Церковный календарь
Новости


2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Православное Догмат. Богословіе митр. Макарія (1976)
2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Свт. Тихонъ Задонскій, еп. Воронежскій (1976)
2018-12-10 / russportal
Лактанцій. Книга о смерти гонителей Христовой Церкви (1833)
2018-12-10 / russportal
Евсевій, еп. Кесарійскій. Книга о палестинскихъ мученикахъ (1849)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Истинное христіанство есть несеніе креста (1975)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Сознаемъ ли мы себя православными? (1975)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, какъ душѣ обрѣсти Бога (1895)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, что не должно соблазнять ближняго (1895)
2018-12-07 / russportal
Тихонія Африканца Книга о семи правилахъ для нахожд. смысла Св. Писанія (1891)
2018-12-07 / russportal
Архим. Антоній. О правилахъ Тихонія и ихъ значеніи для совр. экзегетики (1891)
2018-12-06 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 16-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
2018-12-06 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 15-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
2018-12-05 / russportal
Духовныя бесѣды (26-30) преп. Макарія Египетскаго (1904)
2018-12-05 / russportal
Духовныя бесѣды (21-25) преп. Макарія Египетскаго (1904)
2018-12-04 / russportal
Прот. М. Хитровъ. Слово на Введеніе во храмъ Пресв. Богородицы (1898)
2018-12-04 / russportal
Слово въ день Введенія во храмъ Пресвятой Богородицы (1866)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - вторникъ, 11 декабря 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 23.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

Архіепископъ Серафимъ (Соболевъ) († 1950 г.)

Преосв. Серафимъ (въ мірѣ Николай Борисовичъ Соболевъ), архіепископъ Богучарскій, проповѣдникъ, духовный писатель. Родился 1 (14) декабря 1881 г. въ Рязани. По окончаніи духовной семинаріи въ 1904 г. поступилъ въ С.-Петербургскую духовную академію. Принялъ монашество (1907). Іеромонахъ (1907). Въ 1908 г. окончилъ С.-Петербургскую духовную академію со степенью кандидата богословія и назначенъ преподавателемъ пастырскаго училища въ г. Житомирѣ. Съ 1909 г. помощникъ смотрителя Калужскаго духовнаго училища, а съ 1911 г. инспекторъ Костромской духовной семинаріи. Съ 1912 по 1919 гг. ректоръ Воронежской духовной семинаріи въ санѣ архимандрита. Посвященъ въ еп. Лубенскаго, викарія Полтавской епархіи (1/14 октября 1920 г.). Въ эмиграціи вначалѣ въ Константинополѣ, затѣмъ въ Болгаріи. Въ 1921 г. Зарубежнымъ Сѵнодомъ Русской Православной Церкви (РПЦЗ) назначенъ управляющимъ русскими приходами въ Болгаріи; въ апрѣлѣ того же года назначеніе было утверждено св. патр. Тихономъ, съ титуломъ «епископъ Богучарскій». Магистръ богословія (1937). До 1946 г. членъ русскаго Зарубежнаго Сѵнода. Въ 1946 г. вошелъ въ составъ Московской Патріархіи и принималъ участіе въ Московскомъ совѣщаніи Православныхъ Церквей въ 1948 г., выступая противъ участія въ экуменическомъ движеніи. Скончался 13 (26) февраля 1950 г. въ Софіи. Въ 2002 г. канонизированъ Старостильной Православной Церковью Болгаріи. Осн. труды: «Русская идеологія», сборникъ «Объ истинномъ монархическомъ міросозерцаніи», «О новомъ и старомъ стилѣ», «Новое ученіе о Софіи, Премудрости Божіей», «Защита софіанской ереси протоіереемъ С. Булгаковымъ» и др.

Сочиненія архіеп. Серафима (Соболева)

Архіеп. Серафимъ (Соболевъ) († 1950 г.)
Русская идеологія.

Вступленіе.

На Соборѣ Архіереевъ Русской зарубежной Церкви, бывшемъ въ декабрѣ 1937 г., Предсѣдателемъ Русскаго Архіерейскаго Сѵнода, Высокопреосвященнѣйшимъ Митрополитомъ Анастасіемъ мнѣ предложено было дать идеологію Русскому Христіанскому Трудовому Движенію. Это предложеніе мною было исполнено. Составленный мною докладъ касательно русской идеологіи былъ заслушанъ на Архіерейскомъ Соборѣ въ августѣ 1938 г. Выводы доклада были Соборомъ приняты, и въ соотвѣтствіи съ этимъ было вынесено соборное постановленіе.

Помимо этого, на Соборѣ 1938 г. Русскихъ Архіереевъ при участіи мірянъ, нѣкоторые изъ мірянъ — членовъ Собора, представители отъ епархій въ Югославіи и Западной Европѣ, просили меня дать имъ свѣдѣнія относительно русской идеологіи и въ частности — обоснованія царской самодержавной власти.

Это побудило меня заняться выясненіемъ настоящаго вопроса, животрепещущаго и столь близкаго для сердца русскихъ людей, плодомъ чего и явилась моя книга: «Русская идеологія».

Въ первой главѣ этой книги указывается, что русская идеологія состоитъ въ православной вѣрѣ и основанной на ней жизни русскаго человѣка во всѣхъ ея проявленіяхъ. Эта вѣра была усвоена русскимъ народомъ съ самаго момента его крещенія, какъ главное правило жизни, что свидѣтельствуется тѣмъ, что самыми любимыми книгами для чтенія русскихъ людей, помимо книги живота — Библіи, были — Житія Святыхъ (Четьи Минеи). Но особенно о жизненности этой вѣры свидѣтельствовала святая иноческая жизнь въ монастыряхъ и благочестивая жизнь мірянъ, о чемъ говоритъ безчисленное множество въ Россіи храмовъ и церковный бытъ нашихъ предковъ, которымъ они открыто исповѣдывали свою вѣру, — ихъ великіе молитвенные подвиги и въ храмахъ, и у себя дома, — ихъ искреннее глубокое покаяніе во грѣхахъ и чистота ихъ православной вѣры. Въ той же главѣ отмѣчается то дивное покровительство и заступленіе, которыя оказывалъ Господь русскому народу за его преданность православной вѣрѣ и стремленіе къ святости, что то же — къ жизни, сообразной съ этой вѣрою.

Во второй главѣ нашей книги изображается другая — печальная сторона жизни русскаго народа — его отступленіе отъ православной вѣры и прежде всего посредствомъ усвоенія имъ протестантизма. Здѣсь показывается, что не сразу произошло это отступленіе, а постепенно, начиная съ Іоанна III-го, со времени поступленія на русскую службу нѣмцевъ. Но особенно катастрофичнымъ для Россіи было отступленіе отъ православной вѣры при Петрѣ Великомъ. Этому несчастью содѣйствовали его противоцерковныя реформы, которыми производилась ломка самой православной вѣры.

Особенно пагубными были реформы въ отношеніи монастырей съ отобраніемъ монастырскаго и вообще церковнаго имущества. Вслѣдствіе этого, монастыри утратили свое великое значеніе церковныхъ просвѣтительныхъ центровъ въ жизни русскаго народа. Воспитаніе и просвѣщеніе были отняты отъ Церкви и перешли въ руки государства и стали вестись по линіи удаленія отъ Церкви и Ея спасительнаго вліянія. Къ отступленію русскаго народа отъ православной вѣры было направлено и личное поведеніе Петра.

Конечно, такія его мѣропріятія не остались безъ протеста со стороны послѣдняго патріарха Адріана, Мѣстоблюстителя патріаршаго престола Митрополита Рязанскаго Стефана Яворскаго и воообще епископата русской Церкви. Но эти протесты не только не имѣли никакого успѣха, но вызывали со стороны Петра лишь суровыя репрессіи. Благодаря противоцерковнымъ Петровскимъ реформамъ, появилось въ образованномъ русскомъ обществѣ охлажденіе къ православной вѣрѣ, умноженіе сектантства и даже невѣрія, таившаго въ себѣ начало гибели Россіи.

Къ сожалѣнію, это невѣріе еще болѣе стало укрѣпляться у насъ въ царствованіе императрицы Анны Іоанновны, чрезъ открытое гоненіе на православіе со стороны Бирона, и въ особенности въ царствованіе императрицы Екатерины II-ой. Она открыто преклонялась предъ безбожникомъ Вольтеромъ и окончательно отобрала въ пользу государства церковныя имущества.

Конечно, такое отрицательное и пагубное для Россіи отношеніе къ Церкви императрицы не могло остаться безъ протестовъ со стороны представителей русской Церкви, и мы подробно остановили свое вниманіе на Митрополитахъ: Ростовскомъ Арсеніи Маціевичѣ и Тобольскомъ Павлѣ, которые своимъ исповѣдническимъ протестомъ противъ отнятія церковныхъ имуществъ, вмѣстѣ съ тѣмъ, выступали противъ уничтоженія русской идеологіи, долженствующей быть въ основѣ жизни каждаго русскаго человѣка и всего русскаго государства. Своимъ протестомъ они предвозвѣстили гибель его, хотя она наступила не сразу, и показали, что съ потерею церковныхъ имуществъ Церковь потеряла одно изъ главныхъ средствъ распространять православную вѣру и бороться съ ея врагами. Эта потеря лишила Церковь возможности надлежащимъ образомъ организовать, для укрѣпленія православной вѣры, школьное просвѣщеніе.

Поэтому невѣріе продолжало сильно распространяться въ Россіи даже и въ царствованія послѣдующихъ императоровъ, покровительственно относившихся къ Церкви. Они уже не нашли въ себѣ силы идти противъ всего русскаго интеллигентнаго общества, которое настолько удалилось отъ Церкви, что слѣдовало не ея ученію, а ученію богоборческаго гуманизма, давшаго русскимъ людямъ авторитетъ научности вмѣсто Божественнаго церковнаго авторитета. Оно уже глубоко и сознательно стало воспринимать толстовское и соціалистическое ученія, ядъ которыхъ почти безпрепятственно разливался по всей русской землѣ въ сельскихъ и городскихъ земскихъ школахъ, обладавшихъ большими государственными средствами. Земство явилось пагубнымъ учрежденіемъ для Россіи.

Невѣріе нашей интеллигенціи вылилось, наконецъ, въ освободительное движеніе съ кровавымъ терроромъ, направленнымъ къ ниспроверженію царской власти. Это движеніе раздѣлило всю Россію на два лагеря — лѣвыхъ и правыхъ, и, имѣя въ своемъ полномъ распоряженіи Государственную Думу, открыто и легально насаждало чрезъ нее въ государствѣ не только противоцерковныя, но и революціонныя идеи, вынудивъ правительство издать въ 1905 г. въ высшей степени вредный законъ о свободѣ совѣсти, и, наконецъ, чрезъ заговоръ противъ Государя, низвергло его съ престола и погубило Россію.

Въ третьей главѣ нашей книги констатируется истина: такъ какъ Россія погибла вслѣдствіе отступленія русскаго народа отъ православной вѣры, то для спасенія и возрожденія Россіи необходимо всѣмъ русскимъ людямъ вернуться къ этой вѣрѣ, отвергнуть всѣ еретическія и богоборческія ученія и положить въ основу своей жизни ученіе православной Церкви и всѣ ея уставы. Подобно нашимъ предкамъ, мы должны имѣть вѣру аскетическую, живую, которая сопровождается всѣми христіанскими добродѣтелями; а вмѣстѣ съ нею — свято блюсти чистоту нашей вѣры во всей ея апостольской непорочности, чуждой всякихъ еретическихъ прираженій. За это Господь пошлетъ намъ, какъ посылалъ нашимъ предкамъ, внутреннюю перерождающую благодать Святаго Духа, какъ Царство Божіе въ его дивныхъ, благодатныхъ проявленіяхъ правды, мира и радости (Рим. 14, 17). Къ стяжанію этой благодати мы, русскіе люди, должны стремиться, прежде всего, какъ къ своему небесному счастью, какъ къ высшей цѣли своей жизни и величайшему своему сокровищу, чрезъ вѣру аскетическую и православную.

Отсюда понятно, что мы должны тщательно хранить свою православную вѣру отъ ея смѣшенія съ инославными исповѣданіями и, въ частности, католическимъ и лютеранскимъ. При такомъ смѣшеніи благодать не будетъ съ нами, а безъ благодати мы никогда не достигнемъ, какъ учатъ св. отцы, истинной нравственности или христіанской жизни, и не войдемъ въ вѣчный небесный чертогъ.

Въ той же главѣ нами отмѣчается, что это высшее благо — благодать Святаго Духа, какъ внутренняя перерождающая сила, можетъ быть только въ православной Церкви. Поэтому мы должны тщательно хранить православную вѣру, сдѣлать ее основой всей своей жизни, подобно нашимъ предкамъ, открыто ее исповѣдывать и всячески избѣгать ложнаго пагубнаго стыда. Чрезъ эту исповѣдническую вѣру Господь будетъ царствовать въ сердцахъ нашихъ Своею благодатію съ ея святостью и блаженствомъ и даруетъ намъ опять великую, славную Россію, какою она была, благодаря истинной вѣрѣ нашихъ предковъ.

Но вѣрѣ предковъ было присуще смиреніе съ его покаяніемъ. Благодаря этому смиренію, ихъ вѣра была аскетической и переходила въ исповѣдническую. Безъ смиренія, по Богооткровенному и святоотеческому ученію, нѣтъ и не можетъ быть никакихъ истинныхъ христіанскихъ идеаловъ. Истинная православная и духовная жизнь начинается смиреніемъ, имъ развивается и доходитъ до совершенства потому, что только чрезъ него Господь посылаетъ намъ благодать Святаго Духа, эту Божественную силу, безъ которой мы, по слову Христа, ничего добраго не можемъ совершать (Іоан. 15, 5).

Но если это смиреніе сдѣлало вѣру нашихъ предковъ аскетической, то смиреніе сдѣлало ее и чистою отъ всякихъ ересей, ибо гордость, по ученію Св. Писанія, есть начало грѣха и отступленія отъ Господа (Сир. 10, 15) и является причиною всѣхъ ересей, какъ учатъ и св. отцы Церкви. Смиреніемъ и покаяніемъ предки наши ограждали и свою вѣру отъ ересей, и свою Родину отъ гибели; и какъ только русскіе люди вступили на путь отступленія отъ православной вѣры, на путь гордости, такъ постепенно и прежде всего въ очахъ Божіихъ началась гибель нашей Родины, несмотря на то, что послѣ Петра Россія внѣшне увеличивалась въ своемъ могуществѣ и славѣ. Но это могущество и слава обязаны той же вѣрѣ русскаго народа, который въ своей массѣ и въ своемъ низу не могъ такъ скоро отступить отъ православной вѣры, вопреки всѣмъ усиліямъ безбожной русской интеллигенціи скорѣе развратить его.

Будемъ всегда помнить, за что мы наказаны Богомъ, и не только помнить, но и стремиться возродить Россію своимъ возвращеніемъ къ вѣрѣ нашихъ предковъ, основанной на смиреніи и покаяніи, вѣрѣ аскетической, православной и исповѣднической.

Поэтому пусть въ жизни нашей будетъ эта вѣра, и, прежде всего, какъ вѣра смиренная съ покаяніемъ въ самомъ тяжкомъ грѣхѣ, въ которомъ повинны русскіе люди или активно, или пассивно. Мы имѣемъ въ виду грѣхъ бунтарства противъ самодержавной власти царя — Помазанника Божіяго. Этотъ грѣхъ является крайне тяжкимъ, ибо онъ есть слѣдствіе отступленія русскаго народа отъ православной вѣры, отъ Церкви и отъ совѣсти.

Въ четвертой главѣ указывается, въ чемъ должно состоять покаяніе русскихъ людей въ ихъ тяжкомъ грѣхѣ бунтарства противъ самодержавной царской власти. Не всѣ одинаково повинны въ этомъ грѣхѣ, почему и покаяніе должно выразиться не у всѣхъ въ одинаковой степени. Для однихъ оно должно состоять въ радикальной перемѣнѣ своей грѣховной настроенности на благодатную, чѣмъ самъ собою уничтожится у нихъ тяжкій грѣхъ бунтарства и произойдетъ измѣненіе въ ихъ отношеніи къ самодержавной царской власти. Для другихъ покаяніе должно состоять въ открытомъ исповѣданіи истины, что одною изъ основъ возрожденія Россіи является исконная царская самодержавная власть Помазанника Божіяго; что никакая другая форма государственнаго правленія не пріемлема для Россіи, ибо несообразна съ православной вѣрой и на ней не основана.

Мы такъ говоримъ потому, что только эта власть, по ученію Свящ. Писанія и св. отцовъ, является Богоустановленной и происходитъ отъ Бога, о чемъ прекрасно говоритъ Митрополитъ Московскій Филаретъ. Онъ же очень хорошо свидѣтельствуетъ о благодѣтельномъ значеніи для человѣческой жизни царской самодержавной власти на основаніи Священнаго Писанія, рѣзко осуждая посягателей на эту власть, хотѣвшихъ въ Россіи вмѣсто нея ввести слѣпую, жестокую власть не отъ Бога, а отъ народа — власть народной толпы. Означенное ученіе Митр. Филарета о происхожденіи царской самодержавной власти и ея благодѣтельномъ значеніи для народа не только основано на Св. Писаніи, но совпадаетъ съ такимъ же ученіемъ и св. Ѳеодора Студита.

Впрочемъ, въ Св. Писаніи мы находимъ еще ученіе о царѣ, какъ Помазанникѣ Божіемъ (1 Цар. 9, 16; 10, 6; 16, 12-13). Отсюда ведетъ свое начало таинство мѵропомазанія, которое совершалось и надъ царями въ Византіи, а затѣмъ стало совершаться и у насъ, въ Россіи. Таинство св. мѵропомазанія дѣлаетъ личность царя священной, сообщаетъ благодать Святаго Духа для несенія подвига царствованія, возвышаетъ его авторитетъ въ глазахъ всего народа, какъ націи, возводитъ царя на степень верховнаго покровителя православной Церкви въ защитѣ ея отъ еретиковъ и всѣхъ ея враговъ, почему св. Іоаннъ Златоустъ и училъ, что царская власть, разумѣется христіанская, есть начало, которое удерживаетъ пришествіе антихриста.

Такими покровителями св. православія не только для Россіи, но и для другихъ православныхъ странъ, были и наши русскіе цари, благотворное вліяніе коихъ ощущалось даже во всемъ мірѣ, какъ объ этомъ печатно свидѣтельствовалъ такъ недавно италіанскій профессоръ-историкъ Ферреро.

Въ той же четвертой главѣ мы указываемъ, что къ ученію Священнаго Писанія о царской власти нужно отнести и ученіе объ отношеніи къ царю со стороны его подданныхъ. Это отношеніе опредѣляется, по свидѣтельству Откровенія, двумя Божественными заповѣдями. Богъ, во-первыхъ, повелѣваетъ: не прикасаться къ Его Помазанникамъ и, во-вторыхъ, оказывать почитаніе царю чрезъ наши молитвы о немъ и повиновеніе ему. Первою заповѣдью, данною еще въ Ветхомъ Завѣтѣ въ словахъ: Не прикасайтеся помазаннымъ Моимъ (1 Пар. 16, 22), Господь ограждаетъ царя отъ всего того, что колеблетъ его власть и выражается въ недовольствѣ царемъ и его осужденіи подданными, и о чемъ очень хорошо опять таки говоритъ тотъ же Митрополитъ Филаретъ.

Эта Божественная заповѣдь нарушается и чрезъ ограниченіе самодержавной власти царя, чего русскіе люди требовали съ неистовствомъ изъ-за рабскаго, слѣпого подражанія европейскимъ народамъ. Требованіе этого ограниченія также способствовало гибели нашей Родины.

Нѣтъ нужды доказывать, какимъ ужаснымъ прикосновеніемъ къ Помазаннику Божіему является низверженіе подданными своего Царя. Здѣсь нарушеніе настоящей Божественной заповѣди достигаетъ по своей преступности самой высокой степени и влечетъ за собою гибель государства. Такое, именно, прикосновеніе къ Помазаннику Божіему было допущено русскими людьми, поэтому мы во всей полнотѣ знаемъ гибельность и для себя, и для Россіи отверженія людьми данной Божественной заповѣди.

Что касается положительной заповѣди, повелѣвающей намъ почитать царя (Матѳ. 22, 21; 1 Петр. 2, 17), то первымъ выраженіемъ ея является возношеніе нами молитвъ и благодареній о царѣ, къ чему призывалъ Ап. Павелъ Епископа Ефесской Церкви Тимоѳея. Этотъ призывъ можетъ вызывать удивленіе, такъ какъ тогда царями были язычники и гонители. Но прекрасное истолкованіе этого апостольскаго призыва дается Митр. Филаретомъ, которое и приводится въ нашей книгѣ.

Другимъ выраженіемъ почитанія царя подданными является ихъ повиновеніе ему. Ап. Петръ повелѣваетъ повиноваться царю Господа ради (1 Петр. 2, 13-14), т. е. ради православной вѣры въ Бога. Этотъ мотивъ для повиновенія царю является высшимъ. Если бы русскіе люди относились къ своему царю согласно этой заповѣди Св. Писанія, то не былъ бы снятъ съ его головы царскій вѣнецъ преступными руками предателей, и Россія не погибла бы. Только одна православная вѣра побуждаетъ, какъ должно повиноваться царю. Только она одна заставляетъ въ этомъ повиновеніи любить царя, Помазанника Божіяго, жертвовать собою, страдать и умирать за царя и смотрѣть на него, какъ на отблескъ славы и Божественнаго величія.

Такъ, въ строгомъ соотвѣтствіи съ православною вѣрою относился къ царю, такъ почиталъ его русскій народъ, о чемъ очень хорошо свидѣтельствуетъ и наше народное творчество, выраженное въ пѣсняхъ, сказкахъ, пословицахъ, былинахъ и присловіяхъ. Съ такимъ почтеніемъ и любовію относился русскій народъ въ лицѣ истинныхъ сыновъ его къ своему царю не только въ древности, но и до самаго послѣдняго времени, ибо простой вѣрующій народъ безъ слезъ умиленія не могъ смотрѣть на царя. Онъ въ дѣйствительности, по выраженію Митрополита Филарета, былъ главою и душою русскаго народа. Поэтому, когда не стало этой души, не стало и Россіи.

Въ пятой главѣ нами устраняются два возраженія противъ учрежденія въ будущей Россіи исконнаго начала государственной жизни — царской самодержавной власти. Имѣется въ виду, во-первыхъ, мнѣніе, что эта форма правленія изжита, и, во-вторыхъ, что для Церкви будто безразлично, какая форма правленія будетъ въ Россіи. Что касается перваго мнѣнія, то оно направлено противъ спасительнаго на насъ вліянія Священнаго Писанія, ибо царская власть въ Россіи была основана на его словахъ. А эти слова являются глаголами вѣчнаго живота (Іоан. 6, 68; срав. Евр. 4, 12). Поэтому такое мнѣніе является неразумнымъ. Если нельзя сказать, что слова Божественнаго Откровенія изжили себя, то нельзя сказать, что и царская власть, какъ на нихъ основанная, изжила себя. Дѣйствительность, напротивъ, свидѣтельствуетъ, что не царская самодержавная, а парламентарная власть изжила себя. Русскимъ людямъ въ вопросѣ о будущемъ строѣ правленія нашей Родины надо сообразоваться съ Богооткровеннымъ и святоотеческимъ ученіемъ и слѣдовать не за врагами, а за истинными и геніальными ея сынами, каковыми были Достоевскій и Пушкинъ [1], свидѣтельствовавшіе всю необходимость для счастья и могущества Россіи не демократическаго, а, именно, царскаго самодержавнаго строя.

Относительно второго, такого же ошибочнаго, мнѣнія нужно сказать, что для Церкви не можетъ быть одинаковой власть, покровительствующая ей, и власть богоборческая, царствующая у насъ въ настоящее время, при наличіи которой православная Церковь въ Россіи можетъ исчезнуть. Эта власть такова, что невольно возбуждаетъ въ умахъ русскихъ людей вопросъ: не насталъ ли сейчасъ моментъ окончательной гибели нашей Родины? Этотъ вопросъ будетъ особенно волновать насъ, если мы вспомнимъ два письма оптинскаго старца іеросхимонаха о. Амвросія, съ истолкованіемъ имъ двухъ страшныхъ замѣчательныхъ сновидѣній, касательно судебъ нашей Россіи. Объ этихъ сновидѣніяхъ и ихъ истолкованіи о. Амвросіемъ говорится нами въ настоящей главѣ.

Однако, мы питаемъ надежду, что моментъ для конечной гибели Россіи еще не насталъ, ибо имѣемъ пророчество св. Серафима Саровскаго, что Господь избавитъ Россію отъ всѣхъ ея бѣдствій ради православной вѣры и она будетъ существовать, какъ сильная держава, до скончанія вѣка. Эта вѣра есть въ русскомъ народѣ. Она исповѣдуется имъ даже въ великихъ настоящихъ страданіяхъ Россіи. Поэтому мы должны молиться, чтобы Господь укрѣпилъ эту вѣру и скорѣе бы избавилъ Россію отъ богоборческой власти. Самый тотъ фактъ, что мы вмѣстѣ со всею зарубежною русскою Церковію и съ нашими братьями, находящимися въ Россіи, молимся объ этомъ, свидѣтельствуетъ, что для Церкви далеко не безразлично: будетъ ли Россія возглавляться впредь богоборческою властью.

Точно так же не безразлично для Церкви, какая будетъ въ Россіи послѣ совѣтской власти государственная форма правленія. Православная Церковь не можетъ предпочесть власть народа, что то же — народной толпы, царской власти по той причинѣ, что народоправство не есть Богоустановленная власть и не коренится въ Св. Писаніи. Мало того, республиканская и конституціонная власть являются ниспроверженіемъ Богоустановленной царской власти. Правда, въ конституціонной формѣ правленія монархъ остается, но самодержавіе отъ него отнимается народоправствомъ и для него создается неестественное и тяжелое положеніе, при которомъ онъ «царствуетъ», но не управляетъ; о чемъ хорошо въ свое время писалъ Іоаннъ Грозный въ своихъ письмахъ князю Андрею Курбскому и заявлялъ Шведскому королю и Польскому королю — Стефану Баторію.

Такимъ образомъ, какъ республиканская, такъ и конституціонная форма правленія — не только не являются Богоустановленною властію, но самое ихъ бытіе начинается съ ея отрицанія. Св. Церковь наша не можетъ закрыть своихъ глазъ на это отсутствіе религіозной основы въ томъ и другомъ демократическомъ образѣ правленія, поэтому и не можетъ желать его введенія въ будущей Россіи.

Кромѣ того, демократическій строй не соотвѣтствуетъ религіозно-нравственному идеалу русскаго народа. Этотъ идеалъ состоитъ въ устремленіи русскихъ людей къ святости, или единенію со Христомъ чрезъ православную вѣру и любовь со всѣми прочими христіанскими добродѣтелями. Но этотъ идеалъ русскаго народа совершенно чуждъ республиканской или конституціонной формѣ правленія. И это понятно, ибо демократическое государство управляется не этическими, а юридическими нормами. Зато монархія въ Россіи какъ нельзя лучше соотвѣтствовала русской идеологіи. Объ этомъ говоритъ самое назначеніе монарха быть представителемъ идеала русскаго народа и направлять свою государственную дѣятельность сообразно съ этимъ идеаломъ. Являясь первымъ и вѣрнымъ сыномъ Церкви, царь былъ и покровителемъ русскаго народа въ удовлетвореніи его высшихъ религіозныхъ потребностей, будучи для него и въ другихъ областяхъ его жизни олицетвореніемъ высшей милости и отеческой любви.

Отсюда ясно, почему русскій народъ такъ вѣренъ былъ своимъ монархамъ съ готовностью полагать за нихъ свою жизнь. Русскій народъ даже въ униженіи царской власти въ періодъ смутнаго времени винилъ не ее, а себя, видѣлъ въ этомъ наказаніе Божіе за грѣхи свои и ревностно отвергалъ всѣ посягательства на самодержавіе царя...

Къ сожалѣнію, въ 1825 г. произошло возстаніе декабристовъ. Это возстаніе показало, что въ русскомъ народѣ сталъ меркнуть религіозно-нравственный идеалъ и сталъ замѣняться идеаломъ политическимъ, и чѣмъ дальше шло время, тѣмъ сильнѣе и сильнѣе заявляло свои права въ русскомъ обществѣ конституціонное и даже республиканское движеніе, которое вылилось въ освободительное, низложило царя и погубило Россію.

Несомнѣнно Господь за эту замѣну идеологіи и наказалъ русскій народъ. Но Онъ и помилуетъ его за великія страданія, вѣру и покаяніе и даруетъ ему избавленіе. Однако, чтобы возродить Россію, мы должны вернуться къ своему религіозно-нравственному идеалу и на основаніи его возсоздать царскую самодержавную власть, такъ какъ другія формы правленія не соотвѣтствуютъ нашей русской идеологіи.

Этимъ несоотвѣтствіемъ не исчерпываются всѣ мотивы, почему Церковь должна отвращаться отъ демократическихъ формъ правленія. Послѣднія не только не имѣютъ даннаго соотвѣтствія, онѣ даже враждебны религіозно-нравственному идеалу русскаго народа. Поэтому при появленіи въ Россіи того или другого демократическаго строя, наша православная Церковь окажется въ положеніи гонимой, т. е. тогда произойдетъ фактически отдѣленіе Церкви отъ государства.

Не надо забывать, что только либеральные круги Россіи требовали демократическаго строя, а всѣ истинно-русскіе люди отстаивали самодержавіе.

Отсюда ясно, что Церковь не можетъ быть безразличной къ формѣ правленія въ будущей Россіи. Для собственнаго своего блага и ради возрожденія Россіи она можетъ стремиться къ возстановленію у насъ только одного государственнаго строя — самодержавной власти царя — Помазанника Божьяго.

Въ шестой главѣ мы призываемъ всѣхъ русскихъ людей стремиться, какъ къ величайшей милости Божіей, къ учрежденію въ будущей Россіи истинной монархической власти, которая можетъ быть такою только при своемъ отношеніи къ Церкви на основѣ симфоніи въ смыслѣ ограниченія самодержавной царской власти Церковію — ея Божественными законами. Мы имѣемъ въ виду симфонію, теорія которой изложена въ 42-й главѣ славянской Кормчей, взятой изъ VI-й новеллы Юстиніана. Въ настоящей главѣ нами дается толкованіе этой симфонической теоріи, которая обязывала носителя царской власти быть защитникомъ догматовъ православной вѣры и почитать Церковь, т. е. исполнять всѣ ея каноны, сообразовать съ ними законы гражданскіе и заботиться о ея матеріальномъ благополучіи.

Въ соотвѣтствіи съ этой симфоніей опредѣляли свои отношенія къ Церкви Византійскіе императоры, прежде всего оказывая покровительство ей въ ея борьбѣ съ еретиками на Вселенскихъ Соборахъ и послѣ нихъ въ особенности въ виду страшныхъ насилій, вплоть до уголовныхъ преступленій, которыя совершались еретиками по отношенію къ православнымъ людямъ.

Согласно этой симфоніи, Византійскіе императоры оказывали и почитаніе Церкви въ лицѣ ея власти, т. е. не вмѣшивались въ дѣла Церкви и самихъ себя считали подсудными церковной власти въ дѣлахъ вѣры и нравственности, о чемъ свидѣтельствуетъ ихъ отношеніе къ Вселенскимъ Соборамъ, на которыхъ они никогда не предсѣдательствовали и постановленія коихъ они считали обязательными къ исполненію не только для всѣхъ ихъ подданныхъ, но и для себя самихъ, и даже признавали силу гражданскихъ законовъ только въ томъ случаѣ, если они не противорѣчили св. канонамъ.

Для осуществленія той же симфоніи Византійскіе императоры считали своимъ священнымъ долгомъ заботиться и о матеріальной сторонѣ жизни Церкви. Конечно, главный притокъ пожертвованій въ пользу Церкви дѣлался вѣрующимъ народомъ во исполненіе Божественной заповѣди о десятинахъ. Но самое главное здѣсь заключалось въ томъ, что св. каноны закрѣпляли это церковное имущество, какъ принадлежащее Самому Богу, за Церковью, какъ неприкосновенное. Этой неотчуждаемости церковнаго имущества содѣйствовала и императорская власть, дѣлавшая своими законами его неприкосновеннымъ и ограждая его заклятіями.

Въ настоящей главѣ мы отмѣчаемъ, что въ данной теоріи не указывается, въ чемъ должно проявляться для этой симфоніи отношеніе Церкви къ государству и въ частности къ той же царской власти. Мы объясняемъ это обстоятельство тѣмъ, что Церковь по свойству своей вѣры православной не могла нарушать симфоніи и проявлять папоцезаризмъ, и что, дѣйствительно, этого никогда не бывало. Однако, Церковь всегда участвовала въ этой симфоніи властей и очень много дѣлала для нея, возрождая благодатными средствами своихъ членовъ и чрезъ воспитаніе и просвѣщеніе дѣлая ихъ великими сынами отечества, воодушевляя ихъ любовію къ царю и родинѣ до готовности полагать за нихъ свою жизнь.

Съ такимъ значеніемъ теорія симфоніи перешла изъ Византіи и къ намъ въ Россію. И здѣсь она дѣйствовала, опредѣляя взаимныя отношенія между церковной и государственной властью, пока не была нарушена въ царствованіе Алексѣя Михайловича. Дѣйствительность показываеть, что и наши вел. князья, а затѣмъ цари были защитниками православной вѣры и боролись вмѣстѣ съ Церковью съ еретиками, о чемъ свидѣтельствують наши древніе Соборы, на которыхъ они нерѣдко присутствовали и осуществляли всѣ соборныя мѣры по отношенію къ еретикамъ.

Такъ же, какъ Византійскіе императоры, наши вел. князья и цари осуществляли симфонію въ отношеніи св. каноновъ и въ отношеніи церковной власти, въ особенности въ лицѣ русскихъ церковныхъ Соборовъ, считая ихъ постановленія для себя обязательными.

Подобно Византійскимъ императорамъ, относились они и къ церковному имуществу, являя заботы о матеріальномъ благоденствіи Церкви и личными своими пожертвованіями, и посредствомъ огражденія церковной собственности своими уставами и грамотами.

Въ послѣдней седьмой главѣ нашей книги говорится о нарушеніи симфоніи властей при Алексѣѣ Михайловичѣ, причемъ въ этомъ отношеніи проводится аналогія между Россіей и Византіей. Въ послѣдней симфонія нарушалась многими императорами чрезъ ихъ цезарепапистское вмѣшательство въ дѣла Церкви. Но въ особенности нарушителями ея, вплоть до ея уничтоженія, были византійскіе императоры иконоборцы, которые своимъ нарушеніемъ основъ симфоніи: православной вѣры и св. каноновъ, совсѣмъ уничтожали ее и даже дѣлались гонителями Церкви. Въ этомъ уничтоженіи симфоніи Церковь видѣла причину паденія Византіи.

Такое уничтожение симфоніи властей у насъ случилось при Петрѣ I. Оно, въ силу закона постепенности, имѣло раннѣйшую свою подготовку въ царствованіе Алексѣя Михайловича, когда произошло нарушеніе симфоніи вмѣстѣ съ появленіемъ «Уложенія» въ 1649 г. и, въ частности, его Монастырскаго Приказа. Этотъ Приказъ былъ вопіющимъ вмѣшательствомъ въ церковныя дѣла, которое проявлялось въ судѣ надъ духовенствомъ даже по духовнымъ дѣламъ, въ назначеніи духовныхъ лицъ на должности и въ частичной конфискаціи церковнаго имущества.

Величайшимъ защитникомъ русской идеологіи, борцомъ противъ нарушенія симфоніи властей и, вмѣстѣ съ тѣмъ, проповѣдникомъ истинной самодержавной царской власти явился Святѣйшій Патріархъ Никонъ. Сознавая всю гибельность для Церкви и государства цезарепапизма, Патріархъ Никонъ протестовалъ, какъ это видно изъ его сочиненія: «Раззореніе», противъ суда свѣтской власти надъ духовенствомъ по гражданскимъ и церковнымъ дѣламъ. Такой же энергичный протестъ былъ проявленъ съ его стороны и противъ частичной конфискаціи церковнаго имущества. Онъ видѣлъ, что на этомъ государство не остановится, и отниметъ отъ Церкви всѣ средства, при помощи которыхъ она могла бы осуществлять свои высшія задачи относительно воспитанія и просвѣщенія русскаго народа и тѣмъ самымъ предохранить его отъ гибели. Поэтому Патріархъ Никонъ на библейскихъ примѣрахъ показывалъ, какія страшныя наказанія слѣдуютъ отъ Бога за отнятіе у Церкви ея имущества, «Уложеніе» называлъ «проклятою уложенною книгою», а въ Монастырскомъ Приказѣ видѣлъ толчокъ къ расцерковленію русскаго государства и начало гибели Россіи.

Такъ какъ оцерковленіе русскаго государства посредствомъ гражданскихъ законовъ, не противныхъ св. канонамъ и проникнутых духомъ Церкви, зависѣло отъ истинной царской самодержавной власти и ея отношенія къ Церкви на основѣ симфоніи, то борьба Патр. Никона противъ «Уложенія» и Монастырскаго Приказа имѣла своею цѣлью возглавленіе русскаго государства властью такого царя, при которомъ только и возможно осуществленіе симфоніи властей и процвѣтаніе Церкви и государства. За эту борьбу онъ тяжко страдалъ. И въ этой борьбѣ онъ палъ, но оставилъ завѣтъ всѣмъ русскимъ православнымъ людямъ — чему они должны слѣдовать для возрожденія Россіи.

Поэтому Патр. Никонъ долженъ быть истиннымъ, великимъ наставникомъ для насъ въ нашихъ стремленіяхъ возстановить Россію посредствомъ истинной самодержавной власти царя Помазанника Божіяго.

По той же причинѣ мы постарались снять съ личности Патріарха Никона то нареканіе, которое можетъ принизить его авторитетъ въ нашихъ глазахъ. Мы имѣемъ въ виду обвиненіе его въ непомѣрной гордынѣ, будто побуждавшей Патр. Никона стремиться къ властительству надъ самимъ царемъ Алексѣемъ Михайловичемъ и ко вмѣшательству въ дѣла государственныя. Это обвиненіе не соотвѣтствуетъ дѣйствительности прежде всего въ силу того, что оно исходило отъ враговъ Патр. Никона — раскольниковъ; и каковое обвиненіе давно устранено научными изслѣдованіями. Главнымъ обвинителемъ Патр. Никона въ гордости былъ злѣйшій врагъ его — Газскій Митрополитъ Паисій Лигаридъ; но послѣдній, по свидѣтельству документальныхъ данныхъ, былъ совершенно аморальною личностью.

Прекрасно опровергаетъ данное обвиненіе по отношенію Патр. Никона историческая дѣйствительность, въ которой нельзя найти ни одного факта, свидѣтельствующаго о такой его гордости. Не обнаруживается эта гордость и въ его сочиненіи: «Раззореніе», въ его поученіяхъ и въ его патріаршей дѣятельности, о чемъ мы неголословно говоримъ въ данной главѣ.

Нельзя обвинять въ гордости Патр. Никона и на основаніи его ухода изъ Москвы въ Ново-Іерусалимскую обитель, случившагося 10 іюля 1658 г. Обвинители хотятъ объяснить психологически этотъ уходъ, какъ давленіе Патр. Никона на царя, сь цѣлью заставить послѣдняго удовлетворить честолюбіе и гордость Патріарха и вернуть его къ прежнему величію и славѣ. Но мы показываемъ всю несостоятельность обвиненія Патр. Никона на этомъ психологическомъ основаніи. Мы свидѣтельствуемъ, что Патр. Никонъ въ своемъ уходѣ обнаружилъ не гордость, а свой непреклонный и рѣшительный духъ въ отстаиваніи истины, свое исповѣдничество, имѣвшее цѣлью обличить непокорныхъ Божественнымъ заповѣдямъ и св. канонамъ. Наша настоящая точка зрѣнія совпадаетъ съ мнѣніями проф. Стенли и современника Патр. Никона, Іерусалимскаго Патріарха Нектарія.

Есть и еще одно основаніе, устраняющее обвиненіе Патр. Никона въ гордости, которымъ является его подвижническая жизнь, съ ея исповѣдническими страданіями и проявленіями благодати Святаго Духа.

Ясно, что аскетическіе подвиги и нравственныя страданія отъ беззаконнаго суда надъ нимъ и въ особенности отъ клеветъ — этого высшаго предѣла нравственныхъ мукъ, которымъ преслѣдовали его враги, — Патр. Никонъ могъ переносить только при помощи благодати Святаго Духа. А благодать сія, по ученію Св. Писанія и св. отцовъ Церкви, не совмѣстима съ гордостію.

Опровергается это обвиненіе и истинною любовію Патр. Никона къ ближнимъ. Эта любовь была въ немъ постоянна; онъ всегда былъ первымъ защитникомъ и покровителемъ всѣхъ несчастныхъ. По ученію же св. Макарія Великаго, это постоянство добродѣтели любви и есть самый вѣрный признакъ, что ей сопутствуетъ благодать Святаго Духа, которая опять-таки не могла бы быть въ Патр. Никонѣ, если-бы онъ былъ одержимъ страстью гордости.

Но лучше всего данное обвиненіе уничтожается тѣми сторонами жизни Патріарха, гдѣ благодать Святаго Духа проявлялась въ немъ непосредственно, какъ особая печать избранничества или помазанности, которая лежала на немъ. Эта благодать Святаго Духа проявлялась въ немъ дивнымъ храненіемъ его отъ смертельныхъ опасностей, даромъ прозорливости и даромъ цѣленія недуговъ, который былъ присущъ ему во время его жизни и въ особенности послѣ его смерти, о чемъ свидѣтельствуютъ чудесныя исцѣленія отъ его гроба.

Поэтому мы должны не обвинять Патр. Никона въ гордости, а вмѣстѣ съ простымъ вѣрующимъ русскимъ народомъ, прибѣгающимъ къ его небесному заступленію, благоговѣйно чтить его и содѣйствовать прославленію его мощей въ возрожденной Россіи для причисленія его къ лику святыхъ Россійской Церкви [2].

Въ данный же моментъ и на будущее время мы должны слѣдовать завѣтамъ Патр. Никона, какъ своего учителя, и стремиться къ возстановленію въ Россіи его идеологіи и къ осуществленію его исповѣднической проповѣди объ истинной самодержавной царской власти съ ея отношеніемъ къ Церкви на почвѣ симфоніи.

Для православныхъ людей ясно: если Господь избавитъ Россію отъ настоящихъ бѣдствій, то сдѣлаетъ это не для того, чтобы она вскорѣ опять погибла. Господь спасетъ Россію для ея возрожденія чрезъ вѣру. Поэтому при возрожденіи Родины нашей все въ ней, — во всѣхъ областяхъ ея жизни личной, общественной и государственной, — должно имѣть въ своей основѣ православную вѣру, начиная съ формы государственнаго правленія.

Примѣчанія:
[1] «Разговоры Пушкина». Москва 1926 г.
[2] Иную точку зрѣнія о личности патр. Никона, основанную на историческихъ свидѣтельствахъ, см. здѣсь (прим. — А. К.).

Источникъ: Архіепископъ Серафимъ (Соболевъ). Русская идеологія. — Софія: Тип. «Рахвира», 1939. — С. 3-21.

Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.