Церковный календарь
Новости


2018-12-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 74-е (1895)
2018-12-19 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 73-е (1895)
2018-12-19 / russportal
"Пропов. хрестоматія". Слово въ день зачатія прав. Анною Пресв. Богородицы (1965)
2018-12-19 / russportal
"Пропов. хрестоматія". Поученіе въ день святителя Николая Чудотворца (1965)
2018-12-18 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. 60-лѣтіе священнослуженія митр. Анастасія (1976)
2018-12-18 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Свѣтильникъ Русской Церкви блаж. митр. Антоній (1976)
2018-12-17 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Св. Обитель и духовная школа на служеніи Церкви (1976)
2018-12-17 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Чѣмъ каждый изъ насъ долженъ служить Церкви? (1976)
2018-12-16 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Соборность и церковное сотрудничество (1976)
2018-12-16 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Существуетъ ли невидимая Церковь? (1976)
2018-12-15 / russportal
Первое посланіе къ Коринѳянамъ св. Климента Римскаго (1860)
2018-12-15 / russportal
О святомъ Климентѣ Римскомъ и его первомъ посланіи (1860)
2018-12-14 / russportal
Свт. Зинонъ Веронскій. На слова: "егда предастъ (Христосъ) царство Богу и Отцу" (1838)
2018-12-14 / russportal
Краткое свѣдѣніе о жизни св. священномуч. Зинона, еп. Веронскаго (1838)
2018-12-13 / russportal
Евсевій Памфилъ. "Четыре книги о жизни блаж. царя Константина". Книга 2-я (1849)
2018-12-13 / russportal
Евсевій Памфилъ. "Четыре книги о жизни блаж. царя Константина". Книга 1-я (1849)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - среда, 19 декабря 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 15.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

Архим. Пантелеимонъ (Нижникъ) († 1984 г.)

Архим. Пантелеимонъ (въ мірѣ Петръ Адамовичъ Нижникъ) (1895-1985), подвижникъ Русскаго зарубежья, духовный писатель, основатель Свято-Троицкаго монастыря въ Джорданвиллѣ. Род. 4 января 1895 г. въ с. Рѣчица Гродненской губ. въ крестьянской семьѣ. Въ 1913 г. выѣхалъ въ США, жилъ и работалъ въ Чикаго. Въ 1918 г. вступилъ въ братство Свято-Тихоновскаго монастыря въ Пенсильваніи, основаннаго въ 1905 г. свят. патріархомъ Тихономъ въ бытность его архіеп. Сѣверо-Американскимъ и Алеутскимъ. Въ этомъ монастырѣ въ 1920 г. принялъ монашескій постригъ и священство. Въ 1930 г. поселился на пріобрѣтенной землѣ и, вмѣстѣ съ регентомъ-псаломщикомъ Иваномъ Колосомъ (впослѣдствіи архим. Іосифъ), основалъ въ г. Джорданвилль (шт. Нью-Іоркъ, США) небольшое трудовое монашеское братство (послѣ 1945 г. на мѣстѣ этого скита былъ образованъ Свято-Троицкій монастырь съ духовной семинаріей и крупнымъ издательствомъ духовной литературы). Въ 1930-1946 гг. настоятель основаннаго монастыря. Организовалъ издательское дѣло. Вначалѣ работа по изданію книгъ велась на устарѣвшемъ оборудованіи: о. Пантелеимонъ производилъ наборъ вручную. Послѣ прибытія въ 1946 г. въ Джорданвилль 14-ти монаховъ издательскаго братства преп. Іова Почаевскаго, имѣвшаго давнюю традицію церковнаго книгопечатанія, типографское дѣло въ Свято-Троицкомъ монастырѣ начало успѣшно развиваться. Скончался 13 января 1985 г. (31 декабря 1984 г.) Похороненъ на кладбищѣ Свято-Троицкаго монастыря.

Изданія

ПРОПОВѢДНИЧЕСКАЯ ХРЕСТОМАТІЯ.
Составилъ по лучшимъ проповѣдническимъ образцамъ Архимандритъ Пантелеимонъ.
Въ 3-хъ томахъ. Томъ 1-й: Поученія на всѣ воскресные дни года.

Предисловіе.

Совершивъ дѣло спасенія людей, Господь нашъ Іисусъ Христосъ, предъ Своимъ вознесеніемъ на небо, далъ слѣдующую заповѣдь апостоламъ: шедше научите вся языки крестяще ихъ во имя Отца и Сына и Святаго Духа, учаще ихъ блюсти вся, елика заповѣдахъ вамъ (Матѳ. 28, 19-20). Въ этихъ словахъ Онъ указалъ свв. апостоламъ, а въ лицѣ ихъ и всѣмъ преемникамъ ихъ служенія — пастырямъ церкви, три обязанности: учить (научити), священнодѣйствовать (крестяще) и руководствовать (учаще блюсти). Учительство поставлено Іисусомъ Христомъ на первомъ мѣстѣ потому, что оно составляетъ первое, начальное средство для возбужденія въ душахъ людей вѣры въ Бога и въ приближеніи Его благодатнаго царства.

Свв. апостолы, слѣдуя примѣру и наставленіямъ своего Учителя, проповѣдь слова Божія считали главною своею обязанностью. Апостолъ Павелъ прямо говоритъ, что Христосъ послалъ его не крестить, а благовѣствовать (1 Кор. 1, 17), и потому, прибавляетъ онъ далѣе: аще благовѣствую, нѣсть ми похвалы, нужда бо мнѣ належитъ: горе же мнѣ есть, аще не благовѣствую (1 Кор. 9, 16). Проповѣдуя самъ, онъ то же внушаетъ и своимъ преемникамъ. Ученика своего Тимоѳея, епископа ефесскаго, онъ заклинаетъ Господомъ: проповѣдуй слово, настой благовременнѣ и безвременнѣ, обличи, запрети, умоли со всякимъ долготерпѣніемъ и ученіемъ (2 Тим. 4, 2). Ему же и Титу, епископу критскому, заповѣдуетъ избирать въ пастыри церкви, между прочимъ, людей способныхъ къ учительству: подобаетъ епископу (и пресвитеру) быти учительну, да силенъ будетъ и утѣшати въ здравомъ ученіи и противящіяся обличати (1 Тим. 3, 2; Тит. 1, 9).

Ближайшіе по времени и по ревности преемники апостоловъ — пастыри церкви — смотрѣли на учительство, какъ на важнѣйшую свою обязанность, посвящая ей всѣ свои силы. Такъ, знаменитѣйшіе изъ нихъ (свв. Василій Великій, Григорій Богословъ, Златоустъ, Амвросій, Августинъ и др.) оставили много намъ памятниковъ своей проповѣднической дѣятельности, какъ доказательство, что они вѣрно слѣдовали примѣру и заповѣди Іисуса Христа и апостоловъ. За выполненіемъ этой первой обязанности пастырскаго званія св. Церковь слѣдила очень строго. Она требовала, чтобы пастыри церкви непремѣнно проповѣдывали во вся дни, наипаче же въ дни воскресны (См. пр. 19-е, 6-го Вс. Соб.), указывала предметъ проповѣди, внутренній характеръ (6 Всел. Соб. прав. 19); мало того, за небрежное отношеніе къ этой важнѣйшей обязанности наказывала отлученіемъ и даже изверженіемъ (Прав. ап. 58), а за ревностное прохожденіе ея сподобля/с. 4/ла пастырей сугубыя чести (1 Тим. 6, 17), усвояя имъ высокое титло «учителей Церкви». Вотъ почему въ христіанской церкви это названіе употребляется отъ временъ апостольскихъ и до нынѣ, какъ одно изъ почетнѣйшихъ для пастырей церкви.

Святая Церковь издревле поставлена быть вселенскимъ училищемъ вѣры и благочестія, для всѣхъ, великихъ и малыхъ, богатыхъ и бѣдныхъ, одинаково открытымъ. Нынѣ, при усилившейся всюду потребности въ просвѣщеніи ума и сердца, при умноженіи ложныхъ ученій и самочинныхъ учителей, отвращающихъ юныя души отъ послушанія вѣры, — настоитъ великая нужда церковнаго наставленія для православнаго народа, и доколѣ есть невѣдующіе, заблуждающіе, должны быть и наставники. Апостолы святые указали намъ, кто эти наставники, обязанные просвѣщать народъ, кто сіи лица, отвѣтственныя за его невѣжество.

По примѣру древней христіанской церкви и наша русская въ своихъ постановленіяхъ постоянно внушала пастырямъ церкви смотрѣть на проповѣдь слова Божія, какъ на первую свою обязанность, и за неисполненіе ея грозила страхомъ удаленія отъ священнослуженія или отрѣшенія отъ должностей (см. предисловіе къ собранію Сѵнодскихъ поученій. Уставъ д. консисторіи § 8-11, инструкцію благочин. § 23 и ставлен. грам.).

Наставленія Іисуса Христа о важности церковнаго учительства, примѣры св. апостоловъ и отцевъ церкви и правила вселенской Церкви — все говоритъ за то, что проповѣдь и при томъ постоянная, если можно ежедневная, при совершеніи каждаго богослуженія, есть неотложная обязанность истиннаго душепастыря церкви — обязанность, которая отнюдь не можетъ устраняться другою обязанностію — совершеніемъ богослуженія.

Правило апостольское 58-е гласитъ: «епископъ, или пресвитеръ, нерадящій о причтѣ и о людехъ, и не учащій ихъ благочестію, да будетъ отлученъ». Но чтобы предстоятели епархій и мѣстныхъ церквей могли съ чистою совѣстію внимать сей угрозѣ суда церковнаго, соборъ вселенскій 6-й поставилъ такое руководящее правило (19-е): «предстоятели церквей должны по вся дни, наипаче же во дни воскресные, поучати весь клиръ и народъ словесамъ благочестія, избирая изъ Божественнаго Писанія разумѣнія и разсужденія истины, и не преступая положенныхъ уже предѣловъ и преданія Богоносныхъ Отецъ: а аще будетъ изслѣдуемо слово Писанія, то не инако да изъясняютъ оное, развѣ какъ изложили свѣтила и учители Церкви». По силѣ сего правила, поученія къ народу должны быть постоянныя, повседневныя, особенно же въ праздничные и воскресные дни, потому что законъ Божественный въ эти дни представляетъ свободу отъ будничныхъ занятій и работъ». (см. опредѣленіе Св. Сѵнода о поученiяхъ пастырей къ прихожанамъ, напечатанное въ Церк. Вѣд. за 1890 г.).

/с. 5/ Въ томъ же опредѣленіи Св. Сѵнода излагаются нѣкоторыя руководительныя правила. Вотъ они:

Обучать народъ должны предстоятели, которые суть: въ цѣлой епархіи архіерей, а подъ нимъ въ каждомъ храмѣ и пресвитеры. Заповѣдуется въ ставленной грамотѣ каждому пресвитеру: «вседушно прилежати чтенію писаній, и не инако сіе толковати, но якоже Отцы наши истолковали, и тако врученные ему люди учити».

Свои разъясненія и сужденія пастырь долженъ основывать на Св. Писаніи и ученіи св. Отцевъ, и самое писаніе изъяснять по ихъ руководству и толкованію, «дабы не уклонитися отъ подобающаго» (19-е прав. 6-го вс. собора). Въ семъ примѣръ позднѣйшимъ пастырямъ показали древніе ихъ предшественники, которые поучали вѣрующихъ, послѣдующе богоглаголивому ученію Отецъ и преданію каѳолическія Церкви (Кн. прав. догмат. 7-го всел. соб.).

Содержаніемъ поученій, которыя должны быть въ каждомъ приходѣ, должно быть ученіе о Трехъ Лицахъ Божества, о воплощеніи Сына Божія, о Церкви и таинствахъ, изъясненіе литургіи и прочихъ, часто повторяющихся священнодѣйствій, похоронныхъ и поминовенныхъ, а также и другихъ, обычныхъ въ нашей Церкви обрядовъ, крестнаго знаменія, и всего, что въ храмѣ видится и что въ немъ совершается.

Бесѣды не должны быть излагаемы въ видѣ отвлеченныхъ разсужденій о предметахъ вѣры, мало доступныхъ пониманію народа, а должны состоять изъ простыхъ разъясненій тѣхъ истинъ вѣры, которыя православный христіанинъ пріемлетъ сердцемъ и выражаетъ устами.

Мы дали рядъ поученій о различныхъ видахъ участія христіанъ въ страданіяхъ Іисуса Христа, о величіи, неоходимости и значеніи Голгоѳской жертвы, о любви Божіей, явленной во Христѣ распятомъ, и благотворныхъ дѣйствіяхъ искупительныхъ заслугъ Іисуса Христа на землѣ, въ преисподней и на небѣ, о послѣдованіи Христу, о необходимости собственныхъ трудовъ и подвиговъ человѣка въ дѣлѣ спасенія чрезъ Іисуса Христа (противъ распространяемыхъ еретиками зловредныхъ ученій о томъ, что «только вѣруй и спасешься»), — о томъ, что нужно дѣлать, чтобы наслѣдовать животъ вѣчный, о пути ко спасенію, о заповѣдяхъ, соблюденіемъ коихъ можно спасти свою душу, — поученіе о томъ, отчего тѣснота и скорбный путь жизни у человѣка, и особенно у людей, ревнующихъ о благочестіи, — почему крестъ Христовъ достопоклоняемъ, о крестномъ знаменіи и т. п.

Мы глубоко убѣждены, что безъ этихъ поученій величайшій догматъ искупленія и всѣ благотворныя слѣдствія его по отношенію къ дѣлу нашего спасенія, будетъ не выясненъ и не понятъ слушателями, въ силу чего онъ не дойдетъ до ихъ сознанія, не тронетъ ихъ сердца, не склонитъ волю въ послушаніе вѣры и не поразитъ разумъ /с. 6/ величіемъ искупительныхъ страданій Богочеловѣка, чрезъ которыя законы вѣчнаго и безконечнаго правосудія Божія сочетались въ дивной гармоніи съ безконечнымъ милосердіемъ Божіимъ. Не понявъ этого центральнаго догмата искупленія, христіанинъ не пойметъ и прочіе стоящіе съ нимъ въ тѣсной связи догматы христіанской вѣры. Не понявъ глубочайшаго смысла вѣры своей, такой христіанинъ будетъ подверженъ всякимъ вѣтрамъ ложныхъ ученій, ибо чего мы не понимаемъ, то не цѣнимъ, тѣмъ не дорожимъ и при случаѣ отъ того и отпадаемъ.

«Преспѣяніе слушателей въ христіанской жизни есть самая лучшая похвала проповѣднику... Любовь, кротость и смиреніе — самыя необходимыя качества для служителя Слова Божія. Проповѣдники не должны увлекаться никакими современными понятіями; они должны быть отголоскомъ неизмѣннаго ученія св. Церкви.... Есть особенная сила въ наставленіяхъ пастыря, который «сообщаетъ ученіе, написанное въ его собственномъ сердцѣ». (Пастырское слово проповѣднику. Церк. Вѣд. 1890 г., № 34).

«Безъ Духа Святаго все наше краснорѣчіе и всѣ наши убѣжденія были бы яко мѣдь звенящая, или кимвалъ звучащій (1 Кор. 13, 1); а съ Нимъ самая простота и безъискусственность такъ всесильны. Въ истинахъ и таинствахъ вѣры христіанской заключается такая внутренняя мощь и жизнь, что онѣ вполнѣ могутъ замѣнить собою всякое искусство, тогда какъ ихъ ничто замѣнить не можетъ... Намъ нужна не похвала, а спасеніе слушающихъ» (Иннок. архіеп. херс. Т. 3, стр. 466).

«Простота апостольская и взоромъ кроткимъ и тономъ смиреннымъ, особенно же истиною слова влечетъ сердце и плѣняетъ душу». (Изъ слова Евгенія архіеп. Яросл. на текстъ: иже сотворитъ и научитъ).

«Излагать истины вѣры нужно такъ, чтобы онѣ и для простыхъ сдѣлались понятны. Но тутъ требуется осторожность, какъ бы и священныхъ предметовъ не унизить просторѣчіемъ, и не оставить ихъ мало вразумительными, допустивъ ученость изложенія». (Сергія архіеп. Херс. Душеп. Чт. 1887 г., м. февраль).

Профессоръ кіевской д. академіи г. Малышевскій въ статьѣ «О мѣрахъ къ усиленію церковной проповѣди въ приходскихъ храмахъ» пишетъ: «въ помощь всему приходскому духовенству, особенно сельскому, необходимо издать Сборникъ церковныхъ поученій. Поученіе, произносимое съ церковнаго мѣста во время богослуженія, есть дѣло великой важности. Безспорно, бываютъ поученія, принадлежащія приходскимъ, даже сельскимъ пастырямъ, отличающіяся большими достоинствами. Но гдѣ ручательство за достоинство и пригодность вообще тѣхъ своихъ поученій, какія произносятся приходскими священниками?.. Не всегда и способный къ проповѣди пастырь имѣетъ досугъ обдумать и обработать свое поученіе. А не мало еще есть /с. 7/ по приходамъ и такихъ священниковъ, которые вообще не могутъ слагать своихъ поученій. Такимъ помощь еще болѣе необходима. Время, кажется намъ, позаботиться объ изданіи возможно полнаго сборника поученій, который могъ бы служить не только источникомъ готовыхъ поученій, но и образцомъ для составленія своихъ, не стѣсняя, конечно, тѣхъ, которые могутъ и имѣютъ усердіе произносить свои поученія». (Приб. къ Церк. Вѣд. 1890 г. № 7).

Въ устраненіе всякихъ недоразумѣній относительно несамостоятельности проповѣданія при пользованіи чужими проповѣдническими образцами, мы скажемъ, что въ дѣлѣ столь важномъ и святомъ, какъ проповѣданіе слова Божія, гдѣ каждое слово должно быть обдумано, гдѣ каждая мысль должна быть строго взвѣшена, гдѣ каждое выраженіе должно строго соотвѣтствовать развиваемой догматической или нравственной истинѣ подъ величайшимъ опасеніемъ породить еретическія лжеученія, столь вредныя, столь гибельныя, столь опасныя для церкви, важно не то, чтобы было поученіе свое, но чтобы оно было достойно церковной каѳедры. Думается намъ, что стремиться къ тому, чтобы составить непремѣнно «свое» поученіе, хотя къ тому нѣтъ ни надлежащей опытности, ни подготовки, ни пособій, ни необходимыхъ свѣдѣній по данному вопросу, ни достаточнаго времени, и не пользоваться ни въ смыслѣ подражанія, ни въ смыслѣ заимствованія образцовыми поученіями извѣстныхъ, опытныхъ уже проповѣдниковъ отечественной церкви или св. Отцевъ и учителей церкви, есть признакъ или печальнаго недоразумѣнія, или жалкой, недостойной пастыря «гордости ума».

Мы не говоримъ, конечно, о выдающихся проповѣдникахъ — талантахъ или опытныхъ въ дѣлѣ проповѣди пастыряхъ. Для нихъ придерживаться чужихъ проповѣдническихъ образцовъ необходимо бываетъ, быть можетъ, только въ томъ отношеніи, чтобы «не инако толковати слово Божіе, развѣ какъ изъясняли свѣтила и учители церкви», дабы не преступить «положенныхъ уже предѣловъ и преданій Богоносныхъ отцевъ» (пр. 19-е, 6-го всел. собора).

Говорить свободно и красно, но безъ строго обдуманнаго плана, безъ надлежащаго знанія дѣла, безъ тщательнаго выбора выраженій при изложеніи догматовъ вѣры и нравственныхъ правилъ, безъ живого и св. чувства и побужденія научить своимъ словомъ истинѣ и добру своихъ слушателей, безъ надлежащихъ библейскихъ, святоотеческихъ и церковно-историческихъ доказательствъ, — говорить такъ хоть-бы и свободно, безъ тетрадки и подготовки, все, что и какъ придетъ въ голову по поводу мысли, развиваемой предъ слушателями, далеко не значитъ импровизировать. Такимъ церковнымъ «краснорѣчіемъ» можно только подорвать уваженіе къ св. и великому дѣлу церковной проповѣди и вмѣсто пользы принести громадный вредъ.

Нѣтъ надобности, чтобы произношеніе избраннаго и усвоеннаго поученія было точнымъ и буквальнымъ воспроизведеніемъ напеча/с. 8/танной проповѣди. Довольно хорошо запомнить основную мысль, ея развитіе, основное содержаніе, планъ, главнѣйшія библейскія или святоотеческія свидѣтельства. Слова придутъ, если будутъ крѣпко усвоены главныя мысли и ихъ ходъ, т. е. если будетъ усвоено содержаніе и планъ поученія. Не повредитъ нисколько дѣлу, если наиболѣе трудные и обширные библейскіе тексты или святоотеческія свидѣтельства проповѣдникъ прочитаетъ по нашей книгѣ, которая можетъ лежать у него на аналоѣ «для всякаго случая».

Думается, что къ такой импровизаціи — точнѣе же сказать — къ такому виду сказанія поученія, найдутъ себя способными большинство проповѣдниковъ, особенно уже не первые годы священствующихъ и право правящихъ слово истины.

Для тѣхъ же, кто еще не навыкъ и къ такому способу сказыванiя поученія, полезно въ началѣ просто, по книгѣ или тетради, ясно, выразительно и одушевленно произносить поученія, вѣрующей душой, любящимъ сердцемъ, съ сердечнымъ желаніемъ принести духовную пользу слушателямъ, изрѣдка отрываясь отъ книги при произнесеніи какихъ-либо особенно выдающихся мѣстъ, заучить которыя предварительно нужно получше. Во всякомъ случаѣ, болѣе или менѣе отрѣшенное отъ тетрадки или книги сказываніе церковныхъ поученій, болѣе или менѣе свободное произнесеніе проповѣди крайне желательно въ видахъ лучшаго воздѣйствія души проповѣдника на слушателей, которыхъ онъ видитъ, состояніе коихъ онъ наблюдаетъ и на духовно-физическую природу которыхъ онъ непосредственно вліяетъ и своимъ взоромъ и всѣмъ своимъ духовно-чувственнымъ существомъ.

Всякій съ нами согласится, что гораздо болѣе сильное впечатлѣніе получается отъ живого или во всякомъ случаѣ устнаго слова съ церковной каѳедры, нежели отъ произносимаго по книгѣ или тетради, съ постоянно и непрерывно обращенными глазами въ книгу или тетрадь.

Для вступившихъ на эту высшую ступень устнаго произношенія съ церковной каѳедры поученій, т. е. ту ступень, на которой для проповѣдника достаточно бываетъ только усвоить планъ поученія и запастись главнѣйшими библейскими, святоотеческими и церковно-историческими данными, необходимыми для развитія избранной темы, мы, пользуясь драгоцѣнными указаніями высокопреосвященнѣйшаго Амвросія, опытнаго церковнаго импровизатора, предложимъ слѣдующіе совѣты:

1. Выйдя на церковную каѳедру и призвавъ помощь Божію, говори съ вѣрою въ силу слова Божія, но не въ свои способности, — говори отъ сердца, съ убѣжденіемъ, и въ очахъ слушателей увидишь сочувствіе, согласіе, и они — эти устремленныя на тебя очи — засвидѣтельствуютъ и скажутъ тебѣ: «да, это истина!». Помни, что ты проповѣдникъ-ученикъ Іисуса Христа и Его посланникъ, которому /с. 9/ въ лицѣ апостоловъ сказано: шедше, научите вся языки (Мѳ. 28, 19). Не упускай изъ виду, что тебѣ сообщенъ Духъ помазанія въ священномъ рукоположеніи, что тебѣ въ трудныхъ обстоятельствахъ обѣщано благодатное содѣйствіе: дастбося вамъ въ той часъ, что возглаголете: не вы бо будете глаголющіи, но Духъ Отца вашего глаголяй въ васъ (Мѳ. 10, 19-20). Отчего же намъ, съ искреннею вѣрою въ силу этого обѣтованія о содѣйствіи благодати Божіей, не отдать своего ума, сердца, дара слова на служеніе Богу и въ руководство благодати Его? Опытъ и укажетъ импровизатору ясные слѣды этого руководства и содѣйствія благодати — въ неожиданномъ вразумленіи, озареніи и воодушевленіи, въ непредвидѣнныхъ движеніяхъ и силѣ слова, какія онъ увидитъ самъ въ себѣ выше всякаго чаянія, если только онъ (непремѣнное, жизненное условіе) руководится духомъ вѣры и смиренія, а не самонадѣянности и тщеславія.

2. При первыхъ опытахъ импровизаціи не нужно рѣшаться говорить въ большихъ храмахъ, при большомъ стеченіи народа, особенно при блестящей обстановкѣ.

3. Передъ выходомъ на каѳедру проповѣдникъ долженъ имѣть въ готовности, такъ сказать, въ устахъ первое слово, съ котораго найдетъ приличнымъ начать проповѣдь. При неимѣніи этого слова въ готовности провѣдникъ будетъ поставленъ въ затруднительное положеніе: все содержаніе проповѣди ему представится разомъ, мысли столпятся въ головѣ, и онъ не найдется тотчасъ, съ которой и какъ начать.

4. Едва ли не самая трудная статья при импровизаціяхъ, особенно вначалѣ, это — пріобрѣтеніе спокойствія и самообладанія. Вотъ пріемъ, которымъ нерѣдко пользовался высокопреосвященныіі Амвросій съ успѣхомъ и который онъ рекомендуетъ испытать другимъ. «Начиная слово, я съ усиліемъ старался говорить какъ можно рѣже, съ намѣреніемъ пріостанавливаясь, даже когда чувствовалъ, что могу говорить скорѣе. Если хотите при импровизаціи владѣть собою, говорите, особенно вначалѣ слова, тихо, медленно, какъ бы намѣренно вяло, будто разминаясь и расправляя члены. Пусть въ душѣ все кипитъ и волнуется, но волненію, какъ пару въ котлѣ, нѣтъ свободнаго выхода, клапанъ медленно раскрывается, сила внутренняго давленія сдерживается и машина движется медленно, регулируясь и развертываясь постепенно во всѣхъ своихъ частяхъ. Этотъ пріемъ одинаково нуженъ и для людей скоро говорящихъ, и для тѣхъ, кто выражается медленно».

5. Понятно само собою, что для успѣшнаго пріученія себя къ импровизаціямъ необходимо какъ можно чаще упражняться въ нихъ, такъ какъ здѣсь все зависитъ отъ навыка. Если для усовершенствованія способности мышленія, памяти, слововыраженія требуется частое упражненіе этихъ силъ, каждой въ отдѣльности, то тѣмъ болѣе это нужно для равномѣрной дѣятельности всѣхъ ихъ взятыхъ вмѣ/с. 10/стѣ, что требуется при импровизаціи. Музыканты считаютъ себя обязанными играть ежедневно по нѣсколько часовъ, чтобы не отвыкали и не грубѣли пальцы, не тупѣлъ слухъ и т. п.; того же требуетъ и развитіе и содержаніе въ постоянной готовности къ дѣлу и успѣшная игра на духовномъ инструментѣ, называемомъ словомъ. «Надо говорить постоянно, каждый праздникъ, это нужно и для насъ самихъ, и для народа».

6. Въ случаѣ невольной остановки во время импровизаціи, что бываетъ, когда подъ вліяніемъ какихъ-либо обстоятельствъ порвется нить рѣчи, забудется, что было сказано и что слѣдуетъ сказать, опытный импровизаторъ совѣтуетъ не смущаться такой остановкой, а нѣсколько оправившись (отереть, напр., платкомъ потъ съ лица) взять первую идущую къ дѣлу мысль и развивать ее примѣнительно къ главному предмету проповѣди, котораго забыть уже нельзя. Въ скоромъ времени забытая мысль припоминается.

7. Не безполезно, кажется, предложить вопросъ: какъ долго можетъ или должна продолжаться импровизація? При составленіи рѣчи или проповѣди на бумагѣ вопросъ этотъ не имѣетъ мѣста. Тамъ пишется столько, сколько нужно по объему предмета и цѣли сочиненія. Въ импровизаціи дѣло другое. Здѣсь все зависитъ отъ личности и способности импровизатора: одинъ, спокойный и твердый, можетъ говорить дольше, другой, пылкій и нервный — говоритъ меньше, потому что скоро утомляется и, такъ сказать, расходуется. Поэтому импровизаторъ относительно продолженія своей рѣчи долженъ смотрѣть не столько на остающееся еще предъ нимъ количество мыслей, которыя онъ предполагаетъ раскрыть, сколько на душевное свое состояніе. Начиная съ полными силами, онъ въ продолженіе рѣчи чувствуетъ, насколько сохраняется у него эта полнота силъ, или иначе, когда начинается ослабленіе и утомленіе. При наступленіи утомленія чувствуется, что мысли не такъ полно обнимаются и выражаются, являются въ ихъ раскрытіи скачки и непослѣдовательность, слова подбираются уже съ трудомъ: это знакъ, что пора кончить. Ораторъ не долженъ насиловать себя. Лучше остающійся матеріалъ оставить, если можно, до другого дня (особенно когда предпринятъ цѣлый рядъ поученій по одному предмету) и, если это невозможно, съ сознаніемъ изложить послѣднія мысли сжато, въ видѣ перечня съ краткими замѣчаніями, давши видъ, что слишкомъ было бы долго и утомительно (что и справедливо) въ дальнѣйшихъ подробностяхъ раскрывать предметъ. Въ противномъ случаѣ, если ораторъ будетъ неволить себя, результатъ будетъ тотъ же, только не добровольно, а по необходимости. (См. «Живое слово», Амвросія, архіеп. харьк. и ахтыр., стр. 82-104).

Установивъ взглядъ на импровизацію въ нашемъ пониманіи, мы скажемъ теперь нѣсколько словъ о томъ, въ чемъ состоитъ приспосо/с. 11/бленность нашихъ поученій къ живому или во всякомъ случаѣ устному ихъ произношенію предъ слушателями.

Для того, чтобы поученіе удобно было для устнаго произношенія съ церковной каѳедры, оно должно быть:

Во-первыхъ кратко. Только краткое поученіе (а таковыя почти всѣ поученія въ нашемъ сборникѣ), на произнесеніе коего не потребуется болѣе 10-15 минутъ, удобно усвоить пастырю, у котораго, кромѣ церковной проповѣди, есть множество другихъ необходимыхъ дѣлъ. Кромѣ того, краткое поученіе, не утомляя слушателей (простой народъ не любитъ продолжительныхъ поученій), полезно и для успѣха проповѣди вообще. Иннокентій, архіеп. херсонскій, говоритъ: «цѣль поученій христіанскихъ должна состоять не въ томъ, чтобы сообщить все возможное касательно разсматріваемаго предмета, а чтобы возбудить и собственное размышленіе въ слушателяхъ. Кто къ слышанному присоединитъ собственное размышленіе, у того и изъ малаго выходитъ много» (Т. 2, стр. 86).

Всю важность этого мудраго совѣта великаго церковнаго оратора можно оцѣнить, прочитавши прекрасное сочиненіе Лессинга: «Лаокоонъ или о границахъ поэзіи и живописи». Здѣсь не только излагается, но и доказывается со всею убѣдительностью совѣтъ избѣгать при изложеніи какого-либо ученія или при описаніи какого-либо предмета излишней подробности, которая весьма вредна уже тѣмъ, что убиваетъ всякую жизнь самостоятельнаго въ слушателяхъ мышленія, въ результатѣ чего получается «скука», очень хорошо извѣстная всѣмъ, кто читаетъ или слушаетъ до безконечности подробныя описанія предметовъ.

Г. Малышевскій, профессоръ Кіевской Духовной Академіи, въ статьѣ «О мѣрахъ къ усиленію церковной проповѣди» пишетъ: «обиленъ богослужебный трудъ приходскихъ пастырей во дни воскресные и праздничные. Служеніе литургіи удлиняется для пастыря совершеніемъ различныхъ требъ, служеніемъ молебновъ и панихидъ. Самая продолжительность нашего богослуженія требуетъ, чтобы проповѣдь была не такъ длинна, какъ бываетъ у инославныхъ»... Пять, много десять минутъ совершенно достаточно, по нашему глубокому убѣжденію, для произнесенія краткаго поученія. И слушатели не будутъ чрезъ то утомлены, и проповѣдникъ не устанетъ, и доброе сѣмя, особенно часто бросаемое, будетъ имѣть возможность упасть на сердце слушателей и принести, при помощи благодати Божіей, тотъ или другой плодъ.

И, во-вторыхъ, чтобы церковное поученіе удобно было разучить и произнести устно, безъ тетради или книги, или съ незначительнымъ пособіемъ ихъ, оно должно отличаться силою и богатствомъ мысли (въ противоположность пустотѣ и бѣдности), вѣрностью сообщаемыхъ свѣдѣній историческихъ, догматическихъ и нравственныхъ, богатствомъ языка, ясностью, точностью и вмѣстѣ общедоступностью /с. 12/ изложенія, строго логическимъ планомъ, прямо вытекающимъ изъ содержанія, словомъ, оно должно быть составлено преимущественно по лучшимъ проповѣдническимъ образцамъ.

И мы старались этого достигнуть, составляя поученія по лучшимъ проповѣдническимъ образцамъ, принадлежащимъ перу или знаменитыхъ проповѣдниковъ-архипастырей, или во всякомъ случаѣ извѣстныхъ и опытныхъ въ дѣлѣ церковнаго учительства пастырей.

Мы глубоко убѣждены, что проповѣдникъ, а равно всякій составитель поученій, оставивъ ложное самолюбіе, совершенно неумѣстное у пастыря церкви, долженъ стараться не о томъ, чтобы всегда предлагать «свое собственное» поученіе, но о томъ, чтобы предложенное поученіе было по возможности самое лучшее. Вѣдь, собственно говоря, пастырь-проповѣдникъ отнюдь не долженъ предлагать «свое» ученіе, а Христово, ученіе церкви, — онъ долженъ быть только вѣрнымъ отголоскомъ неизмѣннаго ученія св. Церкви. Но спрашивается: кто-же можетъ быть названъ болѣе вѣрнымъ истолкователемъ ученія Церкви и болѣе опытнымъ излагателемъ его: только что начинающій пастырь Церкви, или богоносные отцы и учители Церкви, а также опытные въ церковномъ учительствѣ и высоко образованные іерархи, много лѣтъ проповѣдавшіе слово Божіе и глубоко свѣдущіе во многихъ богословскихъ наукахъ? Мало опытный въ своемъ дѣлѣ сельскій проповѣдникъ, не получившій къ тому же въ большинствѣ случаевъ и высшаго богословскаго образованія, или высокопросвѣщенный пастырь, въ продолженіе многихъ лѣтъ путемъ постояннаго упражненія развившій свой природный проповѣдническій талантъ и напечатавшій лучшія изъ своихъ проповѣдей ?

Чтобы быть успѣшной, проповѣдь должна быть современной. Нужно въ современной проповѣди затрогивать вопросы того же современнаго невѣрія. Чтобы проповѣдь была современной, для этого необходимо: говорить языкомъ понятнымъ для слушателей; раскрывать излагаемыя истины такъ и въ такой степени, чтобы слушатели ихъ понимали, и касаться по возможности чаще тѣхъ вопросовъ, которые своевременны, которые интересуютъ современное проповѣднику общество. При этомъ, однакоже, слѣдуетъ замѣтить, что въ проповѣди неумѣстно входить въ сужденіе о событіяхъ политической или соціальной жизни: проповѣдника интересуетъ исключительно душа человѣка, какъ она обнаруживается въ этихъ событіяхъ или ими затрогивается. Онъ разсматриваетъ явленія современности только для того, чтобы показать, какъ приложимо христіанство къ частнымъ сторонамъ нашей жизни. Проповѣдникъ помнитъ, что «царствіе Божіе внутри насъ» самихъ и не можетъ быть достигнуто никакими реформами общественной жизни.

Не маловажное условіе успѣха проповѣди, это — знакомство проповѣдника съ современнымъ ему состояніемъ общества. Городской про/с. 13/повѣдникъ, напримѣръ, долженъ быть знакомъ съ современнымъ состояніемъ науки, съ господствующими взглядами на жизнь, съ направленіемъ искусства и т. п. Не наука для него важна въ дѣлѣ проповѣди, а ея вліяніе на людей, на ихъ взгляды, убѣжденія и чувства, ея отношеніе къ религіи, къ наличному строю жизни, къ требованіямъ нравственности; и искусство важно для него не само по себѣ, а какъ выраженіе современной жизни и лежащихъ въ основѣ ея мотивовъ. Кратко сказать, проповѣдникъ долженъ знать своихъ слушателей во всѣхъ отношеніяхъ. Какъ истинный пастырь, оставляя девяносто девять овецъ, идетъ отыскивать одну заблудшую, такъ и проповѣдникъ не пренебрегаетъ никакими явленіями въ современой жизни, но освѣщаетъ свѣтомъ Евангелія явленія и событія, дѣлаетъ ихъ поучительными и направляетъ общественное настроеніе къ христіанству.

Въ виду крайне важнаго значенія современности въ церковной проповѣди, мы скажемъ о ней нѣсколько подробнѣе. При этомъ мы будемъ пользоваться главнымъ образомъ превосходною статьею о современости и народности въ дѣлѣ церковной проповѣди, помѣщенной въ журналѣ «Странникъ» за 1901 г.

Въ дѣлѣ воспитанія народа первенствующее мѣсто принадлежитъ христіанской Церкви, съ ея Богооткровеннымъ ученіемъ, благодатнымъ богослуженіемъ и священноначаліемъ пастырей, которые по самому своему служенію обязаны стремиться къ духовному перерожденію ввѣренныхъ имъ людей, къ насажденію и устроенію въ нихъ Царства Божія, чтобы оно проводилось и осуществлялось ими во внѣшней жизни. Могущественнымъ средствомъ къ достиженію этой главной цѣли пастырства служитъ проповѣданіе слова Божія, составляющее непремѣнный долгъ пастыря, ихъ «необходимую обязанность» (1 Кор. 9, 16). И здѣсь, то есть въ проповѣди, всѣ и больше всего жаждутъ услышать слово живое, затрогивающее и питающее въ нихъ лучшія, истинно человѣческія чувства и стремленія, одушевляющее ихъ къ христіанской жизни и дѣятельности. Не находя въ проповѣди того, чего жаждутъ, обвиняютъ ее въ безжизненности, въ отвлеченности и сухости: одни говорятъ, что проповѣдь не приложима къ жизни, потому что совѣты и мысли проповѣдника исполнимы лишь для отшельниковъ и пустынниковъ, а не для людей нашего времени; другимъ не нравится, что въ проповѣди нѣтъ современности, что проповѣдникъ какъ будто и не знаетъ, чѣмъ интересуются и волнуются образованные его слушатели, для которыхъ, поэтому, между дѣйствительною жизнью и проповѣдуемымъ въ Церкви ученіемъ лежитъ пропасть великая; иные указываютъ на недостатки языка въ проповѣдяхъ, на устарѣлость пріемовъ и формъ въ нихъ и т. п.

Всѣ подобныя жалобы раздаются уже давно и, надо сознаться, — не безъ основанія. Для пастырей, служителей слова, онѣ вдвойнѣ /с. 14/ поучительны, съ одной стороны, какъ свидѣтельство о насущныхъ запросахъ, предъявляемыхъ современниками къ церковной проповѣди, съ другой, какъ побужденія для самихъ проповѣдниковъ направить свои усилія къ тому, чтобы сдѣлать свою проповѣдь живымъ словомъ, которое выслушивалось бы съ неослабѣвающимъ вниманіемъ, проникало въ души слушателей, всегда держало бы ихъ подъ благотворнымъ воспитательнымъ вліяніемъ Церкви. Только при этомъ условіи проповѣдь займетъ подобающее мѣсто въ ряду другихъ богодарованныхъ пастырямъ полномочій и будетъ приносить свой плодъ въ дѣлѣ воспитанія людей въ духѣ вѣры Христовой.

Высочайшій примѣръ Господа Іисуса Христа служитъ образцомъ для служителей Церкви на всѣ времена и во всей ихъ дѣятельности, тогда только благоуспѣшной и плодотворной, когда она основывается на примѣрѣ и ученіи Господа. Вѣруя, что Іисусъ Христосъ былъ Самъ Слово Отчее, Сынъ Божій, что изъ устъ Его живымъ потокомъ лились слова благодати, пастыри не должны забывать, что они Его ученики и посланники, которымъ въ лицѣ апостоловъ заповѣдано учить всѣхъ людей (Мѳ. 28, 19; Марк. 16, 15) и преподано Іисусомъ Христомъ Его ученіе, — что имъ сообщенъ даръ благодати въ священномъ рукоположеніи, что имъ, наконецъ, прямо обѣщано и благодатное содѣйствіе въ трудныхъ случаяхъ проповѣди евангельскаго ученія и свидѣтельства о немъ (Мѳ. 10, 19-20). Поэтому отъ нихъ справедливо и естествешю ожидать проявленія во всей силѣ и дѣйственности живого слова, — этого великаго орудія спасенія, которое Богъ далъ Своей Церкви.

Вотъ что писалъ знаменитый проповѣдникъ, архіепископъ харьковскій Амвросій, о великомъ значеніи живого пастырскаго проповѣдническаго слова: «Какое человѣческое учрежденіе можетъ сравниться съ просвѣтительнымъ вліяніемъ на народъ церковной проповѣди, разумѣется, когда она понимается и ведется церковными учителями, какъ должно? въ нашемъ отечествѣ, напримѣръ, болѣе сорока тысячъ церквей, какъ готовыхъ народныхъ училищъ, еще болѣе того учителей, облеченныхъ авторитетомъ проповѣдниковъ Христовой истины и довѣріемъ народа; въ ихъ распоряженіи и дни и часы народныхъ собраній; они могутъ связать свое церковное слово со всякою бесѣдою личною съ народомъ, — и дома, и въ полѣ, и на пути; могутъ, по заповѣди апостола, «обличать, запрещать, увѣщавать во-время и не во-время» (2 Тим. 4, 2). И, — стряхни они съ себя этотъ мертвенный сонъ безучастія и безпечности, который овладѣлъ нынѣ большинствомъ ихъ; проникнись они тою жалостію къ народу, остающемуся безъ руководства, какая дышитъ въ словахъ Христа Сласителя (Мѳ. 9, 36); пойми они всю силу и злокачественность современиыхъ заблужденій; оставь устарѣлыя формы рѣчи, неудобныя для потребностей минуты; заговори они живымъ словомъ убѣжденія и любви; подкрѣпи свое слово примѣромъ христіанскихъ /с. 15/ добродѣтелей: что бы они могли сдѣлать для народа! Одно представленіе объ этомъ значеніи живого церковнаго слова, какое далъ ему Спаситель нашъ въ Своей Церкви, способно привести въ восторгъ ревнителя истины и блага человѣчества» («Живое слово», Харьковъ, 1892 г., стр. 27-28, 82).

Въ примѣрѣ проповѣди Христа Спасителя мы видимъ, что возвышенное, богооткровенное ученіе преподавалось Имъ съ мудрою примѣнительностью къ состоянію слушателей, ихъ вѣрованіямъ, ожиданіямъ, духовнымъ потребностямъ. «Его проповѣдь всегда отвѣчала живымъ религіознымъ запросамъ слушателей, имѣла въ виду ихъ особенности: Онъ иначе говорилъ съ книжниками, иначе съ простымъ народомъ, иначе съ мнимыми праведниками, иначе со смиренными грѣшниками. Самарянку занималъ вопросъ о мѣстѣ поклоненія Богу, и Господь Іисусъ Христосъ раскрываетъ ей ученіе о поклоненіи Богу въ духѣ и истинѣ; Марѳа и Марія скорбѣли объ умершемъ братѣ, и Онъ проповѣдуетъ имъ о воскресеніи мертвыхъ. Онъ то подзываетъ къ себѣ народъ, то обращается къ фарисеямъ и книжникамъ, то отзываетъ учениковъ: Его рѣчь есть всегда личное обращеніе. О богатствѣ Онъ говоритъ въ присутствіи богатаго, о соблазнѣ одного изъ малыхъ въ виду дѣтей» («Странникъ», октябр. кн. 1901 г., «Современность и народность проповѣди», стр. 488-489).

Апостолы продолжали дѣла Христова, оставивъ неизмѣннымъ содержаніе ученія Его, примѣняли его въ своей проповѣди къ потребностямъ людей и обстоятельствамъ своего служенія среди нихъ и жизни самихъ вѣрующихъ. Чрезъ это примѣненіе они сдѣлали ученіе Христово живымъ словомъ для современниковъ: оно подходило къ самой жизни ихъ, устрояло ее на новыхъ началахъ, руководило каждымъ шагомъ вѣрующихъ, разрѣшало и разъясняло всѣ волновавшіе ихъ вопросы, устраняло возникавшіе недоумѣніе и непорядки, было постояннымъ спутникомъ и наставникомъ къ христіанской жизни.

Послѣдующая исторія христіанской проповѣди, особенно въ 3-5 вѣкахъ, свидѣтельствуетъ, что живое слово, раздававшееся съ церковной каѳедры, собирало около проповѣдниковъ массы слушателей изъ простыхъ и образованныхъ, бѣдныхъ и богатыхъ, низшихъ и высшихъ классовъ общества, приковывало ихъ вниманіе къ созерцанію возвышенныхъ истинъ, зажигало въ ихъ сердцахъ огонь любви и самоотверженія, исторгало изъ очей то слезы духовной печали, то радости и умиленія. Нерѣдко слушатели не сдерживали переполнявшихъ ихъ чувствъ восторга отъ живого слова и прерывали рѣчь проповѣдника, чтобы выразить ему свое одобреніе словами или рукоплесканіями. Чѣмъ же привлекали слушателей проповѣдники того времени? Не однимъ искусствомъ въ словѣ, но, главнымъ образомъ, тѣмъ, что затрогивали въ своихъ проповѣдяхъ предметы, интересовавшіе общество, дѣлали приложеніе общехристіанскихъ истинъ къ /с. 16/ современной жизни, такъ что проповѣдь всегда была отвѣтомъ на живые запросы слушателей» («Странникъ», 490-491).

Чтобы сдѣлать свою проповѣдь живымъ словомъ для слушателей, каждый пастырь-проповѣдникъ долженъ сообразовать ее съ ихъ духовнымъ состояніемъ и потребностями, которыхъ ни на минуту онъ не долженъ упускать изъ виду. Проповѣдь произносится не для простого говоренія, чтобы только исполнить формально свой долгъ, не для собственнаго удовольствія говорящаго, но для пользы пасомыхъ, для того, чтобы дать назиданіе, т. е. затронуть, обратить и спасти души. Въ виду этой высокой и единственной цѣли проповѣдникъ тѣ или другія истины, заимствованныя изъ богатой сокровищницы слова Божія, долженъ раскрывать съ той стороны, съ которой онѣ болѣе понятны и близки его слушателямъ, и настолько, насколько онѣ касаются ихъ.

Проповѣдникъ не долженъ гнаться за доказательствами; ему необходимо постоянно помнить, что христіанская проповѣдь состоитъ не въ убѣдительныхъ словахъ человѣческой мудрости, но въ явленіи духа и силы, что вѣра наша должна утверждаться не на мудрости человѣческой, но на силѣ Божіей (1 Кор. 2, 4-5). Больше всего проповѣднику должно быть чуждо желаніе придать евангельской истинѣ видъ мірской мудрости; менѣе всего онъ долженъ видѣть свое право учить другихъ въ своемъ умственномъ превосходствѣ надъ ними, въ крѣпости, въ силѣ логики. Нѣтъ, — его право на учительство въ томъ, что онъ опытно позналъ христіанскую истину, испыталъ блага христіанства и исполненъ желаніемъ привести другихъ къ тому же благу.

Проповѣдь — столь серьезное, а вмѣстѣ съ тѣмъ и трудное дѣло, что безъ помощи молитвы никогда нельзя надѣяться стать хорошимъ проповѣдникомъ. Проповѣдникъ долженъ сперва въ тихой молитвѣ заручиться тѣмъ, что затѣмъ будетъ произносить; онъ долженъ почувствовать внутреній пламень прежде, чѣмъ начнетъ говорить.

Больше всего вліяетъ на успѣхъ проповѣди любовь проповѣдника къ своимъ слушателямъ, самоотверженная заботливость о томъ, чтобы сдѣлать ихъ достойными Бога Спасителя и привести къ вѣчному блаженству. Напримѣръ, любовь св. Іоанна Златоуста къ своимъ слушателямъ видна въ самыхъ строгихъ его обличеніяхъ, дышащихъ, повидимому, гнѣвомъ. И нельзя вообразить себѣ ничего возвышеннѣе и пламеннѣе этой любви св. Златоуста къ своимъ слушателямъ. «Для меня, — говоритъ онъ слушателямъ, послѣ одной сильной, обличительной рѣчи, — нѣтъ ничего дороже васъ, не дороже даже самый этотъ свѣтъ. Тысячу разъ я желалъ бы лишиться зрѣнія, если бы только черезъ это можно было обратить ваши души, — такъ спасеніе ваше пріятнѣе самаго свѣта. Да и что мнѣ пользы отъ лучей солнечныхъ, когда скорбь изъ-за васъ наводитъ мракъ на очи мои?.. Мнѣ кажется, я летаю отъ радости, когда слышу отъ васъ что-нибудь хорошее. Исполните же мою радость. Вотъ все, о чемъ прошу васъ, потому /с. 17/ что я желаю вамъ успѣха. Я никому не уступлю въ томъ, что я люблю васъ; я сроднился съ вами; вы для меня все, — и отецъ, и мать, и братья, и чада... Итакъ, не пренебрегайте словами. Вѣдь и я не отказываюсь слушать васъ; нѣтъ, я хотѣлъ бы, чтобы вы исправляли меня, хотѣлъ бы учиться у васъ. Вѣдь всѣ мы братья, и одинъ у насъ Наставникъ; но и между братьями надобно, чтобы одинъ давалъ приказанія, а другіе слушались. Такъ не пренебрегайте же моими словами».

Итакъ, вотъ что, главнымъ образомъ, способствовало св. Златоусту въ его проповѣднической дѣятельности: — любовь къ паствѣ, воодушевлявшая его и сдѣлавшая его всемірнымъ образцомъ проповѣдничества.

Здѣсь не излишне вспомнить, что св. Іоаннъ Златоустъ, — этотъ вселенскій великій церковный проповѣдникъ, во всѣхъ своихъ проповѣдяхъ старался быть жизненнымъ, современнымъ, народнымъ проповѣдникомъ.

Мы должны сказать, что церковный проповѣдникъ разъ навсегда долженъ отрѣшиться отъ крайне вреднаго предразсудка, будто бы рѣчь импровизатора должна отличаться всѣми свойствами и пріемами ораторской рѣчи и напоминать собою проповѣди Филарета, митр. моск., Иннокентія и Димитрія херс., Амвросія харьк. и т. п. великихъ и — скажемъ — исключительныхъ церковныхъ витій отечественной Церкви. Нѣтъ, слово, рѣчь, бесѣда или поученіе христіанскаго церковнаго проповѣдника должны быть краткимъ, простымъ, согрѣтымъ любовію, отеческимъ наставленіемъ, на которое способенъ всякій отецъ, любящій дѣтей своихъ, а тѣмъ болѣе истинный душепастырь. Его проповѣди должны быть такъ же кратки и просты, безъ всякаго витійства, какъ были просты рѣчи, притчи и наставленія Іисуса Христа и апостоловъ. Къ такой безыскусственной проповѣди рѣшительно способенъ всякій священникъ.

Для того, чтобы не утомить вниманія слушателей, а также — чтобы придать поученіямъ бóльшую силу убѣдительности, проповѣдникъ долженъ разнообразить свою рѣчь примѣрами, сравненіями, уподобленіями, притчами, и т. д. Проповѣдь можетъ быть доступнѣе, интереснѣе и удобнѣе для воспріятія лишь тогда, когда пастырь будетъ сопровождать свои наставленія живыми примѣрами благочестія, будетъ ссылаться въ своихъ поученіяхъ на примѣры людей добрыхъ и Богу угодившихъ. Это необходимо въ виду того, что составъ слушателей бываетъ часто разнообразенъ, такъ что понятное для одного можетъ быть непонятнымъ для другого и наоборотъ.

Вотъ что необходимо наблюдать проповѣднику, по мнѣнію св. Іоанна Златоуста и другихъ церковныхъ витій для того, чтобы его проповѣдь была дѣйствительной и плодоносной.

Нѣтъ надобности доказывать, что проповѣдь пастыря церкви /с. 18/ сдѣляется гораздо доступнѣе, интереснѣе и удобнѣе для воспріятія простыхъ слушателей и дѣтей, если онъ будетъ сопровождать свои наставленія живыми примѣрами благочестія, — если рѣчь его будетъ направляться отъ ощущеній къ представленіямъ, отъ представленій къ сужденіямъ, отъ сужденій къ умозаключеніямъ и обобщеніямъ, а не на оборотъ. За это говорятъ ежедневный опытъ и постоянныя педагогическія наблюденія. Вотъ почему и состоявшееся въ 1890 году опредѣленіе Св. Сѵнода о свойствахъ современной пастырской проповѣди и внѣбогослужебныхъ собесѣдованій съ народомъ, (напечатанно въ № 26-мъ «Церковныхъ Вѣдомостей», издав. при С. Сѵнодѣ за 1890 г.), требуетъ отъ пастырей, чтобы они подтверждали, между прочимъ, свое слово или бесѣду «указаніемъ на примѣры людей добрыхъ и Богу угодившихъ».

Далѣе, поученія по руководству житій святыхъ, прославляемыхъ ежедневно въ пѣснопѣніяхъ церкви, полезны еще и въ томъ отношеніи, что они служать дальнѣйшимъ развитіемъ и усиленіемъ того воспитательнаго вліянія, какое жизнь святыхъ, по мысли церкви, должна оказывать на христіанъ. Въ тропаряхъ, кондакахъ, стихирахъ, канонѣ и др. церковныхъ пѣснопѣніяхъ и чтеніяхъ св. Церковь, какъ мудрая руководительница христіанъ по пути къ царствію небесному, прославляя святыхъ, указуетъ христіанамъ на св. образцы ихъ духовнаго совершенства, стараясь пробудить въ насъ духъ подражанія св. людямъ. Но эти указанія церкви на добродѣтели святыхъ, какъ руководителей нашихъ ко спасенію, какъ вождей на пути въ Царствіе Небесное посреди искушеній, представляемыхъ плотію, міромъ и діаволомъ и на побѣдоносную борьбу съ ними, по необходимости являются краткими и не всегда удобопонятными для тѣхъ, кто рѣдко посѣщаетъ службы церковныя и мало знакомъ съ церковностію. Задача пастыря церкви живымъ словомъ и во всякомъ случаѣ общедоступнымъ поученіемъ усилить это воспитательное вліяніе жизни святыхъ Божіихъ на христіанъ, ознакомить съ ихъ св. подвигами, указать, чѣмъ руководился святой въ своей жизни, какими украшался добродѣтелями, какъ возставалъ, при помощи Божіей, отъ паденій, какъ боролся съ искушеніями, какъ достигъ Царствія Божія, и въ чемъ мы можемъ и должны подражать ему. Все это можетъ быть сдѣлано только въ церковныхъ поученіяхъ по руководству жизни святаго. «Догматическое и нравственное ученіе больше изъясняйте, чѣмъ доказывайте съ усиліемъ. Божественная истина, какъ Слово Божіе, сама по себѣ сильна. Сила вся въ томъ, чтобы прихожане съ сознаніемъ и убѣжденіемъ усвоили себѣ православное ученіе, а для этого нужно разъясненіе истинъ Евангелія, которому они несомнѣнно вѣрятъ. Обличайте съ кротостію и любовію, берегите честь имени ближняго. Виновные и безъ того поймутъ къ кому относится порицаніе». (Архип. посланіе Леонтія митр. Моск. Церк. Вѣд. 1889 годъ, № 9).

/с. 19/ «Звуками проповѣди не должно стараться услаждать только слухъ слушающихъ, какъ Самъ Богъ говоритъ пророку: вотъ ты у нихъ какъ бы пѣсня для забавы, гласъ пріятный и на струнахъ хорошо играешь, и слушаютъ слова твои и не исполняютъ ихъ» (Іезек. 33, 32).

Безъ знанія основныхъ истинъ христіанской вѣры и благочестія нельзя правильно ни благоугождать Богу, ни получить вѣчное спасеніе. Но что же важнѣе и главнѣе для христіанина, какъ не знаніе, что такое вѣра христіанская и какъ мы должны вѣровать въ Бога Отца, Бога Сына, Господа нашего Іисуса Христа, и въ Св. Духа, — что такое св. Церковь, наша великая духовная мать, руководящая насъ къ вѣчному спасенію и благоустрояющая наше земное счастіе, насколько оно достижимо на землѣ, — что такое св. таинства, безъ благодатной помощи которыхъ человѣкъ-христіанинъ не можетъ достигнуть святости и наслѣдовать жизни вѣчной, — что есть воскресеніе мертвыхъ и жизнь будущаго вѣка — главный предметъ христіанскаго упованія, безъ котораго человѣкъ не перенесъ бы всей тяготы разнообразныхъ житейскихъ скорбей и бѣдъ; — затѣмъ, въ чемъ состоитъ молитва христіанина и какія ея свойства и условія, безъ соблюденія коихъ это великое и спасительное средство общенія души христіанской съ Богомъ оказывается мало или вовсе недѣйствительнымъ, — какія заповѣди закона Божія, данныя и въ ветхомъ завѣтѣ чрезъ св. пророка и Боговидца Моисея, и въ новомъ чрезъ Единороднаго Сына Божія, опредѣляющія наши отношенія къ Богу, ближнимъ и самимъ себѣ и чрезъ то благоустрояющія, какъ ничто въ мірѣ, и нашу жизнь, и указующія истинный путь къ вѣчной жизни, — что такое христіанская любовь, безъ которой никто не можетъ назваться ученикомъ Іисуса Христа и быть такимъ образомъ истиннымъ христіаниномъ?

Это ученіе такъ важно и такъ существенно необходимо, что безъ знанія его Церковь издревле никого не крестила и не допускала въ число своихъ членовъ. Нужно было пройти степень «оглашенныхъ», т. е. наставляемыхъ въ вѣрѣ и христіанскомъ благочестіи, и дать торжественно, въ присутствіи представителей Церкви, несомнѣнныя доказательства знанія ученія христіанской вѣры, для того, чтобы быть принятымъ въ число христіанъ, членовъ Церкви.

Показывая настоятельную необходимость огласительной христіанской проповѣди, безъ которой нельзя и увѣровать во Спасителя, св. апостолъ Павелъ въ посланіи къ Римлянамъ пишетъ: «какъ вѣровать въ Того, о Комъ не слыхали? Какъ слышать безъ проповѣдующаго?» (Рим. 10, 14) и утверждаетъ, что вѣрующіе спасутся Евангеліемъ, которое онъ благовѣствовалъ (1 Кор. 15, 2); что если они запечатлѣны обѣтованнымъ Святымъ Духомъ (т. е. въ мѵропомазаніи), то не прежде, какъ услышавъ слова истины, благовѣствованіе спасенія, и увѣровавъ во Христа (Ефес. 1, 13), и если они очища/с. 20/ются отъ грѣховъ банею водною (т. е. въ таинствѣ крещенія), то опять не иначе, какъ посредствомъ слова (5, 26).

Вы возрождены, говоритъ и св. апостолъ Петръ въ своемъ соборномъ посланіи не отъ тлѣннаго сѣмени, но отъ слова Божія, которое вамъ проповѣдано (1 Петр. 1, 23, 25). — Господь родилъ насъ, учитъ наконецъ и св. апостолъ Іаковъ, словомъ истины, которое спасаетъ души наши (Іак. 1, 18. 21).

Вотъ почему оглашеніе словомъ истины — это религіозно-нравственное просвѣщеніе — въ древней Церкви — составляло существенное условіе вступленія въ нее; почему оглашаемые тщательно были распредѣляемы по разрядамъ, сообразно съ успѣхами ихъ въ этомъ просвѣщеніи.

Взглядъ Церкви на важность катихизической подготовки для вступающихъ въ ея лоно и въ настоящее время отнюдь не измѣнился. И теперь, какъ извѣстно, отъ крещаемыхъ взрослыхъ — евреевъ, магометанъ, язычниковъ — требуется знаніе основныхъ истинъ христіанской вѣры и нравственности.

Что касается младенцевъ, вступающихъ въ число членовъ Церкви чрезъ таинство св. крещенія, то, какъ извѣстно, за нихъ воспріемники даютъ Церкви торжественное обѣщаніе въ томъ, что ихъ духовныя дѣти по достиженіи надлежащаго возраста научатся всему, что необходимо для христіанина. Это подготовленіе дитяти-христіанина къ усвоенію основныхъ догматическихъ и нравственныхъ истинъ огласительнаго христіанскаго ученія начинается въ семьѣ, продолжается въ школѣ и затѣмъ завершается въ Церкви подъ руководствомъ пастырей-проповѣдниковъ.

Къ глубокому сожалѣнію нужно сказать, что въ настоящее время существуетъ самая настоятельная потребность въ повсемѣстномъ и возможно частомъ веденіи бесѣдъ и катихизическихъ поученій не для одного только простого народа, но и для всѣхъ классовъ русскаго общества.

Довольно бросить хотя самый бѣглый взглядъ на глубокую развращенность фабричнаго населенія и цифры преступленій и пороковъ всякаго рода, какъ-то: святотатства, воровства, разбоя, убійствъ, тунеядства, жестокости въ обращеніи съ животными, грубости нравовъ, стремленія къ наживѣ безъ разбора средствъ, страсти къ чувственнымъ наслажденіямъ, подавляющимъ духъ человѣка и убивающимъ высшія его потребности, привязанности къ суетнымъ и разслабляющимъ душу удовольствіямъ, упадка семейной жизни, сквернословія, буйства, дракъ, жестокаго обращенія мужей съ женами и родителей съ дѣтьми, измѣны супруговъ, пагубнаго пьянства и т. д., чтобы сразу видѣть, какъ низка еще въ общемъ нравственность народа и какъ низокъ уровень религіознаго просвѣщенія народныхъ массъ, какъ широко еще поле просвѣтительной дѣятельности пастыря Церкви и всѣхъ тѣхъ, кто призванъ служить религіозно нравст/с. 21/венному просвѣщенію и подъему духа русскаго общества, — какъ много еще жатвы и какъ еще мало дѣлателей, какъ сравнительно мало еще евангельская закваска заквасила тѣсто организма русскаго парода, — какъ много скорби и слезъ для истинныхъ душепастырей при видѣ православнаго вертограда земли свято-русскія, заросшаго густымъ терніемъ суевѣрія, пороковъ и духовной тьмы, какъ много трудовъ до пролитія пота и крови, до самоотверженія предстоятъ имъ при воздѣлываиіи этого прекраснаго и любезнаго вертограда — родной земли.

Одна изъ главныхъ нашихъ работъ при обработкѣ настоящаго труда состояла между прочимъ въ томъ, чтобы, устранивъ изъ выбранныхъ поученій по-возможности сухость и отвлеченность, придать имъ живость и наглядность. Этой послѣдней цѣли мы старались достигнуть частію чрезъ внесеніе въ составъ самыхъ поученій нѣкоторыхъ живыхъ примѣровъ, заимствованныхъ нами изъ житій святыхъ и церковной исторіи, изъ Пролога, Четій-миней, церковно-историческихъ трудовъ и др. книгъ.

Вслѣдъ за этимъ мы должны сказать нѣсколько словъ о назначеніи настоящаго труда.

Во-первыхъ, мы предназначаемъ его для начинающихъ пастырей при произношеніи съ церковной каѳедры поученій.

Во-вторыхъ, наши поученія предназначаются нами для веденія такъ называемыхъ внѣбогослужебныхъ собесѣдованій съ народомъ по вопросамъ христіанскаго вѣроученія и нравоученія.

Въ-третьихъ, настоящій трудъ мы предназначили для семейнаго чтенія всѣхъ христіанъ, которые заботятся о своемъ вѣчномъ спасеніи и не считаютъ возможнымъ читать только однѣ газеты и книги свѣтскаго содержанія, говорящія только объ интересахъ дня и при томъ земныхъ и часто суетныхъ. Здѣсь и для образованныхъ и малообразованныхъ найдется достаточный матеріалъ для духовнаго, назидательнаго чтенія, при помощи коего рѣшаются по руководству слова Божія и св. православной Церкви важнѣйшіе вопросы вѣры и благочестія, жизни временной и вѣчной, — вопросы, которыми никто, думается, не можетъ не интересоваться, кто не утратилъ окончательно интереса къ духовной жизни.

Составленіе болѣе полнаго и удовлетворительнаго Сборника поученій, который, по нашему мнѣнію, — трудъ для одного лица, тѣмъ болѣе служебнаго, невозможный, требуетъ онъ участія многихъ лицъ, руководства болѣе опытныхъ проповѣдниковъ и высшаго священноначалія. По крайней мѣрѣ приложено было надлежащее наше стараніе, чтобы Сборникъ былъ, по возможности, удовлетворителенъ: изъ многихъ тысячъ прочитанныхъ проповѣдей избирались, на нашъ взглядъ, самыя лучшія, много положено было труда на ихъ сокращеніе и упрощеніе. На пригодность ихъ даетъ надежду то, что, — про/с. 22/износимыя въ храмѣ почти во всѣ воскресные и праздничные дни въ продолженіе многихъ лѣтъ, — всегда выслушивались онѣ богомольцами съ полнымъ вниманіемъ.

Если настоящій нашъ трудъ, съ помощію Божіею нынѣ оконченный, будетъ найденъ нѣкоторыми пастырями-проповѣдниками полезнымъ пособіемъ въ ихъ святомъ и великомъ дѣлѣ, то составитель его усерднѣйше проситъ ихъ помолиться о немъ въ своихъ святыхъ молитвахъ предъ престоломъ Божіимъ.

Съ тою же всеусердною просьбою онъ обращается и ко всѣмъ возлюбленнымъ во Христѣ братіямъ и сестрамъ, которые найдутъ въ предлагаемыхъ поученіяхъ полезную пищу для своего ума и сердца, въ чемъ онъ убѣжденъ.

Усмотрѣвшихъ же недостатки и погрѣшности, молю изъ-за нихъ не порицать весь трудъ, но съ любовію исправить ихъ и съ благоразсужденіемъ, что не ошибается только тотъ, кто ничего не дѣлаетъ.

Архимандритъ Пантелеимонъ.       

16-го января 1963-го года.

Источникъ: Проповѣдническая хрестоматія. Полный кругъ поученій на всѣ воскресные и праздничные дни года, слова и бесѣды на разные случаи, слова и бесѣды на разные случаи, и катихизическія поученія. Составилъ по лучшимъ проповѣдническимъ образцамъ Архимандритъ Пантелеимонъ. Въ трехъ томахъ. Томъ первый: Поученія на всѣ воскресные дни года. — Jordanville: Изданіе Свято-Троицкаго монастыря, 1963. — С. 3-22.

Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.