Церковный календарь
Новости


2018-12-16 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Соборность и церковное сотрудничество (1976)
2018-12-16 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Существуетъ ли невидимая Церковь? (1976)
2018-12-15 / russportal
Первое посланіе къ Коринѳянамъ св. Климента Римскаго (1860)
2018-12-15 / russportal
О святомъ Климентѣ Римскомъ и его первомъ посланіи (1860)
2018-12-14 / russportal
Свт. Зинонъ Веронскій. На слова: "егда предастъ (Христосъ) царство Богу и Отцу" (1838)
2018-12-14 / russportal
Краткое свѣдѣніе о жизни св. священномуч. Зинона, еп. Веронскаго (1838)
2018-12-13 / russportal
Евсевій Памфилъ. "Четыре книги о жизни блаж. царя Константина". Книга 2-я (1849)
2018-12-13 / russportal
Евсевій Памфилъ. "Четыре книги о жизни блаж. царя Константина". Книга 1-я (1849)
2018-12-12 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 126-й (1899)
2018-12-12 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 125-й (1899)
2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Православное Догмат. Богословіе митр. Макарія (1976)
2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Свт. Тихонъ Задонскій, еп. Воронежскій (1976)
2018-12-10 / russportal
Лактанцій. Книга о смерти гонителей Христовой Церкви (1833)
2018-12-10 / russportal
Евсевій, еп. Кесарійскій. Книга о палестинскихъ мученикахъ (1849)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Истинное христіанство есть несеніе креста (1975)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Сознаемъ ли мы себя православными? (1975)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - воскресенiе, 16 декабря 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 22.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

Протопресвит. Михаилъ Польскій († 1960 г.).

Протопресвитеръ Михаилъ Польскій († 1960 г.) родился 24 октября (6 ноября) 1891 г. въ станицѣ Новотроицкой Кубанской области въ семьѣ псаломщика. Окончилъ Ставропольскую духовную семинарію (1914) и по ея окончаніи работалъ противосектантскимъ миссіонеромъ. Священникъ (1920). Въ 1921 г. поступилъ въ Московскую духовную академію, которая вскорѣ была закрыта. Въ 1923 г. арестованъ и послѣ тюремнаго заключенія былъ сосланъ въ Соловецкій лагерь, а въ 1929 г. — на 3 года въ Зырянскій край. Въ 1930 г. бѣжалъ изъ ссылки и покинулъ Россію, перейдя россійско-персидскую границу. Сначала попалъ въ Палестину, потомъ (съ 1938 по 1948 гг.) былъ настоятелемъ прихода въ Лондонѣ въ юрисдикціи Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ). Въ 1948 г. переѣхалъ въ США. Служилъ въ каѳедральномъ соборѣ «Всѣхъ скорбящихъ Радосте» въ г. Санъ-Франциско (шт. Калифорнія, США) (съ 1952 г. — старшимъ каѳедральнымъ протоіереемъ указаннаго собора). Послѣ побѣды въ 1949 г. на т. н. «Лосъ-Анжелосскомъ процессѣ», гдѣ о. Михаилъ защитилъ каноническую правоту РПЦЗ какъ экспертъ-канонистъ, онъ былъ возведенъ въ санъ протопресвитера. Въ 1955 г. упомянутъ какъ каѳедральный протопресвитеръ, замѣститель предсѣдателя епархіальнаго совѣта Западно-Американской епархіи Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ). Ушелъ на покой въ 1959 г. Скончался 8 (21) мая 1960 г. въ Санъ-Франциско. Похороненъ на Сербскомъ кладбищѣ подъ Санъ-Франциско.

Сочиненія протопресвит. Михаила Польскаго

Протопр. Михаилъ Польскій († 1960 г.).
КАНОНИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНІЕ ВЫСШЕЙ ЦЕРКОВНОЙ ВЛАСТИ ВЪ СССР И ЗАГРАНИЦЕЙ.

II. НЕКАНОНИЧЕСКІЙ ПЕРІОДЪ.
8. Обвинительное заключеніе.

Разрывъ м. Сергія съ епископатомъ.

Митрополитъ Сергій, замѣститель мѣстоблюстителя Патріаршаго престола, обвиняется въ томъ, что, вопреки основному церковному закону, чтобы первому епископу ничего не творить безъ разсужденія всѣхъ прочихъ, въ іюлѣ 1927 г. превысилъ свои полномочія и, несмотря на протесты Епископата, а также клира и народа, сознательно пошелъ на путь самочинія.

Церковь получила то, чего могла бояться въ началѣ, когда увеличила права перваго епископа. Она встрѣтила въ немъ не только утѣшеніе и поддержку въ борьбѣ, но и малодушіе, и паденіе. Возможность произвола, злоупотребленія положеніемъ единоличнаго возглавителя Церкви, соблазнъ власти или восхищенія высшихъ еще правъ, превратилась въ дѣйствительность. Насколько очевиденъ разрывъ перваго епископа съ собратьями — свидѣтельствуютъ факты.

Епископъ Дамаскинъ въ промежуткѣ между ссылками былъ въ Москвѣ и 11 дек. 1928 г. лично бесѣдовалъ съ м. Сергіемъ. Объ этомъ онъ напоминаетъ ему въ своемъ посланіи.

«Вы увѣряли меня, — пишетъ еп. Дамаскинъ м. Сергію, — что стали на путь своей деклараціи совершенно сознательно и добровольно, что Вы осуществили лишь то, къ чему неудачныя попытки дѣлалъ и почившій Патріархъ и митрополитъ Петръ, только тѣ дѣлали шагъ впередъ, а два назадъ, Вы же разрубили узелъ... Ваши преемники /с. 76/ вынуждены будутъ считаться съ уже совершившимся фактомъ... На мои два вопроса: 1) считаете ли Вы, что рѣшеніе Ваше является голосомъ соборнаго іерархическаго сознанія Россійской Церкви, и 2) имѣете ли Вы основаніе считать Вашъ личный авторитетъ достаточнымъ, чтобы противопоставить его сонму маститыхъ іерарховъ, совершенно не раздѣляющихъ Вашу точку зрѣнія. — Вы не дали мнѣ отвѣта, чѣмъ привели меня тогда въ крайнее смущеніе. — "Я считаю это полезнымъ для Церкви... мы теперь получили возможность свободно молиться, мы легализованы, мы управляемъ" — говорили Вы мнѣ».

Далѣе еп. Дамаскинъ добавляетъ: «Мудрость Ваша попустила Вамъ настолько переоцѣнить себя и свои полномочія, что Вы рѣшаетесь дѣйствовать вопреки такому основному іерархическому принципу Церкви, который уже выраженъ въ 34 прав. св. апостоловъ».

Мы знаемъ уже, что предшественники м. Сергія по власти сообразовались съ голосомъ епископата и всей Церкви и ничего не творили безъ разсужденія всѣхъ, и послѣдній замѣститель арх. Серафимъ Углицкій отказался дѣйствовать единолично, не спросивъ голоса старшихъ іерарховъ.

Авторитетный голосъ епископата, клира и народа объ отношеніи къ условіямъ легализаціи былъ выраженъ въ осужденіи обновленческаго и григорьевскаго расколовъ и въ спеціальныхъ актахъ, какъ посланіе группы соловецкихъ епископовъ.

Наконецъ, выступленіе противъ деклараціи и дѣйствій м. Сергія со стороны епископата, клира и мірянъ, всей массы вѣрующихъ, является подтвержденіемъ прежнихъ позицій Церкви, ихъ твердости и неизмѣнности.

Вотъ та стѣна Церкви, которая стала противъ новаго поведенія м. Сергія. Но главное еще въ томъ, что и самъ м. Сергій считался съ голосомъ епископата, искалъ его, на него опирался въ своихъ дѣйствіяхъ, выражалъ тѣ же мнѣнія объ условіяхъ легализаціи и открыто ихъ исповѣдовалъ до самого своего послѣдняго заключенія. Здѣсь онъ самъ явился судьей для своего будущаго. 28 мая / 10 іюня 1926 г. онъ выпустилъ проектъ обращенія къ правительству объ условіяхъ легализаціи и просилъ епископатъ отозваться на него, но 16/29 іюля 1927 г. издаетъ декларацію съ самостоятельными рѣшеніями. На свое новое выступленіе м. Сергій уже не запросилъ общаго согласія. Довольно совѣтоваться, пора дѣйствовать по собственному усмотрѣнію. Вотъ разительный фактъ перехода отъ однихъ дѣйствій, солидарныхъ, къ другимъ, самочиннымъ. М. Сергій знаетъ, что дѣлаетъ, и потому не далъ никакого отвѣта еп. Дамаскину.

/с. 77/

Запрещеніе протестующихъ.

Протестъ давалъ ему основаніе провѣрить свой поступокъ, усомниться въ правильности своихъ дѣйствій и исправить ихъ, какъ исправляли его предшественники. Протесты епископовъ достаточны для того, чтобы всякое дѣйствіе свое посчитать ошибочнымъ и пріостановить его и поискать соборнаго голоса, и безъ него не рѣшаться на шаги такого характера. Иначе единоличное по нуждѣ управленіе превращается въ превышеніе власти, въ узурпацію правъ епископата. Надо остановиться. Нельзя пользоваться безсиліемъ епископата, не имѣющаго возможности собраться въ одно мѣсто, чтобы выразить свое мнѣніе, а также своими временными правами единоличнаго правителя, чтобы ими злоупотреблять до нарушенія правъ всѣхъ другихъ, и наконецъ, и наконецъ, выгодой своего положенія и тѣмъ болѣе покровительствомъ въ этомъ дѣлѣ гражданской власти, враждебной Церкви. Но всѣмъ этимъ первый епископъ воспользовался и поступилъ преступно.

Проявивъ совершенно неумѣстное упорство, онъ сознательно и дерзко выступилъ противъ епископовъ съ церковными мѣрами запрещенія. Самъ, нарушая законъ и свое единство съ епископатомъ, онъ осмѣливается, мѣрами запрещенія въ священнослуженіи обрушиваться на мужественныхъ и честныхъ исповѣдниковъ истины церковной, какъ на раскольниковъ, нарушающихъ единство Церкви. Онъ одинъ запрещаетъ всѣхъ несогласныхъ съ нимъ епископовъ Православной Церкви безъ согласія всѣхъ другихъ, опираясь только на Сѵнодъ своихъ личныхъ, только что подобранныхъ имъ, сторонниковъ изъ шести человѣкъ, тогда какъ въ отношеніи къ григорьевцамъ онъ бралъ съ собой Соборъ въ 25 епископовъ, то есть, всѣхъ, кого могъ въ это время опросить около себя въ самое короткое время. Онъ теперь вооруженъ и оправданъ въ своихъ глазахъ прошлой своей практикой, которую примѣняетъ противъ истины такъ же, какъ и за истину. Кто признавалъ его прежнія прещенія на раскольниковъ законными, долженъ, по его логикѣ, признать ихъ таковыми же и на себя. Будучи самъ виновенъ теперь въ томъ, въ чемъ нѣкогда обвинялъ раскольниковъ, онъ обрушивается на православныхъ епископовъ, среди которыхъ самъ былъ, только за то, что они остались на прежнихъ своихъ позиціяхъ, тогда какъ онъ отъ нихъ отошелъ.

Диктатура перваго епископа.

Законное Высшее Церковное Управленіе, въ лицѣ Патріаршаго Сѵнода и Высшаго Церковнаго Совѣта, разогнано еще въ 1922 году. Сѵнодъ, созданный митрополитомъ Сергіемъ въ 1927 г., по каноническому существу своему, не можетъ претендовать на такую роль высшаго /с. 78/ церковнаго управленія. Этотъ Сѵнодъ — не избранники Помѣстнаго Собора въ числѣ шести епископовъ и не вызываемые (пять) по очереди изъ епархій, какъ полагается по закону (Опред. Соб. 7 декъ. 1917 г. п. 4), а искусственно подобранные единоличнымъ избраніемъ перваго епископа и совѣтской власти изъ его сторонниковъ.

Зная это, м. Сергій, кромѣ себя, члена Сѵнода по избранію Собора, хотѣлъ имѣть въ его составѣ, хотя м. Арсенія, и объявилъ объ этомъ раньше, чѣмъ получилъ отъ него отрицательный отзывъ на свои дѣйствія, благодаря которому м. Арсеній никогда и не оказался въ сергіевскомъ сѵнодѣ. Такимъ образомъ, сѵнодъ м. Сергія — незаконное учрежденіе и не облекаетъ никакимъ высшимъ авторитетомъ его единоличное управленіе.

Также искусственно подбираетъ онъ себѣ епископатъ. Не весь епископатъ ему нуженъ, какъ полагается по закону, для одобренія или порицанія его дѣйствій, а только часть его, та, которая опредѣленно поддержитъ его и пойдетъ за нимъ, то есть сторонниковъ той диктатуры, которую онъ установилъ въ своемъ лицѣ. Принципъ же единоличнаго управленія установился въ Церкви съ момента самочинія м. Сергія, когда онъ и не спросилъ общеепископскаго мнѣнія на свои дѣйствія и отвергъ протестъ его.

Митр. Сергій возсталъ противъ соборности Церкви, пренебрегши духовнымъ Соборомъ. Претензіей перваго епископа на непогрѣшимость и насиліемъ безбожной власти въ Русской Церкви исключена открытая борьба за истину. Возникъ новый режимъ въ Церкви, котораго никогда не было, и онъ дѣйствуетъ въ ней въ лицѣ московской Патріархіи и въ настоящее время. Сѵнодъ, и какой-либо Соборъ, допускаются постольку, поскольку эти учрежденія поддержатъ позицію перваго епископа, принятую имъ отъ гражданской власти. Сѵнодъ является только канцеляріей при немъ, а Соборъ — одной авторитетной формой его утвержденія, безъ дѣйствительныхъ правъ и осуществленія общеепископской власти. Два епископскихъ собора 1943-44 гг. и Помѣстный Соборъ 1945 г. протекали въ условіяхъ полнаго внутренняго стѣсненія, безъ собственной иниціативы и правъ, какъ жалкіе исполнители директивъ антирелигіозной власти, съ которой въ контактѣ только московская Патріархія.

До какой степени соборное начало и воля Церкви игнорируется въ практикѣ московской Патріархіи, свидѣтельствуетъ недавній примѣръ въ Западной Европѣ. Патр. Алексѣй хотѣлъ имѣть дѣло только съ единоличными рѣшеніями митрополитовъ Евлогія и Серафима, и какъ только выяснилось, что большинство приходовъ одной епархіи будетъ не на сторонѣ подчиненія Москвѣ, Патріархъ, до созыва епархіальнаго собранія, объявилъ его незаконнымъ, требуя твердо стоять /с. 79/ на завѣтахъ почившаго уже м. Евлогія (Посл. 17 сент. 1946 г.). Его делегація въ Парижѣ удивлялась, что вообще какіе-либо вопросы могутъ рѣшаться епархіальнымъ съѣздомъ. Все должно быть по приказу сверху.

Вполнѣ, конечно, естественно, что въ соотвѣтствіи съ общей совѣтской системой, въ Церкви установленъ диктаторскій способъ управленія, который продолжаетъ насильственно удерживаться на своемъ мѣстѣ. Но тѣмъ болѣе очевидна его неканоничность. Совѣтская власть, склоняя на компромиссъ съ собой перваго епископа, въ лицѣ Патріарха и его преемниковъ, содѣйствовала потомъ укрѣпленію, отвѣтственной передъ собою, единоличной формы управленія Церковью. Митрополитъ Сергій пошелъ на это.

Нарушеніе догмата.

Все, что въ Сѵмволѣ вѣры, суть догматы. М. Сергій погрѣшилъ противъ 9-го члена Сѵмвола вѣры о Церкви единой, святой, соборной и апостольской. Въ свое время это отмѣтилъ въ полемикѣ съ м. Сергіемъ Николай (Добронравовъ), еп. Владимірскій (отъ 7/20 апр. 1928 г.), сказавши, что «противъ апостольства Церкви онъ погрѣшилъ введеніемъ въ Церковь мірскихъ началъ и земныхъ принциповъ, противъ святости — хуленіемъ подвига исповѣдничества, противъ соборности — единоличнымъ управленіемъ Церковью», не говоря уже о томъ, что онъ нарушилъ и единство ея.

Каѳолическая Церковь, по-славянски соборная, есть Церковь, собранная отовсюду, всеобщая, заключающая въ себѣ вѣрующихъ всѣхъ мѣстъ, временъ и народовъ — вселенская. Она есть человѣческій соборъ, возглавляемый Христомъ.

Вселенскость пронизываетъ всю Церковь насквозь, отъ домашней Церкви и союза двухъ, до Церкви вселенской, черезъ приходъ, епархію и помѣстную Церковь. Церковь вселенская — собранное цѣлое и каждый членъ Ея долженъ не нарушать догмата соборности. Можно погрѣшить противъ вселенскости Церкви на мѣстахъ, не храня «единства духа въ союзѣ мира» (Еф. 4, 3) самочиніемъ, идя противъ связующаго въ ней начала, ибо соборная Церковь состоитъ изъ множества членовъ, хранящихъ единство. Поэтому всякій, кто противополагаетъ свою волю всей Церкви, погрѣшаетъ противъ догмата о соборной Церкви. Каждый ея членъ долженъ вѣрить такъ, какъ она. И чтобы ему оставаться въ Церкви вселенской, онъ не можетъ отходить отъ той части Церкви, въ которой находится, ибо она связана со всей Церковью.

Это простое основаніе догмата относится и къ первому епископу. Для Церкви существенна идея епископа, необходимаго ей какъ /с. 80/ связаннаго непрерывнымъ преемствомъ съ апостолами и Христомъ. И эта идея апостольства подчеркивается въ избраніи перваго изъ нихъ для возглавленія помѣстной Церкви. Однако, и онъ связывается единомысліемъ со всѣми одинаково съ нимъ правомочными епископами по образу Пресвятой Троицы. Правило Апост. 34, сочетая въ церковномъ управленіи единоличное начало съ соборнымъ, укореняется въ догматѣ: «епископы ничего не творятъ безъ разсужденія перваго, и первый ничего не творитъ безъ разсужденія всѣхъ, ибо такъ будетъ единомысліе, и прославится Богъ о Господѣ во Святомъ Духѣ, Отецъ и Сынъ и Святый Духъ».

Первый епископъ, глава Помѣстной Церкви, прежде всего хранитъ единство со своими епископами, а потомъ уже и съ главами другихъ церквей. Ему надо имѣть единство со своими епископами, чтобы имѣть единство со всѣми другими церквами. А если онъ въ расколѣ со своими, то какой же онъ представитель Церкви и членъ Церкви вселенской? Московская Патріархія не выражаетъ голоса епископата россійскаго и его не представляетъ, и какъ звено, не соединяетъ его со вселенскою Церковью, хотя апостольское преемство въ россійской Церкви не изсякло и безъ этого высшаго церковнаго управленія.

Церковь вселенская есть братскій союзъ помѣстныхъ самовозглавляемыхъ или самоуправляющихся автокефальныхъ церквей. Это апостольскій, любовью связанный союзъ подъ единымъ Главою Христомъ. Оформленіемъ его является сначала помѣстный соборъ, какъ братскій съѣздъ епископовъ каждаго народа, а потомъ вселенскій, какъ общеніе представителей и первыхъ епископовъ всѣхъ помѣстныхъ церквей.

Церковь вселенская объединяется для рѣшеній во вселенскомъ Соборѣ, который выражаетъ голосъ ея, опредѣляетъ истинные православные догматы и законы ея управленія, обязательные для всѣхъ ея частей. Вселенскій Соборъ, принятый и признанный Вселенской Церковью, — верховная власть Церкви, столпъ и утвержденіе истины. Поэтому въ догматѣ каѳоличности, вселенскости, въ собранности Церкви воедино лежитъ аргументъ соборнаго управленія ею въ лицѣ равныхъ по полномочіямъ епископовъ Церкви, какъ главъ помѣстныхъ церквей, такъ и епархій. Поэтому словомъ «каѳолическая» обозначается не только Церковь Вселенская, собранная отовсюду, всеобщая, но и Церковь, управляемая вселенскимъ Соборомъ, и въ частяхъ своихъ вообще Соборомъ епископовъ, по-гречески Сѵнодомъ. Поэтому похищеніе общеепископской власти соборной есть уже не расколъ, а ересь единоличнаго управленія церкви епископомъ, отколовшимся отъ соборнаго единства, а потому предосужденнаго уже православной Церковью въ ея отношеніи къ Римскому первому епископу. Безусловно, существу/с. 81/етъ антагонизмъ между Папскимъ единовластіемъ, рѣшенія котораго имѣютъ законную силу и безъ формальнаго согласія епископскаго Собора и прочихъ вѣрующихъ, и соборнымъ началомъ вселенской Православной Церкви.

Догматъ о Церкви, выраженный въ 9-омъ членѣ Сѵмвола Вѣры, былъ нарушенъ въ прошломъ опредѣленнымъ открытымъ образомъ въ Римской Помѣстной Церкви единоличной диктатурой перваго ея епископа, заявившаго претензію на таковое же главенство надъ всею Церковью. Но православная Вселенская Церковь отвергла это притязаніе и порвала общеніе съ Римской помѣстной церковью, и эта церковь таковою же помѣстной и осталась до сего времени, несмотря на свои размѣры, и благодаря именно своей несоборности. Въ ней некому и не для чего собираться при диктатурѣ папы, и происходившіе у нея соборы ничего общаго не имѣютъ съ тѣми, которые были до этой диктатуры. Не для раскрытія же и утвержденія истины они, если вся истина въ папѣ.

Самочиніемъ перваго епископа въ Русской Церкви въ послѣднее время нарушенъ догматъ соборности.

Безплодность защиты.

Мы видимъ еще разъ безплодность защиты м. Сергія и Московской Патріархіи. Правила 14-15 Двукр. Собора говорятъ: «Если пресвитеръ или епископъ, или митрополитъ дерзнетъ отступитъ отъ общенія со своимъ Патріархомъ, и не будетъ возносить имя его по опредѣленному чину, но прежде соборнаго оглашенія и совершеннаго осужденія его учинитъ расколъ, таковому быть совершенно чужду всякаго священства. Отдѣляющіеся же отъ общенія съ представителемъ ради нѣкой ереси, осужденной святыми соборами или отцами, когда, то есть, онъ проповѣдуетъ ересь всенародно и учитъ оной открыто въ Церкви, таковые, если и оградятъ себя отъ общенія съ такъ называемымъ епископомъ, прежде соборнаго разсмотрѣнія, не только не подлежатъ положенной правилами эпитиміи, но и достойны чести, подобающей православнымъ. Ибо они осудили не епископовъ, а лжеепископовъ и лжеучителей, и не расколомъ пресѣкли единство Церкви, но потщились охранить Церковь отъ расколовъ и раздѣленій».

Вотъ содержаніе этихъ правилъ, та стѣна, за которую пытался укрыться м. Сергій.

Кромѣ того, что онъ долженъ былъ считаться съ духовнымъ Соборомъ епископовъ, отъ котораго имѣлъ свои полномочія, и которымъ теперь былъ осужденъ, онъ напрасно думалъ, что нѣтъ основаній считать его и /с. 82/ нарушителемъ догматовъ. Вкрадывающееся зло не сразу распознается членами Церкви. Проповѣдовать и учить ереси всенародно и открыто можно не только словами, но и дѣяніями. Самое похищеніе общеепископской власти, самочиніе и превышеніе своихъ полномочій, или разрывъ единомыслія съ епископатомъ совершились въ моменты изданія деклараціи, принятія условій легализаціи и пренебреженія всеобщимъ протестомъ. Какъ громокъ былъ протестъ, такъ и демонстративно и всенародно было его попраніе. Ссылка же на будущій Соборъ и правила Двукр. Собора была методомъ насилія для уничтоженія общеепископскаго свободнаго мнѣнія, для порабощенія епископата, для обмана его такимъ обѣщаніемъ, которое никогда не будетъ выполнено. Самъ же первый епископъ посчиталъ себя непогрѣшимымъ въ своихъ рѣшеніяхъ, могущимъ повести Церковь куда онъ хочетъ, только пользуясь связанностью епископата и поддержкой для себя отъ насилія власти. Хотя самая опора на указанное правило есть уже сознаніе совершенныхъ нарушеній, но откладываніе суда надъ собою было съ твердой надеждой, что его никогда не будетъ. Это безстыдство перваго епископа никогда не можетъ быть забыто и оставлено безъ должныхъ послѣдствій. Такимъ образомъ, ересь единоличнаго управленія вкралась въ Церковь, и возможность ея въ началѣ, въ 1920 г., когда первый епископъ получалъ полноту власти, превращается въ дѣйствительность его упорными дѣйствіями.

Вполнѣ справедливо было отмѣчено (Сборн. Троица. Письмо пастыря къ пастырю. 1947 г.), что и иконоборчество вначалѣ никѣмъ не почиталось догматической ересью и казалось вопросомъ обрядовымъ, внѣшнимъ, дисциплинарнымъ, и канонически нельзя было возставать противъ Патріарха и Собора. Однако, Церковь почувствовала здѣсь ересь и протестовала противъ нея, и не форма, а правда каноновъ и истина Церкви была съ протестующими и побѣдила.

Безъ законнаго преемства власти.

Преемникъ Патріаршей власти, не имѣющій при себѣ оффиціальныхъ органовъ церковнаго управленія — Сѵнода и Совѣта, и рѣшившій опираться не на епископатъ, а на насиліе большевицкой власти, порвалъ ту тонкую нить законнаго преемства власти, которую имѣлъ въ единоличной передачѣ правъ власти отъ одного къ другому, одобряемую неоффиціальнымъ соборомъ. Превышеніе власти, восхищеніе общеепископскихъ правъ лишило его законнаго преемства власти, потому что онъ посягнулъ на источникъ своихъ правъ, которымъ былъ укрѣпленъ и поддержанъ.

Власть въ Церкви не можетъ быть захваченной, и примѣры без/с. 83/законій въ исторіи не могутъ служить основаніемъ для порядка Церкви. Первый епископъ избирается Соборомъ епископовъ, и власть его стоитъ и падаетъ съ одобреніемъ и неодобреніемъ общеепископскаго рѣшенія. Онъ ничего не можетъ творить безъ разсужденія всѣхъ, а если творитъ и не имѣетъ общеепископскаго одобренія на свои дѣйствія и прервалъ единомысліе, то и преемство потерялъ и не имѣетъ права на управленіе. Управленіе его беззаконное, насильственное.

Епископатъ выразилъ свое несогласіе съ первымъ епископомъ, но не могъ лишить его власти. А первый епископъ настаивалъ на своемъ формальномъ преемствѣ и злоупотреблялъ правами по безсилію епископата.

По слову св. Григорія Богослова «единомысліе дѣлаетъ и единопрестольными, разномысліе же — разнопрестольными, и одно преемство бываетъ только по имени, а другое въ самой вещи» (Сл. 21 похвальное Аѳан. В.).

И вотъ при всемъ томъ, что сохранилось преемство власти только по имени, остались епископы, которые и послѣ протеста не порвали, но подчинились первому епископу до Собора. А коль скоро таковые нашлись и признали власть перваго епископа все еще законной, то нельзя съ этимъ не считаться.

Митр. Агаѳангелъ и его викаріи Варлаамъ и Евгеній (10 мая 1928 г. Ярославль), въ дополненіе къ деклараціи 6 февр., сообщили м. Сергію: «принципіально власть Вашу какъ замѣстителя, не отрицаемъ, распоряженія замѣстителя, смущающія совѣсть и, по нашему убѣжденію, нарушающія церковные каноны, въ силу создавшихся обстоятельствъ на мѣстѣ, исполнять не могли и не можемъ». Только благодаря этому заявленію м. Агаѳангелъ не попалъ подъ запрещеніе.

Однако, до какихъ же поръ епископы, выразившіе протестъ, но согласившіеся подчиняться м. Сергію, должны ждать соборнаго суда? Ясно, что до ближайшаго Помѣстнаго Собора. Но послѣ 18 лѣтъ ожиданія (съ 1927 г.), состоявшійся въ 1945 г. Помѣстный Соборъ въ Москвѣ, который назвался вторымъ, послѣ перваго въ 1917 г., соборнаго суда не производилъ, и епископы эти оказались обманутыми, какъ это и предполагали другіе. На послѣднемъ соборѣ узурпація общеепископской власти, разъ произведенная единоличной властью іерарха, утвердилась безъ суда и разбирательства произшедшихъ беззаконій. Такимъ образомъ, вопросъ о дальнѣйшемъ подчиненіи Московской Патріархіи для таковыхъ отпалъ. Послѣ Собора 1945 г. эта патріархія есть самочинное и незаконное учрежденіе и не подлежитъ никакому признанію и уваженію, какъ таковая, стоящая на ложномъ основаніи въ самомъ своемъ учрежденіи и продолжающая на немъ укрѣпляться при всеобщемъ потворствѣ или вынужденномъ молчаніи.

/с. 84/ Преднамѣренно и недаромъ послѣдній Соборъ былъ обставленъ съ необыкновенной пышностью и наибольшимъ авторитетомъ, чтобы облечь Московскую Патріархію всѣми видами законности и неоспоримыхъ правъ, которыхъ ей не хватало. Но для самой Русской Церкви въ настоящемъ и будущемъ ея исторіи, этотъ день Собора былъ приговоромъ о ея совершенной неканоничности, и для остатковъ стараго епископата и вѣрныхъ и свѣдущихъ сыновъ Церкви концомъ всякаго примиренія, концомъ всякаго общенія съ нею.

Новообновленческій расколъ.

Митр. Сергій, пользуясь поддержкой гражданской власти и невозможностью для епископата собраться въ одно мѣсто для оффиціальнаго собора, принялъ рѣшенія общецерковнаго значенія, пренебрегая его протестомъ, и, такимъ образомъ, восхитилъ себѣ общеепископскія права верховной церковной власти.

Точно такимъ же образомъ, въ свое время, сначала обновленцы, а потомъ григорьевцы, пользуясь поддержкой гражданской власти и заключеніемъ первыхъ епископовъ, п. Тихона и мѣстоблюстителя м. Петра, восхитили себѣ ихъ права высшей церковной власти.

Третій разъ въ одинаковой обстановкѣ, въ однихъ и тѣхъ же условіяхъ, повторилось одно и то же преступленіе — похищеніе высшей церковной власти, причемъ похитители возвышаются по положенію, и похищеніе увеличивается по своему качеству. Въ первомъ расколѣ выступаютъ священники-реформаторы, во второмъ — епископы-староцерковники, въ третьемъ — самъ первый епископъ изъ канонической среды. Обновленцы и григорьевцы похищаютъ единоличныя права перваго епископа, а здѣсь первый епископъ — общеепископскія. Первые производятъ кражу темной ночью общей церковной смуты, тюремнаго заключенія, неизвѣстности положенія, вторая происходитъ среди бѣла дня на глазахъ у всѣхъ. Тамъ — хитрый обманъ и ложь, здѣсь — открытый дерзкій грабежъ и насиліе. Сѵнода, или какого-либо органа, ограничивающаго дѣйствія этого перваго епископа, нѣтъ, а старшихъ епископовъ онъ не только не слушается, но еще и обрушивается на нихъ съ прещеніями. Онъ можетъ дѣлать все, что хочетъ.

Кромѣ того, приняты обновленческія условія легализаціи, оправданы гоненія на Церковь, поставленъ новый епископатъ на мѣсто прежняго, даны прещенія заграницу, установленъ полный контроль безбожниковъ въ Церкви и пособничество имъ въ политическихъ дѣлахъ.

Но отсюда же слѣдуютъ и соотвѣтствующіе уже бывшіе выводы. Какъ захватъ власти Патріарха и мѣстоблюстителя, такъ и власти /с. 85/ общеепископской, и вообще высшей церковной власти, и путь совѣтской легализаціи осуждены уже противообновленческимъ судомъ Церкви и канонами ея. Путемъ похищенія обновленцы и григорьевцы не пріобрѣли законнаго преемства церковной власти, а сергіевцы его потеряли.

Дѣйствія въ пользу враговъ Церкви.

Дѣйствія м. Сергія антиканоничны по ихъ существу и общей формѣ, въ томъ именно какъ они совершены, то есть, прежде всего вопреки разсужденію всѣхъ епископовъ, но они преступны и по фактическому своему содержанію, въ томъ, что имъ совершено и что явилось причиной несогласія всѣхъ епископовъ съ первымъ.

Постановленіемъ Собора 1917 г. «о мѣропріятіяхъ, вызываемыхъ происходящимъ гоненіемъ на Православную Церковь» отъ 5/18 апр. п. 13в определено: «лишать довѣрія и права представительства предателей изъ клира и мірянъ, сознательно дѣйствующихъ въ пользу враговъ Церкви».

Соборъ происходилъ во время гоненій, и его постановленія направляютъ Церковь по опредѣленному руслу и являются закономъ жизни Церкви этого времени. Чтобы отмѣнить ихъ, не могло явиться достаточнаго основанія и авторитета, а потому нарушенія этихъ постановленій относятся къ преступленіямъ. Какія же дѣйствія въ пользу враговъ Церкви совершила Московская Патріархія?

1. Подчиненіе церковнаго управленія врагамъ. Митр. Сергій и Московская Патріархія допустили вмѣшательство во внутреннія церковныя дѣла гражданской и богоборческой власти и, такимъ образомъ, уничтожили каноническую свободу церковнаго самоуправленія и самоорганизаціи, и тѣмъ помогли безбожникамъ нанести ей больше вреда, и сами сдѣлались участниками ихъ преступленій.

Признавъ за большевиками право санкціонировать или отвергать назначеніе епископовъ и клириковъ, сама Московская Патріархія возникла вновь, «употребивъ мірскихъ начальниковъ» (Седьм. 3).

Въ первый періодъ своего замѣстительства, до своего заключенія, м. Сергій имѣлъ власть, какъ и его предшественники, по согласію епископовъ. Во второй разъ, выходя изъ заключенія, онъ ее получилъ изъ рукъ мірскихъ начальниковъ, потому что принялъ ихъ условія легализаціи, уже отвергнутыя ранѣе Церковью и имъ самимъ. Теперь, рѣшившись на эти дѣйствія безъ разсужденія всѣхъ и идя на разрывъ съ епископатомъ, онъ именно за то самое, что лишаетъ его права на власть въ Церкви, и получаетъ вновь ее отъ мірскихъ начальниковъ. Эта измѣна /с. 86/ Церкви и была условіемъ полученія имъ вновь епископской въ Церкви власти. Онъ цѣликомъ и вновь ставленникъ гражданской власти, какъ обновленцы и григорьевцы, на тѣхъ же условіяхъ похитившіе церковную власть. Такимъ образомъ, современная Московская Патріархія основана на завѣдомомъ преступленіи или, какъ выразился о ней одинъ изъ полемистовъ въ Россіи, — «во грѣхѣ рожденная и въ беззаконіяхъ зачатая». Поэтому, по совершенно точному смыслу правила, м. Сергій и Сергіевская Патріархія должны быть низвержены и отлучены, какъ не имѣющіе полномочій Церкви и избранники мірскихъ начальниковъ.

Свои должности получили отъ совѣтской власти и члены Сѵнода. И если право представлять епископовъ къ рукоположенію принадлежитъ только епископамъ (Седьм. 3, Апост. 30), то какое же каноническое значеніе имѣетъ вновь рукоположенный епископатъ, представленный «Совѣтомъ безбожниковъ по дѣламъ Православной Церкви».

2. Перемѣщеніе епископовъ было необходимо для антирелигіозныхъ цѣлей совѣтской власти. Во время гоненій епископы и народъ крѣпко духовно сплотились. Пребывающихъ въ заточеніяхъ и ссылкахъ народъ сугубо почиталъ, и сколько бы эта разлука не длилась, ихъ помнили и поминали за богослуженіями. А когда они возвращались на каѳедры, по окончаніи сроковъ своего заключенія, то ихъ встрѣчали съ величайшимъ торжествомъ. Даже совѣтская террористическая система была безсильна противъ такой организаціи Церкви, единенія архипастыря и паствы и моральнаго вліянія церковнаго руководства: возвращать на каѳедру — торжество и побѣда Церкви, не возвращать — продолжается память объ епископѣ-изгнанникѣ. Что дѣлать? Единственную помощь безбожникамъ по разложенію Церкви и моральной ея дезорганизаціи могла оказать только высшая церковная власть, которая, по ихъ желанію, порвала бы связь епископа съ паствой. Большей частью просто устраняя епископа съ каѳедры, а иногда переводя его на другую, которую и онъ, будучи репрессированъ, также не увидитъ, и она его не знаетъ, и назначая новаго, указаннаго гонителями Церкви, патріархія оказывала подлинную услугу послѣднимъ.

Вотъ почему этотъ пунктъ — устраненіе съ каѳедръ не угодныхъ власти епископовъ — былъ поставленъ въ условія легализаціи высшаго церковнаго управленія.

Всегда были перемѣщенія епископовъ постановленіемъ церковнаго центра, но никогда съ такимъ разрушительнымъ смысломъ и значеніемъ. Не важно, что переводятъ епископа на другую каѳедру, но важно, кто переводитъ и во имя чего. Во время гоненія на Церковь от/с. 87/казавшаяся отъ исповѣдничества церковная власть, въ угоду гонителямъ-безбожникамъ, устраняетъ или перемѣщаетъ съ каѳедры епископовъ-исповѣдниковъ вѣры и правды. И вмѣстѣ съ безбожными властями порываетъ духовныя связи Церкви и лишаетъ членовъ ея источниковъ поддержки и утѣшенія. Переживая остро этотъ тяжкій ударъ, петроградская епархія и ея епископъ, своевременно выразили принципіальный свой протестъ противъ такого открытаго дѣйствія главы Церкви въ пользу враговъ Церкви.

3. Оклеветаніе исповѣдниковъ. 17/30 апр. 1926 г. м. Сергій открыто, не боясь большевиковъ, писалъ м. Агаѳангелу: «никто противъ Вашей личности, какъ таковой, ничего не имѣетъ, особенно послѣ перенесенныхъ Вами лишеній за Церковь Христову». Однако черезъ годъ онъ эти лишенія назвалъ должнымъ наказаніемъ за контръ-революцію. По его новымъ словамъ, «только люди, которымъ кажется, что нельзя порвать съ прежнимъ режимомъ и даже съ монархіей, не порывая съ православіемъ, тормозили усилія установить мирныя отношенія съ совѣтскимъ правительствомъ» (Декл. 16/29 іюля 1927 г.). Въ интервью журналистамъ 15 февр. 1930 г. онъ заявилъ: «предпринятыя совѣтскимъ правительствомъ репрессіи по адресу вѣрующихъ и священниковъ не имѣютъ никакого отношенія къ ихъ религіознымъ убѣжденіямъ. Эти репрессіи вызваны исключительно антиправительственными дѣйствіями» (Вос. Чт. 23 мар. 1930 г.). Въ 1945 г. м. Николай Крутицкій въ Парижѣ заявляетъ то же самое: «Репрессіи были противъ политической дѣятельности духовенства» (В.Ц.Ж. № 4) и т. д. до журнальныхъ статей нынѣшняго дня у Московской Патріархіи. Какіе удивительные вѣрноподданные у совѣтской власти вдругъ явились. Московскіе первосвященники повторяютъ въ точности роль іудейскихъ, которые передъ языческой властью старались показаться ревностными поклонниками римскаго кесаря, и съ ложью, лестью и лицемѣріемъ говорили о Христѣ: «Онъ развращаетъ народъ нашъ и запрещаетъ давать подать кесарю» (Лук. 23, 2). Онъ политически неблагонадежный Человѣкъ. Такъ былъ оклеветанъ Первый Исповѣдникъ Правды.

Это обычный способъ угожденія властямъ, но примѣчательно то, что съ расчетомъ именно пользы, тогда для народа (Іоан. 11, 50) и теперь для Церкви, первосвященники дѣйствуютъ предательствомъ и клеветой на неповинныхъ. Поразительное сходство. Подлинно въ мірѣ сейчасъ происходитъ по образу Христа распятіе Его Церкви.

Оскорбляя и заушая связанный и заключенный епископатъ, Московская Патріархія, вмѣстѣ съ большевиками, объяснила передъ всѣмъ міромъ гоненія на Церковь ея контръ-революціонностью и дѣйствительно развязала руки врагамъ для продолженія и усиленія ихъ еще въ теченіе 13 лѣтъ (1927-1940). Такова роль московскихъ перво/с. 88/священниковъ, «дерзнувшихъ корчемствовать истиной» (Шест. 2).

4. Отрицаніе гоненій. Въ помощь врагамъ Церкви исповѣдники оклеветаны съ такимъ безстыдствомъ, какъ будто налицо нѣтъ никакихъ другихъ признаковъ гоненія на вѣру народа, истребляемую всѣми способами помимо арестовъ служителей ея.

Церковное управленіе прикрываетъ злодѣянія власти противъ Церкви, утверждая, что гоненій никакихъ нѣтъ.

Въ томъ же интервью м. Сергій во всеуслышаніе міра объявилъ: «въ совѣтскомъ союзѣ никогда не было, и въ настоящій моментъ не происходитъ какихъ-либо религіозныхъ преслѣдованій. Многія церкви дѣйствительно закрыты, но закрываются онѣ не по приказу властей, а по желанію населенія, а во многихъ случаяхъ даже по рѣшенію вѣрующихъ».

Совѣтская власть обманываетъ тѣхъ, кого можно обмануть, малыхъ сихъ, простыхъ людей заграницы, которые склонны идти за этой властью, ради обѣщанія благъ земныхъ, но удерживаются слухами о ея антирелигіозныхъ дѣйствіяхъ. Роль Патріархіи — вводить въ заблужденіе, сознательно участвовать въ обманѣ, распространять завѣдомую ложь въ пользу совѣтской власти. Это — открытая измѣна Церкви и ея истинѣ.

Фактъ гоненій установленъ Всероссійскимъ Соборомъ, который принялъ мѣры противъ дѣйствующихъ въ пользу враговъ Церкви и какъ предателей постановилъ лишать ихъ довѣрія и представительства. Почему гоненія перестали быть гоненіями, и какъ можно объявить ихъ несуществующими даже тогда, когда они были въ разгарѣ? Какая наглая вражда съ истиной.

5. Потворство безбожію. Возложеніе всей вины на контръ-революціонность Церкви и отрицаніе факта гоненія, само собой утверждаетъ, что никакой антирелигіозной власти не существуетъ, и безбожія, какъ духовнаго врага христіанъ, нѣтъ.

Мы видѣли, что во всѣхъ документахъ, до паденія м. Сергія, исповѣдовалась правда расхожденія между христіанствомъ и безбожіемъ правящей партіи. Умалчивалось объ этомъ и говорилось о полномъ единеніи только у обновленцевъ, а потомъ у м. Сергія. Какъ бы во исполненіе Совѣтской Конституціи — «Свобода религіозныхъ культовъ и свобода антирелигіозной пропаганды», — Патріархія и останавливается только на своемъ культѣ и отказывается отъ защиты вѣрующихъ и признаетъ право безбожія нападать на религію. Обличать безбожіе, или на него указывать вѣрующимъ какъ на врага, она не смѣетъ.

Такимъ образомъ, церковное управленіе отказывается отъ части населенія христіанской страны, уводимой въ безбожіе, безъ борьбы /с. 89/ отдаетъ столько христіанскихъ душъ, сколько безбожная власть можетъ ихъ взять. Это не пастыри добрые, полагающіе души свои за овецъ своихъ (Іоан. 10, 11). Пастырскій долгъ попирается и нѣтъ заботъ, чтобы взыскать и спасти погибшее (Мѳ. 18, 11). Никто не избавляетъ ихъ отъ волковъ, и они отдаются имъ на съѣденіе. Злу попускается свободно возрастать, вниманіе и бдительность народа усыпляется, достоинство Церкви въ свидѣтельствѣ истины съ малой хотя долей мужества не соблюдается. Церкви, воинствующей на землѣ за спасеніе чадъ своихъ, нѣтъ. Слово духовныхъ руководителей больше не приправлено солью (Кол. 4, 6), ибо оно растворилось въ компромиссахъ. Нѣтъ сопротивленія врагу, нѣтъ воодушевленія для борьбы. При полномъ разгромѣ объявлено благополучіе. Это — лжепророки, которые говорятъ «миръ, миръ, — а мира нѣтъ» (Іерем. 6, 14).

6. Молитва за власть враговъ Церкви. 8/21 окт. 1927 г. м. Сергій издалъ указъ о поминовеніи властей за богослуженіемъ.

Если власть языческая, то она въ древности всегда признавала себя учрежденіемъ божественнымъ, по закону естественной справедливости служила для наказанія зла и поощренія добра, и хотя не знала Христа, но и неповинна была въ заблужденіяхъ своей вѣры и достойна была молитвъ за себя по слову Апостола (Рим. 13, 1-7. 1 Тим. 2, 1-3). Но если эта власть отступническая, которая знаетъ Христа, но отвергаетъ Его и возстаетъ на Него и гонитъ вѣру Божію вообще, то за нее, какъ согрѣшающую грѣхомъ къ смерти, нельзя молиться (1 Іоан. 5, 16).

«Грѣхъ къ смерти есть, когда нѣкіе, согрѣшая, въ неисправленіи пребываютъ. Горше же сего то, когда жестоковыйно возстаютъ на благочестіе и истину, предпочитая мамону послушанію передъ Богомъ, и не держась Его уставовъ и правилъ. Въ таковыхъ нѣтъ Бога»... (Седьм. 5). Сказанное по другому поводу, это правило наиболѣе относится къ большевикамъ, которые именно таковы: жестоковыйно возстаютъ на благочестіе, не имѣютъ Бога и пребываютъ въ неисправленіи.

Неисправленность же или грѣхъ къ смерти есть отверженіе покаянія и дара Божія прощенія грѣховъ, того минимума, послѣ котораго ничего не остается для спасенія человѣка. Духъ Святый именно для прощенія грѣховъ и данъ Спасителемъ ученикамъ дуновеніемъ устъ Его: «примите Духа Святаго, кому простите грѣхи, тому простятся, на комъ оставите, на томъ останутся» (Іоан. 20, 22-23). Отверженіе благодатнаго прощенія грѣховъ или нераскаянность и есть та хула на Духа Святаго, которая не простится ни въ семъ вѣкѣ, ни въ будущемъ (Матѳ. 12, 31-32).

Патріархъ Тихонъ въ посланіи 19 янв. 1918 г. объявилъ большевикамъ: «властью, данной намъ отъ Бога, запрещаю вамъ приступать /с. 90/ къ Тайнамъ Христовымъ, анаѳематствуемъ васъ, если только вы носите еще имена христіанскія и по рожденію своему принадлежите къ Церкви Православной». Хотя въ своемъ обращеніи въ Верховный Судъ 16 іюня 1923 г. Патріархъ и раскаивался въ этомъ проступкѣ, но, во-первыхъ, его выступленіе было принято цѣлымъ Соборомъ, и имъ однимъ отмѣнено быть не можетъ, а, во-вторыхъ, власть не исправилась и не покаялась, чтобы имѣлось малѣйшее основаніе снять съ нея отлученіе, которое и остается въ полной силѣ.

Еп. Николай (управл. Владимір. епархіей) своевременно (1928 г.) заявилъ, что поминовеніе отлученныхъ за литургіей есть богохульство. Поскольку эта власть остается неисцѣльно богоотступной и богоборной, къ ней приложимо только моленіе помяника и молебна: «мерзкое и богохульное агарянское царство вскорѣ испровергни и благовѣрнымъ царемъ предаждь». Такъ именно молились о паденіи власти Юліана Отступника св. Григорій, отецъ св. Григорія Богослова, и св. Василій Великій, ни о какой лойяльности къ отступнику не помышлявшіе.

Если совѣтская власть требовала отъ Московской Патріархіи поминать себя за богослуженіемъ, то надо было имѣть мужество отказать ей въ этомъ, потому что, какъ безбожная, невѣрующая, она не нуждается въ этихъ молитвахъ, а если нуждается, то только въ опредѣленномъ смыслѣ этихъ молитвъ — объ обращеніи ея къ вѣрѣ отъ пути погибели и всякаго злодѣйства, что не могло бы служить ея престижу.

Однако, Московская Патріархія ввела это богохульство — молитву къ Богу объ утвержденіи власти враговъ Божіихъ — въ богослуженіе съ исключительно провокаціоннымъ смысломъ: провѣрить отношеніе приходовъ къ совѣтской власти и къ новой позиціи Патріархіи, принявшей условія легализаціи, и, такимъ образомъ, она отдала непокорныхъ этому постановленію на новыя репрессіи гражданской власти.



Всѣ эти дѣйствія Московской Патріархіи въ пользу враговъ Церкви, — подчиненіе имъ церковнаго управленія, перемѣщеніе епископовъ, оклеветаніе исповѣдниковъ, отрицаніе гоненій, потворство безбожію и молитва за ихъ власть — караются высшей церковной властью Собора не только лишеніемъ довѣрія и права представительства, но и другими большими и предѣльными карами.

Опредѣленіе Священнаго Собора «о мѣропріятіяхъ къ прекращенію нестроеній въ церковной жизни», 6/19 апрѣля 1918 г., оповѣщаетъ вѣрныхъ чадъ Церкви:

«Разсудивъ о нѣкоторыхъ епископахъ, клирикахъ, монашествующихъ и мірянъ, не покоряющихся и противящихся церковной власти /с. 91/ и обращающихся въ дѣлахъ церковныхъ къ враждебному Церкви гражданскому начальству и навлекающихъ черезъ то на Церковь, ея служителей, ея чадъ и достояніе многоразличныя бѣды, — Священный Соборъ таковыхъ осуждаетъ, какъ богопротивниковъ, и постановляетъ:

1. Епископъ, противящійся высшей церковной власти и обращающійся при семъ за содѣйствіемъ къ власти гражданской, запрещается въ священнослуженіи съ преданіемъ церковному суду; и если, засимъ, по троекратномъ приглашеніи, не явится лично на сей судъ, то извергается изъ сана (Ап. 74, Двукр. 14).

2. Священнослужители, состоящіе на службѣ въ противоцерковныхъ учрежденіяхъ, а равно содѣйствующіе проведенію въ жизнь враждебныхъ Церкви положеній декрета о свободѣ совѣсти и подобныхъ ему актовъ, подлежатъ запрещенію въ священнослуженіи и въ случаѣ нераскаянія извергаются изъ сана (Ап. 62, Седьм. 12, 13, Петр. Ал. 10)».

Расчетъ пользы церковной.

Въ чемъ польза Церкви во время гоненій? Общеизвѣстно, что въ проявленіи нравственныхъ силъ мужества, бодрости, твердости, терпѣнія въ страданіяхъ и испытаніяхъ и въ рѣшимости на смерть. Церковь встрѣтилась съ врагами Бога и Христа. Ее преслѣдуютъ и уничтожаютъ за ея вѣру. Въ условіяхъ сраженія, на войнѣ, когда открылось такое кровопролитіе, и Церковь получила столько ранъ, ей нужно хранить вѣру, догматы, каноны или порядокъ своей внутренней жизни именно «всеоружіемъ Божіимъ», имѣя поясъ истины, броню праведности, обувь мира, щитъ вѣры, шлемъ спасенія, мечъ слова Божія, устное исповѣданіе правды, вѣрность до смерти, до вѣнца жизни вѣчной (Еф. 6, 13-17; Мѳ. 10, 17-20; От. 2, 10). Ни нравственность безъ догматовъ и каноновъ, ни каноны и догматы безъ нравственности, ибо они органически вкоренены другъ въ друга. Въ духовной же борьбѣ низложенный духъ и павшая нравственность — причина поврежденія и самыхъ догматовъ и каноновъ и всего порядка Церкви. Поэтому показателемъ величайшаго духовнаго упадка церковныхъ людей нашего времени это ихъ неспособность замѣчать пробѣлъ въ этомъ принципѣ въ поведеніи Московской Патріархіи или считать его несущественнымъ. Даже въ правилахъ мірской войны духовная сила солдата ставится во главу угла военнаго успѣха. Мы же теперь подчеркиваемъ необходимость храненія догматовъ и каноновъ, умалчивая о нравственности, какъ будто безъ нея можно сохранить ихъ. А въ ней то и заключена главная польза Церкви, фундаментъ ея жизни, ея /с. 92/ духовная природа. Кажется, по времени, мы принуждены проповѣдовать азбуку христіанства.

Въ десятилѣтній каноническій періодъ Церковь пережила истинную свободу, которая заключалась въ исповѣдничествѣ среди страданій, въ физическихъ узахъ, но въ духовной независимости отъ враговъ, въ жизни по своимъ внутреннимъ законамъ. Въ неканоническій періодъ она попала въ тяжкое рабство и связанность отъ богоборческой власти, и Патріархія надѣла на себя духовныя узы лжи, неправды и всякаго беззаконія.

Бывшее въ теченіе десяти лѣтъ положеніе Церкви было нормальнымъ, и инымъ не могло быть въ этихъ условіяхъ. Въ теченіе двухъ послѣднихъ лѣтъ этого періода Церковь уже побѣдила враговъ стойкостью, сдѣлавъ безплодными ихъ попытки ее поработить, и страданіями почти завоевала себѣ свободу церковнаго бытія въ совѣтскихъ условіяхъ.

Отдѣлить политику отъ религіи было трудно, ибо, исповѣдуя религію, ты дѣлаешься противникомъ власти, которая съ религіей борется. Надо или отказаться отъ религіи, или не бояться обвиненія въ противленіи власти. М. Агаѳангелъ издалъ тайное посланіе, въ которомъ писалъ: «я не призываю васъ къ противленію гражданской власти, все, что она требуетъ отъ васъ, не противнаго нашей христіанской совѣсти, исполняйте, но блюдите чистоту вѣры»... (Путь № 11). Во всемъ этомъ была безукоризненная нравственная честность. Никто не подумалъ, что всѣ средства хороши для блага Церкви.

Великая польза для Церкви имѣть центральное церковное управленіе, но оно представлялось или существующимъ въ своей позиціи безкомпромиссной правды или совсѣмъ несуществующимъ по закону децентрализаціи (отъ 7/20 ноября 1920 г.), когда епархіальный архіерей, если не могъ найти и составить собора архіереевъ, могъ принять на себя всю полноту власти. Надо было посмотрѣть, что дѣлали бы большевики безъ центральнаго церковнаго управленія, которое имъ было такъ нужно, если бы оно закрылось послѣ ультиматума первоіерарха прекратить насиліе надъ Церковью и епископатомъ, безъ котораго онъ не можетъ составить управленія всею Церковью.

Немыслимо, чтобы управленіе могло существовать легально, тихо и безмятежно при нелегальной гонимой и уничтожаемой Церкви. Принципъ нравственности, съ его пользой для Церкви торжествуетъ. Такимъ образомъ, обвиненіе противъ сергіевской патріархіи усиливается, какъ только ясенъ другой, положительный путь Церкви, чѣмъ тотъ, который она избрала.

Понятіе пользы у Московской Патріархіи. Это сохраненіе себя или центральнаго церковнаго управленія во что бы то ни стало, жертвами и средствами. М. Сергій не преподалъ порученіе /с. 93/ епархіальнымъ архіереямъ о власти на мѣстахъ, какъ м. Агаѳангелъ и архіеп. Серафимъ Углицкій. Онъ полагалъ, что будетъ самъ распоряжаться всѣми церковными дѣлами, и даже можетъ порвать съ епископатомъ. Ему казалось, что и нравственностью можно поступиться ради такой выгоды Церкви, какъ это ея управленіе. Предложеніе совѣтской власти сохранить его въ эпоху гоненій на условіяхъ нѣкоторыхъ нравственныхъ компромиссовъ ради только политики ея явилось поистинѣ великимъ соблазномъ для первоіерарха. Польза показалась несомнѣнной. Но предполагалъ ли первый епископъ, что врагъ поставитъ его въ трагическія противорѣчія и рядомъ съ собой для нанесенія вреда Церкви? Трудно перехитрить діавола, компромиссъ съ нимъ губителенъ и всегда несетъ въ себѣ пораженіе.

Однако, можетъ быть, политика и средства Патріархіи подъ конецъ оправдали себя, и она выиграла въ борьбѣ: какая-то свобода дана, и сама Церковь дождалась легализаціи, а не одно ея управленіе. Но заслуга ли это Патріархіи и результатъ ли ея компромиссовъ?

Когда Церковь, многолѣтнимъ гоненіемъ, при помощи того же управленія, была обезсилѣна до послѣдняго предѣла, до полнаго изнеможенія и перестала быть опасной для безбожія, тогда, въ связи съ новымъ этапомъ внѣшней политики совѣтовъ, въ агитаціонно-пропагандныхъ цѣляхъ, сдѣлана временная уступка Церкви. Вмѣстѣ съ вѣрующими разныхъ странъ, обманутыми нынѣшней русской церковной свободой, совѣтская власть хочетъ бороться за міровую революцію, за интернаціоналъ, а потомъ уже за полное уничтоженіе всякой вѣры и религіи у себя и во всѣхъ странахъ. Это — обычный совѣтскій методъ, доказанный уже въ разныхъ сферахъ ея дѣйствій. Съ временнымъ попутчикомъ къ главной цѣли, а потомъ ликвидація попутчика (см. «Соврем. сост. Пр. Ц. въ СССР» Пр. М. П.). Въ свое время совѣтская власть создала себѣ удобное церковное управленіе, держала его наготовѣ на всякій случай и теперь возлагаетъ на него свои новыя политическія задачи. Несомнѣнно это хорошо для совѣтской власти, но хорошо ли для Церкви имѣть наготовѣ такую церковную власть съ такою ролью? Не лучше ли было бы, если бы церковное управленіе создалось вновь изъ освобожденныхъ заключенныхъ, если дѣйствительно нужно дать подлинную свободу Церкви и этому пришло время.

«Свобода» нынѣшняя явилась сама собой, неоффиціально, безъ измѣненія параграфа конституціи и программы партіи, а потому безъ всякихъ гарантій на будущее, съ возможностью быть отнятой въ любое время, безъ общедоступной печати, безъ готовыхъ кадровъ духовенства, множество котораго остается въ заключеніи, при закрытыхъ центральныхъ храмахъ страны. Но самое печальное въ этой «свободѣ» то, что она по своему смыслу является новой и самой грандіозной /с. 94/ провокаціей, которая когда-либо была до сего времени.

Большевиковъ всегда безпокоила Катакомбная Церковь, и они жестоко съ нею боролись. Она не выяснена была въ своемъ составѣ, но все же создавалась увѣренность въ ея слабости. Однако, подъ нѣмецкой оккупаціей во время войны, она обнаружилась въ большой народной мощи, и большевикамъ пришлось теперь сдѣлать у себя отдушину свободы, чтобы выяснить себѣ весь ея составъ до конца и начисто. При всемъ томъ, что интеллигенція, молодежь и чиновничій классъ служащихъ достаточно отгорожены отъ религіи, власть узнаетъ теперь, кто все же просачивается въ религію. Въ самой Церкви остатки старой духовной интеллигенціи выведены сейчасъ въ епископы, собраны въ монастыри и поставлены на другія должности. Церковь естественно выходитъ изъ катакомбъ, изъ подполья, а безбожники, во главѣ съ «Совѣтомъ по дѣламъ Православной Церкви», работаютъ по учету послѣднихъ религіозныхъ силъ страны для послѣдняго ликвидаторскаго шага въ будущемъ. Горе тѣмъ, кто вышелъ изъ своего сокрытія. Но Церковь не довѣряетъ этой свободѣ, отлично изучивъ своего врага, не довѣряетъ и легальнымъ священникамъ. Такъ, напримѣръ, въ данный моментъ практикуется общая исповѣдь, которая снимаетъ со священника обязанность тайнаго сыска и подозрѣнія въ тайномъ руководствѣ вѣрующими. Но вѣрующіе имѣютъ одиночную исповѣдь и указываютъ на эту возможность по секрету другъ другу. Катакомбные священники имѣются и должны быть въ силу ограниченности и ненадежности полученной свободы. Такимъ образомъ происходитъ только видъ отступленія большевиковъ передъ религіей, но на самомъ дѣлѣ это есть обходное движеніе въ цѣляхъ нанесенія ей окончательнаго пораженія. Нынѣшняя свобода опаснѣе прежняго гоненія. Какія здѣсь полезныя для Церкви достиженія Патріархіи — мы не видимъ.

Цѣли и средства. Цѣль — сохранить Патріархію какъ Патріархію, а не правду, съ которой она стоитъ и падаетъ, — нанесла великій вредъ Церкви. Коль скоро и Церковь ставитъ себѣ внѣшнія цѣли, а не духовныя, внутреннія, то она падаетъ со своей высоты и принимаетъ средства ей несвойственныя. Она бросаетъ «всеоружіе Божіе», а берется за оружіе человѣческое, а въ данномъ случаѣ оружіе враговъ своихъ (по принципу — надо съ врагомъ бороться его оружіемъ) — дипломатію, ложь, клевету, обманы, хитрости, чѣмъ изобилуютъ документы этого пути. На самомъ дѣлѣ наше оружіе правды превосходнѣе оружія нашихъ враговъ, и ему обезпечена вѣчная побѣда, хотя бы оно въ настоящемъ заключалось только въ крестѣ уничиженіяхъ, страданія и самой смерти. Поэтому принять по своему принципъ враговъ (ленинскій) — «нравственно все, что служитъ на пользу пролетаріата», — это значитъ измѣнить Церкви. Но пролетаріатъ также вхо/с. 95/дитъ въ Церковь, и даже не о его пользѣ позаботилась Патріархія.

Если бы во время сраженія, предъ лицомъ врага, командиръ сказалъ солдатамъ, что они сражаются не за отечество и могутъ бросить оружіе и сдаться врагу, то такой вождь, будучи предателемъ и измѣнникомъ отечеству, можетъ внести великое смущеніе въ ряды войска. Такое точно впечатлѣніе было въ церковномъ народѣ, когда глава Церкви объявилъ, что Церковь преслѣдуютъ не за Христа, а за противленіе властямъ. Самую де религію никто не гонитъ и не уничтожаетъ. Однако м. Сергій сталъ изображать изъ себя чуть не страдальца, когда Патріархію стали осаждать епископы, священники и міряне со своими протестами и замѣчаніями. Въ своемъ протестѣ Церковь показала, что имѣетъ мужество бороться, въ то время какъ первый епископъ его потерялъ. Вѣрующій народъ боролся за чистоту вѣры, за Церковь, ясно сознавая, гдѣ правда и гдѣ измѣна, гдѣ Церковь и гдѣ отступники, свято чтилъ имена исповѣдниковъ іерарховъ и за вѣрность однимъ этимъ именамъ шелъ на мученичество. Теперь онъ потерялъ ясность этого вѣдѣнія, стерлись границы правды и лжи, Церкви и отступниковъ, имена исповѣдниковъ забыты. На смѣну религіозному подъему и готовности къ борьбѣ и стоянію за вѣру пришли апатія, равнодушіе и инертность въ сердца множества слабыхъ. Смущеніе было повсемѣстнымъ и великимъ. Народъ лишился нравственной поддержки отъ своихъ духовныхъ вождей, которые еще не такъ давно были такъ дороги народу и своимъ исповѣданіемъ исполняли всю Церковь внутреннимъ ликованіемъ при внѣшнемъ гоненіи. Церковная Власть морально теперь была низложена и умерла вовсе какъ духовная сила до нынѣшняго дня. Церковный народъ предоставленъ былъ самъ себѣ. Чаша его скорбей выпита имъ до дна. Надо было быть въ то время въ Россіи, чтобы видѣть и слышать ту скорбь народа, когда онъ метался и не зналъ куда идти. Онъ былъ разсѣянъ какъ овцы, не имѣющія пастыря. Церковь — убѣжище правды, истины, добра на землѣ, пристанище и утѣшеніе отъ лжи и зла. «Это мѣсто, — по словамъ еп. Дамаскина, — куда не захлестнутъ мутныя воды неправды, это — престолъ, на которомъ сама Истина утверждаетъ свое царство. Но если оттуда, съ высоты амвона, зазвучатъ слова лицемѣрія, человѣкоугодничества и клеветы, то ложь торжествуетъ свою конечную побѣду надъ міромъ, и тамъ гдѣ свѣтитъ образъ Воплощенной Истины, смѣется уже въ отвратительной гримасѣ отецъ лжи. Тогда уже и здѣсь не истина, безъ которой мы не можемъ дышать, а такая же ложь, какъ и во всемъ, лежащемъ во злѣ мірѣ. Не найдетъ больше человѣкъ утѣшенія среди всеобщаго растлѣнія, нѣтъ Церкви, какъ столпа и утвержденія истины».

Сергіевское церковное управленіе не служило сохраненію ни единаго зерна вѣры въ этомъ народѣ. Напротивъ, оно сдѣлало все, /с. 96/ чтобы подорвать и унизить ее. И только вопреки, а не благодаря ему, народъ сохранилъ свою вѣру. Теперь оно дискредитировало себя въ глазахъ народа навсегда непоправимо, какъ нравственно падшее. Существуетъ расколъ между русскою Церковью и ея управленіемъ. Создано внѣшнее единство тамъ, гдѣ въ сердцахъ, въ корнѣ и въ сущности полное разобщеніе. Внѣшняя оболочка прикрываетъ внутреннее расхожденіе. Въ нынѣшнемъ единеніи Церкви съ Московской Патріархіей есть ложь. Внутри самой Церкви нѣтъ тѣхъ согласія, единства и любви, которыя въ ней были раньше.

Патріархія хотѣла пользы Церкви, но принесла епископату вредъ и народу вредъ. Кому же польза? Одному высшему Церковному Управленію, которое все сдѣлало, все принесло въ жертву для своего сохраненія. И что же, — принятыя условія легализаціи, какъ условія союза Церкви со своими гонителями, уничтожали духовное и юридическое значеніе самой Церковной власти. Дурныя средства загубили хорошую цѣль.

Личныя характеристики.

Интересенъ человѣкъ, который, получивъ въ критическую пору укрѣпленіе законнаго преемства своей власти общеепископскимъ мнѣніемъ, затѣмъ рѣшилъ дѣйствовать безъ его согласія и наперекоръ ему, пользуясь поддержкой насилія гражданской власти и формальной невозможностью созвать Соборъ и судить его дѣйствія. Передъ нами мудрый ли политикъ, который зналъ цѣль, къ которой шелъ и, укрѣпивъ сначала свое положеніе среди епископата, потомъ повелъ его за собой, куда хотѣлъ; предатель ли онъ по расчету, какъ Іуда, или павшій отъ временнаго страха и малодушія, какъ ап. Петръ?

Можетъ быть ни то, ни другое, или то и другое по немногу, по мелкости своего масштаба. М. Сергій — человѣкъ умственно даровитый, житейски опытный, но прошедшій путь нравственныхъ сдѣлокъ и изощренный въ эластичныхъ отношеніяхъ съ сильными міра и съ выгодами момента. Онъ не злонамѣренный, а слабовольный. Переоцѣнивъ значеніе для религіозной жизни внѣшнихъ условій, онъ средствомъ для цѣли избралъ не исповѣданіе церковной истины, а личную хитрость, неискренность, политиканство. Такъ и высшая церковная власть потеряла различіе добра и зла, святого и не святого, что входитъ въ обязанность священника Божія Ветхаго Завѣта (Лев. 10, 10-11). Дѣянія ея исходятъ отъ лица, потерявшаго пастырскую мораль, имѣвшаго достаточную практику въ нетвердыхъ принципахъ.

По нѣкоторымъ біографическимъ даннымъ, моральныя качества /с. 97/ Московскихъ іерарховъ не очень высоки и предопредѣлили ихъ настоящій путь.

Нѣкогда Сергій, архіеп. Финляндскій, будущій митрополитъ и патріархъ, присоединился къ завѣдомо неканоническому мнѣнію Іоанникія, еп. Архангельскаго, о допущеніи второго брака для вдовыхъ священниковъ и дьяконовъ. (см. Отзывы епарх. арх-въ по вопр. о церк. реф. 1906 г.).

Когда Распутинъ протежировалъ Варнаву въ епископы, то Святѣйшій Сѵнодъ, подъ предсѣдательствомъ м. Антонія (Вадковскаго) отказалъ въ этомъ, но временный замѣститель послѣдняго, арх. Сергій, въ угоду Распутину, затѣмъ провелъ это дѣло черезъ Сѵнодъ.

На смерть члена Думы Караулова онъ говоритъ чисто кадетскую рѣчь на удивленіе всѣмъ.

Послѣ февральскаго переворота, когда, назначенный Временнымъ Правительствомъ, оберъ-прокуроръ Сѵнода началъ самоуправно распоряжаться увольненіемъ и назначеніемъ епископовъ, Сѵнодъ въ своемъ засѣданіи, постановилъ, въ случаѣ продолженія таковой дѣятельности новаго оберъ-прокурора, выйти въ отставку. Въ этомъ постановленіи принималъ участіе и арх. Сергій. Когда же всѣ члены Сѵнода, вмѣстѣ съ арх. Сергіемъ, дѣйствительно подали въ отставку, а оберъ-прокуроръ, чуть ли не на другой день, приступилъ къ организаціи новаго Сѵнода, то дѣятельное участіе въ этомъ дѣлѣ принималъ и архіепископъ Финляндскій, и самъ вошелъ въ составъ новаго Сѵнода. Такимъ образомъ показалъ себя очень невѣрнымъ братомъ.

Послѣ октябрьскаго переворота м. Сергій попадаетъ въ тюрьму. Но онъ тамъ не засиживается. Въ тюрьму является извѣстный Владиміръ Путята, за чудовищныя дѣянія лишенный Соборомъ 1917 г. архіерейскаго сана и отлученный отъ Церкви, который въ это время сблизился съ большевиками. Въ результатѣ таинственныхъ переговоровъ м. Сергія немедленно выпускаютъ изъ тюрьмы. М. Сергій пишетъ огромный докладъ въ защиту Путяты Патріарху и Сѵноду, которые единогласно отвергли это ходатайство.

Въ посланіи къ своей паствѣ, изъ Нижняго Новгорода въ 1922 г. онъ проявляетъ исключительную нравственную приспособляемость къ властямъ.

При изъятіи церковныхъ цѣнностей Сергій, митрополитъ Владимірскій, сталъ противникомъ мнѣнія Патріарха по этому поводу.

16 іюня 1922 г. митроп. Сергій, и съ нимъ архіеп. Евдокимъ и архіеп. Серафимъ (Мещеряковъ), по поводу возникновенія самочиннаго высш. церк. управленія обновленцевъ объявилъ: «Разсмотрѣвъ платформу ВЦУ и каноническую законность управленія, заявляемъ, что цѣликомъ раздѣляемъ мѣропріятія ВЦУ, считаемъ его един/с. 98/ственной канонической законной верховной церковной властью, и всѣ распоряженія, исходящія отъ него, считаемъ вполнѣ законными и обязательными. Мы призываемъ послѣдовать нашему примѣру всѣхъ истинныхъ пастырей и вѣрующихъ сыновъ Церкви, какъ ввѣренныхъ намъ, такъ и другихъ епархій».

Въ январѣ 1924 г. м. Сергій въ Москвѣ приноситъ всенародное покаяніе передъ Церковью и Патріархомъ въ своемъ отступленіи въ обновленчество, и получаетъ изъ рукъ Патріарха архіерейскую мантію и бѣлый клобукъ.

Конечно, послѣ такого паденія нельзя было заканчивать рѣшенія о немъ только волею Патріарха, какъ о каждомъ покаявшемся. Надо было допустить до священнослуженія, но оставить подсуднымъ Собору, и тѣмъ болѣе нельзя было ставить его во главѣ Церкви.

Крайняя неустойчивость взглядовъ м. Сергія разительна.

Въ 1922 г. м. Сергій признаетъ обновленчество, въ 1924 г. кается въ этомъ передъ Патріархомъ. Въ 1927 г. самъ становится на его платформу.

Въ 1926 г. считаетъ совѣтскую легализацію григорьевскаго высш. церк. совѣта «признакомъ неправославія», а затѣмъ самъ добивается ея на тѣхъ же условіяхъ попранія внутренней свободы Церкви.

Въ 1926 г. онъ даетъ совѣтъ заграничнымъ православнымъ епископамъ создать тамъ самостоятельное церковное управленіе, а ровно черезъ годъ осуждаетъ такое желаніе ихъ.

Нынѣшній преемникъ митр. и патріарха Сергія, епископъ Алексѣй, находясь еще въ Новгородѣ, попалъ въ Петербургскій кружокъ баронессы Икскуль, штабъ Распутина, и здѣсь познакомился съ нимъ, и черезъ его посредство имѣлъ аудіенцію у Императрицы. Для него не было достаточно знакомство со св. мученицею Великой Княгиней Елизаветой Ѳедоровной, которая была съ нимъ весьма любезна и дарила ему дорогіе подарки. Это обстоятельство много испортило репутацію среди почитателей молодого епископа-карьериста.

Какъ извѣстно, въ гибели митроп. Петроградскаго Веніамина рѣшительную роль сыграло его осужденіе обновленчества и отлученіе Александра Введенскаго отъ Церкви. Вслѣдъ за арестомъ митроп. Веніамина еп. Алексій снялъ запрещеніе съ обновленцевъ, на что не имѣлъ никакого права и чѣмъ возмутилъ вѣрный епископатъ. Поэтому, когда митроп. Сергій ввелъ архіеп. Алексія въ свой легализованный Сѵнодъ, то петроградская епархія въ декабрѣ 1927 г. протестовала передъ м. Сергіемъ противъ допущенія въ члены Сѵнода такого епископа, однако, самъ впадавшій въ обновленческій грѣхъ, защищалъ подобныя ошибки другихъ.

/с. 99/ Репутація епископа Алексія Симанскаго была такая же, какъ и м. Серафима Тверского. «Отвѣтъ неразумнымъ и осторожнымъ» — неизвѣстный документъ отъ 13 апрѣля 1928 г. говоритъ: «Мы не настаиваемъ, что онъ (м. Сергій), лично доносчикъ, но важно, что за него и несогласіе съ нимъ гонятъ, и что около него есть завѣдомые предатели, какъ Серафимъ Тверской, Алексѣй Симанскій и др. отъ сѵнодальныхъ членовъ».

Назначеніе Іосифа митрополитомъ Петроградскимъ арх. Алексій встрѣтилъ враждебно и завистливо и много противъ него интриговалъ, писалъ доносы въ ГПУ. Митроп. Іосифъ пребывалъ въ заключеніи многократно и въ 1938 г. разстрѣлянъ. Его каѳедру занималъ митроп. Алексій, красный орденоносецъ, а потомъ Патріархъ.

Еписк. Николай (Ярушевичъ) Сестрорѣцкій (теперь митр. Крутицкій) управлялъ Петроградской епархіей въ то время, когда митр. Іосифъ былъ заключенъ, а митроп. Сергій издалъ свою декларацію 1927 г. и всецѣло сталъ на сторону послѣдняго. Чтобы увлечь народъ за собой, онъ скрылъ отъ народа указъ м. Сергія о поминовеніи властей и усиленно распространялъ ложь про борцовъ за внутреннюю свободу Церкви отъ богоборной власти. Введенный въ заблужденіе народъ раздѣлился на три части, но въ большинствѣ пошелъ за епископомъ Николаемъ. Ложь, обманъ и клевета возымѣли свою силу.

Надлежитъ и вообще разслѣдовать, кто изъ епископовъ и духовенства сталъ секретнымъ сотрудникомъ совѣтскаго церковнаго надзора и предавалъ своихъ братьевъ.

Общая характеристика духовенства, какъ нами уже сообщалось, («Современный составъ Ц. В. СССР», 1946 г.) такова. «Весь клиръ находится въ полной зависимости отъ произвола большевиковъ, которые однихъ допускаютъ къ легальному священнодѣйствію, а другихъ устраняютъ, естественно, предпочитая худшихъ лучшимъ. Люди, не обладающіе выдающейся силой нравственнаго характера, готовы идти на всякія сдѣлки съ совѣстью и пресмыкаются передъ большевиками, только бы послѣдніе оставили ихъ въ покоѣ. Весь клиръ прошелъ извѣстный фильтръ и избавиться отъ тюрьмы и ссылки онъ не можетъ безъ компромисса, если еще власти его предлагаютъ. Всѣ вывѣрены черезъ репрессіи. Изъ небольшаго остатка старыхъ епископовъ, не говоря уже о новыхъ, всѣ были въ заточеніяхъ и не даромъ получили свободу. Нынѣшній патріархъ Алексій былъ въ ссылкѣ въ Семипалатинскѣ, Николай, митроп. Крутицкій, былъ въ Усть-Сысольскѣ, митропол. Ленинградскій Григорій, бывшій протоіерей Чуковъ, вмѣстѣ съ митрополитомъ Веніаминомъ былъ приговоренъ къ разстрѣлу, но помилованъ. Всѣ прошли черезъ тюрьмы и всѣ получили предложеніе сотрудничать, и кто на это не согласился, тотъ изъ тюрьмы и не вышелъ».

/с. 100/ Если терроръ имѣетъ такое огромное вліяніе на поведеніе іерарховъ Московской Патріархіи, то напрасно говорить о расчетахъ пользы церковной и видѣть въ этомъ мудрость, политику, выгоду, надежду. Ничего подобнаго нѣтъ у нея. Всѣ позиціи ея не проданы ею, а отданы, какъ отдаетъ ихъ человѣкъ, который подписываетъ свой собственный смертный приговоръ. Его освѣдомляютъ о приговорѣ, и онъ расписывается, что читалъ. Если онъ остается еще живъ, то живетъ каждый день на милость побѣдителя и дѣлаетъ все, что приказано. Онъ работаетъ, какъ обреченный на смерть рабъ, у котораго вынуто изъ души все и которому нѣтъ никакого дѣла до морали и стыда. Это давно все уничтожено. Смертный же приговоръ можетъ быть приведенъ въ исполненіе въ любой день. Работай на каждый день. Если ни одинъ человѣкъ въ Россіи не имѣетъ гарантіи существованія на одинъ день, и находится не подъ закономъ, а подъ диктатурой, которая сознательно отрицаетъ законъ, то что же тѣ, кто заранѣе приговорены къ смерти, какъ оффиціальная Церковь въ Россіи, которой продлеваютъ существованіе сообразно требованіямъ общей политики, и поскольку нужно, чтобы Церковь лила воду на мельницу міровой революціи. Это временный попутчикъ, съ которымъ давно рѣшено разсчитаться по миновеніи надобности.

Итакъ, мы безусловно имѣемъ передъ собой падшихъ во время гоненій, которые, подъ угрозой смерти, приносятъ жертвы новымъ совѣтскимъ идоламъ.

Падшіе во время гоненій.

Двадцатое столѣтіе принесло намъ кровавое гоненіе на христіанство и на всякую уже вѣру въ Божество, напомнившее намъ древность, но и неслыханное въ древности.

Святые каноны Церкви остаются неотжившими и въ той части своей, въ которой говорится о падшихъ во время гоненій. И гоненія есть, и падшіе есть. Кто же гонители? Не только подлинные язычники, но и худшее, послѣднее развитіе язычества, прикрывающее своихъ идоловъ новыми названіями.

Церкви предстоитъ показать нынѣ наличіе у современности идолопоклонства, поставить его вновь на судъ христіанства, не позволить христіанамъ идоложертвованія и снова осудить тѣхъ, кто поклоняется имъ и такъ или иначе потворствуетъ и пріобщается къ язычеству. Надлежитъ намъ не только не участвовать въ дѣлахъ тьмы, но и обличать (Ефес. 5, 11).

Новое язычество и его идолы. Идолопоклонствомъ называется всякое поклоненіе твари вмѣсто Творца (Рим. 1, 25), начиная /с. 101/ отъ поклоненія силамъ и предметамъ природы, до самообожанія человѣка и противленія Богу (Іез. 14, 2-5. 1 Цар. 15, 23), до обольщенія богатствомъ, міромъ, чревомъ и издѣліями рукъ человѣческихъ (Еф. 5, 5. Кол. 3, 5. Іак. 4, 4. Рим. 16, 18. Фил. 3, 19). Даже еретики, не молящіеся Богу и Христу, а поклоняющіеся ангеламъ, какъ творцамъ и правителямъ міра, называются идолослужителями (Лаод. 35).

Какой идолъ поставленъ нынѣ вмѣсто Бога истиннаго? Оффиціальная программа правящей коммунистической партіи, гонителя религіи и врага христіанства, говоритъ слѣдующее: «ВКП (всесоюзная коммунистическая партія) руководствуется убѣжденіемъ, что лишь осуществленіе планомѣрности и сознательности во всей общественно-хозяйственной дѣятельности массъ повлечетъ за собой полное отмираніе религіозныхъ предразсудковъ» (пар. 13, «Программа и Уставъ ВКП(б)»).

Что означаетъ этотъ идолъ — «планомѣрность и сознательность во всей общественно-хозяйственной дѣятельности массъ», призванный замѣнить Бога истиннаго? Человѣкъ самъ своими силами, трудомъ и умомъ удовлетворяетъ всѣ свои потребности и ни къ какимъ силамъ другимъ, выше человѣческихъ, ему обращаться не нужно. Обращеніе же къ нимъ свидѣтельствуетъ только, что онъ еще не самъ управляетъ силами природы и общества и, прежде всего, хозяйствомъ, удовлетвореніемъ своихъ матеріальныхъ потребностей, которыя остаются основными. Соціализмъ и есть сознательное и планомѣрное управленіе хозяйствомъ и обществомъ, онъ податель всѣхъ благъ и избавленіе отъ всѣхъ золъ, богъ всемогущій, который исключаетъ всякую нужду въ другомъ Богѣ. Никакого другого смысла за идеей Бога не признается. Человѣкъ понятъ, какъ матеріальное существо, безъ особаго смысла жизни и высшаго назначенія для его разума и сознанія, кромѣ матеріальнаго самообслуживанія. Первый богъ-идолъ — это соціалистическое хозяйство или богатства всего міра, принадлежащія всѣмъ, мамона, или удовлетвореніе матеріальныхъ потребностей. Какъ высшій идеалъ жизни, онъ еще требуетъ своего воплощенія.

Второй идолъ — соціалистическій человѣкъ, массы пролетаріата, якобы избранная часть человѣчества, творецъ соціализма, которому соціалистическая и атеистическая интеллигенція льститъ міровой властью и богатствомъ за его многочисленность и физическую силу, нужную только для революцій, которыя, конечно, возглавляетъ она. Остальное человѣчество подлежитъ частью истребленію, а частью порабощенію, ибо диктатура пролетаріата должна быть надъ непролетаріатомъ и прежде всего надъ крестьянствомъ. Этотъ богъ, какъ видимъ, самъ человѣкъ-пролетарій, и, конечно, интеллигентный, въ его плановомъ и сознательномъ руководствѣ хозяйствомъ.

/с. 102/ Третій идолъ, якобы собой все объясняющій, — все та же природа и даже просто матерія, сущность всей природы, жизни, разума и сознанія въ ней, слѣпое начало, единственный возможный богъ, отъ котораго все произошло и которымъ все движется и существуетъ. Въ основѣ міра матеріальная стихія, не имѣющая никакой цѣли, міровая безсмыслица, въ которую все возвращается. Разумъ, сознаніе, любовь, всѣ цѣнности культуры, превращаясь въ матерію, безслѣдно уничтожаются. Все изъ безсмыслицы и въ безсмыслицу.

Таковы идолы новой религіи и ея вѣра, носящая названіе экономическаго, историческаго и философскаго матеріализма.

Вотъ вся та тварь, которой нынѣ поклоняются вмѣсто Творца. Матерія — твореніе Божіе, самообожаемый человѣкъ, пролетарій, — созданіе грѣшнаго общества, хозяйство — издѣліе рукъ человѣческихъ.

Оффиціальная программа партіи намъ указываетъ, что должно замѣнить Бога истиннаго и въ какихъ боговъ коммунисты вѣрятъ. Вмѣсто Отца-Бога — матерія; вмѣсто Христа-Сына Божія — обладатель всѣми богатствами міра и славой ихъ, человѣкъ, отрекшійся отъ Бога (Мѳ. 4, 8-10); вмѣсто Духа Святаго и благъ вѣчнаго Царствія Божія — воодушевляющая идея земного царства мамоны — врага Божія (Мѳ. 6, 24). Матерія, человѣкъ и богатство — вотъ тріединый богъ нынѣшняго язычества, начало, середина и конецъ, основаніе, цѣли и идеалъ новой религіи, уже отвергнутой христіанскимъ понятіемъ объ идолопоклонствѣ и всѣмъ его ученіемъ о Богѣ и спасеніи человѣка. Снова эти боги явились въ новомъ видѣ, какъ объяснители міра и вершители его судебъ. Какой изъ этихъ боговъ важнѣе, нельзя сказать, они суть одно.

Культъ. Такимъ образомъ, нынѣ явилось ученіе, которое рекомендуетъ себя, какъ замѣняющее вѣру въ Бога, то есть, само какъ религія, достаточная для удовлетворенія соотвѣтствующихъ запросовъ человѣка. И мы видимъ, что новые боги дѣйствительно окружены соотвѣтствующимъ культомъ. Есть соборы-съѣзды, утверждающіе догматы. Есть догматы, непогрѣшимыя основанія, не вѣрить въ которые — преступленіе. Есть вѣра въ будущія блага, ради которыхъ отняты всѣ настоящія, причемъ эти будущія блага будутъ принадлежать даже не вамъ, какъ въ религіи, а другимъ поколѣніямъ. Есть святые отцы, ихъ иконы — носимые портреты, хоругви красныхъ знаменъ, шествія некрестныхъ ходовъ, пѣніе гимновъ, цитація писаній, проповѣдь, славословія, благодаренія, моленія и покаянія. Есть жрецы этого культа и боги-олимпійцы, принимающіе непрестанные похвалы. Это непогрѣшимые вожди и безошибочные въ своихъ рѣшеніяхъ папы, которымъ всѣ обязаны безпрекословнымъ послушаніемъ. Культъ этотъ идоль/с. 103/скій и омерзительный и извѣстно, какъ вѣрныя христіанскія души, безъ отвращенія и возмущенія не могутъ смотрѣть на это идолослуженіе и пародію на религію.

Жертвы. Для воплощенія бога-мамоны, мірового соціалистическаго хозяйства, жрецы его требуютъ безконечныхъ, безчисленныхъ жертвъ трудомъ, деньгами, жизнями. Россія знаетъ уже много лѣтъ по своему ужасному опыту, что такое поклоненіе языческимъ богамъ. Служеніе имъ требуетъ миссіонерства, распространенія ихъ вліянія въ мірѣ, воспитанія вѣры въ нихъ, похвалъ имъ и благодарностей за блага въ Россіи, и одновременно хуленія на остальной міръ, гдѣ они еще не царствуютъ, вплоть до того, чтобы за «желѣзнымъ занавѣсомъ» обманывать своихъ относительно жизни заграницей, а заграничныхъ относительно жизни своихъ. Конечно, если этотъ идолъ — объединенное около богатствъ міра пролетарское человѣчество — ставится на всемірный пьедесталъ, то требуются и планетарные обманы. Но жрецы требуютъ для воплощенія его революцій, насильственныхъ переворотовъ съ отнятіемъ власти и богатствъ, съ борьбой, убійствомъ и грабежомъ. Для этого нужно развивать въ людяхъ зависть, вражду, классовую ненависть, а потому пускать въ ходъ ложь, клевету, обманъ, провокацію, предательство, сокрытіе преступленій, молчаніе въ однихъ случаяхъ и шумъ въ другихъ. Всѣ привлекаются служить этимъ богамъ такими нечистыми, отвратительными жертвами, чтобы идолослуженіе это утверждалось въ мірѣ, распространялось все больше. Одни добровольно приносятъ эти жертвы, другіе принуждаются къ нимъ подъ страхомъ самой смерти, третьи подкупаются.

Гоненія. Создавъ религію, якобы замѣняющую Бога истиннаго, найдя своего бога, въ котораго требуется вѣра, чтобы воплотить его, обставляя вѣру культомъ и требуя жертвъ, большевизмъ проявляетъ и чисто религіозную нетерпимость, когда, кромѣ идейнаго оружія въ борьбѣ съ религіозными противниками, примѣняетъ къ нимъ и физическое насиліе. Однако, какъ его идолы, культъ и жертвы носятъ современный утонченный идейный характеръ, такъ и гоненія, несмотря на свои очевидныя физическія послѣдствія, таковы же. Прикрытый лицемѣріемъ и ложью антирелигіозный фанатизмъ большевиковъ носитъ даже болѣе отвратительный характеръ, чѣмъ когда-либо бывшій религіозный. Древніе язычники дѣйствовали прямолинейно. Теперь же не объявляютъ открытаго гоненія на религію, но преслѣдуютъ скрыто, лукаво, хитро. Объявляютъ отдѣленіе Церкви отъ Государства, проводятъ націонализацію и лишаютъ Церковь имущества въ видѣ духовныхъ школъ и монастырей и другихъ учрежденій чисто религіознаго назначенія. Закрываютъ храмы, якобы не для борьбы съ /с. 104/ религіей, а для защиты матеріальныхъ интересовъ самихъ вѣрующихъ, когда прихожане не въ силахъ заплатить непосильный налогъ, который наложенъ на храмъ той же властью, или для безопасности гражданъ, такъ какъ храмъ не ремонтируется, или для склада картофеля, зерна, дровъ, заготовленныхъ для насущныхъ нуждъ населенія. Народъ увѣряютъ, что аресты духовенства не являются мѣрой борьбы съ религіей, а самозащитой его отъ своихъ политическихъ враговъ. Духовенство якобы совершаетъ политическія преступленія, хотя эти обвиненія предъявляются безъ малѣйшаго основанія. Вся злѣйшая борьба съ религіей прикрыта благовидными предлогами.

Отреченіе отъ вѣры въ Бога въ прямомъ и оффиціальномъ смыслѣ, какъ включенное въ программу коммунистовъ, требуется такимъ образомъ только отъ вступающихъ въ правящую страной партію. Самъ по себѣ этотъ фактъ огромнаго значенія, какъ получившій мѣсто въ наши времена и поставленный во главу угла государственнаго строительства. Имъ и опредѣляется гоненіе на вѣру. Въ отношеніи къ остальнымъ членамъ государства и общества отреченіе отъ вѣры въ Бога поставлено не оффиціальнымъ, а практическимъ условіемъ службы и карьеры. Интеллигенція, военные, служащіе, которые бываютъ замѣчены въ симпатіяхъ къ религіи, въ посѣщеніи церкви, сначала подвергаются персональнымъ «увѣщаніямъ» начальства или спеціальныхъ агитаторовъ, а потомъ перемѣщеніямъ, увольненіямъ, пониженіямъ, исключеніямъ по службѣ. Рабочіе вѣрующіе — прежде всего сокращеніямъ и увольненіямъ при первомъ случаѣ, раньше всѣхъ другихъ. Молодежь — позору въ стѣнныхъ газетахъ школъ и обструкціи. Въ массахъ простыхъ вѣрующихъ вниманіе гонителей обращено на дѣятелей Церкви и особенно ревностныхъ мірянъ, которыхъ арестовываютъ и высылаютъ при всякой очередной репрессіи населенія. Оставляются въ совершенномъ покоѣ старики простонародья, ибо вмѣстѣ съ ихъ вымираніемъ «отмираютъ и религіозные предразсудки». Въ такомъ же смыслѣ отреченіе отъ вѣры не требуется отъ духовенства и церковной іерархіи коль скоро оно само, подъ давленіемъ репрессій и безконечныхъ тюремъ и лагерей, не откажется публично отъ вѣры и не сложитъ съ себя сана, или, по крайней мѣрѣ, не принесетъ нѣкоторыхъ жертвъ богамъ совѣтской власти, которыя по существу равносильны отреченію отъ вѣры, не поможетъ ей въ ея политическихъ и антирелигіозныхъ даже цѣляхъ. Другимъ путемъ оно не освободится отъ репрессій. Однако остаются все же массы женщинъ и мужчинъ выше средняго возраста, домашняго труда и мелкихъ профессій, которые безъ контроля и подъ контролемъ власти посѣщаютъ богослуженія и наполняютъ немногіе оставленные имъ церкви въ огромныхъ, большихъ и малыхъ городахъ и селахъ великой страны.

/с. 105Исповѣдники и падшіе. Во время всенародной переписи многіе вѣрующіе показывали себя невѣрующими изъ малодушія, другіе, со слезами того же страха, преодолѣваемаго, однако, обязанностью исповѣданія, записывались вѣрующими, и такихъ оказалось множество, къ огорченію власти. Были интеллигенты, которые записывались въ союзъ безбожниковъ, чтобы продолжать имѣть у себя Библію, якобы для антирелигіозныхъ цѣлей. Нѣкоторые профессора искренно радовались, что ихъ наука исключаетъ антирелигіозныя темы. Другіе принуждены бываютъ приносить жертвы совѣтскимъ идоламъ нѣсколькими антирелигіозными фразами отъ имени ихъ наукъ, отдаленно соприкасающихся съ религіозными воззрѣніями. Популярная научная литература самыхъ послѣднихъ совѣтскихъ изданій никогда не обходится безъ антирелигіозныхъ выпадовъ (будь то «Происхожденіе небесныхъ тѣлъ» или «Происхожденіе горъ и материковъ», «Землетрясенія» и т. п.). Иногда можно просто удивляться, какъ они находятъ поводъ къ этому. Видно, какая нужда заставляетъ ихъ такъ писать. Остается упомянуть о политическихъ и антирелигіозныхъ выступленіяхъ выдающихся служителей науки и искусства, чтобы перейти къ служителямъ Церкви.

Мы видѣли какъ въ своихъ «дѣйствіяхъ въ пользу враговъ Церкви» были принесены всѣ нечистыя идольскія жертвы ложью, клеветою, обманомъ, предательствомъ, враждою, лестью, человѣкоугодничествомъ [1]. Всего этого нельзя сдѣлать безъ отреченія христіанства на самомъ дѣлѣ, безъ лишнихъ словъ, но въ той или другой мѣрѣ, каждый разъ, когда нужно отрицать гоненія, клеветать на исповѣдниковъ, вводить въ заблужденіе вѣрующихъ, хвалить и благодарить палачей народа и гонителей Церкви. Солидаризироваться съ радостями и успѣхами большевистской власти это — «пріобщаться злымъ дѣламъ ея» (1 Іоан. 1, 11). Что центральное церковное управленіе можетъ служить прямо и косвенно политическимъ цѣлямъ христіанскаго государства, по большей части не только не измѣняя вѣрѣ, но и утверждая ее этимъ, это извѣстно. Но чтобы оно могло сдѣлаться служителемъ преступныхъ революціонныхъ, разрушительныхъ цѣлей и средствъ безбожнаго государства, борющагося съ Церковью и со всякой вѣрой, /с. 106/ это нѣчто новое и чудовищное, это побѣда сатаны, это паденіе христіанъ, это идоложертвованіе.

Судъ надъ падшими. Религія и Церковь — сфера свободы, и судъ церковный являетъ свою силу преимущественно надъ тѣми, кто ищетъ правды Божіей и спасенія, считаетъ себя членомъ Церкви и хочетъ остаться въ ней, но имѣетъ пятно на совѣсти и скорбь о случившемся съ нимъ, особенно во время гоненій, когда ему пришлось исполнить какое бы то ни было желаніе язычниковъ, не только прямо отрекшись отъ имени Христа, но и при исповѣданіи Его. Для пробужденія нашей померкшей совѣсти, перечисляемые древними канонами и исторіей Церкви виды паденія имѣютъ исключительную цѣну. При свѣтѣ ихъ ясна картина и современнаго паденія христіанъ.

Изъ правилъ Петра Александрійскаго мы видимъ, что нѣкоторые проходили мимо идоловъ, не кланяясь и не принося жертвъ. Другіе, такъ называемые либелятики, получили за взятку отъ римскаго начальства письменную справку (либели) о принесеніи ими жертвы, хотя на самомъ дѣлѣ этого не было. Одинъ павшій, по словамъ св. Кипріана, разсказывалъ: «я, когда представился случай имѣть записку, пошелъ къ начальству и объявилъ, что я христіанинъ, и мнѣ не позволено приносить жертву и нельзя приступить къ жертвеннику дьявольскому, и что я даю за это плату, чтобъ мнѣ не дѣлать непозволеннаго» (п. 43, ч. 1. Твор.).

Таковые не совершали жертвоприношенія или воскуренія ѳиміама передъ геніемъ императора, но выполнили приказъ языческой власти о выявленіи своей лойяльности въ ущербъ христіанской совѣсти. Нѣкоторые вмѣсто себя ставили наемниковъ изъ язычниковъ и даже собственныхъ рабовъ изъ христіанъ. Образовался видъ павшихъ, такъ называемыхъ традиторовъ или предателей, которые выдавали по требованію власти книги Священнаго Писанія, церковные сосуды или имена христіанъ. Они не отступили отъ вѣры, но, по тѣмъ или инымъ соображеніямъ, споспѣшествовали язычникамъ противъ христіанъ, указывая имъ пути и дома христіанъ (Григ. Неок. 8, 9). Это большей частью духовныя лица — пресвитеры и епископы. Но въ отношеніи утвари и здѣсь хитрили и выдавали еретическія книги и старыя церковныя вещи на сломъ, или не бывшія въ употребленіи.

Нѣкоторые по принужденію приняли «нѣчто идоложертвенное или нѣкую пищу въ руки насиліемъ утѣснителей влагаемую, но непрерывно исповѣдовали, что они христіане». Иные только подъ угрозой муками или отнятія имѣній, или изгнанія, поколебались и идоложертвовали, причемъ нѣкоторые дважды и трижды идоложертвовали по принужденію. Были такіе, которые идоложертвовали по принужденію, но сверхъ того «передъ идолами пиршествовали, и, бывъ /с. 107/ приведены, съ веселымъ видомъ вошли и одежду употребили драгоцѣннѣе обыкновенной и участвовали въ приготовленномъ пиршествѣ безпечно». А иные «вошли въ одѣяніи печальномъ и, возлегши, ѣли, плача между тѣмъ во все время возлежанія». Еще были, которые «пиршествовали въ языческій праздникъ, на мѣстѣ, присвоенномъ язычниками, но приносили и ѣли свои собственныя снѣди». Наконецъ, были такіе, «которые не только сдѣлались отступниками, но и возставали на братій и принуждали ихъ къ отступленію, или были виновниками такового отступленія» (Анк. 3-9).

Сообразуясь съ мѣрой преступленія и качествомъ покаянія, павшіе подвергаются лишенію причащенія даже на двѣнадцать лѣтъ, какъ, напримѣръ, отпавшіе безъ принужденія (Перв. 11), а клирики, кромѣ этого, всегда почти изверженію изъ священнаго чина.

Обычный путь покаянія — три года, проводятъ между слушающими слово Божіе, семь лѣтъ припадаютъ, прося прощенія грѣховъ у каждаго съ поклономъ, стоятъ у дверей церковныхъ, затѣмъ ницъ простертые или колѣнопреклоненные, присутствуютъ на литургіи оглашенныхъ и выходятъ по возгласу «оглашенные, изыдите», а потомъ уже допускаются до литургіи вѣрныхъ и до святого причащенія.

Павшими признаются всѣ христіане, которые либо прямо отпадаютъ отъ вѣры, либо тѣмъ или инымъ нравственно нечистымъ путемъ обойдутъ возложенную на христіанина обязанность исповѣданія вѣры. Церковь осудила всѣ хитрости во избѣжаніе открытаго исповѣданія вѣры, какъ выраженія малодушія и трусости. Какое бы то ни было исполненіе желаній язычниковъ даже при исповѣданіи имени Христова подлежало суду Церковной власти и собора, не говоря о томъ, что себя представляли на сей судъ со смиреніемъ и сами провинившіеся.

Всякое фальшивое сохраненіе вѣры Христовой напоминаетъ двоевѣріе древнихъ іудеевъ, которые и Богу истинному поклонялись и идоламъ служили (3 Цар. 3, 3).

Массовое паденіе вѣрующихъ въ Россіи напоминаетъ подобное явленіе во времена языческаго императора Декія, но въ данномъ случаѣ пало и само высшее церковное управленіе послѣ десятилѣтняго исповѣдничества и борьбы. Оно впало въ малодушіе и маловѣріе и земные расчеты въ борьбѣ съ безбожіемъ, желая сохранить собственное существованіе и, принадлежа къ разряду падшихъ во время гоненій, должно понести всѣ послѣдствія суда надъ таковыми.

Эпоха отступленія. Передъ язычествомъ ли мы стоимъ, не больше ли? Вѣдь язычество боролось за благочестіе и вѣру въ боговъ и являлось грандіознымъ недоразумѣніемъ, которое должно было преодолѣть, познавши единаго истиннаго Бога, какъ Творца, какъ Вопло/с. 108/щеннаго Спасителя и какъ Духа Животворящаго. Апостолъ Павелъ пророчествуетъ не о своей эпохѣ, когда говоритъ объ отступленіи. Это будетъ не язычество и не отступленіе отъ Христа снова въ язычество, а въ чистую форму богоборства, въ «превозношеніе выше всего называемаго Богомъ и святынею» (2 Ѳес. 2, 3-4). Это богоборство — не языческая ошибка, не недоразумѣніе, а сознательное преступленіе «человѣка грѣха и сына погибели». Вотъ въ какую эпоху, надо бояться, мы вошли. Соглашеніе церковной власти съ безбожной властью мірового нечестія, уже наводнившаго міръ преступленіями, это блудъ большій, чѣмъ блудъ ветхозавѣтной церкви съ языческими властями и богами. Здѣсь посягательство на вселенскую Церковь, антихриста на Христа и извращеніе путей Церкви, взрывъ ея изнутри, который дѣлаетъ Московская Патріархія, впавшая въ блудъ съ антихристомъ, коварно предложившимъ миръ Церкви для ослабленія ея вліянія въ мірѣ.

Грядущій Соборъ, который придетъ въ свое время, оглянувшись назадъ, вѣроятно, уже безошибочно опредѣлитъ его. Тогда онъ, можетъ быть, изречетъ болѣе тяжелый судъ: анаѳема, маранъ-аѳа, да будетъ отлученъ до пришествія Господа (1 Кор. 16, 22).

Только ради твердости каноническихъ основаній суда надъ Патріархіей мы должны были остановиться на языческихъ элементахъ современнаго безбожія, какъ уже пережитыхъ Церковью.

Неканоническій періодъ и судъ надъ нимъ.

Строй церковнаго управленія перваго десятилѣтія, въ силу стѣснительныхъ внѣшнихъ обстоятельствъ, былъ только по формѣ полуканоническимъ, ибо первоіерархъ не «управлялъ церковными дѣлами совмѣстно со Священнымъ Сѵнодомъ и Высшимъ Церковнымъ Совѣтомъ», и сами первые епископы не по избранію этихъ органовъ управленія занимали свой постъ, а по завѣщанію, но по самому существу своему онъ былъ совершенно каноническимъ, ибо преемство власти дѣлалось законнымъ по согласію всѣхъ епископовъ, и законность дѣйствій перваго епископа заключалась въ томъ, что онъ «ничего не творилъ безъ разсужденія всѣхъ».

Когда же первый епископъ поступилъ безъ разсужденія всѣхъ и сознательно порвалъ свое единство съ епископатомъ и впалъ въ своеволіе и самочиніе, злоупотребивъ своимъ положеніемъ единоличнаго главы Церкви, то управленіе, по формѣ полуканоническое, стало по существу неканоническимъ.

Безъ разсужденія же всѣхъ онъ поступилъ въ вопросѣ принятія условій легализаціи Церкви въ безбожномъ государствѣ, которыя /с. 109/ были уже отвергнуты всею Церковью въ предыдущей борьбѣ. Эти же условія повлекли за собой преступныя дѣйствія въ пользу враговъ Церкви и нарушенія ряда церковныхъ законовъ.

Указанныя преступленія предусмотрѣны канонами вселенскаго значенія, опредѣленіями Собора 1917-18 гг. Россійской Помѣстной Церкви, ученіемъ Церкви и Священнымъ Писаніемъ.

Превышеніе полномочій первымъ епископомъ и подсудность его Собору: Апост. 34. Кир. 1 и др. Дѣйствія въ пользу враговъ Церкви, какъ предательство: Опред. Соб. 5/18 апр. 1918 г. Григор. Неок. 8-9. Вмѣшательство гражданской власти въ церковныя дѣла: Четв. 6. Седьм. 3. Апост. 30. Пренебреженіе младшими правъ старшихъ по рукоположенію: Карѳ. 97. Составъ Собора: Перв. 5. Четв. 19. Карѳ. 87, 27. Догматъ о Церкви: 9 чл. Сѵмвола Вѣры. Падшіе во время гоненій: Лаод. 39. Перв. 10, 11, 14. Анк. 4-9. Григ. Неок. 8-9. Посмертный судъ: Карѳ. 92. Священное Писаніе. Долгъ исповѣдничества — Мѳ. 10, 32-33; 5, 10. Раздѣльность кесарева и Божьяго — Мѳ. 22, 15-22. Невозможность союза христіанства съ безбожіемъ — 2 Кор. 6, 14-16. Лишеніе церковнаго общенія внѣшне и открыто безнравственныхъ людей (и злорѣчивыхъ) — 1 Кор. 5, 4-11 и т. д.

Московская Патріархія въ современномъ ея составѣ отвѣтственна за свое прошлое и за дѣйствія м. Сергія, потому что возглавители ея, какъ были ближайшими сотрудниками м. Сергія, такъ и согласились продолжать церковное управленіе на установленныхъ имъ беззаконныхъ началахъ. Самъ же м. Сергій подлежитъ церковному суду и послѣ своей смерти, въ результатѣ котораго можетъ подлежать и отлученію. Такъ были анаѳематствованы соборами Ѳеодоръ Мапсуетскій, Гонорій Римскій, Кѵръ Александрійскій, Сергій, Пирръ, Петръ и Павелъ Константинопольскіе.

Московская Патріархія, будучи осужденной мнѣніемъ Духовнаго Собора епископовъ русской Церкви, полномочно дѣйствовавшаго во время гоненій, продолжаетъ насильственно пребывать во главѣ Церкви, а потому подлежитъ и новому суду церковнаго свободнаго собора, который будетъ въ силахъ прекратить ея существованіе и избрать другое высшее церковное управленіе. Она имѣетъ противъ себя въ настоящемъ доказанныя обвиненія, которые могутъ быть расширены, дополнены, уточнены еще болѣе со временемъ, когда будетъ доступъ ко многимъ другимъ даннымъ.

Подсудность Патріархіи ничѣмъ неотвратима, развѣ только по физической невозможности этотъ судъ произвести, по недосягаемости ея за перегородкой совѣтской власти. Онъ можетъ быть отложенъ на сколько угодно времени, но онъ неизбѣженъ, какъ неизбѣжно и осужденіе Сергіевской Патріархіи.

/с. 110/ Внимая памяти исповѣдниковъ и страдальцевъ Церкви, которые остались запрещенными и поруганными своею же церковной властью, соборный судъ санкціонируетъ дѣянія Духовнаго Собора, бывшаго во время гоненій, и признаетъ осужденіе Московской Патріархіи уже совершившимися. Всѣхъ, ей не подчинившихся, какъ осторожныхъ и заявившихъ только протестъ противъ ея дѣйствій, такъ и рѣшительно отторгшихся и прекратившихъ общеніе съ нею, судъ объявитъ правыми, а не заявившихъ протеста, и тѣмъ болѣе пособниковъ и защитниковъ неправыхъ дѣлъ ея признаетъ осужденными вмѣстѣ съ нею, и наложитъ на нихъ, какъ и на нее, церковныя наказанія.

Какъ бы мы ни старались не предвосхищать рѣшеній будущаго Собора, но мы не можемъ предположить, что даже, при самой великой своей снисходительности къ павшимъ во время гоненій и при раскрытіи множества извиняющихъ ихъ обстоятельствъ, если Церковь не осудила бы отказъ отъ исповѣдничества правды Христовой предъ людьми, [не] отмѣнила бы заповѣдь Божію и не оградила бы себя въ дальнѣйшемъ отъ такихъ отступленій.

Для приведенія себя въ порядокъ отъ безволія и разслабленности и чтобы не осудить строгости суда церковнаго, возьмемъ примѣръ строгости отъ суда военнаго. Сословіе военныхъ обязываетъ быть жертвеннымъ, и за невыполненіе обязательства быть храбрымъ и отдать жизнь свою, если потребуется для защиты отечества, члены его подлежатъ суду. Такъ нѣкогда военно-морской судъ Кронштадтскаго порта призналъ адмирала Небогатова виновнымъ въ томъ, что 15 мая 1905 г., будучи настигнутъ въ Японскомъ морѣ непріятельскою, превосходящею въ силахъ, эскадрою, приказалъ поднять сигналъ о сдачѣ, хотя и имѣлъ возможность защищаться. Судъ призналъ уменьшающими вину обстоятельства: прежнюю долговременную безпорочную службу, крайнее физическое утомленіе послѣ тяжелаго перехода и угнетенное состояніе духа послѣ бывшаго наканунѣ боя, въ которомъ погибли лучшіе корабли, и, хотя приговорилъ его и трехъ другихъ подсудимыхъ командировъ къ смертной казни, но постановилъ ходатайствовать передъ Государемъ о замѣнѣ смертной казни заточеніемъ въ крѣпости каждаго на 10 лѣтъ (В. Руадзе. Проц. адм. Небогатова. 1907 г.). И у насъ «превосходящій въ силахъ противникъ» и сдавшійся ему м. Сергій «имѣлъ возможность защищаться». Возможно, что и онъ утомленъ былъ длительной борьбой съ врагомъ, но все же угнетенное состояніе духа вождя духовнаго менѣе простительно. А вотъ, что касается прежней службы, то здѣсь не уменьшающее, а увеличивающее вину обстоятельство. Она была небезпорочная. Десять лѣтъ отлучать отъ причащенія у насъ полагается тѣхъ, кто самъ сдался и другихъ понуждалъ къ тому же (Анкр. 9). Есть также казнь и смертная — /с. 111/ до пришествія Господа Іисуса, до будущаго суда Господня, если Церковь не въ силахъ помиловать. А связанное на землѣ будетъ связано и на небесахъ.

Есть примѣры и другого порядка.

Во время гоненій на вѣру Божію іудеевъ отъ язычниковъ, когда прославились мученичествомъ святые исповѣдники семь братьевъ Маккавеевъ съ учителемъ ихъ Елеазаромъ и матерію Соломоніей, когда возсталъ ветхозавѣтный антихристъ, царь Антіохъ Епифанъ, который ограбилъ церковныя цѣнности, посвятилъ храмъ Іерусалимскій Юпитеру Олимпійскому и принуждалъ евреевъ къ отступленію отъ Бога, тогда прославился предательствомъ никто иной, какъ самъ первосвященникъ народа Божія Іасонъ, а за нимъ Менелай, братъ Симона, попечителя храма, также предателя сокровищъ. Вотъ имена тѣхъ, которые «не размышляли о томъ, что успѣхъ противъ одноплеменниковъ есть величайшее несчастье» (2 Мак. 5, 6).

Унія м. Сергія съ безбожниками напоминаетъ намъ другое имя, Исидора, также Московскаго митрополита, который хотѣлъ завести унію съ папизмомъ въ 15 столѣтіи. Но если унія съ еретиками была отвергнута Церковью, то какова судьба уніи съ безбожниками? Слава Богу, не много у насъ такихъ именъ.

Внѣ славнаго и великаго списка страдальцевъ и исповѣдниковъ временъ страшнаго гоненія будетъ упомянутъ и злочестивый Сергій, лжепастырь Россійской Церкви и его послѣдователи по Московской Патріархіи, которымъ да дастъ Богъ, доколѣ живы, стать на путь покаянія и возвращенія къ правдѣ и исповѣдничеству. Они сдѣлали попытку узаконить Божіе учрежденіе Церкви въ боговраждебномъ государствѣ, и возлюбили тьму больше, нежели свѣтъ, и ложь предпочли истинѣ, больше угождая власти земной, нежели небесной. Они предпочли не страдать съ Церковью, а много лѣтъ пребывать въ благополучіи, цѣной всякой неправды.

Послѣ большевицкой власти, отъ праведнаго пути отпавшей и народъ постаравшейся вовлечь въ душепагубную пропасть, чтобы вмѣстѣ съ нею погибъ, мы ждемъ соборнаго слова Русской Церкви о небесной жизни, которое врага прогонитъ, невѣріе въ вѣру претворитъ и погубитъ все это мечтаніе бѣсовское. Однако, въ ожиданіи этого великаго дня побѣды, мы, участники еще продолжающейся борьбы, должны поставить себя на опредѣленную сторону. Весь опытъ насъ научилъ, что въ борьбѣ съ врагомъ мы не можемъ стать на путь компромисса съ нимъ, хотя бы черезъ признаніе Московской Патріархіи. Ея компромиссъ съ нимъ уже осудилъ ее.

Мы категорически утверждаемъ: современная Московская /с. 112/ Патріархія въ составѣ патріарха и его Сѵнода — неканоническое учрежденіе.

Какъ осужденная Духовнымъ Соборомъ времени гоненій при своемъ возникновеніи въ 1927 г., какъ оставшаяся безъ обѣщаннаго церковнаго суда на своемъ незаконномъ соборѣ въ 1945 г., какъ погрѣшившая противъ вѣры въ догматѣ о Церкви и въ паденіи во время гоненій и потому предосужденная Церковью до формальнаго разбирательства Собора, Московская Патріархія, по 15 прав. Двукратнаго Собора, не можетъ разсчитывать на послушаніе себѣ отъ своей паствы.

Части Русской Церкви, епархіи и приходы, ихъ епископы, клирики и рядовые члены, могущіе осуществить неподчиненіе Московской Патріархіи и прекратить съ ней общеніе, впредь до суда надъ ней свободнаго Россійскаго Помѣстнаго Собора, обязаны это сдѣлать теперь же по долгу совѣсти, голосу правды Божіей, и велѣніямъ евангельскихъ заповѣдей и церковнаго закона.

Примѣчаніе:
[1] Образцомъ нечистой и грѣшной идольской жертвы лицемѣріемъ, угодничествомъ и человѣконенавистничествомъ является обращеніе собора епископовъ «ко всѣмъ христіанамъ міра» 8 сент. 1943 г., въ которомъ послѣдніе призываются къ борьбѣ за «полное уничтоженіе кроваваго фашизма, поправшаго идеалы христіанства и свободу христіанскихъ церквей». У себя этого такъ и не замѣтили.

Источникъ: Протоіерей М. Польскій. Каноническое положеніе Высшей церковной власти въ СССР и заграницей. — Jordanville: Типографія пр. Іова Почаевскаго въ Св.-Троицкомъ монастырѣ, 1948. — С. 75-112.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.