Церковный календарь
Новости


2018-09-24 / russportal
Предсоборное Присутствіе 1906 г. Особое мнѣніе Ѳ. Д. Самарина (1906)
2018-09-24 / russportal
Предсобор. Присутствіе 1906 г. Отдѣла I-го Журналъ №4 (22 марта 1906 г.)
2018-09-24 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Приложеніе къ дѣянію 92-му (1999)
2018-09-24 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Протоколъ 92-й (24 февраля 1918 г.)
2018-09-23 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Римъ и Халкидонскій Соборъ (1970)
2018-09-23 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 65-е (9 декабря 1917 г.)
2018-09-22 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Святые Отцы на Вселенскихъ Соборахъ (1970)
2018-09-22 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 64-е (8 декабря 1917 г.)
2018-09-21 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Русская Зарубежная Церковь въ кривомъ зеркалѣ (1970)
2018-09-21 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 63-е (8 декабря 1917 г.)
2018-09-20 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Фантастическая исторія (1970)
2018-09-20 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 62-е (7 декабря 1917 г.)
2018-09-19 / russportal
Предсоборное Присутствіе 1906 г. Отдѣла I-го Журналъ №3 (18 марта 1906 г.)
2018-09-19 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 61-е (7 декабря 1917 г.)
2018-09-18 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Святая Русь въ исторіи Россіи (1970)
2018-09-18 / russportal
Предсоборное Присутствіе 1906 г. Отдѣла I-го Журналъ №2 (16 марта 1906 г.)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - вторникъ, 25 сентября 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 11.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

Ѳ. В. Вербицкій († 1971 г.)

Ѳедоръ Васильевичъ Вербицкій (1881-1971), профессоръ, врачъ, вѣрное чадо РПЦЗ. Родился въ 1881 г. въ семьѣ церковнослужителя. Окончилъ Черниговскую клас. гимназію (1899) и С.-Петербургскую Императорскую Военно-Медицинскую Академію (1904), гдѣ и былъ оставленъ на 3 года для подготовки къ преподавательской дѣятельности. Защитилъ диссертацію на ученую степень Доктора Медицины (1906) и былъ командированъ заграницу для продолженія научной работы. Работалъ въ институтахъ: Берлинскомъ Бактеріологическомъ, Парижскомъ Пастеровскомъ и Франкфуртскомъ Экспер. терапіи. Приватъ-доцентъ Воен.-Мед. Акад. (1910), экстраордин. профессоръ Саратовскаго Университета (1911), ордин. проф. Кіевскаго Университета (1914). На фронтахъ Первой Міровой войны — врачъ въ военномъ госпиталѣ; затѣмъ занималъ административные посты въ медицинскихъ учрежденіяхъ Бѣлой Арміи. Въ эмиграціи въ Югославіи. Съ 1929 по 1943 г. — личный врачъ сербскаго короля Александра I и товарищъ предсѣдателя общ-ва Русскихъ ученыхъ и писателей. Съ 1945 до 1948 г. — проф. и деканъ Мед. факультета Интерн. Университета въ Мюнхенѣ. Съ 1949 до смерти въ 1971 г. жилъ въ Аргентинѣ, работалъ въ инст-тѣ Микробіологіи, отдѣлъ «вирусовъ» (1951-1965). Былъ разносторонне образованнымъ человѣкомъ, прекрасно зналъ русскую литературу, что и позволило ему писать статьи на самыя разнообразныя темы (см. напр. его три статьи о творчествѣ Н. В. Гоголя, вошедшія въ сборникъ «Великій россіянинъ», Буэносъ-Айресъ, 1952 г.). Сотрудничалъ во многихъ журналахъ, газетахъ и публикаціяхъ (въ т. ч. въ «Православной Руси»). Имѣлъ 48 научныхъ трудовъ по бактеріологіи, біологіи и клиникѣ внутреннихъ болѣзней.

Сочиненія Ѳ. В. Вербицкаго

ЛУЧЪ СВѢТА.
Ученіе въ защиту Православной вѣры, въ обличеніе атеизма и въ опроверженіе доктринъ невѣрія.

Въ двухъ частяхъ: Часть вторая.
Собралъ, перепечаталъ и дополнилъ иллюстраціями Архимандритъ Пантелеимонъ.

Проф. Ѳ. В. Вербицкій († 1971 г.)
Религія и наука.

Съ тѣхъ поръ какъ дьяволъ соблазнилъ нашихъ прародителей вкусить плоды запретнаго «древа познанія добра и зла», грѣхъ этотъ тяготѣетъ надъ человѣчествомъ.

Надѣливъ человѣка разумомъ и свободной волей, Промыслитель міра не возбранилъ ему исканій въ благихъ цѣляхъ; не запретилъ и стремленія къ познанію истины, т. е. науку. Хотя люди прозвали апостола Ѳому «невѣрнымъ», но Іисусъ Христосъ не только не прогнѣвался на него за его сомнѣнія, но Самъ предложилъ «вложить перстъ въ раны гвоздильныя» и тѣмъ благословилъ изученіе съ цѣлью утвержденія истины.

Разсѣянныя сомнѣнія, осознанныя ошибки, наоборотъ, укрѣпляютъ насъ, и это мы видимъ на примѣрѣ ап.  Ѳомы, вылившаго свою твердую вѣру въ словахъ: «Господь мой и Богъ мой!» — послѣ того, какъ собственнымъ опытомъ увѣрился въ воскресеніи Христа.

И обуявшія Ѳому сомнѣнія не лишили его милости Божьей и не помѣшали сохранить за собой на всѣ времена званіе Апостола Церкви Христовой.

Не поставилъ Христосъ въ вину и Наѳанаилу его сомнѣнія: «Что можетъ быть добраго изъ Назарета?».

Напротивъ, Онъ и послѣ этого похвально отозвался о Наѳанаилѣ, какъ объ «Израильтянинѣ, въ которомъ нѣтъ лукавства».

Много разъ: и непосредственно — гласомъ съ неба, — и черезъ ангеловъ и пророковъ Господь внушалъ людямъ познанія Истины, вдохновляя, укрѣпляя и расширяя этимъ кругозоръ своего вѣнца творенія.

Въ притчѣ о талантахъ Іисусъ Христосъ ясно вмѣнилъ намъ въ обязанность не только беречь свои силы и способности, но и использовать ихъ въ благихъ цѣляхъ, умножая тѣмъ наши достиженія. Этой же притчей Онъ осудилъ лѣнь и косность въ нашихъ дѣлахъ.

На примѣрахъ щедро одаренныхъ Богомъ геніевъ мы воочію зримъ осѣненіе Свыше отдѣльныхъ избранныхъ.

Но не всѣмъ дано: слушать «пѣсни небесъ». Рожденные во грѣхахъ, мы на каждомъ шагу своего земного пути подвергаемся соблазнамъ со стороны Отца Лжи — Дьявола. Недаромъ, молитва Господня заканчивается двумя насущными для нашей жизни прошеніями: «и не введи насъ во искушеніе, но избави насъ отъ лукаваго».

Всякій, кто не машинально, а вдумываясь, произноситъ эти слова молитвы и отдаетъ себѣ отчетъ въ своихъ помыслахъ и дѣяніяхъ, не можетъ не сознать, какъ «опасно ходимъ» мы по землѣ; не можетъ не почувствовать, что въ нашей душѣ вѣчно борятся два противоположныхъ начала добра и зла. Съ утра до вечера мы окружены соблазнами, затемняющими разумъ, омрачающими мысли, оскверняющими наши чувства; эти соблазны ослабляютъ нашу волю, и, если мы поддаемся имъ, кладуть свой отпечатокъ на наши поступки.

Не съ «печатью Дара Духа Святого», которую мы получаемъ при святомъ крещеніи, а съ клеймомъ Лукаваго протекаютъ дни тѣхъ, которые ежечастно и ежеминутно не ведутъ борьбу съ дьявольскими искушеніями.

Грѣхами прародителей въ мукахъ рождаетъ дѣтей и въ потѣ лица своего добываетъ хлѣбъ свой вѣнецъ творенія — человѣкъ. Жалкой былинкой, колеблемой вѣтромъ; ничтожной песчинкой, попираемой ногами случайныхъ прохожихъ — проходитъ онъ свой короткій жизненный путь, ведя неусыпно борьбу съ враждебными живыми и мертвыми силами его окружающими: то въ свѣтломъ порывѣ вложенныхъ Свыше высокихъ чувствъ вздымается онъ въ Небесныя Выси, молитвенно устремляя свой взоръ къ Началу Всѣхъ Началъ — Богу; то обуреваемый низменными страстями ползаетъ по землѣ и, ослѣпляемый соблазнами Лукаваго, въ дьявольской гордынѣ тщится объявить себя полновластнымъ царемъ природы.

Эту раздвоенность человѣческой души; эту вѣчную борьбу Добра и Зла въ нашихъ глубинахъ — мы особенно ярко видимъ на примѣрѣ нашихъ геніевъ Пушкина и Лермонтова, всю жизнь метавшихся въ мучительныхъ томленіяхъ духа.

Вспомните навѣянные порывомъ холоднаго безвѣрія строки А. С. Пушкина:

«Даръ напрасный, даръ случайный,
Жизнь, зачѣмъ ты мнѣ дана?
И какой судьбою тайной
Ты на казнь осуждена?
Цѣли нѣтъ передо мною
Пусто сердце, празденъ умъ
И томитъ меня тоскою
Однозвучной жизни шумъ
».

Но, когда на эти недостойныя вѣрующаго человѣка слова послѣдовалъ отечески мягкій укоръ митроп. Филарета:

«Не напрасно, не случайно
Жизнь отъ Бога намъ дана;
Не безъ Воли Божьей тайной
И на казнь осуждена.
Самъ я своевольной властью
Зло изъ темныхъ безднъ возвалъ,
Душу самъ наполнилъ страстью,
Умъ сомнѣньемъ возволновалъ.
Вспомнись мнѣ Забытый мною,
Просіяй сквозь сумракъ думъ,
И сожидутся Тобою
Сердце чисто, свѣтелъ умъ
».

То строфами, полными смиренія и покаянія, отвѣтилъ поэтъ:

...«И нынѣ съ высоты духовной
Мнѣ руку простираешь ты,
И силой кроткой и любовной
Смиряешь буйныя мечты.
Твоимъ огнемъ душа палима,
Отвергла мракъ земныхъ суетъ,
И внемлетъ арфѣ Серафима
Въ священномъ ужасѣ поэтъ
».

Ту же борьбу тягостныхъ сомнѣній и глубокой вѣры, ярко выраженную въ благостныхъ словахъ «Молитвы», мы видимъ у Лермонтова:

«Въ минуту жизни трудную,
Тѣснится-ль въ сердцѣ грусть,
Одну молитву чудную
Твержу я наизусть.
Есть сила благодатная
Въ созвучьи словъ живыхъ
И дышетъ непонятная,
Святая прелесть въ нихъ.
Съ души какъ бремя скатится,
Сомнѣнье далеко.
И вѣрится и плачется,
И такъ легко, легко...
»

Яснымъ сознаніемъ тлѣнности земного пути по сравненіи съ созерцаніемъ Небесныхъ Высей дышетъ и глубокое по мысли стихотвореніе Лермонтова «Ангелъ». Помните послѣднія строки?

...«И звуковъ небесъ замѣнить не могли
Ей скучныя пѣсни земли
».

«Если бы Лермонтовъ не написалъ ничего другого, кромѣ своего глубоко философскаго стихотворенія «Ангелъ», говоритъ нашъ Первосвятитель Митрополитъ Анастасій: «то и тогда онъ былъ бы достоинъ безсмертія».

Многомилостивъ Господь, и искреннимъ покаяніемъ очищаются грѣхи и заблужденія прошлаго. Немало свидѣтельствъ такой неизреченной милости Божьей мы обретаемъ въ Житіяхъ Святыхъ. Изъ русскихъ геніевъ поучительной въ этомъ отношеніи является жизнь Ѳ. М. Достоевскаго. Наоборотъ, глухимъ остался къ голосу Церкви богато одаренный Свыше Л. Н. Толстой и рядъ поэтовъ и писателей предреволюціонного времени: Сологубъ, Блокъ, Брюсовъ, М. Горькій, Андрей Бѣлый. Тьмой кромѣшной вѣетъ отъ творчества совѣтскихъ писателей и поэтовъ, живущихъ въ условіяхъ застѣнка, гдѣ «Сатана правитъ свой страшный балъ».

Такую же картину шатанія мысли и двойственность чувствъ — мы видимъ и во всѣхъ другихъ проявленіяхъ творчества человѣческаго ума, въ томъ числѣ — и въ наукѣ: тамъ, гдѣ исканіе истины исходитъ отъ чистыхъ побужденій познать окружающій міръ; тамъ, гдѣ служатъ наукѣ для науки, гдѣ пользуются наукой для блага человѣка, — тамъ всюду — величайшіе умы и глубочайшіе мыслители въ благоговѣйномъ созерцаніи и въ молитвенномъ славословіи склоняются къ Престолу Творца и Промыслителя міра:

«Когда черезъ телескопъ я наблюдаю теченіе небесныхъ свѣтилъ», говоритъ безсмертный Ньютонъ, законы котораго и понынѣ служатъ основой всѣхъ основъ, «мои колѣни склоняются, дабы возвеличить могущество Бога, бросившаго въ пространство всѣ эти чудеса».

И въ зенитѣ своей земной славы, въ отвѣтъ на хвалебные гимны его генію, Ньютонъ считаетъ себя лишь любознательньмъ мальчикомъ, собирающимъ на берегу безбрежнаго океана выброшенныя на берегъ ракушки: «вскрывая ихъ, я вижу только ничтожнѣйшія части этихъ песчинокъ, въ то время, какъ бездонныя глуби попрежнему остаются непостижимыми».

«О, какъ счастливъ тотъ, кому дано черезъ эту науку возвышаться до небесъ!» — восклицаетъ славный астрономъ Кеплеръ: «тамъ видитъ онъ превыше всего творчество Божье!... Благодарю Тебя, Господи, за то, что Ты удостоилъ меня этой величайшей радости: изучать твореніе Твое... О, какъ великъ нашъ Богъ! Да воспѣваетъ непрестанно душа моя славу Его!»

Такъ же восторженно славословитъ Господа знаменитый Коперникъ, наблюдавшій движеніе небесныхъ свѣтилъ:

«Ибо кто можетъ взирать на дивный порядокъ Вселенной, управляемой Богомъ, безъ порыва къ созерцанію превыше всего Самого Творца!»

Какъ видите, раскрывая глуби мірозданія, наука не только не противорѣчитъ признанію Бога и Творца Вселенной, а, наоборотъ, еще крѣпче утверждаетъ въ Немъ, приближая насъ къ Божественнымъ Тайнамъ.

Наиболѣе счастливыми въ этомъ отношеніи являются астрономы, взоры которыхъ устремлены къ небу съ его безграничнымъ міромъ грандіозныхъ чудесъ: но къ такому же сознанію приходятъ и всѣ величайшіе умы, посвятившіе себя изученію наукъ, проникающихъ въ сокровенныя тайны мірозданія: физики, химіи, естествознанія, философіи, механики. Знаменитые Гумбольдъ, Фуко, Вольта, Амперъ, Фраунгоферъ, Ломоносовъ, Планкъ, Маркони, Менделѣевъ, Джинсъ, Эдингтонъ, С. Л. Франкъ, И. А. Ильинъ и много, много другихъ — всѣ творили свои великіе дѣла во славу Божью и съ признаніемъ ничтожества силъ человѣческихъ.

Счастливъ сказать, что, если нѣмѣетъ языкъ астрономовъ при созерцаніи грандіозныхъ чудесъ Божьихъ въ небесныхъ высяхъ, то стынетъ мозгъ копошащихся надъ изученіемъ ничтожной песчинки-человѣка медиковъ, по мѣрѣ углубленія въ тайны жизни.

Какихъ только чудесъ не наблюдаемъ мы въ этомъ незатѣйливомъ на видъ и небольшомъ по размѣрамъ тѣлесномъ сосудѣ: безконечно сложные, съ непостижимымъ человѣческому уму мудрымъ устройствомъ, органы — «миніатюрныя фабрики», перерабатывающія «сырье», планомѣрно поступающее изъ внѣшняго міра, и претворящія его въ необходимыя для жизни продукты; безчисленныя и многообразныя «микроскопическія лабораторіи», изготовляющія: питательныя, живительныя, тормозящія, регулирующія, лекарственныя, предохранительныя вещества; мощные, не знающіе отдыха моторы съ волшебными проводами; совершеннѣйшія «радіостанціи», «телефоны» и «телеграфы», координирующіе работу всѣхъ этихъ безчисленныхъ частей одного цѣлаго; безъ отказа работающій «транспортъ» по изумительнымъ по своему строенію путямъ; безъ задоринки функціонирующіе тормоза, предохранители, усиливающіе и ослабляющіе аппараты, и обслуживающіе ихъ милліарды самыхъ разнообразныхъ мельчайшихъ живыхъ существъ — «клѣточки нашего тѣла» — каждая изъ которыхъ неусыпно и неустанно несетъ свою службу на своемъ мѣстѣ на общее благо всего организма: всегда готовая кинуться на защиту въ любомъ пунктѣ нападенія «армія», «санитары», «питательные отряды», «асенизація» — и все это — безъ устали и безъ перебоевъ; безъ всякой награды и забастовокъ; днемъ и ночью; во всякую погоду и при всѣхъ условіяхъ; въ полной гармоніи, подъ бдительнымъ окомъ не дремлющаго контроля и подъ единой властью «царя въ головѣ» безъ парламентовъ и безъ оппозицій.

Все это — до тѣхъ поръ, пока жалкій червячокъ самъ, по своему неразумію, не нарушитъ гармонію жизни, не изуродуетъ грѣхами своими драгоцѣнный аппаратъ и не растратитъ данные ему сокровища; все это — пока Господу Богу угодно терпѣть грѣхи наши и не отнять отъ бреннаго тѣла то, что одушевляетъ жизнь.

Недаромъ, если исключить врачей-недотеповъ, не пожелавшихъ постигнуть всѣ премудости своей науки, и потому не узрѣвшихъ величія Бога тамъ, гдѣ — оно воочію зримо; если исключить скользящихъ по жизни въ земныхъ суетахъ «тепло-холодныхъ» врачей-обывателей, присущихъ и всѣмъ другимъ гранямъ науки, то огромное большинство мыслящихъ врачей твердо исповѣдуютъ вѣру въ Бога, а тѣ, которыхъ Господь Богъ надѣлилъ сверхъ мѣры своими дарами, подобно созерцающимъ небесныя красоты астрономамъ, въ глубокомъ благоговѣніи склоняются передъ Престоломъ Всевышняго:

Проникшій своимъ геніемъ въ невѣдомый до того міръ микробовъ великій Пастеръ въ ореолѣ своей славы говоритъ: «пока я изучалъ свою науку, я вѣрилъ въ Бога, какъ бретонскій крестьянинъ (самые религіозные люди въ атеистической Франціи). Теперь, когда передо мной открылись чудеса невѣдомаго міра, я вѣрю, какъ бретонская крестьянка» (т. е. безпредѣльно).

Давшій человѣчеству неисчерпаемую сокровищницу благъ, Флемингъ, на посвященномъ ему торжественномъ собраніи по поводу открытія имъ пенициллина, въ отвѣтъ на восхваленіе его заслугъ сказалъ: «я ничего не открылъ. Я только опозналъ то, что Господь Богъ далъ на потребу человѣку. Вся честь и слава принадлежитъ Ему, а не мнѣ».

Недаромъ, въ нашемъ врачебномъ обиходѣ широко употребляется слово «наитіе», которое нерѣдко играетъ бóльшую роль, чѣмъ данныя, основанныя на знаніи науки.

Основатели русской медицины Н. И. Пироговъ и С. П. Боткинъ, гордость нашей науки И. П. Павловъ, широко извѣстные И. С. Сикорскій и В. И. Разумовскій и другіе отмѣченные Богомъ врачи — всѣ были глубоко вѣрующіе. Проф. Московскаго Университета Ѳ. И. Синицынъ окончилъ земной путь въ храмѣ колѣнопреклоненнымъ на молитвѣ. Мой коллега по Кіевскому университету проф. Ѳ. Г. Яновскій, широко извѣстный на югѣ Россіи, свой трудовой день начиналъ съ молитвы въ храмѣ.

И не одни — русскіе. Я имѣлъ счастье лично видѣть, какъ одинъ изъ лучшихъ хирурговъ Германіи проф. Максъ Лебше, спасшій мнѣ жизнь своимъ искусствомъ, передъ каждой тяжелой операціей молился въ церкви, занимавшей отдѣльный этажъ въ его санаторіи, и послѣ операціи молитвой благодарилъ Господа.

Широко извѣстный разсказъ, рисующій тупость безвѣрія, связанъ съ именемъ И. П. Павлова, по требованію котораго въ апогеѣ его славы (полученія Нобелевской преміи) атеистами-большевиками была выстроена возлѣ завѣдываемаго имъ института церковь (одна единственная со временъ революціи): выйдя однажды послѣ богослуженія изъ храма, знаменитый ученый сѣлъ въ паркѣ на скамеечку, чтобы въ душевной тиши предаться своимъ размышленіямъ. Къ нему подходитъ молодой красноармеецъ изъ приставленныхъ слѣдить за посѣщающими храмъ и, потрепавъ Павлова по плечу, съ иронической улыбкой спрашиваетъ: «Что, дѣдъ? Въ церкви былъ?» — Да, былъ. — «Что же ты тамъ дѣлалъ?» — Богу молился, чтобы помогъ мнѣ въ дѣлахъ моихъ.

Сокрушенно покачавъ головой, со словами: «Эхъ темнота, темнота!» парень отходитъ въ сторону.

Конечно, не приходится удивляться, а только скорбѣть за этихъ ограниченныхъ простаковъ, но тяжкій грѣхъ берутъ на душу свою соблазняющіе «малыхъ сихъ» и радуется сердце дьявола, что не по днямъ, а по часамъ растетъ число ихъ, и не устаетъ онъ споспѣшествовать растлѣвающимъ души человѣческія. Все чаще, все настойчивѣе слышатся предостерегающіе голоса блюдущихъ Правду Божію о приближеніи «сроковъ».

Одурящіе пары атеизма коснулись и науки: та же неустойчивость рода человѣческаго, которую мы наблюдаемъ въ жизни и въ литературѣ, отражается и въ ней.

Тепло-холоднымъ къ вѣрѣ становятся тѣ, которые отдаются наукѣ постольку, поскольку она служитъ ихъ «Мамонѣ»: среди суетныхъ наслажденій они не имѣютъ ни времени, ни желанія углубляться въ корни ея, и, если заходятъ иногда въ церковь «лобъ перекрестить», то это дѣлаютъ лишь для того, чтобы на всякій случай застраховаться и тамъ, иногда даже безъ особой вѣры въ эту страховку.

Есть и такіе, которые, отдавшись наукѣ съ увлеченіемъ и схвативъ вершки ея, обуянные гордыней, преисполняются вѣры въ то, что нѣтъ предѣла человѣческимъ знаніямъ. Если для нихъ и остаются еще вопросы не вполнѣ рѣшенные, то они не сомнѣваются, что и они будутъ рѣшены «завтра». Великій Сократъ, изрекшій великую истину: «Я знаю, что я ничего не знаю!» — въ ихъ представленій — не мудрѣйшій философъ, а праздный неучъ. Повторяя, какъ попугаи, заученное, эти безумцы во всемъ ищутъ матеріальный субстратъ, доступный ихъ обезьяньему пониманію, который они называютъ «здравымъ смысломъ», отрицая все, что лежитъ внѣ предѣловъ ихъ знаній. Замкнувшись въ своемъ ограниченномъ кругозорѣ, эти узколобые упрямцы не въ состояніи усвоить такихъ простыхъ истинъ, какъ «духовная природа человѣка — такая же реальность, какъ матерія и ея законы» (Метальниковъ).

Эти слѣпцы никакъ не могутъ понять и то, что «религія не только не противорѣчитъ наукѣ, не только совмѣстима съ послѣдней, но и родственна ей и проистекаетъ изъ одного общаго духа съ ней; и этотъ духъ, въ свою очередь, не только не противорѣчитъ такъ называемому «здравому смыслу» т. е. (въ ихъ понятіи) здоровому и практически плодотворному отношенію къ жизни, но, при внимательномъ отношеніи къ дѣлу, обнаруживается, какъ единственное условіе подлиннаго и здороваго отношенія къ жизни, спасающее человѣка отъ всяческой ограниченности и слабости, отъ обывательскаго скудоумія и рабскаго безсилія» (С. Л. Франкъ).

Даже вольнодумецъ Вольтеръ на склонѣ своихъ лѣтъ пришелъ къ заключенію, что «отъ Бога отступаютъ только тѣ, кто только наполовину постигъ науку. Тѣ, кто углубился, позналъ ее полностью, — неминуемо приходятъ къ Богу».

Слѣдуя ему, и нашъ вольнодумецъ временъ Екатерины — Новиковъ въ дни своего просвѣтленія призналъ, что «всѣ науки сходятся въ религіи, и лишь въ ней разрѣшаются ихъ важнѣйшія проблемы».

Проводя параллель между вѣрующими въ Бога и признающнми только «матерію», Франкъ пишетъ:

«Одни вѣрятъ, что міръ существуетъ не самъ собой, а укорененъ въ чемъ-то Высшемъ и Абсолютномъ, что Разумъ и Добро суть не выдумки, а лучи доходящіе до насъ изъ Абсолютнаго Первоисточника — Бытія, и что человѣкъ съ его мечтами и надеждами имѣетъ право не чувствовать себя одинокимъ и покинутымъ въ хаосѣ мертвыхъ силъ природы. Другіе, напротивъ, ВѢРЯТЪ, что этотъ хаосъ есть единственная реальность, что въ мірѣ нѣтъ ничего, кромѣ безсмысленнаго столкновенія слѣпыхъ частицъ матеріи; что человѣкъ не только всецѣло ея порожденіе и часть, и что всѣ его мечты, его жажда счастья, его любовь къ добру и отвращеніе къ злу, его исканіе разума и истины суть лишь жалкія иллюзіи, обманчивыя искорки, по слѣпымъ законамъ природы загорающіяся и потухающія въ тѣхъ комплексахъ атомовъ, которые называются «человѣческимъ мозгомъ».

Кто это разъ созналъ до конца съ полной серьезностью и умственной отвѣтственностью, тотъ знаетъ, что ему приходится выбирать не между религіей и наукой, а только между вѣрой въ Бога, добро и разумъ и  в ѣ р о й - же въ то, чтó Достоевскій называлъ «дьявольскимъ водевилемъ».

И тотъ, кто это созналъ, понимаетъ также, какъ непроходимо глупо, на какомъ почти идіотическомъ недомысліи основано ходячее убѣжденіе, что человѣкъ, отвергнувъ религію, съ помощью разумнаго научнаго знанія и своего свободнаго стремленія къ совершенству утвердитъ на землѣ всеобщее счастье, разумный и справедливый порядокъ и станетъ вообще хозяиномъ своей собственной жизни.

Кто это сдѣлаетъ? Маленькій жалкій камочекъ міровой грязи, ничѣмъ принципіально не отличающійся отъ всего остального міра. Побѣдитъ и приведетъ въ порядокъ чудовищныя космическія силы всей міровой грязи? и что это все вообще значитъ для міровой грязи и пыли: «справедливый» и «разумный» порядокъ? Она есть такова, какъ она есть; она отъ вѣка крутится, частицы ея слипаются и разлипаются. И тѣ ея комочки, которые называются людьми, отъ вѣка дерутся между собой, пожираютъ другъ друга, въ положенный срокъ дохнутъ и разлагаются, слипаясь съ остальной грязью и пылью, и «дьяволовъ водевилъ» либо не имѣетъ конца, какъ не имѣетъ начала, либо кончится, когда вихръ грязи и пыли уляжется самъ собой въ міровой неподвижности...» (С. Л. Франкъ «Религія и Наука» 1953, Брюссель).

Какой чудовищной ироніей звучитъ брошенная въ бѣсовскомъ ослѣпленіи недоучкой-Горькимъ фраза: «Человѣкъ — это звучитъ гордо, человѣкъ — это все!»

И это «все» — въ дьявольской гордынѣ собирается теперь летѣть въ небесные просторы, мечтая и тамъ навести свои порядки, а для обеспеченія себе при помощи придуманныхъ машинъ праздной жизни въ довольствѣ и комфортѣ, это «все» надумало сотворить себѣ подобіе въ видѣ «робота».

Чурбанъ можетъ родить только чурбанъ, а ежели этому «всему» и удастся добраться до ближайшей «песчинки» — Марса или Луны, — то едва-ли имъ поздоровится, и это нисколько не приблизитъ человѣчеетво къ духовному обновленію, безъ чего не мыслимы «и на земли миръ и въ человѣцехъ благоволеніе».

Жалкій червякъ, надѣленный по милости Божіей разумомъ и волей, вмѣсто того чтобы, проходя по заповѣдямъ Божіимъ, въ смиреніи и добродѣтели, свой короткій земной путь, мнитъ проникнуть во всѣ тайны мірозданія, построить свой міръ и стать «паче создавшаго его Творца»! Обуянные бѣсовской гордыней люди становятся слугами сатаны, подготовляя пути для пришествія Антихриста.

Не замѣчая въ дьявольскомъ ослѣпленіи, что, созидая одной рукой, другой — онъ самъ несетъ разрушеніе, и что, чѣмъ дальше, тѣмъ разрушительныя силы выступаютъ все сильнѣе и сильнѣе, — «звучащій гордо» слѣпецъ не видитъ, что подъ угрозой этихъ чудовищныхъ оружій онъ все больше и больше теряетъ почву подъ ногами, и что жизнь человѣческая, проносясь въ духовной пустотѣ и въ постоянномъ страхѣ даже за завтрашній день, все больше и больше теряетъ свой смыслъ и значеніе.

Если родители приходятъ въ волненіе, когда видятъ спички въ рукахъ неразумныхъ дѣтей, то какъ можно оставаться спокойнымъ за судьбы міра, когда въ рукахъ одурманеныхъ дьяволомъ находятся «адскія машины», способныя взорвать всю Вселенную?!

Вѣдь нашелся же безумецъ Геростратъ, который только для того, чтобы войти въ исторію, сжегъ дивный храмъ Аѳины-Паллады. Не остановился Неронъ предъ тѣмъ, чтобы зажечь свою столицу — Римъ для своей безумной прихоти — любоваться пожаромъ.

Что удержитъ не исповѣдующихъ Бога и не знающихъ жалости изверговъ отъ того, чтобы въ бѣшеномъ порывѣ жажды власти, взорвать весь міръ и погубить все живущее на нашей планетѣ.

«Пути Господни неисповѣдимы» и тысяча лѣтъ у Него, какъ одинъ день, и одинъ день, какъ тысяча лѣтъ. Доколѣ будетъ простираться долготерпѣніе Господне по отношенію къ облагодѣтельствованному Имъ всѣми благами творенію, на потребу которому даны пища, воздухъ, вода, и которому служитъ вся природа: день для благодѣтельнаго труда; ночь — для цѣлительныхъ отдыха и сна; смѣна временъ — для обновленія природы. Доколѣ Господь будетъ терпѣть тяжкіе грѣхи наши — знать намъ не дано, но немало есть грозныхъ признаковъ близящагося гнѣва Господня.

Вмѣсто того, чтобы, согласно волѣ Господней, пользоваться предоставленными ему благами, подготовляя себя для жизни вѣчной, обуянный гордыней человѣкъ, подобно Денницѣ мнитъ стать равнымъ Творцу и тщится самъ управлять міромъ, протягивая жадную руку свою уже къ высямъ небеснымъ.

Но милостивъ и долготерпѣливъ Господь. Не до конца прогнѣвается: спасъ Онъ Ноя съ семействомъ во Всемірномъ Потопѣ; вывелъ Лота изъ обреченныхъ на гибель Содома и Гоморры; пощадилъ нечестивую Ниневію ради немногихъ малыхъ сихъ.

Наряду съ разгуломъ злыхъ силъ въ наши дни, мы видимъ и благопріятные знаки: овладѣвая тѣломъ русскаго народа дьявольская власть, не смогла угасить духа его. Объ этомъ свидѣтельствуетъ сонмъ священномучениковъ за вѣру Христову и скрытая въ нѣдрахъ народа истинная Церковь, несмотря на всѣ гоненія продолжающая окормлять вѣрныхъ чадъ своихъ. Объ этомъ свидѣтельствуютъ наполненные вѣрующими храмы наши, гдѣ сливаются въ своихъ молитвахъ и тѣ, которые пользовались свободой въ изгнаніи, и тѣ, которые жили подъ пятой дьявола.

Среди людей, возносящихъ свои молитвы, мы видимъ теперь немало — гораздо больше, чѣмъ въ дни свободнаго исповѣданія Святой Вѣры до революціи, — людей, причастныхъ къ наукѣ, «въ двѣнадцатомъ часу» — во дни тяжкихъ испытаній внявшихъ зову Господню: «Пріидите ко Мнѣ вси труждающіяся и обремененніи».

Страданія приблизили ихъ къ Богу, и этотъ путь непосредственнаго общенія въ молитвѣ — ясный, простой и самый короткій: путь благоразумнаго разбойника на крестѣ; путь простыхъ пастуховъ, пришедшихъ поклониться Младенцу Іисусу.

Другой путь, путь изученія и постепеннаго приближенія къ признанію Творца и Промыслителя — путь науки. Если религія является Высшимъ Откровеніемъ человѣку, то наука служитъ цѣлямъ низшаго откровенія: какъ вы видите изъ приведенныхъ примѣровъ, путемъ ея мы также приходимъ къ познанію Бога и къ твердому исповѣданію вѣры.

Но это — путь сложный, длинный и опасный, ибо на этомъ пути намъ приходится преодолѣвать немало соблазновъ и искушеній.

Эти опасности красочно представлены Н. В. Гоголемъ въ его «Перепискѣ съ Друзьями»: «Какіе искривленные, глухіе, узкіе, непроходимые, заносящіе далеко въ сторону дороги избрало человѣчество, стремясь достигнуть Вѣчной Истины, тогда какъ передъ нимъ весь былъ открытъ прямой путь, подобный пути, ведущему къ великолѣпной храминѣ, назначенной царю въ чертоги; всѣхъ другихъ путей шире и роскошнѣе онъ, озаренный солнцемъ и освѣщенный всю ночь огнями. Но мимо него въ глухой темнотѣ текли люди, и, сколько разъ уже наведенные нисходящимъ съ небесъ смысломъ, они и тутъ умѣли отшатнуться и сбиться въ сторону; умѣли среди бѣла дня попасть вновь въ непроходимыя захолустья; умѣли напустить слѣпой туманъ другъ другу въ очи; влачась вслѣдъ за болотными огнями, умѣли таки добраться до пропасти, чтобы съ ужасомъ потомъ спросить другъ друга: гдѣ выходъ? гдѣ дорога?»...

Вдумайтесь въ этотъ бисеръ словъ, и вы поймете, что этотъ путь доступенъ только умудреннымъ опытомъ Волхвамъ, которые «звѣздою учахуся» пришли поклониться Спасителю міра; Благообразному Іосифу и мудрому Никодиму, въ непосредственныхъ бесѣдахъ почерпнувшимъ глубокую вѣру, и отмѣченнымъ искрой Божьей геніямъ, предъ которыми въ часы вдохновенія отверзаются небеса и пріоткрываются скрытые въ глубинахъ Божественныя Тайны.

Этотъ путь красочно представленъ Пушкинымъ въ его твореніи «Пророкъ». По избранію Всевышняго и по гласу Его: «Возстань, пророкъ, и виждь и внемли!» созерцали небесныя выси Ньютонъ, Кеплеръ и Коперникъ; творили свои вдохновенныя произведенія Пушкинъ, Лермонтовъ, Гоголь, Достоевскій и всѣ тѣ, кому дано, оторвавшись отъ суетъ земли, слушать «дивныя пѣсни небесъ». Это — путь избранныхъ; удѣлъ тѣхъ, кому много дано.

Но это дается лишь тѣмъ, кто «духовной жаждою томимъ», и кому, по милости Божьей, «шестокрылый Серафимъ» открываетъ духовныя очи:

«Перстами легкими, какъ сонъ
Моихъ очей коснулся онъ;
Отверзлись вѣщія зѣницы,
Какъ у испуганной орлицы.
Моихъ ушей коснулся онъ
И ихъ наполнилъ шумъ и звонъ;
И внялъ я неба содроганье,
И горній ангеловъ полетъ,
И гадъ морскихъ подводный ходъ,
И дольней лозы прозябанье.
И онъ къ устамъ моимъ приникъ
И вырвалъ грѣшный мой языкъ
И празднословный и лукавый,
И жало мудрое змѣи
Въ уста замершіе мои
Вложилъ десницею кровавой.
И онъ мнѣ грудь разсѣкъ мечемъ,
И сердце трепетное вынулъ,
И угль пылающій огнемъ
Во грудь отверстую водвинулъ
».

Для насъ — обычныхъ смертныхъ — широко открытъ Божьей милостью только первый путь: путь воспріятія Бога въ горячей молитвѣ.

«Ты повѣрилъ, потому что увидѣлъ Меня», сказалъ Христосъ ищущему доказательствъ воскресенія Спасителя Ѳомѣ: «блаженны не видѣвшіе и увѣровавшіе» (Отъ Іоанна гл. 20, 29).

Будемъ же помнить дивное пѣснопѣніе, которое мы слышимъ на Богослуженіяхъ: «Бога человѣкомъ невозможно видѣти. На Негоже не смѣютъ чины ангельскіе взирати», и въ благоговѣніи и страхѣ Божьемъ склонимся передъ Его Святой Волей. Черезъ земную жизнь Спасителя міра и Его Крестъ придемъ къ познанію Бога и Промыслителя Вселенной.

«Путь жизни — одинъ», говоритъ Гоголь: «и вѣчное чаяніе человѣка въ томъ, что всѣ мы, рано или поздно, сойдемся на этомъ пути; всѣ мы сойдемся на одной дорогѣ. Дорога эта слишкомъ ясно положена въ основаніе нашей жизни; слишкомъ широка и замѣтна для того, чтобы не попасть на нее.

Въ концѣ дороги этой — Богъ. А Богъ есть весь Истина, а Истина тѣмъ и глубока, что она всѣмъ одинаково понятна — и мудрѣйшему, и младенцу.»

Проф. Ѳ. В. Вербицкій.       

Источникъ: «Лучъ свѣта». Ученіе въ защиту Православной вѣры, въ обличеніе атеизма и въ опроверженіе доктринъ невѣрія. Въ двухъ частяхъ: Часть вторая. / Собралъ, перепечаталъ и дополнилъ иллюстраціями Архимандритъ Пантелеимонъ. — Изданіе второе. — Jordanville: Изданіе Свято-Троицкаго Монастыря, 1970 [1971]. — С. 163-174.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.