Церковный календарь
Новости


2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Православное Догмат. Богословіе митр. Макарія (1976)
2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Свт. Тихонъ Задонскій, еп. Воронежскій (1976)
2018-12-10 / russportal
Лактанцій. Книга о смерти гонителей Христовой Церкви (1833)
2018-12-10 / russportal
Евсевій, еп. Кесарійскій. Книга о палестинскихъ мученикахъ (1849)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Истинное христіанство есть несеніе креста (1975)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Сознаемъ ли мы себя православными? (1975)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, какъ душѣ обрѣсти Бога (1895)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, что не должно соблазнять ближняго (1895)
2018-12-07 / russportal
Тихонія Африканца Книга о семи правилахъ для нахожд. смысла Св. Писанія (1891)
2018-12-07 / russportal
Архим. Антоній. О правилахъ Тихонія и ихъ значеніи для совр. экзегетики (1891)
2018-12-06 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 16-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
2018-12-06 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 15-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
2018-12-05 / russportal
Духовныя бесѣды (26-30) преп. Макарія Египетскаго (1904)
2018-12-05 / russportal
Духовныя бесѣды (21-25) преп. Макарія Египетскаго (1904)
2018-12-04 / russportal
Прот. М. Хитровъ. Слово на Введеніе во храмъ Пресв. Богородицы (1898)
2018-12-04 / russportal
Слово въ день Введенія во храмъ Пресвятой Богородицы (1866)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - вторникъ, 11 декабря 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 12.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

Протопресвит. Михаилъ Польскій († 1960 г.).

Протопресвитеръ Михаилъ Польскій († 1960 г.) родился 24 октября (6 ноября) 1891 г. въ станицѣ Новотроицкой Кубанской области въ семьѣ псаломщика. Окончилъ Ставропольскую духовную семинарію (1914) и по ея окончаніи работалъ противосектантскимъ миссіонеромъ. Священникъ (1920). Въ 1921 г. поступилъ въ Московскую духовную академію, которая вскорѣ была закрыта. Въ 1923 г. арестованъ и послѣ тюремнаго заключенія былъ сосланъ въ Соловецкій лагерь, а въ 1929 г. — на 3 года въ Зырянскій край. Въ 1930 г. бѣжалъ изъ ссылки и покинулъ Россію, перейдя россійско-персидскую границу. Сначала попалъ въ Палестину, потомъ (съ 1938 по 1948 гг.) былъ настоятелемъ прихода въ Лондонѣ въ юрисдикціи Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ). Въ 1948 г. переѣхалъ въ США. Служилъ въ каѳедральномъ соборѣ «Всѣхъ скорбящихъ Радосте» въ г. Санъ-Франциско (шт. Калифорнія, США) (съ 1952 г. — старшимъ каѳедральнымъ протоіереемъ указаннаго собора). Послѣ побѣды въ 1949 г. на т. н. «Лосъ-Анжелосскомъ процессѣ», гдѣ о. Михаилъ защитилъ каноническую правоту РПЦЗ какъ экспертъ-канонистъ, онъ былъ возведенъ въ санъ протопресвитера. Въ 1955 г. упомянутъ какъ каѳедральный протопресвитеръ, замѣститель предсѣдателя епархіальнаго совѣта Западно-Американской епархіи Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ). Ушелъ на покой въ 1959 г. Скончался 8 (21) мая 1960 г. въ Санъ-Франциско. Похороненъ на Сербскомъ кладбищѣ подъ Санъ-Франциско.

Сочиненія протопресвит. Михаила Польскаго

Протопр. Михаилъ Польскій († 1960 г.).
НОВЫЕ МУЧЕНИКИ РОССІЙСКІЕ.
Второй томъ собранія матеріаловъ. Jordanville, 1957.

Глава XXIX.
Смерть въ концлагеряхъ.

60 священномучениковъ.

1930, 1931, 1932 г.г. я посѣщалъ всѣ мѣста Сибири, пишетъ свидѣтель, а въ 1933 году наша поѣздка въ г. Иркутскъ, Нижнеудинскъ и Балаганскъ.

Г. Качугъ — на берегу рѣки Лены, 200 верстъ отъ города Иркутска, съ Качуга на Нижнеудинскъ — Балаганскъ велъ трактъ. Трактъ проходилъ исключительно по тайгѣ, населенія никакого нѣтъ, на строительствѣ были только заключенные. Въ Качугскихъ лагеряхъ въ то время царилъ неслыханный произволъ. Людей ни за что разстрѣливали, били палками, пороли нагайками, плохія бытовыя условія, въ баракахъ помѣщалось 60-80 человѣкъ, сплошныя нары, при чемъ двухъэтажныя. Въ случаѣ, если кто изъ заключенныхъ не выполнитъ дневное заданіе, то лагерная охрана палачей имѣла полное право издѣваться надъ нимъ и держала заключенныхъ на производствѣ по цѣлой недѣлѣ подъ открытымъ небомъ. Люди умирали съ голоду и холоду.

Изъ города Иркутска на Нижнеудинскъ мы выѣхали пароходомъ «Бурятъ». Съ Нижнеудинска мы ѣхали подводами по Качугскому тракту, вѣрнѣе по просѣкѣ, и сто съ лишнимъ верстъ мы отъѣхали отъ праваго берега рѣки Ангара по направленію Качугъ. Въ это время я работалъ, какъ водомѣрный наблюдатель.

Съ 8-22 іюля 1933 года наша экспедиціонная партія остановилась на нѣсколько дней, при чемъ недалеко отъ концентраціоннаго лагеря, которые въ это время назывались «фалангами»: «фаланга» №35, №3, №9 и т. д. Въ томъ райнѣ была болѣе подходящая почва для сельскаго хозяйства, на схемѣ уже былъ обозначенъ совхозъ. Погода стояла весьма хорошая. Послѣ ужина мы сидѣли до поздней ночи у костра. Мы часто слышали какіе-то крики, которые эхомъ раздавались по тайгѣ. Для насъ было еще неизвѣстно, что это за крики.

Ночь была ясная и тихая, свѣжій сибирскій воздухъ раз/с. 215/ливалъ душистый ароматъ таежныхъ цвѣтовъ по долинѣ. И вѣкъ не забыть мнѣ этой долины, буду я помнить ее всегда! Нашъ сладкій утренній сонъ былъ нарушенъ какимъ-то унылымъ человѣческимъ стономъ. Всѣ мы быстро поднялись. Начальникъ экспедиціонной партіи, уроженецъ города Иркутска, быстро взялъ въ руки бинокль, другіе установили два нивелира, и мы, берясь за работу, стали всматриваться въ движущуюся толпу по направленію къ намъ; изъ-за кустарника трудно было понять въ чемъ дѣло.

Шли 60 человѣкъ заключенныхъ, по мѣрѣ ихъ приближенія мы могли хорошо разглядѣть, что всѣ они были истощены отъ недоѣданія, отъ непосильнаго физическаго труда. Что же видѣли? — у каждаго изъ нихъ веревка черезъ плечо: они тянутъ сани, въ іюлѣ мѣсяцѣ — сани! А на саняхъ стояла бочка съ человѣческими испражненіями!..

Сопровождавшій конвой, очевидно, не зналъ, что на территоріи концентраціоннаго лагеря находится экспедиція. Мы отчетливо слышали приказъ конвоя — «лехай и не вертухайся», т. е. ложись и не шевелись. Одинъ изъ конвоировъ побѣжалъ обратно въ лагерь, т. е. на «фалангу», очевидно они насъ посчитали подозрительными, можетъ быть шайкой бѣлобандитовъ. Б. Н. почему-то быстро опредѣлилъ положеніе заключенныхъ и сказалъ: «мы продлили имъ жизнь на нѣсколько минутъ». Первоначально мы этихъ словъ не поняли. Быть можетъ прошло 15-20 минутъ и мы были окружены взводомъ лагерной охраны. Къ намъ приближались стрѣлки, винтовки держали на боевомъ взводѣ, какъ будто собираясь вступить въ штыковой бой. Къ намъ подошли командиръ взвода и политрукъ. Они потребовали отъ насъ документы. Послѣ провѣрки документовъ, они объяснили намъ, что эти 60 человѣкъ приговорены къ разстрѣлу, какъ элементъ чуждый совѣтской власти.

Уже готова была яма для этихъ шестидесяти. Политрукъ предложилъ намъ зайти въ палатки; мы зашли въ свои палатки. 60 мучениковъ — это были священнослужители. Въ іюльское тихое утро мы отчетливо слышали многихъ священниковъ, ихъ слабые голоса доходили до насъ. Изъ числа палачей, кто-то спрашивалъ по очереди становившихся около ямы священниковъ: «Вы послѣдній свой духъ совершаете, говори, есть Богъ, или нѣтъ?»

Отвѣтъ святыхъ мучениковъ былъ твердый и увѣренный: «Да, есть Богъ!»

Раздался первый выстрѣлъ. У насъ, сидящихъ въ палаткахъ, сердца бились... Раздался второй, третій выстрѣлъ и т. д. Священниковъ по очереди подводили къ ямѣ, стоявшіе около /с. 216/ ямы палачи каждаго священника спрашивали — есть ли Богъ? Отвѣтъ былъ одинъ: да, есть Богъ! Мы живые свидѣтели, видѣли своими глазами и слышали своими ушами, какъ люди предъ смертью исповѣдывали вѣру въ Бога.

Пройдутъ быть можетъ еще года, десятилѣтія, но эта могила на Качугскомъ-Нижнеудинскомъ трактѣ должна быть найдена. Всѣ и повсюду православные не должны забыть этихъ святыхъ мучениковъ, которые отдали свою жизнь за вѣру.

Священникъ о. Владиміръ Качковскій.

«Нѣтъ больше той любви, какъ если кто положитъ душу свою за друзей своихъ» (Іоан. XV, 13).

До ареста о. Владиміръ былъ священникомъ въ одномъ изъ небольшихъ селъ лѣвобережной Украины и получилъ отъ ГПУ пять лѣтъ концлагеря за христіанскую проповѣдь.

ГПУ, узнавъ, что въ небольшую сельскую церковь сходятся крестьяне изъ всѣхъ окрестныхъ деревень, чтобы послушать поученія, почуяло въ его лицѣ нежелательнаго «пастыря людскихъ душъ», и бѣдный о. Владиміръ моментально оказался въ рядахъ «анти-совѣтскихъ агитаторовъ».

Однажды, вернувшись съ работы, о. Владиміръ не нашелъ на обычномъ мѣстѣ полученнаго на весь день куска хлѣба. Но не разгнѣвался, даже не погрустилъ, а только махнулъ рукой и промолвилъ:

«Богъ съ нимъ, можетъ быть кто-нибудь по ошибкѣ взялъ...»

Однако, противъ его желанія, пропажа хлѣба взволновала всю командировку. Дѣло въ томъ, что украсть могъ лишь «урка», а среди нихъ существуетъ неписанный законъ, гласящій, что кража арестанскаго «пайка» является тягчайшимъ преступленіемъ противъ товаришества и карается самымъ безпощаднымъ образомъ (я не говорю о доносахъ, ибо доносчиковъ «урки» убиваютъ безусловно).

«Слѣдствіе» о пропажѣ хлѣба взялъ въ руки одинъ изъ главарей «урокъ» и невѣдомыми для насъ путями виновный былъ быстро обнаруженъ. Похитителемъ оказался тощій, заморенный воришка по кличкѣ «Сенька-Шкетъ». Когда разъяренные «урки» притащили перепуганнаго, дрожащаго «Шкета» къ лежавшему уже на своемъ мѣстѣ о. Владиміру, я впервые увидѣлъ, какъ измѣнилось его лицо, какой глубокой внутренней болью налились его добрые, лучистые глаза.

/с. 217/ Протянувъ руку, онъ привлекъ къ себѣ несчастнаго «Шкета» и сталъ гладить грязную, всклокоченную голову мальчугана. «Урки» даже оторопѣли въ первый моментъ, но когда они попытались вырвать Сеньку изъ рукъ о. Владиміра, чтобы «проучить» его, или проще говоря — избить смертнымъ боемъ, то кроткій батюшка словно преобразился. Прикрывъ собою «Шкета», онъ выпрямился, сталъ выше ростомъ и твердымъ звучнымъ голосомъ проговорилъ: «Я запрещаю вамъ трогать этого ребенка. Онъ не укралъ моего хлѣба, а я самъ далъ ему... Ступайте съ Богомъ»...

Очевидно въ его тонѣ дѣйствительно было нѣчто повелительное, ибо даже матерые «урки» растерянно попятились назадъ и, скрывая неловкость подъ циничными шутками, отправились въ свой уголъ.

Вечера теперь мы стали коротать втроемъ: «Шкетъ» усаживался въ ногахъ у «бати». Я тоже полюбилъ это вечернее время, съ наслажденіемъ слушая о. Владиміра, повѣствовавшаго о жизни и страданіяхъ Спасителя, о подвигахъ жертвенной любви первомучениковъ. Иногда «батя» переходилъ на болѣе близкіе намъ примѣры подлиннаго, высокаго героизма. Особенно запомнился мнѣ его разсказъ о безпримѣрномъ мужествѣ солдата Архипа Осипова, который онъ заключилъ словами: — «Помни, дружокъ, что нѣтъ выше любви, чѣмъ жизнь положить за други своя». Нужно отмѣтить, что постепенно вся землянка стала прислушиваться къ бесѣдамъ о. Владиміра и самый отъявленный «урка» не осмѣливался прерывать его рѣчи неумѣстной шуткой или замѣчаніемъ.

Уже выпалъ первый снѣгъ, когда на нашу глухую, затерянную въ сосновомъ бору «командировку» рѣшило заглянуть «высокое начальство» изъ ГПУ.

Къ 10 часамъ утра дорога была расчищена и насъ построили колонной въ 5 рядовъ. Но, какъ и слѣдовало ожидать, мы безцѣльно мерзли до 12-ти часовъ, когда, наконецъ, послышался звонъ бубенцовъ и къ «командировкѣ» подкатила на тройкѣ та «персона», ради которой 200 изможденныхъ, полураздѣтыхъ людей 2 лишнихъ часа тряслись на лютомъ морозѣ.

«Персона» оказалась облеченной въ теплую оленью доху. Ее сопровождали 3 чекиста, какъ видно, рангомъ пониже. Они суетились вокругъ персоны.

Пріѣзжій довольно долго разговаривалъ у «арки» со старшиной, а затѣмъ медленно направился къ намъ. «Персона» остановилась передъ фронтомъ, пробѣжала взглядомъ по рядамъ застывшихъ людей и изрекла:

— «Кто имѣетъ жалобу или претензіи, выходи впередъ»!

/с. 218/ Никто изъ насъ, конечно, и не шелохнулся. Смѣшно даже было бы подумать о жалобѣ. Да и на кого жаловаться? Кое-кто изъ насъ уже имѣлъ печальный опытъ съ результатами самыхъ законныхъ жалобъ и поэтому колонна стояла молча.

— «Значитъ жалобъ нѣтъ? Довольны всѣмъ?» — явно издѣваясь спросила «персона», уже готовясь повернуться и уйти. Какъ вдругъ изъ заднихъ рядовъ раздался тихо, но отчетливо чей-то голосъ:

— «Будь ты проклятъ, кровопійца!»

Колонна вздрогнула и замерла. Мы всѣ почувствовали, что произошло нѣчто непоправимое и ужасное. Шепотъ достигъ ушей «персоны». Физіономія чекиста побагровѣла отъ ярости. Рѣзко остановившись, онъ заоралъ:

— «Кто это сказалъ? Выходи сюда!..»

Никто не двинулся съ мѣста. Тогда обращаясь къ старшинѣ, разсвирѣпѣвшій чекистъ прошипѣлъ:

— «Если черезъ 5 минутъ виновный не отыщется — разстрѣлять каждаго десятаго!»

Въ тотъ-же моментъ произошло какое-то движеніе, всколыхнувшее ряды и передъ строемъ появилась фигура о. Владиміра. Лицо его было напряженно и блѣдно, но совершенно спокойно. Глядя прямо въ упоръ въ глаза «персоны», онъ громко и раздѣльно заявилъ:

— «Всѣхъ карать не къ чему. Это сказалъ я!»

Чекистъ скверно выругался и провизжалъ: — «Ка-эръ?» [1]

— «Нѣтъ, я — священникъ», — попрежнему твердо отвѣтилъ онъ.

— «Всѣ вы однимъ мѵромъ мазаны» — бросила «персона» и обратилась опять къ старшинѣ: «для примѣра прочимъ, за подстрекательство къ бунту немедленно отправить въ рай ко всѣмъ святымъ, а актъ дополнительно пришлете въ коллегію ГПУ»...

Двое изъ конвойныхъ бросились къ о. Владиміру, какъ вдругъ колона зашевелилась еще разъ и неторопливой походкой вышелъ старый профессіоналъ-налетчикъ, извѣстный подъ кличкой «Штыба».

— «Погодь, начальникъ! — рявкнулъ онъ, — не трожь этого батю. Развѣ онъ способенъ сказать такое? Это я сказалъ и еще могу повторить, коли хошь!..

«Персона» съ дьявольской усмѣшкой приказала:

— «Тѣмъ лучше. Значитъ разстрѣлять обоихъ. Этого (онъ указалъ на «Штыба») — за оскорбленіе органовъ ГПУ, а того (кивокъ въ сторону «бати»), — за попытку обмануть совѣтскую /с. 219/ власть» ... Изрекши приговоръ, палачъ быстро направился къ ожидавшимъ его санямъ.

О. Владиміра и «Штыба» окружило кольцо конвойныхъ. Обоихъ вывели за проволоку въ лѣсъ, а оставшіеся надзиратели защелкали затворами винтовокъ въ то время, какъ повернули на колонну свои тупыя рыльца всѣ четыре пулемета съ четырехъ деревянныхъ вышекъ, окружавшихъ «командировку».

Затаивъ духъ, холодѣя не отъ мороза, а отъ внутренняго страданія, мы замерли, прислушиваясь къ тому, что дѣлается въ лѣсу.

Раздался одинъ, затѣмъ другой, и еще два выстрѣла подрядъ!..

И тогда я своими глазами увидѣлъ чудо: почти всѣ 200 правыхъ рукъ поднялись въ воздухъ и осѣнили грудь крестнымъ знаменіемъ...

Потомъ насъ загнали въ землянки. «Сенька-Шкетъ» бился у меня на рукахъ, задыхаясь отъ истерическаго плача и изъ его худенькой, полу-дѣтской груди вырывалось жалобно и гнѣвно:

— «Да за что-же? За что же «батю»-то нашего убили? За что?»...

Это было въ 1928 году.

Примѣчаніе:
[1] Контръ-революціонеръ.

Источникъ: Новые мученики Россійскіе. Второй томъ собранія матеріаловъ. Составилъ Протопресвитеръ М. Польскій. — Jordanville: Типографія преп. Іова Почаевскаго. Holy Trinity Monastery, 1957. — С. 214-219.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.