Церковный календарь
Новости


2018-11-18 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ I-й, Ч. 2-я, Гл. 2-я (1922)
2018-11-18 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ I-й, Ч. 2-я, Гл. 1-я (1922)
2018-11-18 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 114-й (1899)
2018-11-18 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 113-й (1899)
2018-11-18 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Признаки Христовой Церкви (1976)
2018-11-18 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. О важности догмата о Церкви (1976)
2018-11-18 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 8-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
2018-11-18 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 7-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
2018-11-18 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Докладъ Архіерейскому Сѵноду РПЦЗ (1996)
2018-11-18 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Психіатрія и исповѣдь (1996)
2018-11-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 49-я (1922)
2018-11-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 48-я (1922)
2018-11-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 47-я (1922)
2018-11-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 46-я (1922)
2018-11-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 45-я (1922)
2018-11-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 44-я (1922)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - понедѣльникъ, 19 ноября 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 8.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

Н. Д. Тальбергъ († 1967 г.)

Николай Дмитріевичъ Тальбергъ (1886-1967), русскій духовный писатель, публицистъ, историкъ, вѣрное чадо РПЦЗ. Родился 10 (23) іюля 1886 г. въ мѣст. Коростышевъ ок. Кіева. Окончилъ въ 1907 г. Императорское училище правовѣдѣнія въ С.-Петербургѣ. Поступилъ на службу въ Министерство внутреннихъ дѣлъ, гдѣ по мѣрѣ силъ стоялъ на стражѣ православной монархіи и боролся съ революціоннымъ движеніемъ. Послѣ переворота 1917 г. — участникъ подпольнаго монархическаго движенія въ Россіи и на Украинѣ. Съ 1920 г. въ эмиграціи. Жилъ въ Берлинѣ, Парижѣ и Бѣлградѣ, а съ 1950 г. — въ США. Одинъ изъ лидеровъ Высшаго монархическаго совѣта, участникъ Второго Всезарубежнаго Собора 1938 г. Защищалъ монархическія и строго православныя идеи въ журналахъ «Двуглавый орелъ», «Отечество», «Россія», «Русская жизнь», «Православный Путь», «Православная Русь» и др. Ведущій церковный историкъ русскаго зарубежья. Съ 1950 г. преподавалъ русскую церковную и гражданскую исторію въ семинаріи при Свято-Троицкомъ монастырѣ въ г. Джорданвилль. Скончался 16 (29) мая 1967 г. въ Нью-Іоркѣ. Похороненъ на кладбищѣ Свято-Троицкаго монастыря (Jordanville, USA). Основные труды: «Возбудители раскола» (Парижъ, 1927), «Церковный Расколъ» (Парижъ, 1927), «Святая Русь» (Парижъ, 1929), «Пространный мѣсяцесловъ русскихъ святыхъ» (Jordanville, 1951), «Покаянный подвигъ Александра Благословеннаго» (1951), «Въ свѣтѣ исторической правды» (1952), «Къ 500-лѣтію паденія Второго Рима» (1953), «Полвѣка архипастырскаго служенія» (1956), «Императоръ Николай I-й» (1956), «Скорбный юбилей» (1956), «Мужъ вѣрности и разума» (1957), «Исторія Русской Церкви» (1959), «Отечественная быль» (1960), «Царская Россія и восточные патріархи» (1961), «Императоръ Николай I-й въ свѣтѣ исторической правды» (1961), «Исторія Христіанской Церкви» (1964), «Къ 40-лѣтію пагубнаго евлогіанскаго раскола» (1966).

Сочиненія Н. Д. Тальберга

Н. Д. Тальбергъ († 1967 г.)
Исторія Русской Церкви.

Часть третья.
Отъ раздѣленія митрополіи до учрежденія патріаршества.

Церковное управленіе.

Расширеніе и усиленіе Россіи давали возможность духовенству, въ нужныхъ случаяхъ, находить мощную опору въ государственной власти. Но тѣ же обстоятельства усиливали участіе вел. князей и царей, правда глубоко православныхъ, въ церковныхъ дѣлахъ.

Со времени св. митр. Іоны митрополиты постоянно поставлялись русскими епископами безъ сношенія съ патріархомъ. Связи Россіи съ Греціей по церковнымъ дѣламъ стали ограничиваться почти одними только благотвореніями страждущимъ восточнымъ церквамъ. Все болѣе увеличивавшаяся подозрительность русскихъ къ чистотѣ православія греческой Церкви, побуждало ихъ даже нарочито отстраняться отъ слишкомъ близкихъ отношеній съ греками. Около 1480 г. въ архіерейскую присягу было включено, какъ отмѣчаетъ архіеп. Филаретъ, «не принимать никого ни на митрополію, ни на епископскія каѳедры отъ константинопольскаго патріарха, именно потому, что Царьградъ въ рукахъ мусульманскихъ». Далѣе владыка пишетъ: «Но сей пунктъ, по настоянію мудраго Максима, былъ исключенъ изъ присяги: «Царьградъ, говорилъ преподобный, въ рукахъ агарянскихъ, но православіе остается между греками непоколебимымъ, и церковь по-прежнему управляется Духомъ Святымъ».

Когда приближалась кончина св. Іоны, вел. кн. Василій II вызвалъ въ Москву нѣкоторыхъ епископовъ, и умиравшій владыка, по совѣщаніи съ ними и государемъ, избралъ и благословилъ своего будущаго преемника — архіепископа ростовскаго Ѳеодосія, который въ 1455 г. былъ судимъ за нарушенія устава о постѣ, что отмѣчалось раньше. Онъ написалъ на его имя благословенную грамату, утвердилъ подписью и печатью, положивъ на престолъ въ Успенскомъ соборѣ. Владыка Ѳеодосій (Бывальцевъ) былъ облеченъ саномъ митрополита въ маѣ 1461 г. Утвержденіе его послѣдовало со стороны вел. князя Василія II, признавшаго себя преемникомъ павшихъ православныхъ византійскихъ императоровъ. Со времени митр. Ѳеодосія окончательно устанавливалось и поставленіе митрополитовъ безъ сношенія съ патріархомъ. Недолгое возглавленіе Церкви митр. Ѳеодосіемъ примѣчательно большой заботой, проявленной имъ для улучшенія приходского духовенства, что онъ осуществлялъ еще въ Ростовѣ. Главной задачей онъ ставилъ себѣ устраненіе пороковъ среди духовенства. Митрополитъ сталъ въ Москвѣ призывать къ себѣ по воскресеньямъ извѣстное количество священниковъ — особенно худыхъ — и училъ ихъ святымъ правиламъ, угрожая непокорнымъ строгими наказаніями. Въ отношеніи вдовыхъ священниковъ и діаконовъ онъ тѣхъ изъ нихъ, которые не вели зазорную жизнь, приказывалъ постригать, другихъ же лишалъ священства. Предполагалъ онъ распространить свои мѣры на всю митрополію. Но произведенная имъ чистка привела къ тому, что нѣкоторыя церкви остались безъ священниковъ и безъ пѣнія. Начался народный ропотъ. Софійская лѣтопись (2-я подъ 1465 г.) повѣствуетъ такъ: «(ставъ митрополитомъ) восхотѣ поповъ и дьяконовъ нужею навести на Божій путь: нача ихъ на всяку недѣлю сзывати и учити по святымъ правиломъ, и вдовцомъ діакономъ и попомъ повелѣ стричися, а иже у кого наложницы будутъ, тѣхъ мучити безъ милости и священьство съимая съ нихъ и продаваше ихъ; а церквей много наставлено, а кто толико не хотяше дѣлати рукодѣлія — всякой въ попы, тѣмъ ся и кормяху и послѣдоваху плотьскимъ похотѣмъ, зане бо не Богу служити изволиша, но льготу (искаху) тѣлу своему; и востужиша людіе, многы бо церквы безъ поповъ, и начаша его (митрополита) проклинати»... Въ сентябрѣ 1464 г. митр. Ѳеодосій ушелъ на покой, заболѣвъ отъ огорченія. Онъ подвизался въ Чудовомъ монастырѣ, гдѣ ранѣе былъ архимандритомъ. Въ келью свою святитель взялъ разслабленнаго старца и служилъ ему, омывая его струпы. Владыка Ѳеодосій скончался въ исходѣ 1475 г. въ Троицкомъ Сергіевомъ мон., куда, возможно, отправился на богомолье. Въ сей обители онъ былъ погребенъ. Кончина открыла на немъ тяжелыя вериги.

Карамзинъ пишетъ: «Россіяне жалѣли о пастырѣ столь благочестивомъ и страшились, чтобы небо не казнило ихъ оскорбленіе святого мужа».

Извѣстна грамата митр. Ѳеодосія новгородцамъ, увѣщевающая ихъ не посягать на права архіепископа надъ духовенствомъ и на недвижимыя церковныя имѣнія. Имъ отказано было Пскову имѣть отдѣльнаго отъ Новгорода епископа. При немъ св. Іоною закончено было крещеніе пермяковъ. Въ 1464 г. митр. Ѳеодосій совершилъ, по просьбѣ патріарха іерусалимскаго Іоакима, посвященіе въ митрополиты Кесаріи Филипповой его племянника протосингела Іосифа, отправленнаго въ Россію для сбора денегъ. Султанъ египетскій намѣревался уничтожить въ Іерусалимѣ храмъ Воскресенія Христова; будучи молимъ патріархомъ объ отмѣнѣ сего рѣшенія, онъ требовалъ внесенія откупа въ размѣрѣ 5500 венеціанскихъ золотыхъ. Митр. Ѳеодосій всячески помогалъ митр. Іосифу въ сборѣ этихъ средствъ въ Россіи.

Митр. Ѳеодосій тоже избралъ себѣ преемника, въ лицѣ епископа суздальскаго Филиппа I, возведеннаго, съ согласія вел. кн. Іоанна III, на каѳедру въ ноябрѣ 1464 г. Митр. Филиппъ, какъ и его предшественникъ, употреблялъ, вмѣстѣ съ государемъ, старанія отвратить новгородцевъ отъ подчиненія литовскому митрополиту, уніату Григорію Болгарину, поставленному въ 1458 г. въ Римѣ патріархомъ — уніатомъ. Новгородцы остались вѣрны Православію. Но политически они все болѣе склонялись на сторону Литвы и въ 1471 г. заключили соотвѣтственный договоръ съ польскимъ королемъ и вел. кн. литовскимъ Казимиромъ Ягеллоновичемъ. Слѣдствіемъ сего явился въ томъ же году походъ Іоанна III противъ Новгорода и лишеніе послѣдняго многихъ правъ.

Успенскій соборъ въ Москвѣ, построенный сначала въ очень скромныхъ размѣрахъ, за неполныя полтораста лѣтъ пришелъ въ такую ветхость, что своды его пришлось подпирать толстыми бревнами. Митр. Филиппъ весной 1472 г. приступилъ на собственныя средства къ постройкѣ новаго собора. Онъ нанялъ въ Москвѣ двухъ неопытныхъ подрядчиковъ и накупилъ холоповъ для выполненія ими части работъ. Строился соборъ на прежнемъ мѣстѣ, при чемъ старое зданіе разбиралось постепенно.

Въ концѣ 1472 г. Іоаннъ III вступилъ во второй бракъ съ греческой царевной Софіей Палеологъ [1], дочерью бывшаго морейскаго деспота Ѳомы, брата двухъ послѣднихъ византійскихъ императоровъ. Ѳома нашелъ послѣ паденія Византіи убѣжище въ Римѣ у папы. Въ 1469 г. папа Павелъ II предложилъ ее въ замужество Іоанну III, который на это согласился. Софія была воспитанницей извѣстнаго уніата, кардинала Виссаріона. Въ Римѣ надѣялись, при посредствѣ Софіи, проникнуть въ православную Москву, а также побудить Іоанна принять участіе въ намѣчавшемся крестовомъ походѣ противъ турокъ. Іоанну бракъ этотъ давалъ возможность обосновать юридически свое право считаться преемникомъ византійскихъ императоровъ, послѣднимъ изъ которыхъ былъ дядя его супруги. Для препровожденія Софіи въ Москву папа Сикстъ IV послалъ съ нею легатомъ Антонія Бонумбре, епископа города d’Accia. Послѣдній велъ себя въ Россіи такъ же, какъ въ католическихъ земляхъ: — совершалъ путешествіе въ преднесеніи водруженнаго на высокое древко «крыжа» (креста). Когда поѣздъ съ царевной приближался къ Москвѣ, то Іоаннъ совѣтовался съ близкими и боярами относительно крыжа. Мнѣнія раздѣлились. Вел. князь спросилъ митр. Филиппа, который ему отвѣтилъ: «невозможно допустить не только того, чтобы кардиналъ въ преднесеніи крыжа вошелъ въ городъ, но чтобы онъ такимъ образомъ и приблизился къ нему; если дозволить ему это, желая его почтить, то — онъ въ ворота города, а я — отецъ твой — другими воротами вонъ изъ города; недостойно намъ не только видѣть этого, но и слышать, потому что — кто окажетъ почтеніе чужой вѣрѣ, тотъ поругался своей». Послѣ такого отвѣта, Іоаннъ выслалъ къ кардиналу за 15 в. отъ Москвы боярина, который и заставилъ его спрятать крыжъ.

Успенскій соборъ не былъ еще достроенъ, когда сильный пожаръ превратилъ въ пепелъ кремлевскій домъ митр. Филиппа. Святитель, обливаясь, по свидѣтельству Карамзина, слезами надъ гробомъ свят. Петра и съ любовію утѣшаемый государемъ, почувствовалъ слабость въ рукѣ отъ паралича. Онъ велѣлъ отвезти себя въ Богоявленскій монастырь, жилъ одинъ день, говоря съ Іоанномъ о совершеніи новой церкви, и скончался 5 апр. 1473 г.

Вел. кн. Іоаннъ III приказалъ быть у себя къ Георгіеву дню, для избранія новаго митрополита, своимъ братьямъ и всѣмъ епископамъ. 23 апрѣля 1473 г. епископами, при хотѣніи государя, избранъ былъ епископъ коломенскій Геронтій, ранѣе архимандритъ симоновскій. Поставленъ онъ былъ митрополитомъ въ Петровъ день. (Голубинскій).

Новому митрополиту довелось доканчивать постройку Успенскаго собора. Сложены были стѣны и сведены своды. Но когда приступили къ кладкѣ главнаго купола, то соборъ 20 мая 1474 г. обрушился.

Голубинскій пишетъ: «Неискусные мастера, выводившіе стѣны гладко, но непрочно, сдѣлали нѣкоторую часть его сѣверной стѣны полою, проведши въ стѣнѣ лѣстницу на полати или хоры, прикладенные къ западной стѣнѣ. На нѣкоторую часть полая стѣна, бывъ дурно складена, не въ состояніи была выдерживать тяжести сводовъ и вся рухнула; съ нею упали половина западной стѣны и полати, которыя находились у послѣдней, также столбы и всѣ своды».

Послѣ этого строеніе собора взялъ на себя самъ вел. князь. Онъ выписалъ изъ Венеціи знаменитаго архитектора, болонскаго уроженца Аристотеля Фіоравенти, которому въ 1475 г. поручилъ строеніе. Простые каменщики были выписаны изъ Пскова. Зданіе сломано было до основанія и положенъ новый фундаментъ.

Фіоравенти, по свидѣтельству Карамзина, «ѣздилъ во Владиміръ, видѣлъ тамъ древнюю соборную церковь и дивился въ ней произведенію великаго искусства; далъ мѣру кирпича; указалъ, какъ надобно обжигать его, какъ растворять известь; нашелъ лучшую глину за Андроньевымъ монастыремъ...». Псковскіе каменщики, ученики нѣмцевъ, похваливши работу московскихъ мастеровъ, тоже признали неумѣніе ихъ приготовлять известь. Фіоравенти за образецъ взялъ соборъ во Владимірѣ. Успенскій соборъ былъ торжественно освященъ 12 августа 1479 года.

Освященіе Успенскаго собора подало поводъ къ горячимъ спорамъ между вел. княземъ и митрополитомъ о томъ, какъ ходить съ крестнымъ ходомъ при освященіи церкви — противъ солнца или по солнцу. Въ Москвѣ давно установилось хожденіе противъ солнца, что и сдѣлалъ митрополитъ. Іоаннъ же, поддержанный архіеп. ростовскимъ Вассіаномъ и чудовскимъ архим. Геннадіемъ, придерживался другого мнѣнія. Вассіанъ былъ личнымъ врагомъ Геронтія. Нашествіе хана Ахмата ослабило споръ. Но въ 1481 г. онъ возобновился. Митрополитъ, негодуя, что государь продолжаетъ держаться мнѣнія его противниковъ, выѣхалъ изъ Кремля въ Симоновъ мон., оставивъ посохъ свой въ Успенскомъ соборѣ. Онъ говорилъ, что окончательно покинетъ митрополію и будетъ жить въ кельѣ, какъ простой инокъ, если Іоаннъ не прекратитъ спора. Между тѣмъ, было выстроено много новыхъ церквей, которыя оставались безъ освященія. Вскорѣ Іоаннъ убѣдился, что все духовенство, за исключеніемъ ростовскаго владыки Іоасафа, родомъ изъ князей Оболенскихъ, держало сторону митрополита. Вел. князь послалъ къ владыкѣ сына просить вернуться, когда же тотъ не внялъ этой просьбѣ, то поѣхалъ къ нему самъ, призналъ себя виновнымъ и обѣщалъ слушать его во всемъ, а относительно хожденія съ крестами отдавалъ въ его волю, какъ онъ прикажетъ и какъ было въ старину. Владыка вернулся въ Москву на свой столъ.

Митр. Геронтій проявилъ твердость и въ другомъ вопросѣ. Въ 1482 г. навечеріе Богоявленія случилось въ воскресенье, и архимандритъ чудовскій Геннадій, толкуя уставъ, приказалъ братіи пить богоявленскую воду послѣ ѣды. Митрополитъ счелъ это тяжкимъ преступленіемъ и велѣлъ силой привести къ себѣ архимандрита. Геннадій бѣжалъ къ вел. князю. Митрополитъ лично просилъ Іоанна выдать его, что тотъ и сдѣлалъ. Митр. Геронтій приказалъ сковать Геннадія и посадить подъ палатою въ ледникъ. Государь съ боярами потомъ «отпечаловали» его у митрополита, ссылаясь на примѣръ митр. Ѳеодосія, въ бытность его ростовскимъ архіепископомъ, наказаннаго, но и прощенаго св. митр. Іоною.

Съ архіеп. ростовскимъ Вассіаномъ у митр. Геронтія была «брань» изъ-за Кириллова Бѣлозерскаго мон. Въ 1478 г. нѣкоторымъ инокамъ обители удалось убѣдить своего удѣльнаго князя Михаила Андреевича Верейскаго получить отъ митрополита грамоту, по которой ихъ монастырь изъимался изъ подъ власти ростовскаго архіепископа и отдавался въ завѣдываніе князю. Архіеп. Вассіанъ просилъ владыку Геронтія о возстановленіи своего законнаго права, не получивъ же удовлетворенія въ этомъ, обратился къ вел. князю. Послѣдній пробовалъ убѣдить митрополита измѣнить свое рѣшеніе. Не добившись этого, государь собралъ въ Москвѣ соборъ. Владыка Геронтій, убоявшись соборнаго суда, молилъ Іоанна помирить его съ Вассіаномъ, чтó и было исполнено. Государь изодралъ грамоту, повлекшую смуту (Голубинскій).

При митрополитѣ Геронтіи произошло въ 1478 году окончательное покореніе Іоанномъ III Новгорода. При этомъ государь отобралъ на себя довольно значительную часть недвижимыхъ церковныхъ имѣній, какъ у владыки новгородскаго, такъ и у шести наиболѣе богатыхъ монастырей. Эта частная секуляризація недвижимыхъ церковныхъ имѣній считается, по словамъ Голубинскаго, прологомъ къ той общей секуляризаціи, которая стала выдвигаться Іоанномъ III немного позднѣе.

Въ бытность владыки Геронтія митрополитомъ произошло окончательное сверженіе татарскаго ига, длившагося 240 лѣтъ. Предшественники Іоанна III старались все болѣе ослаблять свою зависимость отъ Золотой Орды. Карамзинъ отмѣчаетъ вліяніе вел. кн. Софіи Палеологъ, говорившей часто Іоанну: «долго ли мнѣ быть рабынею ханскою?». Она, пославъ дары женѣ Ахматовой, писала ей, что, имѣвъ видѣніе, желаетъ создать храмъ на Ордынскомъ подворьѣ (гдѣ сооружена была церковь Николы Гостунскаго); проситъ его себѣ и даетъ вмѣсто онаго другое. Царица согласилась, татары остались безъ пристанища въ Кремлѣ, чего и домогалась Софія. Она же, какъ пишутъ, убѣдила Іоанна не встрѣчать пословъ ордынскихъ, которые обыкновенно привозили съ собою басму или болванъ хана. Древніе князья московскіе всегда выходили пѣшіе изъ города, кланялись посламъ [2]. Въ 1480 г. ханъ Ахматъ, возмущенный непокорствомъ Іоанна, вторгнулся въ іюнѣ въ русскіе предѣлы, намѣреваясь, ближе къ его союзникамъ литовцамъ, перейти черезъ р. Угру. Государь былъ съ войскомъ на берегу Оки. Духовенство, во главѣ съ митр. Геронтіемъ, показало себя въ это грозное время достойнымъ, не только укрѣпляя, но даже осуждая государя за нерѣшительность въ борьбѣ. Особенно рѣшительно выступалъ духовникъ Іоанна III, архіеп. ростовскій Вассіанъ, братъ преп. Іосифа Волоколамскаго, ранѣе игуменъ Троицкій. Когда 30 сент. Іоаннъ появился въ Москвѣ, Вассіанъ, называя его «бѣгуномъ», сказалъ ему: «Вся кровь христіанская падаетъ на тебя за то, что, выдавши христіанство, бѣжишь прочь, бою съ Татарами не поставивши и не бившись съ ними; зачѣмъ боишься смерти? не безсмертный ты человѣкъ, — смертный; а безъ року смерти нѣтъ ни человѣку, ни птицѣ, ни звѣрю; дай мнѣ, старику, войско въ руки, — увидишь, уклоню ли я лицо свое передъ Татарами». Выдержка Іоанна принесла пользу. Ахматъ, простоявъ противъ русскаго войска на р. Угрѣ, 11 ноября ушелъ безъ боя. 6 января 1481 г. его, соннаго, убилъ въ степи Ивакъ, ханъ шибанскихъ улусовъ.

Въ концѣ 1483 г. митр. Геронтій, заболѣвъ, съѣхалъ въ Симоновъ мон., въ намѣреніи оставить митрополію. Выздоровѣвъ, онъ отказался отъ этого намѣренія. Іоанна III устраивалъ его уходъ, онъ дѣйствовалъ въ этомъ направленіи, даже намѣтилъ замѣстителемъ его благочестиваго игумена Троицкаго, Паисія Ярославова. Потомъ, по совѣту послѣдняго, отложилъ свое намѣреніе.

Въ 1487 г. въ Новгородѣ, гдѣ съ 1484 г. архіепископомъ былъ Геннадій, до этого архим. чудовскій, о которомъ говорилось выше, открылась ересь жидовствующихъ. На ней подробнѣе остановимся позднѣе. Св. Геннадій донесъ объ этомъ Іоанну III и митрополиту. Отъ перваго полученъ былъ отвѣтъ: «того беречи, чтобъ то лихо въ земли не распростерлося». Архіепископъ рѣшительно дѣйствовалъ въ Новгородѣ. Митр. Геронтій въ этомъ важномъ дѣлѣ не проявилъ достаточно ревности. Въ разгаръ ереси, въ 1489 г., онъ умеръ.

Въ первые годы правленія митр. Геронтія, патріархъ Рафаилъ, по требованію султана Магомета II, поставилъ митрополитомъ литовскимъ тверского монаха Спиридона, прозваннаго за свою рѣзвость Сатаной. Въ 1476 г. Спиридонъ прибылъ въ Литву, но не былъ тамъ признанъ и посаженъ въ заключеніе, откуда потомъ бѣжалъ. Явившись въ Москву, онъ тоже подвергся заключенію и послѣ 1503 г. умеръ въ Соловецкомъ монастырѣ.

Замѣстителемъ митр. Геронтія былъ Зосима, архим. Симоновскій, подъ личиной благочестія тайный послѣдователь ереси жидовствующихъ. Онъ былъ избранъ самимъ Іоанномъ III, который, по увѣренію преп. Іосифа Волоколамскаго, былъ «подойденъ» еретикомъ протопопомъ Алексіемъ. Поставленъ онъ былъ въ сентябрѣ 1490 года.

Въ Россіи, вслѣдъ за Греціей, распространено было вѣрованіе, что съ окончаніемъ семи тысячъ лѣтъ настанетъ конецъ міра. По этой причинѣ богослужебная пасхалія доведена была у насъ до 7000-го года. Когда этого не случилось въ августѣ 1492 г. (отъ Рождества Христова), то нужно было продолжать пасхаліи на дальнѣйшее время. Это и сдѣлалъ митр. Зосима послѣ совѣтованія съ епископами и всѣмъ соборомъ митрополіи. Расчисливъ Пасхалію на 20 лѣтъ, митр. Зосима посылалъ свое расчисленіе для провѣрки архіепископу Геннадію и другимъ епископамъ и въ декабрѣ 1492 года обнародовалъ (Голубинскій).

По настоянію св. Геннадія, соборъ епископовъ, засѣдавшій въ 1490 г. въ Москвѣ, спустя 21 день послѣ поставленія Зосимы, судилъ нѣкоторыхъ еретиковъ, не добравшись до главныхъ, къ неудовольствію новгородскаго владыки, на соборѣ не бывшаго. Еретичество Зосимы было узнано не сразу. Когда же поборники православія начали его обличать, то онъ боролся съ ними отлученіями отъ причастія, лишеніемъ священства, клеветой великому князю. Голубинскій пишетъ: «На счастіе православныхъ митрополитъ-еретикъ самъ помогъ имъ свергнуть себя съ каѳедры. Зосима былъ человѣкъ вовсе не святительской частной жизни: онъ преданъ былъ пьянству и содомитизму. И великій князь, котораго, можетъ быть, и не успѣли убѣдить въ его еретичествѣ, нашелся вынужденнымъ удалить его съ каѳедры за сейчасъ указанные его пороки (по свидѣтельству лѣтописей, собственно за — первый изъ нихъ)». Зосима былъ удаленъ 17 мая 1494 г.

Въ сентябрѣ 1495 г., по указанію вел. князя Іоанна III, митрополитомъ былъ избранъ игуменъ Троицкій Симонъ. Управляя до этого митрополіей, онъ въ январѣ благословлялъ въ Успенскомъ соборѣ дочь Іоанна, Елену, отправлявшуюся въ Литву невѣстой вел. князя Александра. Поставленіе новаго митрополита обставлено было особою торжественностью. Голубинскій пишетъ: «Подробности поставленія Симонова въ митрополиты, сообщаемыя лѣтописцами, ясно указываютъ на то, что Иванъ Васильевичъ хотѣлъ придать чину поставленія митрополитовъ тотъ видъ, какъ въ Константинополѣ совершалось поставленіе патріарховъ». Какъ отмѣчаетъ Голубинскій, государь проявилъ и царскія права по отношенію къ митрополиту. Когда въ Успенскомъ соборѣ приспѣло время возвести владыку Симона на митрополичье мѣсто, вел. князь привѣтствовалъ его краткой рѣчью, которая начиналась словами: «Всемогущая и Животворящая Святая Троица, дарующая намъ всей Руси государство, подаетъ тебѣ сей святый, великій престолъ архіерейства, митрополіи всея Руси...». Послѣ посвященія митрополитъ ѣздилъ верхомъ на осляти кругомъ города, при чемъ осля водилъ подъ нимъ бояринъ великаго князя.

Въ 1503 г. созванъ былъ въ Москвѣ церковный соборъ, разсматривавшій вопросы, поставленные митрополитомъ и царемъ. Соборъ опредѣлилъ: о неслуженіи въ міру вдовымъ священникамъ и діаконамъ; о несовершеніи священниками и діаконами литургіи на другой день послѣ того, какъ они напьются до пьяна, и о нежитіи монахамъ и монахинямъ въ однихъ и тѣхъ же монастыряхъ. Получилъ разрѣшеніе вопросъ о невзиманіи епископами платы за поставленіе въ церковныя степени. Остался неразрѣшеннымъ вопросъ объ отобраніи у монастырей недвижимыхъ имѣній или вотчинъ. Повидимому, возбужденіе этихъ вопросовъ было подсказано вел. князю знаменитыми старцами Паисіемъ Ярославовымъ и его ученикомъ Ниломъ Сорскимъ, которые пользовались большимъ уваженіемъ Іоанна III. Вопросъ о недвижимыхъ имѣніяхъ входилъ и въ предположенія самого вел. князя, что мы видѣли при отобраніи такихъ земель въ Новгородѣ.

Противъ рѣшенія собора о вдовыхъ священникахъ написалъ возраженіе одинъ изъ нихъ, ростовскій священникъ Георгій Скрипица. Отвѣтилъ ему «списаніемъ» преп. Іосифъ Волоколамскій, видный участникъ собора. Преп. Іосифъ, вмѣстѣ съ тѣмъ, былъ главнымъ противникомъ отобранія недвижимыхъ имуществъ и въ этомъ вопросѣ одержалъ побѣду надъ упомянутыми старцами и единомышленнымъ съ ними государемъ. Къ этому вопросу мы вернемся позднѣе. Непосредственно за соборомъ нарушилъ его постановленіе о невзиманіи платы за поставленіе знаменитый архіеп. новгородскій Геннадій, видимо, поддавшійся вліянію своего дьяка. Іоаннъ III очень строго осудилъ этотъ поступокъ. По его приказанію было произведено разслѣдованіе, и новгородскій владыка въ 1504 г. былъ низведенъ съ каѳедры.

Въ 1504 г. состоялся соборъ, который предалъ проклятію жидовствующихъ, послѣ чего главные еретики распоряженіемъ государственной власти были казнены черезъ сожженіе, а прочіе разосланы въ заточеніе и по монастырямъ. О сей ереси будетъ сказано въ дальнѣйшемъ.

Въ правленіе митр. Симона состоялось соборное постановленіе о низложеніи и отлученіи преемника Св. Геннадія, архіеп. новгородскаго Св. Серапіона. Іосифовъ монастырь находился во владѣніяхъ удѣльнаго князя Волоколамскаго, племянника Іоанна III. Преп. Іосифъ повѣствовалъ такъ объ его притѣсненіяхъ: «Князь Ѳеодоръ Борисовичъ во все вступается: что Богъ пошлетъ намъ, въ томъ воли не даетъ; иное даромъ проситъ, другое въ полцѣны беретъ; если его не послушаемъ, то хочетъ кнутомъ бить чернецовъ, а на меня бранится. И мы боялись его, давали ему все, что благочестивые люди дарили монастырю — коней, доспѣхи, платье; но онъ захотѣлъ еще денегъ, и началъ присылать за ними...». Приведены и другіе случаи вымогательствъ. Преп. Іосифъ, получая все сильнѣйшія требованія отъ кн. Ѳеодора, просилъ архіепископа новгородскаго Серапіона о передачѣ его обители подъ власть великаго князя. По случаю моровой язвы, около Новгорода были поставлены кордоны, и посланный Іосифа не могъ попасть туда. Тогда послѣдній въ 1507 г. обратился со своей просьбой къ Василію III, который, посовѣтовавшись съ митрополитомъ и освященнымъ соборомъ, исполнилъ таковую, давъ обѣщаніе испросить ему прощеніе у архіепископа. Іерархически Іосифъ продолжалъ оставаться въ подчиненіи у владыки Серапіона. Вел. князь забылъ свое обѣщаніе предстательствовать за Іосифа передъ новгородскимъ владыкой. Кн. Ѳеодоръ сумѣлъ настроить Серапіона противъ волоколамскаго игумена. Архіепископъ черезъ два года (1509) произнесъ на него неблагословеніе и отлученіе. Монахи умоляли игумена просить прощенія у владыки Серапіона, но тотъ имъ отвѣтствовалъ, что архіепископъ или епископъ «аще отлучитъ не по правиломъ, самъ да отлученъ есть». Прождавъ нѣкоторое время, Іосифъ послалъ жалобу на архіепископа вел. князю и митрополиту. Василій Іоанновичъ призналъ поступокъ владыки Серапіона тяжкимъ оскорбленіемъ, ему лично нанесеннымъ. По распоряженію государя созванъ былъ митрополитомъ соборъ, на который долженъ былъ прибыть новгородскій владыка. «Серапіонъ ничего не могъ отвѣчать о причинѣ наложеннаго имъ отлученія, кромѣ того, смѣло выражавшаго его взглядъ на архіерейскую власть, что — «азъ въ своемъ чернцѣ воленъ вязати и разрѣшати»; вмѣстѣ съ симъ и по отношенію къ великому князю онъ поступилъ не такъ, чтобы смиренно просить прощенія, а чтобы отвѣчать со стойкостью, доходившей до дерзости — и съ нимъ было поступлено безъ милосердія: за вину противъ Іосифа, а главнымъ образомъ за ту вину, что онъ дерзнулъ возстать противъ приговора великаго князя, взявшаго монастырь послѣдняго въ свою власть, тогда какъ «царское сужденіе суду не подлежитъ и не пересужается», митрополитъ съ соборомъ епископовъ произнесъ ему приговоръ: на основаніи 134-го правила Карѳагенскаго собора, которое говоритъ, что «необличеннаго о грѣсѣ общенія лишивъ епископъ лишенъ и самъ общенія къ другимъ», низвести его съ каѳедры, лишить архіерейства и предать отлученію» (Голубинскій).

По постановленію собора св. Серапіонъ, лишенный сана, былъ посланъ на покаяніе въ Андрониковъ монастырь (скончался 16 марта 1516 въ Троицкомъ мон.). Соборъ разрѣшилъ преп. Іосифа отъ несправедливо возложеннаго на него отлученія.

Извѣстны два учительныхъ посланія митр. Симона въ Великую Пермь. Онъ увѣщаетъ игуменовъ и священниковъ надлежаще исполнять свои пастырскія обязанности. Во второмъ посланіи — къ паствѣ — онъ призываетъ пермичей кумирамъ не служить, соблюдать посты, браковъ по ветхому и татарскому обычаю не совершать (жена умершаго брата переходила послѣ него ко второму брату, послѣ того къ третьему), женщинамъ не ходить съ непокрытыми головами.

Митр. Симонъ совершилъ 4 февр. 1498 г. въ Успенскомъ соборѣ первое въ Россіи вѣнчаніе на царство. Іоаннъ III пожелалъ при жизни своей совершенія этого обряда надъ внукомъ своимъ Димитріемъ (сыномъ скончавшагося въ 1490 г. Іоанна) Въ 1499 г. Іоаннъ измѣнилъ свое рѣшеніе и объявилъ наслѣдникомъ сына отъ брака съ Софіей, Василія. Въ царствованіе послѣдняго скончался 30 апр. 1511 г. митр. Симонъ, правившій 16 лѣтъ.

Черезъ три мѣсяца послѣ этого, по желанію вел. кн. Василія III, былъ возведенъ на митрополичій дворъ и нареченъ митрополитомъ архимандритъ Симонова мон. Варлаамъ (1511). Въ его правленіе извѣстно выступленіе съ тремя трактатами противъ вотчиновладѣнія монастырей ученика Нила Сорскаго, старца Вассіана Косого, въ мірѣ кн. Василія Патрикѣева, праправнука Гедимина литовскаго. Близкіе ко двору Іоанна III, Патрикѣевы, были сторонниками кн. Димитрія Іоанновича и пострадали послѣ его устраненія. Василій Патрикѣевъ и его отецъ были пострижены. Но при Василіи III старецъ Вассіанъ былъ приближенъ государемъ. Вел. князь, какъ и Іоаннъ III, сочувствовалъ кампаніи противъ вотчиновладѣнія. Вассіанъ нашелъ единомышленника въ лицѣ знаменитаго Максима Грека, о которомъ будетъ сказано дальше.

Митр. Варлаамъ былъ въ декабрѣ 1521 г. сведенъ съ митрополичьей каѳедры вел. кн. Василіемъ III и сосланъ въ Каменный мон. на Кубенскомъ островѣ. Чѣмъ это было вызвано не выяснено. Голубинскій предполагаетъ, что онъ не согласился обѣщать неприкосновенность, въ случаѣ прибытія въ Москву, послѣднему удѣльному князю Василію Новгородъ-Сѣверскому-Шемячичу (внуку Димитрія Шемяки), чѣмъ вызвалъ гнѣвъ государя. Время его кончины неизвѣстно.

Новымъ митрополитомъ въ февр. 1522 г. былъ поставленъ игуменъ Волоколамскаго мон. Даніилъ. Преп. Іосифъ передъ кончиной указалъ изъ числа братіи 10 человѣкъ, способныхъ послѣ него занять мѣсто игумена. Братія же избрала внѣ этого списка Даніила, въ возрастѣ около 30 лѣтъ. Преп. Іосифъ согласился на этотъ выборъ. Игуменство приблизило его къ Василію III, котораго преп. Іосифъ оставилъ какъ бы «прикащикомъ» монастыря, слезно моля его о сохраненіи въ немъ, заведенныхъ имъ, порядковъ строгаго общежитія. Василій почасту навѣщалъ обитель и убѣждалъ монаховъ слѣдовать завѣтамъ святого. Игуменъ Даніилъ тоже усердствовалъ въ этомъ духѣ. До низведенія митр. Варлаама Даніилъ шесть лѣтъ игуменствовалъ. Даніилъ, представлявшій крупную величину въ отношеніи пастырскаго ученія, отличался честолюбіемъ и безпощадной борьбой со своими принципіальными и личными противниками.

Митр. Даніилъ принадлежалъ къ числу ревностнѣйшихъ учениковъ преп. Іосифа по вопросу о вотчиновладѣніи. Въ этой области ему пришлось столкнуться съ преп. Максимомъ Грекомъ и Вассіаномъ Косымъ, при чемъ послѣдній вообще враждебно къ нему относился. Большимъ затрудненіемъ для преп. Максима было незнаніе имъ въ началѣ русскаго языка. Изъ-за этого, начавъ исправленіе Цвѣтной Тріоди, онъ допустилъ погрѣшности языка, о чемъ рѣчь будетъ дальше. На созванномъ въ 1525 г. соборѣ онъ ошибочно отстаивалъ свое заблужденіе, имѣвшее характеръ ереси. Приписаны были ему неосновательно и политическія преступленія. Вторично онъ былъ судимъ въ 1531 г. вмѣстѣ съ Вассіаномъ Косымъ, обвиненнымъ въ ереси. Послѣ, осудившаго его, перваго собора, Максимъ былъ сосланъ въ Волоколамскій мон., когда же, послѣ второго, туда былъ отправленъ Вассіанъ, то его перевели въ тверской Отрочій мон. Митрополитъ Даніилъ могъ торжествовать побѣду.

Въ 1523 г. митр. Даніилъ далъ и свою подпись подъ охранной крестоцѣловальной грамотой, подписанной Василіемъ III, выданной вызываемому въ Москву кн. Новгородъ-Сѣверскому Василію Ивановичу Шемячичу. Послѣдній, по прибытіи въ Москву, былъ посаженъ подъ стражу. Для объясненія поступка митр. Даніила, считавшаго свои дѣйствія въ этомъ случаѣ правильными, надо сказать, что въ народномъ сознаніи постепенное прекращеніе московскими вел. князьями удѣльной системы вызывало большое удовлетвореніе. Во время заключенія Шемячича, по московскимъ улицамъ ходилъ юродивый съ метлой въ рукахъ и громко возглашалъ: «государство не совсѣмъ еще очищено; пришло удобное время вымести послѣдній соръ».

Митр. Даніилъ дозволилъ Василію III развестись со своей первой супругой и вступить во второй бракъ. Государь былъ женатъ на Соломоніи или Соломонидѣ Сабуровой и, проживъ съ нею 20 лѣтъ, не имѣлъ дѣтей. Желая имѣть прямого наслѣдника, онъ пожелалъ жениться вторично. Въ 1525 г., съ дозволенія митр. Даніила, Соломонія была насильственно пострижена въ монахини, а Василій женился на Еленѣ Васильевнѣ Глинской, племянницѣ виднаго литовскаго князя Михаила, перешедшаго на сторону Москвы.

3 дек. 1533 г. скончался вел. князь Василій-Гавріилъ [3]. Передъ кончиной онъ пожелалъ принять постригъ. Братъ его Андрей Ивановичъ и бояринъ Михаилъ Воронцовъ старались не допустить этого. Митр. Даніилъ тогда сказалъ Андрею: «Не будь на тебѣ нашего благословенія ни въ сей вѣкъ, ни въ будущій; хорошъ сосудъ серебрянный, а лучше позолоченный». Троицкій игуменъ Іоасафъ совершилъ постриженіе, давъ умирающему имя Варлаама. Государствомъ, въ виду трехлѣтняго возраста Іоанна Васильевича, правила мать его вел. кн. Елена. Митр. Даніилъ въ это время значенія не имѣлъ. Послѣ смерти въ 1538 г. Елены, бразды правленія перешли къ боярской думѣ, но вскорѣ все захватилъ въ свои руки кн. Василій Вас. Шуйскій. Противъ него дѣйствовалъ болѣе достойный кн. Иванъ Бѣльскій, митр. Даніилъ поддерживалъ послѣдняго. Восторжествовалъ Василій Шуйскій, Бѣльскій былъ посаженъ въ заключеніе. Митрополитъ гоненію не подвергся. Но, когда за смертью Василія, власть захватилъ братъ его кн. Иванъ, то въ 1539 г. онъ свергнулъ владыку Даніила. Послѣдній былъ удаленъ въ родной Іосифовъ Волоколамскій мон., гдѣ скончался 22 мая 1547 г.

Митр. Даніиломъ установлено было мѣстное празднованіе святымъ: въ 1521 г. Макарію Калязинскому и въ 1531 г. Пафнутію Боровскому. Онъ поддерживалъ дѣятельность новгородскаго митрополита Макарія по введенію въ монастыряхъ его епархіи общежительнаго устава и въ развитіи имъ миссіонерской работы среди Лопарей на Кольскомъ полуостровѣ.

Голубинскій, съ большой рѣзкостью опредѣляющій нравственную личность владыки Даніила, пишетъ: «Но тотъ же Даніилъ, какъ мы говорили, занимаетъ совершенно выдающееся положеніе среди другихъ нашихъ митрополитовъ въ качествѣ учителя не дѣломъ, а письменнымъ словомъ: онъ написалъ не два-три поученія, какъ другіе митрополиты, а цѣлую большую книгу учительныхъ словъ и цѣлую такую же книгу учительныхъ посланій». Далѣе Голубинскій поясняетъ: «Предметъ учительныхъ словъ и посланій митр. Даніила составляютъ: во-первыхъ, теоретически-богословскія или вѣроучительныя истины, нарочитаго раскрытія которыхъ, по его мнѣнію, требовали обстоятельства времени; во-вторыхъ, нравственное христіанское ученіе, обращенное къ мірянамъ, съ рѣзкимъ обличеніемъ пороковъ современнаго общества, и въ-третьихъ, — спеціально нравственное и дисциплинарное ученіе, обращенное къ монахамъ».

На мѣсто низверженнаго Даніила былъ избранъ и поставленъ въ февралѣ 1539 г. игуменъ Троицкій Іоасафъ (Скрипицынъ). Въ избраніи его принимали участіе Шуйскіе, но онъ вскорѣ перешелъ на сторону Бѣльскаго, котораго справедливо считалъ лучшимъ, чѣмъ они, государственнымъ дѣятелемъ. Митрополитъ выхлопоталъ у юнаго государя освобожденіе Бѣльскаго, который вновь занялъ первенствующее положеніе. Имѣли успѣхъ ходатайства владыки Іоасафа за нѣкоторыхъ удѣльныхъ князей. Смягчилъ онъ положеніе Максима Грека, котораго очень почиталъ. Сторонники Шуйскихъ, среди которыхъ было много новгородцевъ, жившихъ въ Москвѣ, составили заговоръ. Въ началѣ января 1542 г. Иванъ Шуйскій самовольно прибылъ въ Москву изъ Владиміра, гдѣ охранялъ восточныя области отъ набѣга казанцевъ. Ночью Бѣльскій былъ схваченъ и отосланъ въ Бѣлоозерскъ въ заточеніе; тамъ въ маѣ онъ былъ умерщвленъ. Соловьевъ пишетъ: «Митрополитъ Іоасафъ былъ разбуженъ камнями, которые заговорщики бросали къ нему въ келью; онъ кинулся во дворецъ, заговорщики ворвались за нимъ съ шумомъ въ спальню великаго князя, разбудили послѣдняго за три часа до свѣту; не найдя безопасности во дворцѣ подлѣ великаго князя, приведеннаго въ ужасъ, Іоасафъ уѣхалъ на Троицкое подворье; но туда за нимъ прислали дѣтей боярскихъ, Новгородцевъ съ неподобными рѣчами; Новгородцы не удовольствовались одними ругательствами, но чуть-чуть не убили митрополита: только Троицкій игуменъ Алексѣй именемъ Св. Сергія да бояринъ князь Димитрій Палецкій успѣли удержать ихъ отъ убійства; Іоасафа взяли наконецъ и сослали въ Кирилловъ Бѣлозерскій монастырь». Въ 1547 г. онъ былъ переведенъ въ Троицкій мон., куда ему присылались для просмотра постановленія Стоглаваго собора. Въ одномъ изъ своихъ замѣчаній Іоасафъ проявлялъ заботливость о томъ, чтобы тяглые люди или крестьяне не были подавляемы бременемъ налоговъ. Онъ принадлежитъ къ числу книжныхъ людей своего времени. Скончался митр. Іоасафъ 27 іюля 1555 г.

Въ мартѣ 1542 г. митрополитомъ былъ поставленъ архіепископъ новгородскій Макарій, выдающійся іерархъ Русской Церкви. Онъ знаменитъ въ области письменности. Знаменитъ пастырской дѣятельностью. Знаменитъ и дѣятельностью государственной, отстоявъ великокняжескую власть отъ расхищенія ея княжатами. Правильно писалъ о немъ историкъ Випперъ: «Если монархія въ Москвѣ спаслась отъ крушенія, не потерпѣла ущерба отъ «вельможъ» на манеръ Польши, то всего болѣе она обязана была своей могущественной союзницѣ, Церкви».

Митр. Макарій, род. въ 1481-1482 г., былъ постриженникомъ Пафнутьева Боровскаго мон., архимандритомъ можайскаго Лужецкаго или Лужковскаго монастыря. Какъ сторонникъ строгаго общежитія, онъ полюбился вел. кн. Василію III, посѣщавшаго обитель и бывшаго особеннымъ искателемъ учительныхъ монашескихъ бесѣдъ, къ чему вообще были склонны тогдашніе государи. Въ 1526 г. онъ былъ поставленъ новгородскимъ архіепископомъ, занявъ каѳедру вдовствовавшую 17 лѣтъ послѣ устраненія св. Серапіона. Вел. князь, провожая съ почетомъ владыку Макарія, котораго нарочито просилъ молиться о дарованіи ему сына, возвратилъ ему всю казну старыхъ новгородскихъ архіепископовъ и далъ ему своихъ бояръ. Новгородско-псковскія лѣтописи называютъ время его правленія благословеннымъ. Въ отношеніи къ духовенству онъ былъ строгимъ блюстителемъ соборныхъ о немъ постановленій, и въ то же время не отягощалъ его податями, а облегчалъ отъ нихъ, защищая и отъ своихъ чиновниковъ. Относительно духовенства былъ не грознымъ властителемъ, а кроткимъ и благопривѣтливымъ пастыремъ. Владыка былъ горячимъ предстателемъ за опальный Новгородъ и за отдѣльныхъ лицъ. Помогая нуждающимся, онъ былъ усерднымъ украсителемъ храма Св. Софіи.

Вскорѣ послѣ занятія новгородской каѳедры владыка Макарій принялъ мѣры для введенія общинножитія въ монастыряхъ своей епархіи, для чего вызывалъ игуменовъ особножитныхъ монастырей и соотвѣтственно увѣщевалъ ихъ. Изъ 18 городскихъ или окологородныхъ «именитыхъ» монастырей 16 вняли его совѣту. Вслѣдъ за ними начали вводить общежитіе и прочія обители епархіи. Относительно быта монастырей имъ составлена уставная грамота для Духовской обители, являвшаяся руководственной и для остальныхъ. Когда два значительныхъ монастыря въ Новгородѣ отказались учредить у себя общину, архіеп. Макарій сказалъ ихъ игуменамъ: «По дѣламъ вашимъ мзду примете отъ Бога». Проводя въ жизнь постановленіе Собора 1503 г. касательно женскихъ монастырей, онъ вывелъ изъ нихъ игуменовъ и далъ игуменій, для благочинія. Архіеп. Макарій принялъ мѣры къ дѣйствительному насажденію христіанства въ Водской пятинѣ (части будущихъ петроградской и новгородской губерній и Финляндіи), въ которой жили финскіе народы — водь и карелы. Хотя они были крещены не позднѣе начала XIII вѣка, но язычество тамъ еще держалось. Въ 1534 г. онъ преподалъ строгія указанія мѣстному духовенству о борьбѣ съ проявленіемъ тамъ язычества. Кромѣ заботъ о Софіевскомъ соборѣ и другихъ храмахъ, имъ была украшена икона Знаменія Божіей Матери. Среди обширныхъ занятій, митр. Макарій, въ бытность въ Новгородѣ, началъ свою богатую литературную дѣятельность, посвящая ей много времени. Архіеп. Макарій поучалъ народъ. Лѣтописецъ, описывая его пріѣздъ въ Новгородъ, писалъ: «Просвѣтившись силою Божіею, онъ началъ бесѣдовать къ народу повѣстями многими, и всѣ чудились, какъ отъ Бога дана ему мудрость въ божественномъ писаніи, такъ что всѣ разумѣли, что онъ говорилъ».

Когда владыка Макарій сталъ митрополитомъ, вел. князю Іоанну IV шелъ 12-й годъ. Самовластное, унижающее и самого государя, боярское правленіе Шуйскихъ еще продолжалось. Митрополиту удалось въ 1543 г., по мольбамъ отрока Іоанна, спасти своимъ рѣшительнымъ заступничествомъ жизнь любимцу государя боярину Ѳедору Воронцову, который схваченъ былъ Шуйскими. Во время этихъ уговоровъ сторонники Шуйскихъ надавали митрополиту толчковъ и одинъ изъ нихъ, Ѳома Головинъ «у него на мантію наступалъ и разодралъ ее!» Въ 1543 г. Шуйскіе были устранены. Въ наступившемъ правленіи Глинскихъ Іоаннъ предоставленъ былъ, какъ и раньше, самому себѣ и, наряду съ естественной, изъ-за непосредственно пережитаго, ненавистью къ именитому боярству, главнымъ образомъ къ «княжатамъ» (потомкамъ удѣльныхъ князей), у него развились порочныя наклонности, никѣмъ не исправляемыя. Надо думать, что въ то время вліяніе митр. Макарія проявлялось въ объединявшей ихъ обоихъ любви къ церковнымъ книгамъ, а также въ разъясненіи владыкой государю значенія самодержавной власти. Съ одобренія митр. Макарія, Іоаннъ 13 дек. 1546 г. принялъ рѣшеніе вступить въ бракъ съ боярышней Анастасіей, дочерью умершаго окольничаго Романа Юрьевича Захарьина-Кошкина. Тогда же онъ, послѣ совѣщанія съ владыкой, объявилъ торжественно ему и боярамъ о своемъ рѣшеніи до свадьбы вѣнчаться на царство, съ принятіемъ титула царя. 16 января 1547 г. митр. Макарій въ Успенскомъ соборѣ вѣнчалъ на царство Іоанна IV, перваго русскаго царя.

Это событіе, великое — церковное и государственное, — а также огромный пожаръ 21 іюня того же года, обрушившійся на Москву, произвели рѣзкую перемѣну въ юномъ государѣ. Пожаръ былъ объясненъ царю — въ самый разгаръ его — священникомъ Благовѣщенскаго собора, выдвинутымъ митр. Макаріемъ, Сильвестромъ, какъ Божіе наказаніе за пороки бурной юности.

Во время пожара вспыхнулъ и верхъ Успенскаго собора. Огонь, разрушивъ кровлю, не проникъ внутрь. Иконостасъ и сосуды церковные уцѣлѣли. Соловьевъ пишетъ: «Митрополитъ Макарій едва не задохся отъ дыма въ соборѣ: онъ вышелъ изъ него, неся образъ Богородицы, написанный митрополитомъ Петромъ, за нимъ шелъ протопопъ и несъ церковныя правила. Макарій ушелъ было сначала на городскую стѣну, на тайникъ, проведенный къ Москвѣ-рѣкѣ; но здѣсь не могъ долго оставаться отъ дыма: его стали спускать съ тайника на канатѣ на взрубъ къ рѣкѣ, канатъ оборвался, — и митрополитъ сильно расшибся, едва могъ придти въ себя, и былъ отвезенъ въ Новоспасскій монастырь».

Пребывая въ постоянной связи съ митр. Макаріемъ, царь Іоаннъ IV въ эту пору своего царствованія проявилъ себя истинно церковнымъ, мудрымъ и рѣшительнымъ государемъ. Въ эти годы имъ былъ изданъ Царскій Судебникъ, благоустроившій весь государственный строй и даровавшій населенію права самоуправленія, завоеваны были Казань и Астрахань, основана была типографія въ Москвѣ, удачно началась война съ Ливонскимъ орденомъ за выходъ на Балтійское море. Въ согласіи съ государемъ созванъ былъ въ 1551 году церковный соборъ, именуемый Стоглавнымъ или Стоглавымъ (отъ раздѣленія книги его постановленій на 100 главъ).

Для пониманія того, какъ велико было тогда вліяніе митр. Макарія и пресвитера Сильвестра, ранѣе служившаго въ Новгородѣ, на Іоанна, приведемъ слово сказанное царемъ при началѣ засѣданій церковнаго собора. Обратившись къ «Собору слугъ Божіихъ», Іоаннъ говорилъ о возвышеніи и паденіи царствъ по причинамъ мудрости или буйства властей; описывалъ все испытанное Россіей во время его сиротства и юности, сперва невинной, а потомъ развратной; указывалъ на дурные примѣры бояръ, испортившихъ въ немъ сердце. Изображалъ онъ бѣдствія Москвы, обращенной въ пепелъ. «Тогда», продолжалъ царь, «ужаснулась во мнѣ душа, и кости во мнѣ затрепетали; духъ мой смирился, сердце умилилось. Теперь ненавижу зло и люблю добродѣтель. Отъ васъ требую ревностнаго наставленія, пастыри христіанъ, учители царей и вельможъ, достойные святители Церкви! Не щадите меня въ преступленіяхъ; смѣло упрекайте мою слабость; гремите словомъ Божіимъ, да жива будетъ душа моя». Царь поручилъ собору разсмотрѣть составленные по его повелѣнію Судебникъ и Грамоты Уставныя, опредѣлявшія мѣстное самоуправленіе.

Въ 1552 г. митр. Макарій погребалъ, столь почитавшагося имъ и царемъ, св. Василія Блаженнаго, Христа ради юродиваго. Въ 1560 г. отпѣвалъ онъ кроткую и благочестивую царицу Анастасію Романовну и утѣшалъ царя, подавленнаго кончиной той, которая такъ благотворно на него вліяла. При митр. Макаріи начались первыя казни Іоанновы. Изнуряемый печалями, онъ хотѣлъ удалиться отъ дѣлъ и посвятить себя житію молчальному или пустынному, но, какъ писалъ онъ за нѣсколько дней въ прощальной грамотѣ, царь и святители неотступно убѣждали его остаться. Скончался онъ 31 декабря 1563 г.

Относительно Стоглавнаго Собора, такъ связаннаго съ личностью митр. Макарія, сказано будетъ позднѣе. Митр. Макарій надѣялся посредствомъ его совершить полное обновленіе Русской Церкви. Около 20 лѣтъ трудился владыка Макарій надъ составленіемъ Житія Святыхъ. Плодомъ трудовъ его были 12 огромнѣйшихъ фоліантовъ, которые носятъ названіе Макарьевскихъ Великихъ Четь-Миней. Объ этомъ сборникѣ митр. Макарій писалъ самъ въ предисловіи къ нему: «1553 г., мѣсяца ноября, далъ я эту святую великую книгу Минею Четію, мѣсяцъ ноябрь и прочія 12 великихъ книгъ. Въ этихъ Четіихъ Минеяхъ всѣ книги чтомыя собраны: Св. Евангеліе — четыре Евангелиста толковыхъ, Св. Апостолъ и всѣ апостольскія Посланія и Дѣянія съ толкованіями, и три великихъ Псалтыри разныхъ толковниковъ, и Златоустовы книги, Златоструй и Маргаритъ, и Великій Златоустъ, и Великій Василій, и Григорій Богословъ съ толкованіями, и великая книга Никонская съ прочими посланіями его, и прочія всѣ святыя книги собраны и написаны въ нихъ пророческія и апостольскія, и отеческія, и праздничныя слова, и похвальныя слова, и всѣхъ святыхъ отецъ житія, и мученія святыхъ мученикъ и святыхъ мученицъ, житія и подвиги преподобныхъ и богоносныхъ отецъ и святыхъ женъ страданія и подвиги; и всѣ святые патерики написаны, азбучные, Іерусалимскіе, Египетскіе, Синайскіе, Скитскіе, Печерскіе и всѣ святыя книги собраны и написаны, которыя въ Русской Землѣ находятся и съ новыми святыми чудотворцами. Написалъ я эти святыя книги въ Великомъ Новгородѣ, когда былъ тамъ архіепископомъ; а писалъ ихъ въ одно мѣсто двѣнадцать лѣтъ многимъ имѣніемъ и многими различными писарями, не щадя серебра и всякихъ почестей; особенно много трудовъ и подвиговъ подъялъ отъ исправленія иностранныхъ и древнихъ реченій, переводя ихъ на русскую рѣчь, и сколько намъ Богъ даровалъ уразумѣть, — столько и смогъ я исправить». Митр. Макарій способствовалъ учрежденію первой въ Москвѣ типографіи.

Митр. Макарій установилъ торжественныя церковныя празднованія всѣмъ русскимъ святымъ, которыхъ Богъ прославилъ какъ таковыхъ. Вопросомъ этимъ занимались соборы 1547 и 1549 г.г. Онъ показалъ большую заботливость и о распространеніи славы святыхъ, средствомъ къ чему служатъ ихъ житія. Подъ его руководствомъ была составлена Степенная книга — исторія Россіи, изложенная по степенямъ или правленіямъ государей. Извѣстны поученія митр. Макарія: Іоанну IV при вѣнчаніи на царство и при браковѣнчаніи и рѣчь, произнесенная при возвращеніи царя изъ казанскаго похода. Замѣчательно его обличительное посланіе отъ 25 мая 1552 г. къ двинутымъ къ Казани войскамъ, которыя стоя подъ Свіяжскомъ, предались тамъ порокамъ.

Въ бытность Макарія митрополитомъ продолжала развиваться миссіонерская дѣятельность у лопарей преп. Трифона Печенгскаго и преп. Ѳеодорита. При немъ же началась просвѣтительная дѣятельность въ Казани св. Гурія и посланъ былъ въ Астрахань игуменъ Кириллъ. При митр. Макаріи получилъ свободу преп. Максимъ Грекъ. Въ 1551 г. игуменъ Троицкій Артемій, почитатель его, выпросилъ его къ себѣ къ Троицѣ. Тамъ и закончилъ онъ въ 1556 г. свою жизнь. Въ правленіе митр. Макарія было обнаружено существованіе раціоналистической ереси и еретическаго вольномыслія, близкаго къ протестантизму. Объ еретикахъ боярскомъ сынѣ Матвѣѣ Башкинѣ и монахѣ Ѳеодосіи Косомъ рѣчь будетъ ниже.

Послѣ вѣнчанія на царство Іоаннъ IV, по сговору съ митр. Макаріемъ, послалъ въ 1557 г. въ Константинополь б. архимандрита Спасо-Евфиміева мон. Ѳеодорита, просить патріарха дать утвердительную грамоту государю въ санѣ царя. Грамота эта пришла въ 1562 г., будучи подписана въ 1561 г. патріархомъ Іоасафомъ II, 32 митрополитами константинопольской патріархіи, однимъ архіепископомъ и тремя епископами.

Митр. Макарій былъ іосифляниномъ, но очень разнился отъ митр. Даніила и людей его уклада. Онъ былъ человѣкомъ мира и стремился къ умиротворенію. Но онъ насаждалъ этотъ миръ чистыми средствами и чуждъ былъ угодничеству. Горячій сторонникъ вотчиновладѣнія, онъ питалъ великое уваженіе къ преп. Максиму Греку, горячему противнику такового.

«О Боже!» писалъ 5 апр. 1557 г. царь Іоаннъ IV Грозный св. Гурію Казанскому, «коль бы счастлива русская земля была, коли бы владыки таци были, яко преосвященный Макарій». Приводя эти слова государя, Голубинскій пишетъ: «Вотъ настоящій и справедливѣйшій эпиграфъ къ жизнеописанію митр. Макарія».

По кончинѣ митр. Макарія въ Москвѣ собраны были епископы. Исполняя желаніе государево, соборъ постановилъ, что митрополиты россійскіе должны впредь носить клобуки бѣлые съ рясами и съ херувимомъ. Митр. Макарій носилъ бѣлый клобукъ, но какъ избранный изъ новгородскихъ владыкъ. Митрополитомъ былъ избранъ инокъ Чудова мон. Аѳанасій, ранѣе благовѣщенскій протоіерей и духовникъ государевъ.

Въ серединѣ 1564 г. князь Андрей Курбскій, испуганный начатыми царемъ преслѣдованіями и казнями бояръ, въ разгаръ ливонской войны, бѣжалъ во вражескій станъ. Въ Вольмарѣ принялъ его воевода Сигизмундовъ, именемъ короля обѣщая ему знатный санъ и богатство. Карамзинъ, отмѣчая прежнія заслуги его, какъ мужа совѣта и участника завоеваній Іоанновыхъ, пишетъ, что онъ «возложилъ на себя печать стыда и долгъ на историка вписать гражданина столь знаменитаго въ число государственныхъ преступниковъ». Измѣна и послѣдовавшая переписка съ царемъ до крайности озлобила Іоанна. 3 дек. 1564 г. царь, со всѣмъ семействомъ выѣхалъ изъ Москвы. Посѣтивъ Троицкій мон., государь къ Рождеству прибылъ въ Александровскую слободу. 3 янв. 1565 г. вручена была митрополиту въ Москвѣ грамота царя. Іоаннъ обличалъ боярство и корилъ духовенство, заступающееся за виновныхъ. «Вслѣдствіе сего», — писалъ онъ, — «не хотя терпѣть вашихъ измѣнъ, мы отъ великой жалости сердца оставили государство и поѣхали, куда Богъ укажетъ намъ путь». Въ другой грамотѣ, оглашенной велегласно народу, царь увѣрялъ добрыхъ москвитянъ въ своей милости, сказывая, что опала и гнѣвъ его не касаются народа. Столица пришла въ ужасъ, всѣхъ страшило безначаліе. Всѣ дѣла пресѣклись. Народъ взывалъ: «Государь насъ оставилъ! Мы гибнемъ!». Духовенство, бояре, приказные люди умоляли митрополита, чтобы онъ умилостивилъ Іоанна, никого не жалѣя и ничего не страшася. Гости и горожане говорили: «чтобъ государь государства не оставлялъ и ихъ на расхищеніе волкамъ не отдавалъ, особенно избавлялъ бы ихъ отъ рукъ сильныхъ людей; а за государскихъ лиходѣевъ и измѣнниковъ они не стоятъ и сами ихъ истребятъ». Духовенство и бояре явились въ Александровскую слободу и объявили царю мольбу: пусть правитъ, какъ ему угодно, только бы принялъ снова въ руки правленіе. Царь, повторивъ всѣ свои упреки, объявилъ: «Но, для отца моего, митрополита Аѳанасія, для васъ богомольцевъ нашихъ, архіепископовъ и епископовъ, соглашаюсь паки взять свои государства; а на какихъ условіяхъ — вы узнаете» (по Карамзину и Соловьеву).

Вернувшись въ Москву, царь учредилъ т. н. опричнину. Опредѣленная имъ часть государства и Москва взяты были имъ въ свое непосредственное управленіе и названы опричниной. Все остальное именовалось земщиной и поручено было управленію бояръ земскихъ. Царь желалъ лишить княжатъ земельныхъ имуществъ и раздачей ихъ вотчинъ создать новый надежный классъ землевладѣльцевъ, не связанныхъ съ притязаніями бывшихъ удѣльныхъ князей, въ лицѣ ихъ потомковъ. Проявилась ненависть къ нимъ накопившаяся въ юные годы, но, конечно, имѣлись въ виду и государственныя нужды. Личное же злое чувство и серьезная болѣзнь вызывали тѣ страшныя жестокости, которыми омраченъ былъ конецъ царствованія этого выдающагося государя. Съ 1565 года началась новая эпоха казней. Добрый старецъ, митр. Аѳанасій, которому удалось «отпечаловать» кн. Воротынскаго, тяготился происходившимъ, и въ 1566 г. по болѣзни, не выдержавъ всѣхъ ужасовъ, удалился въ Новоспасскій монастырь.

Царь желалъ видѣть на митрополичьей каѳедрѣ достойнѣйшаго архіепископа казанскаго св. Германа. Написана была уже епископами избирательная грамота. Святитель послѣ этого, бесѣдуя съ царемъ наединѣ, сталъ говорить о грѣхахъ, покаяніи; упомянулъ мягко, но вразумительно о смерти, страшномъ судѣ, вѣчныхъ мукахъ. Іоаннъ задумался, вышелъ мрачнымъ и пересказалъ любимцамъ рѣчи архипастыря. Они, указывая на примѣръ о. Сильвестра, пугали царя тѣмъ, что святитель хочетъ подчинить его своему вліянію. Царь изгналъ св. Германа изъ митрополичьяго дома, и приказалъ вновь выбирать митрополита. Онъ же намѣтилъ первосвятителя (Карамзинъ).

Съ дѣтства знакомъ былъ ему юный бояринъ Колычевъ. Послѣдній оставилъ затѣмъ суету міра и спасался въ Соловецкой обители, ставъ въ 1548 г. игуменомъ ея. Іоаннъ зналъ о подвижнической и, вмѣстѣ съ тѣмъ, кипучей дѣятельности игумена Филиппа, посылалъ дары обители, жаловалъ вотчинами, помогалъ деньгами въ строеніи каменныхъ церквей, пристаней, гостинницъ, плотинъ. Св. Филиппъ очищалъ лѣса, прокладывалъ дороги, осушалъ болота каналами; завелъ оленей, домашній скотъ, рыбныя ловли и соляныя варницы.

Вызванный царемъ въ Москву, св. Филиппъ былъ принятъ имъ съ отмѣнной честью. На предложеніе быть митрополитомъ, смиренный игуменъ убѣждалъ Іоанна «не ввѣрять бремени великаго ладіи малой». Царь былъ непреклоненъ. Тогда Филиппъ сказалъ: «Повинуюся твоей волѣ; но умири же совѣсть мою: да не будетъ опричнины! да будетъ только единая Россія! ибо всякое раздѣленное царство, по глаголу Всевышняго, запустѣетъ. Не могу благословлять тебя искренно, видя скорбь отечества». Іоаннъ сдержалъ себя и тихо отвѣтствовалъ: «Развѣ не знаешь, что мои хотятъ поглотить меня; что ближніе готовятъ мнѣ гибель?» Онъ доказывалъ необходимость сего учрежденія. Но скоро, выведенный изъ терпѣнія возраженіями Филиппа, велѣлъ ему умолкнуть. Удаленія его все же не послѣдовало. Царь поручилъ другимъ іерархамъ воздѣйствовать на Филиппа. Они убѣждали его не ставить царю условій, на что святитель согласился (Карамзинъ). Соловьевъ приводитъ запись, данную царю святителемъ: «Въ опричнину ему и въ царскій домовый обиходъ не вступаться, а послѣ поставленія, за опричнину и царскій домовый обиходъ митрополіи не оставлять».

Въ первомъ своемъ словѣ митрополитъ говорилъ въ храмѣ о долгѣ державныхъ быть отцами подданныхъ. Первый — 1566 — годъ его правленія закончился благополучно. Затихли жалобы на опричниковъ, царь ласкалъ митрополита, который началъ строить въ Москвѣ церковь во имя прпп. Зосимы и Савватія. Но въ 1567 г. возобновились страшныя казни. Св. Филиппъ нѣкоторое время безмолвствовалъ. Царь чувствовалъ его тайныя увѣщанія и грозныя укоризны, и убѣгалъ, не желая его видѣть. Несчастные же съ рыданіями приходили къ святителю. Онъ утѣшалъ ихъ и обѣщалъ не щадить жизни своей для спасенія людей. Въ 1568 г. въ воскресный день, Іоаннъ, въ сопровожденіи опричниковъ, вошелъ во время обѣдни въ Успенскій соборъ. Они всѣ были въ черной одеждѣ (подобіе монашеской), въ высокихъ шлыкахъ. Когда царь, подошелъ къ святителю и ждалъ благословенія, тотъ безмолвно смотрѣлъ на образъ Спасителя. Опричники сказали ему: «Владыко, государь передъ тобою, благослови его». Митрополитъ, взглянувъ на Іоанна, возгласилъ: «Въ семъ видѣ, въ семъ одѣяніи странномъ не узнаю царя-православнаго; кому поревновалъ ты, принявъ сей образъ и внеся раздѣленіе между твоими подданными? Государь, убойся суда Божія: мы здѣсь приносимъ жертву безкровную Богу, а за алтаремъ льется невинная кровь христіанская... Сколько невинныхъ страдальцевъ! Ты высокъ на тронѣ; но есть Всевышній, Судія нашъ и твой. Какъ предстанешь на судъ Его? обагренный кровію невинныхъ, оглушаемый воплемъ ихъ муки? ибо самые камни подъ ногами твоими вопіютъ о мести!.. вѣщаю яко пастырь душъ. Боюсь Господа единаго». Іоаннъ закипѣлъ гнѣвомъ, угрозами хотѣлъ закрыть уста святителя, но онѣ не были ему страшны. «Я пришлецъ и пресельникъ на земли, какъ и всѣ отцы мои», тихо отвѣчалъ митрополитъ, «и готовъ пострадать за истину; гдѣ же вѣра моя, если умолкну?» На слѣдующій день были новыя казни и безчинства. Убѣгая митрополита, царь встрѣтился съ нимъ въ церкви Новодѣвичьяго мон. 28 іюля. Во время крестнаго хода святитель замѣтилъ, что одинъ изъ опричниковъ шелъ за царемъ въ тафьѣ. Св. Филиппъ, остановившись, съ негодованіемъ сказалъ объ этомъ Іоанну. Но опричникъ уже спряталъ тафью. Царя увѣрили, что это выдумалъ митрополитъ, желая возбудить народъ противъ опричниковъ. Царь вышелъ изъ себя, грубо ругалъ святителя, клялся уличить его въ беззаконіи. Поощрялъ Іоанна благовѣщенскій протопопъ и его духовникъ Евстаѳій, тайный ненавистникъ Филиппа. Враждебными святителю оказались владыки новгородскій, суздальскій и рязанскій. Іоаннъ послалъ въ Соловецкій мон. суздальскаго епископа Пафнутія и др. произвести слѣдствіе о дѣяніяхъ св. Филиппа. Мало кто изъ братіи дерзнулъ клеветать на бывшаго настоятеля. Игуменъ Паисій увлеченъ былъ лестію и угрозами. Царь созвалъ духовный соборъ. Паисій на немъ подтвердилъ свои клеветы. Заданія Іоанна выполнялъ въ особенности честолюбивый архіеп. новгородскій Пименъ. Святитель не отвѣчалъ на клеветы Паисія и только просилъ царя взять у него посохъ, котораго онъ не искалъ. Іоаннъ отвѣтилъ, что ему надлежитъ ждать суда, а не быть своимъ судіею. Онъ желалъ торжественнаго мщенія (Карамзинъ).

8 ноября 1568 г., когда св. Филиппъ совершалъ богослуженіе въ Успенскомъ соборѣ, туда явился бояринъ опричникъ Алексѣй Басмановъ съ толпой другихъ опричниковъ. Онъ прочелъ постановленіе собора о лишеніи святителя пастырскаго сана. Опричники вступили въ алтарь, сорвали со святителя его одѣяніе, одѣли въ рубище и метлами вытолкали изъ храма. На дровняхъ онъ былъ отвезенъ въ Богоявленскій мон. Народъ бѣжалъ за святителемъ, который благословлялъ его со словами «молитесь». На другой день св. Филиппа привели въ судную палату и, въ присутствіи царя, объявили, какъ виновному въ тяжкихъ проступкахъ и волшебствѣ, о низложеніи и ссылкѣ. Святитель умолялъ царя престать отъ убійствъ. Закованный въ цѣпи, онъ 8 дней былъ томимъ голодомъ въ темницѣ, а затѣмъ переведенъ въ обитель св. Николая Стараго. Іоаннъ, истребивъ родъ Колычевыхъ, прислалъ святителю отсѣченную главу племянника. Св. Филиппъ взялъ голову, благословилъ и возвратилъ принесшему. Опасаясь любви москвичей къ митрополиту, царь отослалъ его въ тверской Отрочь монастырь (Карамзинъ). Соловьевъ пишетъ о дальнѣйшей судьбѣ святителя: «Въ 1569 г., проѣзжая Тверь на походѣ въ Новгородъ, Іоаннъ заслалъ къ Филиппу одного изъ самыхъ приближенныхъ опричниковъ, Малюту Скуратова, взять благословеніе; но Филиппъ не далъ его, говоря, что благословляютъ только добрыхъ и на доброе; — опричникъ задушилъ его. Такъ палъ непобѣжденнымъ великій пастырь Русской Церкви, мученикъ за священный обычай печалованія». Произошло убіеніе 23 декабря. Въ 1591 г. мощи святителя перенесены были въ Соловецкій монастырь, въ 1652 г. — въ московскій Успенскій соборъ. Память свят. Филиппа празднуется съ 1661 г. 9 января, вмѣсто 23 дек., когда торжество совпадало бы со службой наступающаго Сочельника.

Черезъ три дня послѣ низверженія св. Филиппа, поставленъ былъ митрополитомъ игуменъ троицкій Кириллъ, къ досадѣ архіепископа Пимена, надѣявшагося быть таковымъ. Онъ правилъ съ 1568 по 1572 годъ, ничѣмъ себя не ознаменовавъ. Казни продолжались. Подвергся въ 1570 г. разгрому Іоанномъ Новгородъ, при чемъ главнымъ измѣнникомъ былъ объявленъ архіеп. Пименъ. Онъ, съ другими, былъ обвиненъ въ сношеніяхъ съ польско-литовскимъ королемъ, воевавшимъ съ Россіей. Пимена посадили на бѣлую кобылу, въ худой одеждѣ, съ волынкой, съ бубномъ въ рукахъ какъ шута, возили по Новгороду и отправили въ Александровскую слободу. Лишенный сана, Пименъ былъ сосланъ въ Николаевскій Веневскій монастырь, гдѣ вскорѣ умеръ.

По кончинѣ митр. Кирилла IV, его замѣстителемъ въ томъ же 1572 г. былъ избранъ архіепископъ полоцкій Антоній. При немъ упразднена была въ 1572 г. опричнина. Тогда же послѣдовали кары въ отношеніи враговъ св. Филиппа, объявленныхъ клеветниками. Соловецкій игуменъ Паисій сосланъ былъ въ Валаамскій мон. Единомышленникъ Пимена въ дѣлѣ противъ святителя, еп. рязанскій Филоѳей, лишенъ былъ сана. Монахъ Зосима и еще десять иноковъ, клеветавшихъ на Святителя, были разосланы по разнымъ монастырямъ. Кобылинъ, жестокій и грубый приставъ св. Филиппа, былъ сосланъ въ монастырь. Другіе соучастники зла удалены отъ лица царскаго. Но казни еще повторялись. Митр. Антоній правилъ до 1580 г. Преемникомъ его былъ игуменъ хутынскій Діонисій. Онъ читалъ молитвы постриженія надъ умиравшимъ 18 марта 1584 г. царемъ Іоанномъ, названнымъ въ монашествѣ Іоной. Соловьевъ пишетъ о немъ: «Діонисій могъ быть уменъ и сладкорѣчивъ: во многихъ хронографахъ онъ называется мудрымъ граматикомъ; но чтобы онъ дѣйствовалъ противъ Годунова изъ честолюбія, — на это нѣтъ никакихъ современныхъ свидѣтельствъ». Борисъ Ѳедоровичъ Годуновъ, братъ царицы Ирины, выдвинутый за свой умъ и способности Іоанномъ Грознымъ, съ 1586 г. сталъ, по свидѣтельству лѣтописей, правителемъ государства. Царь Ѳеодоръ Іоанновичъ, по словамъ Карамзина, былъ постникомъ и молчальникомъ, болѣе для келіи и пещеры рожденнымъ, чѣмъ для державной власти. Родовитое боярство было недовольно выдвиженіемъ Годунова, потомка татарскаго мурзы Чета, прибывшаго въ Россію въ серединѣ XIV в. Главными врагами Годунова были князья Шуйскіе. Продолжимъ сказаніе Соловьева: «Діонисій является вначалѣ миротворцемъ между Годуновыми и Шуйскими: потомъ, когда, тотчасъ же послѣ примиренія, Годуновъ опять началъ вражду, сославши неизвѣстно куда двоихъ приверженцевъ Шуйскаго, митрополитъ соединяется съ послѣднимъ, но позволяетъ уговорить себя Борису не начинать дѣла о разводѣ (царя съ царицей), ибо это дѣло долженствовало быть очень тяжело для совѣсти святителя; Діонисій не могъ не помнить, какимъ нареканіямъ подвергался митрополитъ Даніилъ за разводъ великаго князя Василія. Наконецъ, когда, по прямому свидѣтельству лѣтописца, Годуновъ, преслѣдуя Шуйскихъ, пролилъ много крови неповинной, Діонисій является явнымъ обличителемъ неправдъ его передъ царемъ — и страдаетъ за это». Митрополитъ Діонисій въ 1586 г. былъ сведенъ съ престола и сосланъ въ Хутынскій мон. Преемникомъ его сталъ архіеп. ростовскій Іовъ, до этого епископъ Коломенскій.

Въ исторіи епархіальнаго управленія московской митрополіи важно было паденіе вольныхъ городовъ и прекращеніе ихъ стремленія къ церковной самостоятельности. Въ Новгородѣ литовская партія со времени кончины св. архіеп. Іоны требовала, чтобы вновь избранный владыка Ѳеофилъ ѣхалъ ставиться не въ Москву, а въ Кіевъ. Тотъ не соглашался, тѣмъ болѣе, что литовскимъ митрополитомъ былъ тогда ставленникъ патріарха уніата, Григорій. Въ отрицательномъ отношеніи къ послѣднему Ѳеофилъ нашелъ поддержку даже у большинства тѣхъ новгородцевъ, которые политически склонны были предаться королю Казимиру. Послѣ перваго похода вел. князя Іоанна III противъ Новгорода въ 1471 г. Ѳеофилъ былъ поставленъ въ Москвѣ и позднѣе выступалъ тамъ въ качествѣ ходатая за свой городъ. Но, когда въ 1478 г. Іоаннъ III послѣ похода подчинилъ себѣ окончательно Новгородъ, то просьбы владыки о сохраненіи вольностей были безуспѣшны. Узнавъ о сношеніяхъ крамольныхъ новгородцевъ съ польскимъ королемъ и орденомъ, Іоаннъ въ 1480 г. вновь покаралъ Новгородъ. Владыка Ѳеофилъ былъ отправленъ въ Чудовъ мон. На его мѣсто былъ поставленъ москвичъ владыка Сергій. Преемникомъ его съ 1484 г. былъ тоже москвичъ св. Геннадій, борецъ съ жидовствующими, позднѣе устраненный Іоанномъ III за взиманіе, вопреки соборнаго постановленія, платы за ставленіе духовенства. Въ 1509 г. отстраненъ былъ св. Серапіонъ за наложеніе запрещенія на преп. Іосифа Волоколамскаго. Отмѣчалось выше устраненіе Іоанномъ IV архіеп. Пимена. Преемникъ его, Леонидъ, въ 1576 г. былъ умерщвленъ по распоряженію царя. Псковъ все время просилъ объ освобожденіи своемъ отъ власти новгородскихъ владыкъ, но митрополиты разрѣшенія этого не давали.

Въ изучаемомъ періодѣ исторіи чаще созывались соборы. Архіеп. Филаретъ отмѣчаетъ: «Св. Геннадій писалъ къ митр. Зосимѣ: «поелику повелѣно каждый годъ съѣзжаться къ тебѣ, нашему отцу, то да учинишь на соборѣ съ нами, твоими дѣтьми и сослужебниками, исправленіе дѣлъ недоразумѣваемыхъ». Съ половины XV ст. нерѣдко выполнялось это правило; а въ XVI в. часто собирались соборы. На соборъ являлись кромѣ епископовъ настоятели знатнѣйшихъ монастырей». Съ 1441 г. по 1572 г. включительно соборы созывались 22 раза, изъ нихъ 18 въ XVI ст.

Съ распаденіемъ Золотой орды, сарайскій епископъ съ 1454 года сталъ жить въ Москвѣ на Крутицѣ и временами завѣдывалъ дѣлами митрополіи. Въ 1551 г. соборъ утвердилъ за епископомъ Крутицкимъ это преимущество. Въ 1472 г. епископъ пермскій переселился изъ Устьвыми въ Вологду. Въ 1515 г., съ отвоеваніемъ вел. кн. Василіемъ III отъ Литвы Смоленска, въ вѣдѣніе московской митрополіи перешла тамошняя епархія. По отобраніи въ 1563 г. русскаго Полоцка, епархія перешла въ вѣдѣніе Москвы; въ 1579 г. Полоцкъ снова былъ захваченъ литовцами. Въ 1570 г. завоеванъ былъ древній Юрьевъ лифляндскій и учреждена тамъ епархія. Вскорѣ она закрылась, т. к. польскій король Стефанъ Баторій отнялъ Юрьевъ-Дерптъ. Въ 1555 г. учреждена новая казанская епархія.

Духовенство давно тяготилось тѣмъ, что епархіальныя дѣла производились большею частью свѣтскими чиновниками архіерейскихъ домовъ. Стоглавый соборъ опредѣлилъ: судъ по всѣмъ духовнымъ дѣламъ производить самимъ святителямъ, или кому они укажутъ изъ духовныхъ лицъ; за владычними боярами оставить судъ только по гражданскимъ дѣламъ, подвѣдомымъ суду Церкви, и то лишь надъ мірянами церковнаго вѣдомства и бѣлымъ духовенствомъ. Въ связи съ этимъ, увеличено было число духовныхъ органовъ архіерейской власти — архимандритовъ, игуменовъ, протопоповъ — и, на основаніи Стоглава, учрежденіе выборныхъ поповскихъ старостъ (благочинныхъ) и десятскихъ священниковъ стало повсемѣстнымъ. Архіеп. Филаретъ отмѣчаетъ, что «соборомъ 1551 г. всѣ архимандриты и игумены подчинены епархіальному епископу, тогда какъ прежде того нѣкоторые монастыри, по жалованнымъ граматамъ князей и митрополитовъ или патріарха, были независимы отъ епархіальной власти».

Правилами Судебниковъ Великокняжескаго Іоанна III и Царскаго Іоанна IV и правилами Стоглаваго собора произведено было болѣе точное разграниченіе церковнаго и гражданскаго вѣдомствъ. Признана была неподсудность, кромѣ уголовныхъ дѣлъ, духовныхъ и церковныхъ людей государственному суду. По искамъ на лицъ духовнаго вѣдомства отъ людей постороннихъ и наоборотъ назначался смѣшанный судъ — изъ органовъ духовнаго и свѣтскаго суда. Все монашествующее духовенство по всѣмъ дѣламъ подлежало только суду духовному. Иски на духовныя власти, архіерейскихъ намѣстниковъ и бояръ разбирались самимъ государемъ или его боярами въ приказѣ большого дворца. Со времени Стоглаваго собора митрополитъ и архіереи могли принимать къ себѣ на службу бояръ и дворянъ только съ соизволенія государя. Такимъ образомъ они дѣлались обыкновенными государевыми людьми, служащими по церковному вѣдомству.

Члены причтовъ по прежнему ставились къ церквамъ по выбору прихожанъ. Но въ XVI в. замѣтны признаки скораго упадка выборного начала. Государство все болѣе стѣсняло поставленіе въ священный чинъ людей служилыхъ и тяглыхъ, такъ что ставленники были большею частію изъ лицъ духовнаго происхожденія. Постепенно формировалась наслѣдственность церковнаго служенія. Приходская община тоже предпочитала духовенство изъ этой среды, какъ болѣе грамотное и знавшее службы. Стоглавъ уже прямо говоритъ о наслѣдіи церковныхъ мѣстъ дѣтьми послѣ отцовъ.

Соборъ 1503 г. отмѣнилъ ставленныя пошлины, но Стоглавъ снова возстановилъ ихъ. Самый главный сборъ съ церквей въ архіерейскую казну составляла ежегодная церковная дань по числу приходскихъ дворовъ, количеству земли и другихъ угодій при каждой церкви. Но былъ еще рядъ другихъ сборовъ. Духовенство не было свободно и отъ ряда гражданскихъ платежей и повинностей. Средствъ же къ содержанію бѣлое духовенство имѣло мало. Лишь немногія церкви имѣли вотчины и то незначительныя. Небольшое число церквей получало отъ правительства ругу (зерномъ), но въ маломъ количествѣ. Однѣ общины отмежевывали на содержаніе причтовъ земли, другія, взамѣнъ земли, назначали руги. Четыре раза въ годъ, по большимъ праздникамъ, сборы съ прихода хлѣбомъ, яйцами и др. припасами — поступали къ духовенству, имѣвшему также обычный доходъ за требоисправленія. Архіеп. Филаретъ указываетъ на то, что все же положеніе духовенства въ этотъ періодъ значительно улучшилось. Нѣкоторыя церкви получали ругу отъ благочестія бояръ, купцовъ и вел. князя. Епископы освобождали бѣдные храмы и особенно храмы монастырскихъ селъ отъ своихъ пошлинъ, а монастыри съ своей стороны обезпечивали содержаніе ихъ. Священники монастырскихъ селъ принимали участіе въ сельскомъ управленіи и слѣдовательно брали часть судебной пошлины.

Благосостоянію духовенства вредило неправильное распредѣленіе приходовъ, не соразмѣрное съ числомъ населенія, и непомѣрное размноженіе самого духовенства. Стоглавъ издалъ запрещеніе строить лишнія церкви, которыхъ строители не могли обезпечить средствами для ихъ существованія. Вслѣдствіе излишка духовенства и бѣдности приходовъ, появилось много т. н. бродячихъ или перехожихъ поповъ, которые со своими ставленными и перехожими грамотами ходили съ мѣста на мѣсто, нанимаясь служить при церквахъ на извѣстный срокъ. Въ Москвѣ образовался изъ нихъ классъ крестцоваго духовенства. Стоглавый соборъ для борьбы съ этимъ передвигавшимся людомъ велѣлъ выстроить на крестцѣ поповскую избу, чтобы они не стояли для найма на улицѣ, и посадить въ ней для надзора за ними поповскаго старосту.

Отдѣльные митрополиты старались поднять нравственный, образовательный и церковный уровень священнослужителей, но встрѣчались съ большими затрудненіями. Отмѣчалось выше старанія митр. Ѳеодосія, безуспѣшность которыхъ заставила его уйти на покой. Стоглавый соборъ вынесъ постановленіе объ усиленіи надзора за духовенствомъ, подтвердилъ запрещеніе священно-служенія вдовцамъ, требовалъ отъ іерарховъ испытанія жизни ставленниковъ, но не смогъ указать откуда можно брать достойныхъ священнослужителей [4].

Примѣчанія:
[1] Собственное имя ея было Зоя; Софіей она стала именоваться въ Россіи. Сестра ея Елена была супругой послѣдняго сербскаго деспота Лазаря Бранковича (Голубинскій). Соловьевъ пишетъ, что начальное имя Софіи было Зинаида.
[2] На мѣстѣ, гдѣ бывала эта встрѣча, во время Іоанна III, создана была церковь, именуемая Спасомъ на Болвановкѣ.
[3] Онъ родился 25 марта, въ день Благовѣщенія, и получилъ имя Гавріила, память котораго празднуется на слѣдующій день; потомъ дано ему и имя Василія. Отецъ его, родившійся 22 янв. въ день памяти св. Ап. Тимоѳея, получилъ это имя, на шестой же день, когда празднуется перенесеніе мощей Св. Іоанна Златоустаго, наименованъ Іоанномъ.
[4] Въ изложеніи положенія духовенства использованы, главнымъ образомъ, данныя проф. П. Знаменскаго.

Источникъ: Н. Тальбергъ. Исторія Русской Церкви. — Jordanville: Типографія преп. Іова Почаевскаго. Свято-Троицкій монастырь, 1959. — С. 206-235.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.