Церковный календарь
Новости


2018-12-13 / russportal
Евсевій Памфилъ. "Четыре книги о жизни блаж. царя Константина". Книга 2-я (1849)
2018-12-13 / russportal
Евсевій Памфилъ. "Четыре книги о жизни блаж. царя Константина". Книга 1-я (1849)
2018-12-12 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 126-й (1899)
2018-12-12 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 125-й (1899)
2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Православное Догмат. Богословіе митр. Макарія (1976)
2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Свт. Тихонъ Задонскій, еп. Воронежскій (1976)
2018-12-10 / russportal
Лактанцій. Книга о смерти гонителей Христовой Церкви (1833)
2018-12-10 / russportal
Евсевій, еп. Кесарійскій. Книга о палестинскихъ мученикахъ (1849)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Истинное христіанство есть несеніе креста (1975)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Сознаемъ ли мы себя православными? (1975)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, какъ душѣ обрѣсти Бога (1895)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, что не должно соблазнять ближняго (1895)
2018-12-07 / russportal
Тихонія Африканца Книга о семи правилахъ для нахожд. смысла Св. Писанія (1891)
2018-12-07 / russportal
Архим. Антоній. О правилахъ Тихонія и ихъ значеніи для совр. экзегетики (1891)
2018-12-06 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 16-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
2018-12-06 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 15-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - четвергъ, 13 декабря 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 19.

Духовные писатели Русскаго Зарубежья

Монахиня Варвара (Суханова) († 1972 г.).

Монахиня Варвара (въ мірѣ Вѣра Суханова) († 1972), духовная писательница, вѣрное чадо РПЦЗ. Родилась въ 1896 г. въ купеческой семьѣ. Во время Первой міровой и Гражданской войнъ служила сестрой милосердія. Съ послѣдними частями Бѣлой Арміи оставила Россію. Работала учительницей въ русской гимназіи въ Панчевѣ (Сербія). Въ 1929 г. поступила послушницей въ Лѣснинскую женскую обитель въ Хопово (Сербія). Несла самыя разныя послушанія: была клиросной, занималась съ дѣтьми Хоповскаго пріюта, писала иконы. Въ 1932 г. была пострижена въ монашество. Въ 1950 г. вмѣстѣ съ другими сестрами обители переселилась изъ Югославіи во Францію. Мать Варвара много писала. Ея статьи и разсказы появлялись еще въ «Православной Карпатской Руси» (впослѣдствіи «Православная Русь») и въ приложеніи «Дѣтство во Христѣ», когда Братство преп. Іова Почаевскаго находилось еще на Карпатахъ, во Владиміровой. Составила около четырехсотъ «Житій святыхъ для дѣтскаго и юношескаго возраста», которыя подъ иниціалами «М. В.» (Монахиня Варвара) вначалѣ публиковались въ журналѣ «Православная жизнь», а затѣмъ отдѣльными выпусками издавались въ Свято-Троицкомъ монастырѣ въ Джорданвиллѣ (всего было напечатано двадцать такихъ сборниковъ). М. Варвара мирно скончалась послѣ продолжительной болѣзни 27 ноября (10 декабря) 1972 г. въ Лѣснинскомъ монастырѣ (Провемонъ, Франція).

Сочиненія мон. Варвары (Сухановой)

М. В.
Житія святыхъ, переложенныя для дѣтскаго и юношескаго возраста.
Выпускъ двѣнадцатый. [1966 г.]

Чудотворенія св. прав. отца Іоанна Кронштадтскаго [1]

«Я жила съ сыномъ мальчикомъ въ Крыму. Мой маленькій Гриша заболѣлъ воспаленіемъ легкихъ и исхудалъ такъ, что оставались кожа да кости. Врачи на послѣднемъ консиліумѣ высказали мнѣніе, что воспаленіе легкихъ перейдетъ въ скоротечную чахотку. Врачи для осмотра раздѣли мальчика совсѣмъ. Увидѣвъ его худобу и выслушавъ заключеніе врачей, я послала мужу телеграмму: «Пріѣзжай съ первымъ поѣздомъ». Одновременно я послала телеграмму и отцу Іоанну съ просьбой помолиться объ исцѣленіи мальчика.

Къ удивленію всѣхъ, мальчикъ сталъ быстро поправляться безъ всякаго кризиса, который обыкновенно бываетъ при воспаленіи легкихъ, и когда, черезъ три дня, пріѣхалъ мужъ, то нашелъ сына въ такомъ хорошемъ видѣ, что разбранилъ меня, говоря: — Можно ли было вызывать меня такой телеграммой, когда нѣтъ ничего опаснаго!»

*     *     *

Въ Петербургѣ въ девяностыхъ годахъ прошлаго [XIX] столѣтія, сестрѣ поручика Корпуса Пронина, пятилѣтней малюткѣ, прищемили палецъ, захлопывая дверцы кареты, и его совсѣмъ раздавили. Докторъ сказалъ, что нужно отнять палецъ. На другой день оказалось зараженіе крови и докторъ сказалъ, что нужно отрѣзать руку по локоть. Дѣвочка непрерывно плакала отъ боли. Когда докторъ разбинтовалъ руку, то распространилось зловоніе. Неожиданно слышатъ, что отецъ Іоаннъ пріѣхалъ къ сосѣдямъ. Тогда отецъ дѣвочки побѣжалъ и умолялъ о. Іоанна придти. Онъ, хотя и былъ очень занятъ, но въ виду тяжелаго случая пришелъ, служилъ молебенъ и сказалъ, что операціи дѣлать не надо и что такъ пройдетъ. Послѣ ухода праведника, отецъ дѣвочки настаивалъ на операціи, а мать, крѣпко вѣровавшая, рѣшила сдѣлать такъ, какъ сказалъ чудотворецъ. Дѣвочка заснула и много спала. Утромъ пришелъ докторъ и разбинтовалъ руку. Опухоли не было, дурной запахъ прошелъ и висѣла лишь засохшая жилка, какъ на ниточкѣ. Жилку отрѣзали и дѣвочка выздоровѣла, т. к. зараженіе крови прошло, и докторъ заявилъ, что это чудо, т. к. наука говорила другое.

Разсказъ ротмистра Н. Ѳ. Черваковича-Яворскаго.

Въ августѣ мѣсяцѣ, числа не помню 1901 г., когда я со своей семьей жилъ въ Царицынѣ на Волгѣ, Саратовской губ., въ домѣ помошника городского головы Александра Петровича Мишнина, благодаря его служебному положенію, я удостоился получить съ моей женой входной билетъ на литургію, совершаемую, проѣздомъ черезъ Царицынъ, о. Іоанномъ Кронштадтскимъ. Съ нами была жена Мишнина съ семилѣтнимъ сыномъ Александромъ, хромавшимъ отъ рожденія на лѣвую ногу: мальчика возили въ Саки на грязи, на лиманы, но ничего не помогало.

При выходѣ праведника изъ церкви, гдѣ мы ожидали его выхода, первой стала на его пути Мишнина съ больнымъ сыномъ, держа его за плечи. О. Іоаннъ остановился, ведомый подъ руки, положилъ руку на голову мальчика, спросилъ мать, что съ нимъ, получивъ отвѣтъ о. Іоаннъ, погладилъ рукой по головкѣ больного, возвелъ глаза къ небу, довольно громко произнесъ: «Господи Всемилостивый, благослови болящаго Александра», перекрестилъ его, давъ поцѣловать свой наперсный крестъ, возложилъ его на голову мальчика, и сказалъ матери: «Молитесь и Господь поможетъ по вашимъ молитвамъ».

На третій день, къ общему удивленію, мальчикъ сталъ ходить, не хромая, и не болѣлъ совсѣмъ впослѣдствіи. Все это произошло на моихъ глазахъ, въ моемъ присутствіи, что своей совѣстію подтверждаю какъ очевидецъ.

Письмо Антонины Тонитто.

Это было приблизительно въ 1897 г. Я родилась 29-го января, а въ октябрѣ заболѣла сильнымъ рожистымъ воспаленіемъ на головѣ, вслѣдствіе сильнаго ушиба.

Все лицо, голова, шея были одна спошная масса опухоли. Я была еще очень маленькая и не могла перенести высокую температуру. Докторъ предупредилъ мою маму о неминуемой опасности. Температура превышала 40°, а опухоль быстро распространялась по тѣлу. Въ этотъ отчаянный моментъ мама узнала о проѣздѣ черезъ нашъ городъ, Ростовъ на Дону, батюшки о. Іоанна Кронштадтскаго. Не имѣя возможности пойти самой, мама посылаетъ на вокзалъ ему письмо съ горячей просьбой помолиться обо мнѣ. Батюшка былъ окруженъ толпой народа и дѣвушка съ письмомъ съ трудомъ протискалась къ нему. Праведникъ сейчасъ же, сосредоточившись, сказалъ: «Иди домой, я помолюсь о ребенкѣ». Въ тотъ моментъ я спокойно уснула. На утро докторъ былъ пораженъ моимъ таинственнымъ чудеснымъ выздоровленіемъ.

Письмо Михаила Михайловича Родзянко.

Дѣло было въ Пажескомъ корпусѣ въ Петроградѣ. Во время гимнастики одинъ мальчикъ получилъ сильный ударъ по головѣ и послѣ того опасно заболѣлъ. Лѣчили его всякіе врачи и профессора, но ему лучше не становилось и матери сказали, что ея сынъ безнадеженъ и, въ лучшемъ случаѣ, если не умретъ, то будетъ идіотомъ. Тогда мать поѣхала въ Кронштадтъ, тамъ ей удалось увидать отца Іоанна, который съ ней поѣхалъ къ больному, помолился и сказалъ, что ея сынъ будетъ здоровъ. Дѣйствительно, отъ того дня мальчику стало лучше, и вскорѣ онъ совсѣмъ поправился, на удивленіе всѣхъ врачей.

Сообщеніе Симеона Стодульскаго.

Въ возрастѣ 4 лѣтъ я заболѣлъ скарлатиной, осложненной дифтеритомъ. Лежалъ безъ сознанія въ жару. Мать, сидя у моей постели, время отъ времени обтирала влажной ваткой мои запекшіяся губы. Консиліумъ изъ семи врачей не нашелъ средствъ спасенія. Роднымъ было объявлено, что надо приготовиться къ худшему исходу. Если врачи это заявляютъ, — надежды на выздоровленіе нѣтъ! Но родителямъ хотѣлось во что бы то не стало отстоять своего единственнаго сына. Они послали телеграмму величайшему врачу-исцѣлителю — отцу Іоанну Кронштадтскому съ просьбой помолиться.

Черезъ нѣсколько часовъ они съ удивленіемъ увидѣли, что я приподнялся и истово осѣнилъ себя крестнымъ знаменіемъ.

Изъ полученнаго отвѣта узнали, что именно въ то время въ Кронштадтѣ былъ отслуженъ молебенъ обо мнѣ. Съ той минуты я сталъ быстро поправляться.

Въ студенческіе годы я встрѣтился съ однимъ изъ семи врачей «приговорившихъ» меня къ смерти.

«Не вѣрится, что вы тотъ самый, котораго я когда-то лечилъ, — сказалъ онъ, пожимая мнѣ руку, природа творитъ великія чудеса!»

Я же и мои близкіе знаемъ, что чудо это совершилось по молитвѣ угодника Божія.

Разсказъ Сергѣя Сергѣева.

Въ 1889 или 1890 году, когда мнѣ было лѣтъ 12-13, я поѣхалъ къ дѣду въ деревню и тамъ заболѣлъ брюшнымъ тифомъ и лишился сознаніе вслѣдствіе сильной температуры (со словъ родныхъ). Безъ сознанія я былъ около трехъ недѣль и не принималъ пищи. Лѣчилъ меня лучшій городской врачъ г. Шауръ, спеціалистъ по внутреннимъ болѣзнямъ. Посѣщалъ меня докторъ ежедневно и даже два раза въ день. Никакія лѣкарства не помогали. Я былъ похожъ на мертвеца, такъ какъ представлялъ изъ себя скелетъ, обтянутый кожей. Докторъ потерялъ всякую надежду на мое выздоровленіе и сказалъ моимъ роднымъ, что-бы они были готовы къ моей смерти, а самъ на другой день не пришелъ, предполагая, что къ нему придутъ, какъ онъ потомъ говорилъ, за свидѣтельствомъ на право погребенія.

Послѣ послѣдняго визита, какъ мнѣ разсказывали родные, мой папа послалъ телеграмму отцу Іоанну, прося помолиться о моемъ выздоровленіи. На другой день, когда докторъ не пришелъ, я, на радость родителей, неожиданно пришелъ въ сознаніе и увидѣлъ у своей кровати младшихъ братьевъ (я былъ самый старшій), и подошедшую маму, а папы въ это время не было дома.

На другой день пришелъ докторъ и съ нерѣшительностію входилъ, ожидая видѣть меня мертвымъ, и къ своему большому удивленію застаетъ меня въ сознаніи!

Съ тѣхъ поръ, хотя медленно, я сталъ поправляться и спустя нѣкоторое время поднимался и набирался силъ. Учился ходить, какъ маленькій ребенокъ, и когда меня выводили на воздухъ во дворъ и садили у дверей, то проходящіе мимо и спеціально приходившіе на меня посмотрѣть знакомые пугались меня, настолько я былъ похожъ на мертвеца! Даже смотря въ зеркало, я самъ себя пугался! Такъ благодаря вѣрѣ моихъ родныхъ и молитвѣ отца Іоанна, я былъ поднятъ отъ одра смертнаго и живу до сихъ поръ. Мнѣ теперь 52 года.

Изъ журнала «Кормчій».

У одного изъ Московскихъ купцовъ, В. П. Михайлова, заболѣла весьма тяжко старшая дочь Ольга, четырнадцатилѣтняя дѣвочка. Болѣзнь оказалась скарлатиной, осложнившейся въ самый тяжелый ея періодъ воспаленіемъ горла и потому принявшей форму почти неизлѣчимой болѣзни. Многіе лучшіе врачи Москвы были приглашены, чтобы спасти больную дѣвочку отъ угрожавшей ея жизни опасности, но всѣ старанія ихъ были напрасны. Дѣвочкѣ съ каждымъ днемъ становилось все хуже и хуже, — она замѣтно угасала...

Наконецъ, врачи заявили родителямъ, что состояніе больной безнадежно и даже опредѣлили приблизительно время ея смерти, объяснивъ имъ, что всякая земная помощь для ихъ дочери теперь совершенно безполезна, а потому имъ остается только обратиться къ помощи небесной и приготовить дѣвочку къ переходу въ лучшій міръ.

Нечего и говорить, что отчаянію несчастныхъ родителей не было границъ! Они совсѣмъ теряли головы и не знали на что рѣшиться, что предпринять, чтобы спасти свое дорогое дитя! Въ это самое время отецъ больной дѣвочки узнаетъ, что въ Москву пріѣхалъ о. Іоаннъ Кронштадтскій, но гдѣ онъ остановился и долго ли пробудетъ въ этомъ городѣ — ему не было извѣстно. Зналъ онъ только отъ другихъ, что о. Іоаннъ остается въ Москвѣ лишь одинъ день и вечеромъ уѣзжаетъ изъ Москвы обратно въ Кронштадтъ. Отецъ больной дѣвочки отправляется на вокзалъ Николаевской желѣзной дороги, ко времени отхода изъ Москвы курьерскаго поѣзда, съ которымъ постоянно ѣздилъ о. Іоаннъ, чтобы увидѣть его и попросить помолиться о здравіи его дочери. Дѣйствительно, на вокзалѣ г. Михайловъ узнаетъ, что о. Іоаннъ скоро прибудетъ и отправится съ курьерскимъ поѣздомъ въ Петербургъ, но что обыкновенно онъ пріѣзжаетъ передъ самымъ отходомъ поѣзда, и его на вокзалѣ ждетъ такая масса народа, что видѣться съ нимъ, а тѣмъ болѣе переговорить въ это время нѣтъ никакой возможности. Тогда господинъ Михайловъ беретъ билетъ на курьерскій поѣздъ до первой станціи «Клинъ» и садится въ тотъ самый вагонъ, въ которомъ ѣдетъ о. Іоаннъ, въ надеждѣ дорогою видѣться съ уважаемымъ батюшкой и передать ему свою убѣдительнѣйшую просьбу!

Надежда господина Михайлова, дѣйствительно, оправдалась. На его счастье, въ поѣздѣ пассажировъ вообще было немного, а въ томъ вагонѣ, гдѣ сидѣлъ о. Іоаннъ, еще менѣе. Едва только поѣздъ тронулся изъ Москвы, какъ г. Михайловъ, войдя въ отдѣленіе, занятое о. Іоанномъ, упалъ передъ нимъ на колѣни и, заливаясь горькими слезами, просилъ у пастыря сперва благословенія, а потомъ умолялъ его выслушать просьбу изстрадавшагося и измученнаго отца. О. Іоаннъ очень сочувственно отнесся къ искренному и непритворному горю страдальца-отца и, выслушавъ его разсказъ, успокоилъ его, обѣщавъ исполнить просьбу и усердно помолиться о его болящей дочери. Около полуночи курьерскій поѣздъ остановился на 15 минутъ у станціи «Клинъ». Г. Михайловъ, поблагодаривъ батюшку за теплое участіе и сочувствіе къ его горю и за молитву о его болящей дочери, вышелъ изъ вагона на этой станціи совершенно спокойнымъ, чтобы съ первымъ же отходящимъ поѣздомъ вернуться обратно въ. Москву, гдѣ съ большимъ нетерпѣніемъ ожидала его жена, недоумѣвая, что съ нимъ случилось, такъ какъ господинъ Михайловъ неожиданно уѣхалъ изъ Москвы, не успѣвши за суматохой послать телеграмму своей женѣ объ отъѣздѣ до станціи «Клинъ». На другой день, съ первымъ же пассажирскимъ поѣздомъ, рано утромъ г. Михайловъ вернулся въ Москву и, прибывъ домой, былъ несказанно обрадованъ хорошимъ настроеніемъ жены своей, несмотря на безпокойство отъ неизвѣстности, гдѣ онъ находился. Оказалось, что больная ихъ дочь Ольга, испытавшая въ послѣднее время страшныя мученія отъ болѣзни и проводившая безсонныя ночи, — въ эту ночь, около 12-ти часовъ, т. е. именно въ то время, когда молился о ней о. Іоаннъ, крѣпко и спокойно заснула, а прежнія, безпокоившія ее боли, совсѣмъ прекратились! Сонъ дѣвочки былъ продолжителенъ, а когда она проснулась, чувствовала себя бодрѣе и крѣпче, чѣмъ до сна. Кромѣ того, во снѣ она видѣла себя въ церкви, и тамъ ее пріобщалъ Св. Таинъ о. Іоаннъ Кронштадтскій, послѣ чего ей стало замѣтно лучше. Съ этого дня, безъ всякой медицинской помощи, его дочь совершенно поправилась.

Сообщеніе г-жи Пироттъ.

Въ 1893 г. мой десятилѣтній сынъ заболѣлъ скарлатиной. Мнѣ удалось его помѣстить въ больницу принца Ольденбургскаго въ отдѣльную палату. Оборудованіе больницы было прекрасное, уходъ за больными самый тщательный. Лѣченіе велось подъ наблюденіемъ директора больницы, спеціалиста по дѣтскимъ болѣзнямъ, знаменитаго профессора Раухфуса.

Не смотря на всѣ благопріятныя условія, жестокая болѣзнь сына не поддавадось лѣченію, а наоборотъ быстро вела къ роковому концу. Въ одинъ тяжелый день наша милая надзирательница уговорила меня погулять на чистомъ воздухѣ, пройтись по улицамъ. Я вышла и двигалась, какъ автоматъ, по прямой линіи, по Лиговкѣ, ничто меня не интересовало. Вдали проѣхала карета, а мнѣ, скорѣе не глазами и не умомъ, а душой показалось, что въ ней былъ о. Іоаннъ Кронштадтскій... Вдругъ мелькнула мысль: «вотъ къ кому мнѣ надо было обратиться за помощію и просить его помолиться за сына. Какъ я не думала объ этомъ? Надо, надо сдѣлать это, но какъ ?» Все казалось такимъ сложнымъ, но все же эта надежда не покидала уже больше меня. Я дошла до конца Лиговки, въ которую упиралась Бассейная улица, и повернула въ нее, рѣшивъ дойти до Литейной и вернуться назадъ. Не доходя немного до нея, я увидѣла большую толпу народа, стоящую на тротуарѣ. Дойдя до наружной линіи толпы, я спросила стоящихъ тамъ, почему собралось столько народу: что случилось?

«Сюда пріѣхалъ о. Іоаннъ Кронштадтскій служить молебенъ у мясника», отвѣтили мнѣ.

Такая неожиданная, дивная для меня встрѣча съ тѣмъ, о комъ я только что думала, поразила меня. Мысленно я пришла къ тому заключенію, что я могу и должна дойти до него и просить, чтобы онъ помолился за сына, но съ сокрушеніемъ видѣла, что я такъ далеко стою отъ мѣста его выхода изъ дома, а протискаться сквозь густую толпу до него было невозможно. Да и предпринять что-либо было уже поздно, потому что толпа вдругъ всколыхнулась, какъ волна отъ прилива, потому что изъ подъѣзда дома влились въ нее новые люди. Прежде всего вышла большая партія мужчинъ, прикащиковъ торговца-мясника, которые сразу оттѣснили стоящихъ около подъѣзда людей и, ставъ по обѣимъ сторонамъ его, устроили цѣпь для свободнаго и безопаснаго отъ толпы прохода батюшки о. Іоанна отъ дверей подъѣзда до дверцы кареты. За ними вышелъ о. Іоаннъ, ведомый подъ руки. На лицѣ его была свѣтлая и радостная улыбка, и онъ ласково смотрѣлъ на толпу.

Дойдя до половины тротуара, его голова повернулась въ нашу сторону, и вдругъ онъ громко сказалъ: «А, и вы здѣсь!» и, выйдя изъ сомкнутой цѣпи, направился въ мою сторону. Всѣ разступились, и это дало мнѣ возможность свободно подойти къ нему, и я помню, какъ взволнованно и порывисто заговорила: «Батюшка, благословите, у меня сынъ опасно боленъ, онъ при смерти».

Онъ благословилъ меня. Не помню точно его словъ, но это было что-то утѣшительное и ободряющее. Я поцѣловала его руку, и онъ уѣхалъ.

Что испытала моя душа послѣ совершившагося чуда этой встрѣчи съ о. Іоанномъ, я не могу передать словами, и я тутъ поняла, что сказанныя такъ громко слова: «А, и вы здѣсь», относились именно ко мнѣ. То, что было для меня невозможнымъ — подойти къ нему, для него, провидца, было легко — самому пойти навстрѣчу желанію измученной души матери за страданія своего ребенка, просящей его молитвенной помощи.

Вернувшись къ себѣ, я узнала, что у сына температура упала, но это паденіе температуры вызвало у докторовъ и у надзирательницы какую то новую тревогу. Я же была спокойна, и, дѣйствительно, это была наша послѣдняя тревожная ночь. Положеніе сына осложнялось только одною сильною слабостію, но кризисъ прошелъ благополучно, и онъ сталъ поправляться. Установившійся нормальный сонъ быстро возстанавливалъ его силы. Когда онъ окрѣпъ и былъ уже на ногахъ, я покинула больницу, т. к. его перевели въ общую палату выздоравливающихъ, чтобы выдержать карантинъ.

Какъ оказалось позднѣе, болѣзнь не оставила никакихъ послѣдствій.

Оставалось одно — благодарить Бога и нашего помощника и молитвенника за насъ, о. Іоанна Кронштадтскаго.

Въ настоящее время матери, сообщившей этотъ фактъ — 81 годъ. Какъ она, такъ и ея сынъ проживаютъ въ Англіи, какъ эмигранты, вотъ уже 20 лѣтъ. Его имя Борисъ Андреевичъ Пироттъ.

19, VII, 1933. 155 Crоmwеl Rоаd, S.W.5. Lоndоn, England.

Виноградинка.

Это было въ 1900 году, въ Петербургѣ, въ семьѣ военнаго инженера, генерала В. Я. Молчанова, гдѣ заболѣваетъ брюшнымъ тифомъ его дочь, учившаяся въ Смольномъ институтѣ. Брюшной тифъ осложнился возвратнымъ, и, наконецъ, обнаруживается въ сильной формѣ плевритъ. Молодой организмъ подтачивается высокой температурой и всевозможными осложненіями болѣзни. Лучшіе петербургскіе доктора, приглашенные на консиліумъ, заявляютъ о безнадежномъ состояніи и подготовляютъ семью къ неизбѣжному исходу.

Вызывается сестра изъ Смольнаго Института, которую подготовили родители и просили, чтобы она, при видѣ истощенной болящей, не отразила бы своего испуга на лицѣ и не встревожила бы умирающую.

Предупрежденіе не помогло, такъ какъ то, что представилось глазамъ пріѣхавшей институтки, было выше ея ожиданій, и она разрыдалась у кровати умирающей сестры!

Видъ больной былъ дѣйствительно тяжелый: голова была вся острижена, на исхудаломъ блѣдномъ личикѣ выдѣлялись глубоко ввалившіеся большіе глаза, и отъ здоровой и цвѣтущей дѣвочки остались кожа да кости. Что еще запечатлѣлось въ памяти пріѣхавшей — это громадный столъ, весь заставленный всевозможными лекарствами, и длинная карта, изображающая скачки температуры.

Религіозная семья, видя безпомощность медицинской науки, возложила всѣ свои надежды на единаго Бога и, много слышавъ о благодатной силѣ молитвы о. Іоанна Кронштадтскаго, срочно обратилась къ нему, прося пріѣхать.

Вѣсть о пріѣздѣ великаго чудотворца и молитвенника разнеслась молніеносно, и громадная толпа запрудила улицу, ожидая его пріѣзда.

Потрясающее впечатлѣніе произвела молитва прибывшаго о. Іоанна, т. к. она отличалась удивительной напряженностью!

Послѣ молебствія о. Іоаннъ возложилъ руки на голову больной и, взявъ со стола, гдѣ былъ приготовленъ чай, одну виноградинку, далъ ее страдалицѣ и высказалъ надежду, что Господь услышитъ его молитву, и больная поправится.

Къ вечеру температура у больной упала, и дѣвочка погрузилась въ глубокій сонъ.

Прибывшій на другой день врачъ съ удивленіемъ констатировалъ неожиданный переломъ въ ходѣ болѣзни и подтвердилъ исчезновеніе опасности.

Все это произошло въ нашей семьѣ, и болящая была моя родная сестра, которая и по сей день здравствуетъ и живетъ сейчасъ въ Полынѣ.

Этотъ дивный случай укрѣпилъ въ моей дѣтской душѣ вѣру въ Господа Бога, и эта вѣра и горячая молитва не покидаютъ меня и не разъ спасали во время большевизма изъ когтей и объятій вѣрной и неминуемой смерти.

17. XII. 1933 г. Львовъ, Польша.

Ольга Лелявская.       

Два разсказа Анны Александровны Танѣевой.
I.

Мнѣ было 18 лѣтъ, когда я заболѣла брюшнымъ тифомъ. Мы тогда жили съ родителями въ Петербургѣ. Заболѣлъ той же болѣзнью и мой братъ. Онъ болѣлъ легко, но на мое выздоровленіе надежды не было. Около 6 недѣль температура держалась на 40! Мучилась я ужасно! Дѣлали мнѣ ванны, завертывали въ холодныя простыни, но ничего не помогало, не могла спать, отнялся языкъ, слухъ, ноги ...

Въ одну ночь вижу я во снѣ отца Іоанна, который въ дѣтствѣ нашемъ часто посѣщалъ моихъ родителей въ Петербургѣ. Мы, дѣти, его очень любили, но и боялись, т. к. отецъ говорилъ намъ, что о. Іоаннъ прозорливый и знаетъ всѣ наши шалости и продѣлки. Помню, какъ ласкалъ онъ насъ, прижимая наши головки къ своему наперсному кресту. Помню ясно, какъ намъ было и больно и радостно...

Послѣ моего сна во время тифа, я умоляла отца пригласить отца Іоанна, но, т. к. не могла говорить, то написала на бумагѣ свою просьбу. Отецъ послалъ телеграмму въ Кронштадтъ, но о. Іоаннъ былъ на родинѣ.

Помню, какъ вскорѣ затѣмъ, какъ бы въ забытьѣ, я вижу, что къ нашей дачѣ подъѣзжаетъ о. Іоаннъ въ ландо со старушкой въ черномъ платьѣ. Я начинаю дѣлать отчаянные жесты, показывая на дверь. Родители устремляются на лѣстницу и видятъ, что о. Іоаннъ подымается къ намъ...

Не могу выразить чувство радости и покоя, когда о. Іоаннъ положилъ на мою голову епитрахиль и, придерживая рукой, сталъ служить молебенъ, сказавъ до этого: «Пусть всѣ, кто вѣруютъ, придутъ помолиться».

Собрались двѣ сестры милосердія и докторъ Боткинъ. По окончаніи молебна о. Іоаннъ попросилъ стаканъ воды и, благословивъ, вылилъ воду на мое лицо, къ ужасу доктора Боткина, который бросился меня вытирать. О. Іоаннъ его остановилъ и пошелъ повидать брата, а послѣ сѣлъ съ родителями пить чай.

Я сразу заснула, температура спустиласъ съ 40° на 37°, вернулся слухъ, я стала говорить и поправляться.

II.

Осенью 1919 года я большевиками на время была освобождена изъ тюрьмы и почти ежедневно ѣздила на Карповку къ ранней обѣднѣ. 22 сентября видѣла во снѣ о. Іоанна Кронштадтскаго, который мнѣ сказалъ: «Не бойся! Я все время съ тобой!»

Я поѣхала причаститься на Карповку и, вернувшись послѣ принятія Св. Таинъ домой, застала у насъ засаду, и меня вновь арестовали и повезли на Гороховую. Послѣ двухнедѣльныхъ мученій, которыя описываю въ своей книгѣ, въ одно утро меня повели на разстрѣлъ. Вышли два солдата и схватили меня. Я попросила позволить мнѣ открыть мое маленькое Св. Евангеліе. Взглядъ упалъ на 6-ой стихъ 3 главы отъ св. ев. Луки: «И узритъ всякая плоть спасеніе Божіе».

Лучъ надежды сверкнулъ въ измученномъ сердцѣ.

Мы вышли на Невскій проспектъ... Сіяло солнце... Было два часа дня... Сѣли на трамвай. Публика сочувственно осматривала меня... Мы вышли на Михайловской площади, чтобы пересѣсть на другой трамвай, который гдѣ-то задержался, — не то мосты были разведены, или по другой причинѣ. Большая толпа ожидала. Солдатъ мнѣ сказалъ, что онъ посмотритъ, гдѣ нашъ трамвай и побѣжалъ направо. Въ эту минуту ко мнѣ подошелъ бывшій офицеръ, которому я когда-то помогла и, вынувъ 500 рублей, сунулъ мнѣ въ руку, говоря, что деньги могутъ мнѣ пригодиться... Я сняла браслетъ и просила его отнести матери и сказать, что прощаюсь съ нею!

Въ это же время ко мнѣ быстрыми шагами подошла одна изъ близкихъ домашнихъ о. Іоанна, — портниха Дуня, стоявшая съ одной изъ монахинь съ Карповки. Она воскликнула: «Не давайтесь въ руки врагамъ, идите, я молюсь! Батюшка о. Іоаннъ спасетъ васъ!»

Меня точно кто-то толкнулъ, и я, ковыляя со своей палочкой, пошла по Михайловской улицѣ, громко взывая: «Господи, спаси меня! Батюшка, о. Іоаннъ, спаси меня!» Пошла по Перинной линіи... Оглядываюсь, вижу солдатъ бѣжитъ, но онъ свернулъ. Я пошла по Чернышеву переулку, но силы стали слабѣть, шапочка съ головы свалилась, волосы упали... Прохожіе вѣроятно думали, что я безумная.

Дошла до Загороднаго проспекта. Стоитъ извощикъ. Я къ нему: «Занятъ», говоритъ. Показываю 500-рублевую бумажку. «Садись!» — крикнулъ онъ. Умоляла ѣхать скорѣе, говоря, что умираетъ мать. Дала адресъ на Обводный каналъ, гдѣ жила замужемъ наша учительница. Подъѣхавъ къ дому, позвонила и — упала въ глубокій обморокъ ...

Почти годъ скиталась я, никѣмъ не узнанная, у добрыхъ людей до отъѣзда за границу.

Разсказъ Михаила Александровича Хрущева, генеральнаго штаба генералъ-майора.

Почитаю своимъ нравственнымъ долгомъ сообщить подробности случая исцѣленія моего по молитвамъ угодника Божія о. Іоанна Кронштадтскаго въ подтвержденіе исключительной благодати Божіей, которая, въ видѣ дара исцѣленій и чудотвореній, почивала на семъ великомъ праведникѣ.

Въ бытность мою кадетомъ 4-го класса 2-го Петербургскаго кадетскаго корпуса, я сильно простудился во время прогулки по плацу корпуса въ началѣ февраля 1895 года. Я много бѣгалъ, разгорячился, а морозъ былъ около 20°. Я заболѣлъ воспаленіемъ лѣваго легкаго, осложненнымъ плевритомъ, т. е. плевро-пневмоніей въ тяжелой формѣ.

Старшій врачъ корпуса статскій совѣтникъ Данини извѣстилъ моихъ родителей о моей болѣзни и предупредилъ, что положеніе мое очень серьезно. У насъ въ корпусѣ не было обыкновенія извѣщать родителей о болѣзни воспитанниковъ и исключеніе дѣлалось только тогда, когда корпусное начальство опасалось смертельнаго исхода болѣзни. Какъ я послѣ узналъ изъ разсказовъ родителей и старшаго брата Вадима, который тоже былъ воспитанникомъ того же корпуса, мама моя, прибывъ въ лазаретъ, застала меня уже безъ сознанія и въ бреду.

Матушка моя, опасаясь, и не безъ основанія, за исходъ моей болѣзни, будучи глубоко религіозной женщиной и вѣря въ силу молитвъ отца Іоанна, въ своемъ материнскомъ горѣ обратилась съ мольбою къ нему телеграммой, прося его помолиться о здравіи и спасеніи тяжко болящаго отрока Михаила и вскорѣ получила отъ него отвѣтную депешу: «Молюсь объ исцѣленіи отрока Михаила». Вскорѣ послѣ полученія отвѣтной телеграммы, какъ говорили, я спокойно уснулъ, во снѣ перенесъ кризисъ и проснулсяі хотя и ослабѣвшій, но съ яснымъ сознаніемъ и съ нормальной температурой. Когда черезъ 14 или 15 дней послѣ того я выписался изъ лазарета, какъ выздоровѣвшій, то старшій врачъ, еще разъ выслушавъ меня, весело сказалъ, потирая руки: «Счастье ваше, вы необыкновенно удачно выкарабкались!»

Въ то же лѣто я былъ посланъ моими родителями въ Крымъ въ семью нашего добраго знакомаго генерала Павла Петровича Пылкова для того, чтобы окрѣпнуть послѣ тяжелой болѣзни и избавиться отъ послѣдствій воспаленія легкаго и плеврита. Немедленно послѣ моего пріѣзда въ Ялту, генералъ меня отвелъ къ опытному доктору, спеціалисту по груднымъ болѣзнямъ, чтобы тотъ назначилъ мнѣ курсъ лѣченія. Каково же было его удивленіе и радость, когда докторъ, подробно изслѣдовавъ меня, увѣренно заявилъ, что грудь моя совершенно здорова и что ни въ легкихъ, ни на легочной плевѣ никакихъ послѣдствій, т. е. слѣдовъ воспаленія, нѣтъ!

Разсказъ Вѣры Модестовны Клокачевой.
Римъ, Віа Лима 10. Сообщено 16 января 1940 г.

Чудо произошло въ Петербургѣ, въ 1892 г. У моей семилѣтней сестры Зинаиды сильный коклюшъ закончился воспаленіемъ мозга или, какъ теперь говорятъ, менингитомъ. Несчастная дѣвочка потеряла сознаніе и вся правая сторона ея тѣла была парализована. Собранные на консиліумъ врачи заявили, что ничего сдѣлать нельзя и что даже лучше, если дѣвочка не выживетъ, такъ какъ она, безъ сомнѣнія, останется ненормальной.

Тогда тетка дѣвочки, О. Г. Клокачева, женщина очень религіозная и вѣрующая, телеграфировала о. Іоанну, прося его помолиться за больную. Одновременно съ такою же просьбой, но уже лично въ Кронштадтѣ, обратилась къ о. Іоанну наша хорошая знакомая, жена контръ-адмирала А. П. Гирсъ.

И вотъ въ Страстную субботу въ 11 часовъ утра, въ то время, какъ о. Іоаннъ за литургіей вознесъ молитвы о болящей, случилось чудо — сестра пришла въ себя и узнала родителей.

Пріѣхавшіе врачи только развели руками отъ удивленія. Мало того, что черезъ мѣсяцъ дѣвочка совершенно выздоровѣла, но и умственныя способности ничуть не пострадали, она не только окончила гимназію съ золотой медалью, но успѣшно окончила и Петербургскіе Высшіе Женскіе Курсы.

Сообщаю объ этомъ чудѣ съ ея согласія и желанія.

Великаго чудотворца о. Іоанна я глубоко чту, молясь ему ежедневно.

Разсказъ И. А. Ярославскаго.
(Вѣдомости СПб. Градоначальства.)

Ниже поименованные свидѣтели разсказываютъ изумительное событіе, происшедшее на ихъ глазахъ по молитвамъ св. праведнаго о. Іоанна Кронштадтскаго.

13 февраля 1907 г. къ петербурскому жителю Ивану Аверьяновичу Лебедеву (Петербургская сторона, Плуталова ул. д. 7 кв. 11) былъ приглашенъ дорогой батюшка отслужить молебенъ. Усердный молитвенникъ обѣщалъ прибыть къ 4 часамъ дня. Въ квартирѣ Лебедева уже собрались избранные знакомые получить благословеніе высокочтимаго пастыря: дворянка Софья Ѳеодоровна Адлеръ, крестьянинъ Тверской губ. деревни Дулова Иванъ Давыдовъ, Спб. губ. деревни Первое Парголово, — Агафія Андреевна Бурова и мѣстный дворникъ Иванъ Димитріевичъ Грибковъ съ роднымъ братомъ своимъ Тихономъ.

Батюшка пріѣхалъ ровно въ 4 часа, ласково со всѣми поздоровался и сталъ благословлять каждаго отдѣльно, а жена Лебедева, Анна Никитична, тѣмъ временемъ объясняла батюшкѣ просьбы и нужды подходившихъ къ нему подъ благословеніе. Затѣмъ о. Іоаннъ предложилъ всѣмъ помолиться и, опустившись на колѣни предъ св. иконою, началъ громко и внятно произносить Божественныя слова молитвы.

Горячо и долго молился дорогой батюшла, испрашивая у Бога помощи требующимъ. Наконецъ, освятилъ воду и допустилъ богомольцевъ приложиться къ Св. Кресту. Въ это время 13-лѣтній сынъ Лебедева, Александръ, подойдя къ о. Іоанну, сказалъ: «Дорогой батюшка, у меня очень болитъ одинъ глазъ». О. Іоаннъ взялъ мальчика за руку, подвелъ къ столу, два раза омылъ ему св. водою глаза, провозгласивъ: «Да будутъ здоровы!» Эти слова, произнесенныя твердымъ, глубокоувѣреннымъ тономъ, произвели на всѣхъ потрясающее дѣйствіе.

Послѣ того, какъ было преподано общее благословеніе, батюшку пригласили на трапезу. Въ комнату, гдѣ усѣлся желанный гость, вошелъ дворникъ Грибковъ и ввелъ свою жену. Послѣдняя, взглянувъ на батюшку, вдругъ упала на полъ, стала биться, неистово кричать и стонать, требуя, чтобы ее увели обратно, такъ какъ она не можетъ выносить присутствіе о. Іоанна.

Дорогой батюшка, поднявшись съ мѣста, велѣлъ отвести больную въ смежную комнату, куда и самъ вошелъ за нею. Однако, и тамъ несчастная женщина продолжала биться и выкрикивать несвязныя слова. Ее съ трудомъ держали нѣсколько человѣкъ. И вотъ свершается преславное чудо великой благодати Всевышняго. О. Іоаннъ положилъ свою руку на голову больной и грозно произнесъ, обращаясь, вѣроятно, къ злому духу: «Самъ Господь повелѣваетъ тебѣ выйти!» Затѣмъ, какъ бы отвѣчая на чей-то вопросъ, добавилъ: «Со мною Господь... и ты раба Божія Аѳанасія, будь здорова!» — и заставилъ ее перекреститься. Больная перекрестилась, выпила поданную ей батюшкой св. воду и, какъ ни въ чемъ не бывало, отправилась вмѣстѣ съ присутствующими трапезовать. Добрый пастырь стада Христова о. Іоаннъ, бесѣдуя съ окружающими за трапезою, нашелъ для каждаго слово утѣшенія.

По окончаніи трапезы, онъ вторично подошелъ къ иконѣ, опять такъ же горячо помолился и, преподавъ всѣмъ благословеніе, направился къ выходу. А на улицѣ дорогого батюшку ожидала громадная толпа народа. Съ того незабвеннаго дня и глазная болѣзнь у мальчика, и припадки у женщины исчезли безслѣдно! Вотъ какъ любитъ и прославляетъ Господь Своихъ угодниковъ!

*     *     *

Преосвященный Викторъ, Епископъ Пекинскій и Китайскій, повѣдалъ для напечатанія въ книгѣ: Бѣлградъ 1938 года.

«Когда мнѣ было всего полтора года отъ роду, я заболѣлъ круппомъ горла и рожистымъ воспаленіемъ. Болѣзнь была настолько серьезна, что врачи отчаялись въ моемъ выздоровленіи и опредѣлили мое положеніе безнадежнымъ. Оставалась одна надежда на помощь Божію. Тогда мой отецъ, по просьбѣ своей матери, послалъ телеграмму о. Іоанну Кронштадтскому съ просьбой помолиться о моемъ исцѣленіи. Вскорѣ была получена отъ великаго чудотворца отвѣтная телеграмма: «Помолился, сынъ вашъ будетъ здоровъ!» — и я, дѣйствительно, къ изумленію врачей, сталъ быстро поправляться и скоро почувствовалъ себя совершенно здоровымъ.

Замѣчательно то, что выздоровленіе мое началось съ момента подачи телеграммы отца Іоанна Кронштадтскаго, а также и то, что великій угодникъ Божій былъ настолько близокъ къ Богу, что Господь Духъ Святый открылъ ему о принятіи его молитвы».

О. В. Шустинъ разсказываетъ о нѣкоторыхъ случаяхъ исцѣленій великимъ праведникомъ о. Іоанномъ.

Отецъ Шустинъ умиралъ отъ горловой чахотки. Профессоръ Симановскій опредѣлилъ, что ему жить дней десять. Такъ какъ о. Іоаннъ былъ близокъ семьѣ Шустиныхъ, то ему послали въ Кронштадтъ телеграмму. Онъ пріѣхалъ. Увидѣвъ отца, воскликнулъ:

«Что же вы мнѣ не сообщили, что онъ такъ серьезно боленъ? Я бы привезъ Св. Дары, причастилъ бы его».

Отецъ молча, скорбно смотрѣлъ на него. Тогда о. Іоаннъ задумался и вдругъ спросилъ:

«Вѣришь ли ты, что я силою Божіею могу помочь тебѣ?»

Отецъ говорить уже не могъ, и только кивнулъ утвердительно. О. Іоаннъ велѣлъ ему раскрыть ротъ и трижды крестообразно дунулъ. Потомъ размахнулся и ударилъ по маленькому столику съ лѣкарствами. Всѣ склянки полетѣли и разбились. (Какъ это живо и типично для него! Какъ ясно вижу я быструю руку, громящую ненужныя снадобья!). О. Іоаннъ велѣлъ везти отца къ обѣднѣ въ Кронштадтъ, причаститься. Несмотря на холода и опасность, его свезли. Когда онъ вернулся домой, Симановскій былъ пораженъ: въ горлѣ всѣ раны оказались затянуты. Симановскій во всеуслышаніе заявилъ:

«Это невидано! Это прямо чудо!»

Отецъ прожилъ послѣ того еще 25 лѣтъ.

На крестины сестры Шустина о. Іоаннъ пріѣхалъ безъ всякаго предупрежденія — она родилась раньше предполагаемаго срока, и никто его не извѣщалъ. Но великій чудотворецъ зналъ объ этомъ — своими, ему лишь вѣдомыми, путями.

Впослѣдствіи, когда дѣвочкѣ было семь лѣтъ, она заболѣла черной оспой. О. Іоаннъ провелъ по изъязвленному личику рукою, погладилъ. Когда болѣзнь прошла, ни одной рябинки не осталось на лицѣ!

Для этого великаго праведника не существовало ни разстояній, ни времени. Онъ угадываетъ черное горе и сразу даетъ лѣченіе, онъ въ толпѣ чувствуетъ близкую и живую душу. И онъ всегда съ народомъ, окруженъ имъ, въ его стихіи.

*     *     *

Одна женщина, сейчасъ глубоко религіозная, разсказывала мнѣ [2], какъ подросткомъ видѣла о. Іоанна въ Царицынѣ (не въ городѣ Царицынѣ, а подъ Москвой) на желѣзнодорожной платформѣ. Провидецъ благословлялъ изъ окна вагона народъ. Увидѣвъ ее, вдрутъ крикнулъ:

«Хохлатенькая, подойди сюда!»

Дѣвочка подошла, о. Іоаннъ положилъ ей руку на голову и особо ее благословилъ. Ея жизнь не кончена, и судьба неизвѣстна. Я знаю только, что тогда она была рыженькимъ «хохлатымъ» подросткомъ, далекимъ отъ вѣры и религіи, а сейчасъ преданная Церкви и Православію женщина — ее великій провидецъ сразу и выбралъ, отмѣтилъ и полюбилъ въ тысячной толпѣ.

Свидѣтельство самого святого о. Іоанна Кронштадтскаго
объ исцѣленіи тяжкоболящихъ послѣ принятія Святыхъ Животворящихъ Таинъ Христовыхъ.

Слава Господу Іисусу Христу и Животворящимъ Его Тайнамъ!

Сколько мнѣ приходилось видѣть больныхъ, истаявшихъ, какъ воскъ, отъ болѣзней, совершенно разслабѣвшихъ, погасавшихъ и, когда я причащалъ ихъ Божественныхъ Таинъ, которыхъ они требовали или по моему совѣту, или по своему сердечному влеченію, они дивнымъ образомъ быстро поправлялись. Такъ, одного старика слишкомъ 80-ти лѣтъ, живущаго въ бѣдности съ семействомъ, я причащалъ два раза въ разныя времена, причащалъ тогда, когда онъ былъ отчаянно боленъ, изготовилъ завѣщаніе и благословилъ всѣхъ домашнихъ, и онъ, оба раза, на второй или третій день вставалъ съ постели и выздоравливалъ.

Въ гимназіи одинъ ученикъ низшаго класса три мѣсяца былъ нездоровъ воспаленіемъ живота, не имѣлъ аппетита и подъ конецъ весь исхудалъ до скелета, весьма былъ недалекъ отъ смерти. Я посмотрѣлъ его, совѣтовалъ ему причаститься Св. Таинъ, возбудилъ въ немъ желаніе ихъ. Затѣмъ вскорѣ пришелъ причастить его: причастилъ и больной сталъ ѣсть, пить и быстро поправляться. Въ скоромъ времени онъ всталъ съ постели и готовъ былъ идти въ классъ.

Еще одинъ купеческій мальчикъ болѣлъ шесть недѣль горячкою, но лишь былъ причащенъ Св. Тайнами, — выздоровѣлъ.

Замѣчательно, что пораженные болѣзнями организмы какъ бы ожидаютъ Божественнаго Тѣла и Крови, и по принятіи ихъ тотчасъ же оживотворяются и поправляются.

Это только три случая, которые я въ скоромъ времени могъ припомнить. Но свидѣтельствуюсь Богомъ и своею священническою совѣстію, что случаи быстраго выздоровленія больныхъ послѣ причастія Божественныхъ Таинъ — неисчислимы отъ множества.

«Заступница Усердная Мати Господа Вышняго!»

Одна госпожа разсказывала, что когда она училась во ІІ-й женской гимназіи въ городѣ Варшавѣ, то въ Варшаву пріѣхалъ о. Іоаннъ Кронштадтскій. Съ вокзала онъ проѣхалъ прямо въ соборъ, гдѣ ожидала его масса народу. Разсказчица пѣла въ гимназическомъ церковномъ хорѣ и видѣла, что о. Іоаннъ очень быстро прошелъ отъ дверей собора къ большой иконѣ Божіей Матери и не опустился, а прямо упалъ на колѣни и поднявши руки къ Царицѣ Небесной воскликнулъ голосомъ, который заставилъ всѣхъ присутствующихъ затрястись: «Заступница Усердная, Мати Господа Вышняго!»

Быть можетъ пророческимъ взоромъ своимъ въ будущее великій чудотворецъ провидѣлъ разрушеніе собора и гибель Россіи и хотѣлъ умолить Пречистую заступиться.

Исцѣленіе дѣвочки.
Разсказъ Симеона Ѳеодоровича Судоргина.

У фельдфебеля Лейбъ-Гвардіи Преображенскаго полка 11-й роты, Григорія Логгиновича Чернухина и жены его Анны, жившихъ въ Петербургѣ на Кирочной улицѣ, была больна съ очень высокой температурой единственная дочь Варвара 3½ лѣтъ. Тяжелая болѣзнь продолжалась уже около мѣсяца. Три врача ходили каждый день и не могли опредѣлить болѣзни и сказали родителямъ, что нужно прекратить давать лѣкарства и во всемъ положиться на волю Божію. Слова эти, какъ громомъ поразили Чернухиныхъ: «Какъ это мы до сихъ поръ не догадались обратиться съ молитвой къ Богу»! Неожиданно Чернухины получили извѣстіе, что въ Варваринскомъ подворьѣ черезъ день будетъ служить о. Іоаннъ Кронштадтскій. Чернухины возгорѣлись пламеннымъ желаніемъ попросить о. Іоанна — прозорливца и чудотворца, помолиться за ихъ дѣвочку. Но какъ выполнить это намѣреніе? Мать ребенка ослабѣла и слегла въ постель, а отецъ отъ безсонныхъ ночей едва держался на ногахъ. Надо кого-то попросить сходить въ церковь и передать о. Іоанну просьбу помолиться. Однако вблизи не было ни родственниковъ, ни друзей. Но тутъ же жилъ благочестивый сослуживецъ Чернухина Симеонъ Ѳеодоровичъ Судоргинъ, который могъ бы исполнить эту просьбу, но они было во враждебныхъ отношеніяхъ и даже не разговаривали другъ съ другомъ. Тутъ благодать Божія вразумила Чернухина. Онъ пришелъ къ Судоргину и со слезами говоритъ: «Вы человѣкъ религіозный, поймете мою скорбь, помогите мнѣ! Одному вамъ только вѣрю, что вы исполните мою просьбу, пойдите въ церковь и все тамъ устройте».

С. Ѳ. Судоргинъ растрогался и тоже заплакалъ и обѣщалъ все сдѣлать и искренно помолиться. Враги стали сердечными друзьями и благочестивый С. Ѳ. Судоргинъ благодарилъ Господа за это чудесное примиреніе.

Дѣло было 4-го декабря 1901 года, въ день памяти св. великомуч. Варвары, въ день Ангела болящей малютки. Придя въ церковь въ 5 часовъ утра С. Ѳ. Судоргинъ обратился къ священнику съ просьбою предоставить ему лично просить о. Іоанна помолиться объ исцѣленіи безнадежно больной дѣвочки. Настоятель храма все записалъ и сказалъ, что онъ въ точности передастъ просьбу о. Іоанну, и что великій чудотворецъ и все духовенство будутъ молиться объ исцѣленіи болящей Варвары. «Молитесь и вы», сказалъ священникъ Судоргину.

И дѣйствительно С. Ѳ. Судоргинъ слышалъ какъ отецъ Іоаннъ неоднократно молился объ исцѣленіи тяжкоболящей Варвары.

Придя изъ церкви къ Чернухинымъ, С. Ѳ. Судоргинъ замѣтилъ радость на ихъ лицахъ и они разсказали ему, что въ 9 часовъ утра дѣвочкѣ стало легче, учащенное дыханіе было уже нормальное, страданія стихли, глаза оживились и дѣвочка крѣпко заснула. Проспавъ долго и спокойно, малютка стала кушать, черезъ день оставила постель, а черезъ три-четыре дня уже весело бѣгала по комнатѣ и играла.

Объ этомъ чудѣ великаго праведника много тогда говорили въ Петербургѣ.

Иди, сынъ твой здоровъ!

Въ 1899 году хорунжій Владиміръ Степановичъ Евлампіевъ на вокзалѣ крѣпости Брестъ-Литовскъ былъ свидѣтелемъ слѣдующаго случая:

У его знакомыхъ шестилѣтній сынъ былъ боленъ дифтеритомъ, и мѣстные врачи признали положеніе мальчика безнадежнымъ. Въ это время родители умирающаго мальчика узнали, что о. Іоаннъ Кронштадтскій, ѣдущій съ такимъ-то поѣздомъ, прибудетъ на Брестъ-Литовскій вокзалъ въ такомъ-то часу. Тогда мать сказала мужу, что пойдетъ на вокзалъ и попроситъ о. Іоанна помолиться о спасеніи жизни умирающаго сына.

Мужъ возражалъ: «Куда ты пойдешь, да тебя затолкаютъ, не пустятъ, я пойду».

Жена стала его упрашивать: «Возьми меня съ собою!» Но мужъ не соглашался, говоря: «Да вообще, чего тамъ ходить, все равно безполезно!» Жена продолжала его упрашивать взять ее съ собою, но мужъ такъ и не согласился и пошелъ одинъ.

Когда подошелъ поѣздъ, то хорунжій В. С. Евлампіевъ видѣлъ и слышалъ слѣдующее: о. Іоаннъ выйдя изъ вагона направился прямо къ отцу умирающаго ребенка и сказалъ ему: «Что ты жену не взялъ съ собою, вѣдь она тебя такъ просила?!» Отецъ умирающаго растерялся настолько, что не зналъ, что отвѣтить. О. Іоаннъ, пожуривъ его немного, сказалъ: « Ну, ничего, иди, сынъ твой здоровъ».

И дѣйствительно, сынъ его выздоровѣлъ.

Что же сказать про этотъ случай? Великій чудотворецъ и провидецъ Духомъ Святымъ узналъ, что въ городѣ Брестъ-Литовскѣ умираетъ мальчикъ отъ дифтерита, Духомъ Святымъ услышалъ разговоръ, происходившій между матерью и отцомъ умирающаго, Духомъ Святымъ узналъ, что отецъ пришелъ на вокзалъ и Духомъ Святымъ сразу замѣтилъ его въ толпѣ, хотя до того никогда его не видѣлъ, и исцѣлилъ силою Божіею умирающаго мальчика отъ такой опасной болѣзни, какъ дифтеритъ, единымъ словомъ, такъ, какъ и Христосъ исцѣлилъ сына Капернаумскаго царедворца, который увѣровалъ самъ и весь домъ его (Іоан. 4, 46-54).

Будешь здоровъ!

Разсказъ Надежды Ивановны Дубельштейнъ, жены полковника, проживавшей въ 1939 году въ Бѣлградѣ, въ Югославіи по Святосавской ул., № 30.

Въ городъ Вознесенскъ, Херсонской губерніи, въ нѣмецкой семьѣ Майшъ, лютеранскаго вѣроисповѣданія, дѣвочка восьми лѣтъ заболѣла дифтеритомъ. Положеніе ея было очень тяжелое. Врачи ничего не помогли. Родители были въ отчаяніи. Кто-то изъ православныхъ посовѣтовалъ имъ обратиться къ о. Іоанну Кронштатдтскому по телеграфу. Вечеромъ послали телеграмму, а утромъ получили отъ о. Іоанна отвѣтъ телеграммой же, что онъ «все сдѣлаетъ, что только можетъ». Дѣвочка, проснувшись, говоритъ своимъ роднымъ о томъ, что къ ней приходилъ священникъ, котораго никогда не видѣла, и описываетъ его наружность.

Еще передъ тѣмъ знакомые принесли имъ портретъ о. Іоанна. Когда дѣвочкѣ показали этотъ портретъ, то она воскликнула: «Вотъ этотъ же самый приходилъ ко мнѣ, подошелъ къ моей кровати и сказалъ: «Будешь здорова!» И дѣвочка дѣйствительно поправилась совершенно!

Случай этотъ знали всѣ въ городѣ. Это явленіе о. Іоанна изъ Кронштадта въ Херсонской губерніи само по себѣ есть величайшее чудо! Но въ этомъ случаѣ еще особенно замѣчательно то, что онъ въ телеграммѣ предупредилъ, что «сдѣлаетъ все, что только можетъ». Значитъ, онъ ке только имѣлъ отъ Бога великую власть являться на разстояніи, но посылая телеграмму уже рѣшилъ явиться безнадежно больной дѣвочкѣ въ Херсонской губ. и исцѣлить ее.

Исцѣленіе ослѣпшаго мальчика.

Въ 1890 г. жили мы въ Шуваловскомъ паркѣ, въ нѣсколькихъ верстахъ отъ Петербурга по Финляндской желѣзной дорогѣ. Мнѣ было въ то время шесть лѣтъ. Въ маѣ мѣсяцѣ какъ-то мы возвращались съ матерью по жел. дорогѣ изъ города, высунулся я изъ окна вагона и горящій уголь изъ паровоза попалъ мнѣ въ правый глазъ.

Получилось ужасное воспаленіе. Профессора Беллярминовъ, Тихомировъ и д-ръ Моръ тщетно пытались спасти мнѣ зрѣніе. Наступила полная слѣпота. Я помню и теперь, какъ меня мучили сильными лампами-прожекторами, изслѣдуя внутренность глазъ. Благодаря нервамъ, соединяющимъ глаза, я ослѣпъ и на лѣвый глазъ.

Рѣшили произвести операцію: отдѣлить правый глазъ отъ лѣваго, чтобы спасти лѣвый неповрежденный. Съ повязкою на глазахъ, покрытыхъ опухолями, возили меня въ креслѣ.

Обыкновенно отецъ утромъ передъ завтракомъ возилъ меня къ небольшому озеру передъ горкою, называемой «Парнасомъ». Тутъ въ густой тѣни онъ пріокрывалъ мнѣ повязку, но только мутный зеленый свѣтъ видѣлъ я передъ собою.

Въ одно изъ воскресеній, наканунѣ операціи, отецъ по обыкновенію повезъ меня туда часовъ около 10-ти утра. Тамъ пробыли мы около часа. Затѣмъ отецъ двинулся къ нашей дачѣ, опустивъ мнѣ повязку. Въ это время навстрѣчу шла небольшая толпа народу, человѣкъ 15-20 и среди нея небольшой худенькій священникъ. Увидя больного, священникъ отдѣлился отъ толпы и подошелъ ко мнѣ. Отецъ мой, лютеранинъ, не зналъ, что это былъ о. Іоаннъ Кронштадтскій.

«Что это, болящій? — спросилъ священникъ.

«Да, батюшка», сказалъ отецъ, «вотъ видите горе какое, ослѣпъ мальчикъ, уголь въ глазъ попалъ».

«Ничего, будетъ здоровъ», — сказалъ священникъ и рѣзкимъ движеніемъ сорвалъ мою повязку.

Я увидѣлъ передъ собою худенькаго, небольшого священника, уходящаго съ толпой. Зрѣніе мое было совершенно ясно и осталось такимъ на всю жизнь!

Когда мы вернулись домой, отецъ взволнованно сталъ разсказывать матери о происшедшемъ. Вдругъ я посмотрѣлъ въ окно и увидѣлъ въ саду сосѣдней дачи (Поповыхъ) выходившую толпу народа и передъ ней священника.

«Мама, вотъ этотъ батюшка!»

«Да вѣдь это отецъ Іоаннъ Кронштадтскій!» сказала мать. Она была православной и очень религіозной.

Показаніе мое важно потому, что въ нашей семьѣ и въ родствѣ православныхъ очень мало — все родство отца лютеранское и даже близкій родственникъ отца Беренъ былъ суперинтендентъ лютеранской церкви. Послѣ моего исцѣленія вѣра въ отца Іоанна Кронштадтскаго у всей нашей семьи была безграничной. Мой отецъ распорядился въ случаѣ смерти, чтобы его похоронили по православному обряду. Онъ похороненъ на Исидоровскомъ кладбищѣ Александро-Невской Лавры.

21 февраля 1937 г. Тунисъ.

А. Шнеуръ, Генерал. штаба полковникъ.       

Исцѣленіе дѣвицы Елизаветы Георгіевны Бѣлявской.
(Записано со словъ генералъ-маіора Семена Николаевича Пономарева, служившаго въ Харьковѣ).

Братъ мой Степанъ Николаевичъ Пономаревъ былъ женатъ на Юліи Бѣлявской, дочери Екатеринославскаго помѣщика. Свояченица брата — Елизавета Георгіевна училась въ Харьковѣ. Бу дучи уже въ старшихъ классахъ, она заболѣла и лишилась дара слова — онѣмѣла. Ни лучшіе харьковскіе профессора, ни заграничные не могли помочь больной и послѣ длительныхъ усилій принуждены были признать свое безсиліе!

Конечно, Лиза должна была оставить гимназію и жила въ имѣніи родителей.

Не трудно представить отчаяніе и горе родныхъ! Убѣдившись въ безсиліи науки, мать Лизы написала отцу Іоанну Кронштадтскому, умоляя его помолиться за Лизу и исцѣлить ее небесною помощію.

Батюшка отвѣтилъ, что онъ помолится, что не надо приходить въ отчаяніе и что милость Божія неизмѣрима.

Однажды Семенъ Ник. Пономаревъ, тогда еще молодой офицеръ, пріѣхалъ въ имѣніе Бѣлявскихъ. Дѣло было, кажется, передъ Пасхой. Ушла къ себѣ и Лиза, по-прежнему нѣмая, печальная. Еще не успѣли заснуть, какъ раздался громкій и въ то же время радостный и испуганный крикъ Лизы: «Мама, мама!»

Это было такъ неожиданно! Всѣ бросились въ комнату Лизы. Внѣ себя, въ какомъ то экстазѣ, Лиза разсказала, что «сей часъ въ мою комнату вошелъ батюшка (священникъ), благословилъ меня и велѣлъ мнѣ громко позвать маму. Я и закричала: мама, мама!»

По описанію Лизы вошедшій къ ней батюшка похожъ былъ на отца Іоанна Кронштадтскаго. И Лиза и ея родные, потрясенные чудомъ, горячо возблагодарили Бога и великаго чудотворца — о. Іоанна. Съ тѣхъ поръ Лиза была вполнѣ здоровой, благополучно окончила гимназію и въ свое время вышла замужъ.

Со словъ генерала Пономарева записалъ это чудо Генеральнаго штаба генералъ Борисъ Александровичъ Штейфонъ, о чемъ свидѣтельствую своей подписью.

1 мая 1937 г. Бѣлградъ, Югославія.

Святой отецъ Іоаннъ воскрешаетъ умершаго ребенка.

О. Іоаннъ въ своихъ твореніяхъ самъ скромно упоминаетъ о воскрешеніи умершаго. Онъ пишетъ, что былъ приглашенъ помолиться объ исцѣленіи больного ребенка, а когда пріѣхалъ, ребенокъ былъ обмершій, но послѣ его молитвы дитя ожило!

Исцѣленіе Николая Ивановича Рогового.

Въ раннемъ дѣтствѣ я болѣлъ падучей болѣзнью. Когда мнѣ было 10 лѣтъ, въ Страстной четвергъ я собрался съ матерью идти въ церковь на 12 Евангелій. Пока мать собиралась, няня меня одѣла въ новый костюмчикъ, пальто, и я ожидалъ мать, пока она одѣнется, сидя въ столовой на стулѣ. Няня ушла въ другія комнаты. Въ это время со мной случился припадокъ, и я со стула повалился на полъ. Прибѣжали мать и няня, подняли меня, раздѣли, вспрыснули холодной водой, какъ и раньше бывало, но я не приходилъ въ сознаніе до утра. Въ церковь никто не ходилъ. Мать, какъ вѣрующая женщина, молилась, стоя на колѣняхъ передъ иконами Нерукотвореннаго Спаса и Почаевской Божіей Матери, ибо это было въ Волынской губерніи, гдѣ въ каждомъ домѣ была копія этой чудотворной иконы, Почаевской.

Молясь ночью, мать задремала и во снѣ увидѣла отца Іоанна Кронштадтскаго, какъ онъ выходилъ изъ алтаря Кронштадтскаго собора въ облаченіи, неся Святые Дары. Мать проснулась совершенно бодрая, подкрѣпленная этимъ сновидѣніемъ — съ увѣренностью, что я буду здоровъ, сѣла за письменный столъ, написала срочную телеграмму съ оплоченнымъ отвѣтомъ о. Іоанну Кронштадтскому, прося его помолиться за болящаго отрока Николая.

На разсвѣтѣ подняли одного изъ расторопныхъ рабочихъ. Онъ осѣдлалъ самую быструю лошадь и помчался за 10 верстъ на почту сдавать телеграмму. Мать, отправивши телеграмму, опять погрузилась въ молитву до утра.

Посланецъ съ почты давно вернулся, депеша послана, а меня не могутъ привести въ чувство. Врача, конечно, не было по близости, да и о врачѣ какъ-то всѣ забыли, а приводили въ чувство своими средствами.

Около 9-ти часовъ утра въ Великую Пятницу я открылъ глаза, но болѣзненное состояніе меня какъ-то угнетало и дальше. Въ домѣ настроеніе было подавленное, приготовлялись къ Празднику вяло, апатично. Одна мать была, видимо, свѣтло, радостно настроена и утѣшала отца. Она глубоко вѣрила, что на ея депешу будетъ отвѣтъ положительный и съ нетерпѣніемъ его ожидала.

Въ субботу утромъ мать послала того же рабочаго на почту за депешей и сказала, что долженъ быть отвѣтъ; приказала ожидать отвѣта и безъ него не возвращаться. Въ тотъ же день къ вечеру верховой вернулся на взмыленномъ отъ гонки конѣ, вбѣжалъ въ комнату и передалъ матери телеграмму. Прочитавши ее, мать разрыдалась, такъ было сильно ея потрясеніе, но вскорѣ успокоилась и начала молиться. Въ отвѣтной телеграммѣ было приблизительно такое содержаніе:

«Христосъ Воскресе! (былъ канунъ Свѣтлаго Христова Воскресенія.) Отрокъ Николай будетъ здоровъ, молитесь Спасителю!»

Въ Великую Субботу вечеромъ я почувствовалъ себя совсѣмъ здоровымъ, хотя ничего не ѣлъ. Самъ одѣлся, вышелъ въ гостинную, гдѣ былъ уже накрытъ пасхальный столъ и былъ пріятный запахъ отъ куличей, находились волынскія мазурки и другія пріятныя вещи.

Домашніе, увидѣвши, что я хожу, какъ будто и не болѣлъ, страшно обрадовались. У всѣхъ появилось отличное настроеніе, а няня отъ радости плакала (няня служила у насъ до своей смерти). Я няню обнималъ и цѣловалъ, увѣрялъ ее, что я вполнѣ здоровъ!

Мать меня поставила передъ образами на колѣни и сама стала рядомъ около меня. Она долго со слезами молилась, благодаря Бога за мое исцѣленіе. Читала молитвы, а я за ней повторялъ.

Пошли къ заутрени, и меня взяли. Я былъ малъ, не понималъ, но чувствовалъ, что произошла какая-то перемѣна во мнѣ, я чувствовалъ силу вполнѣ здороваго ребенка, появилось желаніе играть, шалить и озорничать, чего раньше не было.

На второй день Пасхи я ходилъ къ обѣднѣ, исповѣдался и причастился. Послѣ этого дожилъ до полвѣка своей жизни и никогда больше падучей болѣзнью не болѣлъ.

Лѣтомъ того же года въ іюлѣ мѣсяцѣ мать и я поѣхали въ Петербургъ, а оттуда въ Кронштадтъ, чтобы возблагодарить тамъ Бога и батюшку и чтобы онъ, Святитель нашъ Іоаннъ Кронштадтскій, возложилъ на меня руку свою и благословилъ. Такъ была сильна вѣра у моей покойной матери!

Каждый день въ соборѣ было много народу, съѣзжались со всей необъятной Руси, и всѣ хотѣли повидать, жаждали благословенія батюшки, поэтому трудно и намъ было, почти невозможно, какъ либо быть вблизи великаго чудотворца, прикоснуться къ его одеждѣ.

Мы съ матерью прожили въ Кронштадтѣ 8-9 дней и почти все время были въ соборѣ, когда были службы, или около собора, надѣясь увидѣть батюшку. Мы уже теряли надежду видѣть великаго Духовника, пробраться черезъ толпу къ нему, чтобы получить благословеніе его на всю мою жизнь.

Къ концу нашего пребыванія въ Кронштадтѣ послѣ службы выходитъ батюшка изъ собора, кругомъ его толпа, народъ падаетъ на колѣни, меня съ матерыо толпа какъ то подхватила и вынесла почти на два шага къ батюшкѣ, и мы съ матерью приблизились къ нему. Отецъ Іоаннъ Кронштадтскій бросилъ на меня взоръ и сказалъ: «Пропустите ребенка ко мнѣ». И я предсталъ предъ чудотворцемъ со страхомъ дѣтскимъ. Я сразу хотѣлъ ему поцѣловать руку и получить его святое благословеніе, какъ мнѣ внушила и учила меня мать.

Великій праведникъ своею святою рукою поласкалъ меня по головѣ и сказалъ: «Ты, Николай, будешь здоровъ, я о тебѣ молился».

Я крѣпко прижался къ его рукѣ и заплакалъ и не замѣтилъ, что моя мать тутъ же стояла на колѣняхъ и цѣловала рясу угодника Божія.

Вся эта сцена произошла какъ то мгновенно, народъ же разступился, чтобы меня, малаго, не задавили въ толпѣ. Прозорливецъ благословилъ и мать, сказавъ: «По вѣрѣ твоей, сынъ твой Николай не будетъ больше болѣть!»

Мать плакала отъ счастья, что она достигла желаемой цѣли — я и она получили благословеніе великаго праведника.

Насколько былъ прозорливъ чудотворецъ: не видавши никогда насъ, назвалъ меня по имени, зналъ зачѣмъ мы пріѣхали изъ Волыни въ Кронштадтъ, далъ намъ все, чего мы такъ жаждали — пастырское, свое святое благословеніе.

Толпа народа насъ окружила, и у матери спрашивали — зналъ ли насъ вообще о. Іоаннъ? Мать отвѣчала, что онъ первый разъ встрѣтилъ насъ здѣсь. Разсказала случай моей болѣзни, о посылкѣ телеграммы и что я по его святой молитвѣ сталъ вполнѣ здоровъ!

Такъ была крѣпка и сильна вѣра русскаго народа въ своихъ пророковъ и святителей!

Все вышеизложенное могу подтвердить клятвой, ибо хотя тогда я былъ еще малъ, многаго не понималъ, но чувствовалъ и глубоко вѣрилъ подъ вліяніемъ и внушеніемъ матери, которая впослѣдствіи, когда я выросъ, обо всемъ этомъ мнѣ разсказывала, а кромѣ того, какъ образованная женщина, всѣ моменты со всѣми деталями записала въ свой дневникъ и я потомъ, послѣ ея смерти часто перечитывалъ, поэтому запомнилъ на всю жизнь этотъ случай моего исцѣленія по молитвѣ великаго праведника и чудотворца — краснаго солнышка Руси Святой.

Я отца Іоанна назвалъ «Святителемъ», ибо такія чудеса могутъ дѣлать только святые Божіи угодники.

Бѣлградъ, ул. Проте Матея 13. 1941 годъ.

Св. праведный о. Іоаннъ — провидецъ будущаго.
(Воспоминаніе регентши хора, пѣвшей на лѣвомъ клиросѣ Троицкой церкви въ г. Бѣлградѣ, въ Сербіи).

При посѣщеніи о. Іоанномъ 1-ой Варшавской женской гимназіи на Римарской ул., когда онъ сидѣлъ за обѣденнымъ столомъ, всѣ гимназистки подходили къ нему подъ благословеніе. Когда подошла разсказчица, та начальница сказала о. Іоанну, что эта дѣвочка пѣвчая. Тогда о. Іоаннъ повернулся къ дѣвочкѣ лицомъ; положилъ ей руку на голову, и сказалъ: «При церкви, при церкви!»

Дѣвочка не поняла, что это значило, а ея отецъ ей истолковалъ эти слова о. Іоанна въ томъ смыслѣ, что значитъ нужно въ церковь ходить и Богу молиться.

«Жизнь моя, — говорила эта госпожа, — сложилась такъ, что я всю жизнь находилась и нахожусь при церкви, сначала въ качествѣ пѣвчей, потомъ старшей сестры Кіевскаго Сестричества, при Владимірскомъ соборѣ, а нынѣ регентирую хоромъ. Такимъ образомъ исполнились пророческія слова святого прозорливца. Бѣлградъ, 1941 годъ.

Прозрѣлъ... прозрѣлъ!
(Разсказъ генерала Ельшина).

Учащаяся молодежь въ Кронштадтѣ хорошо была освѣдомлена о подвижническомъ священнослуженіи о. Іоанна Сергіева.

Вечернія службы его въ Андреевскомъ соборѣ привлекали особенное вниманіе воспитанниковъ Морского Инженернаго Училища, называвшагося тогда Техническимъ Училищемъ Морского Вѣдомства. По окончаніи его, я былъ выпущенъ во 2-ой Флотскій Ея Величества Королевы Эллиновъ Экипажъ.

Комната, въ которой я жилъ, окнами выходила на улицу, гдѣ находился Домъ Трудолюбія (основанъ о. Іоанномъ, въ коемъ помѣщалась просторная домовая церковь).

Какъ то утромъ рано я былъ разбуженъ шумомъ народа, запрудившаго всю улицу у Дома Трудолюбія. Съ невѣроятнымъ трудомъ я могъ проникнуть въ церковь, когда отецъ Іоаннъ съ амвона взывалъ къ народу помолиться вмѣстѣ о несчастномъ слѣпцѣ, поникше стоявшемъ передъ Царскими Вратами:

«Вотъ слѣпой... онъ лютеранинъ... братъ нашъ во Христѣ... помолитесь всѣ вмѣстѣ за него...»

Въ такомъ духѣ призывалъ всѣхъ батюшка. Начались моленія всѣхъ съ такой силой, что невозможно было не только разслышать, но и разобраться въ общемъ смятеніи, что именно произошло?!

Затѣмъ, среди возгласовъ: «Прозрѣлъ.. . Прозрѣлъ!.— невидимое теченіе несло меня внизъ къ паперти... на улицу, гдѣ я только могъ очнуться и придти въ себя отъ ошеломившей всѣхъ несказанной радости!

Генералъ А. Я. Ельшинъ.       

(Бывшій въ Великую войну начальникъ 42 пѣхотной дивизіи и командиръ ХХ-го Армейскаго Корпуса).

1941 годъ. Городъ Сеаттль, штатъ Вашингтонъ.

Явленіе о. Іоанна при жизни на разстояніи.
(Взято изъ журнала «Православная Карпатская Русь», № 1 отъ 6-го января 1933 г.).

Лютеранка, вдова православнаго инженера изъ Полтавы Іоганна Рудольфовна Васильева проживающая въ Германіи, повѣдала мнѣ [3] слѣдующій разсказъ еврейки.

Въ 1902 г. встрѣтилась я въ поѣздѣ съ интеллигентной еврейкой, ѣхавшей изъ Харькова въ Кронштадтъ. На мой вопросъ о причинѣ поѣздки туда, она отвѣтила:

«Я ѣду благодарить о. Іоанну Кронштадтскаго за исцѣленіе моей дочери, бывшей при смерти. Профессора приговорили ее къ смерти и отказались лѣчить. Тогда сестра милосердія, видя мой неописуемый ужасъ, дала совѣтъ: «Пошлите телеграмму о. Іоанну Кронштадтскому — онъ поможетъ!» Телеграмма тотчасъ была послана. Спустя нѣсколько часовъ въ тотъ же день вхожу я въ комнату болящей въ нашемъ домѣ и вижу въ крайнемъ удивленіи, что у постели моей больной дочери стоитъ и молится православный священникъ. Я въ замѣшательствѣ остановилась. Священникъ, помолившись, повернулся и, не глядя на меня, молча прошелъ въ дверь. Обликъ его былъ похожъ на о. Іоанна Кронштадтскаго, котораго я видѣла на портретѣ у сестры милосердія. Я почтительно пошла проводить батюшку, но когда вышла въ корридоръ, то тамъ никого не оказалось! Я спросила прислугу, кого пропускали въ домъ или изъ дому? Мнѣ отвѣтили, что никто не входилъ и не выходилъ.

А дочь моя сейчасъ же стала поправляться и вскорѣ, на удивленіе врачей и всѣхъ окружающихъ, совсѣмъ выздоровѣла.

Вотъ, хотя я еврейка, но ѣду въ Кронштадтъ, чтобы отслужить благодарственный молебенъ, поблагодарить батюшку о. Іоанна и внести свою жертву на его благотворительныя нужды.

Священническою совѣстію удостовѣряю достовѣрность этого чуда.

Протоіерей I. Левитскій.       

Разсказъ Антонины Вильгельмовны Крушинской.

Жена доктора «здравницы» (санаторіи для выздоравляющихъ) имени генерала Врангеля, которая была въ Бѣлградѣ на Дединье, Ольга Николаевна Терещенко разсказала мнѣ слѣдующее:

Единственная 18-тилѣтняя дочь крупнаго московскаго сахаро-заводчика заболѣла туберкулезомъ и врачи приговорили ее къ смерти. Консиліумъ врачей рѣшилъ, что ей осталось максимумъ три дня. Скоротечная чахотка быстро и вѣрно разрушала молодую жизнь. Тогда больная упросила родителей пригласить о. Іоанна Кронштадтскаго. Онъ пріѣхалъ, вошелъ въ комнату, гдѣ на кушеткѣ лежала умирающая. Какъ только больная увидѣла о. Іоанна, она быстро сползла къ его ногамъ и закричала: «Батюшка, я жить хочу, а доктора сказали, что я умру!»

«И будешь жить, чего плачешь? Только просить исцѣленія нужно не у тѣхъ врачей, что приговорили тебя къ смерти, а вотъ Этого Врача», — указавъ на икону Спасителя, висѣвшую на стѣнѣ, спокойно отвѣтилъ ей о. Іоаннъ.

Послѣ этого онъ сталъ усердно и горячо молиться, такъ что потъ проступилъ на его челѣ и волосы прилипали ко лбу!

Закончивъ молитву, онъ обратился къ роднымъ со словами:

«Мнѣ здѣсь больше нечего дѣлать».

Мать, въ полномъ отчаяніи, бросилась къ нему и закричала:

«Что, батюшка, она умретъ?»

«Да нѣтъ же, она совершеннр здорова», отвѣтилъ дивный чудотворецъ.

Послѣ этого дѣвушка стала быстро, быстро поправляться и скоро совершенно была здорова и, проживши до 76-ти лѣтъ, скончалась въ Совѣтской Россіи отъ голода и истощенія.

Разсказъ Ксеніи Николаевны Бартошевичъ [4].

Лѣтъ 40 тому назадъ, мать моя Анна Петровна Тумковская, 32-хъ лѣтъ, живщая въ своемъ имѣніи, Подольской губерніи, Летичевскаго уѣзда, была больна при смерти нефритомъ, и всѣ доктора, выписанные изъ Кіева и Одессы — тогдашнія знаменитости — приговорили ее къ смерти.

Жена уѣзднаго предводителя дворянства Рашевская, которая была знакома съ о. Іоанномъ Кронштадтскимъ, послала ему телеграмму съ просьбой молиться объ исцѣленіи больной.

Послѣ этого больная стала поправляться и совершенно выздоровѣла.

Бѣлградъ, Сербія. 1941 г.

О чудотвореніи изъ загробной жизни.
(Письмо Марка Ивановича Жуклевича отъ 12 авг. 1939 г. изъ Битоля, ул. Баньялучка 2. Сербія).

Родная моя внучка Марія Махина, 11 лѣтъ отъ роду, воспитанница школы Хопова монастыря, дѣвочка очень скромная, прилежная, до Рождества Христова 1938 года училась хорошо, въ текущемъ году должна была держать экзамены въ 1-й классъ средняго учебнаго заведенія. Съ Рождества Христова, Богъ знаетъ почему, ученіе пошло плохо, такъ плохо, что начальница школы монахиня мать Ѳеодора, потеряла всякую надежду на окончаніе Маріей курса школы и полагала, что исключена возможность Мусеньку допустить къ экзамену, и о томъ сказала Мусенькѣ и написала зятю, священнику Виктору Квачадзе, что Мусенька должна будетъ остаться еще на годъ въ школѣ, потому что при всемъ прилежаніи Муся одолѣть курса 4-го разряда не можетъ!

Дѣвочка, убитая горемъ, стала горько плакать. Что дѣлать и какъ помочь бѣдной дѣвочкѣ?

Я, не призадумываясь долго, рѣшилъ обратиться за помощью къ угодникамъ Божіимъ: преподобному Серафиму Саровскому и о. Іоанну Кронштадтскому съ усердной молитвой къ этимъ св. угодникамъ Божіимъ.

Послалъ внучкѣ ободрительное письмо и 10 динаръ и написалъ: «Не горюй и не плачь, посылаю тебѣ 10 динаръ, когда получишь деньги, сейчасъ же пойди съ сестрицей Вѣрочкой въ церковь, купи свѣчечки, поставьте передъ иконою преп. Серафима Саровскаго обѣ свѣчечки, станьте на колѣни и усердно съ вѣрою помолитесь свв. угодникамъ Божіимъ и просите ихъ помощи, преп. Серафима Саровскаго и еще не канонизированнаго святого о. Іоанна Кронштадтскаго, а у Бога оба святые услышатъ слезныя молитвы отроковицъ и Духъ Святый осѣнитъ твою память, только вѣрь и молись, сама увидишь чудо Божіе, начнешь все преподаваемое понимать и пойдешь къ экзамену и сдашь экзаменъ хорошо».

Все, что я написалъ внучкѣ, — она исполнила, сдала экзаменъ хорошо при Бѣлградской русской гимназіи.

Я вѣрю убѣжденно и иначе ничему не приписываю, какъ только чуду святыхъ Серафима Саровскаго и о. Іоанна Кронштадтскаго.

Примѣчанія:
[1] Извлечено изъ книги Сурскаго.
[2] Т. е. Сурскому.
[3] Т. е. протоіерею I. Левитскому. Городъ Кибарты 8-12-1933 г.
[4] Родной сестры игуменіи Ѳеодоры, Лѣсн. женск. монастыря, и матери Архіепископа Антонія (Бартошевичъ).

Источникъ: М. В. Житія святыхъ, переложенныя для дѣтскаго и юношескаго возраста. Выпускъ двѣнадцатый. [1966 г.] — Jordanville: Тѵпографія преп. Іова Почаевскаго. Свято-Троицкій монастырь, 1966. — С. 4-33.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.