Церковный календарь
Новости


2019-01-17 / russportal
Слово (1-е) преп. Макарія Египетскаго (1904)
2019-01-17 / russportal
Посланіе преп. Макарія Египетскаго (1904)
2019-01-16 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 94-е (1895)
2019-01-16 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. Слово 93-е (1895)
2019-01-16 / russportal
Письмо (26-е) блаж. Іеронима Стридонскаго (1893)
2019-01-16 / russportal
Письмо (25-е) блаж. Іеронима Стридонскаго (1893)
2019-01-16 / russportal
Еп. Митрофанъ (Зноско-Боровскій). Недѣля о Самарянкѣ (два слова) (1985)
2019-01-16 / russportal
Еп. Митрофанъ (Зноско-Боровскій). Недѣля о Разслабленномъ (два слова) (1985)
2019-01-16 / russportal
Блаж. Августинъ Иппонійскій. "Исповѣдь". Книга 12-я (1914)
2019-01-16 / russportal
Блаж. Августинъ. Слово въ день свв. мучч. Маккавеевъ (1839)
2019-01-15 / russportal
Еп. Митрофанъ (Зноско-Боровскій). "Радуйтесь!" (1985)
2019-01-15 / russportal
Еп. Митрофанъ (Зноско-Боровскій). Недѣля Женъ-Мѵроносицъ (1985)
2019-01-15 / russportal
Еп. Митрофанъ (Зноско-Боровскій). Ѳомино воскресенье (1985)
2019-01-15 / russportal
Еп. Митрофанъ (Зноско-Боровскій). Пасха (1985)
2019-01-15 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. "Къ Стагирію подвижнику". Слово 2-е (1898)
2019-01-15 / russportal
Свт. Іоаннъ Златоустъ. "Къ Стагирію подвижнику". Слово 1-е (1898)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - пятница, 18 января 2019 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 6.
Церковная письменность

Прот. Константинъ Зноско († 1943 г.)

Протоіерей Константинъ Зноско (1865-1943), церковный историкъ, гимнографъ (авторъ литургическихъ сочиненій). Родился 1 апрѣля 1865 г. въ мѣст. Острына (въ 50 км. къ востоку отъ г. Гродно). Отецъ епископа РПЦЗ Митрофана (Зноско-Боровскаго) и протоіерея Алексія Зноско. Окончилъ Литовскую духовную семинарію въ г. Вильно. Въ 1907-1914 гг. — настоятель Свято-Николаевскаго Братскаго храма г. Брестъ-Литовска. Въ годы Первой міровой войны — полковой священникъ 8-го Финляндскаго стрѣлковаго полка; награжденъ тремя орденами и золотымъ наперснымъ крестомъ на георгіевской лентѣ. Съ 1922 г. — въ эмиграціи въ Польшѣ. Настоятель Свято-Николаевской Братской православной церкви въ г. Брестъ. Одинъ изъ организаторовъ «Русскаго дома», русской школы и гимназіи въ Брестѣ. Скончался 21 іюня 1943 г. въ Брестѣ. Осн. сочиненія: «Житіе и страданія св. препмуч. Аѳанасія, иг. Брестскаго» (Варшава, 1931), «Римская неправда о главѣ Вселенской Церкви» (Варшава, 1932), «Виленская Островоротная или Остробрамская Чудотворная Икона Божіей Матери». (Варшава, 1932), «Житіе и страданія свв. Виленскихъ мучениковъ Антонія, Іоанна и Евстаѳія» (Варшава, 1932), «Житіе прп. Іова, игумена и чудотворца Почаевскаго». (Варшава, 1932), «Латинизація православнаго богослуженія въ уніатской церкви». (Варшава, 1932), «Историческій очеркъ церковной уніи: Ея происхожденіе и характеръ». (Варшава, 1933), Князь К. К. Острожскій и его дѣятельность въ пользу Православія» (Варшава, 1933). Богослужебные тексты: «Служба преп. Стефану, иг. Печерскому, еп. Владиміро-Волынскому» (Варшава, 1928), «Акаѳистъ св. препмуч. Аѳанасію, иг. Брестскому». (Варшава, 1929), «Служба св. препмуч. Аѳанасію, иг. Брестскому». (Варшава, 1929).

Сочиненія прот. Константина Зноско

Прот. Константинъ Зноско († 1943 г.)
ИСТОРИЧЕСКІЙ ОЧЕРКЪ ЦЕРКОВНОЙ УНІИ. ЕЯ ПРОИСХОЖДЕНІЕ И ХАРАКТЕРЪ.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ЛИТОВСКАЯ ЦЕРКОВНАЯ УНІЯ.

Глава III.
Состояніе Западнорусской Церкви при Литовско-Польскихъ короляхъ: Казимирѣ IV (1440-1492), Александрѣ Казимировичѣ (1492-1506), Сигизмундѣ I Казимировичѣ (1507-1548) и Сигизмундѣ II Августѣ (1548-1572).

Когда въ 1439 г. была заключена Флорентійская унія, литовское правительство признало ее. Однако она не имѣла большого значенія для Западнорусской Церкви. Митропо/с. 78/литъ Исидоръ, ратовавшій на Флорентійскомъ Соборѣ за принятіе уніи, какъ извѣстно, былъ осужденъ Московскимъ Соборомъ за измѣну Православію, бѣжалъ въ Римъ, и, хотя признавался въ Литвѣ митрополитомъ, митрополіей не управлялъ. Въ силу этого обстоятельства самъ литовско-польскій король Казимиръ IV призналъ въ 1448 г. митрополитомъ всей, тогда еще не раздѣленной, Русской Церкви избраннаго Москвой митрополита Іону и въ началѣ 1451 г. далъ ему грамоту, въ которой призывалъ епископовъ, духовенство, князей, бояръ и весь народъ православный своего королевства чтить Іону какъ отца-митрополита и слушаться его въ дѣлахъ духовныхъ. Онъ же, несмотря на постановленія Городельскаго сейма, уравнялъ православное духовенство и православно-русскій народъ въ правахъ съ католиками. Такъ продолжалось до 1458 г., пока на Западнорусскую митрополію не явился митрополитъ Григорій, ученикъ и споспѣшникъ осужденнаго Московскимъ Соборомъ митрополита Исидора, посвященный въ митрополиты Григоріемъ Маммой, лишеннымъ Константинопольской патріаршей каѳедры за приверженность къ уніи. Не имѣя никакихъ правъ на Западнорусскую Церковь, папа Пій II воспользовался согласіемъ Исидора, якобы добровольно уступившаго западнорусскія епархіи своему ученику Григорію, назначилъ послѣдняго митрополитомъ для управленія этими епархіями и прислалъ его въ Литву. Въ своей грамотѣ королю Казимиру папа оповѣстилъ, что онъ отнимаетъ «у отщепенца и противника, злочестиваго чернеца Іоны» находящіяся въ его папскихъ владѣніяхъ епархіи греческаго закона и для нихъ поставляетъ особаго митрополита Григорія, и просилъ короля, чтобы тотъ принялъ Григорія на каѳедру Кіевскую и не допускалъ до нея отщепенца Іону и никого другого, кто вздумалъ бы домогаться ея при помощи духовенства и народа; если же Іона или кто другой явится съ этой цѣлью, то приказалъ бы схватить ихъ и въ оковахъ заключить въ темницу. Въ заключеніе папа поручалъ королю подчинить и привести въ послушаніе Григорію всѣхъ епископовъ, духовенство и народъ означенныхъ епархій и оказывать новому митрополиту всякое покровительство и содѣйствіе къ расширенію его правъ, а всѣхъ противящихся тому подвергать тяжкимъ мукамъ. Вотъ какъ энергично принялся папа Пій за насажденіе уніи въ западнорусскихъ епархіяхъ.

Несмотря на протесты Московскаго князя Василія Васильевича и митрополита Іоны, несмотря на договоръ, заключенный съ княземъ Василіемъ, «признать митрополитомъ того, кто будетъ любъ имъ обоимъ», Казимиръ не осмѣлился противиться папѣ, принялъ Григорія и отдалъ ему епархіи: Черниговскую, Смоленскую, Перемышльскую, Туровскую, Луцкую, Владимірскую, Полоцкую, /с. 79/ Холмскую и Галицкую, — т. е. всѣ православныя епархіи Западнорусской Церкви. Мало того, онъ отважился обратиться къ князю Василію Васильевичу съ предложеніемъ принять Григорія и на Москву, но получилъ рѣшительный отказъ.

Признанный королемъ, Григорій былъ признанъ и литовскими епископами, одними — добровольно, а другими — въ силу послѣдовавшихъ противъ нихъ гоненій, конечно, не безъ воли короля, котораго самъ папа уполномочилъ въ своей грамотѣ подвергать тяжкимъ мукамъ тѣхъ, кто станетъ противиться Григорію. Но когда на Московскомъ Соборѣ 1459 года восточнорусскіе епископы предали проклятію Флорентійскую унію и ея ревнителя Григорія, всѣ литовско-русскіе князья и почти всѣ литовскіе епископы со своими паствами отказались признать Григорія своимъ митрополитомъ и остались вѣрными Православію. Такъ, унія опять не удалась въ западнорусскихъ областяхъ, и самъ Григорій въ концѣ концовъ подчинился Константинопольскому патріарху и умеръ православнымъ (1473). Однако ближайшимъ послѣдствіемъ всѣхъ этихъ событій было то, что Западнорусская митрополія окончательно отдѣлилась отъ Восточной и стала управляться самостоятельно, что, конечно, не могло не повліять на успѣшное развитіе въ ней уніи. Ближайшимъ преемникомъ Григорія былъ Мисаилъ (1474-1477). Съ него-то, собственно, и начинается непрерывный рядъ Кіевскихъ православныхъ митрополитовъ послѣ отдѣленія Кіевской митрополіи отъ Москвы. Съ отдѣленіемъ этой митрополіи, православные западнорусы потеряли опеку въ лицѣ Московскихъ митрополитовъ, твердо защищавшихъ Православіе въ Литовско-Польскомъ государствѣ, и Западнорусская Церковь оказалась, при ея стѣснительныхъ обстоятельствахъ, болѣе податливой къ насажденію въ ней уніи. Для успѣшнаго насажденія въ Литвѣ католицизма Казимиръ IV, по совѣту Виленскаго бискупа Войцѣха Табора, задумалъ учредить въ Литвѣ монастыри для католическихъ монаховъ-бернардинцевъ, которыхъ вызвалъ изъ Польши. Прибывшіе въ 1468 г. изъ Польши бернардинцы тотчасъ же разсѣялись по всей Литовской Руси и принялись насаждать латинство. Въ этомъ дѣлѣ имъ помогалъ фанатично настроенный противъ Православія сынъ короля Казимира, королевичъ Казимиръ, умершій отъ чахотки и признанный въ 1604 г. папой Климентомъ VIII святымъ, а іезуитами объявленный патрономъ (покровителемъ) г. Вильны, хотя таковымъ раньше считался какъ у православныхъ, такъ и у католиковъ святитель Николай. Находясь подъ вліяніемъ ксендзовъ, королевичъ Казимиръ выпросилъ у своего отца въ 1480 году повелѣніе, воспрещающее православнымъ жителямъ Литвы, не признавшимъ власти папы, строить новыя церкви и почи/с. 80/нять старыя. Такимъ образомъ, и при Ягайловичахъ въ Литвѣ стала уже проявляться тенденція къ притѣсненію православныхъ за ихъ вѣру. Но нѣтъ, однако, достаточныхъ основаній приписывать иниціативу этихъ преслѣдованій королю Казимиру, который на самомъ дѣлѣ не былъ фанатикомъ католицизма и ненавистникомъ Православія. И если онъ измѣнилъ свои благожелательныя отношенія къ Московскому митрополиту Іонѣ, покровительствовалъ присланному Римомъ Григорію, принималъ мѣры для насажденія уніи между православными, то все это дѣлалъ изъ послушанія папѣ, который грозилъ ему за потворство «схизматикамъ» проклятіемъ. Что угрозы эти слѣдовали не только на словахъ, но и на дѣлѣ, можно убѣдиться изъ слѣдующаго факта. Папскій нунцій въ Польшѣ Балтазаръ де Писціа по порученію папы предалъ проклятію Казимира IV въ 1478 г. «за его покровительство и поддержку еретиковъ и враговъ вѣры» (гуситовъ), о чемъ и увѣдомилъ польскихъ епископовъ. Истинными вдохновителями вражды къ Православію, а вмѣстѣ съ тѣмъ и притѣснителями православныхъ въ Литвѣ, являлись при Казимирѣ IV латинскіе епископы и прочее духовенство, о чемъ засвидѣтельствовали православные митрополиты, духовенство и міряне въ своемъ письмѣ къ папѣ Сиксту IV.

Въ дѣйствіяхъ Казимира по отношенію къ православнымъ, напротивъ, наблюдалось нѣкое благоволеніе къ православнымъ и даже открытое покровительство. Онъ пожаловалъ общую грамоту православному митрополиту и всѣмъ православнымъ епископамъ о неприкосновенности ихъ святительскихъ правъ и суда, а равно церковнаго имущества, хотя гордые прелаты и папы, а съ ними и вся своевольная шляхта, начавшая уже въ его правленіе пріобрѣтать великую силу въ Литовско-Польскомъ государствѣ, мало повиновалась такимъ распоряженіямъ своего короля. При немъ же старый, враждебный православнымъ законъ, запрещавшій допускать ихъ на высшія должности въ Литовскомъ государствѣ, хотя и не былъ отмѣненъ, однако не соблюдался, или по крайней мѣрѣ не всегда соблюдался. Онъ же удерживалъ нѣкоторыхъ областныхъ правителей Литвы отъ вмѣшательства въ духовныя дѣла православныхъ епископовъ. Казимиръ также является фундаторомъ православныхъ церквей. Такъ, въ память спасенія королевы Елизаветы отъ опасности утонуть въ р. Двинѣ, онъ велѣлъ построить нѣсколько православныхъ церквей на берегахъ рѣки Двины, Днѣпра и Сожа: въ Витебскѣ, Бѣшенковичахъ, Могилевѣ, Оршѣ, [Кричевѣ] и Чериковѣ — и подарилъ на содержаніе причтовъ этихъ храмовъ рѣчные перевозы. Кромѣ того надѣлялъ онъ и нѣкоторые монастыри и приходы селами и пашнями. Самый же законъ, изданный Казимиромъ и воспрещавшій право/с. 81/славнымъ строить новые и обновлять старые храмы, объясняется его желаніемъ угодить своему безнадежно больному сыну. По крайней мѣрѣ мы нигдѣ не видимъ, кромѣ Вильны, чтобы Казимиръ настаивалъ на повсемѣстномъ исполненіи его. Нѣтъ ничего удивительнаго, если православные жители Литвы, несмотря на все, что приходилось имъ выносить за свою вѣру въ долголѣтнее царствованіе Казимира, не питали къ нему непріязни, и одинъ изъ нихъ, занося въ лѣтописи извѣстіе о его смерти, назвалъ его «справедливымъ и добрымъ».

Со временъ Казимира IV сохранилась «эпистолія» (посланіе) къ папѣ Сиксту IV отъ 14 марта 1476 г., подписанная митрополитомъ Мисаиломъ и нѣкоторыми духовными лицами и мірянами, въ которой излагается жалоба на латинянъ за чинимыя ими притѣсненія православныхъ и высказывается просьба, чтобы папа водворилъ миръ, согласіе и любовь между православными и латинянами. На основаніи этой эпистоліи уніатскій митрополитъ Ипатій Поцѣй утверждалъ впослѣдствіи, что унія существовала въ Литвѣ до 1596 г., но тщательный анализъ эпистоліи не даетъ и намека на то, чтобы писавшіе ее были уніатами. Напротивъ, число приверженцевъ уніи въ то время было такъ ничтожно, что самъ король Казимиръ въ письмѣ своемъ къ папѣ признавался, что въ Литвѣ много схизматиковъ, причемъ число ихъ не уменьшается, а возрастаетъ.

Такимъ образомъ, несмотря на всѣ чинимыя католическимъ духовенствомъ препятствія для успѣшнаго развитія Православія, Православіе въ Литвѣ за 52-лѣтнее правленіе Казимира IV не оскудѣло, а укрѣпилось, и вмѣстѣ съ тѣмъ умножилось и количество новопостроенныхъ церквей [1].

Казалось, что при королѣ Казимирѣ IV воцарился для Западнорусской Церкви давно желанный миръ, но то былъ не миръ, но лишь ложный призракъ его, тишина кратковременная, непродолжительное отдохновеніе передъ грядущей тяжелой вѣковой борьбой ея съ Римомъ и уніей.

Александръ Казимировичъ (1494-1506).

Западнорусская Церковь, пользовавшаяся при Казимирѣ IV сравнительнымъ спокойствіемъ, при преемникѣ его Александрѣ Кази/с. 82/мировичѣ опять стала подвергаться притѣсненіямъ и преслѣдованіямъ. При немъ въ Литвѣ особенно усилилось вліяніе латинскаго духовенства, со стороны коего обнаружилась къ Православію такая нетерпимость, какой не бывало со временъ Ягайло, хотя король Александръ постоянно увѣрялъ, что Православіе въ Литвѣ пользуется полной свободой. Искренній католикъ, не любившій православныхъ, онъ, однако, чувствовалъ необходимость ладить не только съ Польшей, но и съ Московскимъ княземъ, собирателемъ Русской земли, Іоанномъ III, и съ этой цѣлью женился на дочери его Еленѣ Іоанновнѣ. Но положеніе православныхъ отъ этого брака нисколько не улучшилось. Сама великая княгиня находилась въ стѣсненномъ положеніи относительно своей вѣры и окружавшее ее латинское духовенство старалось совратить княгиню въ католичество.

Александръ Казимировичъ открыто покровительствовалъ католическимъ монахамъ. При немъ въ 1498 г. былъ основанъ въ Полоцкѣ бернардинскій монастырь, а въ 1501 г. призваны въ Вильну изъ Польши доминиканскіе монахи, для содержанія которыхъ онъ отдалъ приходскій костелъ Св. Духа. Такое усиленіе въ Литвѣ католическаго духовенства предпринято было Александромъ для болѣе успѣшнаго совращенія православныхъ въ латинство, и при его поддержкѣ католическіе монахи принялись за это дѣло съ присущей имъ энергіей. Они цѣлыми толпами разъѣзжали по всѣмъ областямъ Литовскаго государства съ проповѣдью объ уніи. Встрѣчая же въ православныхъ непоколебимую преданность родной вѣрѣ, проповѣдники уніи прибѣгали къ насилію: они закрывали православныя церкви, упорныхъ защитниковъ отдавали подъ судъ, заключали въ тюрьмы и т. п. Папа Александръ VI своими грамотами на имя Виленскаго бискупа поддерживалъ ревность своихъ слугъ, а въ грамотахъ къ королю восхвалялъ послѣдняго за его вѣрность Риму. Усердіе католическаго духовенства доходило даже до того, что оно пыталось насильно совратить въ католичество православную супругу Александра Казимировича, Елену Ивановну. Эти попытки предпринимались не безъ вліянія и участія папы Александра VI. Такъ, въ одной изъ своихъ грамотъ, посланной королю Александру (1501), папа, восхваляя его ревность и стараніе обратить православныхъ въ католичество, писалъ: «Ты далъ клятву своему тестю никогда не принуждать Елену къ римской вѣрѣ и даже, если бы она сама захотѣла, не дозволять того, и ты уже пять лѣтъ честно исполняешь обѣщаніе, самъ не принуждая жены; но другіе, свѣтскіе и духовные, сколько ни убѣждаютъ ее, она остается непреклонною. Поэтому ты спрашиваешь нашего совѣта, что тебѣ дѣлать. Мы хотимъ и обязываемъ тебя, чтобы ты, несмотря на данныя обѣща/с. 83/нія и клятвы, отъ которыхъ тебя освобождаемъ, позаботился еще побудить свою жену къ принятію римской вѣры. Если же Елена опять не согласится, то мы поручаемъ Виленскому епископу, чтобы онъ убѣждалъ ее и, въ случаѣ нужды, принуждалъ мѣрами церковнаго исправленія и другими законными средствами; а если и затѣмъ останется непреклонною, то отлучилъ бы ее отъ сожительства съ тобою и совершенно удалилъ отъ тебя». А Виленскаго бискупа Войцѣха Табора папа уполномочилъ въ случаѣ непослушанія Елены не только отлучить ее отъ сожительства съ мужемъ, но и удалить ее изъ дома и все ея имущество конфисковать.

Если папа вкупѣ съ польскимъ католическимъ духовенствомъ дошелъ до такихъ посягательствъ на вѣру дочери могущественнаго Московскаго князя, то что говорить объ отношеніи ихъ къ простымъ смертнымъ, которые не только не имѣли въ своемъ королѣ защитника, а напротивъ, терпѣли отъ него притѣсненія.

Самымъ ярымъ врагомъ православныхъ въ Литвѣ былъ Виленскій бискупъ Войцѣхъ Таборъ. Въ 1501 г. онъ испросилъ у папы Александра VI буллу, которой папа утвердилъ за нимъ право «свѣтскаго меча» и тѣмъ разрѣшилъ ему преслѣдовать и даже казнить противниковъ латинства.

При королѣ Александрѣ сдѣлана была новая попытка ввести въ Литвѣ унію. Послѣ преемниковъ митрополита Михаила, остававшихся православными, на Кіевскую митрополію вступилъ Смоленскій епископъ Іосифъ Болгариновичъ, приверженецъ уніи съ Римомъ, сразу ставшій дѣйствовать въ этомъ направленіи. Онъ обратился къ папѣ Александру VI съ письмомъ, въ которомъ исповѣдалъ вѣру по образцу латинскому, призналъ Флорентійскую унію и отдавалъ себя и свою Церковь подъ покровительство папы. Эта измѣна Православію митрополита Болгариновича, однако, не внесла разложенія въ Западнорусскую Церковь. Въ 1501 г. митрополитъ Болгариновичъ умеръ, и послѣ его смерти почти цѣлое столѣтіе не было попытокъ ввести въ Литвѣ унію, такъ какъ слѣдовавшіе другъ за другомъ митрополиты оставались строгими ревнителями Православія.

Во время гоненій на православныхъ многіе знаменитѣйшіе литовско-русскіе магнаты, не перенося стѣсненій въ вѣрѣ, перешли при королѣ Александрѣ со своими владѣніями подъ власть Московскаго государя. Объ этомъ переходѣ и о приверженности русскихъ къ родной вѣрѣ вотъ что писалъ въ 1500 году краковскій каноникъ Иванъ Сокранъ: «Изъ всѣхъ народовъ, носящихъ имя христіанъ, но отдѣленныхъ отъ Римской Церкви, нѣтъ ни одного, который былъ бы такъ непоколебимъ въ защищеніи своего схизматическаго заблужденія, какъ народъ русскій. По упорству къ своей схизмѣ русскіе не /с. 84/ вѣрятъ никакой предлагаемой имъ истинѣ (?), не принимаютъ никакого убѣжденія и всегда противорѣчатъ; убѣгаютъ отъ ученыхъ католиковъ, ненавидятъ ихъ ученіе, отвращаются отъ ихъ наставленій. Признаютъ только самихъ себя истинными послѣдователями апостоловъ и первобытной Церкви и всѣ анаѳематствованія противъ нихъ изъ Рима считаютъ вѣчнымъ для себя благословеніемъ... Русскіе люди до того ненавидятъ вѣру латинянъ, что желали бы не только всячески вредить ей, но даже искоренить во всемъ мірѣ. Едва только великій князь Литовскій началъ въ своихъ владѣніяхъ обращать русскихъ къ единству Римской Церкви, какъ князья и воеводы ихъ съ яростью поспѣшили передаться великому князю, защитнику ихъ схизмы».

Безумная политика притѣсненій православныхъ королемъ Александромъ привела Литву къ войнѣ съ Москвой (1500-1503), окончившейся въ пользу Москвы, послѣ чего Александръ сдѣлался снисходительнѣе къ православнымъ. Страхъ передъ могущественнымъ Московскимъ государемъ, явившимся защитникомъ православныхъ, заставилъ короля и поборниковъ уніи оставить на нѣкоторое время попытки къ насильственному ея насажденію въ Литвѣ и Западной Руси, и такимъ образомъ положеніе православныхъ нѣсколько облегчилось. Измѣняя свою политику по отношенію къ православнымъ, король Александръ издалъ нѣсколько грамотъ, ограждавшихъ права Западнорусской Церкви, изъ коихъ важнѣйшей была грамота, данная въ подтвержденіе и огражденіе правъ судебныхъ и имущественныхъ всего православнаго духовенства, а также грамота о неприкосновенности святительскаго суда и церковнаго имущества. Измѣнившееся къ лучшему положеніе Западнорусской Церкви настолько подняло духъ православныхъ и укрѣпило ихъ твердость въ вѣрѣ, что латинскіе писатели того времени съ сокрушеніемъ отмѣтили, что «съ сего времени Русь снова поворотила къ схизмѣ; схизма вновь подняла свою голову и утвердилась въ странахъ великаго княжества Литовскаго и Польскаго» и что въ схизму «открыто послѣдовалъ не только низшій классъ народа, но и шляхта и вельможи, поколебавшіеся было прежде». Къ концу своего правленія король Александръ, по настоянію своего тестя, Московскаго государя Іоанна III, измѣнилъ свои отношенія и къ своей женѣ Еленѣ Іоанновнѣ. Онъ пожаловалъ ей нѣсколько имѣній и г. Могилевъ, испросилъ у папы разрѣшеніе не принуждать ее къ принятію римской вѣры, дозволить ей обновлять старыя обители, строить церкви и обезпечивать ихъ щедрыми вкладами. Его снисхожденіе къ православнымъ доходило даже до того, что онъ не запрещалъ и латинянамъ, перешедшимъ въ Православіе, оставаться въ немъ, въ чемъ /с. 85/ можно убѣдиться изъ слѣдующихъ словъ данной имъ въ 1503 г. грамоты г. Витебску: «Которые будутъ литвинъ або ляхъ крещены у Витебску въ русскую вѣру, а хто изъ того роду и тепере живетъ, того намъ не рушити, права ихъ хрестьянскаго ни въ чомъ не ломати». Вотъ какое значеніе имѣла опека московскихъ государей надъ православными западнорусами, проживавшими въ Литовско-Польскомъ государствѣ. Благодаря этой опекѣ православные хотя въ концѣ правленія короля Александра могли воспользоваться свободой исповѣданія своей вѣры.

Несмотря на всѣ чинимыя препятствія православнымъ въ исповѣданіи ихъ вѣры, литовско-русскіе князья и вельможи не только сохранили ее въ правленіе Александра Казимировича въ цѣлости, но и для укрѣпленія ея строили на своихъ земляхъ монастыри и храмы [2]. Особенно ревностнымъ защитникомъ Православія въ то время былъ новогрудскій воевода и маршалокъ Александръ Ходкѣвичъ. Его стараніями и жертвами былъ построенъ въ 10 верстахъ отъ г. Бѣлостока въ 1500 г. Супрасльскій монастырь, получившій съ благословенія Константинопольскаго патріарха Іоакима въ 1505 г. строгій общежительный уставъ и послужившій для всей православной Литвы образцомъ строгой монастырской жизни и уставныхъ службъ. Въ монастырѣ этомъ было собрано много церковныхъ и святоотеческихъ книгъ, такъ что онъ сталъ и духовно-просвѣтительнымъ центромъ.

Сигизмундъ Казимировичъ (1506-1548).

Преемникъ Александра Сигизмундъ Казимировичъ относился къ православнымъ вполнѣ миролюбиво, и время его правленія было временемъ наибольшаго спокойствія и процвѣтанія Православной Церкви въ княжествѣ Литовскомъ. Спустя много лѣтъ послѣ его смерти русскій народъ съ благодарностью воспоминалъ о немъ, какъ о покровителѣ и фундаторѣ православныхъ церквей. При дворѣ его весьма сильной и вліятельной была русская партія во главѣ съ извѣстнымъ защитникомъ Православія княземъ Константиномъ Ивановичемъ Острожскимъ, завѣдовавшимъ военными силами Литвы. Начиная съ «писарей» (статсъ-секретарей), Сигизмундъ вездѣ былъ окруженъ православными: посольствами завѣдовали Сапѣги, личными /с. 86/ финансами короля — Иванъ Солтанъ, государственными — Богушъ-Боговитиновъ, на воеводствахъ Трокскомъ, Витебскомъ и Кіевскомъ сидѣли православные, главнѣйшія староства также были заняты православными.

Сигизмундъ I совершенно одинаково относился какъ къ латинянамъ, такъ и къ православнымъ: предоставлялъ жителямъ обоихъ исповѣданій одинаковыя права и привилегіи, какъ гражданскія, такъ и церковныя; подтверждалъ цѣлымъ областямъ по просьбѣ мѣстныхъ князей, бояръ, шляхты и всего населенія уставныя грамоты, данныя имъ еще прежними королями; вводилъ въ городахъ, по примѣру своихъ предшественниковъ, такъ называемое магдебургское право, по которому горожане управлялись и судились сами собой, черезъ своихъ выборныхъ, причемъ требовалъ, чтобы половина такихъ выборныхъ радцевъ была римскаго закона, а другая — греческаго, и чтобы изъ среды радцевъ ежегодно выбирались два бурмистра: одинъ католикъ, а другой православный. Этимъ православные горожане уравнивались по управленію и суду съ латинянами. Православному духовенству онъ давалъ такія же грамоты, какъ и латинскому, сохранялъ за православными владыками ихъ каноническія права въ церковномъ управленіи и судѣ и допускалъ ихъ иногда на сеймы. Подтверждая права митрополита и епископовъ, Сигизмундъ въ грамотѣ своей писалъ: «Имѣетъ Кіевскій митрополитъ держать въ своей власти всѣ церкви греческаго закона въ нашей отчинѣ и управлять ими; давать имъ по св. правиламъ епископовъ, архимандритовъ, игуменовъ и всякій священническій чинъ греческаго закона; судить и рядить какъ духовныхъ, такъ и свѣтскихъ и виновныхъ карать, и вообще отправлять всякія духовныя дѣла по уставамъ Соборной Восточной Церкви совершенно невозбранно; также и епископы, находящіеся подъ Кіевской митрополіей, имѣютъ судить и рядить и отправлять всѣ духовныя дѣла въ своихъ епископіяхъ по давнему обычаю».

Въ той же грамотѣ онъ предписывалъ князьямъ и панамъ и вообще свѣтскимъ лицамъ не только греческаго, но и римскаго закона, чтобы они не чинили обидъ ни митрополиту Кіевскому, ни епископамъ и въ церковные доходы и во всѣ справы и суды духовные не вмѣшивались. Изъ этой грамоты, данной Сигизмундомъ на великомъ сеймѣ въ Брестѣ въ 1511 году, видно, что ни митрополитъ, ни всѣ вообще православные въ Литвѣ тогда никакой уніи не знали. Въ случаѣ обидъ, причиняемыхъ православнымъ латинскими епископами, онъ оказывалъ православнымъ правосудіе и поддержку, что удерживало католическое духовенство предпринимать насильственныя мѣры къ распространенію среди православныхъ католичества, и самая мысль о насажденіи въ Литвѣ церковной уніи въ правленіе Сигиз/с. 87/мунда Казимировича какъ бы заглохла. Все это укрѣпляло положеніе Православной Церкви въ Литвѣ, и западнорусскій народъ вѣрно хранилъ свое Св. Православіе.

Объ этой стойкости православныхъ въ ихъ родной вѣрѣ вотъ что писалъ одинъ современникъ, итальянецъ Кампензе, въ письмѣ къ папѣ Клименту VII: «Россія, находящаяся нынѣ во власти польскаго короля, равно какъ городъ Львовъ и вся часть Польши, простирающаяся на сѣвѣръ и сѣверо-востокъ отъ Сарматскихъ горъ, слѣдуетъ съ непоколебимостью греческому закону и признаетъ надъ собою власть Константинопольскаго патріарха».

При Сигизмундѣ Казимировичѣ въ самой столицѣ Литовскаго княжества, Вильнѣ, состоялся 25 декабря 1509 г. Соборъ Западнорусской Православной Церкви. На этомъ Соборѣ подъ предсѣдательствомъ ревнителя Православія Кіевскаго митрополита Іосифа II Солтана (1507-1521) присутствовало 7 епископовъ, 7 архимандритовъ, 6 игуменовъ и 7 лицъ бѣлаго духовенства. Соборъ былъ созванъ съ цѣлью установленія церковнаго порядка и огражденія духовенства отъ чрезмѣрнаго вліянія мірской власти.

Дѣянія Виленскаго Собора представляютъ намъ вѣрную картину тѣхъ недостатковъ и злоупотребленій, которые существовали въ то время въ Западнорусской митрополіи и которые зародились и выросли на почвѣ существовавшаго права «подаваній». Пользуясь этимъ правомъ, князья и паны раздавали архіерейскія каѳедры и настоятельскія мѣста въ монастыряхъ и церквахъ безъ воли и вѣдома епархіальныхъ владыкъ, часто даже людямъ недостойнымъ, и затѣмъ самовольно отнимали эти церкви у священниковъ. При такихъ назначеніяхъ на святительскія и священническія мѣста дѣло не обходилось безъ подкуповъ, причемъ новыя назначенія совершались на мѣста непраздныя, т. е. при жизни епископовъ и священниковъ, ихъ занимавшихъ. Опираясь на могущество своихъ свѣтскихъ покровителей, епископы выходили изъ повиновенія митрополиту, на Соборы не являлись, а священники переходили безъ воли своихъ епископовъ въ чужія епархіи и тамъ утверждались самими патронами церквей. Эти безпорядки вносили разстройство во внутреннюю жизнь Церкви и подтачивали ея нравственныя основы. Противъ нихъ и выступилъ Виленскій Соборъ, издавшій 15 постановленій, въ которыхъ преподалъ правила, касающіяся поставленія на священныя степени, поведенія духовныхъ лицъ и отчасти мірянъ и отношеній свѣтскихъ лицъ къ Церкви. Послѣднія касались главнымъ образомъ ограниченія тѣхъ правъ, которыми злоупотребляли свѣтскія лица при «подаваніи». Въ опредѣленіяхъ Собора, касающихся поставленія на священническія степени, между прочимъ говорится: /с. 88/ «Нѣкоторые въ нашемъ (греческомъ) законѣ, презирая отеческое преданіе и заповѣди, ради мірской славы и властительства, покупаютъ себѣ еще при жизни епископовъ ихъ каѳедры и принимаютъ эти каѳедры безъ совѣта и согласія митрополіи и епископовъ и безъ избранія отъ князей и пановъ нашего греческаго закона». Въ томъ же обличаетъ Соборъ настоятелей монастырей и священниковъ. Противъ этихъ нестроеній Соборъ постановилъ: «Никому не подкупаться подъ живыми епископами, архимандритами и священниками, если же кто дерзнетъ на такое дѣло, то да будетъ отлученъ; въ епископы и въ другія степени священства поставлять людей только достойныхъ, послѣ тщательной о нихъ провѣрки, людей же недостойныхъ отнюдь не поставлять, даже если бы того требовалъ господарь (т. е. великій князь); не поставлять на священство дьяковъ изъ чужихъ епархій безъ повелѣнной грамоты и отпустныхъ листовъ ихъ епископовъ».

Касательно поведенія духовныхъ лицъ и мірянъ Соборъ постановилъ: всѣмъ епископамъ, безъ всякаго прекословія, кромѣ великой какой нужды, собираться на Соборы, а уклоняющихся же отъ Священныхъ Соборовъ ради мірскихъ дѣлъ и не заботящихся о своей паствѣ предавать отвѣтственности; патронамъ у игуменовъ и священниковъ не отнимать церквей безъ вины и преступленій; священнослужителей безъ отпустныхъ грамотъ въ чужія епархіи не принимать; священникамъ безъ благословенія епископскаго нигдѣ не священствовать; священниковъ и мірянъ, подвергшихся неблагословенію и отлученію отъ своего епископа, отнюдь не разрѣшать и не допускать до церковнаго общенія въ другихъ епархіяхъ безъ воли ихъ епископа. Соборныя поставленія коснулись и правъ, или, вѣрнѣе, произвола, подаванія церковныхъ должностей, до нѣкоторой степени ограничивъ ихъ.

Постановленія Собора по просьбѣ православныхъ іерарховъ, вліятельнаго князя К. И. Острожскаго, православныхъ князей и пановъ были утверждены королемъ Сигизмундомъ, но, какъ показало время, къ дѣлу почти не примѣнялись. Право подаваній до того глубоко укоренилось въ Западнорусской Церкви, что привести его въ норму, полезную для жизни Церкви, оказалось невозможнымъ, и своеволіе патроновъ Церкви царило по-прежнему, а также и исканіе прибыльныхъ мѣстъ и отдача ихъ за деньги патронами повторялись постоянно. Почти половина тогдашнихъ монастырей была изъята изъ-подъ власти епископовъ и управлялась волей, точнѣе своеволіемъ, своихъ настоятелей и свѣтскихъ патроновъ. Даже самъ митрополитъ во избѣжаніе разлада со своей паствой принужденъ былъ иногда отступаться отъ своихъ правъ. Въ силу этого православная іерархія, особенно высшая, теряла свой вѣсъ и свой нравственный /с. 89/ авторитетъ, забывала свое назначеніе заботиться объ успѣхахъ вѣры и Церкви, погружалась въ однѣ житейскія заботы, и такимъ образомъ, когда впослѣдствіи явились болѣе сильные враги Православія, она оказалась безсильной, чтобы противодѣйствовать имъ и охранять свое стадо отъ расхищенія.

Ко времени короля Сигизмунда Казимировича относится начало книгопечатанія въ княжествѣ Литовскомъ. Наши славянскія богослужебныя книги впервые были напечатаны въ польскомъ Краковѣ (1491), гдѣ въ то время было немало православныхъ жителей и существовали для нихъ храмы. Первымъ книгопечатникомъ въ Литвѣ былъ Григорій Скорина, полоцкій уроженецъ, по вѣрѣ православный. Совратившись впослѣдствіи въ католицизмъ и принявъ имя Франциска, онъ, однако, не потерялъ своей русской національности и не былъ враждебно настроенъ къ покинутому имъ Православію. Въ 1525 году Скорина, покровительствуемый ревнителями Православія — членами Виленскаго братства: старшимъ бургомистромъ города Вильны Яковомъ Бабичемъ и членомъ магистрата Богданомъ Оньковымъ, — напечаталъ на славянскомъ языкѣ (кириллицей) «Книгу дѣяній и посланій апостольскихъ», а затѣмъ «Канонникъ» съ «Акаѳистникомъ» и «Сборникъ», или «Мѣсяцесловъ на весь годъ съ показаніемъ Евангелія и Апостола на разные дни».

Не стѣсняя православныхъ въ исповѣданіи ихъ вѣры, король Сигизмундъ I не стѣснялъ ихъ и въ постройкѣ новыхъ церквей, и нужно отдать справедливость православно-русскимъ людямъ Литвы — они воспользовались данной имъ королемъ передышкой во благо Православной Церкви. Особенно великую услугу въ дѣлѣ строительства церквей оказалъ ревнитель и защитникъ Православія въ Литвѣ князь Константинъ Ивановичъ Острожскій. Обладая несмѣтнымъ богатствомъ, онъ не щадилъ его для блага Церкви: строилъ и обновлялъ храмы и монастыри, надѣлалъ ихъ землями, обогащалъ архіерейскія каѳедры щедрыми дарами и т. п. Защиту и благотворительность на пользу Православной Церкви князь считалъ своей священной обязанностью, и благодаря ему Западнорусская Церковь получила много льготъ отъ короля Сигизмунда. Самъ Сигизмундъ въ своихъ грамотахъ о милостяхъ и льготахъ православнымъ засвидѣтельствовалъ, что таковыя онъ оказывалъ ради «наивысшаго гетмана князя К. И. Острожскаго». На средства князя Острожскаго былъ возобновленъ въ 1511 г. Виленскій Пречистенскій соборъ, а послѣ данной ему Сигизмундомъ въ 1514 г. грамоты построены были въ Вильнѣ вмѣсто деревянныхъ и ветхихъ храмовъ храмы Живоначальной Троицы при Троицкомъ монастырѣ и св. Николая, а также Борисоглѣбскій храмъ въ Новогрудкѣ и др.

/с. 90/ При Сигизмундѣ I въ Литвѣ было построено едва ли не болѣе церквей и монастырей, чѣмъ костеловъ и кляшторовъ: послѣднихъ при немъ появилось до 56, между тѣмъ какъ православныхъ церквей и монастырей, кромѣ бывшихъ раньше, — болѣе 80. Нѣкоторые же изъ городовъ насчитывали у себя до десятка и болѣе церквей. Напримѣръ, Вильна — до 28, Пинскъ — 12, Гродно — 6 [3].

Обозрѣвая общее состояніе Западнорусской Церкви въ Литвѣ въ періодъ правленія короля Сигизмунда Казимировича, къ сожалѣнію, нельзя не отмѣтить, что, хотя король подтверждалъ и охранялъ права православнаго духовенства и мірянъ, и не было въ ней ни уніи, ни латинской пропаганды, ни открытыхъ гоненій за вѣру, однако благоденствовала она лишь по внѣшности, внутри же подтачивалась тѣмъ произволомъ, который царилъ въ ней и подготовлялъ разложеніе высшей ея іерархіи, порождая въ послѣдней опасный индифферентизмъ къ интересамъ Православія, который въ дальнѣйшемъ повелъ іерархію къ измѣнѣ ему и переходу въ унію.

Сигизмундъ II Августъ (1548-1572).

Еще большей терпимостью къ Православію отличался въ началѣ своего правленія король Сигизмундъ Августъ. При немъ въ Польшу, а затѣмъ въ Литву сталъ проникать протестантизмъ. Покровительствуя послѣднему, Сигизмундъ не отказывалъ въ своей защитѣ и православнымъ, даровавъ въ своемъ государствѣ всѣмъ христіанскимъ исповѣданіямъ свободу. При немъ же, въ 1563 г., было отмѣнено постановленіе Городельскаго сейма (1413), по которому «схизматики не могли имѣть никакихъ правъ и преимуществъ и не могли занимать никакихъ высшихъ должностей», и православные, воспользовавшись всѣми государственными правами, наполнили, хотя на время, разныя учрежденія и засѣли въ сенатѣ. Но при всемъ доброжелательномъ отношеніи къ Православію, Сигизмудъ II много вредилъ ему своимъ произволомъ въ раздачѣ церковныхъ должностей. Произволъ въ этомъ дѣлѣ доходилъ у него до небывалыхъ размѣровъ. Нуждаясь въ деньгахъ для своей роскошной жизни, Сигизмундъ II нерѣдко продавалъ церковныя должности за деньги, начиная съ каѳедры митрополита, разнымъ недостойнымъ лицамъ. Противъ такого произвола возсталъ митрополитъ Іона Протасевичъ. Въ грамотѣ своей, посланной въ 1568 г. Сигизмунду Августу, присутствовавшему въ то время на Гродненскомъ сеймѣ, митрополитъ просилъ короля, /с. 91/ чтобы въ земляхъ, ему подвластныхъ, духовныя достоинства не были раздаваемы свѣтскимъ лицамъ и чтобы, если кто изъ свѣтскихъ получитъ духовное достоинство и въ теченіе трехъ мѣсяцевъ не приметъ духовнаго сана, епископы могли въ своихъ епископіяхъ отбирать у таковыхъ достоинства и отдавать людямъ духовнымъ. Эта просьба митрополита вызвана была тѣми не единичными случаями, что нѣкоторыя свѣтскія лица, получивъ отъ короля духовное достоинство, напримѣръ архимандрію, управляли монастыремъ и получали съ него доходы, не принимая духовнаго сана. Король изъявилъ согласіе на эту просьбу, признавъ ее справедливой, однако своихъ правъ на отдачу духовныхъ мѣстъ не ограничилъ, подтвердивъ, что о таковыхъ случаяхъ владыки должны немедленно доносить ему, и онъ самъ, отбирая у непосвященныхъ достоинства, будетъ отдавать другимъ «по своей господарской волѣ», кому захочетъ.

Вѣротерпимость Сигизмунда Августа привела Литву и Западную Русь къ тому, что въ нихъ весьма быстро стало распространяться протестантство и другія секты, враждебныя Риму. Къ концу правленія Сигизмунда протестантство и кальвинизмъ до того усилились въ Литвѣ и Польшѣ, что изъ нѣсколькихъ сотъ католическихъ приходовъ въ Литвѣ уцѣлѣло отъ протестантства едва шесть. По словамъ знаменитаго польскаго проповѣдника Скарги, католикъ былъ въ то время рѣдкостью во всей Литвѣ, особенно между панами, и католическій ксендзъ не могъ безбоязненно показываться на улицахъ города Вильны. Польскіе монастыри пустѣли, ксендзы спѣшили жениться, и католичество въ Литвѣ приходило въ окончательный упадокъ. Распространявшіеся въ Литвѣ протестантство и кальвинизмъ причинили значительный вредъ и Православію, увлекая къ себѣ множество православныхъ вельможъ; несмотря, однако, на это, большая часть магнатовъ и весь православно-русскій народъ сохраняли въ неприкосновенности не только свою вѣру, но и свои святыни. Въ Сѣверо-Западной Руси и Литвѣ при Сигизмундѣ Августѣ упоминается свыше 95 православныхъ монастырей и церквей. Православные ведутъ борьбу какъ съ протестантами, такъ и католиками, учреждаютъ братства, школы, книгопечатни и богадѣльни.

Въ правленіе Сигизмунда II Августа нашли себѣ пріютъ у гетмана Григорія Ходкѣвича, сына основателя Супрасльскаго монастыря, первые московскіе книгопечатники, діаконъ Иванъ Ѳедоровъ и Ѳедоръ Мстиславцевъ, бѣжавшіе въ Литву отъ ярости московской черни. Въ учрежденной по ихъ иниціативѣ въ имѣніи Ходкѣвича въ Заблудовѣ, близъ Бѣлостока, типографіи они напечатали «Евангеліе учительное» (1568-1569). Тамъ же Ѳедоровъ, послѣ выѣзда Мстиславцева въ Вильну, напечаталъ «Псалтирь», а затѣмъ въ /с. 92/ 1581 г. въ г. Острогѣ, въ типографіи князя Константина Острожскаго, первую печатную Библію. Мстиславцевъ же продолжалъ работать въ Вильнѣ, въ основанной православными братчиками Мамоничами типографіи.

При всѣхъ такихъ благопріятныхъ условіяхъ для Православія въ Литвѣ, при томъ же королѣ Сигизмундѣ II, произошли событія, которыя впослѣдствіи нанесли тяжелый и неисправимый ударъ Православію и открыли новые пути къ подчиненію его Риму. Такими событіями были Люблинская политическая унія и призваніе въ Литву іезуитовъ.

Со времени перваго соединенія Литвы съ Польшей въ 1386 г. подъ властью Литовскаго князя Ягайло, Литва сохраняла еще свое управленіе, свои законы и обычаи, свою монету, и Польша пока не имѣла на нее сильнаго вліянія, даже поляки считались въ ней пока иноземцами. Но проходитъ время, польское вліяніе въ Литвѣ усиливается, и поляки заводятъ въ ней свои порядки. Древнія русскія княжества дѣлятся на воеводства и повѣты, вводятся дворянскіе сеймы, города получаютъ самоуправленіе по магдебургскому праву, и даже литовскіе крестьяне, подобно польскимъ, постепенно закрѣпощаются за помѣщиками. Такимъ порядкомъ подготовлялось постепенное сліяніе Польши съ Литвой, которое произошло при Сигизмундѣ II Августѣ въ 1569 г. на Люблинскомъ сеймѣ въ формѣ такъ называемой Люблинской уніи. Согласно этой уніи, Литва теряла свою самостоятельность, присоединялась къ католической Польшѣ, стала управляться королемъ, получившимъ избраніе и коронованіе не въ Литвѣ, а въ Польшѣ, имѣла одинъ «вальный» (общій) сеймъ и сенатъ и общую монету. Поляки стали теперь свободно проникать въ литовскія и русскія земли, завладѣвать здѣсь должностями и имѣніями и предсѣдательствовать на сеймахъ. Такое преобладаніе въ Литвѣ поляковъ было въ ущербъ какъ русской народности, такъ и связанному съ ней Православію.

Положивъ начало окончательному сліянію Польши съ Литвой въ гражданскомъ отношеніи, Сигизмундъ II задумалъ ввести въ своемъ государствѣ и церковную унію, что онъ высказалъ на Люблинскомъ сеймѣ, предупредивъ, однако, что этого единства вѣры онъ хочетъ достигнуть безъ насилія совѣсти, не прибѣгая къ мѣрамъ неумѣстнымъ въ дѣлахъ вѣры и совѣсти. Для осуществленія этихъ плановъ Сигизмундъ Августъ допустилъ появленіе въ Литвѣ іезуитовъ, и тѣ, по обычаю своему, не стѣснялись дѣйствовать коварствомъ, насиліемъ и другими позорными средствами, лишь бы только уничтожить Православіе въ Литвѣ, вслѣдствіе чего благія намѣренія короля — достигнуть церковнаго единства безъ насилія — оказались /с. 93/ тщетными. Іезуиты появились въ Польшѣ въ 1564 году. Призваны они были туда епископомъ кардиналомъ Станиславомъ Гозіемъ. По признанію польскихъ историковъ, вызовомъ ихъ въ Польшу кардиналъ Гозіей положилъ новую эпоху религіозно-соціальной жизни народовъ, населяющихъ Рѣчь Посполитую. Не будь Гозія, Рѣчь Посполитая проложила бы себѣ иной путь религіозно-политической жизни, болѣе крѣпкій и надежный, чѣмъ тотъ, который положенъ былъ Гозіемъ. Одинъ польскій писатель, именно Брониславъ Трентовскій, въ своемъ сочиненіи «Голосъ Правды» такъ характеризируетъ дѣятельность Гозія и его значеніе для Рѣчи Посполитой по поводу призванія имъ іезуитовъ: «Какъ въ Европѣ начинается новая эпоха отъ Мартина Лютера, такъ и въ Польшѣ — отъ кардинала Гозія. Онъ былъ изъ числа тѣхъ людей, которые родятся на свѣтъ для несчастья человѣчества. Поляки того времени были въ томъ убѣждены, что для нихъ необходимо нужна въ Польшѣ церковная реформа, что власть Рима вредна для Польши и что слѣдуетъ установить въ Польшѣ чисто католическую Церковь, учредить особый патріархатъ. Но хитрыя и ловкія дѣйствія кардинала Гозія съ его необыкновеннымъ краснорѣчіемъ одержали верхъ надъ мнѣніемъ людей свободомыслящихъ и любящихъ свое отечество, — словомъ, польза Рима получила перевѣсъ. Гозій привелъ въ Польшу іезуитовъ и поручилъ имъ воспитаніе шляхетской молодежи, угрожая диссидентамъ (иновѣрцамъ) совершеннымъ уничтоженіемъ. Главнымъ принципомъ іезуитовъ, этихъ развратителей-монаховъ, было нравственное затменіе народовъ. Это они доказали на воспитаніи юношества. Народъ польскій долго боролся съ ихъ системой, но вступилъ на престолъ Польскій Сигизмундъ III, и іезуиты восторжествовали. Участь Польши была рѣшена. Она начала, какъ ракъ, пятиться назадъ съ такой силой, съ какой шла впередъ».

Примѣчанія:
[1] Вотъ нѣкоторыя изъ новопостроенныхъ за времена Казимира церквей, находящихся въ предѣлахъ нынѣшней Польши: Петропавловская въ г. Кобринѣ въ 1465 г., Ильинская въ м. Городцѣ и Христорождественская въ Добучинѣ, нынѣ Пружанахъ, построены около того же времени; Жировицкій монастырь въ 1480 г.; церкви Космо-Даміанская, Сергія и Вакха въ старомъ Брестѣ въ 1485 г.; Св. Креста въ г. Гроднѣ и въ с. Николаевѣ, Дисненскаго у. въ XV вѣкѣ.
[2] При королѣ Александрѣ Казимировичѣ были построены слѣдующіе монастыри: Кобринскій Спасскій въ 1497 г., Троицкій въ г. Дрогичинѣ Гродненской губ. около 1500 г., а также церкви: Здитовская, Никитинская и Збироговская въ 1502 г., Рождество-Богородничная въ Вильнѣ въ 1507 г., Рождество-Богородничная въ Бѣльскѣ и др.
[3] При Сигизмундѣ были построены монастыри: Тороканскій Кобринскаго уѣзда — въ 1517 г., Варваринскій Пинскій женскій монастырь — около 1520 г. и др.

Источникъ: Прот. Константинъ Зноско. Историческій очеркъ церковной уніи. Ея происхожденіе и характеръ. — М.: Издательство «Мартисъ», 1993. — С. 77-93.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2019 г.