Церковный календарь
Новости


2018-08-15 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 2-я (1991)
2018-08-15 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 41-е (15 ноября 1917 г.)
2018-08-14 / russportal
Свт. Іоаннъ, архіеп. Шанхайскій. Единообразіе въ богослуженіи (1994)
2018-08-14 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 40-е (14 ноября 1917 г.)
2018-08-12 / russportal
Обращеніе свт. Іоанна обще-приходскому годовому собранію (1994)
2018-08-12 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 39-е (13 ноября 1917 г.)
2018-08-11 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 1-я (1991)
2018-08-11 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 82-е (12 февраля 1918 г.)
2018-08-10 / russportal
Митр. Анастасій (Грибановскій). Рѣчь при гробѣ митр. Антонія (1936)
2018-08-10 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 81-е (10 февраля 1918 г.)
2018-08-09 / russportal
Свт. Іоаннъ Шанхайскій. Слово къ Санъ Францисской паствѣ (1994)
2018-08-09 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 80-е (9 февраля 1918 г.)
2018-08-08 / russportal
2-й Всезаруб. Соборъ 1938 г. Докладъ графа П. М. Граббе (1939)
2018-08-08 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 77-е (5 февраля 1918 г.)
2018-08-07 / russportal
Свт. Іоаннъ. "Взойдите на гору и несите дерева и стройте храмъ" (1994)
2018-08-07 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 76-е (3 февраля 1918 г.)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - среда, 15 августа 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 11.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

Митр. Антоній (Храповицкій) († 1936 г.)

Блаженнѣйшій Антоній (въ мірѣ Алексѣй Павловичъ Храповицкій) (1863-1936), митр. Кіевскій и Галицкій, церковный и общественный дѣятель, богословъ и духовный писатель, основоположникъ и первый Первоіерархъ Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ). Родился 17 (30) марта 1863 г. въ имѣніи Ватагино Новгородской губ., въ дворянской семьѣ. Окончилъ С.-Петербургскую Духовную Академію и въ томъ же году постригся въ монашество (1885). Ректоръ Духовныхъ Академій — Московской (1890-1894) и Казанской (1894-1900). Епископъ Чебоксарскій (1897-1900), Уфимскій (1900-1902), Волынскій (1902-1914), архіеп. Харьковскій (1914-1917). Будучи убѣжденнымъ монархистомъ, вл. Антоній всячески содѣйствовалъ упроченію и распространенію православно-монархическихъ идей въ Россіи. Послѣ Февральскаго переворота 1917 г. въ періодъ «разгула демократіи» былъ устраненъ съ каѳедры и уволенъ на покой въ Валаамскій монастырь. На Помѣстномъ Соборѣ 1917-1918 гг. былъ въ числѣ трехъ главныхъ кандидатовъ на патріаршую каѳедру. Митрополитъ Кіевскій и Галицкій (1917). Предсѣдатель Высшаго Временнаго Церковнаго Управленія Юга Россіи (1919). Покинулъ Россію въ 1920 г. съ послѣдними частями Бѣлой Арміи. Возглавлялъ Русскую Православную Церковь Заграницей (1921-1936). Въ трудныхъ условіяхъ эмиграціи сумѣлъ сохранить единство Русскаго Православія зарубежомъ, вѣрность его церковнымъ канонамъ и православно-монархической идеѣ. За годы первоіераршества митр. Антонія РПЦЗ приняла, кромѣ прочихъ, слѣдующія важныя рѣшенія: были отвергнуты «обновленчество», новый стиль, политика подчиненія церковной власти безбожникамъ, анаѳематствованы спиритизмъ, теосоѳія, масонство и «софіанство». Скончался митр. Антоній 28 іюля (10 августа) 1936 г. въ Бѣлградѣ. Его отпѣваніе совершилъ сербскій патр. Варнава. Значеніе церковной дѣятельности митр. Антонія велико не только для Русской, но и для всей Христовой Каѳолической Церкви. Это былъ поистинѣ архипастырь вселенскаго масштаба.

Сочиненія митр. Антонія (Храповицкаго)

Жизнеописаніе и творенія блаж. Антонія, митр. Кіевскаго и Галицкаго († 1936 г.)
Томъ 15-й: «Слова, бесѣды и рѣчи». («О жизни по внутреннему человѣку»).
Посмертное изданіе съ предисловіемъ Архіепископа Никона (Рклицкаго).

б) Слова воспитанникамъ духовной школы.
Слово на молебнѣ предъ началомъ ученія
[1].

«Обновленіе духа сердцамъ и просвѣщеніе внутреннимъ даруй» (Кондакъ Обновленія Храма, 13-го сентября).

Такова, братіе, молитва Вселенской Церкви, воспѣваемая въ завтрашній день, когда для нѣкоторыхъ изъ васъ возобновится, а для нѣкоторыхъ впервые начнется высшее богословское ученіе въ академическихъ аудиторіяхъ. Церковь въ сей день молится объ обновленіи нашей добродѣтели и духовнаго вѣдѣнія, исходя изъ того неложнаго убѣжденія, что именно для этихъ двухъ высшихъ началъ нашей жизни, и притомъ только для нихъ, среди текучей измѣнчивости всего земного не должно быть дряхлости и тлѣнія, но постоянное обновленіе и жизнь. Для добродѣтели сія жизнь продолжается послѣ смерти на небѣ, ибо любовь никогда не перестаетъ — но продолжается и на землѣ въ ея благотворномъ вліяніи на ближнихъ, на подобіе ростковъ умершаго сѣмени пшеничнаго (Іоан. XII, 24), а также и въ общеніи взаимной молитвы предъ Богомъ; Богъ же нѣсть мертвыхъ, но живыхъ, вси бо Тому живи суть (Лук. XX, 38). — Не умираетъ и знаніе, ибо хотя испраздняется (1 Кор. XIII, 8) въ будущей жизни, но передаваясь отъ поколѣнія къ поколѣнію, живетъ и обновляется здѣсь въ жизни Церкви воинствующей.

Наглядное проявленіе этого постояннаго обновленія любви и духовнаго вѣдѣнія представляетъ собою настоящая наша общая молитва, когда его носительница и провозвѣстница, Духовная Академія, отпустивъ отъ себя на служеніе Церкви усовершенствованныхъ въ ученіи юныхъ трудниковъ духовнаго просвѣщенія, какъ бы молодой рой пчелъ изъ улья, — и давъ время отдыха учащимся, снова созвала послѣднихъ воедино и кромѣ того открываетъ свои двери для вновь пришедшаго и соединившагося для упражненія въ вѣдѣніи и благочестіи братства юношей, нынѣ сливающагося со всей духовной семьей нашей. Конечно радостная картина, радостная смѣна духовнаго сѣянія и собиранія духовныхъ плодовъ. Но для всѣхъ ли вполнѣ безпечальная? Увы, только для самыхъ юныхъ; помнимъ и мы, съ какимъ безмятежнымъ восторгомъ вступали мы впервые въ священныя стѣны воспитавшей насъ Академіи: какъ яркіе цвѣты, насаженные вокругъ нея и красовавшіеся среди осенняго увяданія природы, такъ ликовали наши молодыя сердца и горѣли радостью лица между озабоченными и часто угрюмыми, встрѣчавшимися на пути, горожанами.

Но вотъ, дальнѣйшіе годы, обогащавшіе насъ печальными опытами сей плачевной жизни, все болѣе и болѣе понуждали омрачаться сію радость при видѣ смѣняющихся поколѣній учащагося юношества и, наконецъ, настолько срастворили ее съ грустными воспоминаніями о многихъ напрасно погибшихъ жизняхъ и безплодно извратившихся сердцахъ, что нынѣ даже тѣ самыя времена года и тѣ картины природы, съ которыми совпадаютъ начало и конецъ учебнаго года, вмѣстѣ съ робкою надеждою, производятъ чувство щемящей тоски. Тому содѣйствуетъ и самый видъ весенней и осенней природы, одновременно показывающей намъ и жизнь, и смерть. Когда повѣетъ весеннимъ тепломъ и яркіе лучи солнца начнутъ увеселять взоръ нашъ, то на ряду съ этимъ мы видимъ разрушительную смерть прекрасныхъ по виду глыбъ серебристаго снѣга и обнаженныя черныя вершины холмовъ съ гніющими остатками прошлогодней растительности и мутными потоками холодной и грязной воды. Приходитъ обильная плодами осень, но картина смерти и опустошенія снова отвлекаетъ взоръ нашъ отъ осеннихъ красотъ — созрѣвшихъ трудовъ земледѣльцевъ и садовниковъ. — Не должно бы быть этого печальнаго сочетанія въ жизни духа, въ жизни Духовной Академіи, но постоянное обновленіе сердецъ должно бы въ ней совершиться безъ всякаго омраченія смерти. Тѣмъ не менѣе мы видимъ другое; видимъ во многихъ и очень многихъ, сколь кратковременны оказываются тѣ благія намѣренія и добрыя стремленія, съ которыми они вошли сюда и вышли отсюда. Не тверда и неустойчива оказалась ихъ любовь, погасла жизнь духа, а потому и разумѣніе поблекло, творчество мысли остановилось, ибо оно невозможно безъ одушевленія нравственнаго, безъ живого сочувствія добру, безъ сострадательной скорби о міровомъ злѣ. — Итакъ, далеко не всѣ, чтобы не сказать немногіе, обновляются духомъ, и торжествуютъ надъ измѣнчивостью своего земного положенія. Какой же выводъ, возлюбленные, изъ указаннаго явленія? О чемъ проповѣдуетъ оно, хотя безмолвно, но столь убѣдительно? Говорить ли вамъ паки и паки о необходимости духовнаго бдѣнія надъ собою, о молитвѣ, о чтеніи Слова Божія и отцевъ, о господствованіи надъ порывами страстей и всякаго раздраженія, какъ о необходимыхъ условіяхъ къ плодотворной дѣятельности пастырства, воспитанія и всякаго вида человѣколюбія, включая сюда и сознательное изученіе и разъясненіе другихъ истинъ вѣры и знанія?

Блаженъ, кто отъ юности понесъ спасительный яремъ духовной жизни, у кого не столько во внѣ, сколько во внутрь обращенъ духовный взоръ его. Для него сей день новой годины ученія есть день не скорби, но радости, день духовнаго обновленія, не упраздняющій и прежде собранныхъ сокровищъ духа и знанія, такъ что къ нему вполнѣ примѣняются слова Христовы о томъ, что «всякій книжникъ, наученный Царству небесному, подобенъ хозяину, который выноситъ изъ сокровищницы своей новое и старое» (Матѳ. XIII, 52). — Но кто по собственному опыту не оцѣнилъ сей истины, для того малоубѣдительными представятся увѣщанія, столь неотразимыя для болѣе пожившихъ на сей грѣшной землѣ и въ собственныхъ отступленіяхъ или паденіяхъ познавшихъ немощь естества человѣческаго, даже въ наиболѣе возвышенныхъ и облагороженныхъ его проявленіяхъ, если они не утверждены и не освящены подвигомъ духовной борьбы и молитвой. — Но если значеніе сей истины само по себѣ не всегда оказывается удобопріемлемымъ для юношества, которое рвется умомъ и сердцемъ во внѣшній, повидимому, столь обольстительный міръ, то въ наше время тому же самому научаетъ насъ и наблюденіе надъ этимъ внѣшнимъ міромъ, въ самыхъ новѣйшихъ, въ самыхъ современныхъ явленіяхъ его жизни въ послѣднихъ словахъ его мысли. Но во имя ложнаго знанія и науки отдѣляется нынѣ міръ отъ Церкви; смиреніе и воздержаніе перестали быть предметомъ его глумленія, а напротивъ, признаются въ качествѣ наиболѣе дѣйствительныхъ средствъ къ достиженію донынѣ міромъ отвергавшагося, а нынѣ признаваемаго за единую достойную цѣль жизни — нравственнаго совершенства личности и общества. Правда, въ воззрѣнія и стремленія эти, повидимому, столь сродныя Церкви, а на самомъ дѣлѣ ей весьма враждебныя, входитъ не мало скрытой лжи и обольщенія, но можемъ ли, братіе, равнодушно взирать на то, что великое множество людей искреннихъ и простодушныхъ изъ общества и народа, которое, проникаясь этимъ краснорѣчивымъ и увлекательнымъ лжеученіемъ, отторгается отъ истинной вѣры и Церкви, какъ бы отъ началъ, чуждыхъ настоящей добродѣтели? Грустно было слышать, когда прежде нашу вѣру называли невѣжествомъ, а церковность невоспитанностью, но все-же далеко не такъ больно, какъ то, что у Православія хотятъ отрицать его святость, у Церкви — нравственно возрождающую силу ея руководства. Правда, дѣйствительность скоро обличаетъ нравственное безсиліе самовольныхъ толкователей евангельскихъ заповѣдей, слѣпыхъ руководителей къ невѣдомому имъ совершенству. Лишь только приступили они къ дѣятельному руководству другихъ къ добродѣтели, то оказалось, что они не пошли далѣе проведенія двухъ трехъ, давнымъ давно извѣданныхъ еще языческими мыслителями правилъ воздержанія и трудолюбія, но вовсе не оказались способными научить своихъ послѣдователей достойному отношенію къ разнымъ сторонамъ жизни: оградить ихъ отъ мучительства плоти, отъ раздраженія и взаимной ненависти, примирить со смертію близкихъ и своею собственною, охранить отъ гордости и унынія и согрѣть сердца ихъ любовію къ ближнимъ, дабы она была не на словахъ только и не въ холодныхъ дѣлахъ долга, но въ тепломъ чувствѣ, сродняющемъ людей въ одно братство. Неудивительно поэтому, что создаваемыя ими общества труда и воздержанія распадаются въ два-три года и исполненные взаимной вражды, когда-то столь пламенные и самоотверженные, члены этихъ обществъ оправдываютъ собою слова Христовы о томъ, что «всякое растеніе, которое не Отецъ Мой Небесный насадилъ, искоренится» (Матѳ. XV, 13).

Но тѣмъ не менѣе на насъ, на насъ, братіе, ляжетъ отвѣтъ за тѣ уловленныя лжецами души, которыя проявили столько готовности лишаться, трудиться и нести скорби для ложно проповѣданнаго имъ спасенія, что еслибъ имъ было благовременно раскрыто истинное спасеніе, они, можетъ быть, оказались бы въ числѣ лучшихъ людей, въ числѣ достойнѣйшихъ сыновъ Церкви, на подобіе прежняго гонителя, ставшаго первоверховнымъ Апостоломъ Господа. А теперь смотрите, сколько словесныхъ овецъ Христова стада разсѣялись по горамъ и дебрямъ заблужденій (Іез. XXXIV, 5-7), и — о горестное ослѣпленіе — предпочитаютъ въ исканіи совершенства минутныя затѣи, изолгавшихся празднослововъ вѣчному живительному пути и всеисцѣляющему врачевству Церкви! Конечно, причина тому не оскудѣніе жизни въ самой Церкви, ибо оно невозможно по слову Божественнаго ея Зиждителя (Матѳ. XVI, 18), но священное и возрождающее содержаніе жизни церковной остается вдали отъ взоровъ увлекаемаго ложью общества; хранясь въ обычаяхъ благочестивыхъ приходовъ и семействъ, оно требуетъ теперь того, чтобы люди, одаренные вѣдѣніемъ, раскрывали его въ опредѣленныхъ и ясно выраженныхъ понятіяхъ, доступныхъ пытливымъ умамъ современности, показали бы неразрывную и ничѣмъ не замѣнимую связь церковности и совершенствованія въ добродѣтели, пользуясь для сего жизненнымъ проникновеніемъ во внутренній смыслъ Божественныхъ Писаній и Твореній Отеческихъ, изучая въ исторіи Церкви и народовъ постоянную борьбу христіанина съ духомъ міра, изслѣдуя чрезъ изученіе богослуженія нашего истинный путь духовнаго возношенія человѣка къ Богу и совершенству, и, наконецъ, построяя правильные законы познанія и мысли чрезъ изученіе наукъ философскихъ. Не ясно ли теперь, что даже для теоретической борьбы съ современными заблужденіями, требующей раскрытія нравственнаго содержанія нашей вѣры и Церкви, необходимо и для самого изучающаго тѣенѣйшее сродство съ подвигомъ христіанской жизни, дабы не быть по отношенію къ богословскимъ наукамъ въ положеніи слѣпца, желающаго изучать живопись, или глухого, силящагося усвоить музыкальныя познанія. — Научно-богословскій трудъ, не сопровождавшійся соотвѣтственнымъ настроеніемъ изучавшаго и писавшаго, является для всѣхъ и не глубокимъ и не убѣдительнымъ и ужъ вовсе безсильнымъ для нравственнаго воздѣйствія на душу читателя или слушателя. Въ этомъ раскрывается смыслъ изреченія апостольскаго: «проповѣдь моя не въ препрѣтельныхъ человѣческія премудрости словесѣхъ, но въ явленіи духа и силы» (1 Кор. II, 4). Дѣйственность нравственнаго вліянія даруется Богомъ, сообразно съ нравственнымъ содержаніемъ учителя независимо отъ его внѣшнихъ качествъ, какъ удѣльный вѣсъ различныхъ тѣлъ измѣряется ихъ массою независимо отъ величины и внѣшняго вида.

Пудъ песку вѣситъ столько же, сколько пудъ золота, не больше и не меньше: подобно этому, если ты не стяжалъ себѣ должнаго количества любви и вѣры, то ни разнообразіе познаній, ни образованность, ни краснорѣчіе не покорятъ сердецъ твоихъ слушателей; на твою долю достанутся, быть можетъ, похвалы, извѣстность и внѣшнія отличія, но «пріобрѣсти брата» (Матѳ. XVIII, 15) ты не будешь въ силахъ.

Но если такъ, спросишь ты: то можетъ быть не нужна и наука? Нѣтъ, мы видимъ, что именно въ научномъ освѣщеніи нравственнаго содержанія вѣры нуждаются заблудшіе братья; наука и особенно наука духовная, если изучается на ряду съ духовнымъ совершенствованіемъ, облегчаетъ человѣку сіе послѣднее: не напрасно говорилъ Господь апостоламъ: «уже вы чисти есте за слово, еже глаголахъ вамъ» (Іоан. XV, 3), и не книжный подвижникъ путемъ многолѣтнихъ подвиговъ поста и бдѣнія освояется съ какой-либо истиной вѣры, которую другой уразумѣваетъ чрезъ благоговѣйное изученіе отеческихъ писаній въ одно лѣто.

Итакъ, да будетъ благословенна наука, образованность или знаніе жизни и краснорѣчіе! Пусть процвѣтаетъ и славится домъ сей, въ которомъ эти три средства духовной милости нашли себѣ столь долговременный пріютъ, но да не отдѣляются они отъ молитвы, послушанія, братолюбія и трезвеннаго цѣломудрія, безъ коихъ для нихъ нѣтъ ни произрастанія, ни жизни. Пусть процвѣтаетъ у насъ ученость, но пусть яркимъ пламенемъ горитъ и исполненная сострадательной любви ревность объ общемъ спасеніи, пусть не предается забвенію печаль объ отпадшихъ и колеблющихся, пусть подавляется всякій порывъ недружелюбія, неуступчиваго самомнѣнія и зависти, дабы общеніе наше другъ съ другомъ служило не къ расхищенію духовныхъ сокровищъ, но ко взаимному созиданію по слову Апостола: «другъ друга тяготы носите и тако исполните законъ Христовъ» (Гал. VI, 2), и еще: «кійждо же васъ ближнему да угождаетъ во благое къ созиданію» (Рим. XV, 2).

Послужитъ ли всѣмъ этимъ великимъ обязанностямъ нашимъ вновь наступившая учебная година или, напротивъ, еще далѣе отодвинутъ насъ наше небреженіе и грѣхи отъ предуставленнаго Господомъ назначенія? То знаетъ Онъ, Владыка временъ, у Котораго въ книгѣ записаны всѣ наши грядущія движенія и мысли (Псал. CXXXVIII, 16), но мы въ умиленной молитвѣ вознесемъ сердца наши къ Богу о дарованіи «добрыхъ и полезныхъ душамъ нашимъ», дабы «прочее время живота нашего въ мирѣ и покаяніи скончати». Какъ бы ни слабы были наши нравственныя силы, но если мы съ вѣрою просимъ этихъ и другихъ даровъ у Господа, то конечно не оставитъ насъ безъ плода Тотъ, Кто гору обѣщалъ сдвинуть по исполненной вѣры молитвѣ: велики житейскіе соблазны, но сильнѣе Божественная благодать.

При размышленіи о борьбѣ этихъ неравныхъ силъ въ жизни нашей духовной семьи, — вспоминается одно повѣствованіе, правда, мірского писателя, но исполненное высокаго состраданія къ людямъ. Одно дитя узнало отъ матери о заповѣдной рощѣ въ ихъ селѣ, въ которой условлено было не ловить пѣвчихъ птицъ для того, чтобы онѣ безпрепятственно увеселяли жителей; и вотъ дитя спрашиваетъ, нѣтъ-ли для людей такихъ безопасныхъ пріютовъ? Мать отвѣчаетъ отрицательно и прибавляетъ, что если бы были для людей такія рощи, свободныя отъ податей и рекрутчины, то всѣ крестьянки поспѣшили бы принести туда дѣтей своихъ.

Не о податяхъ вещественныхъ думаемъ мы, братіе, но о той горестной дани страстямъ и облѣненію духовному, о той постыдной для созданія Божія рабской службѣ діаволу, отъ которыхъ не ограждены почти нигдѣ бѣдные сыны Адама. Но чѣмъ горестнѣе это сравненіе, тѣмъ теплѣе и неустаннѣе да будетъ молитва о томъ, чтобы не ради нашихъ достоинствъ, но ради блага Церкви Божіей, благодать Господня содѣлала нашу Академію такимъ оплотомъ противъ искушеній житейскихъ, такою твердыней противъ нападеній невидимыхъ враговъ, чтобы и живущіе въ ней благополучно совершали духовное восхожденіе отъ силы въ силу, и даже учившіеся въ ней прежде и обуреваемые нынѣ треволненіями житейскими, оглядываясь на свою духовную матерь, при видѣ ея плодотворной жизни и дѣятельности почерпали себѣ бодрость и стойкость въ добрѣ и истинѣ. Аминь.

Примѣчаніе:
[1] Произнесено въ церкви Московской Духовной Академіи 12 сентября 1893 года. Въ первый разъ была напечатана въ журналѣ «Богословскій Вѣстникъ» 1893 г., октябрь.

Источникъ: Митрополитъ Антоній. Слова, бесѣды и рѣчи. (О жизни по внутреннему человѣку). — Посмертное изданіе съ предисловіемъ Архіепископа Никона (Рклицкаго). — Нью Іоркъ: Printing Shop St. Iov of Pochaev Holy Trinity Monastery, Jordanville, 1968. — С. 260-266. [«Жизнеописаніе и творенія Блаженнѣйшаго Антонія, Митрополита Кіевскаго и Галицкаго», Томъ 15-й.]

Назадъ / Къ оглавленію раздѣла / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.