Церковный календарь
Новости


2018-12-13 / russportal
Евсевій Памфилъ. "Четыре книги о жизни блаж. царя Константина". Книга 2-я (1849)
2018-12-13 / russportal
Евсевій Памфилъ. "Четыре книги о жизни блаж. царя Константина". Книга 1-я (1849)
2018-12-12 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 126-й (1899)
2018-12-12 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. Бесѣды на псалмы. На псаломъ 125-й (1899)
2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Православное Догмат. Богословіе митр. Макарія (1976)
2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Свт. Тихонъ Задонскій, еп. Воронежскій (1976)
2018-12-10 / russportal
Лактанцій. Книга о смерти гонителей Христовой Церкви (1833)
2018-12-10 / russportal
Евсевій, еп. Кесарійскій. Книга о палестинскихъ мученикахъ (1849)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Истинное христіанство есть несеніе креста (1975)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Сознаемъ ли мы себя православными? (1975)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, какъ душѣ обрѣсти Бога (1895)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, что не должно соблазнять ближняго (1895)
2018-12-07 / russportal
Тихонія Африканца Книга о семи правилахъ для нахожд. смысла Св. Писанія (1891)
2018-12-07 / russportal
Архим. Антоній. О правилахъ Тихонія и ихъ значеніи для совр. экзегетики (1891)
2018-12-06 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 16-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
2018-12-06 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 15-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - пятница, 14 декабря 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 14.
Церковная письменность Русскаго Зарубежья

Н. Д. Тальбергъ († 1967 г.)

Николай Дмитріевичъ Тальбергъ (1886-1967), русскій духовный писатель, публицистъ, историкъ, вѣрное чадо РПЦЗ. Родился 10 (23) іюля 1886 г. въ мѣст. Коростышевъ ок. Кіева. Окончилъ въ 1907 г. Императорское училище правовѣдѣнія въ С.-Петербургѣ. Поступилъ на службу въ Министерство внутреннихъ дѣлъ, гдѣ по мѣрѣ силъ стоялъ на стражѣ православной монархіи и боролся съ революціоннымъ движеніемъ. Послѣ переворота 1917 г. — участникъ подпольнаго монархическаго движенія въ Россіи и на Украинѣ. Съ 1920 г. въ эмиграціи. Жилъ въ Берлинѣ, Парижѣ и Бѣлградѣ, а съ 1950 г. — въ США. Одинъ изъ лидеровъ Высшаго монархическаго совѣта, участникъ Второго Всезарубежнаго Собора 1938 г. Защищалъ монархическія и строго православныя идеи въ журналахъ «Двуглавый орелъ», «Отечество», «Россія», «Русская жизнь», «Православный Путь», «Православная Русь» и др. Ведущій церковный историкъ русскаго зарубежья. Съ 1950 г. преподавалъ русскую церковную и гражданскую исторію въ семинаріи при Свято-Троицкомъ монастырѣ въ г. Джорданвилль. Скончался 16 (29) мая 1967 г. въ Нью-Іоркѣ. Похороненъ на кладбищѣ Свято-Троицкаго монастыря (Jordanville, USA). Основные труды: «Возбудители раскола» (Парижъ, 1927), «Церковный Расколъ» (Парижъ, 1927), «Святая Русь» (Парижъ, 1929), «Пространный мѣсяцесловъ русскихъ святыхъ» (Jordanville, 1951), «Покаянный подвигъ Александра Благословеннаго» (1951), «Въ свѣтѣ исторической правды» (1952), «Къ 500-лѣтію паденія Второго Рима» (1953), «Полвѣка архипастырскаго служенія» (1956), «Императоръ Николай I-й» (1956), «Скорбный юбилей» (1956), «Мужъ вѣрности и разума» (1957), «Исторія Русской Церкви» (1959), «Отечественная быль» (1960), «Царская Россія и восточные патріархи» (1961), «Императоръ Николай I-й въ свѣтѣ исторической правды» (1961), «Исторія Христіанской Церкви» (1964), «Къ 40-лѣтію пагубнаго евлогіанскаго раскола» (1966).

Сочиненія Н. Д. Тальберга

Н. Д. Тальбергъ († 1967 г.)
ИСТОРІЯ РУССКОЙ ЦЕРКВИ.

Часть пятая.
Церковь въ восемнадцатомъ столѣтіи.

Страданія православныхъ въ польскихъ областяхъ. Уніаты.

Въ XVIII вѣкѣ православные, находившіеся въ предѣлахъ, все болѣе разваливавшагося, польскаго государства, испытывали большія гоненія отъ католиковъ. Правительство издавало суровые законы противъ православныхъ. Въ 1717 г. запрещено было строить православные храмы и починять ветхіе. Затѣмъ отнято было у православныхъ право участвовать въ сеймикахъ для избранія /с. 651/ депутатовъ на общій сеймъ. Въ 1733 г. сеймъ устранилъ всѣхъ «диссидентовъ» (православныхъ и лютеранъ) отъ всѣхъ общественныхъ должностей. Все это дѣлалось подъ давленіемъ папъ и ихъ епископовъ. Поощрялись фанатическія выступленія противъ православныхъ.

«Трудно изобразить всѣ жестокости», пишетъ архіеп. Филаретъ, «какія позволяли себѣ дѣлать противъ православія. Не оставалось позорнаго имени, которымъ не клеймили бы публично православныхъ. Теперь вѣру ихъ называли уже не только холопскою вѣрою, но вѣрою аріанскою, собачьею. Украйна и Бѣлоруссія назывались раrtеs іnfіdеlіum — «странами невѣрныхъ»; туда отправлялись толпы базиліанъ и доминикановъ, въ видѣ миссіонеровъ, а имъ на помощь спѣшили мечъ и инквизиція. Православныхъ священниковъ привязывали къ столбамъ, били плетьми, сажали въ тюрьмы, морили голодомъ, травили собаками, рубили имъ саблями пальцы, ломали руки и ноги; кто и затѣмъ оставался еще въ живыхъ, но не хотѣлъ уніи, тѣхъ выгоняли изъ домовъ, и пріюта изгнанникамъ и семействамъ ихъ не смѣло давать состраданіе. Въ 1736 г. епископы папскіе выпросили у короля универсалъ — не иначе поставлять православныхъ священниковъ, какъ по соизволенію самого короля, а помѣщики давали одобренія (рrеzеnta) только соглашавшимся на унію. — На монастыри днемъ дѣлали нападенія, грабили или жгли ихъ, монаховъ терзали, чѣмъ могли, часто убивая до смерти. Не говоримъ объ имѣніяхъ церковныхъ и монастырскихъ, которыя были отнимаемы разбоемъ. Деревенскихъ обывателей и мѣщанъ мучили безчеловѣчными пытками, чтобы сдѣлать уніатами, или римлянами».

Епископъ могилевскій Георгій Конисскій, во второй половинѣ XVIII в., говорилъ въ словѣ, произнесенномъ въ Виленскомъ монастырѣ: «Духовные и сильные мірскою властію гоняли православный народъ, какъ овецъ, въ костелъ, или уніатскій храмъ. Во время самаго чтенія евангелія входилъ въ храмъ приказчикъ, билъ народъ плетью и гналъ его, какъ скотъ изъ хлѣва. Многіе претерпѣли разореніе домовъ, мучительные побои, а другіе и самую смерть... Дѣтей били розгами предъ глазами матерей, матерей — предъ глазами дѣтей. Тутъ вопли и рыданія, какіе слышны были, можетъ быть, только при Иродѣ...» «На моихъ глазахъ», продолжаетъ пастырь-проповѣдникъ, «нѣсколько разъ сѣкли дѣвицу сперва розгами, потомъ шиповникомъ, чтобы отреклась отъ вѣры нашей, и — не отреклась. Женщину съ груднымъ младенцемъ полгода держали въ тюрьмѣ; младенца она лишилась тамъ же, а мужъ битъ и замученъ особо; ей самой жгли пальцы, чтобы /с. 652/ отреклась нашей вѣры, и — не отреклась. Другая въ мѣстечкѣ Невлѣ закована была въ куницу (въ желѣзный тѣсный ошейникъ) и удавлена».

По трактату вѣчнаго мира Россіи съ Польшей, заключенному въ 1686 г., первая получила право ходатайствовать за православныхъ жителей Рѣчи Посполитой. Съ тѣхъ поръ несчастное православное населеніе постоянно обращало взоры свои на Россію и ждало отъ нея помощи. Въ 1722 г. еп. Сильвестръ, прибывъ въ Москву, горько жаловался Петру I на шляхтича Свяцкаго, который, принуждая священника своей вотчины въ Оршанскомъ повѣтѣ къ уніи, подвергъ его ужасному истязанію нѣсколькими стами палочныхъ ударовъ. Когда владыка, встрѣтивъ его на дорогѣ подлѣ Могилева, сталъ говорить ему объ обидахъ священника, Свяцкій нанесъ ему два удара саблей и ранилъ руку. Петръ приказалъ своему посланнику въ Варшавѣ кн. С. Г. Долгорукому послать въ Могилевъ комиссара Игнатія Рудаковскаго, который долженъ былъ изслѣдовать обиды, наносимыя православнымъ. Канцлеру гр. Головкину приказано было дать знать о гоненіяхъ въ Римъ кардиналу Спиноли, для представленія о томъ папѣ: «Его величество въ своей имперіи — говорилось въ этомъ сообщеніи — не допускаетъ чинить никакого препятствія въ отправленіи духовнымъ римскаго исповѣданія, паче же имъ позволяетъ всякую свободность и костелы. А ежели католики польскіе и литовскіе непрестанутъ такое гоненіе чинить христіанамъ греческаго закона, принуждая ихъ съ такимъ непристойнымъ насиліемъ къ уніи, то его величество принужденъ будетъ противъ своего намѣренія повелѣть, въ репрессалію онаго, духовнымъ латинскаго закона, въ Россіи обрѣтающимся, отправленіе того закона запретить». Тогда же обратился къ императору прусскій король съ ходатайствомъ за гонимыхъ въ Польшѣ протестантовъ.

По кончинѣ имп. Петра, Рудаковскій былъ отозванъ изъ Могилева, что опечалило еп. Сильвестра. Въ 1725 г. владыка писалъ имп. Екатеринѣ I: «По отъѣздѣ комиссара изъ Могилева, двоихъ служителей моихъ посадили въ тюрьму безо всякой причины, оковали имъ руки и ноги, стоящихъ къ стѣнѣ за шею приковали и шесть недѣль голодомъ морятъ; боясь такой же бѣды, прочіе духовные и мірскіе люди разбѣжались, оставя меня съ однимъ священникомъ. Если не присланъ будетъ скоро комиссаръ, то принужденъ буду оставить церковное правленіе. Тѣмъ сильнѣе дѣйствуютъ іезуиты на могилевскихъ мѣщанъ, которые не надѣются больше на русское покровительство. Также недавно прислали ко /с. 653/ мнѣ мѣщане бѣшенковицкіе съ жалобою, что Православный священникъ отъ нихъ изгнанъ, и скоро они принуждены будутъ сдѣлаться уніатами. Виленскій бискупъ Чернявскій постановилъ, чтобъ церкви Православныя не строились выше школъ жидовскихъ; въ Оршѣ запрещено строить каменныя церкви; а частныя обиды дѣлаются Православнымъ каждый день». Въ 1728 г. еп. Сильвестръ, за мѣсяцъ до своей кончины, писалъ имп. Петру II, высказывая опасенія, что послѣ его смерти уніаты постараются «восхитить престолъ Бѣлорусскій». Назначенный его преемникомъ, архим. Межигорскаго мон. Арсеній Берло, не былъ признанъ королемъ, потому что онъ изъ Кіева и не является польскимъ шляхтичемъ. Въ 1732 г. епископомъ бѣлорусскимъ былъ избранъ польскій шляхтичъ Іосифъ (Волчанскій), игуменъ кіевскаго Пустынно-Николаевскаго мон.

Польскій король Августъ III, избранный послѣ смерти отца при поддержкѣ Россіи, обязался на коронаціонномъ сеймѣ въ январѣ 1734 г. сохранить православнымъ всѣ ихъ привиллегіи. Обѣщано было въ 1736 г. успокоеніе православнымъ и на пацификаціонномъ сеймѣ. Но при слабомъ королѣ обѣщанія оставались безъ исполненія. Еп. Іосифъ въ 1740 г. молилъ Сѵнодъ о защитѣ или объ увольненіи его, т. к., по старости и болѣзни «отнюдь никакими мѣрами самому собою удержати ежечасно умаляющагося святаго православія невозможно». Тогда же новый комиссаръ-резидентъ Голембовскій писалъ канцлерамъ литовскому, коронному и примасу объ обидахъ православнымъ. Примасъ ему ничего не отвѣчалъ. «Да отъ него», доносилъ резидентъ Сѵноду, «ничего иного ожидать не можно, ибо онъ къ римской католической вѣрѣ зѣло ревнителенъ и весь свѣтъ къ сей вѣрѣ привлещи хощетъ». Примасомъ королевства, съ званіемъ архіепископа гнѣзненскаго, былъ съ 1738 г. Христофоръ Шембекъ. Русскій посланникъ гр. Кейзерлингъ писалъ про Шембека что «у него для распространенія вѣры все дозволяется и за безгрѣшно поставляется».

Въ 1742 г. епископъ Іосифъ былъ назначенъ архіепископомъ московскимъ. Бѣлорусскимъ епископомъ былъ поставленъ съ 1744 года братъ его, Іеронимъ (Волчанскій), бывшій старшимъ виленскаго Святодуховскаго мон. Имп. Елисавета старалась заступаться за православныхъ. 15 ноября 1743 г. она поручила резиденту Голембовскому сдѣлать польскому правительству заявленія о гоненіяхъ, претерпѣваемыхъ православными, съ угрозой прибѣгнуть къ силѣ. Отмѣчая наижесточайшія гоненія, государыня писала ему, что «съ бѣдными людьми не инако обходятся, равно какъ бы оные весьма и христіанскому обществу не принадлежали и /с. 654/ ихъ Божія служба преступленіемъ, а церкви и монастыри ихъ соблазнительными домами были». 24 ноября того же года императрица послала къ королю грамату, требуя «совершенной по трактатамъ сатисфакціи православнымъ и возвращенія отнятыхъ на унію монастырей и церквей съ ихъ имѣніями». Король обѣщалъ все это прекратить. На королевскій же о семъ указъ, канцлеры и католическія и уніатскія власти сообщили, что жалобы православныхъ неосновательны. Ни къ чему не привела и созданная Комиссія для разбора приносимыхъ православными жалобъ, въ составѣ назначенныхъ русскихъ и поляковъ членовъ ея. Епископъ Іеронимъ не вѣрилъ въ то, что Комиссія поможетъ. Онъ писалъ Голембовскому въ 1747 г.: «Не только ни одно духовное лицо не можетъ явиться въ комиссію съ своими жалобами, но и ко мнѣ являться съ жалобами имъ запрещаютъ. Духовенство боится бывать у меня и съ своими церковными нуждами; а которые прежде письменно доносили мнѣ о своихъ обидахъ, — тѣ теперь очень объ этомъ жалѣютъ боясь за свое здоровье и жизнь, видя примѣръ священника Расенскаго — Цитовича, который для сохраненія жизни оставилъ церковь, домъ, жену и дѣтей, ушелъ въ Могилевъ, скитается здѣсь теперь и, для спасенія отъ смерти, собирается уйти за границу. Огинскій, надворный маршалокъ Литовскій, въ нынѣшній проѣздъ свой въ Вильну для открытія трибунала, заѣхалъ въ Борисовъ, гдѣ приказалъ всѣмъ обывателямъ стать передъ собою, склонялъ ихъ къ уніи и, наконецъ, приказалъ борисовскому своему подстаростѣ, что если кто подастъ мнѣ жалобу на религіозное гоненіе, то для такихъ челобитчиковъ поставить колья и висѣлицы, причемъ запретилъ починку церкви и колокольни, вѣнчаніе, крещеніе младенцевъ и прочіе обряды». Владыка Іеронимъ едва не былъ убитъ въ 1748 г. Кавецкимъ, слугою пана Занкевича, буянившаго въ его домѣ, потомъ напавшаго на архипастыря на дорогѣ, ругавшаго владыку и стрѣлявшаго въ него изъ пистолета. Папа не переставалъ разжигать фанатизмъ въ магнатахъ и духовенствѣ. По кончинѣ въ 1754 г. еп. Іеронима, онъ настаивалъ не допускать избранія преемника ему.

Въ Кіевѣ 20 авг. 1755 г. епископомъ бѣлорусскимъ былъ посвященъ ректоръ тамошней академіи, архимандритъ Георгій Конисскій (по актамъ Конискій). Въ мірѣ Григорій, сынъ бургомистра г. Нѣжина, онъ родился въ 1717 г. Отлично окончивъ кіевскую академію, онъ потомъ преподавалъ въ ней піитику, богословіе и философію; въ 1744 г. принялъ постригъ въ Лаврѣ. Знаменскій такъ описываетъ то время и пережитое новымъ епископомъ, съ 1783 г. архіепископомъ: «Георгій Конисскій однажды въ Оршѣ /с. 655/ едва спасся отъ католическаго изувѣрства, выѣхавъ изъ города въ телѣгѣ, прикрытой навозомъ; въ другой разъ толпа іезуитскихъ школяровъ напала на его собственный архіерейскій домъ, перебила и переломала все, что попалось подъ руку, архіерейскихъ людей и монаховъ избила и изувѣчила, самъ же архіерей едва успѣлъ укрыться въ одномъ сыромъ подвалѣ. Іезуиты не рѣдко такимъ образомъ натравливали своихъ школяровъ на самыя возмутительныя насилія; эта нафанатизированная ими молодежь дѣлала опустошительные набѣги на православныя церкви и монастыри, разбивала похоронныя и др. процессіи православныхъ, при чемъ нечестиво ругалась надъ святынями, топтала ногами кресты, рвала облаченія. Всѣ подобныя вещи представляемы были въ видѣ только дѣтскихъ шалостей и оставались безнаказанными. Другимъ подручнымъ воинствомъ іезуитовъ были разнузданные польскіе жолнеры и уличная чернь. Но и сами паны и польскія власти постоянно прибѣгали къ насиліямъ и жестокостямъ, какъ только имъ приходило въ голову возревновать о распространеніи католичества или уніи. То тамъ, то въ другомъ мѣстѣ панъ начиналъ приводить въ унію «схизматицкаго» попа, билъ его плетьми, морилъ въ тюрьмѣ, кормилъ въ насмѣшку однимъ сѣномъ, запрягалъ въ телѣгу для возки воды или навоза, травилъ собаками, рубилъ пальцы и т. п. Прикащикъ пана силой врывался въ православную церковь во время богослуженія и выгонялъ плетью и народъ, и духовенство. Духовная католическая власть смотрѣла на Бѣлоруссію и Украйну, какъ на раrtеs іnfіdelium, и снаряжала туда цѣлыя миссіи изъ базиліанъ и доминиканъ подъ прикрытіемъ жолнеровъ; миссія загоняла народъ, какъ скотъ, плетьми въ костелъ или уніатскую церковь и всѣхъ записывала въ число обращенныхъ, а несогласныхъ на такое обращеніе отдавала подъ судъ, какъ отступниковъ. Православныя церкви обращались въ уніатскія, остававшіяся за православными запрещено было ремонтировать. Сама унія была все болѣе и болѣе наклоняема къ сближенію съ католичествомъ».

Чистовичъ пишетъ о владыкѣ Георгіи: «Въ первые годы своего правленія онъ былъ не въ лучшемъ положеніи, чѣмъ его предшественникъ, и посылалъ жалобу за жалобой на оскорбленія, которымъ постоянно подвергался. Но онъ имѣлъ свойства, какихъ не имѣлъ его предшественникъ. Кромѣ того, что онъ былъ еще молодъ (ему было 37 лѣтъ) и выносчивъ, онъ былъ довольно гибокъ и подъ часъ уклончивъ, умѣлъ найтись во всякомъ затруднительномъ положеніи и не только не потеряться въ самыхъ затруднительныхъ обстоятельствахъ, но еще подмѣтить и направить въ свою пользу /с. 656/ слабыя стороны своихъ противниковъ. По складу его малороссійскаго ума, самыя серьезныя донесенія его правительству блещутъ юморомъ и остроуміемъ. Иронія и острота пробиваются у него сквозь слезы. Грустно, невыносимо тяжело: а малороссійскій юморъ все-таки беретъ свое».

Въ сентябрѣ 1762 г. владыка Георгій, присутствуя на коронованіи имп. Екатерины II, въ трогательной и сильной рѣчи предъ ея трономъ, изобразилъ тяжелое положеніе православныхъ въ польскихъ владѣніяхъ. Императрица рѣшительно выступила въ защиту православныхъ, давая указанія своимъ посланникамъ въ Варшавѣ. Въ 1764 г., при поддержкѣ государыни, избранъ былъ польскимъ королемъ графъ Станиславъ Понятовскій, принявшій имя Станислава Августа. «Георгій (1765 г.)», пишетъ архіеп. Филаретъ, «съ трогательнымъ краснорѣчіемъ изобразилъ предъ нимъ всю тягость страданій православнаго народа и всю несправедливость польскаго правительства. «Одна только вѣра, — говорилъ исповѣдникъ-пастырь, — ставится намъ въ преступленіе... Христіанъ гнетутъ христіане, вѣрныхъ — вѣрные, болѣе, чѣмъ невѣрные. Наши храмы, гдѣ прославляется Христосъ, затворены, а жидовскія синагоги открыты. Что мы не дерзаемъ преданій человѣческихъ ставить наравнѣ съ вѣчнымъ закономъ Божіимъ, не мѣшаемъ съ небомъ земли, за то называютъ насъ раскольниками, еретиками, отступниками. За то, что страшимся безстыдно поступать противъ совѣсти, присуждаютъ насъ въ темницы, на раны, на мечъ, на огонь». Король глубоко тронутъ былъ и сказалъ: «все будетъ подтверждено вамъ, на что имѣете прежнія права». Рѣчь Конисскаго обратила на себя вниманіе всей Европы: ее переводили на всѣ языки и читали съ скорбію. Отголоскомъ живѣйшаго участія Европы въ судьбѣ диссидентовъ служили самыя дѣла дворовъ: вслѣдъ за твердою нотою князя Репнина о возстановленіи въ Польшѣ правъ иновѣрцевъ, дворы: англійскій, прусскій, шведскій, датскій потребовали того же отъ Польши. Сеймъ, увлеченный фанатизмомъ краковскаго бискупа Каетана Солтыка, отвергъ требованія пяти дворовъ; — мало того, — положилъ еще болѣе стѣснить свободу въ вѣрѣ. Это рѣшеніе произвело всеобщій ропотъ въ Польской Пруссіи и въ Литовскомъ княжествѣ. Въ Торнѣ и Слуцкѣ составились конфедераціи дворянъ съ протестаціею противъ сейма. Вслѣдъ за тѣмъ явились союзы въ другихъ мѣстахъ, числомъ до 200. Георгій издалъ тогда древнія «права и вольности жителей греческаго исповѣданія въ Польшѣ и Литвѣ». Императрица издала манифестъ и велѣла двинуть войска къ Польшѣ. /с. 657/ Король, доселѣ не совсѣмъ согласный съ стороною диссидентовъ, созвалъ новый сеймъ.

Въ 1766 г. состоялся сеймъ. Кн. Н. В. Репнинъ, вмѣстѣ съ министрами датскимъ, прусскимъ и англійскимъ, сдѣлалъ польскому правительству заявленіе, что ихъ дворы согласились дѣйствовать въ защиту православныхъ и диссидентовъ, почему ими требуется возстановленіе диссидентовъ во всѣхъ ихъ древнихъ правахъ и вольностяхъ. На сеймѣ особенно рѣзко выступалъ противъ краковскій бискупъ Солтыкъ. «Если-бы я увидѣлъ — кричалъ онъ — отворенныя для диссидентовъ двери въ сенатъ, избу посольскую, въ трибуналы, то заслонилъ бы имъ эти двери собственнымъ тѣломъ, пусть бы стоптали меня. Если бы я увидѣлъ мѣсто приготовленное для постройки иновѣрнаго храма, то легъ бы на это мѣсто, пусть бы на моей головѣ заложили краеугольный камень зданія». Рѣчи его производили впечатлѣніе на фанатическую толпу сеймовыхъ пословъ. Требованія Россіи и другихъ державъ оставлены были безъ удовлетворенія. Рѣшеніе это возмутило имп. Екатерину. На донесеніи Репнина объ исходѣ сейма она написала: «достоинство наше и истинные отъ Бога ввѣренной имперіи требуютъ привести единожды къ желаемому окончанію толь явно и торжественно начатое дѣло». Репнинъ началъ дѣйствовать. Благодаря его стараніямъ, въ 1767 г. явились двѣ конфедераціи: одна въ Торнѣ, въ составъ которой вошли диссиденты, другая — на Волыни, въ Слуцкѣ, къ которой примкнули диссиденты и православные. Актъ послѣдней конфедераціи подписалъ и еп. бѣлорусскій Георгій, на ней присутствовавшій. Репнинъ сумѣлъ организовать конфедерацію и изъ католиковъ, недовольныхъ королемъ и Чарторыйскими, его выдвинувшими. Всѣ три конфедераціи соединились въ одну общую въ Радомѣ. Репнинъ заставилъ примкнуть къ конфедераціи и короля. Для узаконенія правъ православныхъ и диссидентовъ конфедераты требовали созыва чрезвычайнаго сейма. Въ 1767 г. онъ былъ созванъ. Снова рѣзко выступилъ бискупъ Солтыкъ, поддержанный кіевскимъ бискупомъ Залусскимъ и краковскимъ воеводою Вацлавомъ Ржевусскимъ. Поощрялъ ихъ папскій нунцій. Низшее духовенство и монахи проповѣдывали въ странѣ необходимость стоять за католичество. Репнинъ, опираясь на воинскую силу, распорядился схватить этихъ трехъ лицъ и отправить ихъ въ Россію. Сеймъ смирился. Назначена была делегація сейма, которой поручено было разработать проектъ улучшенія положенія православныхъ и диссидентовъ. Выработанное ею длинное положеніе принято делегатами 13/24 фев. 1768 г. Сеймъ возобновилъ /с. 658/ свои занятія 15/26 февр. 1768 г. и прежде всего утвердилъ положеніе (трактатъ). Такимъ образомъ, имп. Екатерина II, стремившаяся, какъ и прежніе русскіе монархи, облегчить горькую участь православныхъ въ Рѣчи Посполитой, достигла намѣченной цѣли: сеймъ возвратилъ имъ всѣ гражданскія и церковныя права и преимущества. Римское исповѣданіе продолжало считаться господствующимъ въ Польшѣ. Папа Климентъ XIII сильно укорялъ короля Станислава за постановленія сейма. Тотъ отвѣтилъ: «не уступая немногаго, потеряемъ все». Особымъ договоромъ 1768 года между Россіей и Польшей постановлено: «Бѣлорусскаго епископа навсегда сохранить при восточной вѣрѣ со всѣми монастырями, церквами и ихъ фундаціями...»

Вмѣстѣ съ еп. Георгіемъ на сеймъ ѣздилъ извѣстный борецъ за православіе, игуменъ Матронинскаго мон. въ Чигиринской области Мельхиседекъ (Значко-Яворскій). Онъ былъ ближайшимъ сподвижникомъ, тоже ревнителя вѣры, епископа Переяславскаго, Гервасія (Линцевскаго), прав. съ 1757 по 1768 г. Переяславская каѳедра была средоточіемъ народнаго движенія для отстаиванія православія. Ей подчинены были православные приходы польской Малороссіи. Въ Переяславѣ ставились священники для строившихся по селеніямъ храмовъ. Въ то время отдѣльные приходы уходили изъ уніи. Мельхиседекъ вернулся въ Малороссію съ граматой короля о прекращеніи гоненій.

Польская шляхта и католическое духовенство не пожелало признать постановленія сейма. Каменецкій бискупъ Красинскій ходилъ въ одеждѣ пилигрима по Польшѣ, возбуждая ненависть къ диссидентамъ. Папскій нунцій и духовенство въ проповѣдяхъ проповѣдывали крестовый походъ противъ православной Россіи. 29 февраля 1768 г. состоялась конференція въ подольскомъ городѣ Барѣ. Лозунгомъ ея было «за вѣру и свободу — т. е. въ защиту умаленныхъ правъ католической церкви и противъ покровительства Россіи, которая получила право надзора за внутренней жизнью Польши. Въ борьбѣ за свои права «Барскіе конфедераты» не щадили православнаго народа. Архимандритъ Матронинскаго мон. Мельхиседекъ былъ посаженъ въ тюрьму. Начались истязанія священниковъ и православнаго народа. Нѣкій Кожевскій былъ обвернутъ пенькою и сожженъ. Тогда малороссійскій народъ возсталъ противъ поляковъ. Началось возстаніе гайдамаковъ, носившее названіе коліивщини. Еп. Гервасій и архим. Мельхиседекъ не смогли удержать взрывъ народной ненависти. Избивались безпощадно евреи, уніатскіе священники, ксендзы, паны; разорялись /с. 659/ усадьбы послѣднихъ. Страшному разгрому подвергся гор. Умань — «уманская рѣзня».

Соловьевъ, отмѣчая, что польскій король безпристрастно и правдиво отнесся къ происшедшему, приводитъ письмо Станислава-Августа къ Жофрэнъ: «Нѣсколько фанатиковъ стали грозить крестьянамъ нашей Украйны всевозможными бѣдствіями, если они не перестанутъ быть Греками неуніатами и не обратятся въ Грековъ уніатовъ, т.-е. не перестанутъ объяснять Троицу, какъ объясняютъ ее въ Петербургѣ, и не начнутъ объяснять ее по римскому способу. Судите, могутъ ли несчастные крестьяне тутъ понимать что-нибудь? Но этого было достаточно, чтобъ возмутить ихъ, а возстаніе этихъ людей не шутка! Ихъ много, они вооружены и свирѣпы, когда возмутятся. Они теперь побиваютъ своихъ господъ съ женами и дѣтьми, католическихъ священниковъ и Жидовъ. Уже тысячи человѣкъ побито. Бунтъ распространяется быстро, потому что фанатизмъ религіозный соединяется у нихъ съ жаждою воли. Фанатизмъ греческій и рабскій борется огнемъ и мечемъ противъ фанатизма католическаго и шляхетскаго. Вѣрно одно, что безъ Барской конфедераціи этого новаго несчастья не было бы» [1].

Король обратился за помощью къ имп. Екатеринѣ противъ конфедератовъ и гайдамаковъ. Русскія войска усмиряли и тѣхъ и другихъ. Къ сожалѣнію, кн. Репнинъ принадлежалъ къ числу вольнодумцевъ и не заботился о томъ, чтобы, при этомъ усмиреніи, не страдали бы слишкомъ православные, доведенные до отчаянія. Въ подстрекательствѣ къ безпорядкамъ онъ обвинилъ еп. Гервасія и архим. Мельхиседека. Оба они отправлены были на покой въ Россію. Польша за все это поплатилась первымъ ея раздѣломъ въ 1772 г. Россія получила тогда Бѣлоруссію. Польша обязалась успокоить православныхъ, еще оставшихся въ ея предѣлахъ.

Въ Малороссіи, оставшейся подъ польскимъ владычествомъ, положеніе православной Церкви не измѣнилось. На православныхъ правительство продолжало смотрѣть съ опаской, страшась новой коліивщины. Большую враждебную дѣятельность, въ особенности въ воеводствахъ кіевскомъ и брацлавскомъ, развивали уніаты, подъ водительствомъ ихъ митрополита Іасона Смогоржевскаго. При содѣйствіи польскихъ помѣщиковъ отнимались у православныхъ церкви и передавались уніатамъ. Послѣдними, по даннымъ М. /с. 660/ Кояловича [2], въ 1776 г. отнято 800 церквей. Въ 1782 г. гетманъ Браницкій, владѣвшій громадными имѣніями въ Бѣлоцерковщи-нѣ, православные приходы, кромѣ одного, передалъ уніатамъ. Исключенія составляли магнаты кн. Ксаверій Любомирскій и молодой кн. Адамъ Чарторыйскій. Любомирскій 12 марта 1782 г. писалъ переяславскому епископу Иларіону, что «уніаты ѣздятъ изъ села въ село и насильно отнимаютъ церкви, выкидываютъ священниковъ изъ ихъ собственныхъ домовъ», и совѣтовалъ донести объ этомъ русскому послу въ Варшавѣ.

Для управленія православными въ польскихъ владѣніяхъ въ 1785 г. назначенъ былъ новый переяславскій епископъ Викторъ (Садковскій). До этого онъ девять лѣтъ пробылъ въ Варшавѣ, занимая должность капеллана домовой церкви русскаго посольства и заслужилъ уваженіе за заботы объ единовѣрцахъ; потомъ былъ посвященъ архимандритомъ въ Слуцкъ, съ присвоеніемъ ему нѣкоторыхъ архіерейскихъ отличій. Будучи епископомъ въ Слуцкѣ, онъ велъ упорную борьбу за православіе. Въ 1787 г. въ Тульчинѣ онъ принесъ присягу на вѣрность Рѣчи Посполитой. Сразу же началась кампанія противъ него. Говорилось, что онъ возбуждаетъ чернь къ рѣзнѣ католиковъ, что въ архіерейскомъ домѣ и въ монастыряхъ приготовлены склады оружія и т. п. Въ апрѣлѣ 1789 г. онъ былъ схваченъ на дорогѣ около Слуцка и увезенъ въ оковахъ въ Варшаву. Произведенные обыски конечно ничего не обнаружили. Владыка Викторъ освобожденъ изъ ченстоховскаго мон. русскими войсками передъ вторымъ раздѣломъ Польши. Въ 1796 г. онъ былъ перемѣщенъ въ Черниговъ, гдѣ скончался въ 1803 г.

Въ Польшѣ же продолжались внутреннія смуты. Страдали при этомъ и православные. Многіе православные священники бѣжали изъ польскихъ владѣній въ кіевскую и екатеринославскую епархіи. Въ Варшавѣ намѣчалось созданіе церковнаго управленія, независимаго отъ Св. Сѵнода. Предположено было подчинить православную Церковь въ Польшѣ константинопольскому патріарху, который въ 1790 г. проявилъ сочувствіе этому. Въ 1791 г. состоялась въ Пинскѣ генеральная конгрегація православныхъ. Участвовали въ ней 96 представителей духовенства, шляхты и мѣщанъ. На ней присутствовали нѣкоторые католики и уніаты. Вынесено было постановленіе о подчиненіи константинопольскому патріарху. Во главѣ Церкви долженъ былъ стоять архіепископъ, съ титуломъ /с. 661/ митрополита. При разсмотрѣніи этого постановленія въ сеймѣ, противъ него выступали болѣе рьяные католики, но все же проектъ былъ одобренъ. Возражалъ папскій нунцій. Внутреннія неурядицы въ Польшѣ помѣшали осуществленію этого проекта. Смута внутри Польши привела въ 1793 г. ко второму ея раздѣлу. Къ Россіи вернулась остальная часть русскихъ земель: Волынь, Подолія и Минская область. Образовалась отдѣльная минская епархія. Католикамъ и уніатамъ предоставлены были свобода совѣсти и правъ. Въ 1794 г. вспыхнуло въ Польшѣ возстаніе, подъ водительствомъ Костюшки. Въ Варшавѣ въ Великій Четвертокъ подъ ножами тайныхъ убійцъ пало болѣе 2000 русскихъ воиновъ. Въ томъ же году Варшава взята была штурмомъ Суворовымъ. Въ 1795 г. послѣдовалъ третій и послѣдній раздѣлъ Польши. Къ Россіи присоединены были Литва и Курляндія. Изъ русскихъ областей досталась Австріи древняя русская Галиція.

Въ теченіе XVIII в. унія все болѣе приближалась къ католичеству. Въ 1720 г. Замойскій уніатскій соборъ съ этою цѣлью распорядился издать для уніатскихъ церквей новые служебники, исправленные на католическій ладъ и со включеніемъ въ сѵмволѣ вѣры прибавки: и отъ Сына. Съ этого времени въ уніатскихъ церквахъ стали понемногу уничтожаться иконостасы и появляться католическіе престолы, завелись исповѣдальни, скамьи для молящихся, органы, звонки и др. католическія принадлежности. Уніатскіе священники начали брить бороды и носить одежду похожую на католическую.

Послѣ сейма 1767 г. еп. Георгій зналъ, что тысячи уніатовъ готовы бросить ненавистную имъ унію, но еще не рѣшаются. Нѣкоторые уніатскіе епископы въ Варшавѣ довѣрительно ставили его въ извѣстность, что имъ не сладка унія и «папская юрисдикція». Сообщая объ этомъ оберъ-прокурору Мелиссино, еп. Георгій писалъ: «...И то дѣлаютъ они не только собою, но и отъ прочихъ братіи своей епископовъ; понеже на нихъ (рѣчь шла о полоцкомъ архіеп. Смогоржевскомъ и коадьюторѣ еп. владимірскомъ Молодовскомъ), яко ученѣйшихъ, всѣ прочіе слагаются». Онъ совѣтовалъ имъ обратиться непосредственно къ императрицѣ, но они опасались быть обвиненными въ государственномъ преступленіи. Получивъ согласіе кн. Репнина на то, чтобы желающіе обратиться въ православіе объявили о своемъ желаніи письменно въ мѣстныхъ судахъ и спѣшили переходить до ратификаціи договора 1768 г., еп. Георгій далъ знать о томъ чрезъ свою консисторію. Къ нему поступило много просьбъ объ этомъ. Онъ послалъ заявленія кн. Репнину для засвидѣтельствованія. Это было /с. 662/ въ февралѣ 1768 г. Въ началѣ марта уніатскіе епископы подали королю Станиславу записку о возвращеніи къ греко-россійской Церкви по соглашеніи его съ императрицей. Еп. Георгій поставилъ объ этомъ въ извѣстность Мелиссино. Императрица Екатерина II не пожелала требовать отъ Польши свободы и безопасности для желающихъ возвратиться въ православіе. Дѣло задержалось на восемь лѣтъ. Все же вернулось 130,000 человѣкъ.

Имп. Екатерина строго придерживалась началъ вѣротерпимости. Католическая бѣлорусская церковь получила даже выгоднѣйшее положеніе, чѣмъ православная. Въ 1773 г. государыня дала ей особаго католическаго архіепископа Станислава Сестренцевича и снабдила его богатѣйшими средствами. Сумма доходовъ его простиралась до 60,000 р., тогда какъ православный бѣлорусскій епископъ получалъ всего 6000 р. Въ 1790 г. учреждены были еще три католическія епархіи. Католическіе монастыри сохранили всѣ свои владѣнія, тогда какъ православные подверглись секуляризаціи. (Знаменскій).

Уніатская церковь была тоже устроена въ видѣ Полоцкой архіепископіи. Имп. Екатерина оставила неприкосновеннымъ даже орденъ іезуитовъ, несмотря на то, что въ 1773 г. онъ былъ упраздненъ папой, по настоянію европейскихъ государей. Орденъ, основавшись въ Полоцкѣ, завелъ тамъ свой новиціатъ, обратившійся въ іезуитскую коллегію, и дѣятельно занялся своимъ обычнымъ дѣломъ — пропагандой латинства.

По мѣрѣ того, какъ уніаты освобождались отъ желѣзной власти польскихъ католиковъ, они бросали унію и возвращались къ вѣрѣ отцовъ. Въ 1794 г. Сѵнодъ сдѣлалъ распоряженіе отправить къ минскому архіепископу способныхъ священниковъ и 2500 антиминсовъ. Къ концу царствованія имп. Екатерины II число возсоединившихся уніатовъ дошло до двухъ милліоновъ и 2300 храмовъ стало собственностью православія. (Архіеп. Филаретъ).

«Георгій Конисскій (или Конискій, какъ въ актахъ)», пишетъ «Правосл. Богословская Энциклопедія», — «архіеп. бѣлорусскій, «необычайный іерархъ русской церкви», «апостольскій трудникъ» въ борьбѣ съ латинствомъ и уніей за православіе и русскую народность; онъ былъ выдающимся дѣятелемъ въ церковно-религіозной и политической жизни сѣверо-западной Россіи второй половины XVIII-го столѣтія. Какъ искусному политическому дѣятелю и неусыпному пастырю, ревностному защитнику православія и русской народности, ему Бѣлоруссія обязана не только сохраненіемъ своей православной вѣры при всѣхъ невзгодахъ, какія приходилось ей испытывать подъ властію польскаго правительства, но и осво/с. 663/божденіемъ ея отъ того тяжелаго польскаго ига, подъ которымъ 200 лѣтъ она страдала. Ему въ значительной степени была обязана и Россія успѣхомъ не только перваго, но и другихъ раздѣловъ Польши. Ему также принадлежитъ начало и великаго дѣла возсоединенія уніатовъ съ православною церковью. Еслибы не Конисскій, то — кто знаетъ? — можетъ быть бѣлорусская церковь еще долгое время и послѣ 1772 года томилась бы подъ гнетомъ фанатизма и изувѣрства католиковъ. — Извѣстенъ Георгій такъ же и какъ славный церковный ораторъ, «восхищавшій Бѣлоруссію своими умными и трогательными поученіями и удивлявшій иногда даже самихъ иностранцевъ». Проповѣди его — жизненныя, съ практическимъ направленіемъ — служатъ для историка вѣрнымъ показателемъ религіозно-нравственнаго настроенія екатерининскаго вѣка и прекраснымъ памятникомъ безбоязненнаго и своевременнаго обличенія распространявшагося невѣрія, вольнодумства и порчи нравовъ современнаго Конисскому бѣлорусскаго общества».

Среди самихъ ревнителей уніи возникло стремленіе къ сближенію ея съ Православіемъ. Уніатскій архіепископъ Ираклій (Лисовскій), правившій съ 1784 г., началъ усердно производить очищеніе уніи отъ всѣхъ вошедшихъ въ нее католическихъ примѣсей. Для изученія православной обрядности онъ предпринялъ путешествіе на Востокъ до Іерусалима. Желая болѣе походить на православнаго архіерея, онъ отростилъ бороду и облекся въ рясу, почти не употреблявшуюся у уніатскаго духовенства. Въ послѣдній годъ царствованія имп. Екатерина собиралась сокращать число уніатскихъ монастырей, составлявшихъ въ этой церкви главную силу латинской партіи. Но она не успѣла привести свое намѣреніе въ исполненіе.

Императоръ Павелъ I 18 марта 1797 г. издалъ указъ въ огражденіе совѣсти крестьянъ, которыхъ помѣщики, по наущенію патеровъ, насильно отторгали отъ православія къ уніи, или отъ уніи къ Риму. Сѵнодъ разрѣшилъ обратившимся изъ уніи, по ихъ желанію, совершать мѣстные обряды, утвердившіеся временемъ, но не противные православію. Но, вмѣстѣ съ тѣмъ, въ это царствованіе католичество окрѣпло. Объяснялось это страхомъ передъ все усиливавшейся французской революціей и мнѣніемъ, что противъ увеличивавшагося въ Европѣ гоненія католичество одно можетъ быть твердой опорой. Наряду съ этимъ имп. Павелъ покровительствовалъ Мальтійскому рыцарскому ордену и даже сталъ во главѣ этого католическаго учрежденія. Около трона его оказались рыцари Мальтійскаго ордена изъ тайныхъ іезуитовъ.

/с. 664/ Іезуиты, среди которыхъ главное значеніе имѣлъ пронырливый и опытный въ интригахъ патеръ Груберъ, проникали всюду, въ особенности въ высшее общество. Груберъ сдѣлался домашнимъ человѣкомъ даже во дворцѣ. Онъ даже представилъ имп. Павлу записку о соединеніи церквей, доказывая мнимыя права римской церкви. По назначенію Сѵнода, отвѣтъ на эту записку составлялъ Евгеній (Болховитиновъ), впослѣдствіи митрополитъ кіевскій. Къ услугамъ іезуитовъ были многочисленные французскіе эмигранты, проникшіе тогда въ Россію и гостепріимно тамъ принятые. Не мало было и польскихъ магнатовъ въ Петербургѣ. Іезуиты завладѣли въ Петербургѣ имѣніями и доходами тамошней католической церкви. Они выпросили себѣ у государя разрѣшеніе посылать миссіи на Востокъ, добились возстановленія своего ордена и избранія орденскаго генерала.

При такомъ усиленіи польскихъ и католическихъ круговъ пріостановилось и дѣло возсоединенія уніатовъ. Имп. Павелъ былъ милостивъ къ уніатамъ, открылъ для нихъ закрытыя епархіи — Луцкую и Брестскую. Онъ не признавалъ за уніатской церковью никакой самостоятельности и подчинилъ ее одному общему управленію съ латинской въ общей католической коллегіи, гдѣ изъ уніатовъ не было ни одного члена. Совращеніе уніатовъ въ католичество не подвергалось взысканію. Этимъ воспользовалась католическая пропаганда, пополняя свои ряды уніатами и передѣлывая унію на свой ладъ.

Православная Церковь распространялась въ западныхъ предѣлахъ Имперіи. Въ шведскую войну при царѣ Петрѣ I Россія не только возвратила свои старыя земли, но пріобрѣла и новыя. Послѣ этого началось возстановленіе православной вѣры. Въ 1708 году возстановлена была Корельская епархія. Въ 1718 г. возобновлены древнія Валаамская и Коневская обители. При Петрѣ завоеваны Эстляндія и Лифляндія, при Екатеринѣ II присоединена была Курляндія. Слѣды древняго православія въ этихъ краяхъ были совсѣмъ истреблены сначала католическимъ орденомъ, а потомъ протестантскимъ владычествомъ. Мѣстное населеніе — эсты и латыши — подавлены были зависимостью отъ помѣщиковъ и пасторовъ, ими выбираемыми. Въ XVIII в. православныхъ тамъ было очень мало.

Примѣчаніе:
[1] Жофрэнъ Марія Тереза (1699-1777), хозяйка извѣстнаго литературнаго салона въ Парижѣ, существовавшаго 25 лѣтъ. Она оказала много услугъ молодому Понятовскому, называвшему ее потомъ матерью (Энцикл. Сл.).
[2] М. Кояловичъ. Исторія возсоединенія Западно-русскихъ уніатовъ старыхъ временъ. СПБ. 1873.

Источникъ: Н. Тальбергъ. Исторія Русской Церкви. — Jordanville: Типографія преп. Іова Почаевскаго. Свято-Троицкій монастырь, 1959. — С. 650-664.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.