Церковный календарь
Новости


2017-11-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Старая Академія". Глава 6-я (1932)
2017-11-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Старая Академія". Глава 5-я (1932)
2017-11-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. №100 (Къ юбилею "Часового") (1933)
2017-11-17 / russportal
Генералъ П. Н. Красновъ. Подъ какимъ лозунгомъ? (1933)
2017-11-17 / russportal
Слова преп. Симеона Новаго Богослова. Слово 36-е (1882)
2017-11-17 / russportal
Слова преп. Симеона Новаго Богослова. Слово 35-е (1882)
2017-11-16 / russportal
П. Н. Красновъ. Казаки. (Изъ стараго разсказа) (1933)
2017-11-15 / russportal
Основатель и Верх. Руководитель Добров. Арміи Ген. М. В. Алексѣевъ (1919)
2017-11-15 / russportal
П. Н. Красновъ. "Старая Академія". Глава 4-я (1932)
2017-11-15 / russportal
П. Н. Красновъ. "Старая Академія". Глава 3-я (1932)
2017-11-15 / russportal
Приказъ №900 Верх. Главнокоманд. генерала Корнилова (29 августа 1917 года)
2017-11-15 / russportal
Приказъ №897 Верх. Главнокоманд. генерала Корнилова (28 августа 1917 года)
2017-11-15 / russportal
Воззваніе генерала Корнилова къ казакамъ (28 августа 1917 года)
2017-11-15 / russportal
Обращеніе генерала Корнилова къ народу (28 августа 1917 года)
2017-11-14 / russportal
Преп. Епифаній Премудрый. Житіе преп. Сергія Радонежскаго. Глава 11-я (1903)
2017-11-14 / russportal
Преп. Епифаній Премудрый. Житіе преп. Сергія Радонежскаго. Глава 10-я (1903)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - суббота, 18 ноября 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 14.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

Іером. Серафимъ (Роузъ) († 1982 г.).
ДУША ПОСЛѢ СМЕРТИ. СОВРЕМЕННЫЕ «ПОСМЕРТНЫЕ» ОПЫТЫ ВЪ СВѢТѢ УЧЕНІЯ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ.
(Пер. съ англ., съ прилож. разсказа блаж. Ѳеодоры о мытарствахъ. М., 1991).

Глава восьмая.
ПОДЛИННЫЙ ХРИСТІАНСКІЙ ОПЫТЪ «НЕБА».

«Мѣсто нахожденія» Неба и ада.

Мы уже видѣли изъ многочисленныхъ повѣствованій св. Отцовъ и житій святыхъ, что послѣ смерти душа сразу входитъ въ поднебесное воздушное царство, свойства котораго мы подробно разсмотрѣли. Мы также видѣли, что продвиженіе души черезъ это воздушное царство послѣ того, какъ тѣло дѣйствительно умерло и душа развязалась со всѣмъ земнымъ, описывается какъ восхожденіе черезъ мытарства, гдѣ начинается Частный судъ, чтобы опредѣлить достойна ли душа обитать на Небѣ. Души, обвиненныя въ нераскаянныхъ грѣхахъ, ввергаются падшими духами въ адъ, а успѣшно прошедшія испытанія на мытарствахъ свободно восходятъ на Небо, руководимыя Ангелами.

Что же представляетъ собой Небо? Гдѣ оно? Занимаетъ ли оно какое-то мѣсто? Находится ли оно «вверху»?

Какъ и во всѣхъ вопросахъ, касающихся жизни послѣ смерти, мы должны спрашивать не изъ любопытства, а только лишь для того, чтобы лучше понять то ученіе по этому вопросу, которое Церковь вручила намъ и избѣжать путаницы, которую современныя идеи и нѣкоторые медіумическіе опыты могутъ вызвать даже у православныхъ христіанъ.

Такъ получилось, что вопросъ о «мѣстѣ нахожденія» Неба (и ада) сталъ въ наше время однимъ изъ повсемѣстно неправильно понимаемыхъ вопросовъ. Не такъ давно Хрущевъ насмѣхался надъ вѣрующими людьми, которые еще вѣрили въ Небо — онъ видите ли послалъ космонавтовъ въ космосъ и они не видѣли его!

Ни одинъ мыслящій христіанинъ конечно не вѣритъ въ атеистическую карикатуру рая «въ облакахъ», хотя и есть нѣкоторые наивные протестанты, которые готовы помѣстить Небо на дальней галактикѣ или созвѣздіи: все видимое твореніе мало и испорчено, и въ немъ нѣтъ мѣста для невидимаго Божія Неба, которое является реальностью духовной, а не матеріальной. Но многіе христіане, чтобы избѣжать насмѣшекъ невѣрующихъ и сохраниться даже отъ малѣйшей порчи отъ какой-нибудь матеріальной концепціи, бросились въ другую крайность и объявили, что «Небо нигдѣ не находится». Среди римо-католиковъ и протестантовъ имѣются изощренныя апологіи, утверждающія, что Небо — это «состояніе, а не мѣсто», что «вверху» — это только метафора, что Вознесеніе Христово (Лк. 20, 50. 51; Дѣян. 1, 9-11) не было на /с. 117/ самомъ дѣлѣ «вознесеніемъ», а только измѣненіемъ состоянія. Въ результатѣ подобныхъ апологій Небо и адъ стали весьма расплывчатыми понятіями, и чувство ихъ реальности начинаетъ исчезать съ губительными послѣдствіями для христіанской жизни, потому что это именно та реальность, къ которой направлена вся наша земная жизнь.

Согласно ученію еп. Игнатія, всѣ эти апологіи основаны на ложной идеѣ философа новаго времени Декарта, что все нематеріальное является «чистымъ духомъ» и не ограничено временемъ и пространствомъ: «Мечта Декарта о независимости духовъ отъ пространства и времени — рѣшительная нелѣпость. Все ограниченное по необходимости, зависитъ отъ пространства» (т. III, стр. 312). «Многочисленныя цитаты... изъ богослужебныхъ книгъ и изъ твореній Отцовъ Православной Церкви... со всею удовлетворительностью рѣшаютъ вопросъ относительно того, гдѣ помѣщаются рай и адъ. Съ какой ясностью (православная) восточная церковь указываетъ мѣсто рая на Небѣ и мѣсто ада во внутренности земли» (т. III, стр. 308-309, выдѣленіе еп. Игнатія). Здѣсь мы только укажемъ, какъ слѣдуетъ понимать его ученіе.

Несомнѣнно вѣрно, какъ указываютъ многочисленныя цитаты изъ еп. Игнатія, что всѣ православные источники — Священное Писаніе, богослуженія, житія святыхъ, творенія святыхъ Отцовъ — говорятъ о раѣ и Небѣ какъ находящихся «вверху», а объ адѣ — какъ находящемся «внизу», подъ землей. И такъ же вѣрно, что, поскольку ангелы и души ограничены въ пространствѣ (какъ мы видѣли изъ главы «Православное ученіе объ ангелахъ») они должны быть всегда въ одномъ опредѣленномъ мѣстѣ — будь то Небо, адъ или земля. Мы уже цитировали ученіе преп. Іоанна Дамаскина объ ангелахъ, что «когда они находятся на небѣ, ихъ нѣтъ на землѣ; и посылаемые Богомъ на землю — они отсутствуютъ на небѣ» (П:З, стр. 47), которое представляетъ собой то же, чему ранѣе учили св. Василій Великій («О Духѣ Святомъ», гл. 23), св. Григорій Двоесловъ («Поученія на книгу Іова», кн. II, 3) и, по сути, всѣ православные Отцы.

Поэтому, несомнѣнно, Небо — это мѣсто, и оно, несомнѣнно, выше любой точки на землѣ, а адъ, несомнѣнно, внизу, во внутренности земли, но люди не могутъ видѣть эти мѣста и ихъ обитателей пока не откроются имъ духовныя очи, какъ мы видѣли уже раньше, говоря о воздушномъ царствѣ. Кромѣ того, эти мѣста находятся внѣ «координатъ» нашей пространственно-временной си/с. 118/стемы: авіалайнеръ не пролетаетъ «невидимо» черезъ рай, а спутникъ земли черезъ третье небо, а съ помощью буренія нельзя добраться до душъ, ожидающихъ въ аду Страшнаго Суда. Онѣ тамъ, но въ пространствѣ иного рода, начинающемся непосредственно здѣсь, но не простирающемся въ другомъ направленіи.

Имѣются указанія, или по крайней мѣрѣ намеки, на эту другую реальность и въ повседневномъ посюстороннемъ опытѣ. Напримѣръ, существованіе вулкановъ и большого количества тепла въ центрѣ земли разсматривалось святыми какъ указаніе на существованіе ада во внутренности земли [1]. Конечно, адъ «нематеріаленъ» въ томъ смыслѣ, въ какомъ имѣется «наложеніе» двухъ видовъ реальности — «наложеніе», которое прежде всего можно видѣть въ самой природѣ человѣка, который даже въ этой жизни способенъ въ опредѣленныхъ обстоятельствахъ или по волѣ Божіей воспринимать оба вида реальности. Сами современные ученые были вынуждены признать, что они больше не увѣрены въ конечной природѣ и границахъ матеріи, ни въ томъ, гдѣ она исчезаетъ и начинается «душевная» реальность.

Многочисленные примѣры въ житіяхъ святыхъ показываютъ, какъ это, другого рода пространство, «прорывается» въ «нормальное» пространство этого міра. Часто, напримѣръ, видятъ, какъ возносится къ небу душа новопреставленнаго, какъ было, когда св. Бенедиктъ увидѣлъ душу св. Германа Капуанскаго, относимую ангелами на небо въ огненномъ шарѣ (св. Григорій, «Собесѣдованія», II, 35, стр. 144-146), или когда жители о-ва Еловый видѣли душу св. Германа Аляскинскаго, восходящую на огненномъ столпѣ, или старецъ Серафимъ Глинскій видѣлъ восходящую душу преп. Серафима Саровскаго. Пророкъ Елисей видѣлъ, какъ пророкъ Илія былъ взятъ на небо въ огненной колесницѣ (3 Цар. 2, 11). Часто также видятъ, какъ души проходятъ черезъ мытарства. Такіе случаи особенно многочисленны въ житіяхъ преп. Нифонта, епископа Констанціи Кипрской (23 дек.) и св. Колумбы Іонскаго — нѣкоторыя цитаты изъ послѣдняго были приведены выше въ главѣ о мытарствахъ. Въ житіи блаженнаго Ѳеофила Кіевскаго одинъ изъ свидѣтелей его праведной кончины видѣлъ, какъ «вдругъ передъ его взоромъ что-то промелькнуло, и въ лицѣ пахнула струя прохладнаго воздуха. Съ изумленіемъ взглянулъ Дмитрій вверхъ и остолбенѣлъ: въ келій медленно сталъ подниматься покровъ, и голубое /с. 119/ небо, точно распростирая свои объятія, приготовилось принять святую душу умирающаго праведника» («Жизнь блаженнаго старца іеросхимонаха Ѳеофила», о. Владиміръ Зноско, Кіевъ, 1906).

Наше любопытство не должно простираться дальше общаго знанія о томъ, что Небо и адъ дѣйствительно «мѣста», но не мѣста въ этомъ мірѣ, въ нашей пространственно-временной системѣ. Эти «мѣста» настолько отличаются отъ нашихъ земныхъ понятій «мѣста», что мы безнадежно запутаемся, если попытаемся свести воедино ихъ «географію». Нѣкоторыя житія святыхъ ясно указываютъ, что «Небо» находится надъ «раемъ», другія говорятъ о томъ, что есть, по крайней мѣрѣ, «три неба» — но не намъ опредѣлять «границы» этихъ мѣстъ или пытаться установить ихъ характеристики. Подобныя описанія даны намъ по Божьему Провидѣнію, чтобы побудить насъ стремиться туда путемъ христіанской жизни и смерти, но не для того, чтобы мы прилагали къ нимъ мірскія категоріи логики и познанія, которыя къ нимъ не приложимы. Св. Іоаннъ Златоустъ справедливо призываетъ не думать о своихъ дѣлахъ при изслѣдованіи неба и ада: «Ты спрашиваешь, гдѣ адъ, но къ чему тебѣ знать это? Тебѣ слѣдуетъ знать, что адъ существуетъ, а не то, гдѣ онъ находится... По моему мнѣнію, онъ гдѣ-то внѣ этого міра... Потщимся же узнать не гдѣ онъ, а какъ его избѣжать» («Бесѣды на посланіе къ Римлянамъ», 31, 3-4).

Въ этой жизни намъ мало что дано узнать о потусторонней реальности, хотя мы знаемъ достаточно, чтобы отвѣтить раціоналистамъ, говорящимъ, что небо и адъ «нигдѣ» не находятся и не существуютъ, потому что они не могутъ ихъ видѣть. На самомъ дѣлѣ эти мѣста находятся «гдѣ-то», и нѣкоторые изъ живущихъ на землѣ побывали тамъ и вернулись, чтобы разсказать о нихъ, но во плоти мы видимъ эти мѣста больше вѣрою, чѣмъ сознаніемъ. «Теперь мы видимъ какъ бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же лицомъ къ лицу: теперь я знаю отчасти, а тогда познаю, подобно какъ я познанъ» (1 Кор. 13, 12).

Христіанскій опытъ неба.

Истинный христіанскій опытъ Неба всегда несетъ въ себѣ одинъ и тотъ же отпечатокъ потусторонняго опыта. Тѣ, кто видѣли Небо, не только путешествовали въ другое мѣсто, они то/с. 120/же переходили въ совершенно другое духовное состояніе. Мы, кто не испытывалъ этого лично, должны удовлетвориться описаніемъ нѣкоторыхъ внѣшнихъ свойствъ, которыя въ совокупности позволяютъ отличить этотъ опытъ отъ всякаго другого опыта воздушнаго царства, разсмотрѣннаго выше.

Въ житіяхъ святыхъ есть описанія того, какъ съ земли были видны восхожденія душъ на Небо. Въ житіи св. Антонія Великаго читаемъ: «Еще однажды, пребывая въ горѣ и возведя взоръ, видитъ Антоній, что возносится нѣкто по воздуху, къ великой радости встрѣчающихъ его. Потомъ дивясь и ублажая таковый сонмъ, начинаетъ онъ молиться, чтобы открыто ему было, что это значитъ. И вдругъ приходитъ къ нему гласъ: "это душа Амуна, нитрійскаго инока". Амунъ же до старости пребылъ подвижникомъ» («Житіе св. Антонія»).

Авва Серапіонъ слѣдующимъ образомъ описываетъ смерть св. Марка Ѳраческаго: «взглянувши, увидѣлъ я душу святого, уже освободившеюся отъ оковъ плоти, — она была покрыта ангельскими руками бѣло-синею одеждою и возносилась ими на небеса. Я созерцалъ воздушный путь къ небу и отверзшіяся небеса. При семъ я видѣлъ стоящія на этомъ пути полчища бѣсовъ и слышалъ обращенный къ бѣсамъ ангельскій голосъ:

Сыны тьмы, бѣгите и скройтесь отъ лица свѣта правды!

Святая душа Марка была задержана на воздухѣ около одного часа. Затѣмъ послышался съ неба голосъ, говорившій ангеламъ:

Возьмите и принесите сюда того, кто посрамилъ бѣсовъ.

Когда душа преподобнаго прошла безъ всякаго для себя вреда черезъ бѣсовскія полчища и приближалась уже къ отверстому небу, я увидѣлъ какъ бы подобіе простертой съ неба правой руки, принимавшей непорочную душу. Затѣмъ это видѣніе скрылось изъ глазъ моихъ, и болѣе я ничего не видѣлъ» (Житія святыхъ, 5 апрѣля).

Изъ этихъ разсказовъ мы уже можемъ видѣть три особенности подлиннаго христіанскаго опыта Неба — это восхожденіе; сопровожденіе души ангелами; привѣтствіе ея обитателями Неба, къ которымъ она и присоединяется.

Опытъ Неба бываетъ разный. Иногда душу отводятъ туда до смерти, чтобы показать ей чудеса или уготованное ей мѣсто. Такъ, св. Мавра послѣ того, какъ она не поддалась во время своего мученичества двумя ложными видѣніями падшихъ духовъ (описано выше въ качествѣ примѣра искушеній, которыя могутъ быть /с. 121/ въ часъ смерти), такъ описывала послѣдовавшій за тѣмъ Богоданный опытъ: «Также я видѣла и третьяго мужа, прекраснаго видомъ; лицо его сіяло какъ солнце. Взявъ меня за руку, онъ возвелъ меня на небо и показалъ мнѣ престолъ, покрытый бѣлою одеждою, и вѣнецъ, прекрасный видомъ. Удивившись этой красотѣ, я спросила того мужа, который привелъ меня на небо: — чье это, господинъ? — Онъ же сказалъ мнѣ: — это воздаяніе за подвигъ твой... Но теперь возвратись въ тѣло твое; утромъ же въ шестый часъ пріидутъ ангелы Божій, чтобы взять ваши души и вознести ихъ на небо» (Житія святыхъ, 3 мая).

Есть такъ же опытъ видѣнія Неба издалека, какъ въ случаѣ со св. первомученикомъ Стефаномъ, который видѣлъ «небеса отверстыя и Сына Человѣческаго, стоящаго одесную Бога» (Дѣян. 7, 56). Здѣсь, однако, мы разсмотримъ только тотъ опытъ, который легче всего сравнивать съ современнымъ «посмертнымъ» опытомъ: восхожденіе на Небо, будь то послѣ смерти или въ Богоданномъ опытѣ, «въ» тѣлѣ или «внѣ» его.

Св. Сальвій Альбійскій, галльскій іерархъ VI вѣка, вернулся къ жизни послѣ того, какъ былъ мертвъ большую часть дня, и разсказалъ своему другу Григорію Турскому слѣдующее: «Когда келья моя сотрясалась четыре дня тому назадъ и ты увидѣлъ меня лежащимъ мертвымъ, я былъ поднятъ двумя ангелами и отнесенъ на высочайшую вершину Неба пока подъ моими стопами, казалось, были не только жалкая земля, но также Солнце и Луна, облака и звѣзды. Затѣмъ меня провели черезъ ворота, которыя сіяли ярче солнца, и ввели въ зданіе, гдѣ всѣ полы блестѣли золотомъ и серебромъ. Свѣтъ тотъ описать невозможно. Мѣсто это было наполнено множествомъ людей — и мужчинъ, и женщинъ — простирающимися такъ далеко во всѣ стороны, что ни конца, ни края ему не было видно.

Ангелы расчистили передо мной путь сквозь эту толпу и мы вошли въ то мѣсто, на которое нашъ взглядъ былъ направленъ еще тогда, когда мы были далеко. Надъ этимъ мѣстомъ висѣло облако ярче всякаго свѣта, а въ то же время не было ни Солнца, ни Луны, ни звѣзды — воистину, облако своимъ блескомъ сіяло ярче любого изъ нихъ. Изъ облака изшелъ голосъ, подобный голосу водъ многихъ. Меня, грѣшнаго, съ большимъ почтеніемъ привѣтствовали нѣкіе существа, одни изъ которыхъ были облачены въ священническія одежды, другія въ обычное платье. Мои сопровождающіе сказали мнѣ, что это были мученики и другіе святые, которыхъ /с. 122/ мы почитаемъ здѣсь, на землѣ и которымъ мы молимся съ большимъ усердіемъ. Когда я стоялъ здѣсь, надо мной повѣяло такое сладкое благоуханіе, что, напитанный имъ, я не ощущалъ потребности въ ѣдѣ или питьѣ до самаго этого момента. Затѣмъ я услышалъ голосъ, сказавшій: "Пусть этотъ человѣкъ идетъ обратно на землю, ибо онъ нуженъ нашимъ церквамъ". Я услышалъ голосъ, но не могъ видѣть, кто говоритъ. Затѣмъ я палъ ницъ на землю и заплакалъ. "Увы, увы, Господи" — сказалъ я. "Зачѣмъ ты показалъ мнѣ все это только для того, чтобы снова отнять у меня?.." Голосъ, говорившій мнѣ, сказалъ: "Иди съ миромъ. Я буду призирать на тебя, пока не возвращу тебя вновь въ это мѣсто". Тогда мои сопровождающіе оставили меня, а я, плача, пошелъ обратно черезъ ворота, въ которыя вошелъ» («Исторія франковъ», кн. VII, 1).

Этотъ опытъ добавляетъ нѣсколько еще болѣе важныхъ характеристикъ: яркость небеснаго сіянія; невидимое присутствіе Бога, чей голосъ слышенъ; благоговѣніе и страхъ святыхъ передъ Богомъ и ощущаемое чувство Божіей благодати въ видѣ неописуемаго благоуханія. Кромѣ того, уточняется, что множество встрѣченныхъ на Небѣ «людей» (помимо ангеловъ, сопровождающихъ души) — это души мучениковъ и святыхъ.

Монахъ изъ Уэнлока послѣ того, какъ онъ былъ вознесенъ ангелами и прошелъ мытарства, «увидѣлъ также мѣсто дивной красоты, гдѣ множество очень красивыхъ людей наслаждались небывалымъ счастьемъ, и они позвали его раздѣлить съ ними это счастье, если ему позволятъ. И отъ дыханія ликующихъ вмѣстѣ блаженныхъ душъ до него донеслось дивной сладости благоуханіе. Святые ангелы сказали ему, что это Рай Божій». Далѣе, «онъ увидѣлъ великолѣпныя сіяющія стѣны удивительной длины и необычайной высоты. И святые ангелы сказали: «Это тотъ святой и славный градъ, небесный Іерусалимъ, гдѣ души святыхъ пребываютъ въ радости во вѣки». Онъ сказалъ, что эти души и стѣны этого славнаго города... были такой ослѣпительной яркости, что его глаза никакъ не могли взирать на нихъ» (Письма св. Бонифація).

Возможно, что самый полный и удивительный опытъ неба, описанный въ христіанской литературѣ, принадлежитъ св. Андрею Христа ради юродивому Константинопольскому (IX в.). Этотъ опытъ былъ описанъ со словъ самого святого его другомъ Никифоромъ. Здѣсь мы приводимъ лишь отрывки изъ разсказа святого.

Однажды во время суровой зимы, когда св. Андрей лежалъ на улицѣ замерзшій и близкій къ смерти, онъ внезапно ощутилъ въ се/с. 123/бѣ внутреннюю теплоту и увидѣлъ прекраснаго юношу съ лицомъ свѣтящимся какъ солнце, который отвелъ его въ рай на третье небо. «По Божественному изволенію я пребывалъ въ теченіе двухъ недѣль въ сладостномъ видѣніи... я видѣлъ себя въ прекрасномъ и дивномъ раѣ... умомъ и сердцемъ удивлялся я несказанной прелести рая Божія и услаждался, ходя по нему. Тамъ находилось множество садовъ, наполненныхъ высокими деревьями, которыя, колыхаясь своими вершинами, веселили мои очи, и отъ вѣтвей ихъ исходило великое благоуханіе... сихъ деревьевъ нельзя уподобить по красотѣ ни единому земному дереву... Въ тѣхъ садахъ были безчисленныя птицы съ золотыми, бѣлоснѣжными и разноцвѣтными крыльями. Онѣ сидѣли на вѣтвяхъ райскихъ деревьевъ и такъ прекрасно пѣли, что отъ сладскозвучнаго ихъ пѣнія, я не помнилъ себя... Послѣ сего на меня напалъ какой-то ужасъ, и мнѣ казалось, что я стою на верху небесной тверди, передо мною же ходитъ какой-то юноша, съ свѣтлымъ, какъ солнце, лицомъ, одѣтымъ въ багряницу... Когда я ходилъ по его стопамъ, то увидѣлъ Крестъ большой и прекрасный, по виду подобный радугѣ, а кругомъ его стояли огневидные, какъ пламень, пѣвцы и воспѣвали сладостное пѣніе, славословя Господа, нѣкогда распятаго на Крестѣ. Шедшій передо мною юноша, подойдя къ Кресту, облобызалъ его, и далъ знакъ и мнѣ, чтобы я облобызалъ Крестъ... Лобызая его, я исполнился несказанной духовной сладости и обонялъ благоуханіе сильнѣе райскаго. Пройдя мимо Креста, я посмотрѣлъ внизъ и увидѣлъ подъ собою какъ бы морскую бездну... (Мой путеводитель) обратившись ко мнѣ, сказалъ: "Не бойся, ибо намъ необходимо подняться еще выше". И онъ подалъ мнѣ руку. Когда я ухватился за нее, мы уже находились выше второй тверди. Тамъ я увидалъ дивныхъ мужей, ихъ упокоеніе и непередаваемую на языкѣ человѣческомъ радость ихъ праздника... И вотъ мы поднялись выше третьяго неба, гдѣ я видѣлъ и слышалъ множество силъ небесныхъ, воспѣвающихъ и благословящихъ Бога. Мы подошли къ какой-то, блистающей какъ молнія, завѣсѣ, предъ которой стояли великіе и страшные юноши, видомъ подобные какъ бы огненному пламени... И сказалъ мнѣ водившій меня юноша: "Когда отверзется завѣса, ты увидишь Владыку Христа. Поклонись же престолу Его". Услыхавъ сіе, я радовался и трепеталъ, ибо меня объялъ ужасъ и неизреченная радость... И вотъ какая-то пламенная рука отверзла завѣсу, и я, подобно пророку Исаіи, узрѣлъ Господа моего, сѣдяща не престолѣ высоцѣ и превознесеннѣ и серафими стояху ок/с. 124/рестъ Его (Ис. 6, 1). Онъ былъ облаченъ въ багряную одежду, лицо Его было пресвѣтло, а очи Его съ любовію взирали на меня. Увидѣвъ это, я палъ предъ нимъ ницъ, поклонясь свѣтлому и страшному престолу Его. Какая радость объяла меня при созерцаніи лица Его, того нельзя словами выразить. Даже теперь, при воспоминаніи о томъ видѣніи, я преисполняюсь неизреченной радостію. Въ трепетѣ я лежалъ предъ моимъ Владыкою. Послѣ сего все небесное воинство воспѣло предивную и неизреченную пѣснь, а затѣмъ — не понимаю и самъ какъ — снова очутился ходящимъ по раю» (Житія святыхъ, 2 окт.).

Когда св. Андрей подумалъ, что на Небѣ онъ видѣлъ Божію Матерь, ангелъ сказалъ ему: «Пресвѣтлѣйшую небесныхъ силъ Царицу хотѣлъ ты увидѣть здѣсь? Но Ея здѣсь нѣтъ. Она удалилась въ многобѣдственный міръ — помогать людямъ и утѣшать скорбящихъ. Я показалъ бы тебѣ Ея святое мѣсто, но теперь нѣтъ времени, ибо тебѣ надлежитъ опять возвратиться». Этимъ еще разъ подтверждается то, что ангелы и святые въ любой моментъ времени могутъ находиться только въ одномъ мѣстѣ.

Даже въ XIX вѣкѣ сходное истинное видѣніе Неба имѣлъ ученикъ старца Паисія Величковскаго (нынѣ причисленнаго къ лику святыхъ, перев.) схимонахъ Ѳеодоръ Свирскій. На закатѣ своихъ дней онъ испыталъ очень сильное вліяніе Божіей благодати. Вскорѣ послѣ одного такого случая онъ заболѣлъ и три дня былъ въ безсознательномъ состояніи. Когда съ нимъ началось состояніе изступленія, и онъ вступилъ изъ самого себя, то ему явился нѣкій безвидный юноша, ощущаемый и зримый однимъ сердечнымъ чувствомъ, и юноша этотъ повелъ его узкою стезею въ лѣвую сторону. Самъ о. Ѳеодоръ, какъ потомъ разсказывалъ, испыталъ чувство, что уже умеръ, и говорилъ: «Я скончался. Неизвѣстно, спасусь ли или погибну». «Ты спасенъ!» — сказалъ ему на эти помыслы незримый голосъ. И вдругъ какая-то сила, подобная стремительному вихрю, восхитила его и перенесла на правую сторону.

«Вкуси сладость райскихъ обрученій, которыя даю любящимъ Меня» — провѣщалъ невидимый голосъ. Съ этими словами о. Ѳеодору показалось, что Самъ Спаситель положилъ десницу Свою на его сердце, и онъ былъ восхищенъ въ неизреченно-пріятную какъ бы обитель, совершенно безвидную, необъяснимую словами земного языка. Отъ этого чувства онъ перешелъ къ другому, еще превосходнѣйшему, затѣмъ къ третьему, но всѣ эти чувства, по собственнымъ его словамъ, онъ могъ помнить только сердцемъ, но не могъ /с. 125/ понимать разумомъ.

Потомъ онъ увидѣлъ какъ бы храмъ и въ немъ близъ алтаря какъ бы шалашъ, въ которомъ было пять или шесть человѣкъ.

«Вотъ для этихъ людей — сказалъ мысленный голосъ, — отмѣняется смерть твоя. Для нихъ ты будешь жить».

Тогда ему былъ открытъ духовный возрастъ нѣкоторыхъ его учениковъ. Затѣмъ Господь возвѣстилъ ему тѣ искушенія, которыя должны были обуревать вечеръ дней его... Но Божественный голосъ увѣрилъ его, что корабль его души не можетъ пострадать отъ этихъ свирѣпыхъ волнъ, ибо невидимый правитель его — Христосъ. (Изъ рукописнаго житія старца Ѳеодора въ кн. «Жизнеописаніе оптинскаго старца іеромонаха Леонида», М., 1876, переизданіе 1925 г.).

Можно привести и другіе случаи изъ житія святыхъ и подвижниковъ, но они лишь повторяютъ уже сказанное здѣсь. Однако было бы поучительно, особенно для цѣлей сравненія съ современными «посмертными» случаями, дать опытъ современнаго грѣшника на Небѣ. Такъ, авторъ «Невѣроятнаго для многихъ...» (чье свидѣтельство уже приводилось нѣсколько разъ), избѣжавъ бѣсовъ на мытарствахъ, благодаря заступничеству Божіей Матери, описалъ, какъ, все еще сопровождаемый ангелами, онъ продолжалъ подниматься вверхъ... когда «увидѣлъ надъ собой яркій свѣтъ; онъ походилъ, какъ казалось мнѣ, на нашъ солнечный, но былъ гораздо сильнѣе его. Тамъ, вѣроятно, какое-то царство свѣта.

«Да, именно царство, полное владыческаго свѣта» — предугадывая какимъ-то особымъ чувствомъ еще не видѣнное мною, думалъ я, — «потому что при этомъ свѣтѣ нѣтъ тѣней». «Но какъ же можетъ свѣтъ быть безъ тѣни?» — сйчасъ же выступили съ недоумѣніемъ мои земныя понятія.

И вдругъ мы быстро внеслись въ сферу этого свѣта и онъ буквально ослѣпилъ меня. Я закрылъ глаза, поднесъ руку къ лицу, но это не помогало, такъ какъ руки мои не давали тѣни. Да и что значила здѣсь подобная защита?

«Боже мой, что же это такое, что это за свѣтъ такой? Для меня вѣдь та же тьма. Я не могу смотрѣть, и, какъ во тьмѣ, не вижу ничего...»

Эта невозможность видѣть, смотрѣть, увеличивала для меня страхъ неизвѣстности, естественный при нахожденіи въ невѣдомомъ мнѣ мірѣ, и я съ тревогой думалъ: «Что же будетъ дальше? Скоро ли мы минемъ эту сферу свѣта и есть ли ей предѣлъ, ко/с. 126/нецъ?»

Но случилось иное. Величественно, безъ гнѣва, но властно и непоколебимо раздались голоса: «Не готовъ!»

И затѣмъ... затѣмъ мгновенная остановка въ нашемъ полетѣ вверхъ — и мы быстро стали спускаться внизъ» (стр. 48-49).

Въ этомъ случаѣ еще яснѣе видно качество небеснаго свѣта: онъ такой, что тотъ, кто не приготовился къ видѣнію его путемъ христіанской жизни и подвига, какъ св. Сальвій и Андрей, не можетъ вынести его.

Свойства истиннаго опыта Неба.

Подытожимъ теперь основныя характеристики этихъ истинныхъ опытовъ Неба и посмотримъ, чѣмъ онѣ отличаются отъ описанныхъ въ предыдущихъ главахъ опытовъ воздушнаго міра.

1. Истинный опытъ Неба неизмѣнно имѣетъ мѣсто въ концѣ процесса восхожденія, обычно черезъ мытарства (если душа должна тамъ заплатить нѣкую «пошлину»). Съ другой стороны, въ современныхъ «внѣтѣлесныхъ «и «посмертныхъ» состояніяхъ мытарства и бѣсы никогда не встрѣчаются, и только иногда описывается процессъ восхожденія.

2. Душу на Небо всегда сопровождаетъ ангелъ или ангелы, и она никогда не «забредаетъ» туда или ходитъ по своей волѣ или своими силами. Это, конечно, одно изъ самыхъ удивительныхъ различій между подлиннымъ опытомъ Неба и современными опытами пятидесятниковъ и другихъ, что описываетъ «посмертныя» переживанія «рая» и «Неба». Послѣднее, въ сущности, идентично свѣтскому и даже атеистическому опыту «рая», какъ мы уже видѣли, за исключеніемъ интерпретаціи моментовъ, которые могутъ быть легко добавлены въ «астральной плоскости» человѣческимъ воображеніемъ, но въ этихъ опытахъ ангелы душу фактически никогда не сопровождаютъ. Объ этомъ писалъ св. Іоаннъ Златоустъ въ толкованіи на Лк. 16, 19-31, «Лазаря тогда отвели ангелы. Напротивъ, душу онаго (богача) взяли страшныя нѣкія силы, можетъ быть посланныя для этого; ибо душа не сама собою отходитъ къ оной жизни, потому что это невозможно. Если мы, переходя изъ города въ городъ, имѣемъ нужду въ руководителѣ, то кольми паче нуждаться будетъ въ путеводителѣ душа, исторгнутая изъ тѣла и представляемая къ будущей жизни» (Бесѣда «Къ Антіохій/с. 127/скому народу», III, О Лазарѣ, II. См. митр. Макарія, т. II, стр. 536).

Этотъ моментъ можетъ дѣйствительно использоваться какъ одинъ изъ пробныхъ камней подлиннаго опыта Неба. Въ современныхъ опытахъ душѣ чаще всего предлагается выборъ — остаться въ «раю» или пойти обратно на землю, а подлинный опытъ Неба никогда не достигается по выбору человѣка, а только по велѣнію Божію, исполняемому Его ангелами. Обычному въ наши дни «внѣтѣлесному» опыту «рая» не требуется руководитель, ибо все происходитъ непосредственно здѣсь, въ воздухѣ надъ нами, все еще въ этомъ мірѣ, а присутствіе ангеловъ-руководителей необходимо, если опытъ имѣетъ мѣсто внѣ этого міра, въ реальности иного рода, гдѣ душа не можетъ ходить сама по себѣ. (Это не означаетъ, что бѣсы не могутъ замаскироваться и подъ «ангеловъ-руководителей», но они это рѣдко дѣлаютъ въ современныхъ опытахъ).

3. Опытъ имѣетъ мѣсто при яркомъ свѣтѣ и сопровождается явными знаменіями Божественной благодати, въ частности, дивнымъ благоуханіемъ. Подобныя знаменія, правда, иногда также отмѣчаются въ современномъ «посмертномъ» опытѣ, но здѣсь имѣется фундаментальное различіе, которое врядъ ли можно переоцѣнить. Современные опыты поверхностны, даже чувственны: въ нихъ нѣтъ ничего, что бы отличало ихъ отъ аналогичныхъ опытовъ невѣрующихъ, не считая христіанскаго декора, который наблюдатель видитъ (или добавляетъ), это не болѣе чѣмъ просто естественное наслажденіе «внѣ тѣла» съ тонкимъ «христіанскимъ» покрытіемъ. (Возможно также, что въ нѣкоторыхъ случаяхъ падшіе духи уже добавляютъ свои обманы, что бы еще больше вовлечь наблюдателя въ гордость и утвердить его въ его поверхностномъ пониманіи христіанства, но здѣсь нѣтъ нужды вдаваться въ это). Съ другой стороны, въ подлинно христіанскихъ опытахъ глубина ихъ подтверждается воистину чудесными событіямъ: св. Сальвія благоуханіе такъ напитало, что болѣе трехъ дней ему не требовалось ни пищи, ни питья, и только тогда онъ разсказалъ о томъ, что съ нимъ было, благоуханіе исчезло, а его языкъ покрылся язвами и распухъ; св. Андрей отсутствовалъ двѣ недѣли; К. Икскуль былъ въ состояніи «клинической смерти» 36 часовъ. Разумѣется, въ современныхъ опытахъ иногда бываютъ «чудесныя исцѣленія» въ близкихъ къ смерти и похожихъ на смерть состояніяхъ, но никогда ничего столь необычнаго, какъ въ вышеописанныхъ случаяхъ, и ничто никогда не указываетъ на то, что эти люди дѣйствительно были на /с. 128/ Небѣ, а не просто испытали наслажденіе отъ выхода «изъ тѣла» (въ «астральную плоскость»). Различіе между современными опытами и истиннымъ опытомъ Неба въ точности такое, какъ различіе между современнымъ поверхностнымъ «христіанствомъ» и подлиннымъ православнымъ христіанствомъ. Напримѣръ, «миръ», который можетъ испытать человѣкъ, «принявшій Іисуса какъ своего личнаго Спасителя», или имѣвшій столь обычный нынѣ опытъ «говоренія языками», или видѣвшій «Христа» (тоже сейчасъ не рѣдкость), но не знающій ничего о жизни сознательнаго христіанскаго подвига и покаянія и никогда не пріобщившійся истиннаго Тѣла и Крови Христовыхъ, въ Святыхъ Таинствахъ, установленныхъ Самимъ Христомъ, — просто никакъ нельзя сравнивать съ тѣмъ миромъ, который открывается въ житіяхъ великихъ православныхъ святыхъ. Современные опыты — это въ буквальномъ смыслѣ «поддѣлки» подлиннаго опыта Неба.

4. Истинный опытъ Неба сопровождается такимъ чувствомъ благоговѣнія и страха предъ Божіимъ величіемъ и чувствомъ такого недостоинства созерцать Его, какія рѣдко можно сейчасъ встрѣтить и у православныхъ христіанъ, не говоря уже о тѣхъ, кто находится внѣ Церкви Христовой. Идущія изъ глубины сердца св. Сальвія чувства своего недостоинства, поклоненіе св. Андрея въ трепетѣ передъ Христомъ, даже ослѣпленіе К. Икскуля отъ свѣта, который онъ былъ недостоинъ созерцать — все это вещи, неслыханныя въ современномъ опытѣ. Тѣ, кто нынѣ видятъ «рай» въ воздушномъ царствѣ, «рады», «счастливы», «довольны» — рѣдко что-нибудь большее. Если они видятъ «Христа», въ какомъ-либо видѣ, то только для того, чтобы доставить себѣ удовольствіе отъ «бесѣды» съ нимъ, что характерно для опыта «харизматическаго» движенія. Элементъ божественнаго и страха человѣка передъ нимъ, страхъ Божій въ подобныхъ опытахъ отсутствуетъ.

Можно привести и другія характеристики истиннаго опыта Неба, описаннаго главнымъ образомъ въ православныхъ житіяхъ, но сказаннаго уже достаточно, чтобы четко ограничить его отъ современныхъ опытовъ. Будемъ только всегда, когда бы мы не говорили о такихъ возвышенныхъ потустороннихъ опытахъ, помнить, что они даются намъ больше какъ намеки, чѣмъ какъ полныя описанія того, что на человѣческомъ языкѣ вообще не можетъ быть описано соотвѣтствующимъ образомъ. Не видѣлъ того глазъ, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человѣку, что приготовилъ Богъ любящимъ Его (1 Кор. 2, 9).

/с. 129/

Замѣчанія о видѣніи ада.

Для православнаго вѣрующаго адъ столь же реаленъ, какъ и Небо. Самъ Господь неоднократно говоритъ о тѣхъ, кого за непослушаніе Его заповѣдямъ онъ пошлетъ въ огонь вѣчный, уготованный дьяволу и ангеламъ его (Мѳ. 25, 41). Въ одной изъ своихъ притчъ Онъ даетъ яркій примѣръ богача, осужденнаго на адскія мученія за неправедныя дѣянія во время своей жизни, взирающаго на рай, который онъ потерялъ, и просящаго патріарха Авраама позволить нищему Лазарю, которымъ при жизни пренебрегалъ, пойти и омочить конецъ перста своего въ водѣ и прохладить языкъ мой, ибо я мучусь въ пламени семъ. Но Авраамъ отвѣчаетъ, что между нами и вами утверждена великая пропасть и что между спасенными и проклятыми нѣтъ никакого общенія (Лк. 16, 24. 26).

Въ православной литературѣ видѣнія ада столь же обычны, какъ и видѣнія Неба и рая. Въ отличіе отъ видѣній Неба, подобныя видѣнія и опытъ даются чаще всего обычнымъ грѣшникамъ, а не святымъ, и цѣль этого ясна. Въ своихъ «Собесѣдованіяхъ» св. Григорій утверждаетъ: «Въ своей неизреченной милости благій Богъ позволяетъ нѣкоторымъ душамъ послѣ смерти вернуться въ тѣло, чтобы видъ ада могъ бы, наконецъ, научить ихъ бояться вѣчнаго наказанія, повѣрить въ которое одни слова заставить ихъ не могли». Затѣмъ св. Григорій описываетъ нѣсколько опытовъ ада и разсказываетъ о впечатлѣніи, которое они произвели на видѣвшихъ. Такъ, нѣкій испанскій отшельникъ Петръ умеръ и увидѣлъ «адъ со всѣми мученіями и безчисленныя озера огня». Вернувшись къ жизни, Петръ разсказалъ объ увидѣнномъ, «но даже если бы онъ и хранилъ молчаніе, его покаянные посты и ночныя бдѣнія были бы краснорѣчивыми свидѣтельствами его ужасающаго пребыванія въ адѣ и глубокаго страха жуткихъ мученій. Богъ явилъ Свое безмѣрное милосердіе, не давъ ему умереть и испытать все это послѣ смерти».

Англійскій лѣтописецъ VIII вѣка Беда Достопочтенный разсказываетъ, какъ нѣкій житель провинціи Нортумбрія вернулся послѣ того, какъ всю ночь пробылъ «мертвымъ», и разсказалъ о своемъ опытѣ какъ рая, такъ и ада. Въ аду онъ очутился въ непроглядной темнотѣ: «часто передъ нами внезапно возникали клубы тусклаго /с. 130/ пламени, поднимающагося какъ бы изъ огромной ямы и вновь туда спадающаго... По мѣрѣ того, какъ языки пламени разрастались, они наполнялись человѣческими душами, которыя, подобно искрамъ, разлетающимся съ дымомъ, то оказывались иногда высоко въ воздухѣ, то падали обратно въ глубину по мѣрѣ уменьшенія огненныхъ паровъ. Болѣе того, неописуемое зловоніе изливалось съ этими парами и заполняло все это мрачное мѣсто... Вдругъ позади я услышалъ звукъ самаго ужаснаго и отчаяннаго стенанія, сопровождаемаго грубымъ смѣхомъ... Я увидѣлъ толпу злыхъ духовъ, влекущихъ за собою изъ глубины пять душъ, которыя выли и стенали, въ то время какъ бѣсы смѣялись и ликовали... Тѣмъ временемъ изъ огненныхъ глубинъ появились темные духи и стали окружать меня, пугая меня своими сверкающими глазами и отвратительнымъ пламенемъ, исходящимъ изъ ртовъ и ноздрей» (Беда, «Исторія англійской церкви и народа», кн. V, 12).

Въ повѣсти о воинѣ Таксіотѣ онъ разсказываетъ, что послѣ того какъ на мытарствахъ его остановили бѣсовскіе «мытари», «злые духи, взявъ меня, начали бить и свели затѣмъ внизъ; земля разступилась и я, будучи веденъ узкими ходами черезъ тѣсныя и смрадныя скважины, сошелъ до самой глубины темницъ адовыхъ, гдѣ во тьмѣ вѣчной заключены души грѣшниковъ, гдѣ нѣтъ жизни людямъ, а одна вѣчная мука, неутѣшный плачъ и несказанный скрежетъ зубовъ. Тамъ всегда раздается отчаянный крикъ: «Горе, горе намъ! Увы, увы!». И невозможно передать всѣхъ тамошнихъ страданій, нельзя пересказать всѣхъ мукъ и болѣзней, которыя я видѣлъ. Стонутъ изъ глубины души, и никто о нихъ не милосердствуетъ; плачутъ и нѣтъ утѣшающаго; молятъ и нѣтъ внимающаго имъ и избавляющаго ихъ. И я былъ заключенъ въ тѣхъ мрачныхъ, полной ужасной скорби мѣстахъ, и плакалъ я и горько рыдалъ отъ третьяго часа до десятаго» (Житія святыхъ, 28 марта).

Аналогичную сцену монахъ изъ Уэнлока видѣлъ въ «преисподней» земли, гдѣ «онъ слышалъ ужасныя, страшныя и невыразимыя стенанія и рыданія несчастныхъ душъ. И ангелъ сказалъ ему : «Ропотъ и крики, которые ты слышишь тамъ внизу, исходятъ отъ тѣхъ душъ, до которыхъ никогда не достигаетъ любящее сердце Божіе, но огонь неумирающій мучитъ ихъ вовѣки» (Письма св. Бонифація).

Конечно, насъ не должны слишкомъ зачаровывать буквальныя подробности такихъ опытовъ, и даже меньше, чѣмъ въ случаѣ рая или Неба, должны мы пытаться сводить воедино «чистилища» и /с. 131/ «лимба» (преддверіе ада для душъ некрещенныхъ младенцевъ и дохристіанскихъ праведниковъ — прим. перев.) — это какъ разъ и есть попытки создать такую «географію», но православное преданіе знаетъ въ преисподней только одну реальность — адъ. Болѣе того, какъ учитъ св. Маркъ Эфесскій (см. его «Второе слово о чистилищномъ огнѣ» въ Приложеніи 1-А), то, что видятъ въ опытахъ ада — это часто опытъ будущихъ мученій, а не буквальное описаніе нынѣшняго состояніе ожидающихъ въ аду Страшнаго Суда. Но будь ли то дѣйствительное зрѣлище нынѣшнихъ реальностей или видѣніе будущаго, опытъ ада, какъ онъ представленъ въ православныхъ источникахъ, является мощнымъ средствомъ пробудить человѣка къ жизни христіанскаго подвига, который является единственнымъ путемъ къ тому, чтобы избѣгнуть вѣчнаго мученія — вотъ почему Богъ даруетъ такой опытъ.

Есть ли въ современной «посмертной» литературѣ какой-либо сравнимый опытъ ада?

Д-ръ Муди и большинство другихъ современныхъ изслѣдователей, какъ мы уже видѣли, почти не обнаружили такого опыта. Ранѣе мы объяснили, что этотъ фактъ связанъ съ «комфортабельной» духовной жизнью современнаго человѣка, который часто не имѣетъ страха адскихъ мученій или познанія бѣсовъ и поэтому не ожидаетъ увидѣть такое послѣ смерти. Однако, въ одной недавней книгѣ о жизни послѣ смерти предлагается другое объясненіе, которое представляется равноцѣннымъ, но, въ то же время, отрицаетъ то, что опытъ ада на самомъ дѣлѣ такъ рѣдокъ, какъ это кажется. Здѣсь мы вкратцѣ разсмотримъ открытія этой книги, озаглавленной «За дверьми смерти».

Д-ръ Морисъ Роулингсъ, врачъ изъ Теннеси, спеціализирующійся на терапіи сердечно-сосудистыхъ заболѣваній, самъ реанимировалъ многихъ людей, которые были «клинически мертвы». Опросы этихъ людей показали ему, что «вопреки большинству опубликованныхъ случаевъ жизни послѣ смерти, не всякій опытъ смерти пріятенъ. Адъ тоже существуетъ! Послѣ того, какъ я самъ осозналъ этотъ фактъ, я началъ собирать разсказы о непріятныхъ случаяхъ, которые другіе изслѣдователи явно пропустили. Это случилось, я думаю, потому, что эти изслѣдователи, какъ правило психіатры, никогда не реанимировали паціента. Они не имѣли возможности быть на мѣстѣ происшествія. Въ моемъ изслѣдованіи непріятный опытъ, какъ оказалось, по крайней мѣрѣ столь же частъ, какъ и пріятный... Я установилъ, что большинство /с. 132/ непріятныхъ опытовъ вскорѣ вытѣсняется глубоко въ подсознаніе паціента. Эти тяжелые опыты, по-видимому, столь болѣзненны, непріятны, что они удаляются изъ сознательной памяти, и поэтому или помнятъ только пріятные опыты, или ничего не помнятъ».

Д-ръ Роулингсъ такъ описываетъ свою «модель» этихъ опытовъ ада: «Подобно тѣмъ, кто имѣлъ пріятный опытъ, сообщавшіе о тяжеломъ опытѣ тоже могутъ лишь съ трудомъ осознать что они умерли, когда они смотрятъ, какъ врачи возятся съ трупомъ. Они также по выходѣ изъ комнаты могутъ попасть въ темный проходъ, но вмѣсто того, чтобы попасть въ свѣтлое окруженіе, они попадаютъ въ темную, тусклую обстановку, гдѣ они встрѣчаютъ странныхъ людей, которые могутъ таиться въ тѣни и вдоль горящаго огненнаго озера. Ужасы превосходятъ всякое описаніе и ихъ трудно вспомнить». Имѣются различныя описанія (включая сдѣланныя «постоянными членами церкви», которые были удивлены, оказавшись въ такомъ состояніи) появленій бѣсенятъ и странныхъ гигантовъ, спуска въ темноту и огненный жаръ, пламя и океаны огня.

Въ общемъ, эти опыты — какъ по своей краткости, такъ и по отсутствію ангельскихъ и бѣсовскихъ руководителей, не обладаютъ характеристиками подлиннаго потусторонняго опыта, а нѣкоторые изъ нихъ напоминаютъ приключенія Роберта Монро въ «астральной плоскости». Но они все же вносятъ важную поправку въ широко извѣстный опытъ «наслажденія» и «рая» послѣ смерти: «внѣтѣлесная» сфера ни въ коемъ случаѣ не есть наслажденіе и свѣтъ, а тѣ, кто испыталъ въ этомъ «адскую» сторону, ближе къ сути вещей, чѣмъ тѣ, кто испыталъ въ этомъ состояніи только «наслажденіе». Бѣсы воздушнаго царства нѣсколько пріоткрываютъ свою истинную природу этимъ лицамъ, даже не давая имъ намекъ на мученія, ожидающія тѣхъ, кто не зналъ Христа и не исполнялъ Его заповѣдей.

Примѣчаніе:
[1] См. Житіе св. Патрикія Прусскаго, 19 мая; «Собесѣдованія» св. Григорія, IV, 36 и 44; еп. Игнатій (Брянчаниновъ), т. III, стр. 98.

Источникъ: Іеромонахъ Серафимъ (Роузъ). Душа послѣ смерти. Современные «посмертные» опыты въ свѣтѣ ученія Православной Церкви. / Пер. съ англ. (съ прилож. разсказа блаж. Ѳеодоры о мытарствахъ). — М.: «MACAU & Co.», 1991. — С. 116-132.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2017 г.