Церковный календарь
Новости


2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Православное Догмат. Богословіе митр. Макарія (1976)
2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Свт. Тихонъ Задонскій, еп. Воронежскій (1976)
2018-12-10 / russportal
Лактанцій. Книга о смерти гонителей Христовой Церкви (1833)
2018-12-10 / russportal
Евсевій, еп. Кесарійскій. Книга о палестинскихъ мученикахъ (1849)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Истинное христіанство есть несеніе креста (1975)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Сознаемъ ли мы себя православными? (1975)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, какъ душѣ обрѣсти Бога (1895)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, что не должно соблазнять ближняго (1895)
2018-12-07 / russportal
Тихонія Африканца Книга о семи правилахъ для нахожд. смысла Св. Писанія (1891)
2018-12-07 / russportal
Архим. Антоній. О правилахъ Тихонія и ихъ значеніи для совр. экзегетики (1891)
2018-12-06 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 16-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
2018-12-06 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 15-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
2018-12-05 / russportal
Духовныя бесѣды (26-30) преп. Макарія Египетскаго (1904)
2018-12-05 / russportal
Духовныя бесѣды (21-25) преп. Макарія Египетскаго (1904)
2018-12-04 / russportal
Прот. М. Хитровъ. Слово на Введеніе во храмъ Пресв. Богородицы (1898)
2018-12-04 / russportal
Слово въ день Введенія во храмъ Пресвятой Богородицы (1866)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - среда, 12 декабря 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 8.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

Іером. Серафимъ (Роузъ) († 1982 г.).
ДУША ПОСЛѢ СМЕРТИ. СОВРЕМЕННЫЕ «ПОСМЕРТНЫЕ» ОПЫТЫ ВЪ СВѢТѢ УЧЕНІЯ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ.
(Пер. съ англ., съ прилож. разсказа блаж. Ѳеодоры о мытарствахъ. М., 1991).

Глава десятая.
КРАТКОЕ ИЗЛОЖЕНІЕ ПРАВОСЛАВНАГО УЧЕНІЯ О ПОСМЕРТНОЙ СУДЬБѢ ДУШИ.

Въ первыхъ девяти главахъ этой книги мы попытались изложить нѣкоторые основные аспекты православнаго христіанскаго взгляда на жизнь послѣ смерти, противопоставляя ихъ широко распространенному современному взгляду, а также появившимся на Западѣ взглядамъ, которые въ нѣкоторыхъ отношеніяхъ отошли отъ древняго христіанскаго ученія. На Западѣ подлинное православное ученіе объ ангелахъ, о воздушномъ царствѣ падшихъ духовъ, о природѣ общенія людей съ духами, о Небѣ и адѣ было потеряно и искажено, въ результатѣ чего имѣющіе мѣсто въ настоящее время «посмертные» опыты получаютъ совершенно невѣрное толкованіе. Единственнымъ удовлетворительнымъ отвѣтомъ на эту ложную интерпретацію является православное христіанское ученіе.

Настоящая книга имѣетъ слишкомъ ограниченный объемъ, чтобы изложить полностью православное ученіе о потустороннемъ мірѣ и посмертной жизни. Наша задача была куда болѣе узкой — изложить это ученіе въ той мѣрѣ, въ какой его было бы достаточно, чтобы отвѣтить на вопросы, поднимаемые современными «посмертными» опытами и указать читателю на тѣ православные тексты, гдѣ содержится это ученіе. Въ заключеніе мы здѣсь спеціально даемъ короткое изложеніе православнаго ученія о судьбѣ души послѣ смерти. Это изложеніе состоитъ изъ статьи, написанной однимъ изъ послѣднихъ выдающихся богослововъ нашего времени, архіепископомъ Іоанномъ (Максимовичемъ) за годъ до его смерти. Его слова напечатаны болѣе узкимъ столбцомъ, а вставленные въ текстъ объяснительные заголовки, комментаріи и сравненія, вмѣстѣ съ различными цитатами изъ св. Отцовъ, напечатаны какъ обычно.

Архіепископъ Іоаннъ (Максимовичъ).
ЖИЗНЬ ПОСЛѢ СМЕРТИ.

Чаю воскресеніе изъ мертвыхъ и жизни будущаго вѣка (Никейскій Сѵмволъ вѣры).

Безграничнымъ и безутѣшнымъ было бы наше горе по умирающимъ близкимъ, если бы Господь не далъ намъ вѣчную жизнь. Жизнь наша была бы безцѣльна, если бы она оканчивалась /с. 153/ смертью. Какая польза была бы тогда отъ добродѣтели и добрыхъ дѣлъ? Тогда были бы правы говорящіе: «Будемъ ѣсть и пить, ибо завтра умремъ». Но человѣкъ созданъ для безсмертія, и Христосъ Своимъ воскресеніемъ открылъ врата Царства Небеснаго, вѣчнаго блаженства для тѣхъ, кто вѣрилъ въ Него и жилъ праведно. Наша земная жизнь — это приготовленіе къ будущей жизни, а это приготовленіе завершается смертью. Человѣкамъ положено однажды умереть, а потомъ судъ (Евр. 9, 27). Тогда человѣкъ оставляетъ всѣ свои земныя попеченія, тѣло его распадается, чтобы вновь возстать при Общемъ Воскресеніи.

Но душа его продолжаетъ жить, не прекращая своего существованія ни на одно мгновеніе. Многими явленіями мертвыхъ намъ дано было знать частично, что случается съ душой, когда она покидаетъ тѣло. Когда прекращается видѣніе тѣлесными очами, начинается видѣніе духовное. Обращаясь въ письмѣ къ своей умирающей сестрѣ, еп. Ѳеофанъ Затворникъ пишетъ: «Вѣдь ты не умрешь. Тѣло твое умретъ, а ты перейдешь въ другой міръ, живая, себя помнящая и весь окружающій міръ узнающая» («Душеполезное чтеніе», августъ 1894).

Послѣ смерти душа жива и чувствуетъ больше, а не меньше. Св. Амвросій Медіоланскій учитъ: «Поскольку душа продолжаетъ жить послѣ смерти, остается добро, которое не теряется со смертью, но возрастаетъ. Душа не удерживается никакими препятствіями, ставимыми смертью, но болѣе дѣятельна, потому что дѣйствуетъ въ своей собственной сферѣ безъ всякой связи съ тѣломъ, которое ей скорѣе бремя, чѣмъ польза» (св. Амвросій, «Смерть какъ благо»).

Преп. авва Дороѳей суммируетъ ученіе раннихъ Отцовъ по этому вопросу: «Ибо души помнятъ все, что было здѣсь, какъ говорятъ Отцы, и слова, и дѣла, и помышленія, и ничего изъ этого не могутъ забыть тогда. А сказанное въ Псалмѣ: въ тотъ день погибнутъ всѣ помышленія ихъ (Пс. 145, 4) — говорится о помышленіяхъ вѣка сего, т. е. о строеніи, имуществѣ, родителяхъ, дѣтяхъ и всякомъ даяніи и полученіи. Все сіе вмѣмтѣ съ тѣмъ, какъ душа выходитъ изъ тѣла, погибаетъ... А что она сдѣлала относительно добродѣтели или страсти, все то помнитъ и ничего изъ этого для нея не погибаетъ... И ничего, какъ я сказалъ, не забываетъ душа изъ того, что сдѣлала въ семъ мірѣ, но все помнитъ по выходѣ изъ тѣла, и притомъ лучше и яснѣе, какъ /с. 154/ освободившаяся отъ земного сего тѣла» (авва Дороѳей, Поученіе 12).

Великій подвижникъ V вѣка, преп. Іоаннъ Кассіанъ ясно формулируетъ активное состояніе души послѣ смерти тѣла въ отвѣтѣ еретикамъ, вѣрившимъ въ то, что душа послѣ смерти безсознательна: «Души послѣ разлученія съ тѣломъ бываютъ не праздны, не остаются безъ всякаго чувства, это доказываетъ евангельская притча о богатомъ и Лазарѣ (Лк. 23, 22-28)... Души умершихъ не только не лишаются своихъ чувствъ, но не теряютъ и расположеній своихъ, т. е. надежды и страха, радости и скорби, и нѣчто изъ того, что ожидаютъ себѣ на всеобщемъ судѣ, онѣ начинаютъ уже предвкушать... онѣ еще живѣе становятся и ревностнѣе прилѣпляются къ православію Бога. И дѣйствительно, если разсмотрѣвъ свидѣтельства Священнаго Писанія о природѣ самой души по мѣрѣ нашего смысла, нѣсколько разсудимъ, то не будетъ ли, не говорю, крайней глупостію, но безуміемъ — хоть слегка подозрѣвать, что драгоцѣннѣйшая часть человѣка (т. е. душа) въ которой, по блаженному апостолу, заключается образъ Божій и подобіе (1 Кор. 11, 7; Кол. 3, 10), по отложеніи этой дебелости тѣлесной, въ которой она находится въ настоящей жизни, будто становится безчувственною — та, которая содержитъ въ себѣ всякую силу разума своимъ причастіемъ даже нѣмое и безчувственное вещество плоти дѣлаетъ чувствительнымъ? Отсюда слѣдуетъ, и свойство самаго разума требуетъ того, чтобы духъ по сложеніи этой плотской дебелости, которою нынѣ ослабляется, свои разумныя силы привелъ въ лучшее состояніе, возстановилъ ихъ болѣе чистыми и болѣе тонкими, а не лишился ихъ» (стр. 178-179).

Современные «посмертные» опыты сдѣлали людей потрясающе освѣдомленными въ сознательности души послѣ смерти, о большой остротѣ и быстротѣ ея умственныхъ способностей. Но самой по себѣ этой освѣдомленности недостаточно, чтобы защитить находящагося въ такомъ состояніи отъ «внѣтѣлесной» сферы — слѣдуетъ владѣть всѣмъ христіанскимъ ученіемъ по этому вопросу.

Начало духовнаго видѣнія.

Часто (это духовное видѣніе) начинается въ умирающихъ еще до смерти, и все еще видя окружающихъ и даже бесѣдуя съ ними, они видятъ то, чего не видятъ другіе.

Этотъ опытъ умирающихъ наблюдался въ теченіе вѣковъ, и сегод/с. 155/ня подобные случаи съ умирающими — не новость. Однако здѣсь слѣдуетъ повторить сказанное выше въ гл. 1, часть 2: только въ благодатныхъ посѣщеніяхъ праведныхъ, когда появляются святые и ангелы, мы можемъ быть увѣрены, что это явились дѣйствительно существа изъ другого міра. Въ обычныхъ же случаяхъ, когда умирающій начинаетъ видѣть почившихъ друзей и родственниковъ, это можетъ быть лишь «естественное» знакомство съ невидимымъ міромъ, въ который онъ долженъ войти, подлинная же природа образовъ почившихъ, появляющихся въ этотъ моментъ, извѣстна, возможно, одному лишь Богу — и намъ нѣтъ нужды вникать въ это.

Ясно, что Богъ даетъ этотъ опытъ какъ наиболѣе очевидный способъ сообщить умирающему, что потусторонній міръ не есть совсѣмъ незнакомое мѣсто, что жизнь тамъ также характеризуется любовью, которую человѣкъ питаетъ къ своимъ близкимъ. Преосв. Ѳеофанъ трогательно излагаетъ эту мысль въ словахъ, обращенныхъ къ умирающей сестрѣ: «Тамъ встрѣтятъ тебя батюшка и матушка, братья и сестры. Поклонись имъ и наши передай привѣты, — и проси попещись о насъ. Тебя окружатъ твои дѣти — съ своими радостными привѣтами. Тамъ лучше тебѣ будетъ, чѣмъ здѣсь».

Встрѣча съ духами.

Но по выходѣ изъ тѣла душа оказывается среди другихъ духовъ, добрыхъ и злыхъ. Обычно она тянется къ тѣмъ, которые ближе ей по духу, и, если находясь въ тѣлѣ она была подъ вліяніемъ нѣкоторыхъ изъ нихъ, то она останется зависимой отъ нихъ и по выходѣ изъ тѣла, какими бы отвратительными они не оказались при встрѣчѣ.

Здѣсь намъ снова серьезно напоминаютъ, что потусторонній міръ хотя и не будетъ совершенно чужимъ для насъ, но не окажется просто пріятной встрѣчей съ любимыми «на курортѣ» счастья, но будетъ духовнымъ столкновеніемъ, которое испытаетъ расположеніе нашей души во время жизни — склонялась ли она больше къ ангеламъ и святымъ черезъ добродѣтельную жизнь и повиновеніе заповѣдямъ Божіимъ или же, путемъ нерадѣнія и невѣрія, сдѣлала себя болѣе годной для общества падшихъ духовъ. Преосв. Ѳеофанъ Затворникъ хорошо сказалъ (см. выше, конецъ гл. 6), что даже испытаніе на воздушныхъ мытарствахъ можетъ оказаться скорѣе испытаніемъ искушеніями, чѣмъ обвиненіемъ.

Хотя самъ фактъ суда въ загробной жизни стоитъ внѣ всякаго со/с. 156/мнѣнія — какъ Частнаго Суда сразу послѣ смерти, такъ и Страшнаго суда въ концѣ свѣта, внѣшній приговоръ Божій будетъ только отвѣтомъ на внутреннее расположеніе, которое душа создала въ себѣ по отношенію къ Богу и духовнымъ существамъ.

Первые два дня послѣ смерти.

Въ теченіе первыхъ двухъ дней душа наслаждается относительной свободой и можетъ посѣщать на землѣ тѣ мѣста, которыя ей дóроги, но на третій день она перемѣщается въ иныя сферы.

Здѣсь архіепископъ Іоаннъ просто повторяетъ ученіе, извѣстное Церкви IV вѣка, когда ангелъ, сопровождавшій въ пустынѣ преп. Макарія Александрійскаго, сказалъ, объясняя церковное поминовеніе умершихъ на третій день послѣ смерти: «Когда въ третій день бываетъ въ церкви приношеніе, то душа умершаго получаетъ съ стерегущаго ея Ангела облегченіе въ скорби, каковую чувствуетъ отъ разлученія съ тѣломъ, получаетъ потому, что славословіе и приношенія въ церкви Божіей за нее совершенó, отъ чего въ ней рождается благая надежда. Ибо въ продолженіе двухъ дней позволяется душѣ, вмѣстѣ съ находящимися при ней Ангелами, ходить по землѣ, гдѣ хочетъ. Посему душа, любящая тѣло, скитается иногда возлѣ дома, въ которомъ разлучилась съ тѣломъ, иногда около гроба, въ которомъ положено тѣло, и такимъ образомъ проводитъ два дня, какъ птица, ища гнѣзда себѣ. А добродѣтельная душа ходитъ по тѣмъ мѣстамъ, въ которыхъ имѣла обыкновеніе творить правду. Въ третій же день Тотъ, Кто воскресъ изъ мертвыхъ, повелѣваетъ, въ подражаніе Его воскресенію, вознестись всякой душѣ христіанской на небеса для поклоненію Богу всяческихъ» («Слова св. Макарія Александрійскаго о исходѣ душъ праведныхъ и грѣшныхъ», «Христ. чтеніе», авг. 1831).

Въ православномъ чинѣ погребенія усопшихъ преп. Іоаннъ Дамаскинъ ярко описываетъ состояніе души, разставшейся съ тѣломъ, но все еще находящейся на землѣ, безсильной общаться съ любимыми, которыхъ она можетъ видѣть: «Увы мнѣ, яковый подвигъ имать душа, разлучающися отъ тѣлесе! увы, тогда колико слезитъ, и нѣсть помилуяй ю! ко ангеломъ очи возводяши, бездѣльно молится: къ человѣкомъ руцѣ простирающи, не имать помогающаго. Тѣмже, возлюбленніи мои братіе, помысливше нашу краткую жизнь, преставленному упокоенія отъ Христа просимъ, и душамъ /с. 157/ нашимъ велію милость» (Послѣдованіе погребенія мірскихъ человѣкъ, стихира самогласна, гласъ 2).

Въ письмѣ къ мужу упоминавшейся выше своей умирающей сестры св. Ѳеофанъ пишетъ: «Вѣдь сестра-то сама не умретъ, тѣло умираетъ, а лице умирающаго остается. Переходитъ только въ другіе порядки жизни. Въ тѣлѣ лежащемъ подъ святыми и потомъ выносимомъ ея нѣтъ, и въ могилу ее не прячутъ. Она въ другомъ мѣстѣ. Такъ же жива, какъ и теперь. Въ первые часы и дни она будетъ около васъ. — И только не проговоритъ, — да увидѣть ее нельзя, а то тутъ... Поимѣйте сіе въ мысли. Мы, остающіеся, плачемъ объ отошедшихъ, а имъ сразу легче: то состояніе отрадное. Тѣ, кои обмирали и потомъ вводимы были въ тѣло, находили его очень неудобнымъ жильемъ. То же будетъ чувствовать и сестра. Ей тамъ лучше, а мы убиваемся, будто съ нею бѣда какая случилась. Она смотритъ и вѣрно дивится тому» («Душеполезное чтеніе», августъ 1894).

Слѣдуетъ имѣть ввиду, что это описаніе первыхъ двухъ дней по смерти даетъ общее правило, которое ни въ коемъ случаѣ не охватываетъ всѣхъ случаевъ. Дѣйствительно, большинство процитированныхъ въ этой книгѣ отрывковъ изъ православной литературы не подходитъ подъ это правило, и по вполнѣ очевидному соображенію: святые, которые совсѣмъ не привязывались къ мірскимъ вещамъ, жили въ непрестанномъ ожиданіи перехода въ иной міръ, не влекутся даже и къ мѣстамъ, гдѣ они творили добрыя дѣла, но сразу же начинаютъ свое восхожденіе на небо. Другіе же, подобно К. Икскулю, начинаютъ свое восхожденіе ранѣе двухъ дней по особому соизволенію Божія Провидѣнія. Съ другой стороны, всѣ современные «посмертные» опыты, какъ бы они не были фрагментарны, не подходятъ подъ это правило: «внѣтѣлесное» состояніе есть лишь начало перваго періода безплотнаго «странствія» души къ мѣстамъ ея земныхъ привязанностей, но никто изъ этихъ людей не пробылъ въ состояніи смерти достаточно долго, чтобы даже встрѣтить двухъ ангеловъ, которые должны сопровождать ихъ.

Нѣкоторые критики православнаго ученія о посмертной жизни находятъ, что подобныя отклоненія отъ общаго правила посмертнаго опыта являются доказательствами «противорѣчій» въ православномъ ученіи, но такіе критики понимаютъ все слишкомъ буквально. Описаніе первыхъ двухъ дней (а также и послѣдующихъ) ни въ коемъ случаѣ не является какой-то догмой, это просто «модель», которая лишь формулируетъ самый общій порядокъ посмертнаго опыта души. Многіе случаи какъ въ православной литературѣ, такъ и въ разсказахъ о современныхъ опытахъ, гдѣ мертвые мгновенно являлись живымъ въ первый день или два послѣ смерти /с. 158/ (иногда во снѣ) являются примѣрами истинности того, что душа дѣйствительно обычно остается вблизи земли нѣкоторое короткое время [1]. Но къ третьему дню (а часто и раньше) этотъ періодъ приходитъ къ концу.

Мытарства.

Въ это время (на третій день) она проходитъ черезъ легіоны злыхъ духовъ, которые преграждаютъ ей путь и обвиняютъ въ различныхъ грѣхахъ, въ которые сами же они ее и вовлекли. Согласно различнымъ откровеніямъ, существуетъ двадцать такихъ препятствій, такъ называемыхъ «мытарствъ», на каждомъ изъ которыхъ истязуется тотъ или иной грѣхъ; пройдя одно мытарство, душа приходитъ на слѣдующее, и только успѣшно пройдя всѣ ихъ, можетъ душа продолжить свой путь, не будучи немедленно ввергнутой въ геенну. Какъ ужасны эти бѣсы и мытарства, можно видѣть изъ того факта, что Сама Матерь Божія, когда архангелъ Гавріилъ сообщилъ Ей о приближеніи смерти, молила Сына Своего избавить душу Ея отъ этихъ бѣсовъ, и, въ отвѣтъ на Ея молитвы, Самъ Господь Іисусъ Христосъ явился съ Небесъ принять душу Пречистой Своей Матери и отвести Ее на Небеса [2]. Воистину ужасенъ третій день для души усопшаго, и по этой причинѣ ей тогда особенно нужны молитвы.

Въ шестой главѣ приведенъ рядъ святоотеческихъ и агіографическихъ текстовъ о мытарствахъ, и нѣтъ нужды добавлять здѣсь еще что-либо. Однако и здѣсь мы можемъ отмѣтить, что описанія «мытарствъ» образуютъ модель истязаній, которымъ подвергается душа послѣ смерти, а индивидуальный опытъ можетъ значительно отличаться. Малозначительныя подробности типа числа мытарствъ, конечно, второстепенны въ сравненіи съ главнымъ фактомъ, что душа дѣйствительно вскорѣ послѣ смерти подвергается суду (Частный судъ), гдѣ подводится итогъ той «невидимой брани», которую она вела (или не вела) на землѣ противъ падшихъ духовъ.

/с. 159/ Продолжая письмо мужу умирающей сестры, еп. Ѳеофанъ Затворникъ пишетъ: «У отшедшихъ скоро начинается подвигъ перехода черезъ мытарства. Тамъ нужна ей помощь! — Станьте тогда въ этой мысли и вы услышите вопль ея къ вамъ: «Помогите!» — Вотъ на что вамъ надлежитъ устремить все вниманіе и всю любовь къ ней. Я думаю — самое дѣйствительно засвидѣтельствованіе любви будетъ, — если съ минуты отхода души, вы, оставя хлопоты о тѣлѣ другимъ, самъ отстранитесь и уединясь гдѣ можно, погрузитесь въ молитву о ней въ новомъ ея состояніи неожиданныхъ нуждахъ. Начавъ такъ, будьте въ непрестанномъ воплѣ къ Богу — ей о помощи, въ продолженіе шести недѣль — да и далѣе. Въ сказаніи Ѳеодоры — мѣшецъ, изъ котораго ангелы брали, чтобы отдѣлываться отъ мытарей, — это были молитвы ея старца. То же будетъ и ваши молитвы... Не забудьте такъ сдѣлать... Се и любовь!».

Критики православнаго ученія часто неправильно понимаютъ тотъ «мѣшокъ золота», изъ котораго на мытарствахъ ангелы «платили за долги» блаженной Ѳеодоры. Иногда его ошибочно сравниваютъ съ латинскимъ понятіемъ «сверхдолжныхъ заслугъ» святыхъ. И здѣсь также такіе критики слишкомъ буквально читаютъ православные тексты. Здѣсь имѣется ввиду не что иное, какъ молитвы объ усопшихъ Церкви, въ частности, молитвы святого и духовнаго отца. Форма, въ которой это описывается — врядъ ли есть даже необходимость говорить объ этомъ — метафорическая.

Православная Церковь считаетъ ученіе о мытарствахъ такимъ важнымъ, что упоминаетъ о нихъ во многихъ богослуженіяхъ (см. нѣкоторыя цитаты въ главѣ о мытарствахъ). Въ частности, Церковь особо излагаетъ это ученіе всѣмъ своимъ умирающимъ чадамъ въ «Канонѣ на исходъ души», читаемомъ священникомъ у одра умирающаго члена Церкви, есть слѣдующіе тропари:

«Воздушнаго князя насильника, мучителя, страшныхъ путей стоятеля, и напраснаго сихъ словоиспытателя, сподоби мя преити невозбранно отходяща отъ земли» (пѣснь 4).

«Святыхъ Ангелъ священнымъ и честнымъ рукамъ предложи мя, Владычицѣ, яко да тѣхъ крилы покрывся, не вижу безчестнаго и смраднаго и мрачнаго бѣсовъ образа» (пѣснь 6).

«Рождшая Господа Вседержителя, горькихъ мытарствъ начальника міродержца отжени далече отъ мене, внегда скончатися хощу, да Тя во вѣки славлю, Святая Богородице» (пѣснь 8).

Такъ умирающій православный христіанинъ приготовляется словами Церкви къ предстоящимъ испытаніямъ.

/с. 160/

Сорокъ дней.

Затѣмъ, успѣшно пройдя черезъ мытарства и поклонившись Богу, душа еще на протяженіи 37 дней посѣщаетъ небесныя обители и адскія бездны, еще не зная, гдѣ она останется, и только на сороковой день назначается ей мѣсто до воскресенія мертвыхъ.

Конечно, нѣтъ ничего страннаго въ томъ, что, пройдя черезъ мытарства и покончивъ навсегда съ земнымъ, душа должна познакомиться съ настоящимъ потустороннимъ міромъ, въ одной части котораго она будетъ пребывать вѣчно. Согласно откровенію ангела преп. Макарію Александрійскому, особое церковное поминовеніе усопшихъ на девятый день послѣ смерти (помимо общаго символизма девяти чиновъ ангельскихъ) связано съ тѣмъ, что до сего времени душѣ показывали красоты рая, и только послѣ этого, въ теченіе остальной части сорокадневнаго періода ей показываютъ мученія и ужасы ада, прежде чѣмъ на сороковой день ей будетъ назначено мѣсто, гдѣ она будетъ ожидать воскресенія мертвыхъ и Страшнаго Суда. И здѣсь также эти числа даютъ общее правило или «модель» посмертной реальности и, несомнѣнно, не всѣ умершіе завершаютъ свой путь согласно этому «правилу». Мы знаемъ, что Ѳеодора дѣйствительно завершила свое посѣщеніе ада именно на сороковой, по земнымъ мѣркамъ времени, день.

Состояніе души до Страшнаго Суда.

Нѣкоторыя души спустя сорокъ дней оказываются въ состояніи предвкушенія вѣчной радости и блаженства, а другія — въ страхѣ вѣчныхъ мученій, которыя полностью начнутся послѣ Страшнаго Суда. До этого все же возможны измѣненія въ состояніи душъ, особенно благодаря принесенію за нихъ Безкровной Жертвы (поминовеніе на литургіи) и другихъ молитвъ.

Ученіе Церкви о состояніи душъ на Небѣ и въ аду до Страшнаго Суда болѣе подробно изложено въ словахъ св. Марка Эфесскаго (Приложеніе I).

Польза молитвы, какъ общественной, такъ и частной, о душахъ, находящихся въ аду, описана въ житіяхъ святыхъ и подвижниковъ и /с. 161/ святоотеческихъ писаніяхъ. Въ житіи мученицы Перепетуи (III в.), напримѣръ, судьба ея брата Динократа была открыта ей въ образѣ наполненнаго водой водоема, который былъ расположенъ такъ высоко, что онъ не могъ дотянуться до него изъ того грязнаго, невыносимо жаркаго мѣста, куда былъ заключенъ. Благодаря ея усердной молитвѣ на протяженіи цѣлаго дня и ночи, онъ смогъ дотянуться до водоема, и она увидѣла его въ свѣтломъ мѣстѣ. Изъ этого она поняла, что онъ избавленъ отъ наказанія. (Житія святыхъ, 1 февраля).

Аналогичный разсказъ есть въ житіи подвижницы, почившей уже въ нашемъ XX вѣкѣ, монахини Аѳанасіи (Анастасіи Логачевой): «Въ свое время она предприняла молитвенный подвигъ за своего родного брата Павла, въ пьяномъ видѣ удавившагося. Пошла въ первоначально къ Пелагеѣ Ивановнѣ блаженной, жившей въ Дивѣевскомъ монастырѣ, посовѣтоваться, что бы ей сдѣлать для облегченія загробной участи своего брата, несчастно и нечестиво окончившаго свою земную жизнь. На совѣтѣ рѣшено было такъ: затвориться Анастасіи въ своей кельѣ, поститься и молиться за него, каждодневно прочитывать по 150 разъ молитву: «Богородице, Дѣво, радуйся...» По истеченіи сорока дней она увидѣла глубокую пропасть, на днѣ которой лежалъ какъ бы кровавый камень, а на немъ лежали два человѣка съ желѣзными цѣпями на шеѣ и одинъ изъ нихъ былъ ея братъ. Когда она сообщила о семъ видѣніи блаженной Пелагеѣ, то послѣдняя посовѣтовала ей повторить подвигъ. По истеченіи вторично сорока дней, она увидѣла ту же пропасть, тотъ же камень, на которомъ были тѣ же два лица съ цѣпями на шеѣ, но только братъ ея всталъ, походилъ около камня, опятъ упалъ на камень и цѣпь оказалась на его шеѣ. По передачѣ сего видѣнія Пелагеѣ Ивановнѣ, послѣдняя посовѣтовала въ третій разъ понести тотъ же подвигъ. Черезъ 40 новыхъ дней Анастасія увидѣла ту же пропасть и тотъ же камень, на которомъ находился уже только одинъ неизвѣстный ей человѣкъ, а братъ ея уходилъ отъ камня и скрылся; оставшійся на камнѣ говорилъ: «Хорошо тебѣ, у тебя есть на землѣ сильные молитвенники». Послѣ сего блаженная Пелагея сказала: «Твой братъ освободился отъ мученій, но не получилъ блаженства» («Душеполезное чтеніе», іюнь 1902, стр. 281).

Подобныхъ случаевъ много въ житіяхъ православныхъ святыхъ и подвижниковъ. Если кто-то склоненъ къ излишнему буквализму въ отношеніи этихъ видѣній, то слѣдуетъ, навѣрное, сказать, что, конечно, формы, которыя принимаютъ эти видѣнія (обычно во снѣ), — не обязательно «фотографіи» того, въ какомъ положеніи /с. 162/ находится душа въ иномъ мірѣ, но скорѣе образы, передающіе духовную правду объ улучшеніи состоянія души по молитвамъ оставшихся на землѣ.

Молитва объ усопшихъ.

Какъ важно поминовеніе на литургіи, можно видѣть изъ слѣдующихъ случаевъ: еще до прославленія св. Ѳеодосія Черниговскаго (1896 г.), іеромонахъ [Алексій] (знаменитый старецъ изъ Голосѣевскаго скита Кіево-Печерской Лавры, умершій въ 1917 г.), переоблачавшій мощи, усталъ, сидя у мощей, задремалъ и увидѣлъ передъ собой Святого, который сказалъ ему: «Спасибо тебѣ за трудъ для меня. Прошу также тебя, когда будешь служить литургію, упомянуть моихъ родителей», и онъ далъ ихъ имена (іерей Никита и Марія) [3]. «Какъ можешь ты, святителю, просить моихъ молитвъ, когда самъ ты стоишь передъ Небеснымъ Престоломъ и подаешь людямъ Божію благодать?» — спросилъ іеромонахъ. «Да, это вѣрно, — отвѣтилъ св. Ѳеодосій, — но приношеніе на литургіи сильнѣе моихъ молитвъ».

Поэтому панихида и домашняя молитва объ усопшихъ полезны, какъ и добрыя дѣла, творимыя въ ихъ воспоминаніи — милостыня или пожертвованіе на церковь. Но особенно полезно имъ поминовеніе на Божественной Литургіи. Было много явленій мертвыхъ и другихъ событій, подтверждающихъ, какъ полезно поминовеніе усопшихъ. Многіе, умершіе въ покаяніи, но не сумѣвшіе явить его при жизни, были освобождены отъ мученій и получили упокоеніе. Въ Церкви постоянно возносятся молитвы объ успокоеніи усопшихъ, а въ колѣнопреклоненной молитвѣ на вечернѣ въ день Сошествія Св. Духа имѣется особое прошеніе «о иже въ адѣ держимыхъ».

Св. Григорій Великій, отвѣчая въ своихъ «Собесѣдованіяхъ» на вопросъ «Есть ли нѣчто такое, что могло бы быть полезнымъ душамъ послѣ смерти?», учитъ: «Святое жертвоприношеніе Христа, нашей спасительной Жертвы, доставляетъ большую пользу ду/с. 163/шамъ даже послѣ смерти при условіи, что грѣхи ихъ могутъ быть прощены въ будущей жизни. Поэтому души усопшихъ иногда просятъ, чтобы о нихъ была отслужена литургія... Естественно, надежнѣе самимъ при жизни дѣлать то, что, какъ мы надѣемся, другіе будутъ дѣлать о насъ послѣ смерти. Лучше совершить исходъ свободнымъ, чѣмъ искать свободы, оказавшись въ цѣпяхъ. Поэтому мы должны отъ всего сердца презирать этотъ міръ, какъ если бы его слава уже прошла, и ежедневно приносить Богу жертву нашихъ слезъ, когда мы приносимъ въ жертву Его священную Плоть и Кровь. Только эта жертва имѣетъ силу спасать души отъ вѣчной смерти, ибо она таинственно представляетъ намъ смерть Единороднаго Сына» (IV, 57, 60).

Св. Григорій приводитъ нѣсколько примѣровъ явленія умершихъ живымъ съ просьбой отслужить литургію объ ихъ упокоеніи или благодарящихъ за это. Однажды также одинъ плѣнный, котораго жена считала умершимъ и по которому она въ опредѣленные дни заказывала литургію, вернулся изъ плѣна и разсказалъ ей, какъ его въ нѣкоторые дни освобождали отъ цѣпей — именно въ тѣ дни, когда за него совершалась литургія (IV, 57, 59).

Протестанты обычно считаютъ, что церковныя молитвы за усопшихъ какъ-то несовмѣстимы съ необходимостью обрѣсти спасеніе въ первую очередь въ этой жизни: «Если ты можешь быть спасенъ Церковью послѣ смерти, тогда зачѣмъ себя утруждать борьбой или искать вѣру въ этой жизни? Будемъ ѣсть, пить и веслиться...» Конечно, никто изъ придерживающихся такихъ правилъ не никогда не достигалъ спасенія по церковнымъ молитвамъ, и очевидно, что такой аргументъ является весьма поверхностнымъ и даже лицемѣрнымъ. Молитва Церкви не можетъ спасти того, кто не хочетъ спасенія или кто никогда самъ при жизни не приложилъ для этого никакихъ усилій. Въ извѣстномъ смыслѣ можно сказать, что молитва Церкви или отдѣльныхъ христіанъ объ усопшемъ есть еще одинъ результатъ жизни этого человѣка: о немъ бы не молились, если бы за свою жизнь онъ не сдѣлалъ ничего такого, что могло бы вдохновить такую молитву послѣ его смерти.

Св. Маркъ Эфесскій также обсуждаетъ вопросъ о церковной молитвѣ за умершихъ и облегченіи, которое она имъ доставляетъ, приводя въ качествѣ примѣра молитву св. Григорія Двоеслова о римскомъ императорѣ Траянѣ — молитву, вдохновленную добрымъ дѣломъ этого языческаго императора (см. ниже Приложеніе I).

/с. 164/

Что мы можемъ сдѣлать для умершихъ.

Всякій, желающій проявить свою любовь къ умершимъ и подать имъ реальную помощь, можетъ наилучшимъ образомъ сдѣлать это молитвой о нихъ и въ особенности поминовеніемъ на литургіи, когда частицы, изъятыя за живыхъ и умершихъ, погружаются въ Кровь Господню со словами: «Омый, Господи, грѣхи поминавшихся здѣ Кровію Твоею честною, молитвами святыхъ Твоихъ». Ничего лучшаго или большаго мы не можемъ сдѣлать для усопшихъ, чѣмъ молиться о нихъ, поминая на литургіи. Это имъ всегда необходимо, особенно въ тѣ сорокъ дней, когда душа умершаго слѣдуетъ по пути къ вѣчнымъ селеніямъ. Тѣло тогда ничего не чувствуетъ: оно не видитъ собравшихся ближнихъ, не обоняетъ запаха цвѣтовъ, не слышитъ надгробныхъ рѣчей. Но душа чувствуетъ молитвы, приносимыя за нее, и благодарна тѣмъ, кто ихъ возноситъ, и духовно близка къ нимъ.

О, родные и близкіе покойныхъ! Дѣлайте для нихъ то, что имъ нужно и что въ вашихъ силахъ. Используйте свои деньги не на внѣшнее украшеніе гроба и могилы, а на то, чтобы помочь нуждающимся, въ память своихъ умершихъ близкихъ, на церкви, гдѣ за нихъ возносятся молитвы. Будьте милосердны къ усопшимъ, позаботьтесь объ ихъ душѣ. Тотъ же путь лежитъ и передъ вами, и какъ намъ тогда захочется, чтобы насъ поминали въ молитвѣ! Будемъ же и сами милостивы къ усопшимъ.

Какъ только кто умеръ, немедленно зовите священника или сообщите ему, чтобы онъ могъ прочитать «Молитвы на исходъ души», которыя должно читать надъ всѣми православными христіанами послѣ ихъ смерти. Постарайтесь, по мѣрѣ возможности, чтобы отпѣваніе было въ церкви и чтобы надъ усопшими до отпѣванія читалась Псалтирь. Отпѣваніе не должно быть тщательно обставленнымъ, но совершенно необходимо, чтобы оно было полнымъ, безъ сокращеній; думайте тогда не /с. 165/ о своемъ удобствѣ, но объ умершемъ, съ которымъ вы навѣки разстаетесь. Если въ церкви одновременно нѣсколько покойниковъ, не отказывайтесь, если вамъ предложатъ, чтобы отпѣваніе было общимъ для всѣхъ. Лучше, чтобы отпѣваніе было отслужено одновременно о двухъ или болѣе усопшихъ, когда молитва собравшихся близкихъ будетъ тѣмъ болѣе горячей, чѣмъ чтобы послѣдовательно было отслужено нѣсколько отпѣваній и службы, изъ-за отсутствія времени и силъ, были сокращены, потому что каждое слово молитвы объ усопшихъ подобно каплѣ воды для жаждущаго. Сразу же позаботьтесь о сорокоустѣ, т. е. ежедневномъ поминовеніи на литургіи въ теченіе сорока дней. Обычно въ церквахъ, гдѣ служба совершается ежедневно, усопшіе, которыхъ тамъ отпѣвали, поминаются сорокъ дней и болѣе. Но если отпѣваніе было въ храмѣ, гдѣ нѣтъ ежедневныхъ службъ, сами родственники должны позаботиться и заказать сорокоустъ тамъ, гдѣ есть ежедневная служба. Хорошо также послать пожертвованіе въ память усопшаго монастырямъ, а также въ Іерусалимъ, гдѣ въ святыхъ мѣстахъ возносится непрестанная молитва. Но сорокадневное поминаніе должно начаться сразу же послѣ смерти, когда душѣ особенно нужна молитвенная помощь, и поэтому поминовеніе слѣдуетъ начать въ ближайшемъ мѣстѣ, гдѣ есть ежедневныя службы.

Позаботимся же объ ушедшихъ въ иной міръ до насъ, чтобы сдѣлать для нихъ все, что мы можемъ, помня, что блаженны милостивіи, яко тіи помиловани будутъ (Мѳ. 5, 7).



Воскресеніе тѣла.

Однажды весь этотъ тлѣнный міръ придетъ къ концу и наступитъ вѣчное Царство Небесное, гдѣ души искупленныхъ, возсоединенныя со своими воскресшими тѣлами, безсмертныя и нетлѣнныя будутъ навѣки пребывать со Христомъ. Тогда частичная радость и слава, которыя даже нынѣ знаютъ души на Небѣ, смѣнится полнотой радости новаго творенія, для которой былъ /с. 166/ созданъ человѣкъ, но тѣ, кто не приняли спасенія, принесеннаго на землю Христомъ, будутъ мучиться вѣчно — вмѣстѣ съ ихъ воскресшими тѣлами въ — въ аду. Въ заключительной главѣ «Точнаго изложенія православной вѣры» преп. Іоаннъ Дамаскинъ хорошо описываетъ конечное состояніе души послѣ смерти:

«Вѣримъ же и въ воскресеніе мертвыхъ. Ибо оно истинно будетъ, будетъ воскресеніе мертвыхъ. Но, говоря о воскресеніи, мы представляемъ себѣ воскресеніе тѣлъ. Ибо воскресеніе есть вторичное воздвиженіе упавшаго; души же будучи безсмертными, какимъ образомъ воскреснутъ? Ибо, если смерть опредѣляютъ какъ отдѣленіе души отъ тѣла, то воскресеніе есть, конечно, вторичное соединеніе и души и тѣла, и вторичное воздвиженіе разрѣшившагося и умершаго живого существа. Итакъ, само тѣло, истлѣвающее и разрѣшающееся, оно само воскреснетъ нетлѣннымъ. Ибо, Тотъ, Кто въ началѣ произвелъ его изъ праха земли, можетъ снова воскресить его, послѣ того, какъ оно опять, по изрѣченію Творца, разрѣшилось и возвратилось назадъ въ землю, изъ которой было взято...

Конечно, если только одна душа упражнялась въ подвигахъ добродѣтели, то одна она и будетъ увѣнчана. И если одна только она постоянно пребывала въ удовольствіяхъ, то по справедливости одна только она была бы и наказана. Но такъ какъ ни въ добродѣтели, ни къ пороку душа не стремилась отдѣльно отъ тѣла, то по справедливости и то и другое вмѣстѣ получатъ и воздаяніе...

Итакъ, мы воскреснемъ, такъ какъ души опять соединяются съ тѣлесами, дѣлающимися безсмертными и совлекающими съ себя тлѣніе, и явимся къ страшному судейскому Христову сѣдалищу; и діаволъ, и демоны его, и человѣкъ его, то-есть антихристъ, и нечестивые люди, и грѣшники будутъ преданы въ огонь вѣчный, не вещественный, каковъ огонь, находящійся у насъ, но такой, о какомъ можетъ знать только Богъ. А сотворшіи благая, какъ солнце, возсіяютъ вмѣстѣ съ Ангелами въ жизни вѣчной, вмѣстѣ съ Господомъ нашимъ Іисусомъ Христомъ, всегда смотря на Него и будучи видимы Имъ, и наслаждаясь непрерывнымъ проистекающимъ отъ Него веселіемъ, прославляя Его со Отцомъ и Святымъ Духомъ въ безконечные вѣки вѣковъ. Аминь» (стр. 267-272).

Примѣчанія:
[1] Подлинныя явленія мертвыхъ послѣ этого краткаго періода «свободы» души куда болѣе рѣдки и всегда бываютъ по Божьему произволенію съ какой-то особой цѣлью, а не по чьей-то собственной волѣ (см. ниже Приложеніе III).
[2] Это зримо изображено на традиціонной православной иконѣ Успенія.
[3] До видѣнія эти имена были неизвѣстны. Спустя нѣсколько лѣтъ послѣ канонизаціи въ монастырѣ, гдѣ св. Ѳеодосій былъ игуменомъ, былъ найденъ его собственный помянникъ, который подтвердилъ эти имена, подтвердилъ истинность видѣнія.

Источникъ: Іеромонахъ Серафимъ (Роузъ). Душа послѣ смерти. Современные «посмертные» опыты въ свѣтѣ ученія Православной Церкви. / Пер. съ англ. (съ прилож. разсказа блаж. Ѳеодоры о мытарствахъ). — М.: «MACAU & Co.», 1991. — С. 152-166.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.