Церковный календарь
Новости


2018-10-16 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Каноническое положеніе РПЦЗ (1992)
2018-10-16 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Письмо въ редакцію Вѣстника РХД (1992)
2018-10-14 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Отрицаніе вмѣсто утвержденія (1992)
2018-10-14 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Протоколъ 103-й (14 марта 1918 г.)
2018-10-13 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 5-я (1922)
2018-10-13 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 4-я (1922)
2018-10-13 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Пятьдесятъ лѣтъ жизни Зарубежной Церкви (1992)
2018-10-13 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Измѣна Православію путемъ календаря (1992)
2018-10-12 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Тайна беззаконія въ дѣйствіи (1992)
2018-10-12 / russportal
Опредѣленіе Архіер. Собора РПЦЗ отъ 13/26 октября 1953 г. (1992)
2018-10-11 / russportal
Преп. Ѳеодоръ Студитъ. Письмо къ Григорію мірянину (1908)
2018-10-11 / russportal
Преп. Ѳеодоръ Студитъ. Письмо къ Василію патрицію (1908)
2018-10-11 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 3-я (1922)
2018-10-11 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 2-я (1922)
2018-10-11 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). О постановленіяхъ II Ватиканскаго собора (1992)
2018-10-11 / russportal
Епископъ Григорій (Граббе). Докладъ о положеніи экуменизма (1992)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - вторникъ, 16 октября 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 10.

Духовные писатели Русскаго Зарубежья

Монахиня Варвара (Суханова) († 1972 г.).

Монахиня Варвара (въ мірѣ Вѣра Суханова) († 1972), духовная писательница, вѣрное чадо РПЦЗ. Родилась въ 1896 г. въ купеческой семьѣ. Во время Первой міровой и Гражданской войнъ служила сестрой милосердія. Съ послѣдними частями Бѣлой Арміи оставила Россію. Работала учительницей въ русской гимназіи въ Панчевѣ (Сербія). Въ 1929 г. поступила послушницей въ Лѣснинскую женскую обитель въ Хопово (Сербія). Несла самыя разныя послушанія: была клиросной, занималась съ дѣтьми Хоповскаго пріюта, писала иконы. Въ 1932 г. была пострижена въ монашество. Въ 1950 г. вмѣстѣ съ другими сестрами обители переселилась изъ Югославіи во Францію. Мать Варвара много писала. Ея статьи и разсказы появлялись еще въ «Православной Карпатской Руси» (впослѣдствіи «Православная Русь») и въ приложеніи «Дѣтство во Христѣ», когда Братство преп. Іова Почаевскаго находилось еще на Карпатахъ, во Владиміровой. Составила около четырехсотъ «Житій святыхъ для дѣтскаго и юношескаго возраста», которыя подъ иниціалами «М. В.» (Монахиня Варвара) вначалѣ публиковались въ журналѣ «Православная жизнь», а затѣмъ отдѣльными выпусками издавались въ Свято-Троицкомъ монастырѣ въ Джорданвиллѣ (всего было напечатано двадцать такихъ сборниковъ). М. Варвара мирно скончалась послѣ продолжительной болѣзни 27 ноября (10 декабря) 1972 г. въ Лѣснинскомъ монастырѣ (Провемонъ, Франція).

Сочиненія мон. Варвары (Сухановой)

М. В.
Житія святыхъ, переложенныя для дѣтскаго и юношескаго возраста.
Выпускъ семнадцатый. [1971 г.]

Житіе преподобнаго отца нашего Иринарха, затворника Ростовскаго Борисоглѣбскаго монастыря что на Устьѣ [1].
Память 13 января. — Отошелъ ко Господу въ 1616 году.

Преподобный Иринархъ родился въ Ростовской области, въ селѣ Кондаковѣ [2].

Родители его были крестьяне, отецъ по имени Акиндинъ, мать по имени Ирина. Во святомъ крещеніи святому младенцу дано было имя Илія. Радовались родители, видя, какъ быстро растетъ святой ребенокъ: двадцати недѣль, онъ уже всталъ на ноги и началъ ходить. Родители воспитали святого сына въ благочестіи и чистотѣ христіанской вѣры. Ребенокъ не занимался дѣтскими играми. Дитя было смиренно, кротко и тихо. Со всѣми онъ былъ ласковъ и привѣтливъ.

Будучи еще только шести лѣтъ, избранникъ Божій сказалъ своей матери: «Какъ выросту, такъ постригусь и стану монахомъ. Буду носить на себѣ желѣза и трудиться ради Бога, и буду учителемъ всѣмъ людямъ».

Удивилась мать такимъ рѣчамъ своего малолѣтняго сына, но вмѣстѣ и радовалась. Эти пророчественныя слова сбылись въ точности. Около того же времени случилось, что отецъ Ильи Акиндинъ позвалъ къ себѣ на обѣдъ своего сельскаго священника, именемъ Василія. За обѣдомъ священникъ разсказывалъ житіе преподобнаго Макарія Калязинскаго чудотворца [3]. Прислушиваясь къ рѣчамъ священника блаженное дитя вдругъ сказало: «И я буду такимъ же монахомъ!» Священникъ Василій удивился, видя ребенка, говорящаго рѣчи, приличныя взрослому, и строго сказалъ: «Какъ ты, чадо, осмѣлился сказать такое слово?»

Илья отвѣчалъ: «Кто тебя не боится, такъ это и говоритъ!»

Илья росъ при своихъ родителяхъ. Но вотъ во всей той округѣ случился голодъ. Илья, будучи уже восемнадцати лѣтъ, разстался съ отцемъ и матерью и отправился на заработки къ Нижнему Новгороду. Два года сынъ не возвращался домой и не давалъ о себѣ вѣсти. Родители рѣшили отыскать его и послали своихъ двухъ старшихъ сыновей Андрея и Давида. Братья нашли Илію близъ Нижняго въ одномъ селеніи у крестьянина, у котораго онъ работалъ. Обрадовавшись встрѣчѣ съ братомъ, они пробыли съ нимъ у того же крестьянина цѣлый годъ. Илья однажды, сидя вмѣстѣ съ другими въ комнатѣ, сталъ неутѣшно плакать. Всѣ спрашивали, отчего онъ такъ плачетъ и рыдаетъ. Онъ отвѣчалъ: «Вижу преставленіе своего отца. Несутъ родителя моего свѣтлые юноши на погребеніе».

Всѣ дивились, какъ онъ могъ видѣть преставленіе отца за 300 верстъ! Когда св. юноша возвратился домой, то услышалъ, что отецъ его преставился въ успенскій постъ. Святой сказалъ матери: «Въ то время я видѣлъ родителя моего: его несли свѣтлые юноши на погребеніе».

Послѣ смерти отца, Илья съ матерью и старшимъ братомъ Андреемъ переселились въ городъ Ростовъ, купили домъ и завели торговлю, чѣмъ вскорѣ увеличили свое благосостояніе. Младшій братъ Илья, всегда имѣвшій страхъ Божій въ своемъ сердцѣ, особенно сталъ прилежать къ церкви и творить милостыню нищимъ.

Строго соблюдая дѣвственную чистоту, онъ желалъ совершенно оставить мірскую жизнь и принять ангельскій образъ. Святой познакомился съ однимъ человѣкомъ, купеческаго званія, по имени Агаѳоникомъ, любившимъ читать книги, подружился съ нимъ и сталъ постоянно бесѣдовать о Божественномъ писаніи, Илья взялъ святой крестъ, благословился имъ и собрался въ путь.

На вопросъ своей матери, что онъ предпринимаетъ и куда собрался, Илья отвѣчалъ: «Иду въ монастырь, ко святымъ страстотерпцамъ Борису и Глѣбу на Устье помолиться!»

Мать стала плакать, но вспомнила, какъ ея сынъ, будучи шести лѣтъ, уже говорилъ, что будетъ монахомъ. Святый поклонился матери, облобызалъ ее и отправился въ путь. Приблизившись къ монастырю Бориса и Глѣба и увидѣвъ его, Илья возрадовался отъ всего сердца и направился къ игумену, поклонился и попросилъ благословенія. Игуменъ спросилъ: «Зачѣмъ, чадо, ты пришелъ сюда?» Илья отвѣчалъ: «Желаю, отче, ангельскаго образа, постриги меня Бога ради, невѣжду и селянина, и причти къ избранному Христову стаду и ко святой дружинѣ твоей».

Игуменъ сердечными очами узрѣлъ, что юноша пришелъ отъ Бога, и принялъ его съ радостью, постригъ въ ангельскій образъ и нарекъ ему во иночествѣ имя — Иринархъ.

Игуменъ, по монастырскому обычаю, отдалъ Иринарха подъ начало старцу, у котораго св. юный инокъ и сталъ пребывать въ послушаніи и покореніи, въ постѣ и молитвѣ.

Послѣ того какъ Иринархъ съ успѣхомъ прошелъ первое послушаніе, игуменъ для испытанія и смиренія послалъ его въ пекарню, гдѣ онъ и трудился на братію день и ночь, не заботясь ни о чемъ тѣлесномъ и никогда не уклоняясь отъ посѣщенія церкви Божіей, куда приходилъ прежде всѣхъ братій. Стоя въ церкви онъ ни съ кѣмъ не разговаривалъ. Во время чтеній не садился, а всегда выстаивалъ на ногахъ, какъ твердый камень, и никогда не выходилъ изъ церкви до отпуста.

Узнавъ о постриженіи Иліи, другъ его Агаѳоникъ пришелъ въ монастырь посѣтить Иринарха и пробылъ у него въ монастырѣ немало дней. Иринархъ проводилъ друга версты за два и на пути обратно размышлялъ, какъ бы ему спастись, не идти ли въ Кирилловъ Бѣлозерскій монастырь, или въ Соловецкій? И вотъ послышался ему голосъ свыше: «Не ходи ни въ Кирилловъ, ни на Соловки, здѣсь спасешься!»

Святой усумнился относительно этого голоса, но услышалъ вторично: «Здѣсь спасешься!» Иринархъ убоялся, сталъ плакать и помышлять, что это означаетъ. И въ третій разъ услышалъ тотъ же голосъ: «Здѣсь спасешься!»

Иринархъ укрѣпился въ той мыслѣ, что голосъ этотъ былъ откровеніемъ свыше. Возвратившись въ монастырь, онъ снова сталъ трудиться въ прежнемъ послушаніи, предаваясь по ночамъ молитвѣ и бдѣнію и ложась спать лишь ненадолго, и то не на постели, а прямо на землѣ. Послѣ этого послушанія, игуменъ назначилъ Иринарха въ пономарскую службу, которую святой сталъ отправлять съ радостью. Разъ преп. Иринархъ увидѣлъ одного странника, который былъ босъ, и, сжалившись надъ нимъ, обратился къ Господу съ такою молитвою: «Господи Іисусе Христе, Сыне Божій, Сотворившій небо и землю и перваго человѣка, прародителя нашего Адама, по образу Своему, и почтившій его теплотою въ святомъ раѣ, да будетъ воля Твоя святая со мною, рабомъ Твоимъ: дай, Господи, теплоту ногамъ моимъ, чтобы я могъ помиловать этого странника и дать съ себя сапоги на ноги его!»

И, снявъ съ себя сапоги, преп. Иринархъ отдалъ ихъ нищему. И съ того часа Богъ далъ ему терпѣніе и теплоту: онъ сталъ босой ходить по морозу, какъ въ теплой кельѣ. Съ того же времени святой сталъ и одежды носить всегда ветхія.

Такое поведеніе преп. Иринарха, по внушенію діавольскому, стало неугодно игумену, который началъ смирять святого подвижника различными способами. Такъ онъ часа на два на морозѣ ставилъ его на молитву противъ оконца своей келліи, а потомъ заставлялъ подолгу благовѣстить на колокольнѣ. Преп. Иринархъ все переносилъ съ кротостью, поминая слово Господне, «Яко многими скорбьми подобаетъ намъ внити въ Царствіе небесное» (книга Дѣяній Апост. глава 14, ст. 22).

Послѣ этого игуменъ посадилъ угодника Божія на три дня въ заключеніе и не давалъ ни ѣсть, ни пить, все для того, чтобы заставить святого носить новую одежду и ходить въ обуви. Но и это не помогло. Тогда игуменъ послалъ его снова на прежнюю службу. Преп. Иринархъ продолжалъ ходить босой по морозу, подражая терпѣнію св. Исаака Сирина, у котораго ноги примерзли къ камню, между тѣмъ какъ онъ не чувствовалъ холода!

Услышалъ блаженный Иринархъ, что въ Ростовѣ ожидаетъ наказанія заимодавцевъ одинъ христолюбивый человѣкъ. Преподобный рѣшилъ выкупить несчастнаго: заплатить за него долги. Босой пошелъ въ Ростовъ, а въ то время былъ лютый морозъ. Отошедши отъ монастыря верстъ семь, угодникъ Божій отморозилъ у ногъ пальцы и отъ стужи вернулся въ монастырь. Три года блаженный проболѣлъ ногами, на которыхъ образовались раны и текла кровь. Когда Господь исцѣлилъ преп. Иринарха, онъ по прежнему и зимой и лѣтомъ ходилъ безъ обуви, и по прежнему игуменъ за этотъ подвигъ смирялъ святого. Онъ рѣшилъ послать преп. Иринарха на работы внѣ монастыря. Это отлученіе или отгнаніе отъ храма Божія сильно огорчило великаго подвижника и онъ рѣшился уйти изъ Борисоглѣбскаго монастыря. Проходя окружавшіе въ тѣ времена монастырь лѣса, онъ подвергся нападенію хищныхъ звѣрей, волковъ и медвѣдей, но, ограждая себя крестнымъ знааменіемъ и творя про себя молитву, прогонялъ ихъ отъ себя!

Преп. Иринархъ ушелъ въ Ростовъ и направился въ Аврааміевъ Богоявленскій монастырь. Принятый съ радостью архимандритомъ монастыря, онъ остался здѣсь въ числѣ братіи и вскорѣ былъ назначенъ келаремъ монастыря. Съ радостью Иринархъ сталъ трудиться для братіи, не оставляя при этомъ никакой церковной службы. Состоя келаремъ, онъ видѣлъ какъ братія монастырская и другіе монастырскіе служители брали безъ мѣры и воздержанія всякія монастырскія потребы и истощали монастырское достояніе. Видя все это, онъ внутренно воздыхалъ и молился: «Преподобный Авраамій, не я — твоему монастырю разоритель!»

Разъ во снѣ преп. Иринархъ видитъ: въ келлію его входитъ преподобный Авраамій и говоритъ: «Что скорбишь, избранное и праведное сѣмя и житель святого рая, — что скорбишь о монастырскихъ выдачахъ, давай имъ безвозбранно, т. к. они захотѣли здѣсь жить пространно, а ты алчешь и наготуешь. И ты въ вышнемъ царствіи поживешь пространно и насладишься пищи небесной, а они взалчутъ во вѣки. Что же касается здѣшняго мѣста, то я умолилъ и упросилъ Всевышняго Творца, чтобы домъ мой былъ неоскуденъ монастырскими потребами алчущимъ и здѣсь живущимъ».

Съ этого времени преп. Иринархъ утѣшился и выдавалъ безъ всякаго сомнѣнія. Однажды, стоя въ церкви на литургіи, во время Херувимской пѣсни, преп. Иринархъ заплакалъ и зарыдалъ на всю церковь. Изумленный архимандритъ подошелъ къ нему и сказалъ: «Что ты, честный старецъ, такъ плачешь и рыдаешь?»

— «Мать моя преставилась!» — отвѣчалъ Иринархъ. Архимандритъ удивился словамъ святого и самъ прослезился. Еще не окончилась литургія, какъ пришелъ къ нему братъ его Андрей и сообщилъ, что мать ихъ Ирина преставилась. Взявъ благословеніе у архимандрита, св. старецъ съ братомъ своимъ Андреемъ отправился въ домъ родительницы и совершилъ честное погребеніе.

Вернувшись послѣ погребенія матери въ Аврааміевъ монастырь, преп. Иринархъ сталъ размышлять объ иномъ пути спасенія: келарское служенія ему казалось высокимъ и почетнымъ, ему же хотѣлось подвизаться въ уничиженіи и смиреніи.

Оставивъ Аврааміевъ Богоявленскій монастырь, преп. Иринархъ перешелъ въ Ростовскій же монастырь святого Лазаря [4] и здѣсь вселился въ уединенную келью. Проживъ въ ней три года и шесть мѣсяцевъ, онъ пребывалъ въ слезахъ и молитвахъ, въ скорби и тѣснотѣ, терпя голодъ, ничего не вкушая по нѣсколько дней. Здѣсь часто навѣщалъ его преп. Іоаннъ юродивый, и оба подвижника находили себѣ утѣшеніе въ духовной бесѣдѣ.

Св. старецъ Иринархъ неопустительно посѣщалъ церковь Божію и часто ходилъ въ соборную церковь Пресвятой Богородицы и молился со слезами. Разъ, возвратившись съ церковной службы, онъ сидѣлъ въ своей келліи и молился со слезами и воздыханіемъ, взывая: «Святые страстотерпцы Борисъ и Глѣбъ, и вся монастырская братія! Есть у васъ въ монастырѣ много мѣста, а мнѣ грѣшному мѣста нѣтъ!» Сидя, святой задремалъ и въ тонкомъ снѣ видитъ: идутъ къ монастырю Лазареву святые стастотерпцы, Преподобный вопрошаетъ ихъ: «Далеко-ли идете, святые страстотерпцы Борисъ и Глѣбъ?»

— «Идемъ, старецъ, за тобой», — отвѣчаютъ они, — «поди въ нашъ монастырь!»

Святой Иринархъ пробудился отъ сна и слышитъ, что у окна кто-то творитъ молитву. Отворивъ свое оконце, онъ увидѣлъ старца Борисоглѣбскаго монастыря, по имени Ефрема, который сказалъ: «Отче, прислалъ меня къ тебѣ строитель Варлаамъ: поди къ намъ въ монастырь на свое обѣщаніе. Строитель спрашиваетъ: подвода-ли тебѣ нужна, или самъ придешь въ монастырь?»

Св. старецъ Иринархъ отвѣчалъ ему: «Господину строителю Варлааму миръ и благословеніе, а я со временемъ самъ приду въ монастырь». А въ это время угодникъ Божій уже носилъ на себѣ желѣза тяжелыя и на ногахъ путы.

Вскорѣ преп. Иринархъ собрался и съ великою радостію пошелъ на свое обѣщаніе въ Борисоглѣбскій монастырь. На пути, утомившись отъ великой тяжести веригъ своихъ, онъ присѣлъ отдохнуть и слегка заснулъ. Во снѣ онъ видитъ: подползла къ нему змѣя и хотѣла ужалить, онъ же ударилъ ее своимъ посохомъ въ гортань, и змѣя уползла. Св. старецъ пробудился отъ сна, всталъ, перекрестился и пошелъ далѣе безъ всякаго вреда. Завидѣвъ монастырь, онъ возрадовался отъ всего сердца, подошелъ къ воротамъ и горячо помолился. Вошедши въ монастырь, гдѣ шла тогда литургія, онъ вошелъ въ церковь, всталъ на мѣсто, помолился и поклонился строителю. Строитель Варлаамъ былъ весьма радъ прибытію преп. Иринарха, съ любовію облобызалъ его и поставилъ рядомъ съ собою.

По зависти діавольской, одинъ изъ старцевъ, по имени Никифоръ, подошелъ и сказалъ строителю: «Зачѣмъ ты принялъ старца: вѣдь онъ игумена не слушаетъ, въ ветхихъ и худыхъ ризахъ и босъ ходитъ, и желѣза на себѣ многія носитъ».

Но строитель Варлаамъ своимъ посохомъ отстранилъ этого старца, дѣйствовавшаго по навѣту діавола, и принялъ вновь великаго подвижника въ монастырь съ радостію и далъ ему отдѣльную келлію.

Преп. Иринархъ неопустительно ходилъ въ церковь и, стоя со страхомъ и трепетомъ, усердно молился предъ святыми иконами. Особенно часто взиралъ они на изображеніе Распятія Господа нашего Іисуса Христа и Его страданій. Однажды, стоя предъ этою иконою, святой въ слезахъ обратился съ такою молитвою: «Праведное Солнце, Свѣтъ нашъ пресвѣтлый, Владыко Человѣколюбче, Іисусе Христе! Ты, Господи, претерпѣлъ такое великое страданіе: и распятіе, и поруганіе, и оплеваніе, и по ланитѣ удареніе, и оцта и желчи напоеніе, и для нашего спасенія все это претерпѣлъ отъ Своего же созданія, отъ неразумнаго и беззаконнаго соборища іудейскаго и отъ зависти этихъ людей! Нынѣ, Господи, открой, какъ мнѣ, грѣшному и неразумному поселянину, спастись и Тебѣ единому Іисусу Христу, Сыну Божію, Распятому и нераздѣльно со Отцомъ и Святымъ Духомъ въ Троицѣ славимому, угодить! Да будетъ воля Твоя, Владыко, надо мною!» И въ тотъ же часъ отъ Владычняго образа было преп. Иринарху извѣщеніе: «Иди въ келлію свою, будь затворникомъ и не исходи: такъ и спасешься!»

Съ тѣхъ поръ преп. Иринархъ съ дерзновеніемъ принялся за новый, очень трудный подвигъ: сталъ молиться въ келліи неисходно, поминая иноковъ древнихъ и первыхъ временъ, какъ они по дебрямъ, по островамъ, и въ пещерахъ жили, не любили тлѣннаго міра и не хотѣли и смотрѣть на его суету. Начавъ свой подвигъ, подвижникъ сковалъ себѣ желѣзную цѣпь въ три сажени длины и приковалъ ею себя къ стулу деревянному. Все движеніе его ограничивалось только размѣрами этой цѣпи. Кромѣ этой цѣпи, святой наложилъ на себя и другія желѣзныя тяжести и трудился въ нихъ въ потѣ лица.

Много, много претерпѣлъ блаженный поруганія и посмѣянія отъ братіи, но переносилъ это съ великою кротостію и молился за нихъ Богу: «Господи Іисусе Христе! Не поставь имъ это въ грѣхъ, не вѣдятъ, что творятъ рабы Твои, Владыко!»

Въ это время пришелъ къ преп. Иринарху нѣкто, именемъ Алексѣй. Поразился онъ многотрудной жизни великаго подвижника и съ Божіей помощью захотѣлъ подвизаться какъ и преподобный въ постѣ, молитвѣ, носить на себѣ тяжкія вериги. Алексѣй сталъ умолять блаженнаго, чтобы тотъ принялъ его къ себѣ и научилъ заповѣдямъ Господнимъ. Св. старецъ, видя, что его желаніе исходитъ отъ чистаго сердца, принялъ пришельца съ радостію и любовію и, призвавъ священника и діакона, велѣлъ постричь его и нарекъ ему имя — Александръ. Этотъ Александръ сталъ первымъ ученикомъ преп. Иринарха и прожилъ все время съ нимъ въ келліи подъ его началомъ съ послушаніемъ великимъ и радѣніемъ, въ постѣ и молитвѣ день и ночь.

Пришелъ навѣстить преп. Иринарха въ затворѣ давній его другъ, блаженный Іоаннъ, ростовскій и московскій юродивый, по прозванію большой колпакъ. Въ бесѣдѣ съ подвижникомъ, Іоаннъ говоритъ: «Старецъ Иринархъ, сдѣлай себѣ сто крестовъ мѣдныхъ, по полугривенкѣ вѣсомъ (то есть четверть фунта)».

— «Невозможно мнѣ, бѣдному, сдѣлать столько», — отвѣчалъ блаженный: «въ нищетѣ нахожусь».

Іоаннъ возразилъ: «Это не мои слова, а отъ Господа Бога».

Прощаясь съ преп. Иринархомъ, Іоаннъ пророчески повѣдалъ еще слѣдующее: «Господь Богъ заповѣдалъ вѣрнымъ ученикамъ Своимъ отъ востока и до запада наставлять и научать людей, отводить міръ отъ беззаконнаго пьянства. За это пьянство Господь наведетъ на нашу землю иноплеменныхъ. И эти иноплеменники подивятся твоему многому страданію. Мечъ ихъ не повредитъ тебѣ, и они прославятъ тебя болѣе вѣрныхъ. А я иду въ Москву къ царю просить себѣ земли». Такъ говорилъ блаженный Іоаннъ о предстоящей кончинѣ своей и о нашествіи на Москву Литвы.

Послѣ этого св. старецъ Иринархъ, согласно съ рѣчами блаженнаго Іоанна, сталъ еще усерднѣе трудиться и молиться и все думалъ о мѣдныхъ крестахъ. Однажды ему снилось, что приходитъ къ нему другъ и даетъ мѣдный крестъ, а въ другой разъ снится, что иной другъ даетъ ему палицу желѣзную. И что же? Спустя нѣсколько дней, дѣйствительно, приходитъ къ нему другъ, посадскій человѣкъ Иванъ, и приноситъ, по пророчеству блаженнаго Іоанна, честный крестъ, изъ котораго великій подвижникъ слилъ сто крестовъ, возблагодаривъ Бога и блаженнаго Іоанна. Другой же другъ, по имени Василій, пришелъ и далъ ему палицу желѣзную, которую преподобный взялъ и присоединилъ къ другимъ тяжестямъ или, «трудамъ», которыя носилъ. Въ Борисоглѣбскомъ монастырѣ былъ старецъ Леонтій, онъ захотѣлъ подвизаться какъ св. Иринархъ. Подобно угоднику Божію, онъ сковалъ себя желѣзами и носилъ на себѣ тридцать три мѣдныхъ креста. Кресты эти онъ передалъ ученику Иринарха Александру, а самъ отправился къ старцу просить благословенія идти въ пустыню. Преп. Иринархъ уговаривалъ его въ пустыню не уходить, чтобы не быть убитымъ разбойниками. Но Леонтій не отставалъ просить благословенія. Не будучи въ силахъ убѣдить его, преподобный благословилъ, но, прощаясь, сказалъ ему со слезами: «Дорогое чадо Леонтій! Ты уже не возвратишься сюда за честными крестами!»

— «Если такъ, — отвѣчалъ Леонтій, — то пусть кресты мои останутся тебѣ!»

Простившись съ Иринархомъ, Леонтій отправился въ Переяславскій уѣздъ въ монастырь Пресвятой Богородицы, на Курбуй, и тамъ былъ убитъ разбойниками. Кресты Леонтія блаженный Иринархъ присоединилъ къ своимъ, и всѣхъ крестовъ составилось у него сто сорокъ два.

Трудился старецъ на цѣпи въ три сажени шесть лѣтъ. Одинъ христолюбцевъ изъ города Углича прислалъ старцу цѣпь также трехъ саженей, и въ этихъ двухъ цѣпяхъ великій подвижникъ трудился двѣнадцать лѣтъ.

Одинъ старецъ Борисоглѣбскаго монастыря по имени Ѳеодоритъ, сдѣлалъ себѣ желѣзную цѣпь трехъ саженей и трудился въ ней 20 лѣтъ и пять недѣль, но игуменъ Гермогенъ приказалъ ему ходить на монастырскія службы, трудиться на братію. Ѳеодоритъ отдалъ свою цѣпь Иринарху, у котораго такимъ образомъ, цѣпь стала въ девять саженъ, и въ такой цѣпи онъ продолжалъ трудиться. Всего въ цѣпяхъ онъ провелъ двадцать пять лѣтъ.

Суровая жизнь великаго подвижника и строгое учительное слово его служили обличеніемъ для тѣхъ иноковъ, которые не старались соблюдать иноческіе обѣты, а во многомъ нарушали ихъ. Такіе иноки изъ Борисоглѣбской братіи, подстрекаемые внушеніемъ вражескимъ, приступили къ игумену Гермогену, осуждая образъ жизни угодника Божія и жалуясь на него.

— «Старецъ Иринархъ, — говорили они, — сидитъ въ затворѣ и постится, носитъ на себѣ многія и тяжелыя желѣза, не пьетъ хмельного и мало ѣстъ, да и братію учитъ дѣлать то же: пребывать въ «трудахъ» (т. е. носить вериги) и поститься, хмельного и въ уста не брать, говоря, что это есть самое большое зло. Слѣдуетъ, говоритъ, монахамъ быть, какъ ангеламъ, ни о чемъ не скорбѣть и плоти своей не щадить: «многими скорбями надлежитъ намъ войти въ Царствіе Божіе» (Дѣян. 14, 22). Не велитъ братіи ходить въ службы, то есть работы монастырскія, а налагаетъ на нихъ «труды» великіе». Такъ клеветали на неповиннаго святого старца лѣнивые монахи.

По внушенію вражію и по своему немилосердію, игуменъ Гермогенъ повѣрилъ этимъ недостойнымъ монахамъ и сослалъ угодника Божія изъ монастыря, не убоявшись Бога и не уваживъ подвиговъ и трудовъ великаго подвижника. Св. старецъ смиренно покорился, поминая слово Господне: «Если васъ изгонятъ изъ дома, идите въ другой, а Я съ вами до скончанія вѣка» (Матѳ. 10, 23; 28, 20). Изгнанный изъ Борисоглѣбскаго монастыря, блаженный Иринархъ опять направился въ Ростовъ и снова поселился въ монастырѣ святого Лазаря, гдѣ и провелъ годъ и двѣ недѣли, пребывая непрерывно въ постѣ и молитвѣ и помышляя о смертномъ часѣ.

Между тѣмъ игуменъ Гермогенъ созналъ свой несправедливый поступокъ съ преп. Иринархомъ, покаялся передъ братіей и послалъ одного изъ иноковъ звать святого обратно. Посланный сказалъ: «Отче, не помяни нашей вины предъ тобою, пойди на свое обѣщаніе, въ нашъ монастырь, ко святымъ страстотерпцамъ Борису и Глѣбу».

Св. Иринархъ возвратился въ монастырь, молясь: «Господи Іисусе Христе, Сыне Божій, не лиши меня вѣчныхъ Твоихъ благъ, дай мнѣ, грѣшному старцу, дотерпѣть свое обѣщаніе».

Возлагая всю вину удаленія изъ монастыря на самаго себя, святой говорилъ: «Господи, я живу въ этой темницѣ вопреки братіи. Они праведны и праведные труды Тебѣ приносятъ, я же, смрадный, лишенъ добродѣтели!» Такъ съ великимъ смиреніемъ взывалъ ко Господу кроткій, смиренный св. старецъ!

Вошелъ онъ опять въ свою келлію, вновь возложилъ на себя свои желѣзныя тяжести — «труды», и сталъ подвизаться, молясь за царя и всѣхъ православныхъ христіанъ и любя ненавидящихъ его какъ свою душу.

Господь даровалъ Своему угоднику прозорливость, постиженіе тайнъ души человѣческой. Изъ многихъ городовъ приходили къ святому люди и просили и получали отъ него благословеніе. Многіе Боголюбивые люди приносили ему милостыню. Онъ принималъ и съ радостію раздавалъ нищимъ и странникамъ, давалъ имъ пищу и одежду.

Всѣхъ приходящихъ онъ училъ заповѣдямъ, отводя людей отъ грѣховъ и обличая тайныя согрѣшенія. Люди, получая благословеніе святого, старались жить по заповѣдямъ Господнимъ и исправляли свою грѣховную жизнь.

Въ монастырѣ Борисоглѣбскомъ былъ старецъ по имени Тихонъ. Помысливъ о томъ, какъ ему угодить Богу, онъ сдѣлалъ себѣ тяжести. Сковалъ желѣзную цѣпь и въ этихъ «трудахъ» сидѣлъ семь лѣтъ. Въ это время на Руси уже производили свои опустошенія и разоренія польскіе и литовскіе паны, нашествіе которыхъ было предсказано преподобному Иринарху блаженнымъ юродивымъ Іоанномъ.

Старецъ Тихонъ убоялся нападенія отъ пановъ и удалился изъ монастыря, а свою желѣзную цѣпь отдалъ св. Иринарху, такъ что у него цѣпь стала уже въ двадцать саженъ! Въ этой длинной цѣпи великій подвижникъ продолжалъ трудиться по прежнему, не давая рукамъ своимъ покоя: то онъ вязалъ волосяные свитки, то клобуки, то приготовлялъ на нищихъ одѣянія: Св. постоянно подавалъ нищимъ, помогалъ нуждающимся, защищалъ слабыхъ отъ притѣсненія сильныхъ и молился за всѣхъ Богу. Подолгу онъ иногда совсѣмъ не видѣлъ людей и отъ тяжелыхъ подвиговъ иногда впадалъ въ болѣзнь, которой всегда радовался и благодарилъ Бога. Спалъ онъ только ночью и то лишь часъ, два, три, а тѣло свое билъ своею желѣзною палицею, творя молитву. Еще до нашествія Литвы, во время тонкаго сна преп. Иринарху было видѣніе: Москва разорена Литвою, все Россійское Царство плѣнено и пожжено по мѣстамъ. Проснувшись, онъ сталъ неутѣшно плакать о предстоящемъ плѣненіи и разореніи святыхъ Божіихъ церквей. Когда онъ нѣсколько утѣшился отъ плача, вдругъ облисталъ его сверху свѣтъ, и изъ этого свѣта послышался голосъ: «Пойди къ Москвѣ и повѣдай, что все такъ будетъ».

Преподобный осѣнилъ себя крестнымъ знаменіемъ и сотворилъ молитву. Послышался вторично тотъ же голосъ: «Такъ будетъ!» Св. старецъ вторично перекрестился и сталъ молиться: «Господи Іисусе Христе, Сыне Божій! помилуй меня грѣшнаго отъ искушенія: я — рабъ Отца и Сына и Святаго Духа и не желаю ничего на этомъ свѣтѣ видѣть».

Но тотъ же голосъ въ третій разъ послышался: «Не ослушайся и дѣлай по этому гласу: все будетъ такъ роду этому непокорному!»

Убоялся блаженный св. старецъ видѣнія и гласа свыше, призвалъ игумена и повѣдалъ ему все. Игуменъ велѣлъ преподобному ѣхать къ Москвѣ и возвѣстить царю Василію Іоанновичу [5] что царству Московскому и всей русской землѣ предстоитъ плѣненіе отъ Литвы.

Св. старецъ Иринархъ отправился въ Москву. По дорогѣ, во Переяславлѣ, онъ остановился на конюшенномъ дворѣ у Никитскаго монастыря и послалъ за другомъ своимъ, Никитскимъ діакономъ Онуфріемъ, а самъ пошелъ помолиться святому Никитѣ, Переяславскому чудотворцу, и приложиться къ его мощамъ. Діаконъ Онуфрій былъ въ то время сильно боленъ лихорадкой, такъ что, мучимый ознобомъ, влѣзалъ въ печь, чтобы согрѣться. Было мнѣніе, что болѣзнь эта произошла отъ козней діавола. Діаконъ Онуфрій, по благословенію св. старца Иринарха, уничтожилъ въ Переяславлѣ суевѣрное почитаніе большого камня, находившагося за Борисоглѣбскимъ Переяславскимъ монастыремъ. Къ этому камню, ежегодно въ праздникъ св. апостоловъ Петра и Павла собиралось множество народа, мужей, женъ и дѣтей, и камню воздавалась честь. Діаконъ приказалъ бросить камень въ яму, чтобы впредь народъ не собирался около него. Этотъ подвигъ Онуфрія многимъ темнымъ, суевѣрнымъ людямъ не былъ угоденъ. Благочестивый діаконъ отъ многихъ, даже родныхъ и изъ духовнаго чина, терпѣлъ порицанія, брань и насмѣшки, — даже клевету. Донесли на неповиннаго въ судъ. Ему пришлось платить деньги при судебныхъ преслѣдованіяхъ. Сверхъ того по злобѣ дьявольской постигла его болѣзнь, — но все это діаконъ Онуфрій переносилъ и терпѣлъ съ твердостію, не ропталъ, уповая на милость Божію и помня часъ смертный, и не обращался за исцѣленіемъ къ врагамъ Божіимъ, разнымъ знахарямъ. Едва Онуфрій вошелъ къ преп. Иринарху, какъ св. старецъ замѣтилъ его тяжелую болѣзнь, и, облобызавъ его, далъ ему четверть хлѣба, благословилъ его исказалъ: «Отъ этого яства будь здоровъ!» и діаконъ сейчасъ же почувствовалъ облегченіе и сталъ здоровъ. Въ Москву преп. Иринархъ пріѣхалъ вмѣстѣ съ ученикомъ своимъ, старцемъ Александромъ. Пріѣхали они ночью, за часъ до разсвѣта. Утромъ отправились въ соборную церковь Успенія Пресвятой Богородицы и помолились Владычицѣ и чудотворцамъ Петру митрополиту и Іонѣ. Одинъ сынъ боярскій, Симеонъ, пошелъ къ царю и извѣстилъ о приходѣ св. старца. Царь обрадовался и приказалъ, чтобы преп. Иринархъ пришелъ въ Благовѣщенскій Соборъ. Св. старецъ пришелъ въ церковь, помолился Пресвятой Богородицѣ, благословилъ царя честнымъ крестомъ и цѣловалъ его. Царь также цѣловалъ св. старца любезно и подивился великимъ тяжестямъ, «трудамъ», которые носилъ на себѣ этотъ угодникъ Божій. Блаженный сказалъ царю Василію Іоанновичу: «Господь Богъ открылъ мнѣ, грѣшному старцу: я видѣлъ Москву, плѣненную ляхами, и все Россійское государство. И вотъ, оставивъ многолѣтнее сидѣнье въ темницѣ, я самъ пришелъ къ тебѣ это возвѣстить. И ты стой за вѣру Христову мужествомъ и храбростью!»

Сказавъ это, преп. Иринархъ направился вонъ изъ церкви. Царь Василій Іоанновичъ взялъ св. старца подъ руку, а ученикъ его Александръ подъ другую. Царь сказалъ блаженному, чтобы онъ благословилъ и царицу. Св. старецъ не ослушался, пошелъ въ палату къ царицѣ вмѣстѣ съ царемъ, благословилъ царицу Марію Петровну и вышелъ изъ палаты. Царица вслѣдъ послала св. старцу два полотенца, но блаженный не хотѣлъ взять. Царь Василій уговаривалъ преподобнаго:« Возьми Бога ради!»

Но св. Иринархъ сказалъ царю: «Я пріѣхалъ не ради даровъ. Я пріѣхалъ возвѣстить тебѣ правду.» Царь проводилъ преподобнаго изъ палаты царицыной и приказалъ во дворцѣ боярину угостить св. старца. Затѣмъ царь приказалъ дать святому свой возокъ и конюха и проводить его до Борисоглѣбскаго монастыря. Вкусивши хлѣба у боярина, св. Иринархъ пустился въ обратный путь, пробывъ въ Москвѣ всего двѣнадцать часовъ. Вернувшись въ Борисоглѣбскій монастырь, преп. Иринархъ вошелъ въ свою келью и вновь предался своимъ трудамъ и подвигамъ въ постѣ и молитвѣ, а конюха государева и возокъ отпустилъ къ Москвѣ, усердно помолившись, чтобы Господь утолилъ свой гнѣвь и смиловался надъ Москвой, какъ въ древнее время надъ Ниневіей.

Спустя немного времени послѣ путешествія преп. Иринарха въ Москву и предсказанія бѣдствій, въ русскую землю явилась Литва, злые и свирѣпые люди и немилостивые ругатели. «Литвою» звали тогда у насъ всѣхъ подданыхъ польско-литовскаго королевства: поляковъ или «ляховъ», собственно литовцевъ и русскихъ изъ Бѣлой и Малой Руси. Въ числѣ этихъ малоруссовъ было много казаковъ. По вѣрѣ почти всѣ враги наши были католики или уніаты, не щадившіе православныхъ храмовъ и прочихъ святынь.

Не оставили враги въ покоѣ и Борисоглѣбскаго монастыря, гдѣ подвизался преп. Иринархъ. Непріятельскій воевода Микулинскій, завоевавъ городъ Ростовъ, пожегши посады подъ Ярославлемъ, разоривъ городъ Угличъ, пришелъ на Устье въ монастырь къ Борису и Глѣбу. Здѣсь онъ со многими панами вошелъ въ келью старца и сталъ испытывать его вѣру: «Въ кого ты вѣруешь?» «Я вѣрую во Святую Троицу, Отца и Сына и Святаго Духа», — отвѣчалъ преподобный. «А земного царя кого чтишь?» И святой старецъ громогласно произнесъ: «Я имѣю Россійскаго царя Василія Іоанновича: живу въ Россіи, Россійскаго царя и имѣю, и иного никого и нигдѣ не имѣю».

Одинъ изъ пановъ сказалъ святому: «Ты старецъ, измѣнникъ: ни въ нашего короля, ни въ Димитрія не вѣруешь». Св. Старецъ отвѣчалъ: «Вашего меча тлѣннаго я нисколько не боюсь, и вѣрѣ своей и Россійскому царю не измѣню! Если за это ты меня посѣчешь, то я претерплю это съ радостью: немного во мнѣ крови для васъ, а у Моего Живаго Бога есть такой мечъ, который посѣчетъ васъ невидимо, безъ мяса и безъ крови, а души ваши пошлетъ во вѣчную муку». Панъ Микулинскій подивился: такъ велика была вѣра въ старцѣ!

Спустя нѣкоторое время, стали собираться русскія силы противъ враговъ. Князь Михаилъ Скопинъ-Шуйскій пришелъ изъ Новгорода съ русскими и шведскими войсками и сталъ въ Калязинѣ противъ Литвы. Изъ подъ Троице-Сергіева монастыря противъ него съ войскомъ пришелъ панъ Сапѣга. Но Божіею помощію, заступленіемъ великихъ чудотворцевъ и по слову старцеву, Московская сила побѣдила Литву, и панъ Сапѣга со своимъ войскомъ отступилъ и остановился за два ночлега отъ Борисоглѣбскаго монастыря на Устьѣ, намѣреваясь выжечь монастырь и побить братію. Въ монастырѣ поднялась кручина великая и печаль, братья начали прощаться другъ съ другомъ. Св. же старецъ Иринархъ сталъ утѣшать своихъ учениковъ Александра и Корнилія: «Не убоимся пожженія и посѣченія отъ иновѣрныхъ: если насъ пожгутъ или посѣкутъ, то мы явимся новыми мучениками и получимъ вѣнцы на небѣ отъ Христа, Бога нашего!!»

Затѣмъ великій подвижникъ обратился съ горячей молитвой къ Господу Богу объ избавленіи отъ угрожавшаго бѣдствія. Молился, чтобы Всемогущій Господь вселилъ милость и жалость въ сердца враговъ ко святой обители. Въ то время пришелъ въ монастырь панъ ротмистръ Кирбитскій и вошелъ въ келію святого старца. Онъ благословился у него и подивился трудамъ великаго подвижника. Вернувшись къ Сапѣгѣ Кирбитскій сказалъ: «Въ монастырѣ у Бориса и Глѣба я нашелъ трехъ старцевъ скованныхъ!» Сапѣга самъ пожелалъ видѣть старца и впередъ послалъ одного пана извѣстить о своемъ приходѣ. Блаженный посланному сказалъ: «Если панъ захочетъ посѣтить, то по своей волѣ пріѣдетъ къ намъ». Услышавъ такой отвѣтъ, Сапѣга пріѣхалъ въ монастырь, вошелъ въ келью старца и сказалъ ему: «Благослови, отче! Какъ ты терпишь такую великую муку?» Преподобный отвѣчалъ ему: «Бога ради эту темницу и муку терплю въ этой келліи». Многіе изъ пановъ стали говорить Сапѣгѣ: «Этотъ старецъ за нашего короля и за Димитрія Бога не молитъ, а молитъ Бога за Шуйскаго царя». Преподобный возразилъ: «Я въ Россіи рожденъ и крещенъ, за русскаго царя и Бога молю». Сапѣга сказалъ, «Правда въ батькѣ велика: въ которой землѣ жить, тому царю и служить!»

— «Ограбили тебя, старецъ?» спросилъ панъ. Блаженный отвѣчалъ: «Пріѣхалъ лютый панъ Сушинскій и пограбилъ весь монастырь, не только меня, старца грѣшнаго». Сапѣга сказалъ: «За то панъ Сушинскій повѣшенъ». Послѣ этого преподобный далъ такой совѣтъ пану Сапѣгѣ: «Возвратись, господинъ, въ свою землю: полно тебѣ въ Россіи воевать! Если же не уйдешь изъ Россіи, или опять придешь въ Россію и не послушаешь Божія слова, то будешь убитъ въ Россіи».

Панъ Сапѣга умилился душою вслѣдствіе этихъ словъ и сказалъ: «Чѣмъ мнѣ тебя одарить? Я ни здѣсь, ни въ иныхъ земляхъ монаха такого крѣпкаго и безбоязненнаго не видывалъ!» Св. старецъ сказалъ: «Я Святому Духу не противникъ, отъ Святого Духа и питаюсь. И какъ Святый Духъ тебѣ внушитъ, такъ ты и сдѣлаешь». Сапѣга сказалъ: «Прости, отче!» — и, поклонившись, вышелъ съ миромъ.

Сапѣга прислалъ затѣмъ преп. Иринарху на милостыню 5 рублей денегъ и воспретилъ своему войску чѣмъ либо вредить монастырю. Вскорѣ Сапѣга съ ратью направился къ Переяславлю, а въ монастырѣ была великая радость, что Богъ избавилъ отъ разоренія. Св. старецъ же непрестанно со слезами молилъ Бога объ избавленіи всей русской земли отъ плѣненія.

Послѣ побѣды подъ Калязиномъ князь Михаилъ Шуйскій началъ преслѣдовать Литву и изъ Переяславля послалъ къ преп. Иринарху за благословеніемъ. Святой старецъ послалъ ему благословеніе, просфору и крестъ и наказалъ сказать: «Дерзай, и Богъ поможетъ тебѣ!» Князь послалъ отрядъ въ Александровскую Слободу, и, съ Божіей помощью, храбрые русскіе воины побили Литву! Вскорѣ пошелъ туда и самъ князь и остановился въ слободѣ. Непріятели стали собираться противъ него изъ-подъ осажденнаго Троицкаго монастыря и изъ подъ Москвы. Князь узналъ объ этомъ и былъ очень озабоченъ. Онъ снова отправилъ гонца къ препод. Иринарху. Св. старецъ вновь послалъ ему благословеніе и просфору и велѣлъ сказать: «Дерзай, князь Михаилъ, и не бойся. Богъ тебѣ поможетъ». И князь побилъ Литву. Потомъ князь послалъ одного изъ воеводъ къ Троицѣ съ войскомъ, и воевода благополучно прошелъ въ монастырь. Князь опять послалъ гонца къ великому подвижнику съ дарами, и св. старецъ, посылая благословеніе и просфору, велѣлъ ему идти подъ Троицу, что князь и сдѣлалъ. Услышавъ объ этомъ, Сапѣга направился къ Дмитрову. Князь пришелъ благополучно къ Троицѣ, вошелъ въ монастырь и помолился Пресвятой Троицѣ и преподобному Сергію, воздавая славу Богу, Пресвятой Богородицѣ и Россійскимъ чудотворцамъ. Посланное противъ Сапѣги войско разбило его подъ Дмитровомъ, Сапѣга бѣжалъ къ Іосифу Волоколамскому монастырю. Въ тоже время изъ Тушина бѣжалъ второй самозванецъ въ Калугу, гдѣ впослѣдствіи и былъ убитъ. Послѣ этихъ успѣховъ, князь Михаилъ отъ Троицы пришелъ въ Москву, помолился въ Соборной церкви Успенія Пресвятой Богородицы, приложился къ чудотворному Владимірскому образу Владычицы и къ ракамъ чудотворцевъ и съ радостью вернулся въ свой домъ.

Преп. Иринархъ, знавшій о всѣхъ этихъ событіяхъ, послалъ ученика своего Александра къ князю Михаилу въ Москву за Честнымъ Крестомъ, который былъ данъ ему на помощь и прогнаніе супостата. Князь отдалъ крестъ и послалъ св. старцу благодарственное посланіе и дары. Александръ все это доставилъ своему великому учителю. Принявъ съ радостью святой крестъ преп. Иринархъ произнесъ такую молитву: «Слава Тебѣ, Владыко Человѣколюбче, Господи Іисусе Христе, Сыне Божій, Претерпѣвшему на этомъ Честномъ и Животворящемъ Крестѣ распятіе и смерть ради нашего спасенія и Показавшему людямъ милость и чудеса отъ этого честнаго Креста, помощь князю Михаилу на Литву, на побѣжденіе и прогнаніе, какъ древле при царѣ Константинѣ на супостатовъ».

Вскорѣ послѣ отсылки креста князь Михаилъ отошелъ ко Господу. Врагъ же рода человѣческаго, посрамленный отъ блаженнаго старца, замыслилъ противъ него новыя козни.

Въ Борисоглѣбскій монастырь отъ святого патріарха Гермогена былъ присланъ игуменъ по имени Симеонъ, который оказался лютымъ, немилостивымъ, невоздержнымъ. Онъ приказалъ угоднику Божію ходить въ церковь молиться, св. старецъ же, нося на себѣ тяжкіе желѣзные «труды», не могъ свободно пройти и по келліи, изсушая плоть свою день и ночь въ постѣ и молитвѣ. Жестокосердый игуменъ Симеонъ, превосходя лютостью невѣрующихъ, пришелъ къ святому старцу въ келлію съ братіею и безъ милости отнялъ все, что у преподобнаго было запасено. Остались только неотобранными четыре пуда меду, о чемъ и сказалъ св. старцу ученикъ Александръ. Блаженный по этому случаю вспомнилъ о нѣкоемъ затворникѣ, котораго ограбили разбойники, оставивъ одну какую-то вещь. Затворникъ догналъ разбойниковъ и сказалъ, что они не все забрали. Разбойники умилились и все возвратили затворнику. Теперь же, когда, по приказанію великаго подвижника, ученикъ его Александръ сообщилъ игумену, что не все забрано, то игуменъ оказался немилостивѣе древнихъ разбойниковъ и забралъ оставшееся!

Въ тотъ же вечеръ преп. Иринархъ видѣлъ юношу в бѣлыхъ ризахъ, который стоялъ близъ него и, смотря на него, говорилъ о немилостивомъ поступкѣ игумена, а потомъ вдругъ изчезъ. Блаженный всю ночь пребылъ въ молитвѣ. На утро снова пришелъ игуменъ къ св. старцу въ келлію и приказалъ вывести блаженнаго изъ келліи. Четыре человѣка взяли угодника Божія подъ руки и поволокли, а игуменъ съ пятью другими людьми понесъ желѣзную цѣпь преподобнаго. Когда волокли великаго подвижника, то выломили ему лѣвую руку и бросили его въ 3-хъ саженяхъ отъ церкви. Св. страдалецъ пробылъ въ такомъ положеніи девять часовъ, молясь Господу Богу, чтобы Онъ не поставилъ это гонителямъ его въ грѣхъ, такъ какъ «напрасно они мятутся, не вѣдая, что творятъ». Учениковъ старца Александра и Корнилія удалили отъ преп. Иринарха и разослали по другимъ кельямъ.

Когда святой страдалецъ лежалъ одинъ, всѣми покинутый, явился ему юноша въ свѣтлыхъ ризахъ и сказалъ: «Услышалъ Богъ молитву твою и терпѣніе твое: если испросишь чего, будетъ дано тебѣ».

Послѣ этихъ словъ юноша сталъ невидимъ. Между тѣмъ ученикъ преп. Иринарха Александръ ночью пришелъ въ свою прежнюю келлію и обратился съ молитвой: «Господи Іисусе Христе, Сыне Божій! долго ли намъ, Господи, въ этой скорби быти съ учителемъ своимъ и терпѣть отъ этихъ звѣрообразныхъ людей? Но да будетъ воля Твоя Святая!»

И отъ крестовъ честныхъ былъ Александру гласъ: «Иди къ игумену и скажи ему: «зачѣмъ противишься судьбамъ Божіимъ?»

Старецъ Александръ пришелъ въ церковь къ игумену и сталъ ему говорить: «Отпусти старца Иринарха въ его келью, на обѣщаніе, вмѣстѣ съ его учениками, чтобы тебѣ не погубить свою душу, борясь противъ судебъ Божіихъ».

Игуменъ благословилъ преподобнаго Иринарха и обоихъ учениковъ его. Блаженный пришелъ въ свою келлію, благодарилъ Бога за избавленіе отъ гоненія и молился о дарованіи ему терпѣнія. И свыше былъ ему голосъ: «Дерзай, страдалецъ мой! Я всегда съ тобою: Я ждалъ твоего подвига и терпѣнію твоему дивились ангелы! Теперь уже больше не будетъ на тебя гоненій, но ждетъ тебя уготованное тебѣ мѣсто въ Царствѣ Небесномъ».

Преп. Иринархъ слышалъ голосъ, но никого не видѣлъ, и въ трепетѣ только творилъ молитву со слезами: «Господи, Іисусе Христе, Сыне Божій, помилуй мя грѣшнаго и избавь отъ искушенія», и ограждалъ себя крестнымъ знаменіемъ.

Послѣ того вскорѣ игуменъ Симеонъ удаленъ былъ изъ монастыря.

Между тѣмъ, по преставленіи князя Михаила Скопина-Шуйскаго, Литва снова ободрилась, враги собрались подъ Москву. Сами москвичи, подъ вліяніемъ лести враговъ, свели съ престола царя Василія и пустили въ городъ Москву ляховъ, которые отправили царя Василія Шуйскаго въ ссылку въ Польшу. Москва подверглась плѣненію и разоренію. Литва снова стала разорять области вокругъ Москвы на далекое пространство. Въ 1612 году Литва пришла въ Ростовъ. Отъ страха передъ нею игуменъ Борисоглѣбскаго монастыря бѣжалъ со всею братіею на Бѣлое озеро, а старецъ Иринархъ съ учениками своими остался въ келліи своей, молясь безпрестанно Богу. Литва заняла монастырь и пробыла въ немъ десять недѣль. Одинъ панъ пришелъ разъ въ келлію преподобнаго и сказалъ: «Благослови, батько! А Сапѣга убитъ подъ Москвою, по твоему слову!» Великій подвижникъ отвѣчалъ: «Подите и вы въ свою землю — и будете живы. Если же не уйдете изъ нашей земли, и вамъ быть убитыми!» Панъ ушелъ и повѣдалъ слова преп. Иринарха прочимъ всѣмъ панамъ. И стали паны приходить къ старцу, и святой говорилъ имъ: «Подите въ свою землю. Если не пойдете, то будете убиты».

Пришелъ къ блаженному сынъ воеводы, по имени Воинъ, и благословился у старца идти въ свою землю. Преподобный благословилъ. Воеводинъ сынъ поклонился до земли, пошелъ къ своему отцу и разсказалъ о благословеніи. Тогда и самъ воевода Іоаннъ Каменскій пришелъ къ старцу въ келлію, поклонился великому подвижнику до земли и сказалъ: «Благослови, батько, и меня идти въ свою землю, какъ благословилъ сына моего».

И блаженный благословилъ Іоанна и сказалъ: «Только не трогай монастыря и братіи и города Ростова». И панъ Каменскій ушелъ въ свою землю, не тронувъ ни монастыря, ни города Ростова. Въ монастырѣ снова была радость по случаю избавленія отъ опасности.

Между тѣмъ, и въ самой Москвѣ, и по всей землѣ было великое смятеніе и печаль, что въ Москвѣ засѣла Литва. Вездѣ, а особенно въ Нижнемъ Новгородѣ, молились о томъ, чтобы Господь Богъ явилъ милость Свою и очистилъ городъ Москву отъ враговъ и избавилъ землю отъ великой скорби.

Нижегородцамъ былъ извѣстенъ князь Димитрій Михайловичъ Пожарскій, и они начали просить его, чтобы онъ шелъ къ Москвѣ и очистилъ ее отъ враговъ. Они стали собирать и давать князю людей, денегъ, запасы на войну. Въ помощь ему выбрали нижегородскаго посадскаго человѣка Косму Минина. И военный предводитель и земскій выборный были единодушны. И Богъ подалъ имъ Свою помощь.

Двинулись они со всею собранною силою къ городу Ярославлю и остановились въ немъ. Изо всѣхъ городовъ стали собираться къ нимъ русскіе люди, желавшіе стать за вѣру и отечество и умереть за святыя Божіи церкви. Услышавъ о прибытіи въ Ярославль князя Пожарскаго съ войскомъ ополченія, князь Димитрій Тимоѳеевичъ Трубецкой прислалъ гонца, чтобы скорѣе шли подъ Москву: тамъ среди русскаго ополченія не было единодушія, и одинъ изъ предводителей русскаго войска, Иванъ Заруцкій, убилъ подъ Москвою другого воеводу, Прокопія Петровича Ляпунова.

Преподобный Иринархъ, за всѣмъ слѣдившій и все понимавшій, послалъ князю Пожарскому свое благословеніе и просфору, и велѣлъ идти подъ Москву со всѣмъ войскомъ, не боясь Ивана Заруцкаго — «Увидите славу Божію», наказывалъ великій подвижникъ сказать князю. Князь безъ страха пошелъ со всею ратію къ Москвѣ и остановку сдѣлалъ въ Ростовѣ. Отсюда князь Пожарскій и Косма Мининъ отправились въ Борисоглѣбскій монастырь, чтобы лично получить благословеніе отъ святого старца. Принявъ благословеніе и крестъ отъ старца, князь съ радостію пошелъ съ войскомъ отъ Ростова къ Переяславлю, и отъ Переяславля къ Троицѣ, гдѣ поклонился Пресвятой Троицѣ и преп. Сергію.

Между тѣмъ къ засѣвшей въ Москвѣ Литвѣ подошли новые люди съ запасами. Услышавъ объ этомъ, князь Трубецкой послалъ гонца къ князю Пожарскому, чтобы онъ шелъ скорѣе. Немедленно двинулся кн. Пожарскій, и, съ помощью Божіею и заступничествомъ Московскихъ чудотворцевъ, русскимъ удалось одолѣть Литву. Она засѣла въ Кремлѣ, но скоро сдалась. И была въ Москвѣ радость великая, что Господь очистилъ Москву отъ литовскихъ людей.

Въ монастырѣ же Борисоглѣбскомъ на Устьѣ-рѣкѣ была тогда большая печаль: монастырь былъ нѣсколько разъ разоренъ и опустошенъ литовскими людьми. Въ монастырѣ ничего не было, а между тѣмъ съ него требовали большихъ даней на прокормленіе ратныхъ людей. Игуменъ съ братіею и съ монастырскими крестьянами пришли къ преподобному, чтобы онъ благословилъ ученика своего Александра отправить въ Москву. Святой старецъ внялъ ихъ просьбѣ, предоставилъ все на ихъ волю и отпустилъ ученика своего въ Москву съ челобитіемъ. Святой повелѣлъ ему взять у князя Пожарскаго честный крестъ, данный на помощь противъ супостатовъ. Когда Александръ прибылъ въ Москву, тамъ была великая радость по случаю того, что король Польскій изъ города Вязьмы ушелъ въ свою землю. Старецъ Александръ пришелъ къ князю Димитрію Михайловичу Пожарскому и передалъ ему отъ преподобнаго Иринарха благословеніе и просфору. Князь былъ очень радъ прибытію посланца отъ великаго подвижника, далъ ему грамоту, чтобы не давать Борисоглѣбскому монастырю на ратныхъ людей никакихъ запасовъ по причинѣ Литовскаго разоренія. Александръ взялъ у князя грамоту и честный крестъ и возвратился въ монастырь.

Радъ былъ игуменъ, получивши для монастыря льготу, радъ былъ и преп. Иринархъ, когда Александръ пришелъ въ его келлію, возвратилъ честной крестъ и передалъ поклонъ отъ князя.

По устроенію Божію и по приговору всей земли князей, бояръ, воеводъ, преосвященныхъ митрополитовъ, архимандритовъ и игуменовъ и прочихъ людей въ 1613 году на царскій престолъ былъ избранъ юный князь Михаилъ Ѳеодоровичъ Романовъ и поставленъ въ цари на Москвѣ обладателемъ надъ всѣми принадлежавшими Россіи землями и вѣнчанъ былъ царскимъ вѣнцомъ. Вся русская земля радовалась о новомъ желанномъ царѣ.

Но еще во многихъ мѣстахъ и городахъ, въ Угличѣ, Вологдѣ и въ другихъ окрестностяхъ, была великая печаль отъ продолжавшихся разореній. Для очищенія земли отъ этихъ грабителей и губителей царь Михаилъ Ѳеодоровичъ послалъ своего боярина и воеводу, князя Бориса Михайловича Лыкова, съ значительнымъ войскомъ. Князъ Лыковъ направился въ Ярославль. Въ это время Литва и казаки пришли въ село Даниловское (теперь — городъ Даниловъ Ярославской губерніи). Князь Лыковъ прислалъ старца Іоакима къ преподобному Иринарху за благословеніемъ, какъ дѣлали и прежніе русскіе полководцы. Великій подвижникъ послалъ князю просфору и благословеніе и велѣлъ идти противъ губителей людей русскихъ. Князь радъ былъ благословенію святого и двинулся въ походъ. Двѣ недѣли полководецъ гнался за врагами, настигъ ихъ за Костромою, не доходя Нижняго, и, съ помощію Божіею, побилъ, многихъ взялъ въ плѣнъ и отправилъ въ Москву къ царю. Отсюда Лыковъ возвратился къ Вологдѣ противъ казаковъ, которые грабили вологодскій и бѣлозерскій уѣзды. Князь послалъ погоню за казаками, которые отъ Бѣлозерска направились въ Угличъ, гдѣ стояли двѣ недѣли. Лыковъ послалъ туда свои полки, которые и прогнали казаковъ къ Москвѣ. Самъ князь, направляясь къ Москвѣ вслѣдъ за врагами, зашелъ въ Борисоглѣбскій монастырь, помолился страстотерпцамъ Борису и Глѣбу и лично принялъ отъ преп. Иринарха благословеніе. Двинувшись дальше къ Москвѣ, князь Лыковъ догналъ казаковъ, забралъ въ плѣнъ и привелъ къ царю. Велика была радость по случаю уничтоженія казацкой грабительской шайки милостію Божіею и заступленіемъ Пресвятой Богородицы и Московскихъ чудотворцевъ и молитвами и слезами св. затворника Иринарха. Съ того времени настала на Руси тишина. Св. же старецъ Иринархъ по-прежнему непрестанно молился и проливалъ слезы, постился, принималъ странныхъ и защищалъ обидимыхъ отъ притѣсненія сильныхъ.

Еще при жизни Богъ прославилъ Своего угодника Иринарха чудесами: его молитвами Богъ исцѣлялъ больныхъ и бѣсноватыхъ, чудесную силу имѣло его благословеніе для приходящихъ къ нему съ вѣрою. Составитель житія преподобнаго, ученикъ его Александръ, записалъ девять чудесъ Божіихъ, совершенныхъ молитвами Борисоглѣбскаго затворника и страдальца при его жизни.

Къ преподобному Иринарху приходили или были приводимы больные разными болѣзнями, особенно же одержимые духомъ нечистымъ. Святой молился, заставляя и больныхъ молиться и поститься, возлагалъ на нихъ свой честный крестъ, не рѣдко налагалъ на больныхъ часть своей цѣпи или приказывалъ лежать на этихъ цѣпяхъ. Иногда издалека отъ больныхъ посылали къ великому подвижнику за благословеніемъ, которое онъ давалъ и вмѣстѣ посылалъ просфору или крестъ, которымъ святили воду и давали ее больнымъ пить. Такъ преподобный исцѣлилъ бѣсноватаго изъ села Давыдова [6] возложеніемъ на него своего креста. Другой бѣсноватый изъ Вощадиникова [7] былъ исцѣленъ, когда на буйнаго ученикъ Александръ возложилъ цѣпь великаго подвижника и привелъ больного къ святому старцу и къ образу Пресвятой Богородицы. На заболѣвшаго изступленіемъ ума въ Борисоглѣбскомъ монастырѣ воеводу, сына боярскаго Матѳея Тихменева, преподобный Иринархъ возложилъ свой крестъ и привязалъ къ своей цѣпи, приставивъ для охраны двухъ воиновъ. Такъ больной провелъ цѣлую ночь, а утромъ св. старецъ послалъ воеводу въ церковь молиться. Отъ литургіи больной пришелъ здоровымъ, но преподобный заповѣдалъ ему всю недѣлю поститься, ни мяса не ѣсть, ни вина, ни пива не пить. Подобнымъ же образомъ получилъ исцѣленіе изступившій изъ ума въ монастырѣ крестьянинъ Никифоръ: святой повелѣлъ возложить на него свой крестъ и привязалъ цѣпью къ грядкѣ. Черезъ часъ преподобный велѣлъ снять крестъ и цѣпь и приказалъ больному лечь на свои цѣпи, гдѣ онъ и спалъ цѣлую ночь, — всталъ совершенно здоровымъ.

Отъ питья или окропленія водою, освященною посланнымъ преп. Иринархомъ крестомъ, получили исцѣленіе одинъ боярскій сынъ по имени Романъ отъ головной боли, одна крестьянская жена отъ болѣзни глазъ, одна бѣсноватая женщина въ Угличѣ, жена одного подьячаго въ Москвѣ, отъ какой-то тяжелой болѣзни.

Настало время кончины преподобнаго Иринарха. Праведный и многострадальный мужъ призвалъ учениковъ своихъ и сказалъ имъ: «Братья мои и спостники! молю васъ: вотъ нынѣ я отхожу отъ этой жизни къ Господу Богу моему Іисусу Христу: помолитесь за меня Богу и Пречистой Богородицѣ, чтобы по преставленіи моемъ душу мою взяли милостивые ангелы и чтобы я избѣжалъ сѣтей вражіихъ и воздушныхъ мытарствъ, вашими святыми молитвами, ибо я грѣшенъ. Вы же, господа мои, послѣ моей смерти пребудьте въ постѣ и молитвѣ, въ трудахъ, въ бдѣніи и слезахъ, а также въ любви между собою безъ ропота, въ послушаніи и повиновеніи, ибо вы знаете Христовы заповѣди о блаженствахъ». Преподобный проговорилъ всѣ эти заповѣди и далъ много другихъ наставленій своимъ ученикамъ.

Видя своего учителя отходящимъ ко Господу, ученики его Александръ и Корнилій пришли въ великое умиленіе и въ горькихъ слезахъ взывали: «О добрый нашъ пастырь и учитель! Вотъ уже видимъ тебя теперь отходящимъ къ Богу: къ кому же прибѣгнемъ, отъ кого насладимся ученіемъ, кто попечется о нашихъ душахъ? Но молимъ тебя, если обрѣтешь благодать передъ Богомъ по отшествіи своемъ отъ этой жизни, моли о насъ неослабно Бога и Пречистую Богородицу, какъ угодно будетъ твоей святынѣ, такъ какъ тебѣ извѣстны всѣ наши тайныя страданія».

Блаженный Иринархъ сказалъ ученикамъ своимъ: «Я отхожу отъ васъ тѣломъ, а духомъ съ вами буду неразлучно!» И къ этому еще прибавилъ: «Если кто начнетъ притѣснять эту обитель мою, свыше данную отъ Бога и искупленную и выпрошенную у игумена и братіи, то пусть будутъ ихъ судить Господь и Царица Небесная.»

Около отходящаго находилась и братія монастырская. Давъ прощеніе братіи и ученикамъ о Христѣ и послѣднее цѣлованіе, великій подвижникъ сталъ на молитву, долго молился и блаженно отошелъ ко Господу въ вѣчный покой. Кончина преподобнаго Иринарха послѣдовала въ 1616 году января 13 дня на память святыхъ мучениковъ Ермила и Стратоника съ пятницы на субботу въ девять часовъ ночи.

По благословенію и повелѣнію преосвященнаго митрополита Ростовскаго и Ярославскаго Кирилла [8] погребеніе схимонаха преподобнаго Иринарха совершилъ Борисоглѣбскій игуменъ Петръ и отецъ его духовный, іеромонахъ Тихонъ, діаконъ Титъ и ученики его старцы Александръ и Корнилій. По завѣщанію святого, гробъ его положенъ въ уготованной имъ самимъ пещерѣ.

Послѣ великаго подвижника осталось праведныхъ «трудовъ» его: сто сорокъ два креста мѣдныхъ, семь «трудовъ» плечныхъ, желѣзная цѣпь въ двадцать саженъ, которую онъ надѣвалъ на шею, желѣзныя путы ножныя, осмнадцать мѣдныхъ и желѣзныхъ оковцевъ, которые онъ носилъ на рукахъ и на груди, связни, которыя носилъ на поясѣ, вѣсомъ въ одинъ пудъ, палка желѣзная, которою онъ смирялъ свое тѣло и прогонялъ невидимыхъ бѣсовъ. Въ этихъ тяжестяхъ — «трудахъ» праведныхъ своихъ — блаженный Иринархъ прожилъ тридцать восемь лѣтъ и четыре мѣсяца, а въ мірѣ жилъ тридцать лѣтъ, всего же святой прожилъ шестьдесять восемь лѣтъ и четыре мѣсяца.

По преставленіи преподобнаго Иринарха, совершалось много чудесъ при его гробѣ. Составитель житія, ученикъ святого Александръ, записалъ 13 чудесныхъ исцѣленій отъ разныхъ недуговъ, особенно же отъ бѣснованія. На больныхъ обыкновенно возлагали животворящій крестъ «трудовъ» великаго старца, иногда цѣпь святого или другія, носившіяся имъ, тяжести. Брали также землю отъ его гробницы и пили съ нея воду. Совершалось немало чудесъ и впослѣдствіи. Въ царскія благословенныя времена нерѣдко многіе страждущіе, во время молебна преподобному Иринарху, надѣвали на себя тѣ или другія изъ оставшихся послѣ него тяжестей, вѣруя въ цѣлебную ихъ силу, и получали исцѣленіе.

Большая часть желѣзныхъ цѣпей и другихъ тяжестей, которыя носилъ на себѣ великій подвижникъ, въ благословенныя царскія времена хранились въ Борисоглѣбскомъ монастырѣ — отчасти въ церковномъ придѣлѣ, гдѣ находилась рака преподобнаго, отчасти въ особой деревянной постройкѣ на мѣстѣ прежней келліи преподобнаго. Въ 1878 г. по благословенію Ярославскаго и Ростовскаго преосвященнаго архіепископа Нѵла часть веригъ и другихъ предметовъ изъ «трудовъ» великаго подвижника была перенесена въ церковь родного села св. Иринарха Кондакова по просьбѣ сельчанъ.

Это житіе взято изъ книги: Житія святыхъ на русскомъ языкѣ, изложенныя по руководству Четьихъ Миней св. Димитрія Ростовскаго. Книга пятая. Изданіе Московской Синодальной Типографіи, 1904 года.



Ростовскій Борисоглѣбскій мужской монастырь.

Борисоглѣбскій мужской монастырь былъ расположенъ въ 18 верстахъ отъ города и станціи Ростова, Ярославской губерніи. Основанъ, въ царствованіе Димитрія Іоанновича въ 1353 году преп. отцами Ѳеодоромъ и Павломъ. Монастырь былъ окруженъ съ одной стороны рощей, съ другой — живописной, извилистой рѣкой Устьей, и слободами, нѣкогда принадлежавшими графу Панину. Преп. отцы основали монастырь съ благословенія преп. Сергія Радонежскаго.

Мѣсто, избранное ими для монастыря, было имъ извѣщено въ видѣніи. Къ нимъ собрались братія и поставили церковь во имя св. страстотерпцевъ князей Бориса и Глѣба. Св. обитель, какъ и весь Ростовскій край, много перенесли въ свое время. Въ благословенныя царскія времена въ обители было пять церквей. Главный храмъ святыхъ князей Бориса и Глѣба, съ придѣломъ св. пророка Иліи, былъ сооруженъ въ 1522 году. Въ немъ хранились мощи великаго затворника преподобнаго Иринарха, скончавшагося въ 1613 году. Кромѣ того, тутъ покоились основатели монастыря — преподобные отцы Ѳеодоръ и Павелъ. Въ церкви хранились вериги, цѣпи и кресты, въ которыхъ подвизался преподобный Иринархъ. Въ этомъ монастырѣ подвизался юродивый Алексѣй Степановичъ, котораго народъ особенно чтилъ въ благословенныя царскія времена и совершалъ панихиды на его могилѣ.

Описаніе монастыря взято изъ книги: «Всеобщій Путеводитель по монастырямъ Россійской Имперіи». Составилъ А. А. Павловскій, изданіе 1907 г.).

Примѣчанія:
[1] Здѣсь разумѣется Борисоглѣбскій монастырь Ярославской епархіи, Ростовскаго уѣзда, находившійся на рѣкѣ Устьѣ въ 18-ти верстахъ отъ Ростова, по дорогѣ въ г. Угличъ. Житіе Иринарха написано было ученикомъ его Александромъ, прожившимъ вмѣстѣ съ нимъ 30 лѣтъ. Подлинное житіе извѣстно только по рукописямъ, но не издано. Преосвященный Амфилохій, бывшій архимандритомъ Борисоглѣбскаго монастыря въ 1863 году въ Москвѣ издалъ изложеніе житія, близкое къ рукописнымъ текстамъ, съ приложеніемъ рисунковъ. Въ 1872 г. въ Ярославскихъ Епархіальныхъ Вѣдомостяхъ было напечатано житіе Иринарха (Н. Корсунскимъ), составленное также по рукописямъ, издано и отдѣльно въ Ярославлѣ въ 1873 г. Въ основу изложенія положено здѣсь подлинное житіе, извѣстное намъ по нѣсколькимъ рукописямъ.
[2] Село Кондаково находится теперь въ Угличскомъ уѣздѣ, на рѣкѣ Устьѣ, выше Борисоглѣбскаго монастыря, въ 43 верстахъ отъ Углича.
[3] Въ благословенныя царскія времена Калязинскій монастырь находился отъ Кондакова верстъ на сорокъ. Память Макарія Калязинскаго празднуется 17 марта и 26 мая.
[4] Впослѣдствіи эта обитель была упразднена, а на ея мѣстѣ въ царскія благословенныя времена существовала приходская церковь св. Лазаря.
[5] Разумѣется здѣсь царь Василій Іоанновичъ Шуйскій, царствовавшій съ 1606 г. по 1610 г.
[6] Село Давыдово находится въ 20 верстахъ отъ Борисоглѣбскаго монастыря по дорогѣ къ Угличу.
[7] Село Вощадиниково въ 10 верстахъ отъ Борисоглѣбскаго монастыря, вправо отъ Угличской дороги.
[8] Кириллъ IV упоминается, какъ митрополитъ Ростовскій, при кончинѣ царя Бориса Годунова. Былъ лишенъ каѳедры Лжедимитріемъ. Когда преемникъ его Филаретъ, впослѣдствіи патріархъ, изведенъ былъ въ плѣнъ, ростовцы вновь призвали Кирилла, который и святительствовалъ до своей кончины въ 1616 году.

Источникъ: М. В. Житія святыхъ, переложенныя для дѣтскаго и юношескаго возраста. Выпускъ семнадцатый. [1971 г.] — Jordanville: Тѵпографія преп. Іова Почаевскаго. Свято-Троицкій монастырь, 1971. — С. 3-25.

Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.