Церковный календарь
Новости


2018-12-10 / russportal
Лактанцій. Книга о смерти гонителей Христовой Церкви (1833)
2018-12-10 / russportal
Евсевій, еп. Кесарійскій. Книга о палестинскихъ мученикахъ (1849)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Истинное христіанство есть несеніе креста (1975)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Сознаемъ ли мы себя православными? (1975)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, какъ душѣ обрѣсти Бога (1895)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, что не должно соблазнять ближняго (1895)
2018-12-07 / russportal
Тихонія Африканца Книга о семи правилахъ для нахожд. смысла Св. Писанія (1891)
2018-12-07 / russportal
Архим. Антоній. О правилахъ Тихонія и ихъ значеніи для совр. экзегетики (1891)
2018-12-06 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 16-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
2018-12-06 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 15-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
2018-12-05 / russportal
Духовныя бесѣды (26-30) преп. Макарія Египетскаго (1904)
2018-12-05 / russportal
Духовныя бесѣды (21-25) преп. Макарія Египетскаго (1904)
2018-12-04 / russportal
Прот. М. Хитровъ. Слово на Введеніе во храмъ Пресв. Богородицы (1898)
2018-12-04 / russportal
Слово въ день Введенія во храмъ Пресвятой Богородицы (1866)
2018-12-03 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 124-й (1899)
2018-12-03 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 123-й (1899)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - вторникъ, 11 декабря 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 32.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

Митр. Антоній (Храповицкій) († 1936 г.)

Блаженнѣйшій Антоній (въ мірѣ Алексѣй Павловичъ Храповицкій) (1863-1936), митр. Кіевскій и Галицкій, церковный и общественный дѣятель, богословъ и духовный писатель, основоположникъ и первый Первоіерархъ Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ). Родился 17 (30) марта 1863 г. въ имѣніи Ватагино Новгородской губ., въ дворянской семьѣ. Окончилъ С.-Петербургскую Духовную Академію и въ томъ же году постригся въ монашество (1885). Ректоръ Духовныхъ Академій — Московской (1890-1894) и Казанской (1894-1900). Епископъ Чебоксарскій (1897-1900), Уфимскій (1900-1902), Волынскій (1902-1914), архіеп. Харьковскій (1914-1917). Будучи убѣжденнымъ монархистомъ, вл. Антоній всячески содѣйствовалъ упроченію и распространенію православно-монархическихъ идей въ Россіи. Послѣ Февральскаго переворота 1917 г. въ періодъ «разгула демократіи» былъ устраненъ съ каѳедры и уволенъ на покой въ Валаамскій монастырь. На Помѣстномъ Соборѣ 1917-1918 гг. былъ въ числѣ трехъ главныхъ кандидатовъ на патріаршую каѳедру. Митрополитъ Кіевскій и Галицкій (1917). Предсѣдатель Высшаго Временнаго Церковнаго Управленія Юга Россіи (1919). Покинулъ Россію въ 1920 г. съ послѣдними частями Бѣлой Арміи. Возглавлялъ Русскую Православную Церковь Заграницей (1921-1936). Въ трудныхъ условіяхъ эмиграціи сумѣлъ сохранить единство Русскаго Православія зарубежомъ, вѣрность его церковнымъ канонамъ и православно-монархической идеѣ. За годы первоіераршества митр. Антонія РПЦЗ приняла, кромѣ прочихъ, слѣдующія важныя рѣшенія: были отвергнуты «обновленчество», новый стиль, политика подчиненія церковной власти безбожникамъ, анаѳематствованы спиритизмъ, теосоѳія, масонство и «софіанство». Скончался митр. Антоній 28 іюля (10 августа) 1936 г. въ Бѣлградѣ. Его отпѣваніе совершилъ сербскій патр. Варнава. Значеніе церковной дѣятельности митр. Антонія велико не только для Русской, но и для всей Христовой Каѳолической Церкви. Это былъ поистинѣ архипастырь вселенскаго масштаба.

Сочиненія митр. Антонія (Храповицкаго)

Жизнеописаніе и творенія блаж. Антонія, митр. Кіевскаго и Галицкаго († 1936 г.)
Томъ 15-й: «Слова, бесѣды и рѣчи». («О жизни по внутреннему человѣку»).
Посмертное изданіе съ предисловіемъ Архіепископа Никона (Рклицкаго).

е) Посланія.
Окружное посланіе къ духовенству Волынской епархіи.

(Объ условіяхъ моральнаго вліянія на паству).

Печальныя событія крестьянскихъ безпорядковъ, бывшія въ восточной Малороссіи, наводятъ насъ на грустныя размышленія о томъ, что во многихъ малороссійскихъ приходахъ подорвано сыновнее довѣріе мірянъ къ своимъ пастырямъ и притомъ, повидимому, такъ сильно, что священники иногда даже не знаютъ о начинающихся въ приходѣ бурныхъ волненіяхъ. Такое небывалое ослабленіе нравственной связи между пастырями и пасомыми едва ли не печальнѣе, чѣмъ самыя недавнія событія крестьянскихъ безпорядковъ. Послѣдніе произошли вслѣдствіе наивной довѣрчивости простодушныхъ малороссовъ хитро обдуманному извѣту враговъ нашего отечества. Ужасно то, что бѣдный народъ не имѣетъ около себя никого изъ просвѣщенныхъ людей, у кого бы онъ могъ провѣрить правдивость распространяемыхъ въ средѣ его ложныхъ надеждъ. Такимъ образомъ, въ этихъ условіяхъ народнаго быта, жители нашихъ деревень и на будущее время не ограждены отъ вліянія всякихъ негодныхъ людей, которые пожелали бы распространять среди нихъ ложные слухи, еретическія ученія и преступные замыслы подъ прикрытіемъ какихъ либо благословныхъ оправданій. Въ нашей епархіи, по милости Божіей, еще не наблюдается такихъ безобразныхъ явленій, какія были въ губерніяхъ Полтавской и Харьковской, — но явленія недовѣрія прихожанъ къ своему пастырю распространены у насъ повсюду. Ближайшимъ побужденіемъ къ моей письменной бесѣдѣ съ пастырями Церкви Волынской и служатъ подобныя явленія. Разумѣю ежедневно поступающія къ намъ жалобы цѣлыхъ приходовъ на своихъ священниковъ и безчисленныя судебныя дѣла между священниками и прихожанами, подобнаго чему не встрѣчалъ я ничего ни въ Казанской, ни въ Уфимской епархіяхъ, коими мнѣ пришлось управлять, хотя духовенство тѣхъ епархій наполовину не имѣло установленной обычаемъ подготовки къ своему служенію, т. е. семинарскаго образованія, да и паства, состоящая изъ разноплеменнаго, а иногда и пришлаго населенія, не могла считаться образцовой со стороны послушанія и устойчивости въ благочестивой жизни.

Священники Волынской епархіи въ личныхъ бесѣдахъ со мною ссылаются на расположенность жителей къ кляузамъ. Ссылка справедливая, снимающая вину со многихъ священниковъ, подвергшихся жалобамъ испорченныхъ прихожанъ, но не снимающая ея съ Волынскаго духовенства въ цѣломъ: развѣ не виноваты родители, если дѣти ихъ не хороши? Впрочемъ, мы пишемъ не обвинительный актъ, а увѣщаніе о томъ, какъ помочь дѣлу: не то важно, виноваты-ли священники, или прихожане при возникающихъ между ними неудовольствіяхъ, но это множество неудовольствій свидѣтельствуетъ несомнѣнно о томъ, что отношенія между священниками и прихожанами во многихъ селахъ нашей епархіи совершенно не правильныя, что довѣріе между ними подорвано, нерѣдко до полной потери взаимной нравственной связи, до полной замѣны ея связью чисто юридическою, въ Церкви Христовой вовсе неумѣстною. Нужно ли много распространяться о томъ, что въ подобныхъ селахъ широко открыты двери для растлѣвающаго воздѣйствія сперва самозванцевъ-проходимцевъ, а впослѣдствіи и для явныхъ еретиковъ и бунтовщиковъ!

Мы не надѣемся своимъ словомъ помочь такому печальному положенію вещей въ тѣхъ случаяхъ, когда въ основаніи его лежатъ порочныя свойства пастыря — корыстолюбіе, пренебреженіе своимъ долгомъ, чувственность, или маловѣріе. Надѣемся, что такихъ случаевъ не много. Но едва ли болѣе утѣшительны такія явленія, когда ссора, а потомъ и ненависть возникаетъ у прихожанъ по отношенію къ священнику вполнѣ исправному, трезвому, доброму семьянину и исполнительному требоисправителю и законоучителю школы. За столь недолгое время пребыванія моего въ Волынской епархіи ко мнѣ являлись священники съ такими именно почтенными качествами и съ докладомъ о полной нравственной невозможности своего дальнѣйшаго пребыванія на прежнемъ приходѣ, вслѣдствіе давнишней и напряженной вражды къ нимъ прихожанъ. Объяснять такую вражду причинами случайными или нѣсколькими безтактностями, допущенными въ молодости, нельзя, потому что время и частыя взаимныя обращенія другъ съ другомъ въ сельской жизни постепенно устраняютъ всѣ случайно возникающія недоразумѣнія. Есть нѣчто болѣе глубокое среди причинъ такой вражды, нѣчто, заключающееся въ самыхъ убѣжденіяхъ священника, въ самыхъ воззрѣніяхъ его на дѣло своего служенія, и если эти воззрѣнія ошибочны только теоретически, а не исходятъ изъ черствости души и сознательнаго себялюбія, то можно надѣяться на то, что добрымъ словомъ и разъясненіемъ дѣла они будутъ разсѣяны.

Съ тѣхъ поръ, какъ духовенство обособилось отъ жизни народной черезъ воспитаніе въ прежнихъ латинскихъ семинаріяхъ, въ коихъ внушалось суевѣрное уваженіе къ чуждой православной Церкви средневѣковой схоластикѣ и усваивалось презрительное отношеніе ко всѣмъ не знающимъ латинскаго языка, риторики и метафизики, съ тѣхъ поръ, какъ вновь посвященные пастыри стали являться среди своихъ прихожанъ, какъ чужіе къ чужимъ, — правильное отношеніе пастыря къ своему дѣланію усваивалось имъ лишь постепенно, по мѣрѣ того, какъ онъ втягивался въ жизнь прихода и отрѣшался отъ жизни школьной. То и другое въ прежнія времена происходило неизбѣжно, во-первыхъ, по причинѣ матеріальной зависимости отъ прихожанъ, во-вторыхъ по причинѣ замкнутости сельской жизни и отрѣшенности ея патріархальнаго быта отъ жизни просвѣщенныхъ центровъ. Да и сама натура молодого священника, еще въ школѣ привыкшаго къ терпѣнію и послушанію, не была настолько сложна и избалована, чтобы не поддаться доброму вліянію православнаго богослужебнаго строя и сили земли. Но теперь времена измѣнились: матеріальная зависимость духовенства отъ народа ослабла; молодой священникъ отрѣшенъ отъ народнаго быта уже не одной схоластикой, но и болѣе опасными приманками культурной жизни — поверхностной литературой, газетами, музыкой и всякими другими, если не барскими, то буржуазными привычками, которыя въ нашемъ ополяченномъ краѣ пріобрѣтаютъ въ глазахъ средняго сословія характеръ чего-то якобы въ высшей степени интеллигентнаго и благороднаго, не какъ терпимая слабость, не какъ выраженіе избалованности, а какъ плодъ высшаго развитія духа. И, конечно, съ этой же точки зрѣнія молодое духовенство пренебрегаетъ всѣмъ, что Св. Духомъ установлено въ Церкви для смиренія плоти, для возвышенія духа, для умиленія сердца, т. е. богослужебнымъ уставомъ, истовымъ крестнымъ знаменіемъ, келейнымъ молитвеннымъ правиломъ, святыми постами и даже чтеніемъ Священнаго Писанія и вообще ознакомленіемъ съ источниками христіанскаго учительства и христіанскаго подвижничества.

Это же польское суевѣрное преклоненіе предъ блестками внѣшней культуры, это же предпочтеніе мишуры и позолоты жизни предъ сокровищами духовно-внутренняго совершенства является причиной глубокаго враждебнаго презрѣнія къ простому сѣрому народу, не знающему ни французскихъ словъ, ни воротничковъ, ни перчатокъ, ни того, чтобы стоять за свою амбицію и отстаивать свой гоноръ.

Если подобныя воззрѣнія на жизнь вообще, и въ частности на жизнь народа, усвоены кѣмъ-либо изъ священниковъ, то какъ бы онъ ни старался быть исправнымъ въ своемъ дѣланіи, какъ бы ни былъ чуждъ грубыхъ пороковъ, какъ бы ни старался быть вѣжливымъ со всѣми, — но онъ никогда не будетъ въ глазахъ народа ни добрымъ пастыремъ, ни даже своимъ человѣкомъ, у котораго можно было бы спросить совѣта въ затруднительныхъ обстоятельствахъ жизни. На почвѣ такого взаимнаго отчужденія жизнь подобнаго священника сама собою складывается такъ, что онъ оказывается среди народа просто землевладѣльцемъ — хозяиномъ, въ лучшемъ случаѣ — воспитателемъ своей семьи, а въ худшемъ — спеціалистомъ какой-либо праздной привычки, коннозаводчикомъ, музыкантомъ и тому под. Да, современная сельская жизнь уже безсильна для того, чтобы по примѣру прежнихъ лѣтъ понудить священника сблизиться съ народомъ, опроститься по своему внѣшнему человѣку и облагородиться, возвыситься по внутреннему человѣку. То, что прежде дѣлала за священника сама жизнь, теперь можетъ совершить только онъ самъ, какъ добровольный подвигъ. И, конечно, за этотъ подвигъ внутренняго сближенія съ народомъ возьмется всякій, кто только пожелаетъ разсмыслить о жизни, серьезно вдуматься и оцѣнить съ одной стороны путь добраго пастыря, посвятившаго себя духовному возрожденію великой и святой Руси, а съ другой стороны — буржуазный бытъ священника-чиновника, внутренне чуждаго и своему жребію, и окружающему его народу. Въ молодые годы здѣсь возможны колебанія, но подъ старость не только посвятившій себя религіи служитель Божій, но и почти всякій, даже плохой христіанинъ начинаетъ тяготиться всѣми внѣшними приманками жизни и подводить итоги своихъ грѣховъ. А если онъ хоть когда-нибудь былъ религіозенъ, то прежнія высшія стремленія его духа воспроизводятся подъ старость въ душѣ его съ двойною силой, и чего бы онъ только ни отдалъ за то, чтобы вычеркнуть изъ своей жизни плоды своихъ прежнихъ отступленій отъ своего призванія; но сдѣлать этого теперь уже никто для него не можетъ. Случилось мнѣ видѣть однажды одного весьма пожилого священника, смолоду державшагося мірского духа, но измѣнившагося къ старости и затѣмъ горячо посвятившаго себя интересамъ миссіонерскаго дѣла. Въ великомъ посту вечеромъ онъ сидѣлъ предъ тарелкой съ постной безрыбной пищей; рядомъ съ нимъ сидѣлъ съ папиросой во рту надъ кускомъ жаренаго мяса сынъ его студентъ-медикъ и велъ грязный разговоръ съ братомъ офицеромъ. Изъ сосѣдней комнаты доносились звуки веселой музыки подъ руками дочери священника, актрисы-любительницы, и двое младшихъ дѣтей его подростковъ упражнялись въ танцахъ, а бѣдный старикъ опустилъ голову въ тарелку, и горькія, но позднія слезы его падали на неначатую пищу: среди своей семьи онъ чувствовалъ себя, какъ Лотъ въ Содомѣ. Едва-ли многимъ разнится отъ жизни этого несчастнаго священника не только старость, но и вообще пожилые годы всѣхъ батюшекъ, установившихся на ложномъ нецерковномъ строѣ жизни, даже въ тѣхъ рѣдкихъ случаяхъ, когда внѣшнее благоустройство жизни достигается ими, когда они не впадаютъ въ какія-либо бѣды, праведно ими заслуженныя.

Они становятся одинаково чуждыми и своимъ духовнымъ чадамъ, которыми смолоду привыкли пренебрегать, и своимъ чадамъ по плоти, и прочимъ своимъ мірскимъ знакомымъ, потому что сознаніе незаконности, неправедности мірской жизни для священника никогда не покинетъ окружающихъ его и никогда не допуститъ въ его семьѣ и въ его обществѣ сохраняться тому мирному гармоничному настроенію, безъ котораго невозможно благополучное пребываніе даже чисто свѣтской семьи или общества.

Описывать-ли прекрасную картину жизни пастыря добраго, отца своего народа, благоговѣйнаго строителя Христовыхъ тайнъ? Такихъ картинъ много написано и церковными, и даже мірскими писателями, и надѣюсь, что наши священники видѣли ихъ среди своихъ собратій въ дѣйствительной жизни.

Благодаря Бога, духовное сословіе и до настоящаго времени еще не настолько развращено, чтобы представители его не были способны воспроизводить эту картину въ собственной жизни. Нужно только положить начало перевороту своихъ духовныхъ интересовъ отъ буржуазности къ народности, отъ свѣтскости къ православію. Иначе говоря, нужно отрѣшиться отъ того суевѣрнаго преклоненія предъ мишурой жизни, которое, къ сожалѣнію, невольно и безсознательно усваивается въ школѣ и юношами — будущими священниками, и дѣвицами — будущими матушками. Если-бы молодые дѣятели и дѣятельницы болѣе критически, болѣе сознательно относились къ сравнительной оцѣнкѣ различныхъ сторонъ своей жизни, то неужели они бы не поняли, что полнота и разнообразіе жизни многолюднаго крестьянскаго общества, которая готова всегда цѣликомъ отдаться нмъ въ руки, что это таинство, то начинающихся, то оканчивающихся жизней, что это множество совѣстей, открывающихся предъ духовникомъ со своими подвигами и паденіями, со своею борьбою и мольбою о помощи и нравственной поддержкѣ, что эта борьба Духа Божія и духа обольстителя, которая совершается въ людяхъ предъ глазами священника, — есть величайшее и важнѣйшее содержаніе не только его пастырской жизни, но и жизни человѣчества вообще. И развѣ не приступно, не безбожно отвращать свое вниманіе и сердце отъ этого очевиднаго откровенія Божества въ сердцахъ человѣческихъ и отвлекать себя отъ борющихся совѣстей людей, за которыхъ умеръ Христосъ, отвлекать отъ нихъ свое сердце и предавать его земнымъ стяжаніямъ, — разведенію лошадей, арендованію земель или игрѣ на скрипкѣ.

Люди, не вникающіе во внутреннюю сущность жизни, могутъ считать ничтожнымъ все, что происходитъ у жалкихъ мужиковъ, но священникъ, которому послѣдніе открываютъ свою совѣсть въ жизни и предъ смертью, онъ не долженъ быть большимъ философомъ для того, чтобы понять, какъ ничтожно въ мірѣ все сравнительно съ душою человѣка, которую спасти или погубить такъ часто зависитъ отъ его одного сердечнаго слова, или напротивъ, отъ одного черстваго и горделиваго отказа. Дѣла, которыя совершаются предъ его глазами, хотя бы и въ самомъ незначительномъ селеніи бѣдняковъ, имѣютъ гораздо большую важность, чѣмъ тѣ, повидимому, міровыя событія, за которыми съ такимъ любопытствомъ всѣ слѣдятъ по газетамъ; ибо всѣ эти конгрессы, выставки, паденія кабинетовъ, выборы, международныя войны и даже общественныя бѣдствія, какъ эпидемія и землетрясеніе — все это касается внѣшняго человѣка; а то, что совершается хотя бы и въ сельской тиши, но въ области совѣсти человѣческой, въ ея колебаніи между добромъ и зломъ — это опредѣляетъ собою вѣчную участь христіанскихъ душъ.

Постоянно напоминая себѣ объ этомъ, священникъ тѣмъ самымъ исполнилъ бы половину того подвига, который предлежитъ ему для достойнаго пасенія ввѣренныхъ ему словесныхъ овецъ. И пусть онъ не думаетъ, что жизнь ихъ такъ бѣдна духовнымъ содержаніемъ сравнительно со свѣтскимъ обществомъ сельской буржуазіи, или его собственной родни, или даже просвѣщенныхъ помѣщиковъ, если таковые имѣются въ его приходѣ. Насколько въ области внѣшняго быта жизнь послѣднихъ сложнѣе и разнообразнѣе жизни крестьянина, настолько по высотѣ внутренняго своего содержанія, по ясному различенію добра и зла, по готовности покориться божественному промыслу, по примиренности съ лишеніями и страданіями, по спокойному ожиданію смерти, по увѣренности въ праведномъ воздаяніи за гробомъ жизнь крестьянская возвышается надъ жизнью буржуазной и барской, проникнутой богопротивной гордыней, жаждой наслажденій, равнодушіемъ къ божественному закону и животнымъ страхомъ предъ смертью. Поэтому священникъ, пренебрежительно отвращающійся отъ своихъ прихожанъ въ сторону мірскихъ знакомствъ, уподобляется австралійскимъ дикарямъ, охотно мѣняющимъ золото и драгоцѣнные камни на стекляные бездѣлушки, привозимыя европейцами. Конечно, бываютъ благочестивые христіане и среди образованныхъ людей, но такіе не отвлекутъ пастыря отъ народа, а напротивъ будутъ поддерживать его близость къ простолюдинамъ.

Но, можетъ быть, кто-либо изъ іереевъ скажетъ, что при всемъ уваженіи къ духовной жизни русскаго народа, при всей готовности быть руководителемъ его духовныхъ интересовъ онъ чувствуетъ себя совершенно къ тому неподготовленнымъ, что его поученія народу непонятны, что семинарскій дипломъ, свидѣтельствующій о его познаніяхъ въ области библейской и церковной хронологіи и германской философіи, не далъ ему рѣшительно никакихъ свѣдѣній о жизни человѣческой совѣсти, о средствахъ борьбы со страстями, ни даже о такой постановкѣ церковнаго богослуженія, которая назидала бы крестьянъ и нравилась имъ.

Если ты такъ говоришь, любезный собратъ, то я заранѣе увѣренъ въ успѣхѣ твоего дѣланія, ибо вижу, что ты свободенъ отъ высокаго мнѣнія о себѣ и о степени своего духовнаго образованія. Если ты искренно говоришь такъ, то будешь и искренно молиться Богу. Вникая съ благоговѣніемъ въ слова церковныхъ молитвъ, ты тогда не откажешь въ участіи къ обращенному къ тебѣ запросу прихожанина и хотя-бы и то и другое дѣланіе твое было сначала не твердо и не опытно, но въ душѣ твоей уже зародилась духовная жизнь. Подчини ее руководству Церкви, возьми себѣ любое отеческое руководство къ духовному совершенству, хотя-бы книжку епископа Ѳеофана: «Путь ко спасенію», и вотъ ты теперь уже Христовъ работникъ: не человѣческая мудрость, но благодать божественная, не внѣшніе руководители, а Св. Духъ поведетъ тебя по этому новому для тебя, но весьма старому и извѣданному для православныхъ подвижниковъ, пути, невѣдомой міру, но знаемой для сыновъ благодати мудрости духовной.

Прежде всего ты съ удивленіемъ увидишь, что все наше богослуженіе содержитъ въ себѣ, въ каждой своей стихирѣ, въ каждомъ псалмѣ, не иное какое либо содержаніе, а именно отвѣты на эти вопросы духа, отвѣты, даваемые Богомъ душѣ, изнемогающей въ борьбѣ со страстями, и утѣшающіе ее напоминаніемъ о чудесахъ Спасителя и Его угодниковъ и обѣтованіями благодатной помощи. Тогда ты измѣнишь обычное у молодого духовенства полулютеранское-полукатолическое отношеніе къ православной службѣ: ты устыдишься своего прежняго высокомѣрнаго отношенія къ богослужебной дисциплинѣ, къ уставнымъ поклонамъ, постамъ и стояніямъ; тебѣ чуждымъ станетъ стремленіе наполнять службу новѣйшими произвольными эффектами, безобразною итальянской музыкой, всегда соединенной съ опущеніемъ важнѣйшихъ пѣснопѣній праздника и доводящей содержаніе нашихъ службъ до степени того однообразія и безличія, которое они пріобрѣли у лютеранъ, папистовъ и уніатовъ, сохранившихъ только мшу да вычурные, безсодержательные акаѳисты новаго издѣлья.

Возвращая православной службѣ богатство ея содержанія и простоту ея формъ, ты съ удивленіемъ увидишь, какъ быстро возрастетъ къ ней усердіе народа, и какъ вмѣстѣ съ тѣмъ быстро поднимется въ глазахъ народа твой собственный пастырскій авторитетъ; а если ты, вникая въ содержаніе священныхъ службъ, будешь обогащать свой духъ ежедневнымъ чтеніемъ хотя бы святой Библіи и Златоуста, то душа твоя получитъ богатый источникъ постояннаго назиданія народа. Привыкнувъ къ его образной, чуждой отвлеченности бесѣдѣ, ты уже не будешь затрудняться тѣмъ, чтобы златоустовы толкованія божественнаго закона излагать рѣчью простой, свободною отъ періодовъ и подчиненныхъ предложеній. А если пожелаешь, чтобы слово твое неизгладимыми буквами сейчасъ же запечатлѣвалось на народномъ сердцѣ, то возьми Житія Святыхъ и Прологъ (или хотя бы переложеніе послѣдняго священникомъ Шумовымъ) и старайся каждую истину, каждое правило добродѣтели подтверждать примѣрами святыхъ; разсказывай слушателямъ, какъ хитро діаволъ искушалъ подвижниковъ и какъ мудро Духъ Божій училъ ихъ побѣждать искусителя.

Открывая людямъ въ доступномъ имъ видѣ божественную волю и совершая терпѣливо и неизмѣнно божественныя службы по уставу Церкви, ты привлечешь къ себѣ сердце народное раньше, чѣмъ ты смѣлъ того надѣяться. Тебѣ будетъ казаться, что ты еще ничего добраго не сдѣлалъ ни для людей Божіихъ, ни для храма Божія, а вотъ уже на первой исповѣди ты услышишь отъ многихъ именованіе благодѣтеля и отца; тебѣ будутъ говорить о томъ, что твоя служба и твое поученіе пробудили дремавшую совѣсть, будутъ просить у тебя благословенія на особенные добровольные подвиги, будутъ признаваться въ давно совершенныхъ и долго скрываемыхъ грѣхахъ и преступленіяхъ. Немного времени пройдетъ послѣ этого, какъ народъ настолько сроднится съ тобою, что ни одного дѣла ни семейнаго, ни общественнаго, не будутъ, начинать безъ твоего указанія и благословенія. Такъ не далѣе, какъ въ нынѣшнемъ мѣсяцѣ, мнѣ пришлось видѣть одного сельскаго пастыря нашей епархіи, о которомъ говорилъ мнѣ его-же недоброжелатель, что весь народъ въ приходѣ добровольно подчиняется этому священнику во всѣхъ своихъ дѣлахъ и охотно исполняетъ все, чего только пожелаетъ послѣдній.

И когда Господь сподобитъ тебя достигать такой высоты пастырскаго вліянія, когда сердце твое расширится настолько, чтобы вмѣщать заботы и духовную жизнь многочисленныхъ семействъ и сокровенныя тайны каждой души, и все это возводить въ мѣру Христова совершенства, — тогда сравни богатство твоего жизненнаго содержанія съ тою жалкою суетой, съ тѣмъ безпокойнымъ нетерпѣливымъ и безцѣльнымъ блужданіемъ, въ которомъ пребываютъ священники, пренебрегающіе своимъ высокимъ жребіемъ, тяготящіеся таинственною и благодатною бесѣдою съ Богомъ и брезгливо сторонящіеся отъ священнаго наслѣдія Его Единороднаго Сына, т. е. вѣрующаго народа. И скажи, возможно ли тогда будетъ въ твоемъ приходѣ вліяніе еретиковъ-штундистовъ или распространяемыхъ жидами и проходимцами-нигилистами прокламацій, ложно выдаваемыхъ за грамоты друзей народа? А если подобное растлѣніе коснулось твоей паствы еще раньше, то оно быстро исчезнетъ, оно истаетъ, какъ воскъ отъ лица огня, если только въ душѣ твоей возгорится огонь божественной ревности о спасеніи людей, — если ты только возлюбишь въ своемъ сердцѣ врученный тебѣ Св. Духомъ смиренный и христіанскій народъ русскій, — если по любви къ нему и къ собственному спасенію своему, ты подчинишь свою жизнь и свою волю руководству Святой Церкви и, усовершая себя въ молитвѣ и въ изученіи воли Божіей, будешь насаждать въ твоемъ храмѣ настояшую православно-церковную жизнь. «Внимайте убо себѣ и всему стаду, въ немъ же васъ Духъ Святый постави епископы, пасти Церковь Господа и Бога, юже стяжа кровію Своею».

Источникъ: Митрополитъ Антоній. Слова, бесѣды и рѣчи. (О жизни по внутреннему человѣку). — Посмертное изданіе съ предисловіемъ Архіепископа Никона (Рклицкаго). — Нью Іоркъ: Printing Shop St. Iov of Pochaev Holy Trinity Monastery, Jordanville, 1968. — С. 455-463. [«Жизнеописаніе и творенія Блаженнѣйшаго Антонія, Митрополита Кіевскаго и Галицкаго», Томъ 15-й.]

Назадъ / Къ оглавленію раздѣла / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.