св. Аѳанасій Великій. Творенія. Сергіевъ Посадъ, 1902. С. 14, 37.
[223] Архим. Амвросій. Св. Маркъ Ефесскій и Флорентійская унія. Нью-Іоркъ, 1963. С. 354.
[224] Прп. Максимъ Грекъ. Сочиненія. Сергіевъ Посадъ, 1910. Ч. II. С. 139.
[225] Тамъ же. С. 150.
[226] Житіе и писанія молдавскаго старца Паисія Величковскаго. М., 1892. С. 73.
[227] Бесѣда прп. Серафима Саровскаго съ Мотовиловымъ. Бѣлая Церковь, 1929. С. 14, 15, 20.
[228] Блаж. Ѳеофилактъ. Благовѣстникъ. СПб., б. г. С. 613.
[229] Дѣянія Совѣщанія главъ и представителей автокефальныхъ Православныхъ Церквей. М., 1949. Т. 2. С. 415.
[230] Въ данномъ случаѣ о Церкви вѣрно употреблено прилагательное «нераздѣльная», въ смыслѣ «нераздѣлимая», ибо, по словамъ проф. архим. Іустина Поповича, «раздѣленіе Церкви онтологически по существу невозможно». Между тѣмъ въ экуменической лексикѣ касательно Церкви прилагательное «нераздѣльная», выражающее постоянное свойство Церкви какъ Богочеловѣческаго организма, лукаво подмѣняется неумѣстнымъ словомъ «нераздѣленная» (причастіе прош. вр. страд. зал.), какъ будто въ древности Церковь была «нераздѣленной», а затѣмъ якобы «раздѣлилась»! Кощунственная нелѣпость этой мысли явствуетъ изъ сопоставленія со Святой Нераздѣльной Троицей, ибо «Церковь по подобію Св. Троицы — нераздѣльной и несліянной» (Л. Успенскій. На путяхъ къ единству? Парижъ, 1987. С. 11).
[231] Дѣянія... Т. 2. С. 413-414.

Источникъ: Архим. Серафимъ (Алексіевъ), Архим. Сергій (Язаджіевъ). Почему православному христіанину нельзя быть экуменистомъ. / Пер. съ болгарскаго. — СПб.: Община Казанской церкви Воскресенскаго Новодѣвичьяго монастыря юрисдикціи Православной Церкви за границей, 1992. — С. 81-107.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.