Церковный календарь
Новости


2018-08-15 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 2-я (1991)
2018-08-15 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 41-е (15 ноября 1917 г.)
2018-08-14 / russportal
Свт. Іоаннъ, архіеп. Шанхайскій. Единообразіе въ богослуженіи (1994)
2018-08-14 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 40-е (14 ноября 1917 г.)
2018-08-12 / russportal
Обращеніе свт. Іоанна обще-приходскому годовому собранію (1994)
2018-08-12 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 39-е (13 ноября 1917 г.)
2018-08-11 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 1-я (1991)
2018-08-11 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 82-е (12 февраля 1918 г.)
2018-08-10 / russportal
Митр. Анастасій (Грибановскій). Рѣчь при гробѣ митр. Антонія (1936)
2018-08-10 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 81-е (10 февраля 1918 г.)
2018-08-09 / russportal
Свт. Іоаннъ Шанхайскій. Слово къ Санъ Францисской паствѣ (1994)
2018-08-09 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 80-е (9 февраля 1918 г.)
2018-08-08 / russportal
2-й Всезаруб. Соборъ 1938 г. Докладъ графа П. М. Граббе (1939)
2018-08-08 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 77-е (5 февраля 1918 г.)
2018-08-07 / russportal
Свт. Іоаннъ. "Взойдите на гору и несите дерева и стройте храмъ" (1994)
2018-08-07 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 76-е (3 февраля 1918 г.)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - среда, 15 августа 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 9.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

Протопресвит. Михаилъ Помазанскій († 1988 г.).

Протопресвитеръ Михаилъ Помазанскій († 1988 г.), видный богословъ, духовный писатель, преподаватель семинаріи РПЦЗ въ Джорданвиллѣ. Родился 6 (19) ноября 1888 г. въ с. Корысть (Волынская губернія) въ семьѣ священника. Окончилъ Кіевскую духовную академію со степенью кандидата богословія (1912). Преподаватель въ ровенскихъ гимназіяхъ (1916-1934). Священникъ (1936), зачисленъ въ клиръ Варшавскаго каѳедральнаго собора (до 1944 г.). Послѣ эвакуаціи изъ Варшавы 4 года жилъ въ лагеряхъ Ди-Пи въ Германіи. Съ 1949 г. вмѣстѣ съ семьей переѣхалъ въ США. Преподавалъ въ Свято-Троицкой духовной семинаріи г. Джорданвилль (шт. Нью-Іоркъ, США) греческій и церковно-славянскій языки, а также догматическое богословіе (въ 1960-хъ — 1980-хъ гг. упоминается какъ проректоръ семинаріи). Въ 1950-хъ — 1980-хъ гг. упомянутъ какъ священнослужитель, приписанный къ Свято-Троицкому монастырю въ г. Джорданвилль въ юрисдикціи Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ). Въ 1955 г. — митрофорный протоіерей; съ 1962 г. — протопресвитеръ. Членъ редакціонной комиссіи Свято-Троицкаго монастыря (упом. въ 1955 г.). Перу о. Михаила принадлежитъ рядъ брошюръ и множество статей въ «Православной Руси», «Православной Жизни» и журналѣ «Православный Путь». Бóльшая часть этихъ статей вошла въ сборники «О жизни, о вѣрѣ, о Церкви» (два тома, 1976) и «Богъ нашъ на небеси и на земли вся, елика восхотѣ, сотвори» (1984). Но наибольшей извѣстностью пользуется его «Православное Догматическое Богословіе» (1968), которое стало основнымъ учебникомъ во всѣхъ духовныхъ семинаріяхъ Америки. Скончался 22 октября (4 ноября) 1988 г. въ возрастѣ 100 лѣтъ. Похороненъ на кладбищѣ Свято-Троицкаго монастыря въ Джорданвиллѣ.

Сочиненія протопресвит. Михаила Помазанскаго

Протопресвитеръ Михаилъ Помазанскій († 1988 г.).
Богъ нашъ на небеси и на земли, вся елика восхотѣ, сотвори.
Апологетическіе очерки. (1978-1982).

Какъ учитъ Церковь о промыслительной Премудрости.

1. Что значитъ: «Церковь учитъ насъ».

Остановимся надъ этимъ вопросомъ.

Чтобы на него отвѣтить, дадимъ себѣ отчетъ, что такое Церковь Христова въ ея полномъ видѣ. Не будемъ забывать, что Церковь есть священная часть Божія міра, объемъ которой и полноту духовнаго содержанія мы и не представляемъ. Мы кратковременныя частицы земной Церкви, отвлекаемыя къ тому же житейскими заботами: легко ли намъ подняться на требуемый для этого уровень? И потому мы спрашиваемъ руководства у св. отцовъ Церкви всѣхъ вѣковъ, согласныхъ между собою въ ученіи вѣры. И узнаемъ, что сами они ничего не высказывали въ ученіи вѣры лично отъ себя, а черпали его изъ источника церковнаго. Каковъ же этотъ источникъ? Онъ состоитъ изъ двухъ частей: 1) изъ ветхозавѣтнаго священнаго Писанія и 2) изъ новозавѣтнаго благовѣстія Христова и Его святыхъ апостоловъ.

Каждый изъ насъ есть гражданинъ государства: знаетъ ли каждый всю его территорію, его составъ, его нужды, всѣ его законы? Не должно намъ упрощать и представленія о Церкви, каѳоличность коей выражается не только въ составѣ членовъ небесно-земной полноты ея, но и въ полнотѣ таинъ, открытыхъ и доступныхъ намъ, и таинъ, невѣдомыхъ для насъ.

И потому нужно признать: когда люди, слишкомъ увѣренные въ себѣ, находятъ себя вправѣ пополнять ученіе Церкви, философскими ли изысканіями или личными соображеніями, — то это только показываеть, что они не знаютъ Церкви: или не знаютъ въ томъ смыслѣ, что Церковь имѣетъ готовый отвѣтъ на то, чего они ищутъ, или вторгаются въ область, куда не дерзаютъ проникнуть и ангелы.

Примѣръ такой неоправдываемой самонадѣянности, соединенной съ незнаніемъ церковной истины, мы видимъ въ непріемлемомъ ученіи, принадлежащемъ группѣ русскихъ мыслителей, о «Софіи — Премудрости Божіей»; какъ о нѣкой посредницѣ между Богомъ и міромъ въ промыслительныхъ путяхъ Божіихъ. Намъ нужно поэтому знать, каково подлинное ученіе о Премудромъ Божіемъ Промыслѣ.

2. Всеобъемлющій премудрый промыслъ Божіи.

Величественная полнота промыслительныхъ благодѣяній Божіихъ въ мірѣ раскрывается послѣдовательно въ двухъ образахъ: 1) въ ветхозавтныхъ Писаніяхъ — какъ всеобщее пребываніе всего сотвореннаго въ десницѣ Божіей; 2) въ Писаніяхъ новозавѣтныхъ — какъ высшее и совершеннѣйшее проявленіе премудрости и любви Божіей въ воплощеніи Сына Божія ради спасенія міра и для преобразованія его въ Царство Славы.

Въ этомъ второмъ, новозавѣтномъ, завершительномъ смыслѣ, Премудростію именуется Господь Іисусъ Христосъ. «Еллины ищутъ «σοφίαν-мудрости», — пишетъ апостолъ Павелъ, — а мы проповѣдуемъ Христа распятаго, ...Христа Божію силу и Божію премудрость». — «Мудрость же мы проповѣдуемъ не вѣка сего, ...но проповѣдуемъ премудрость Божію тайную, сокровенную, ...которой никто изъ властей вѣка сего не позналъ; ибо если бы познали, то не распяли бы Господа славы. Ибо какъ написано: не видѣлъ того глазъ, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человѣку, что Богъ приготовилъ любящимъ Его» (1 Кор: 1 гл.). Такъ, въ явленномъ, открытомъ ли видѣ, или въ тайномъ и сокровенномъ, — но все вливается въ единую общую Премудрость Божію. И Церковь твердо и прямо исповѣдуетъ Спасителя нашего Премудростію Ипостасною: «Не мудростію и силою и богатствомъ хвалимся, но Тобою, Отчею Ипостасною мудростію, Христе!» (ирмосъ 3-й пѣсни канона 4 гл.).

Приходится, однако, съ еще большимъ вниманіемъ остановиться на ветхозавѣтномъ образѣ премудрости, сдѣлать это изъ-за попытокъ людей вѣка нынѣшняго, желающихъ ввести въ православно-христіанское сознаніе нѣчто новое подъ именемъ «Премудрости».

Конечно, для насъ достаточно было бы первой страницы ветхозавѣтной книги Бытія, повѣствующей о твореніи міра, для того, чтобы отказаться искать какую-либо самостоятельную мудрость міра внѣ Тріипостасной премудрости Божіей. Достаточно также было бы и 103 псалма, его первыхъ хотя бы стиховъ: «Господи, Боже мой! Возвеличился еси зѣло. Во исповѣданіе и въ велелѣпоту облеклся еси зѣло... Вся премудростію сотворилъ еси!» Какъ прекрасно представлено сознаніе простого вѣрующаго человѣка, всей душой погруженнаго въ Промыслъ Божій, въ 138-мъ псалмѣ, гдѣ читаемъ:

«Господи! Ты испыталъ меня и знаешь. Ты знаешь, когда я сажусь и когда встаю; Ты разумѣешь помышленія мои издали.

Иду ли я, отдыхаю ли — Ты окружаешь меня, и всѣ пути мои извѣстны Тебѣ.

Еще нѣтъ слова на языкѣ моемъ, — Ты, Господи, уже знаешь его совершенно.

Сзади и спереди Ты объемлешь меня, и полагаешь на мнѣ руку Твою.

Дивно для меня вѣдѣніе Твое, — высоко, не могу постигнуть его!

Куда пойду отъ Духа Твоего, и отъ лица Твоего куда убѣгу?

Взойду ли на небо — Ты тамъ; сойду ли въ преисподнюю — и тамъ Ты.

Возьму ли крылья и переселюсь на край моря, — и тамъ рука Твоя поведетъ меня и удержитъ меня десница Твоя.

Скажу: можетъ быть, тьма покроетъ меня, свѣтъ вокругъ меня сдѣлается ночью?

Но и тьма не затмитъ отъ Тебя, и ночь свѣтла, какъ день: какова тьма, таковъ и свѣтъ.

Ты устроилъ внутренности мои и соткалъ меня во чревѣ матери моей.

Славлю Тебя, потому что я дивно устроенъ. Дивны дѣла Твои, и душа моя вполнѣ сознаетъ это.

Не скрыты были отъ Тебя кости мои, когда я созидаемъ былъ втайнѣ, образуемъ былъ въ глубинѣ утробы, зародышъ мой видѣли очи Твои.

Въ Твоей книгѣ записаны всѣ дни, для меня назначенные, когда ни одного изъ нихъ еще не было.

Какъ возвышенны для меня помышленія Твои, Боже, и какъ велико число ихъ!»



Ветхозавѣтное представленіе о Божіемъ Промыслѣ есть и общехристіанское. И нужно признать, что это древнее, первое, проникнуто свѣжестью чувства. Въ ветхозавѣтныхъ писаніяхъ Промыслъ Божій обильно представленъ въ живыхъ образахъ, съ примѣненіемъ аллегорій и олицетвореній, ибо и сама рѣчь идетъ о жизни. Здѣсь тѣ же пріемы, какіе вообще приняты въ литературѣ художественной, да и въ обычной нашей рѣчи.

Среди ветхозавѣтныхъ книгъ двѣ книги особенно много содержатъ матеріала на тему о премудрости. Книги эти: Книга Притчей и книга Премудрости Соломоновой. Въ нихъ богато примѣненъ пріемъ олицетворенія, и это дало поводъ читающимъ представлять библейскую премудрость личностью. Но, вѣдь, образность самый обычный способъ выраженія мыслей.

Аллегоріи въ нашей рѣчи на каждомъ шагу: погода «обманчива»; зрѣніе мнѣ «измѣняетъ»; «подходятъ» праздники и т. п. Олицетворенія — обычный художественный пріемъ. «Что, дремучій лѣсъ призадумался? грустью темною затуманился?...» «Тучки небесныя, вѣчные странники! Степью лазурною, цѣпью жемчужною мчитесь вы, какъ и я же, изгнанники, съ милаго сѣвера въ сторону южную»... «Колокольчики мои, цвѣтики степные! Что глядите на меня, темноголубые?...»

Писатель книги Притчей, къ тому же, предупреждаетъ въ начальныхъ словахъ книги, что пишетъ онъ преимущественно для «юношей» и для «простыхъ», и надѣется, что читатель способенъ «уразумѣть здѣсь притчу», т. е. иносказаніе, «замысловатую рѣчь и загадки ихъ».

Впрочемь, авторъ книги опредѣленно говоритъ, что онъ имѣетъ въ виду здѣсь Божественный источникъ Промысла въ мірѣ; и потому мы въ правѣ относить отдѣльныя мѣста въ названныхъ двухъ книгахъ къ такимъ, гдѣ ветхозавѣтная мысль возвышается къ пришествію на землю Спасителя міра, какъ къ вершинѣ Промысла Божія.

Здѣсь же восхваляется и мудрость человѣческая, если она соединена съ нравственной чуткостью, такъ какъ она истекаетъ изъ того же высшаго рода Премудрости.

3. Почему премудрость не можетъ сама по себѣ мыслиться личнымъ существомъ.

Премудрость есть качество, свойство личности, иначе говоря — понятіе абстрактное; а качество еще не есть реальный предметъ или реальная личность. Школьная грамматика насъ научила, что только тѣ существительныя обозначаютъ реальные предметы, какія, выражаясь образно, родились какъ существительныя: море, небо, земля, дерево, гора. А происшедшія — въ исторіи человѣческой рѣчи — изъ прилагательныхъ или глаголовъ или числительныхъ, какъ: теплота, бѣлизна; какъ поѣздка, отдыхъ, мытье; какъ десятокъ, сотня — суть понятія не имѣющія своей сущности, они должны имѣть своего носителя. Этого второго рода понятія, а значитъ, и такія существительныя, мы называемъ отвлеченными, или абстрактными, въ отличіе отъ существительныхъ перваго рода, именъ называемыхъ конкретными, т. е. имѣющими за собой опредѣленные предметы или личности въ дѣйствительности или хотя бы въ нашемъ воображеніи. Приходится говорить о томъ, что софіологи лучше насъ знаютъ. Изъ такихъ абстрактныхъ понятій и именъ существительныхъ, производныхъ отъ прилагательныхъ и глаголовъ, политеизмъ создалъ цѣлый воображаемый міръ. Мудрость, любовь, мужество, мужская красота, женственность, торговля, плодородіе — превратились въ боговъ и богинь. Что же реальное, личное было за этими представленіями? — Ничто, никто, пустота. Такою была религія греко-римскаго міра.

Каждый предметъ и каждое живое существо имѣетъ массу своихъ чертъ, свойствъ, отличій. Премудрость же есть сама по себѣ только свойство, она можетъ быть лишь или полной — такова она въ Богѣ — или ограниченной — въ тварномъ существѣ. Въ томъ и другомъ видѣ представлена она въ книгѣ Притчей. Если же съ нею соединено много другихъ свойствъ, то не она владѣлица ихъ, она только первая среди другихъ, имѣюшихъ свои названія, а вся группа свойствъ имѣетъ своего общаго носителя подъ его собственнымъ именемъ. Софіологи, можетъ быть, поэтому прилагаютъ къ слову «Премудрость» имя «Софія», какъ бы «носительницы» свойства. Но, вѣдь, это чистѣйшая тавтологія, одно и тоже, только на двухъ языкахъ; имя не увеличиваетъ содержанія того, къ чему относится.

Въ чемъ же дѣло? Не скрываютъ ли софіологи подъ библейскими именами понятіе существенное, конкретное, только чуждое библейскимъ и христіанскимъ истинамъ?

Какой разрывъ съ христіанскимъ міропониманіемъ!

Какъ противоположна сама идея духу библейскаго монотеизма! Вѣдь нѣтъ ничего общаго въ единобожіи съ политеизмомъ въ самомъ ихъ существѣ, подобно тому, какъ у вѣры съ атеизмомъ. Вся сущность религіи нѣкогда богоизбраннаго карода, весь запалъ пророческихъ рѣчей, увѣщаній, угрозъ, крика душевной боли, направленъ былъ на борьбу съ этимъ именно языческимъ «культомъ жизни», съ культомъ «родовыхъ началъ жизни» въ низкой формѣ, а это-то и составляло душу политеизма въ его разныхъ варіаціяхъ. Библейская же религія совершенно чиста отъ этого элемента. Библія разсматриваетъ всѣ бѣдствія народа и всю его исторію подъ угломъ зрѣнія паденія его въ низменныя языческія представленія и связанныя съ ними оргіи этихъ культовъ. Гибель государства, бѣдствія народа пророки предвидѣли и объяснили, какъ прямыя наказанія за отступленіе отъ нравственно чистаго монотеизма, за измѣну Богу.

Нужно ли намъ на эту тему говорить о христіанствѣ?

Первое рожденіе человѣка, по книгѣ Бытія, не безъ цѣли и не напрасно представлено въ исторіи человѣчества рожденіемъ «безъ жены» — твореніемъ Евы изъ ребра Адамова. Такъ же получило свое начало и христіанство: безмужнымъ воплощеніемъ Сына Божія.

Въ отвѣтъ намъ предлагаютъ ссылку на первую главу Библіи: «и сотворилъ Богъ человѣка по образу Божію: мужа и жену сотворилъ ихъ». Отсюда обратное заключеніе: чтó установлено въ природѣ человѣка, тó присуще и природѣ Божественной. Но, вѣдь, такой выводъ есть нарушеніе элементарнаго закона логики — обратное заключеніе по аналогіи. Я ясно вижу мое лицо въ гладкомъ стеклѣ зеркала: но не заключаю я отсюда, что мое лицо такъ же плоско и блестяще, какъ зеркало. Апостолъ пишетъ о язычникахъ: «осуетились въ умствованіяхъ своихъ, и омрачилось несмысленное ихъ сердце; называя себя мудрыми, обезумѣли, и славу нетлѣннаго Бога измѣнили въ образъ, подобный тлѣнному человѣку, и птицамъ, и четвероногимъ, и пресмыкающимся» (Рим. 1, 21-23). Нужно ли намъ подражать имъ?

Мы же только прославимъ Бога за премудрое устроеніе міра. Премудостію Божіею, чрезъ потокъ безчисленныхъ рожденій, чрезъ сочетаніе мужескаго и женскаго элементовъ тварей въ мірѣ достигается неисчислимое разнообразіе формъ, родовъ, видовъ земного міра. Этими условіями создается смѣна поколѣній, полнота и гармонія цѣлаго и такое богатство индивидуальностей, что нѣтъ, не было и не будетъ двухъ людей, совершенно тожественныхъ между собою, нѣтъ двухъ деревьевъ абсолютно одинаковаго строенія. Если бы размноженіе происходило черезъ простое дѣленіе, — таково оно у самыхъ элементарныхъ формъ жизни, — то въ каждомъ родѣ живыхъ тварей всѣ они были бы сходны, какъ двѣ капли воды. Но премудрость Божія установила законъ размноженія чрезъ тѣлесное сочетаніе двухъ тварей одного вида, давъ имъ соотвѣтствующее различіе въ тѣлосложеніи. И достигнуто не только разнообразіе формъ. Больше того: такъ создалась семья, основная клѣточка человѣческаго общества; только, увы! семью теперь стараются разрушить... А вѣдь, только въ семьѣ, съ дѣтства, научаются люди любить друтъ друга и безкорыстно служить другъ другу!

4. Софія — «душа міра»? «Женское начало въ Богѣ»?

Когда софіанство переходитъ на болѣе простой языкъ, оно открываетъ намъ, что оно имѣетъ въ виду «душу міра», какъ носительницу премудрости.

Это уже другое дѣло. Только нужно признать, что мысль о міровой душѣ совершенно чужда христіанству и Библіи. Здѣсь долженъ послѣдовать отказъ софіологовъ отъ библейской аргументаціи и отъ попытки христіанизировать эту идею.

Въ дѣйствительности, проводники идеи міровой души идутъ разными путями: или упираются въ до-христіанскую философію, или заимствуютъ идею изъ гностицизма или берутъ ее прямо изъ язычества.

Христіанствомъ это ученіе давно отвергнуто, и отвергнуто открыто, вмѣстѣ съ гностицизмомъ, послѣ попытокъ вклинить его въ сознаніе христіанъ.

Почему эта идея негодна въ христіанствѣ?

Такъ какъ душа чего бы то ни было есть его сердцевина, присуща ему, внѣдрена въ него, то отсюда слѣдовало бы, что всѣ отрицательныя явленія жизни міра, жизни человѣчества, каждой сознательной личности, все зло, какое фактически существуетъ, падало бы виной на душу міра. Ибо: что бы это была за душа его, если бы она признавала за собой только положительныя явленія въ мірѣ? Нѣтъ, она страдала бы подъ тяжестью зла, безсильная возродить свое міровое тѣло. Неужели она нужна для того человѣчеству, чтобы люди могли свалить съ себя на нее всю ихъ личную отвѣтственность? Такой соблазнъ и нечестенъ и напрасный, тщетный!

Если же представлять эту душу нѣкимъ идеальнымъ, чистымъ, божественнымъ созданіемъ, какъ бы «ангеломъ-хранителемъ» міра (есть и такой взглядъ), то, при великомъ Промыслѣ Божемъ, что она даетъ міру?

И вотъ тутъ, вмѣсто отвѣта, вскрывается другой, еще болѣе глубоко скрытый мотивъ софіанства: въ ученіи Церкви — указываютъ они — нѣтъ полноты міропредставленія: нехватаетъ «женскаго начала», въ природѣ даннаго. Здѣсь уже разговоръ переходитъ на самыя основы бытія. Но здѣсь то передъ нами отчетливо выступаетъ паденіе христіанскаго міросозерцанія въ болотную яму языческихъ политеистическихъ представленій древности и ихъ культовъ. Какъ разъ въ наше время они детально изучены, древніе культы предстаютъ во всей ихъ открытости, — нельзя скрывать, — явной непристойности и гнусности, отчасти привлекая вниманіе и подвергаясь обработкѣ современныхъ литераторовъ. Конечно, отсюда въ софіанской сферѣ извлекается только чистая идея: идея полноты міростроенія, «полноты жизни», выражающихся въ наличіи двухъ составныхъ частей живого міра — мужского рода и женскаго. И такъ какъ въ современныхъ нецерковныхъ представленіяхъ христіанство ставится въ рядъ всѣхъ міровыхъ религіозныхъ системъ, то, ради его права на передовое мѣсто среди нихъ, рождается мысль пополнить церковное ученіе очищенной идеей «женскаго начала», какъ дѣйствующей силы въ мірѣ.

Но да не дерзнемъ мы законы жизни, данные намъ на землѣ, прилагать къ области божественной, небесной, къ области обитанія ангеловъ, безплотныхъ духовъ!

Софія — «Четвертая Ипостась?» — Отвѣтить остается — кратко.

Если представлять ее лицомъ Божественнаго существа, то ей въ христіанствѣ нѣтъ мѣста, даже въ самыхъ отдаленныхъ отъ православія его формахъ. Есть христіане, не исповѣдующіе догмата Пресвятой Троицы, но исповѣдующихъ Четверицу не существуетъ.

А если бы то была «тварная ипостась», то она могла бы быть только первой, начинающей собою неисчислимый рядъ тварныхъ личностей, иначе говоря — ипостасей, индивидуальностей. Не скажутъ, вѣдь, что она своимъ бытіемъ поглощаетъ всѣ ниже стоящія личности, значитъ, и наши!?

5. Жизнь міра въ Духѣ Святомъ.

Человѣческій міръ живетъ въ грѣховномъ состояніи. Да и вся «тварь покорилась суетѣ, не добровольно, но по волѣ покорившаго ее (человѣка), въ надеждѣ, что и сама тварь освобождена будетъ отъ рабства тлѣнію въ свободу славы чадъ Божіихъ» (Рим. 8, 20-21).

Но милость, благость, любовь, милосердіе, человѣколюбіе Божіи не имѣютъ преградъ. Нѣтъ въ Словѣ Божіемъ, нѣтъ и въ вѣрѣ Православной Церкви даже намека на нѣкую коллективную-собирательную, а одновременно индивидуальную «душу міра». «Святымъ Духомъ всяка душа — все дышущее — живится». 50-тый псаломъ, твореніе Ветхаго Завѣта, постоянный спутникъ христіанской молитвы, свидѣтельствуетъ извѣчную вѣру въ Духа Святаго Божія, пребывающаго въ мірѣ и въ вѣрующемъ человѣкѣ: «Не отвержи мене отъ Лица Твоего, и Духа Твоего не отъими отъ мене. Воздаждь ми радость спасенія Твоего, и Духомъ Владычнимъ утверди мя», — молимся мы словами этого псалма.

Писатель книги Премудрости Соломоновой такъ исповѣдуетъ свою вѣру: «Волю Твою кто позналъ бы (Боже), если бы Ты не даровалъ премудрости и не ниспослалъ свыше Святаго Твоего Духа?» (гл. 9, ст. 17)... «Я молился,... и сошелъ на меня Духъ премудрости. Позналъ я все и сокровенное и явное, ибо научила меня премудрость, художница всего. Она есть Духъ разумный, святый, единородный (не какъ «душа» — твореніе, но, какъ «дыханіе силы Божіей», какъ «отблескъ вѣчнаго свѣта и чистое зеркало дѣйствія Божія и образъ благодати Его» — ст. 25-26), многочастный («многократно и многообразно говорившій отцамъ въ пророкахъ» — Евр. 1, 1), тонкій, удобоподвижный, свѣтлый: чистый; ясный, невредительный, благолюбивый, скорый, неудержимый, благодѣтельный, человѣколюбивый, твердый, непоколебимый, спокойный, безпечальный, всевидящій и проникающій всѣ умные, чистые, тончайшіе духи... Волю Твою кто позналъ бы, если бы Ты не даровалъ премудрости и не ниспослалъ свыше Святаго Твоего Духа» (Прем. Сол. 7, 21-23; 9, 17). «Нетлѣнный Твой Духъ пребываетъ во всемъ» (Прем. Сол. 12, 1).

Охраняя себя и народъ свой отъ бѣсовскихъ политеистическихъ представленій, духовные вожди іудейскаго народа твердо держались идеи монотеизма; но при этомъ и въ Ветхомъ Завѣтѣ проникала въ мысль избранныхъ людей тайна бытія какъ Слова во Отцѣ, какъ и Духа Святаго, тайна Тріипостасности.

Премудрость же есть принадлежность всѣхъ Лицъ Пресвятыя Троицы. Христіанство проповѣдуеть «Христа — Божію Силу и Премудрость». Но въ Духѣ Святомъ созерцается премудрость, какъ жизнеподательная вѣчно дѣйствующая сила въ мірѣ и какъ источникъ благодати Божественной и святости.

Никакой разницы не имѣетъ въ ученіи вѣры христіанской выражать понятія вѣры въ томъ или другомъ грамматическомъ родѣ. Это различіе зависитъ только отъ свойствъ того или другого языка. Такъ, въ греческомъ — «Духъ» — слово средняго рода. Какъ разъ именно «качественныя» существительныя, не обозначающія конкретныхъ предметовъ, мы выражаемъ въ женскомъ родѣ.

Если ветхозавѣтный мыслитель, авторъ «Премудрости Соломоновой», какъ самъ онъ свидѣтельствуетъ, полюбилъ премудрость, исходящую отъ Духа Святаго, «болѣе здоровья и красоты» (гл. 7, 10), — какъ же намъ, членамъ Церкви Христовой, живущей Духомъ Святымъ, не познавать въ Немъ Виновника общей жизни?... Ибо отъ величія красоты созданій соотвѣтственно познается Виновникъ бытія ихъ» (гл. 13, 1. 5)? Православное богослуженіе полно прославленіемъ Отца и Сына и Святаго Духа во единомъ Существѣ. Оно въ каждомъ ектенійномъ заключительномъ возгласѣ іерея, въ заключеніи почти каждой молитвы. Обращеніемъ къ Святому Духу мы начинаемъ всѣ наши молитвословія. Таинства Церкви совершаются силою Духа Святаго. Непосредственно послѣ нашего крещенія получили мы печать Духа Святаго. Жизнедательную силу Духа Святаго воспѣваетъ Церковь въ особыхъ краткихъ гимнахъ на воскресной утрени, составляющей часть всенощной, въ такъ называемыхъ степенныхъ антифонахъ. «Святымъ Духомъ точится всяка премудрость»... — «Святому Духу всякое благодаріе: ...въ Немже вся живутъ и движутся». — «Осуществуетъ бо всякую тварь». — «Отъ Негоже благодать и животъ всякой твари». — «Святымъ Духомъ всяка душа живится». — «Святымъ Духомъ точатся благодатныя струи, напояющя всяку тварь ко оживленію». — «Святымъ Духомъ Боговѣдѣнія богатство, зрѣнія, премудрости». — «Святымъ Духомъ одержатся вся, видимая же съ невидимымъ, самодержавенъ бо сый». — «Отъ Него же всякое животно одушевляется». — «Святымъ Духомъ обоженіе всѣмъ, благоволѣніе, разумъ, миръ и благословеніе: равнодѣтеленъ бо есть Отцу и Слову». — «Святаго Духа держава на всѣхъ: Емуже вышняя воинства покланяются, со всякимъ дыханіемъ дольнымъ». — «Святымъ Духомъ источникъ Божественныхъ сокровищъ, отъ Него же премудрость, разумъ, страхъ: Тому хвала, честь и держава». — «Святымъ Духомъ глубина дарованій, богатство славы, судебъ глубина велія». — «Святымъ Духомъ, единовидною виною, вся содержатся мироподательнѣ: Богъ бо Сей есть, Отцу же и Сынови единосущенъ, господственнѣ».

И нѣтъ пробѣла! Нѣтъ мѣста для «души міра»!

Такому міровоззрѣнію учитъ насъ святая Церковь. Церковь живетъ въ Духѣ Святомъ, и Духъ Святый пребываетъ въ ней. Церковныя молитвенныя мысли о Духѣ построены такъ, чтобы мы сознавали это постоянное пребываніе Духа въ вѣрующихъ и среди вѣрующихъ; мы просимъ обновленіе близости Его къ намъ.

Источникъ: Протопресвитеръ Михаилъ Помазанскій. «Богъ нашъ на небеси и на земли, вся елика восхотѣ, сотвори». Апологетическіе очерки. (1978-1982). — Jordanville: Типографія преп. Іова Почаевскаго. Свято-Троицкій монастырь, 1984. — С. 50-61.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.