Церковный календарь
Новости


2018-12-18 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. 60-лѣтіе священнослуженія митр. Анастасія (1976)
2018-12-18 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Свѣтильникъ Русской Церкви блаж. митр. Антоній (1976)
2018-12-17 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Св. Обитель и духовная школа на служеніи Церкви (1976)
2018-12-17 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Чѣмъ каждый изъ насъ долженъ служить Церкви? (1976)
2018-12-16 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Соборность и церковное сотрудничество (1976)
2018-12-16 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Существуетъ ли невидимая Церковь? (1976)
2018-12-15 / russportal
Первое посланіе къ Коринѳянамъ св. Климента Римскаго (1860)
2018-12-15 / russportal
О святомъ Климентѣ Римскомъ и его первомъ посланіи (1860)
2018-12-14 / russportal
Свт. Зинонъ Веронскій. На слова: "егда предастъ (Христосъ) царство Богу и Отцу" (1838)
2018-12-14 / russportal
Краткое свѣдѣніе о жизни св. священномуч. Зинона, еп. Веронскаго (1838)
2018-12-13 / russportal
Евсевій Памфилъ. "Четыре книги о жизни блаж. царя Константина". Книга 2-я (1849)
2018-12-13 / russportal
Евсевій Памфилъ. "Четыре книги о жизни блаж. царя Константина". Книга 1-я (1849)
2018-12-12 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 126-й (1899)
2018-12-12 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 125-й (1899)
2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Православное Догмат. Богословіе митр. Макарія (1976)
2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Свт. Тихонъ Задонскій, еп. Воронежскій (1976)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - вторникъ, 18 декабря 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 15.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

И. А. Ильинъ († 1954 г.)

Иванъ Александровичъ Ильинъ (1883-1954), знаменитый русскій философъ, писатель и публицистъ, сторонникъ Бѣлаго движенія и послѣдовательный критикъ коммунистической власти въ Россіи, идеологъ Русскаго Обще-Воинскаго Союза (РОВС). Родился 28 марта (10 апрѣля) въ Москвѣ, въ религіозной дворянской семьѣ. Окончилъ Московскій университетъ по юридическому и историко-философскому факультету (1912). Приватъ-доцентъ (1909) и профессоръ философіи (1918-1922) Московскаго университета. Въ силу своихъ православно-монархическихъ убѣжденій не принялъ февральскую революцію и категорически отвергъ октябрьскій переворотъ, ставъ активнымъ противникомъ большевицкаго режима. По подозрѣнію въ антиправительственной дѣятельности И. А. Ильина шесть разъ арестовывали. Послѣ послѣдняго, шестого, ареста онъ съ группой ученыхъ, философовъ и литераторовъ въ 1922 г. былъ высланъ изъ совѣтской Россіи въ Германію. Съ 1922 по 1938 гг. проживалъ въ Берлинѣ. Профессоръ Русскаго научнаго института въ Берлинѣ (1922-1934). Редакторъ-издатель журнала «Русскій колоколъ» (1927-1930). Съ 1938 г. до смерти въ 1954 г. проживалъ въ Швейцаріи. Авторъ болѣе 40 книгъ и 300 статей на русскомъ и нѣмецкомъ языкахъ. Нѣкоторые свои труды И. А. Ильинъ публиковалъ подъ псевдонимами: Н. Ивановъ, Н. Костомаровъ, И. Л. Юстусъ, Иверъ, С. П., Старый Политикъ, К. П., Ослябя, Пересвѣтъ, Помѣщикъ, д-ръ Альфредъ Нормани, Юліусъ Швейкертъ. Въ теченіе всего зарубежнаго періода жизни И. А. Ильинъ былъ вѣрнымъ чадомъ РПЦЗ. Имѣлъ тѣсныя и добрыя отношенія съ митрополитами Антоніемъ (Храповицкимъ) и Анастасіемъ (Грибановскимъ), архим. Константиномъ (Зайцевымъ), проф. И. М. Андреевымъ. Скончался 8 (21) декабря 1954 г. въ Цюрихѣ, былъ отпѣтъ въ Русской Зарубежной Церкви и похороненъ на кладбищѣ въ Цолликонѣ (Швейцарія). Осенью 2005 г. останки И. А. Ильина были торжественно перезахоронены въ некрополѣ Донского монастыря въ Москвѣ.

Сочиненія И. А. Ильина

И. А. Ильинъ († 1954 г.)
ПУТЬ ДУХОВНАГО ОБНОВЛЕНІЯ.
(Изд. 2-е. Мюнхенъ: Типографія Обители преп. Іова Почаевскаго, 1962).

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ.
О СОВѢСТИ.

«Возможно ли, чтобы великая душа не имѣла совѣсти, — самаго существа всѣхъ дѣйствительныхъ душъ, великихъ и малыхъ?» (Карлейль).

1. Утрата.

Людямъ было бы легче уразумѣть законъ внутренней свободы и сравнительную условность внѣшней и политической свободы, если бы они чаще и радостнѣе прислушивались къ тому, что обычно называется «голосомъ совѣсти». Ибо человѣкъ, переживая это изумительное, таинственное душевное состояніе, осуществляетъ внутреннюю, духовную свободу въ такомъ глубокомъ и цѣлостномъ видѣ, что ему невольно открываются глаза на ея подлинную природу: онъ самъ становится духовно свободнымъ въ этотъ моментъ и начинаетъ постигать эту свободу уже не съ чужихъ словъ, не однимъ отвлеченнымъ разсудкомъ или воображеніемъ, но собственнымъ, удостовѣреннымъ опытомъ, главнымъ и драгоцѣннѣйшимъ источникомъ всякаго познанія. Мало того, человѣкъ, вѣрно пережившій совѣстный актъ, завоевываетъ себѣ доступъ въ сферу, гдѣ долгъ не тягостенъ, гдѣ дисциплина слагается сама собою, гдѣ инстинктъ примиряется съ духомъ, гдѣ живутъ любовь и религіозная вѣра.

Совѣсть есть одинъ изъ чудеснѣйшихъ даровъ Божіихъ, полученныхъ нами отъ Него. Это какъ бы сама Божія сила, раскрывающаяся въ насъ въ качествѣ нашей собственной глубочайшей сущности. То, на что указываетъ намъ совѣсть, къ чему она зоветъ, о чемъ она намъ вѣщаетъ — есть нравственно-совершенное; не «самое пріятное», не «самое полезное», не «самое цѣлесообразное» и т. под., но нравственно-лучшее, совершенное, согласно тому, какъ указано въ Евангеліи: «будьте совершенны, какъ совершенъ Отецъ вашъ небесный» (Матѳ. 5. 48).

Однако, говоря такъ о совѣсти, я разумѣю не то, что нерѣдко обозначаютъ этимъ словомъ въ повседневной жизни. Я разумѣю живую и не урѣзанную расчетомъ христіанскую совѣсть, озаренную и просвѣщенную Христомъ, вѣрную Ему и окрѣпшую на Его завѣтахъ. Въ согласіи съ нѣкоторыми отцами Церкви можно было бы утверждать, что и въ языческомъ мірѣ, до Христа, были великія и чистыя души, которыя какъ бы предчувствовали глаголъ христіанской нравственности, носили его въ глубинѣ своего сердца и своей мудрой воли и внимали ему чутко и во многомъ вѣрно (таковы Конфуцій, Лаотзе, Будда, Зороастръ, Сократъ и нѣк. другіе). Это было какъ бы «естествен/с. 88/ное» откровеніе. Но истинное и совершенное откровеніе пришло послѣ нихъ изъ чистаго и божественнаго источника; оно было дано для того, чтобы очистить все до глубины, чтобы потрясти и оживить человѣческое сердце, растопить застывшую въ немъ тысячелѣтнюю льдину, умилить человѣческую жестокость и открыть людямъ доступъ къ духовному акту совѣсти во всей его чистотѣ и совершенствѣ. Здѣсь и было заложено начало христіанской совѣсти.

Нельзя отрицать того, что совѣсть присуща человѣку, такъ сказать, «отъ природы». Надо также признать, что врядъ ли есть на свѣтѣ человѣкъ, который не носилъ бы въ душѣ своей ея голоса — пусть въ самомъ первобытномъ, скрытомъ видѣ, такъ, какъ если бы совѣсть изрѣдка стучалась у его двери, или тишайшимъ голосомъ взывала къ нему изъ глубины, или вдругъ озаряла своимъ лучомъ его настроенія и злодѣйства. Во всякомъ случаѣ тотъ, кто сталъ бы утверждать, что на свѣтѣ есть люди совершенно и окончательно безсовѣстные, поставилъ бы передъ собою очень трудную задачу. Онъ долженъ былъ бы самъ быть настоящимъ художникомъ совѣстнаго акта, какъ бы мастеромъ и учителемъ совѣсти; онъ долженъ былъ бы хорошо знать всѣ возможныя формы ея проявленія; и затѣмъ ему пришлось бы вступить въ общеніе съ тѣмъ, у кого онъ отрицаетъ наличность совѣсти, и испытать на немъ всѣ возможные способы духовнаго общенія, изслѣдованія и удостовѣренія, прежде чѣмъ объявить свой окончательный приговоръ. Но опытъ его врядъ ли удался бы ему и притомъ не только въ силу формально-логическихъ основаній, согласно коимъ нельзя умозаключать отъ «ненахожденія» къ «небытію» или отъ «отсутствія» къ «невозможности» чего-нибудь, но въ силу основаній содержательныхъ и предметныхъ. Тотъ, кто возьмется за такое дѣло, — изслѣдовать и у становить наличность или отсутствіе совѣсти у другого человѣка, — и приступитъ къ нему мудро и искусно, тотъ навѣрное испытаетъ и подтвердитъ то, что каждый христіанскій воспитатель и духовникъ испыталъ и отмѣтилъ не разъ въ своей жизни, а именно: въ этихъ испытующихъ бесѣдахъ, полныхъ христіанской любви, проповѣдническаго искусства и живой доказательной дѣйственности (т. е. напр. при совмѣстно совершаемыхъ поступкахъ!) — человѣкъ, свиду совершенно безсовѣстный, начнетъ постепенно обнаруживать такія состоянія, дѣлать такія высказыванія, какъ если бы совѣсть медленно начинала пробуждаться въ немъ отъ давняго и крѣпкаго сна; или какъ если бы сѣрыя стѣны повседневной пошлости, черствости и себялюбія, заботъ и опасеній — стали обнаруживать нѣкія свѣтоиспускающія трещины; какъ если бы и для этого черстваго, злого, жестоковыйнаго человѣка пробилъ часъ пробужденія къ духовности, любви и добротѣ. Здѣсь обстоитъ такъ, какъ и во всей сферѣ духа: кто умѣетъ вести раскопки, тотъ находитъ; кто вѣрно взываетъ, тотъ получаетъ отвѣтъ; кто носитъ въ себѣ живую силу совѣсти, тотъ сумѣетъ отыскать въ своемъ ближнемъ, — будь онъ совсѣмъ мраченъ и ожесточенъ душою, — искру священнаго огня, а можетъ быть раздуть ее такъ, чтобы она породила живое пла/с. 89/мя. Для того, чтобы привести безсовѣстнаго человѣка къ покаянію и обращенію, необходимо, конечно, истинное искусство; но прежде всего для этого необходимо, чтобы самъ обращающій не «проповѣдывалъ» отвлеченно, исходя изъ своей черствости, сухости и пошлости, но взывалъ бы, исходя изъ собственнаго жизненнаго пламени, увѣренно и властно, дѣйствуя и какъ бы заклиная, зажигая огонь въ чужомъ сердцѣ. Тотъ, кто разсуждаетъ безъ любви, безъ вѣры и огня, кто самъ не переживаетъ поистинѣ потрясающую силу совѣсти, и не отдается ей, не подчиняется ея дѣйствію, — тотъ носитъ въ душѣ какъ бы мертвую пустыню, и его мертвый голосъ не вызоветъ ничего, кромѣ мертваго отголоска изъ разстилающейся передъ нимъ пустыни. Только живое родитъ жизнь; духъ пробуждается только на зовъ духа; какой любви можетъ научить нелюбящій? какъ можетъ неискренній вызвать искру въ угасшей душѣ? А совѣсть есть сама жизнь, и духъ, и любовь, и искренность: сила страшная, и чистая, и божественная...

Бѣда современнаго человѣчества состоитъ въ томъ, что оно какъ бы разучилось переживать совѣстный актъ и отдаваться ему; что весь его «умъ» и вся его «образованность» есть мертвое и отвлеченное дѣйствіе разсудка, недурно, соображающаго о «цѣлесообразности» разныхъ средствъ, но ничего не разумѣющаго въ вопросѣ о священныхъ цѣляхъ жизни. Бѣда въ томъ, что современный человѣкъ научился «относиться критически» къ священной, ирраціональной глубинѣ совѣсти, ограждать себя отъ ея голоса и иронически подсмѣиваться надъ совѣстными людьми. Среди современной интеллигенціи царитъ не высказываемое, но молчаливо подразумѣвающееся и все болѣе укореняющееся воззрѣніе, будто «умному» человѣку, собственно говоря, рѣшительно нечего дѣлать съ совѣстью; у него много другихъ дѣлъ поважнѣе: ему надо приспособиться къ сложнымъ законамъ общественности, хозяйственности и политики для того, чтобы научиться комбинировать эти законы въ свою собственную пользу и на этомъ построить свое благополучіе; жизнь становится все сложнѣе и труднѣе, борьба за существованіе требуетъ все большаго вниманія и напряженія...; при чемъ здѣсь «совѣсть»? что она можетъ дать, кромѣ новыхъ и притомъ безплодныхъ осложненій и заботъ? пускай надъ ней возятся люди «сентиментальные», «глупые» и не приспособленные къ реальной жизни, а имъ «умнымъ» — не до того... Хорошо еще, если такой человѣкъ однажды, — онъ и самъ не знаетъ, откуда это берется и какъ онъ этому поддается, — начнетъ безпокоиться отъ какихъ-то странныхъ внутреннихъ «укоровъ», которые могутъ превратиться и въ настоящія «угрызенія» (а можетъ быть это только «нервы» начинаютъ «пошаливать»?!...): ибо все-таки эти угрызенія и муки означаютъ, что и его великолѣпный, все предусмотрѣвшій умъ, интересовавшійся доселѣ только одной цѣлесообразностью, имѣетъ свой предѣлъ, что и его живая душа не исчерпывается ни этимъ умомъ, ни его самодовольствомъ...

/с. 90/ Христіанская совѣсть, этотъ драгоцѣнный и благодатный даръ христіанскаго откровенія, какъ бы смолкла за послѣдніе вѣка европейскаго просвѣщенія и особенно за послѣдній вѣкъ капиталистическаго расцвѣта. А это указываетъ на то, что «просвѣщенному» и безрелигіозному человѣку нашихъ дней предстоитъ вступить на путь большихъ страданій и потрясеній. Ибо совѣсть не есть какое-то сверхдолжное и недоступное обыкновенному человѣку дѣло «праведника» или «отшельника», ненужное рядовому человѣку и безполезное для верхняго, ведущаго соціальнаго слоя. Напротивъ, совѣсть нужна каждому человѣку, и не только въ великія, поворотныя минуты его жизни, но и въ ежедневныхъ дѣлахъ и въ обыденныхъ отношеніяхъ; и то, что совсѣмъ не тронуто ея лучомъ, — оказывается не только недоброкачественнымъ въ смыслѣ духовной цѣнности, но и жизненно не прочнымъ, не крѣпкимъ, въ высшей степени подверженнымъ распаду и въ личной, и въ общественной жизни.

Совѣсть есть живая и цѣльная воля къ совершенному; поэтому тамъ, гдѣ отмираетъ эта воля, качественность становится безразличной для человѣка и начинаетъ уходить изъ жизни; все начинаетъ дѣлаться «недобросовѣстно», все снижается, обезцѣнивается, становится никому не нужнымъ: отъ научнаго изслѣдованія до фабричнаго продукта, отъ преподаванія въ школѣ до ухода за скотомъ, отъ канцеляріи чиновника до уборки улицъ.

Совѣсть есть первый и глубочайшій источникъ чувства отвѣтственности; поэтому тамъ, гдѣ это чувство угасаетъ, — воцаряется всеобщее безразличіе къ результату труда и творчества; что же могутъ создать безотвѣтственный судья, политикъ, врачъ, офицеръ, инженеръ, кондукторъ и пахарь?

Совѣсть есть основной актъ внутренняго самоосвобожденія; поэтому тамъ, гдѣ актъ исчезаетъ изъ жизни, внѣшняя свобода теряетъ свой смыслъ, а политическая свобода начинаетъ извращаться; человѣкъ теряетъ доступъ къ свободной лояльности и ему остается только двѣ возможности въ жизни: или повиноваться законамъ изъ корысти и страха, уподобляясь лукавому и невѣрному рабу; или не повиноваться законамъ, всячески изощряясь въ безнаказанномъ правонарушеніи и уподобляясь непойманному преступнику.

Совѣсть есть живой и могущественный источникъ справедливости; поэтому тамъ, гдѣ ея лучи уходятъ изъ жизни, человѣкъ теряетъ какъ бы душевный органъ для справедливости и вкусъ къ ней; во что же превратится жизнь въ обществѣ, гдѣ этотъ органъ и этотъ вкусъ атрофированы? что за судъ сложится въ этой странѣ? что за чиновничество? что за торговля? какую жизнь поведетъ богатый слой общества? какая эксплуатація низшихъ классовъ водворится въ этой странѣ? какое справедливое него/с. 91/дованіе начнетъ накапливаться въ низахъ? какая революціонная опасность повиснетъ надъ государствомъ?

Наконецъ, во всякомъ жизненномъ дѣлѣ, гдѣ личное своекорыстіе сталкивается съ интересомъ дѣла, службы, предмета, — совѣсть является главною силою, побуждающею человѣка къ предметному поведенію; поэтому тамъ, гдѣ совѣсть вытравляется изъ жизни, — ослабѣваетъ чувство долга, расшатывается дисциплина, гаснетъ чувство вѣрности, исчезаетъ изъ жизни начало служенія; повсюду воцаряется продажность, взяточничество, измѣна и дезертирство; все превращается въ безстыдное торжище и жизнь становится невозможной...

Вотъ почему я утверждаю, что совѣсть есть не только источникъ праведности и святости, но и живая основа элементарно упорядоченной или тѣмъ болѣе расцвѣтающей культурной жизни. Совѣсть есть то свѣтящееся лоно, изъ котораго исходятъ, пронизывая всю жизнь, лучи качественности, отвѣтственности, свободы, справедливости, предметности, честности и взаимнаго довѣрія. И если бы однажды злому духу въ ночи удалось погасить въ душѣ спящихъ людей всѣ лучи совѣсти, хотя бы на сравнительно короткое время, то на землѣ воцарился бы такой адъ, о котомъ самыя злыя сновидѣнія не могли бы дать намъ вѣрнаго представленія.

Отходъ современнаго человѣчества отъ христіанской совѣсти чреватъ величайшими опасностями и бѣдами. Этотъ отходъ будетъ продолжаться до тѣхъ поръ, пока не наступитъ возвращеніе. Человѣчеству придется опять пробивать себѣ дорогу къ акту христіанской совѣсти. Но сначала оно должно будетъ замѣтить эту утрату и постигнуть ея роковое значеніе, а для этого ему, быть можетъ, придется пережить крушеніе всего современнаго строя... Можетъ быть искра христіанской совѣсти возродится только въ окончательно сгустившихся сумеркахъ безбожія и распада... Мы не должны считаться съ этой перспективой, какъ съ неизбѣжной; напротивъ, надо сдѣлать все, чтобы предотвратить трагическое крушеніе нашей духовной культуры. И чѣмъ скорѣе и глубже человѣчество постигнетъ природу переживаемаго имъ духовнаго кризиса, чѣмъ яснѣе оно пойметъ, что безъ совѣсти на землѣ невозможна ни культура, ни жизнь — тѣмъ болѣе бѣдъ и страданій будетъ предотвращено...

Источникъ: И. А. Ильинъ. Путь духовнаго обновленія. — Мюнхенъ: Типографія Обители преп. Іова Почаевскаго въ Мюнхенѣ-Оберменцингѣ, 1962. — С. 87-91.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.