Церковный календарь
Новости


2018-11-18 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ I-й, Ч. 2-я, Гл. 2-я (1922)
2018-11-18 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "Отъ Двуглаваго Орла..." Томъ I-й, Ч. 2-я, Гл. 1-я (1922)
2018-11-18 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 114-й (1899)
2018-11-18 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 113-й (1899)
2018-11-18 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Признаки Христовой Церкви (1976)
2018-11-18 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. О важности догмата о Церкви (1976)
2018-11-18 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 8-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
2018-11-18 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 7-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
2018-11-18 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Докладъ Архіерейскому Сѵноду РПЦЗ (1996)
2018-11-18 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Психіатрія и исповѣдь (1996)
2018-11-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 49-я (1922)
2018-11-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 48-я (1922)
2018-11-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 47-я (1922)
2018-11-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 46-я (1922)
2018-11-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 45-я (1922)
2018-11-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. "За чертополохомъ". Часть 2-я. Глава 44-я (1922)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - воскресенiе, 18 ноября 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 11.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

Н. Д. Тальбергъ († 1967 г.)

Николай Дмитріевичъ Тальбергъ (1886-1967), русскій духовный писатель, публицистъ, историкъ, вѣрное чадо РПЦЗ. Родился 10 (23) іюля 1886 г. въ мѣст. Коростышевъ ок. Кіева. Окончилъ въ 1907 г. Императорское училище правовѣдѣнія въ С.-Петербургѣ. Поступилъ на службу въ Министерство внутреннихъ дѣлъ, гдѣ по мѣрѣ силъ стоялъ на стражѣ православной монархіи и боролся съ революціоннымъ движеніемъ. Послѣ переворота 1917 г. — участникъ подпольнаго монархическаго движенія въ Россіи и на Украинѣ. Съ 1920 г. въ эмиграціи. Жилъ въ Берлинѣ, Парижѣ и Бѣлградѣ, а съ 1950 г. — въ США. Одинъ изъ лидеровъ Высшаго монархическаго совѣта, участникъ Второго Всезарубежнаго Собора 1938 г. Защищалъ монархическія и строго православныя идеи въ журналахъ «Двуглавый орелъ», «Отечество», «Россія», «Русская жизнь», «Православный Путь», «Православная Русь» и др. Ведущій церковный историкъ русскаго зарубежья. Съ 1950 г. преподавалъ русскую церковную и гражданскую исторію въ семинаріи при Свято-Троицкомъ монастырѣ въ г. Джорданвилль. Скончался 16 (29) мая 1967 г. въ Нью-Іоркѣ. Похороненъ на кладбищѣ Свято-Троицкаго монастыря (Jordanville, USA). Основные труды: «Возбудители раскола» (Парижъ, 1927), «Церковный Расколъ» (Парижъ, 1927), «Святая Русь» (Парижъ, 1929), «Пространный мѣсяцесловъ русскихъ святыхъ» (Jordanville, 1951), «Покаянный подвигъ Александра Благословеннаго» (1951), «Въ свѣтѣ исторической правды» (1952), «Къ 500-лѣтію паденія Второго Рима» (1953), «Полвѣка архипастырскаго служенія» (1956), «Императоръ Николай I-й» (1956), «Скорбный юбилей» (1956), «Мужъ вѣрности и разума» (1957), «Исторія Русской Церкви» (1959), «Отечественная быль» (1960), «Царская Россія и восточные патріархи» (1961), «Императоръ Николай I-й въ свѣтѣ исторической правды» (1961), «Исторія Христіанской Церкви» (1964), «Къ 40-лѣтію пагубнаго евлогіанскаго раскола» (1966).

Сочиненія Н. Д. Тальберга

Н. Д. Тальбергъ († 1967 г.)
ИСТОРІЯ РУССКОЙ ЦЕРКВИ.

Часть четвертая.
Патріаршество.

Духовное просвѣщеніе.

«При самомъ началѣ патріаршества въ Россіи», пишетъ архіепископъ Филаретъ, «соборъ восточныхъ патріарховъ вмѣнилъ въ обязанность каждому епископу внушать любовь къ изученію священныхъ наукъ и оказывать посильную помощь какъ настав/с. 454/никамъ, такъ и желающимъ учиться. Къ сожалѣнію, въ московской Руси привычка къ старому мраку застарѣла въ народной массѣ и она прикрывала свое нерасположеніе къ просвѣщенію опасеніями противъ разноязычнаго разновѣрія».

Возвратясь изъ польскаго плѣна, патріархъ Филаретъ принесъ съ собою съ Запада сознаніе услугъ просвѣщенія для вѣры, хотя у него надъ этимъ чувствомъ преобладало негодованіе на папизмъ. При немъ въ Чудовомъ мон. заведена была греко-латинская школа. Въ ней преподавалъ троицкій старецъ Арсеній Глухой. Въ 1633 г. она уже подавала, пріѣзжавшему въ Россію, голштинскому ученому Адаму Олеарію надежды на лучшую будущность. Въ слѣдующемъ году напечатали для нея при букварѣ нѣсколько грамматическихъ правилъ.

При патріархѣ Іосифѣ въ 1649 и 1650 г.г., по предложенію митр. Никона, вызваны были царскою граматою изъ кіевскаго Братскаго мон. ученые старцы: Арсеній Сатановскій и Епифаній Славеницкій. Въ слѣдующемъ году прибылъ еще іеромонахъ Дамаскинъ Птицынъ. Сначала они были помѣщены въ Андреевскомъ мон. въ Москвѣ, по желанію и на содержаніе боярина Ѳеодора Ртищева. Образовалось ученое братство съ училищемъ. Когда Никонъ сталъ патріархомъ, онъ вызвалъ изъ Соловецкаго мон. пребывавшаго тамъ въ ссылкѣ грека Арсенія и помѣстилъ его, Епифанія и Дамаскина въ Чудовомъ мон., а Сатановскаго въ Богоявленскомъ. Епифаній былъ облеченъ званіемъ начальника патріаршаго чудовскаго училища и главнаго справщика книгъ. Занятія братства оживились. При Никонѣ пріобрѣтены были драгоцѣнныя сокровища Востока — древнія греческія книги. Царская библіотека обогащалась сокровищами Запада. Измѣненія въ судьбѣ Никона отразились и на братствѣ. Ревнителей просвѣщенія называли измѣнниками православію. Патріархи Паисій и Макарій, прибывшіе въ Москву, улучшили ихъ положеніе. Они убѣждали народъ полюбить мудрость, царя — завести училища греческія и славянскія, пастырей — содѣйствовать государю и желаніями и доходами съ имѣній въ заведеніи училищъ. Призывы ихъ не остались безъ отвѣта. Боголюбивые граждане просили царя дозволить открыть училище при церкви св. Іоанна Богослова. Патріархи составили въ 1668 г. грамату, въ которой давали благословеніе обучаться наукамъ на греческомъ, славянскомъ и латинскомъ языкахъ, поражая анаѳемой враговъ просвѣщенія. Позже, при пересмотрѣ славянскаго перевода Библіи (въ 1674), въ числѣ членовъ братства, кромѣ Епифанія и игумена Сергія, значились: чудовскіе иноки /с. 455/ Евѳимій и Моисей, священникъ Никифоръ и два свѣтскіе типографа. Всѣ они хорошо знали уже греческій и латинскій языки и славянскую грамматику, хотя нѣкоторые изъ нихъ были москвичами (Архіеп. Филаретъ).

Первая дружина юго-западныхъ ученыхъ, явившихся въ Москву при патр. Іосифѣ, была еще домогилянскаго греческаго направленія въ своемъ образованіи. Это были безукоризненно православные, честные и скромные труженники, дѣятельность которыхъ признавалась полезной со стороны іерархіи и правительства. Выше всѣхъ стоялъ Епифаній, по отзыву современниковъ: «въ философіи и богословіи изящный дидаскалъ: искуснѣйшій въ еллино-греческомъ и славянскомъ діалектахъ». По своему аскетическому складу, онъ былъ мало способенъ къ практической, общественной дѣятельности. Онъ оставался только научнымъ работникомъ и свое непосредственное вліяніе ограничивалъ лишь небольшимъ кружкомъ своихъ учениковъ. Такое его поведеніе охраняло его отъ многихъ столкновеній съ московскими учеными и пріобрѣло ему общее довѣріе и уваженіе, не прекратившееся, когда, послѣ паденія Никона, закрылась чудовская школа и распалось Андреевское братство. Епифаній работалъ очень много, потому что, за недостаткомъ ученыхъ людей и при множествѣ новыхъ вопросовъ, іерархія и правительство наперерывъ старались воспользоваться его ученостью. Образованный и трудолюбивый Епифаній былъ главнымъ помощникомъ Никону въ исправленіи богослужебныхь книгъ. Кромѣ того, онъ былъ заваленъ переводами. Переводилъ онъ отеческія творенія, собраніе церковныхъ правилъ, Синтагмы Властаря и Арменопула, сочиненія историческія, нравственныя, географію, анатомію. Имъ составленъ былъ славяно-греко-латинскій лексиконъ и лексиконъ для объясненія церковныхъ словъ. Занимался Епифаній исправленіемъ и новымъ переводомъ библейскаго текста, писалъ предисловія къ вновь издававшимся книгамъ, — Скрижали, Служебнику, Шестодневу, Часослову, Тріоди, Слѣдованной Псалтири и др. Составлялъ онъ каноны, похвальныя слова и стихи въ честь святыхъ и, при всѣхъ этихъ работахъ, находилъ еще время заниматься проповѣдничествомъ. Имъ составлены свыше 50 словъ и поученій на разные праздники и дни святыхъ.

Въ 1664 г., по приглашенію царя Алексѣя Михайловича, прибылъ въ Москву Симеонъ Ситіановичъ Петровскій, или, какъ онъ больше назывался, Полоцкій, бывшій до этого учителемъ братской школы въ Полоцкѣ. Онъ сталъ извѣстенъ государю во время войны. Греческаго языка онъ не зналъ. Онъ принадлежалъ къ уче/с. 456/никамъ новой — могилянской — школы, съ ея латинскимъ направленіемъ. «Это былъ человѣкъ живой и краснорѣчивый», пишетъ Знаменскій, «усердный собиратель чужихъ мнѣній, ходячая энциклопедія всякихъ знаній, которыя онъ умѣлъ облекать въ обычныя въ Кіевѣ риторскія и діалектическія формы. По характеру онъ былъ не кабинетный, а общественный дѣятель, ловкій придворный монахъ, неутомимый борзописецъ, готовый во всякое время писать и переводъ, и проповѣдь, и ученый трактатъ, и стихи на чье-нибудь рожденіе или смерть, и комедію для придворнаго театра». Царь поручилъ ему воспитаніе царевича Ѳеодора, а потомъ и другихъ дѣтей. Патріархъ Іоасафъ II поспѣшилъ использовать его для опроверженія раскола. Въ самый короткій срокъ имъ написанъ былъ трудъ «Жезлъ правленія». Краткость времени отразилась на томъ, что, наряду съ отчетливыми, дѣльными опроверженіями, Симеонъ допустилъ и ошибочныя разсужденія, а также мѣстами допускаетъ ненужную брань. Этотъ трудъ его былъ изданъ отъ имени Великаго Собора. Написалъ онъ два катихизиса: пространный — «Вѣнецъ вѣры» (1670) и краткій въ 1671 году. Замѣчателенъ, составленный имъ въ 1676 г., сводъ Евангелій о жизни и ученіи Господа Іисуса Христа. Составилъ онъ два сборника своихъ проповѣдей: «Обѣдъ душевный» — на всѣ воскресные дни (1681) и «Вечеря душевная» — на праздники (1683). Архіеп. Филаретъ отмѣчаетъ: «Свойство проповѣдей о. Симеона: въ нихъ много простоты и естественности. Отвлеченнымъ изслѣдованіямъ онъ предпочитаетъ разсказы и описанія. Онъ сознавалъ пользу безыскуственнаго изложенія. «Простое слово, говорилъ онъ, разумѣется удобнѣе, нежели слово, покрытое красотами художественными; яйцо удобнѣе съѣдается вылущенное, нежели въ скорлупѣ содержащееся». Воспитаніе, суевѣріе и расколъ были тѣми предметами, о которыхъ всего чаще говорилъ о. Симеонъ. Нападалъ онъ на пустыя примѣты, предсказанія по звону въ ушахъ, по встрѣчѣ съ волкомъ, инокомъ, женщиной. Какъ духовный піитъ, онъ написалъ стихами «Риѳмологіонъ» — собраніе 95 стихотвореній, «Вертоградъ» (до 1000 стиховъ), «Псалтирь» риѳмованную. Какъ и у Епифанія, у него было много учениковъ. Ему поручали преподавать латинскій языкъ молодымъ людямъ, которые готовились въ переводчики. Его спасская школа, гдѣ онъ училъ ихъ латыни, была въ нѣкоторомъ родѣ параллельною чудовской школѣ (греческой) Епифанія. Когда въ 1676 г. взошелъ на престолъ царь Ѳеодоръ Алексѣевичъ, положеніе Симеона еще болѣе укрѣпилось, т. к. ученикъ любилъ своего учителя. Съ этого /с. 457/ времени онъ и сталъ проповѣдывать, что не нравилось Епифанію, патріарху Іоакиму и другимъ.

Просвѣтительная дѣятельность обоихъ ученыхъ монаховъ — Епифанія и Симеона — имѣла живительное вліяніе на развитіе церковнаго образованія въ Великороссіи. Заговорили о школахъ, объ усиленіи проповѣдничества. Еще въ 1667 г. прихожане Богословской церкви въ Москвѣ просили найти имъ проповѣдника. Въ пермскихъ усольяхъ Строгановыхъ явился подражатель Полоцкаго, священникъ изъ Орла, который началъ проповѣдывать. Проповѣди о. Симеона онъ нашелъ для своей паствы непонятными, и составилъ свой собственный сборникъ поученій, изданный въ 1684 г., подъ названіемъ Статира. Но народная масса, да и большинство духовенства продолжали относиться къ церковнымъ проповѣдямъ враждебно (Знаменскій).

При царѣ Ѳеодорѣ, предположено было завести въ Москвѣ большую школу не только для Россіи, но и для самихъ грековъ, чтобы имъ не нужно было ѣздить за наукой въ католическую Италію. Для начала царь и патріархъ Іоакимъ основали въ 1679 г. школу въ типографскомъ домѣ и собрали въ нее до 30 учениковъ. Начальникомъ ея сдѣланъ былъ іеромонахъ Тимоѳей, долго путешествовавшій по Востоку и знавшій греческій языкъ. Учителями стали греки Мануилъ и Іоакимъ. Царь и патріархъ такъ были рады этой школѣ, что посѣщали ее каждую недѣлю. Но она была только первымъ шагомъ къ заведенію желаемой имъ высшей школы-академіи, которую предположено было завести въ Заиконоспасскомъ мон. въ обширныхъ размѣрахъ (Знаменскій).

Патріархъ Іоакимъ усиленіемъ греческаго образованія чрезъ типографскую школу желалъ, между прочимъ, дать противовѣсъ польско-латинскому вліянію Симеона Полоцкаго, усилившемуся съ его прибытіемъ въ Москву. Тогда — при прибытіи послѣдняго — живъ еще былъ Епифаній. Между этими двумя представителями разныхъ направленій юго-западнаго образованія съ самаго начала обнаружилось несогласіе. Московская іерархія приняла опредѣленно сторону Епифанія и его авторитетомъ старалась ослабить значеніе Симеона. По своему миролюбивому характеру, Епифаній не входилъ въ непріязненныя отношенія къ Полоцкому, но не скрывалъ несочувствія къ его образу мыслей. Обращалъ онъ вниманіе на то, что Полоцкій неправильно училъ о времени пресуществленія св. даровъ въ Евхаристіи — не во время призыванія на нихъ Святаго Духа, а при произнесеніи словъ Спасителя: «Пріимите ядите... Пійте отъ нея вси...», какъ учатъ латиняне. Вооб/с. 458/ще, говорилъ Епифаній, теперь въ Кіевѣ читаютъ однѣ латинскія книги и отъ того истины не знаютъ. Послѣ смерти Епифанія, Полоцкій началъ держать себя крайне заносчиво, не считался съ патріархомъ, даже сочиненія свои печаталъ въ дворцовой типографіи, безъ благословенія патріарха. Іоакимъ гнѣвался на него и обвинялъ гордаго монаха въ «хлѣбопоклоннической ереси». Его «Вѣнецъ вѣры» патріархъ называлъ вѣнцомъ изъ западнаго тернія сплетеннымъ, а «Обѣдъ душевный» — исполненнымъ душевныхъ бѣдъ и хотѣлъ совсѣмъ запретить ему церковную проповѣдь. Но Полоцкій продолжалъ съ нимъ не считаться, имѣя сильную поддержку при царскомъ дворѣ. Латинское образованіе, которое преподалъ Полоцкій царю Ѳеодору, брату его Іоанну и царевнѣ Софіи, дѣлалось тогда все болѣе моднымъ въ русскомъ высшемъ обществѣ (Знаменскій).

Симеонъ Полоцкій умеръ въ 1680 г., на четыре года позднѣе Епифанія. Но вопросъ поднятый при нихъ о времени пресуществленія даровъ и вообще о господствѣ въ новомъ юго-западномъ образованіи латинскаго направленія все еще тревожилъ русское общество и послѣ ихъ смерти.

Въ правленіе царевны Софіи латинское вліяніе еще болѣе усилилось въ Москвѣ. Сильной поддержкой его въ правительственныхъ кругахъ явился любимецъ царевны князь В. В. Голицынъ, другъ иностранцевъ католиковъ и покровитель іезуитовъ. Послѣдніе ловко сумѣли пробраться въ Москву съ австрійскимъ посольствомъ подъ видомъ посольскихъ и торговыхъ людей. Они пріобрѣли въ Нѣмецкой слободѣ домъ, завели въ немъ латинское богослуженіе и школу и занялись дѣятельной пропагандой. Споры изъ-за латинскихъ мнѣній ихъ устраивали. Они тайно, но всѣмъ своимъ вліяніемъ, принялись поддерживать учениковъ Симеона Полоцкаго (Знаменскій).

Во главѣ послѣднихъ стоялъ строитель Заиконоспасскаго монастыря, Сильвестръ Медвѣдевъ, глубокій почитатель Полоцкаго, мужъ, по отзыву современниковъ, великаго ума и остроты. Онъ былъ такимъ же придворнымъ монахомъ, какъ и Полоцкій. Въ мірѣ Симеонъ, онъ былъ въ Курскѣ подъячимъ въ приказѣ тайныхъ дѣлъ; вмѣстѣ со своимъ сослуживцемъ Шакловитовымъ, онъ вступилъ въ Молчанскую обитель, чтобы свободнѣе заниматься книгами. Съ учеными Москвы, включая Полоцкаго, онъ познакомился, пріѣзжая изъ обители въ столицу. Принявъ въ своей обители постригъ въ 1674 г., онъ, находясь временно въ Москвѣ, оставленъ былъ царемъ Ѳеодоромъ Алексѣевичемъ въ Заиконоспас/с. 459/скомъ мон. Имѣлось, очевидно, въ виду использовать его знанія для открывавшагося училища при типографіи. Въ Курскѣ онъ имѣлъ возможность знать юго-западную ученость. Питалъ онъ глубокое уваженіе къ Симеону Полоцкому и его сочиненіямъ. Онъ былъ назначенъ потомъ игуменомъ Заиконоспасскимъ на мѣсто умершаго Полоцкаго. Въ это время Сильвестръ выказалъ себя большимъ противникомъ кальвинизма. Извѣстенъ его библіографическій трудъ: «Оглавленіе книгъ и кто ихъ сложилъ». По своей даровитости и краснорѣчію онъ стоялъ выше Полоцкаго. Среди ревнителей греческаго православнаго направленія Сильвестръ вызывалъ большія сомнѣнія. Опасались, что, окажись онъ начальникомъ создавшейся академіи, тамъ восторжествуетъ латинское образованіе. Значеніе его увеличилось, когда ему удалось обличить Яна Бѣлободскаго, прибывшаго въ 1681 г. изъ западной Россіи, въ качествѣ соискателя мѣста учителя въ создававшейся школѣ. Послѣдній проповѣдовалъ какую-то смѣсь лютеранскихъ и отчасти католическихъ идей и полное безразличіе всѣхъ церквей. Его обличали въ томъ, что онъ, какъ цыгане, въ какой странѣ живетъ, той страны и вѣру держитъ. Сильвестръ понялъ вредъ Бѣлободскаго. Онъ и другой кандидатъ на учительство, Павелъ Негребецкій, донесли на него. На Соборѣ 1681 г. они оспорили Бѣлободскаго. Опасный учитель былъ отстраненъ. Но патріархъ Іоакимъ и къ самому Медвѣдеву относился съ подозрѣніемъ, какъ къ приверженцу латинской учености и единомышленнику Полоцкаго. Противъ него онъ выставилъ ученика Славеницкаго, чудовскаго инока Евфимія, знатока греческаго языка, безукоризненнаго православнаго ученаго.

Къ этому времени слухи объ усиленіи въ Москвѣ латинскаго вліянія дошли до православнаго Востока. Особенно взволновали они ревнителя православія и греческаго образованія, патріарха іерусалимскаго Досиѳея, котораго еще раньше безпокоило проникновеніе латинскаго образованія въ Кіевъ. Патр. Досиѳей посылалъ въ Москву посланія, въ которыхъ выдвигалъ превосходство греческаго образованія передъ латинскимъ. Отправлялъ онъ туда и руководительныя книги для опроверженія латинскихъ заблужденій.

Іеромонахъ Евфимій († 1705) занимался переводами этихъ книгъ и былъ вообще близокъ къ патріарху во всѣхъ работахъ противъ латинскихъ соблазновъ. Но онъ былъ еще болѣе кабинетнымъ ученымъ, чѣмъ его учитель Епифаній, и далеко уступалъ своему противнику въ практическомъ отношеніи. Сильвестръ къ тому же опирался сначала на царя Ѳеодора, потомъ еще больше /с. 460/ на царевну Софію, а также на ея приближенныхъ, кн. В. В. Голицына и Шакловитаго. Пока Евфимій писалъ, Сильвестръ дѣйствовалъ. Въ январѣ 1685 г. Сильвестръ представилъ правительницѣ, заготовленную еще при царѣ Ѳеодорѣ, грамату объ открытіи академіи и ея «привилегій» или уставъ. Грамата была утверждена. Сильвестръ не сомнѣвался, что патріархъ долженъ будетъ поставить его во главѣ академіи. Но разсчеты его не оправдались. Въ мартѣ того же года на помощь сторонникамъ греческаго образованія и великорусской партіи прибыли въ Москву братья Лихуды, соперники болѣе опасные для его ученаго авторитета, чѣмъ скромный іеромонахъ Евфимій (Знаменскій).

Іеромонахи Іоанникій и Софроній Лихуды уроженцы Кефалоніи, княжескаго рода, учились первоначально въ самой Греціи, потомъ на Западѣ — въ Венеціи и Падуѣ. До вызова ихъ въ Россію они занимали въ разныхъ мѣстахъ Греціи должности учителей и проповѣдниковъ. Въ Москву они, по совѣту патр. Досиѳея, были вызваны при царѣ Ѳеодорѣ, для преподаванія въ академіи. Борьба ихъ съ латинствомъ началась еще по дорогѣ въ Москву, въ Венгріи и Польшѣ, гдѣ они выдержали нѣсколько споровъ съ іезуитскими учеными. Къ величайшему недовольству Сильвестра, они были поселены въ Заиконоспасскомъ мон. Къ этому времени обострились споры относительно пониманія времени пресуществленія св. Даровъ. Противъ сужденій Сильвестра выступилъ іером. Евфимій. Единомышленны съ нимъ были Лихуды. Сильвестръ отвѣтилъ обширнымъ сочиненіемъ: «Манна хлѣба животнаго», позднѣе сожженнымъ по повелѣнію патр. Іоакима. Въ книгѣ этой задѣто было православіе Лихудовъ. Сторонниками Сильвестра распространялись бранчивыя тетради «на новопотаенныхъ волковъ», т. е. Лихудовъ. Послѣдними тогда было написано сочиненіе: «Акосъ или врачеваніе отъ угрызеній зміевыхъ». Архіеп. Филаретъ пишеть: «сочиненіе это написано было въ духѣ кротости и съ свѣдѣніями обширными. Сильвестръ отвѣчалъ злою критикою. Лихудами написаны были «діалоги грека учителя съ нѣкоторымъ іезуитомъ о единствѣ между церковью восточною и западною» [1]. На сторонѣ Сильвестра явилось довольно людей, которые настойчиво защищали мысли его; между ними былъ и извѣстный Ѳеодоръ Шакловитый. Этотъ споръ возбудилъ волненіе въ народѣ, безполезное для вѣры, вредное для благочестія. Предметъ священный, предметъ, недоступный по высотѣ и величію, сталъ предметомъ разговоровъ празд/с. 461/ности и суеты житейской. Каждая бесѣда оглашалась споромъ о немъ, и на улицахъ шумѣли о томъ, о чемъ въ храмѣ остается только молчать въ благоговѣйномъ трепетѣ. Стали пересматривать книги и увидѣли, что во многихъ изданныхъ на югѣ болѣе или менѣе предложена была та же мысль о евхаристіи, которую оправдывалъ Медвѣдевъ; особенно отличалось тѣмъ сочиненіе кіевскаго игумена Ѳеодосія Сафоновича: «Выкладъ о церкви святой и о службѣ». Патріархъ Іоакимъ много разъ сносился по сему предмету съ кіевскимъ митрополитомъ Гедеономъ и черниговскимъ архіепископомъ Лазаремъ. «Они, пишетъ Іоакимъ, также приняли было кое-что изъ римской церкви, но опять писаніями святыхъ отецъ черезъ насъ обратились къ православной греческой церкви». Дѣло Сильвестра было окончательно проиграно. Но полное торжество православія надъ латинствомъ, вліявшимъ въ Москвѣ, послѣдовало только въ 1689 г., когда царевна Софія была свергнута и Шакловитый казненъ.

Въ октябрѣ 1689 г. Сильвестръ былъ осужденъ вмѣстѣ съ его сочиненіями; ему назначено было тяжкое заточеніе. Узнавъ объ участи своей, еще прежде рѣшенія, Сильвестръ скрылся изъ Москвы. Пойманный въ смоленскомъ Бизюковомъ мон., онъ былъ лишенъ иночества, отлученъ отъ Церкви и отосланъ въ Троицкій-Сергіевъ мон. на покаяніе. Здѣсь (въ декабрѣ 1689 г.) онъ письменно осудилъ свои мнѣнія и изъявилъ раскаяніе въ нарушеніе церковнаго покоя. Соборъ въ январѣ 1690 г. произнесъ ему прощеніе, не возвращая духовнаго званія. Но надъ нимъ тяготѣлъ еще судъ гражданскій — онъ былъ обвиненъ въ участіи въ заговорѣ царевны Софіи и стрѣльцовъ противъ царя Петра. Приговоренный къ отсѣченію головы, Сильвестръ былъ казненъ 11 февраля 1691 г. (Архіеп. Филаретъ).

Въ 1690 г. подведенъ былъ итогъ спорамъ представителей двухъ направленій. Отъ имени патр. Іоакима написана была книга «Остенъ», въ которой разбирался вопросъ о времени пресуществленія евхаристіи, приводились данныя о Флорентійскомъ соборѣ, объ уніатахъ, указывались ошибки Симеона Полоцкаго, заблужденія Бѣлободскаго, вообще католическія, лютеранскія и пр. Писали братья Лихуды. Соборъ 1690 г. предалъ проклятію хлѣбопоклонническую ересь и изрекъ осужденіе на многія малороссійскія книги, замѣченныя въ уклоненіяхъ къ латинству: Большой Требникъ, Служебникъ и Лиѳосъ Петра Могилы, Ключъ разумѣнія и Мессія праведный Голятовскаго, Мечъ и Трубы словесъ Лазаря Барановича, Огородокъ Радивиловскаго, Евангеліе и Перло /с. 462/ многоцѣнное К. Транквилліона, «Выкладъ о церкви и таинствахъ» Ѳеодосія Сафоновича и др. Соборъ этотъ былъ послѣднимъ дѣяніемъ патр. Іоакима въ пользу православія.

«Преемникъ его», отмѣчаетъ Знаменскій, «оказался еще болѣе строгимъ къ латинству. Кіевскіе ученые были высылаемы или сами спѣшили убираться изъ Москвы. Кіевское вліяніе было устранено, но зато Москва лишилась послѣ этого самаго главнаго источника своего духовнаго просвѣщенія. Главными дѣятелями просвѣщенія у нея остались теперь братья Лихуды, преподававшіе науки въ новой академіи, но реакція противъ латинства, все разрастаясь добралась и до нихъ».

Начало московской академіи, тѣсно связано съ Лихудами. Академическое обученіе открылось непосредственно послѣ пріѣзда Лихудовъ, сначала, до постройки особаго зданія, въ кельяхъ Богоявленскаго мон. Царь Ѳеодоръ предоставлялъ въ ея пользу свою библіотеку, вотчины восьми монастырей, одну дворцовую волость и 10 пустошей. Право суда надъ людьми предоставлялось ея блюстителю вмѣстѣ съ учителями. Послѣднимъ обѣщаны были пенсіи, а ученикамъ лучшія мѣста на службѣ. Блюстителемъ и учителями положено было назначать только русскихъ или грековъ, испытанныхъ въ православіи и дававшихъ клятву быть ему вѣрными. Учителей изъ Малороссіи и Литвы дозволялось принимать только по свидѣтельству объ нихъ достовѣрныхъ людей, потому что эти прелестники, сказано въ граматѣ, сначала притворяются православными, а потомъ развратныя словеса всѣваютъ и цѣлостность вѣры нашей терзать начинаютъ. Академія должна была быть блюстительницей православія во всей Россіи. Никто не долженъ былъ держать у себя учителей иностранныхъ языковъ, а долженъ былъ для обученія языкамъ отдавать дѣтей въ академію. Послѣдняя обязывалась смотрѣть за тѣмъ, чтобы въ Россіи не было иновѣрной пропаганды, и за новообращенными, тверды ли они въ вѣрѣ, и за всѣми людьми духовнаго и мірскаго чина, не держитъ ли кто у себя запрещенныхъ книгъ, не вступаетъ ли въ состязанія о вѣрѣ и проч. Академіи предоставлялся и судъ по религіознымъ преступленіямъ: по суду ея, запрещенныя книги должны были подвергаться сожженію; нетвердыхъ въ вѣрѣ она могла подвергать ссылкѣ; иновѣрцевъ, виновныхъ въ хулѣ на православную вѣру, и русскихъ отступниковъ подвергать даже сожженію. Послѣднія полномочія академіи не были осуществлены на практикѣ и ей осталось лишь просвѣтительное дѣло (Знаменскій).

/с. 463/ Первые курсы Лихудовъ начались въ 1686 г. по отстройкѣ зданій академіи въ Заиконоспасскомъ мон. Въ нее переведены были и ученики типографской школы. Въ три года учителя успѣли пройти цѣлый курсъ, состоявшій изъ грамматики, піитики, риторики, логики и физики, частью на греческомъ, частью на латинскомъ языкахъ. Ученики ихъ говорили на обоихъ языкахъ и перевели нѣсколько книгъ. Старшіе изъ нихъ начинали и сами заниматься обученіемъ начинающих. Въ 1688 г. Іоанникій ѣздилъ съ русскимъ посольствомъ въ Венецію, гдѣ пробылъ болѣе трехъ лѣтъ. Поэтому второй курсъ Софроній велъ одинъ и довелъ его къ возвращенію брата тоже до физики. Въ преподаваніи своемъ они старались избѣгать всякихъ слѣдовъ своего западнаго образованія, — схоластическаго метода и господства латыни. Вмѣсто Аристотеля, на первый планъ выдвигали Священное Писаніе и Отцовъ Церкви, вмѣсто латыни — греческій языкъ. Схоластическаго богословія не преподавали вообще. Сначала въ Москвѣ Лихудами были довольны. Доволенъ былъ ими и іерусалимскій патріархъ Досиѳей. Затѣмъ послѣдній началъ дѣйствовать противъ нихъ, подстрекаемый навѣтами завистливыхъ грековъ, съ которыми Лихуды держались холодно и не желали дѣлиться съ ними деньгами. Въ 1693 г. патр. Досиѳей отправилъ въ Москву три посланія — къ царямъ Іоанну и Петру, патріарху Адріану и самимъ Лихудамъ, въ которыхъ рѣшительно требовалъ, чтобы латынь была вовсе изгнана изъ академическаго курса. Лихудовъ онъ укорялъ въ неправильной постановкѣ преподаванія, въ томъ, что они забавляются около физики и философіи. Онъ называлъ ихъ не Лихудами, а Ликудіями (отъ греческаго слова — волкъ), грозилъ даже отлученіемъ. Въ угоду ему братьевъ отставили отъ академіи, предоставивъ имъ право преподавать при типографіи итальянскій языкъ. Патр. Досиѳей считалъ и это недостаточнымъ и требовалъ изгнанія ихъ изъ Москвы. Онъ обвинялъ ихъ въ гордости, въ самозванномъ присвоеніи княжескаго титула и даже въ сношеніяхъ съ турецкимъ правительствомъ. Въ 1701 г. Лихуды были высланы подъ надзоръ въ Ипатьевскій мон. въ Костромѣ. О дальнѣйшей ихъ дѣятельности будетъ сказано въ слѣдующемъ отдѣлѣ.

Мѣсто Лихудовъ заняли въ академіи ихъ ученики, не имѣвшіе ни такого образованія, ни такого авторитета, какъ они. Академическій курсъ сократился. Латынь была изъ него изгнана. Патр. Адріанъ мало занимался академіей, которая страдала отъ недостатка въ учителяхъ. Будучи заброшенной, она представляла /с. 464/ и во внѣ печальную картину: зданія ея не поправлялись, потолки и печи обвалились, негдѣ было учить. На такой развалъ обратилъ въ 1697 г. вниманіе царь Петръ I. Въ бесѣдѣ съ патріархомъ онъ выразилъ недовольство безпризорнымъ положеніемъ академіи и указалъ на необходимость опять вызвать въ нее кіевскихъ ученыхъ. Въ 1700 г. патр. Адріанъ вынужденъ былъ сдѣлать блюстителемъ академіи выходца изъ-за границы іером. Палладія Роговскаго. Короткое время онъ слушалъ Лихудовъ. Образованіе свое Роговскій доканчивалъ въ Моравіи и Римѣ, получивъ званіе доктора богословія. Совращенный въ Ольмюнцѣ въ унію, онъ отрекся отъ нея и въ 1699 г. написалъ: «Исповѣданіе и опроверженіе римскихъ догматовъ». Оно содержитъ краткое изложеніе римскаго ученія и сильныя доказательства чистоты ученія русской Церкви. Будучи назначенъ игуменомъ Заиконоспасскаго мон., Палладій Роговскій все же не могъ уже поднять на прежнюю высоту академію. Вступивъ въ свою должность уже утомленнымъ, онъ въ 1703 г. скончался, какъ разъ въ то время, когда, какъ видно будетъ изъ дальнѣйшаго, кіевскіе ученые стали снова усиливаться въ Москвѣ и ихъ латинское образованіе сдѣлалось господствующимъ въ академіи.

Примѣчаніе:
[1] Полное названіе: «Мечецъ духовный, или разговоръ съ іезуитомъ Руткою въ польской землѣ». Переведенъ на славянскій языкъ въ 1690 г.

Источникъ: Н. Тальбергъ. Исторія Русской Церкви. — Jordanville: Типографія преп. Іова Почаевскаго. Свято-Троицкій монастырь, 1959. — С. 453-464.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.