Церковный календарь
Новости


2018-10-17 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). По поводу обращенія МП къ Зарубежной Церкви (1992)
2018-10-17 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Ново-мученичество въ Русской Правосл. Церкви (1992)
2018-10-16 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Каноническое положеніе РПЦЗ (1992)
2018-10-16 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Письмо въ редакцію Вѣстника РХД (1992)
2018-10-14 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Отрицаніе вмѣсто утвержденія (1992)
2018-10-14 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Протоколъ 103-й (14 марта 1918 г.)
2018-10-13 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 5-я (1922)
2018-10-13 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 4-я (1922)
2018-10-13 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Пятьдесятъ лѣтъ жизни Зарубежной Церкви (1992)
2018-10-13 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Измѣна Православію путемъ календаря (1992)
2018-10-12 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Тайна беззаконія въ дѣйствіи (1992)
2018-10-12 / russportal
Опредѣленіе Архіер. Собора РПЦЗ отъ 13/26 октября 1953 г. (1992)
2018-10-11 / russportal
Преп. Ѳеодоръ Студитъ. Письмо къ Григорію мірянину (1908)
2018-10-11 / russportal
Преп. Ѳеодоръ Студитъ. Письмо къ Василію патрицію (1908)
2018-10-11 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 3-я (1922)
2018-10-11 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 2-я (1922)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - четвергъ, 18 октября 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 7.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

Еп. Григорій (Граббе) († 1995 г.)
РУССКАЯ ЦЕРКОВЬ ПЕРЕДЪ ЛИЦОМЪ ГОСПОДСТВУЮЩАГО ЗЛА.
(Jordanville, 1991).

VIII. ДѢЯТЕЛЬНОСТЬ МИТРОПОЛИТА СЕРГІЯ И НЕСОГЛАСНЫХЪ СЪ НИМЪ ПЕРЕДЪ ВТОРОЙ МІРОВОЙ ВОЙНОЙ.

Мы обрисовали ходъ событій, приведшихъ къ укрѣпленію власти въ рукахъ митрополита Сергія, не останавливаясь подробно на томъ, чтó именно вызвало несогласіе съ нимъ всѣхъ старѣйшихъ іерарховъ, а затѣмъ и значительной части паствы.

Дѣло въ томъ, что первоначально митрополитъ Сергій придерживался того пути, который указанъ былъ митрополитомъ Петромъ и котораго придерживались всѣ его замѣстители во время его заключенія, кончая въ 1926 году архіепископомъ Серафимомъ Угличскимъ. Впослѣдствіи, митрополитъ Петръ очень сѣтовалъ на то, что вернулъ власть въ руки митрополиту Сергію послѣ своего освобожденія изъ послѣдняго заключенія. Въ этотъ періодъ митрополита Сергія дважды сажали въ тюрьму, очевидно, имѣя въ виду его «перевоспитаніе».

Поначалу митрополитъ Сергій дѣйствовалъ независимо и даже попробовалъ провести выборы Патріарха путемъ письменнаго опроса всѣхъ архіереевъ. Путь, конечно, никакими правилами не предусмотрѣнный, но казалось, единственный возможный при данныхъ условіяхъ гоненія.

/с. 72/ Большинство архіереевъ высказывалось за избраніе митрополита Кирилла (72 голоса). Однако, акція эта не могла укрыться отъ наблюдательнаго ока ГПУ. Митрополитъ Сергій посидѣлъ за нее въ тюрьмѣ и былъ выпущенъ, повидимому, только отказавшись отъ дальнѣйшихъ подобныхъ попытокъ. Тогда онъ приступилъ къ укрѣпленію своего личнаго положенія, всѣми мѣрами отводя въ сторону каждаго другого возможнаго кандидата. Одинъ за другимъ всѣ старѣйшіе архіереи оказывались въ заключеніи или ссылкахъ.

Митрополитъ Сергій особенно опасался митрополита Казанскаго Кирилла, самаго авторитетнаго и извѣстнаго своей непоколебимой твердостью іерарха. Это былъ выдающійся архипастырь: Патріархъ Тихонъ особенно считался съ его мнѣніемъ.

Тутъ умѣстно дать краткій очеркъ его біографіи. Митрополитъ Кириллъ, въ міру Константинъ Смирновъ, родился въ 1862 году. По окончаніи семинаріи и Духовной Академіи, женившись, онъ былъ назначенъ священникомъ въ Петербургскую Воскресенскую церковь Общества Трезвости. Съ самаго начала онъ зарекомендовалъ себя, какъ очень усердный пастырь. Скоро овдовѣвъ, онъ принялъ монашество съ именемъ Кирилла и въ 1907 году былъ рукоположенъ во епископа Нарвскаго, викарія митрополита Петербургскаго. Въ эти годы онъ очень сблизился со св. Іоанномъ Кронштадтскимъ. Въ 1910 году владыка Кириллъ былъ назначенъ епископомъ Тамбовскимъ и Борисоглѣбскимъ. Въ качествѣ епархіальнаго архіерея онъ проявилъ особенно энергичную дѣятельность. Во время собора 1917 года онъ былъ назначенъ митрополитомъ Тифлисскимъ, но не смогъ проѣхать на Кавказъ и тогда былъ переведенъ на Казанскую каѳедру. Съ митрополитомъ Сергіемъ онъ скоро разошелся во взглядахъ, но старался возможно дольше не доводить дѣла до раскола.

Расхожденіе это опредѣлилось, когда митрополитъ Кириллъ увидѣлъ, что митрополитъ Сергій отступаетъ отъ принципа независимости Церкви отъ гражданской власти. Вѣрующіе увидѣли это изъ его злополучной деклараціи 16/29 іюля 1927 года и въ томъ, что безъ полномочій на то со стороны митрополита Петра, онъ составилъ Синодъ изъ мало авторитетныхъ епископовъ

Въ этой деклараціи онъ заявлялъ: «Ходатайство наше о разрѣшеніи Синоду начать дѣятельность по управленію Православной Россійской Церковью увѣнчалось успѣхомъ. Теперь наша Православная Церковь въ Союзѣ имѣетъ не только каноническое, но и по гражданскимъ законамъ вполнѣ легальное центральное управленіе. Мы надѣемся, что легализація постепенно распространится и на низшее наше церковное управленіе: епархіальное, уѣздное и т. д.»...

Замѣтимъ, однако, что на самомъ дѣлѣ никакого благопріят/с. 73/наго измѣненія въ гражданскихъ законахъ не было. Особенно смутили многихъ слѣдующія слова деклараціи: «Мы хотимъ быть православными и въ то же время сознавать Совѣтскій Союзъ нашей гражданской родиной, радости и успѣхи которой — наши радости и успѣхи, а неудачи — наши неудачи»...

Соблазнило и оттолкнуло многихъ требованіе деклараціи «отъ заграничнаго духовенства дать письменное обязательство въ полной лояльности совѣтскому правительству во всей своей общественной дѣятельности»...

Никто изъ старшихъ архіереевъ, по большей части уже несвободныхъ, не одобрилъ этого акта, прежде всего видя въ немъ превышеніе полномочій, данныхъ митрополиту Сергію, только какъ замѣстителю митрополита Петра. Обращаетъ на себя вниманіе и то обстоятельство, что митрополитъ Сергій ни разу не упоминаетъ въ своей деклараціи митрополита Петра, а старается ссылаться только на примѣръ или слова Патріарха Тихона.

Регельсонъ такъ опредѣляетъ подготовку къ изданію деклараціи: «Получивъ въ НКВД справку о регистраціи и о «неусмотрѣніи препятствій къ дѣятельности», митрополитъ Сергій начинаетъ страшное и непоправимое дѣло — цѣленаправленное измѣненіе состава іерархіи Русской Церкви. Единичные опыты распоряженія судьбами епископовъ, столь необдуманно одобренныя многими архіереями, теперь повторились въ массовомъ масштабѣ. Ссыльные епископы увольнялись на покой, возвратившіеся изъ ссылки и «неблагонадежные» епископы переводились на дальнія окраины. Начались хиротоніи и назначенія бывшихъ обновленцевъ и лицъ, близкихъ къ митрополиту Сергію» [91].

Несомнѣнно, что чувство недовѣрія къ митрополиту Сергію, какъ строящему новое церковное зданіе на компромиссѣ съ полу-обновленческими кругами, послужило основаніемъ для критическаго отношенія къ его новому начинанію.

Въ свое время, когда передъ Русской Церковью Заграницей въ связи съ посланіемъ митрополита Сергія возникъ вопросъ о лояльности къ совѣтской власти, у насъ печаталось много сужденій о его новомъ направленіи. Много печаталось и изъ полученной изъ Россіи критики его въ послѣдующіе годы, а также по поводу разбиравшаго тотъ же самый вопросъ обращенія Соловецкихъ узниковъ, предварившихъ декларацію, но въ совершенно другомъ духѣ, то-есть согласномъ съ принципомъ Патріарха Тихона: отстранить все политическое, не бороться съ совѣтской властью, какъ таковой, но ограждать принципіальную полную независимость Церкви отъ гражданской власти, хотя бы и лишаясь вслѣдствіе этого юридическаго обезпеченія своего положенія. Не согласились они затѣмъ и съ его деклараціей, когда познакомились съ нею.

/с. 74/


/с. 75/ Теперь посыпались къ митрополиту Сергію заявленія о непріятіи его деклараціи, на что онъ часто отвѣчалъ прещеніями. Регельсонъ помѣстилъ въ своей книгѣ очень важный матеріалъ, который въ то время заграницей не былъ доступенъ. Къ этому относится записка архіепископа Иларіона о томъ, на какихъ началахъ должна вестись работа органовъ, замѣняющихъ мѣстоблюстителя. Рядъ другихъ протестовъ противъ деклараціи со стороны митрополитовъ Агаѳангела и Іосифа, епископа Вятскаго Виктора и другихъ были очень основательны. Особое значеніе имѣетъ несогласіе съ образомъ дѣйствій митрополита Сергія самаго авторитетнаго епископа Русской Церкви того времени митрополита Кирилла. Находясь въ заключеніи онъ, конечно, не сразу могъ и ознакомиться съ обращеніемъ митрополита Сергія и высказать свое мнѣніе. Только 2/15 мая 1929 года онъ написалъ письмо, въ которомъ выражаетъ свои взгляды по поводу выступленій митрополита Сергія. Имѣя въ виду авторитетное значеніе сужденія старшаго въ то время архіерея и то, что оно въ свое время не было извѣстно въ Зарубежной Церкви, я приведу большія выдержки изъ этого важнаго документа. Я не помню, чтобы онъ былъ гдѣ-либо опубликованъ ранѣе книги Регельсона. Митрополитъ Кириллъ усматриваетъ нарушеніе соборныхъ опредѣленій о Высшемъ Церковномъ Управленіи въ томъ, что замѣститель мѣстоблюстителя назначилъ членовъ Синода, назвавъ свой Синодъ Временнымъ Патріаршимъ. Если митрополитъ Агаѳангелъ, не соглашаясь съ дѣлами митрополита Сергія оставлялъ за собою свободу исполненія или неисполненія распоряженій замѣстителя, то митрополитъ Кириллъ шелъ дальше въ отрицаніи полномочій новаго Синода: до тѣхъ поръ, пока «митрополитъ Сергій не уничтожитъ учрежденнаго имъ Синода, ни одно изъ его административно-церковныхъ распоряженій, издаваемыхъ съ участіемъ такъ называемаго Патріаршаго Синода, я не могу признавать для себя обязательнымъ къ исполненію».

Такое отношеніе къ митрополиту Сергію и его Синоду, — продолжаетъ митрополитъ Кириллъ, — я не понимаю какъ отдѣленіе отъ руководимой митрополитомъ Сергіемъ части Православной Церкви, такъ какъ личный грѣхъ митрополита Сергія относительно управленія Церковью не повреждаетъ содержимаго и этой части Церкви православно-догматическаго ученія, но я глубоко скорблю, что среди единомысленныхъ митрополиту Сергію архипастырей въ нарушеніе братской любви, уже примѣняется по отношенію къ несогласнымъ и обличающимъ ихъ неправоту кличка отщепенцевъ, раскольниковъ. Ни отъ чего святого и подлинно церковнаго я не отдѣляюсь; страшусь только приступать и прилѣпляться къ тому, что признаю грѣховнымъ по самому своему происхожденію, и потому воздерживаюсь отъ братскаго общенія съ /с. 76/ митрополитомъ Сергіемъ и ему единомысленными архипастырями... Этимъ воздержаніемъ съ моей стороны ничуть не утверждается и не заподозривается, якобы, безблагодатность совершаемыхъ сергіанами священнодѣйствій и Таинствъ (да сохранитъ всѣхъ насъ Господь отъ такого помышленія), но только подчеркивается нежеланіе и отказъ участвовать въ чужихъ грѣхахъ. Посему литургисать съ митрополитомъ Сергіемъ и единомышленными ему архипастырями я не стану, но въ случаѣ смертной опасности со спокойной совѣстью приму елеосвященіе и послѣднее напутствіе отъ священника сергіева поставленія или подчиняющагося учрежденному имъ Синоду, если не окажется въ наличіи священника, раздѣляющаго мое отношеніе къ митрополиту Сергію и т. н. Временному Патріаршему Синоду. Подобнымъ образомъ, находясь въ мѣстности, гдѣ всѣ храмы подчиняются такъ наз. Временному Патріаршему Синоду, я не пойду въ нихъ молиться за общимъ богослуженіемъ, но совершить въ одномъ изъ нихъ литургію въ одиночку, или съ участіемъ единомышленныхъ мнѣ клириковъ и вѣрующихъ, если бы таковые оказались въ наличіи, признаю возможнымъ безъ предварительнаго освященія храма. Такъ-же по моему мнѣнію можетъ поступать и каждый священнослужитель, раздѣляющій мое отношеніе къ митрополиту Сергію и учрежденному имъ Синоду.

Что касается мірянъ, то участвовать дѣятельно въ церковно-приходской жизни приходовъ, возносящихъ имя митрополита Сергія за храмовымъ богослуженіемъ, въ качествѣ возглавляющаго іерархію архипастыря, по совѣсти, не слѣдуетъ, но само по себѣ такое возношеніе имени Сергія не можетъ возлагаться на отвѣтственность мірянъ и не должно служить для нихъ препятствіемъ къ посѣщенію богослуженія и принятія Св. Даровъ въ храмахъ, подчиняющихся митрополиту Сергію, если въ данной мѣстности нѣтъ православнаго храма, хранящаго неповрежденнымъ свое каноническое отношеніе къ мѣстоблюстителю Патріаршаго престола» [92].

Митрополитъ Кириллъ не былъ единственнымъ архіереемъ, прекратившимъ общеніе съ митрополитомъ Сергіемъ. Создалась цѣлая литература, обличающая новый путь митрополита Сергія. Отъ него отдѣлились всѣ старшіе епископы и составили то, что теперь называютъ катакомбной Церковью. Не всѣ заняли въ отношеніи его такую снисходительную позицію какъ митрополитъ Кириллъ. Многіе не только прервали съ нимъ молитвенное общеніе, но и пошли дальше, обвиняя его создателемъ раскола и совершенно прерывая съ нимъ всякое молитвенное общеніе. Съ теченіемъ времени, имѣя нѣкоторую передышку въ скитаніяхъ, митрополитъ Кириллъ въ 1929 году могъ высказаться письменно. Первоначально полемика шла преимущественно въ области пониманія /с. 77/ правъ замѣстителя местоблюстителя, но затѣмъ она перешла къ обвиненію митрополита Сергія въ прямой измѣнѣ Церкви. Въ февралѣ 1934 года осторожнѣйшій митрополитъ Кириллъ въ заявленіяхъ и дѣйствіяхъ митрополита Сергія увидѣлъ даже ересь, но по тактическимъ соображеніямъ на этомъ подробно не останавливался. Говоря о «разноголосицѣ» доходившихъ до него упрековъ среди противниковъ митрополита Сергія, на которую ссылался послѣдній, митрополитъ Кириллъ, между прочимъ, останавливался и на обвиненіи его въ еретичности. Помышляя объ объединеніи несогласныхъ съ Сергіемъ епископовъ, митрополитъ Кириллъ писалъ: «Между тѣмъ среди нихъ не мало такихъ, которые видятъ погрѣшительность многихъ мѣропріятій митрополита Сергія, но, понимая одинаково съ нимъ источникъ и размѣръ присвояемой имъ власти, снисходительно терпятъ эту погрѣшительность какъ нѣкоторое лишь увлеченіе властью, а не преступное ея присвоеніе. Предъявляя къ нимъ укоризну въ непротивленіи и, слѣдовательно, принадлежности къ ереси, мы рискуемъ лишить ихъ психологической возможности возсоединенія съ нами и навсегда потерять ихъ для Православія. Вѣдь сознаться въ принадлежности къ ереси много труднѣе, чѣмъ признать неправильность своихъ воспріятій отъ внѣшняго устроенія церковной жизни. Нужно чтобы для этого прекраснодушія властныя утвержденія митрополита Сергія уяснили какъ личные домыслы, а не какъ право, покоящееся на завѣщаніи Святѣйшаго Патріарха» [93].

Число отказывающихся отъ митрополита Сергія все росло и росло. Въ 1929 году Регельсонъ отмѣчаетъ арестъ 15-ти епископовъ, выступавшихъ противъ деклараціи митрополита Сергія. Это только часть возмутившихся. Нѣкоторой сводкой общей критической аргументаціи деклараціи митрополита Сергія, можетъ служить приведенный Регельсономъ со ссылкой на диссертацію Снычева, отзывъ Соловецкихъ епископовъ, которую мы здѣсь и приводимъ за невозможностью, по недостатку мѣста, болѣе полно привести другіе безчисленные протесты противъ деклараціи и дѣйствій митрополита Сергія въ концѣ 20-хъ годовъ.

а) «Мысль о подчиненіи Церкви гражданскимъ установленіямъ выражена въ такой категорической и безоговорочной формѣ, которая легко можетъ быть понята въ смыслѣ полнаго сплетенія Церкви и государства».

б) «Посланіе приноситъ правительству всенародную благодарность за вниманіе къ духовнымъ нуждамъ православнаго населенія. Такого рода выраженіе благодарности въ устахъ главы Русской Православной Церкви не можетъ быть искреннимъ и потому не отвѣчаетъ достоинству Церкви...»

в) «Посланіе Патріархіи безъ всякихъ оговорокъ принимаетъ оффиціальную версію и всю вину въ прискорбныхъ столкновені/с. 78/яхъ между Церковью и государствомъ возлагаетъ на Церковь».

г) «Угроза запрещенія эмигрантскимъ священнослужителямъ нарушаетъ постановленіе собора 1917/1918 гг. отъ 3/16 авг. 1918 г.» [94].

Это опредѣленіе запрещало церковныя наказанія за политическія преступленія.

Однако, всѣ эти протесты практически ничего не достигали, ибо авторы ихъ одинъ за другимъ арестовывались и никѣмъ не могли быть замѣнены. Но скоро таковой же стала и судьба послушныхъ митрополиту Сергію епископовъ. Политика Москвы была явно направлена къ физическому уничтоженію епископата и клира. Это не скрывалось почти отъ народа и всѣми вѣрующими ясно сознавалось.

И вотъ, въ то время, когда вѣрующіе такъ тяжело страдали подъ гнетомъ окружающихъ ихъ преслѣдованій, митрополитъ Сергій съ четырьмя членами Синода въ заявленіи корреспонденту ТАСС'а (Телеграфное Агенство Совѣтскаго Союза) заявилъ 15-го февраля 1930 года, будто «въ Совѣтскомъ Союзѣ никогда не было и въ настоящее время не происходитъ никакихъ религіозныхъ преслѣдованій», что «церкви закрываются не по приказу властей, а по желанію населенія, а во многихъ случаяхъ даже по прошенію вѣрующихъ», что «священники сами виноваты, что не пользуются предоставленной имъ свободой проповѣди» и что «Церковь сама не хочетъ имѣть духовно-учебныхъ заведеній» («Бѣднота», 16 фев. 1930 года, цит. по книгѣ С. В. Троицкаго въ книгѣ «Размеживаніе или расколъ», Парижъ, 1932 г., стр. 86-87).

Проф. С. В. Троицкій писалъ объ этомъ заявленіи митр. Сергія: «Въ свое время я получилъ письмо изъ Россіи отъ своего знакомаго, что это заявленіе митр. Сергій принужденъ былъ сдѣлать подъ давленіемъ большевиковъ: или заявленіе, или разстрѣлъ всѣхъ арестованныхъ священниковъ. Теперь это подтверждается статьей И. Солоневича «Разгромъ Церкви» («Голосъ Россіи», 1936 г., № 4, стр. 6-8), свидѣтельствующаго вмѣстѣ съ тѣмъ и объ ужасномъ впечатлѣніи, которое произвело это чудовищное заявленіе на вѣрующихъ въ Россіи (ср. Гол. Р., № 15, стр. 5)» [95].

Процессъ ликвидаціи вѣры и Церкви ускорялся. Къ началу Второй міровой войны митрополиту Сергію уже почти не чѣмъ было управлять. На всю Москву оставалось только 17 церквей. Въ другихъ епархіальныхъ центрахъ отъ силы оставались одна-двѣ церкви. Во всемъ московскомъ Патріархатѣ оставалось примѣрно 100 открытыхъ храмовъ. Въ одномъ Ленинградѣ въ 1936 г. въ церквахъ области оставалось лишь 17 православныхъ священниковъ и діаконовъ. «Даже много повидавшая совѣтская пресса не пыталась утверждать въ 1937 году, что всѣ 1468 арестованныхъ въ Ленинградѣ и его окрестностяхъ клириковъ — шпіоны и диверсанты. Безо всякихъ приговоровъ («Безъ статьи», какъ тогда говорили), /с. 79/ эти священники были отправлены умирать въ сѣверные и восточные лагеря, а ихъ приходы автоматически закрывались. Тихо, безъ лишняго шума» [96].

«Но одновременно, пишетъ тотъ же авторъ, съ несмолкаемымъ грохотомъ и визгомъ крутились колеса государственной антирелигіозной машины. Подобно современнымъ ЭВМ механизмъ этотъ оперировалъ только съ цифрами крупными и сверхкрупными. Союзъ воинствующихъ безбожниковъ планировалъ «безбожную пятилѣтку» съ тѣмъ, чтобы въ 1930 году составъ Союза увеличился съ полумилліона членовъ до 4-хъ милліоновъ, въ 1931 году до семи милліоновъ, въ 1932 году до 12-ти милліоновъ, въ 1933 году до 17-ти милліоновъ человѣкъ. Слѣдующая пятилѣтка должна была превратить въ активныхъ безбожниковъ уже двадцать два милліона совѣтскихъ гражданъ» [97].

Но безбожники слишкомъ рано готовились торжествовать полное уничтоженіе вѣры. Когда во время Второй великой войны мы въ эмиграціи столкнулись съ совѣтскими военноплѣнными, бѣженцами и вывезенными нѣмцами изъ Совѣтскаго Союза рабочими, мы легко могли убѣдиться въ томъ, что вѣра въ русскомъ народѣ была далеко не уничтожена. Отчасти мы встрѣтились съ первыми плодами нелегальнаго пастырства на родинѣ. Маркъ Поповскій пишетъ: «Катакомбная или подпольная Церковь возникла у насъ въ концѣ 20-хъ годовъ. То одинъ, то другой священникъ исчезалъ изъ своего прихода, поселялся въ тайномъ мѣстѣ и начиналъ опасную жизнь изгнанниковъ. Въ скособоченныхъ домишкахъ на городскихъ окраинахъ возникали тайныя молельни. Тамъ служили литургіи, исповѣдовали, причащали, крестили, вѣнчали и даже рукополагали новыхъ священниковъ. Тайкомъ, передавая другъ другу условный стукъ въ дверь, стекались туда вѣрующіе изъ дальнихъ городовъ и областей. Туда шли за утѣшеніемъ, бесѣдой, за «радостью богослуженія». Туда несли дѣтей, вели стариковъ. Сколько такихъ очаговъ тайной вѣры существовало въ странѣ никто не знаетъ» [98].

[Примѣчанія:
[91] Левъ Регельсонъ. «Трагедія Русской Церкви 1917-1945», Парижъ, 1977 г., стр. 117.
[92] Тамъ же, стр. 166-167.
[93] Тамъ же, стр. 182.
[94] Тамъ же, стр. 436.
[95] Прот. Г. Граббе. «Правда о Русской Церкви на родинѣ и за рубежомъ», Джорданвиллъ, 1961 г., стр. 93. Тамъ же свидѣтельство прот. А. Іонова со словъ близкаго къ митр. Сергію лица о томъ, какъ мучился митрополитъ по полученіи требованія о заявленіи въ газетѣ относительно благополучнаго положенія Церкви подъ угрозой жизни всѣхъ заключенныхъ священниковъ. По словамъ этого близкаго къ нему человѣка, бывшаго въ то время съ нимъ митрополитъ Сергій былъ все утро въ состояніи неописуемаго смятенія: вотъ онъ подбѣгаетъ къ иконамъ, падаетъ передъ ними на колѣни и начинаетъ горячо молить/с. 169/ся, то бросается къ письменному столу и, охвативъ голову руками, сидитъ въ мучительномъ раздумьи... Въ такомъ бореніи онъ провелъ нѣсколько часовъ. «Новое русское слово» отъ 15 февр. 1960 г. (приведено цѣликомъ въ книгѣ протопр. Г. Граббе, указанной выше, стр. 92-93).
[96] Маркъ Попковскій. Жизнь и житіе Войно-Ясенецкаго, архіепископа и хирурга. Парижъ, стр. 351-352.
[97] Тамъ же. Авторъ ссылается на журналъ «Антирелигіозникъ» № 4, 1930 г., стр. 3.
[98] Попковскій. Тамъ же, стр. 355].

Источникъ: Епископъ Григорій. Русская Церковь передъ лицомъ господствующаго зла. — Jordanville: Типографія преп. Іова Почаевскаго. Свято-Троицкій монастырь, 1991. — С. 71-79.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.