Церковный календарь
Новости


2018-09-25 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Приложеніе къ дѣянію 94-му (1999)
2018-09-25 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Протоколъ 94-й (27 февраля 1918 г.)
2018-09-25 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). По поводу новой папской энциклики (1970)
2018-09-25 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Протоколъ 93-й (26 февраля 1918 г.)
2018-09-24 / russportal
Предсоборное Присутствіе 1906 г. Особое мнѣніе Ѳ. Д. Самарина (1906)
2018-09-24 / russportal
Предсобор. Присутствіе 1906 г. Отдѣла I-го Журналъ №4 (22 марта 1906 г.)
2018-09-24 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Приложеніе къ дѣянію 92-му (1999)
2018-09-24 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Протоколъ 92-й (24 февраля 1918 г.)
2018-09-23 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Римъ и Халкидонскій Соборъ (1970)
2018-09-23 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 65-е (9 декабря 1917 г.)
2018-09-22 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Святые Отцы на Вселенскихъ Соборахъ (1970)
2018-09-22 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 64-е (8 декабря 1917 г.)
2018-09-21 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Русская Зарубежная Церковь въ кривомъ зеркалѣ (1970)
2018-09-21 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 63-е (8 декабря 1917 г.)
2018-09-20 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Фантастическая исторія (1970)
2018-09-20 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 62-е (7 декабря 1917 г.)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - среда, 26 сентября 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 45.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

Н. Д. Тальбергъ († 1967 г.)

Николай Дмитріевичъ Тальбергъ (1886-1967), русскій духовный писатель, публицистъ, историкъ, вѣрное чадо РПЦЗ. Родился 10 (23) іюля 1886 г. въ мѣст. Коростышевъ ок. Кіева. Окончилъ въ 1907 г. Императорское училище правовѣдѣнія въ С.-Петербургѣ. Поступилъ на службу въ Министерство внутреннихъ дѣлъ, гдѣ по мѣрѣ силъ стоялъ на стражѣ православной монархіи и боролся съ революціоннымъ движеніемъ. Послѣ переворота 1917 г. — участникъ подпольнаго монархическаго движенія въ Россіи и на Украинѣ. Съ 1920 г. въ эмиграціи. Жилъ въ Берлинѣ, Парижѣ и Бѣлградѣ, а съ 1950 г. — въ США. Одинъ изъ лидеровъ Высшаго монархическаго совѣта, участникъ Второго Всезарубежнаго Собора 1938 г. Защищалъ монархическія и строго православныя идеи въ журналахъ «Двуглавый орелъ», «Отечество», «Россія», «Русская жизнь», «Православный Путь», «Православная Русь» и др. Ведущій церковный историкъ русскаго зарубежья. Съ 1950 г. преподавалъ русскую церковную и гражданскую исторію въ семинаріи при Свято-Троицкомъ монастырѣ въ г. Джорданвилль. Скончался 16 (29) мая 1967 г. въ Нью-Іоркѣ. Похороненъ на кладбищѣ Свято-Троицкаго монастыря (Jordanville, USA). Основные труды: «Возбудители раскола» (Парижъ, 1927), «Церковный Расколъ» (Парижъ, 1927), «Святая Русь» (Парижъ, 1929), «Пространный мѣсяцесловъ русскихъ святыхъ» (Jordanville, 1951), «Покаянный подвигъ Александра Благословеннаго» (1951), «Въ свѣтѣ исторической правды» (1952), «Къ 500-лѣтію паденія Второго Рима» (1953), «Полвѣка архипастырскаго служенія» (1956), «Императоръ Николай I-й» (1956), «Скорбный юбилей» (1956), «Мужъ вѣрности и разума» (1957), «Исторія Русской Церкви» (1959), «Отечественная быль» (1960), «Царская Россія и восточные патріархи» (1961), «Императоръ Николай I-й въ свѣтѣ исторической правды» (1961), «Исторія Христіанской Церкви» (1964), «Къ 40-лѣтію пагубнаго евлогіанскаго раскола» (1966).

Сочиненія Н. Д. Тальберга

Н. Д. Тальбергъ († 1967 г.)
Исторія Русской Церкви.

Часть третья.
Отъ раздѣленія митрополіи до учрежденія патріаршества.

Благочиніе и богослуженіе.

Нестроенія въ богослуженіи не только не уменьшались противъ прежняго времени, но увеличивались, несмотря на всю важность, какую придавало церковному обряду русское общество того времени. Вызывали сильныя обличенія неблагочинныя совершенія богослуженій, порча церковнаго чтенія и пѣнія, многогласія (для сокращенія времени службы одинъ читалъ, другой пѣлъ, третій возглашалъ эктенію въ одно и то же время, такъ что ничего нельзя было понять). Въ пѣніи, вмѣсто прежняго праворѣчія, явилось раздѣльнорѣчіе, растяженіе (напр. «согрѣшихомо, беззаконовахомо передо Тобою», вмѣсто Спасъ — Сопасо, вмѣсто во мнѣ — во монѣ). Получилось т. н. «хомовое» пѣніе, въ которомъ многихъ словъ нельзя было и понять. Противъ этихъ нестроеній возставалъ Стоглавъ, писали въ своихъ сочиненіяхъ и граматахъ пастыри церкви. Связанъ съ этимъ и былъ споръ Іоанна III съ митр. Геронтіемъ о порядкѣ хожденія крестныхъ ходовъ. Въ XVI в. распространилось сильное сомнѣніе двоить или троить аллилуіа. Дошло до того, что Стоглавый соборъ, повѣривъ житію преп. Евфросина псковскаго, написанному свящ. Василіемъ, велѣлъ двоить аллилуіа. Тотъ же соборъ изрекъ также проклятіе на трехперстіе. Религіозный взглядъ простирался и на житейскія вещи и обычаи. Русское считалось только одно православнымъ, все чужое — еретическимъ, басурманскимъ. Борода стала существенною принадлежностью православія, а брадобритіе — латинскою ересью. Стоглавъ опредѣлилъ надъ брадобритцемъ ни отпѣванія, ни сорокоуста не творить, ни просфоры, ни свѣчи по немъ въ церковь не приносить — съ невѣрными причтется (Знаменскій).

Церковный соборъ былъ созванъ въ 1551 г. Открытъ онъ былъ въ царскихъ палатахъ въ началѣ января, тамъ же происходили всѣ его засѣданія. Іоаннъ IV, сначала устно, потомъ въ пространномъ письменномъ посланіи, просилъ участниковъ собора потрудиться объ истинной и непорочной православной христіанской вѣрѣ и утвердить и изъяснить ее, какъ предали святые отцы, по божественнымъ правиламъ. Высказывалъ онъ желаніе, чтобы не осталось безъ вниманія никакое нарушеніе законовъ и никакое злоупотребленіе. Постановленія собора представляютъ собою отвѣты на 69 вопросовъ, поданныхъ ему царемъ, очевидно, въ полномъ согласіи съ митрополитомъ. Соборъ въ оффиціальныхъ актахъ назывался «Соборнымъ уложеніемъ», переписчиками названъ Стоглавникомъ, въ ученой литературѣ Стоглавомъ. Вызываетъ недоумѣніе постановленіе собора о пѣніи аллилуія дважды. Архіеп. Филаретъ, касаясь вопроса о сугубомъ аллилуія, пишетъ, что соборъ основаніемъ сего «своего правила положилъ только сновидѣніе, разсказанное Василіемъ». Клирикъ Василій (Варлаамъ), составившій житіе преп. Евфросина Псковскаго (ум. 1481 г.), спустя 70 лѣтъ послѣ его преставленія, провозгласилъ въ немъ, что только сугубое аллилуіа есть правильное (Соловьевъ). Архіеп. Филаретъ отмѣчаетъ, что св. митр. Фотій писалъ въ 1419 году во Псковъ о необходимости троить аллилуія. Указываетъ онъ, что и въ дальнѣйшее время во Псковѣ и въ Новгородѣ существовалъ предуказанный митр. Фотіемъ порядокъ. Исключеніе составляла обитель преп. Евфросина, совѣсти котораго архіепископъ новгородскій Евфимій предоставилъ это обрядное дѣло. Владыка Макарій, возглавитель Стоглаваго собора, будучи архіепископомъ новгородскимъ, въ своей великой Минеи за августъ помѣстилъ указъ о трегубой аллилуіи. Отмѣчаетъ архіеп. Филаретъ и то, что благовѣщенскій священникъ Сильвестръ, участникъ собора, въ то время близкій къ царю, въ своемъ «Домостроѣ» писалъ, что благочестивый христіанинъ, творя крестъ, «первѣе убо да совокупитъ три персты свои за Св. Троицу, великій перстъ и другіе два, сущіе близъ его». Соловьевъ, касаясь того же вопроса, пишетъ: «Мнѣнія о двуперстномъ сложеніи и о сугубомъ аллилуіа, вмѣстѣ съ запрещеніемъ брить бороды и стричь усы, — замѣшались между постановленіями собора 1551 года и распространялись вмѣстѣ съ ними».

Въ 1518 г., какъ упоминалось выше, вызванъ былъ въ Россію, по желанію вел. князя Василія III, Максимъ Грекъ. Сынъ благочестивыхъ грековъ, повидимому, албанскаго происхожденія, Максимъ, род. въ 1475 г. въ городѣ Артѣ, въ княжествѣ Эпирскомъ. Онъ былъ отправленъ родителями учиться въ Италію, гдѣ въ то время пребывали многіе ученые греки, бѣжавшіе изъ порабощенной Византіи. Время его ученія падаетъ на 1495-1505 годы. Проживая въ разныхъ городахъ Италіи, онъ, по мнѣнію Голубинскаго, учился главнымъ образомъ въ Падуѣ. Тогдашняя Италія была погружена въ безвѣріе и суевѣріе. Одно время и Максимъ увлекался вольномысліемъ, но, съ Божьей помощью, вылечился отъ этого зла и укрѣпился въ вѣрѣ. Большое впечатлѣніе произвелъ на него во Флоренціи примѣръ доминиканца аббата Іеронима Савонаролы. Въ то время папой былъ безнравственнѣйшій Александръ VI Борджія. Паденіе нравовъ во Флоренціи было не меньшее, чѣмъ въ Римѣ. Савонарола безбоязненно и упорно выступалъ противъ нечестія и призывалъ къ покаянію, обличивъ затѣмъ и папу. Послѣ пятилѣтней проповѣди, вліявшей на толпу, папѣ удалось захватить Савонаролу и добиться сожженія его въ 1498 г. на кострѣ. Максимъ былъ свидѣтелемъ всѣхъ этихъ событій и съ большимъ энтузіазмомъ отзывался о Савонаролѣ. Изъ Италіи онъ отправился на Аѳонъ и тамъ принялъ постригъ. На Аѳонѣ тогда было 18 большихъ монастырей и они имѣли хорошія библіотеки. Обитель Максима была одна изъ столповыхъ — Благовѣщенскій Ватопедскій мон. Пробылъ онъ тамъ 10 лѣтъ, ставъ начитаннымъ православнымъ богословомъ. Посылался онъ за милостыней на греческіе острова, подвластные Венеціи, и тамъ, противоборствуя латинянамъ, укрѣплялъ православныхъ.

Въ библіотекѣ Василія III, между греческими рукописями, оказалась большая толковая Псалтырь, представлявшая изъ себя сводъ толкованій очень многихъ толковниковъ. Для перевода ея вел. князь и митр. Варлаамъ просили аѳонскіе монастыри прислать имъ образованнаго инока. Выборъ остановился на Максимѣ, котораго протъ аѳонскій и монахи ватопедскіе охарактеризовали съ самой лучшей стороны. Отправленъ онъ былъ въ сопровожденіи двухъ монаховъ, долженствовавшихъ остаться съ нимъ. Одинъ изъ нихъ долженъ былъ обучать его русскому языку, котораго онъ не зналъ. Въ Москву Максимъ прибылъ въ мартѣ 1518 г. и принятъ былъ съ великой честью. Даны были ему два посольскіе толмача (переводчики). Онъ переводилъ съ греческаго на латинскій, а они съ латинскаго — на славянскій. Менѣе чѣмъ въ полтора года онъ перевелъ Псалтырь и сдѣлалъ другія работы. Послѣ этого онъ просилъ отпустить его на Аѳонъ, но вел. князь задержалъ Максима въ Москвѣ, отпустивъ его спутниковъ.

Оставленіе Максима въ Москвѣ Голубинскій объясняетъ тѣмъ, что нѣкоторые греки, прибывшіе съ Софіей Палеологъ и оставшіеся въ Россіи, нашли въ славянскихъ богослужебныхъ книгахъ рядъ еретическихъ погрѣшностей. Это не понравилось вел. князю, раздѣлявшему господствовавшее тогда на Руси мнѣніе, что древнее православіе сохраняется во всей чистотѣ именно у русскихъ. Максиму, завоевавшему его довѣріе, и порученъ былъ пересмотръ книгъ. Извѣстно, что онъ пересмотрѣлъ и исправлялъ Тріодь Цвѣтную, Часословецъ, Псалтырь, Евангеліе, Апостолъ. Ошибки обнаружены были крупныя. Но открытіе ихъ не доставило удовольствія вел. князю, тѣмъ болѣе, что Максимъ говорилъ объ этихъ ошибкахъ и что вокругъ него образовался кругъ лицъ, раздѣлявшихъ его мнѣніе. Новый митрополитъ Даніилъ и большинство русскихъ были этимъ недовольны и говорили, что Максимъ только портитъ книги и хулами на нихъ творитъ досаду русскимъ чудотворцамъ, спасавшимся по этимъ книгамъ. Даніилъ вообще былъ настроенъ противъ Максима. Великаго князя Максимъ разгнѣвалъ, позволяя себѣ неосторожную критику существовавшихъ въ Россіи порядковъ, затрагивая и самого Василія III. Въ то же время выяснилось, что онъ, по незнанію русскаго языка, допустилъ въ исправленіяхъ погрѣшности, привносившія еретическую мысль въ службу на Вознесеніе. Гдѣ прежде него въ службѣ читалось о Христѣ: «взыде на небеса и сѣде одесную Отца,.. сѣдяй одесную Отца», онъ поправилъ: «сѣдѣлъ (сѣдѣлъ еси) одесную Отца, сѣдѣвъ.., сѣдѣвшій одесную Отца». Были ошибки и въ переводѣ житія Богородицы. Говоря о первомъ случаѣ, какъ о мимошедшемъ фактѣ, Максимъ, вмѣсто того, чтобы признать свою ошибку, на соборѣ 1525 г., судившемъ его, хотѣлъ защищать свои поправки. Къ этому времени онъ былъ достаточно знакомъ съ русскимъ языкомъ, чтобы понять допущенныя имъ ошибки. Но ясно, что еретикомъ его считать было невозможно. Онъ же таковымъ былъ объявленъ соборомъ, кромѣ того ему приписаны были политическія преступленія. Такъ онъ былъ обвиненъ въ томъ, что зная похвальбы турецкаго посла въ Москвѣ Искандера поднять султана противъ вел. князя, не донесъ объ этомъ. Искандеръ дѣйствительно велъ себя нехорошо, но, какъ правильно отмѣчаетъ Голубинскій, Василій III былъ объ этомъ обстоятельно освѣдомленъ. Максима обвинили даже въ колдовствѣ. Онъ былъ приговоренъ соборомъ къ отлученію отъ Церкви и къ пожизненному тюремному заключенію. Отправленъ онъ былъ въ Волоколамскій мон., тѣсно связанный съ главнымъ его врагомъ, митр. Даніиломъ. Тамъ онъ испыталъ много тяжелаго.

Въ 1531 г. Максима подвергли новому суду. Его обвиняли въ выпускѣ, при переводѣ, нѣсколькихъ частныхъ мѣстъ изъ существовавшаго славянскаго текста и въ томъ, что онъ слишкомъ худо отзывался о прежнемъ переводѣ нашихъ богослужебныхъ книгъ. Ему поставлена была въ вину его полемика противъ вотчиновладѣнія монастырей, которое такъ отстаивалъ митр. Даніилъ. Послѣ суда Максимъ былъ отправленъ въ тверской Отрочь мон., безъ прежняго запрещенія читать и писать книги. Но запрещеніе ходить въ храмъ и пріобщаться св. Таинъ продолжало тяготѣть надъ нимъ. Тверской епископъ Акакій утѣшалъ его своею любовью. Новый митр. Іоасафъ уважалъ узника. Онъ писалъ ему: «узы твоя цѣлуемъ, яко единаго отъ святыхъ, пособити же тебѣ не можемъ». Все же Іоасафъ добился разрѣшенія ему пріобщаться. Въ 1545 г. александрійскій патріархъ Іоакимъ просилъ Іоанна IV освободить Максима. Въ 1551 г. онъ былъ переселенъ въ обитель преп. Сергія. Принятый тамъ, по свидѣтельству архіеп. Филарета, съ честью и сподобленный дара прозрѣнія, Максимъ преставился въ 1556 году.

Архіеп. Филаретъ пишетъ: «Преподобный Максимъ и на словахъ и на бумагѣ оправдывалъ исправленіе книгъ. На обвиненіе, будто отвергаетъ онъ всѣ русскія книги, отвѣчалъ онъ, что «здѣсь на Руси книги не прямы; а иныя книги переводники перепортили, ино ихъ надо переводити».

Максимъ Грекъ возсталъ противъ распространенныхъ тогда «сборниковъ», являвшихся, по свидѣтельству архіеп. Филарета, сборомъ «всего, что попадалось подъ руки, вѣрнаго и ложнаго, полезнаго и пустого, спасительнаго и вреднаго». Объ этомъ писалъ кн. Курбскій: «мнимые учители нынѣшняго вѣка, грѣхъ нашихъ ради, чаще занимаются болгарскими баснями, или точнѣе, бабьими бреднями, чѣмъ услаждаются разумѣніемъ великихъ учителей». Максимъ обнаруживалъ нелѣпости и ошибки въ такихъ сборникахъ.

Объ этомъ печальномъ явленіи того времени Соловьевъ пишетъ: «Легко было появляться учителямъ, толковникамъ-самозванцамъ, ибо кто могъ провѣрить законность ихъ званія? Стоило только быть грамотѣемъ, начетчикомъ, говоруномъ, чтобы пріобрѣсти авторитетъ непререкаемый среди толпы людей безграмотныхъ и мало читавшихъ. Часто говоритъ онъ нелѣпо, темно, но говоритъ онъ о вещахъ высокихъ, внушающихъ всеобщее благоговѣніе, безпрестанно приводитъ слова Св. Писанія, Отцевъ Церкви; чѣмъ непонятнѣе, темнѣе говоритъ онъ, — тѣмъ болѣе возбуждалось къ нему уваженіе: это называлось говорить высоко. Иногда такой мудрецъ не ограничивался одними устными бесѣдами, писалъ книжку, и книжка удостаивалась такого же почетнаго пріема, особенно если самъ авторъ или переписчикъ надписывалъ на ней имя знаменитаго Отца Церкви».

Вопросъ объ исправленіи богослужебныхъ книгъ былъ снова поднятъ на Стоглавомъ соборѣ 1551 г. Но недостаточная образованность членовъ собора не могла привести къ правильному рѣшенію. Соборомъ приняты были только частныя и нерѣшительныя мѣры. Повелѣно было протопопамъ и старѣйшимъ священникамъ осматривать по церквамъ богослужебныя книги. Если какія окажутся неправильными и съ описками, то исправлять ихъ по лучшимъ спискамъ; наблюдать за писцами, чтобы они списывали книги съ хорошихъ переводовъ; неисправленныя отбирать отъ писцовъ и у тѣхъ, кто у нихъ купилъ книги. Такія мѣры, очевидно, не могли повести къ полному повсемѣстному исправленію книгъ, а напротивъ, вслѣдствіе произвола и недостаточнаго образованія самихъ исправителей, повели къ большей порчѣ ихъ. Члены собора не умѣли богословски разбираться въ спорныхъ вопросахъ. Указывалось выше, что на Стоглавомъ соборѣ узаконили сугубить аллилуія и двуперстіе.

Книгопечатаніе въ славянскихъ странахъ появилось еще въ XV в., именно въ Краковѣ въ 1491 г. Въ Вильнѣ печатать начали въ 1525 г. Для предотвращенія ошибокъ въ богослужебныхъ книгахъ рѣшено было создать типографію въ Москвѣ. Царь Іоаннъ IV въ 1548 г., въ числѣ другихъ мастеровъ, выписалъ изъ Германіи типографовъ. Ихъ не пропустили въ Россію. Въ 1552 г. датскій король Христіанъ III прислалъ въ Москву Ганса-Іоанна Миссенгейма Бокбиндера (т. е. переплетчика книгъ). Онъ привезъ съ собой печатныя библію и двѣ другія книги, въ коихъ излагалось протестантское ученіе. Король предлагалъ царю принять таковое. Соловьевъ пишетъ: «Неизвѣстно, какъ принятъ былъ Миссенгеймъ Іоанномъ; не вѣроятно, чтобъ царь поручилъ устроеніе типографіи человѣку, присланному явно съ цѣлію распространенія протестантизма. По русскимъ извѣстіямъ, царь, нуждаясь въ церковныхъ книгахъ для вновь строящихся многихъ церквей, велѣлъ скупать ихъ на торгахъ, но оказалось очень мало исправныхъ; это привело Іоанна къ мысли о необходимости книгопечатанія; митрополитъ Макарій одобрилъ эту мысль, и съ 1553 года приступили къ дѣлу». Царскою казною построенъ былъ домъ для типографіи. Нашлись свои люди, знавшіе печатное дѣло: діаконъ церкви Николы Гостунскаго Іоаннъ Ѳедоровъ и Петръ Тимоѳеевъ Мстиславецъ. Они стали приготовлять все нужное для типографіи. Въ 1556 г. мастеромъ печатныхъ книгъ Марушею Нефедьевымъ былъ обнаруженъ въ Новгородѣ рѣзчикъ буквъ Васюкъ Никифоровъ. Изъ какой-то русской типографіи въ Польшѣ выписаны были новыя буквы и печатный станокъ. Первые опыты были неудачны: «малыми нѣкими и неискусными начертаньми печатоваху». Только въ 1564 году напечатана была первая книга — Апостолъ. Черезъ два года выпущенъ былъ — Часословъ. Буквы и бумага Апостола прекрасныя, но правописаніе — худое. Славянскій списокъ не былъ провѣренъ съ греческимъ текстомъ. Самый списокъ былъ не лучшій изъ современныхъ. Послѣ этого дѣло замерло. Противъ типографщиковъ прежде всего возстали тѣ, которые кормились списываніемъ книгъ. Они стали обвинять ихъ въ ереси, а тогда какъ разъ шли строгіе розыски по ереси Башкина. Діаконъ Іоаннъ и Тимоѳеевъ вынуждены были бѣжать изъ Москвы въ Литву. Народъ, при слухѣ объ ереси, взволновался и дворъ печатный былъ ночью подожженъ и сгорѣлъ со всѣми принадлежностями. Въ 1568 г. по волѣ царя дѣло было возобновлено сначала въ Москвѣ, потомъ въ Александровской слободѣ. Ученикъ первыхъ печатниковъ Андроникъ Невѣжа напечаталъ два изданія Псалтири (1568, 1578), тоже безъ сравненія съ подлинникомъ. Всѣ неисправности въ рукописяхъ были перенесены въ печатныя книги.

Архіеп. Филаретъ пишетъ, что преп. Іосифъ Волоколамскій, обличая жидовствующихъ, говорилъ: «ничтоже тако обрадоватися нашу устроятъ жизнь, якоже въ церкви красованіе». И усердіе къ храмамъ Божіимъ въ самой большой части народа соотвѣтствовало такому отзыву о благолѣпіи храмовъ. Въ Москвѣ при Іоаннѣ III былъ выстроенъ новый Успенскій соборъ. Создавалъ его Аристотель Фіоравенти. Другіе мастера построили богатые соборы въ Троицкой Лаврѣ и въ нѣкоторыхъ другихъ монастыряхъ и перестроили (1505-1508) соборы Благовѣщенскій на великокняжескомъ дворѣ и Архангельскій, ставшій усыпальницей государей. При Василіи III воздвигнутъ въ Москвѣ, въ память взятія Смоленска, Новодѣвичій мон. Тогда же построено было 11 каменныхъ церквей мастеромъ Фрязинымъ. Мастеромъ Николаемъ Нѣмцемъ слитъ громадный колоколъ въ 1000 пудовъ. Въ 1555 въ память взятія Казани Іоанномъ IV построенъ Покровскій соборъ (Василій Блаженный), весьма своеобразнаго зодчества. Другіе города тоже украшались новыми храмами. По древнему обычаю во времена бѣдствій строилось много обыденныхъ храмовъ.

«Усердіе къ слушанію богослуженія», отмѣчаетъ архіеп. Филаретъ, «было жаркое: въ концѣ XV в., въ Новгородѣ, за исключеніемъ обителей, было 44 храма, въ которыхъ совершалась ежедневная служба. Сами вел. князья не иначе принимались за ежедневныя дѣла, какъ отслушавъ службу Божію. Но, впослѣдствіи времени, соборъ 1551 г. обличалъ тщеславіе, строившее новые храмы и оставлявшее пустѣть прежніе; онъ же предписывалъ совершать службу Божію «чинно и безмятежно, каноны говорить (а не пѣть), со вниманіемъ, хвалитныя стихиры и великое славословіе пѣть, а не говорить».

Прекращеніе удѣльнаго порядка привело къ сосредоточенію мѣстныхъ святынь въ Москвѣ. Ея Успенскій соборъ сдѣлался храмомъ всея Руси. Въ его иконостасѣ помѣщались новгородская икона Спаса, устюжская Благовѣщенія, передъ которой молился блаж. Прокопій, икона псково-печерская, въ ризницу собора взяты изъ Новгорода сосуды преп. Антонія Римлянина. Въ Москву при Іоаннѣ IV были перенесены изъ Чернигова мощи свв. Михаила и Ѳеодора.

По опредѣленію московскихъ соборовъ 1547 и 1549 г.г., многіе святые, прежде чтившіеся только мѣстно, получили общее чествованіе. Тогда же были собраны мѣстныя службы, житія и чудеса новыхъ чудотворцевъ, а для нѣкоторыхъ составлены новыя и обнародованы повсюду. Это собираніе свѣдѣній о святыхъ продолжалось и позднѣе. Церковное богослуженіе обогащалось новыми празднествами и службами. Съ XVI в. появляются новые обряды: хожденія на осляти въ недѣлю Ваій, при чемъ осля подъ святителемъ въ Москвѣ велъ на поводу съ боярами государь, и пещнаго дѣйства, совершавшійся по каѳедральнымъ соборамъ предъ Рождествомъ въ недѣлю Праотецъ (Знаменскій).

Еще съ XV в. въ Москвѣ и въ нѣкоторыхъ другихъ мѣстахъ имѣли обычай — въ четвергъ предъ Троицынымъ днемъ рыть могилы для умершихъ бѣдняковъ, которыхъ зимою ставили въ ямахъ убогаго дома. Благочестивые люди разбирали своими руками тѣла, и съ мыслію объ общей тлѣнности, не гнушаясь вида и запаха давно умершихъ, облекали въ саваны, предавали землѣ, пѣли панихиды въ успокоеніи и тѣхъ, коихъ имена извѣстны единому Богу. Въ 1548 г. соборъ установилъ совершать общее поминовеніе по всѣмъ скончавшимся внезапною смертью (Архіеп. Филаретъ).

Митрополиты Варлаамъ и Даніилъ заботились о лучшемъ писаніи иконъ. «Соборъ 1551 г.», пишетъ архіеп. Филаретъ, «требовалъ отъ иконописцевъ, кромѣ искусства въ иконописаніи, неукоризненной жизни и поручалъ ихъ надзору духовныхъ отцевъ; епископамъ вмѣнялъ въ обязанность надсматривать за рукописаніемъ, лучшихъ иконописцевъ отличать вниманіемъ любви, а неискуснымъ и людямъ худой жизни запрещать писать св. иконы. Онъ же совѣтовалъ слѣдовать въ иконописаніи лучшимъ древнимъ образцамъ, указывая въ особенности на иконы инока Андрея Рублева. Сей благочестивый инокъ Андроніевской обители, скончавшійся въ 1430 г., по свидѣтельству преп. Іосифа Волоколамскаго, такъ любилъ священное искусство, что въ праздничные дни любимымъ занятіемъ его было разсматривать св. иконы и переноситься отъ видимаго къ невидимому».

Послѣ большого московскаго пожара 1547 г., когда погорѣли кремлевскія церкви, Іоаннъ IV послалъ за иконами въ Новгородъ, Смоленскъ, Дмитровъ, Звенигородъ. Изъ этихъ и другихъ городовъ свозили иконы въ Москву и ставили ихъ въ Благовѣщенскомъ соборѣ, гдѣ иконописцы, пріѣхавшіе изъ Новгорода, Пскова и другихъ городовъ, списывали съ нихъ новые образа. Кромѣ того, священникъ Благовѣщенскаго собора, извѣстный Сильвестръ, доложивъ царю, поручилъ новгородскимъ иконописцамъ изобразить на стѣнахъ храма исторію творенія міра, символъ вѣры, содержаніе нѣкоторыхъ церковныхъ стиховъ и пр. Извѣстный дьякъ, Иванъ Висковатый, увидавъ новыя иконы, началъ громко говорить при народѣ, что такъ писать иконы не годится, не слѣдуетъ изображать невидимое Божество и безплотныхъ. Надлежитъ отмѣтить, что иконы писались новгородцами и псковичами. Ихъ же города находились въ постоянныхъ торговыхъ связяхъ съ Западомъ. По этимъ связямъ, — указываетъ архіеп. Филаретъ — весьма вѣроятно, что символическія изображенія заняты были у Запада. Сильвестръ настойчиво просилъ дѣло это размотрѣть на соборѣ, который состоялся въ началѣ 1554 г. Дѣло рѣшено было въ пользу Сильвестра, на Висковатаго соборъ наложилъ епитимію за то, что о святыхъ иконахъ сомнѣніе имѣлъ и смущалъ народъ. Поставлено было ему въ вину нарушеніе правила шестого Вселенскаго собора, запрещающее простымъ людямъ принимать на себя учительскій санъ.

Источникъ: Н. Тальбергъ. Исторія Русской Церкви. — Jordanville: Типографія преп. Іова Почаевскаго. Свято-Троицкій монастырь, 1959. — С. 235-244.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.