Церковный календарь
Новости


2018-09-21 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Русская Зарубежная Церковь въ кривомъ зеркалѣ (1970)
2018-09-21 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 63-е (8 декабря 1917 г.)
2018-09-20 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Фантастическая исторія (1970)
2018-09-20 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 62-е (7 декабря 1917 г.)
2018-09-19 / russportal
Предсоборное Присутствіе 1906 г. Отдѣла I-го Журналъ №3 (18 марта 1906 г.)
2018-09-19 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 61-е (7 декабря 1917 г.)
2018-09-18 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Святая Русь въ исторіи Россіи (1970)
2018-09-18 / russportal
Предсоборное Присутствіе 1906 г. Отдѣла I-го Журналъ №2 (16 марта 1906 г.)
2018-09-17 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Кончина и погребеніе Блаж. Митр. Антонія (1970)
2018-09-17 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 60-е (5 декабря 1917 г.)
2018-09-16 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Какъ Митр. Антоній создалъ Зарубежную Церковь (1970)
2018-09-16 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). Митрополитъ Антоній какъ учитель пастырства (1970)
2018-09-16 / russportal
Предсоборное Присутствіе 1906 г. Отдѣла I-го Журналъ №1 (14 марта 1906 г.)
2018-09-16 / russportal
Предсоборное Присутствіе 1906 г. Раздѣленіе на секціи (1906)
2018-09-15 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). А. С. Хомяковъ и Митрополитъ Антоній (1970)
2018-09-15 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 59-е (4 декабря 1917 г.)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - пятница, 21 сентября 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 5.
Литература Русскаго Зарубежья

Ген. П. Н. Красновъ († 1947 г.)

Петръ Николаевичъ Красновъ (1869-1947), генералъ-отъ-кавалеріи, атаманъ Всевеликаго Войска Донского, воен. и полит. дѣятель, изв. русскій и казачій писатель и публицистъ («русскій Киплингъ»). Родился 10 (23) сентября (по др. дан. 29 іюня / 12 іюля) 1869 г. въ Петербургѣ въ семьѣ ген.-лейт. Н. И. Краснова. Въ 1889 г. окончилъ Павловское Воен. Уч-ще. Въ 1890 г. зачисленъ въ Л.-Гв. Атаманскій Полкъ. Въ 1897-1898 г.г. проходилъ службу при русской дипломат. миссіи въ Эѳіопіи. Во время Русско-японской войны участв. въ боевыхъ дѣйствіяхъ въ сост. казачьихъ частей. Полковникъ (1910). Командиръ 10-го Донского казачьяго полка (1913), во главѣ котораго вступилъ въ 1-ю міровую войну. Въ 1914 г. за боевыя отличія произведенъ въ ген.-маіоры, въ 1917 г. — въ ген.-лейтенанты. Въ маѣ 1918 г. избранъ атаманомъ Всевел. войска Донского. Создалъ Донскую армію, которая въ сер. августа очистила большую часть Области войска Донского отъ большевиковъ. Изъ-за разногласій съ командованіемъ Добровольч. арміей въ февралѣ 1919 г. вынужденъ былъ подать въ отставку. 9 сентября зачисленъ въ списки Сѣв.-Западной арміи ген. Н. Н. Юденича. Вмѣстѣ съ А. И. Купринымъ издавалъ газету «Приневскій край». Въ эмиграціи жилъ въ Германіи, затѣмъ во Франціи и снова въ Германіи. Сотрудничалъ съ РОВС. Будучи убѣжд. противникомъ Совѣтской власти, привѣтствовалъ войну Германіи съ С.С.С.Р., видя въ этомъ единственную возможность освободить Россію отъ большевизма. Въ 1944 г. назначенъ начальникомъ Гл. упр. казачьихъ войскъ при Мин-вѣ вост. территорій, руководилъ формиров. Казачьяго отд. корпуса («Казачьяго стана»), сначала въ Бѣлоруссіи, затѣмъ въ Сѣв. Италіи. Въ маѣ 1945 г. сдался въ плѣнъ англичанамъ и былъ ими выданъ совѣтской воен. администраціи. Вмѣстѣ съ рядомъ др. казачьихъ атамановъ убитъ въ Лефортовской тюрьмѣ 3 (16) января 1947 г. — Помимо боевой славы П. Н. Красновъ извѣстенъ, какъ боевой писатель, сотрудникъ воен. изданій и составитель воен. очерковъ, памятокъ и руководствъ. Въ 1921-1943 г.г. онъ опубликовалъ 41 книгу: однотомные и многотомные романы, 4-е сборника разсказовъ и 2-а тома воспоминаній. Его истор. романы и повѣсти создали ему славу изв. писателя и были переведены на 17 языковъ.

Сочиненія Генерала П. Н. Краснова

П. Н. Красновъ († 1947 г.)
«ЗА ЧЕРТОПОЛОХОМЪ». ФАНТАСТИЧЕСКІЙ РОМАНЪ.
(Изд. 1-е. Берлинъ: Изд-во «Ольга Дьякова и Ко», 1922).

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.

XXIV.

Прошу, господа, — распахивая широко дверь изъ сѣней въ большую горницу, сказалъ Ѳедоръ Семеновичъ, — съ гордостью могу сказать: — все свое, непокупное.

Большой бѣлый простой столъ, накрытый чистыми холстами, вышитыми по краямъ пестрымъ узоромъ, былъ заставленъ дымившимися паромъ блюдами. Въ лицѣ стола за красно-мѣдною кастрюлей, дымящейся свѣжею ухою, растянулся на желѣзномъ черномъ противнѣ чуть не дышащій, тонкими пузырями запекшейся корки, покрытый и сухарями усыпанный сочный пирогъ, нарѣзанный съ края большими ломтями. Видны были бѣлые пушистые края и начинка. Пирогъ былъ наполовину съ капустой, наполовину съ бѣлыми грибами. За нимъ желто-коричневый, лоснящійся въ своей прожаренной кожицѣ, обложенной кашей, стоялъ поросенокъ съ воткнутой въ него большой вилкой. Дальше, окруженное вѣнками изъ пестрыхъ георгинъ и нѣжныхъ лохматыхъ штокъ-розъ, стояло блюдо съ румя/с. 100/ными яблоками, золотистыми длинными грушами и темными, сизымъ налетомъ покрытыми, сливами, за фруктами стояла индѣйка, зажаренная въ своемъ соку, бѣлѣли вареные цыплята въ просѣ и все заканчивалось большою толстою ватрушкой съ крупными изюминами, выложенными такъ, что выходило: «Добро пожаловать».

Во главѣ стола, противъ дверей стояла полная женщина съ головой, покрытой шелковой ярко-желтой кичкой, съ румянымъ лицомъ, съ котораго привѣтливо смотрѣли большіе каріе глаза, пухлымъ чуть вздернутымъ носомъ и медовой улыбкой, раздвинувшей алыя губы и обнаружившей чистые бѣлые зубы.

Супруга наша, — сказалъ Шагинъ, — Елена Кондратьевна.

Елена Кондратьевна поклонилась въ поясъ и сказала:

Не обезсудьте, гости дорогіе, чѣмъ Богъ послалъ. Изготовили съ Грунюшкой, какъ умѣли.

На ея бѣлой полной шеѣ и груди трепетало монисто изъ янтаря, цвѣтного стекла и золотыхъ монетъ.

Для чествованія иноземныхъ гостей были приглашены сосѣди — учитель Прохватиловъ, стройный высокій человѣкъ, коротко по солдатски остриженный и съ выправкой хорошаго пѣхотнаго ефрейтора и мѣстный священникъ, осанистый батюшка, лѣтъ сорока, съ черными, густыми волосами. Мальчикъ Сеня уже былъ здѣсь, все такъ же одѣтый, въ бѣлой рубашечкѣ и свѣжихъ липовыхъ лаптяхъ, пахнущій полемъ, цвѣтами, овцами и парнымъ коровьимъ молокомъ. Въ горницѣ было отъ большого стола тѣсновато. Окна были растворены настежь и желтѣющія березки глядѣлись въ нихъ и за ними видны были огороды и безконечная ширь полей, буграми съ пологими скатами, уходящими вдаль. По буграмъ вилась дорога и кудрявыя яблони и раскидистыя съ длинными темными листьями вишни росли по сторонамъ ея, аллеей уходя въ синюю даль. Ширью, покоемъ и тишиной, ядренымъ тепломъ солнечнаго осенняго дня вѣяло отъ природы. Размѣсти/с. 101/тесъ по скамьямъ противъ приборовъ, обернулись къ золотому кіоту, у котораго теплилась лампадка передъ иконой благословляющаго Христа и примолкли.

Священникъ прочиталъ предъобѣденную молитву и благословилъ столъ.

Спаси Христосъ, — со вздохомъ сказалъ хозяинъ, — Господи благослови, — перекрестясь сказалъ дѣдъ и усѣлся въ головѣ стола. Женщины и Сеня не садились. Учитель сѣлъ рядомъ съ Кореневымъ, по другую сторону его сидѣлъ Клейстъ, дальше Эльза, миссъ Креггсъ, Курцовъ и Баклановъ. Противъ Коренева былъ Дятловъ и оставлено пустое мѣсто для Аграфены Ѳедоровны.

Елена Кондратьевна съ большимъ краснымъ лаковымъ подносомъ съ видомъ Москвы, нарисованнымъ блестящими прозрачными красками, въ рукахъ стала обносить гостей. На подносѣ стояли хрустальные графинчики и рюмки. За нею шла Аграфена Ѳедоровна съ подносомъ, уставленнымъ множествомъ маленькихъ тарелочекъ съ закусками. Тутъ были и бѣлые грибы въ сметанѣ, и соленые мутно-зеленые грузди и рыжіе рыжики, и снѣтки жареные въ маслѣ и хрустящіе, какъ сухари и птичья печенка, и малороссійская колбаса, ворчащая на сковородкѣ, и зеленые огурчики Нѣжинскіе, и лукъ зеленый, и луковицы луковыя, и икра черная паюсная, и золотая икра сиговая, и вареные ершики, распластанные спинками безъ костей, и сельдь соленая и шамая копченая.

Просимъ милости, — кланяясь говорила Елена Кондратьевна, — это простая очищенная, а то рябиновая на прошлогодней ягодѣ, морозомъ битой, настоенная, а тамъ травничекъ бальзамный душу согрѣвающій, сливянка домадѣльная, кушайте на здоровье, родные!

А вы по каждой, по каждой, — говорилъ потряхивая красивыми кудрями хозяинъ, — потому вся своя настойка, домадѣльная, непокупная.

Послѣ закуски принялись за уху.

/с. 102/ Хорошая ѣда, водка, вино смородиновое и крыжовниковое, яблочный хмѣльной сидръ развязали языки и загудѣли голоса по всей горницѣ.

Какъ достигли вы, — сказалъ Клейстъ, обращаясь къ учителю, — въ такое короткое время такого благосостоянія. Сорокъ лѣтъ! — и уже полная чаша въ домѣ крестьянина.

И замѣтьте, сказалъ священникъ, — крестьянина средняго, не богача, не купца, а простого землепашца.

Разумной школой на вѣрѣ Христовой основанной, — сказалъ Прохватиловъ.

У васъ школа обязательная? — спросилъ Дятловъ.

Да, обязательная и платная, — сказалъ Прохватиловъ и сейчасъ же добавилъ: — вѣрнѣе сказать, была обязательной. Лѣтъ тридцать тому назадъ и пороли и штрафовали, и на работы отправляли за то, что не посылали дѣтей въ школу. Теперь она обязательна только на бумагѣ: — всѣ сами въ нее посылаютъ дѣтей и сами деньги платятъ.

Какая же у васъ школа?, — спросилъ Клейстъ.

Наша школа преслѣдуетъ: — воспитаніе Русскаго въ любви къ Родинѣ, повиновеніи Царю и вѣрѣ Христіанской, это низшая школа: — четырехклассныя училища, которыя имѣются въ каждой деревнѣ; обученіе практически тому труду, которому посвящаетъ себя человѣкъ — это средняя спеціальная школа необязательная для всѣхъ, и высшая государственная школа.

Мальчики и дѣвочки, юноши и дѣвушки у васъ учатся вмѣстѣ? — спросилъ Дятловъ.

Нѣтъ. Опытъ далъ печальные результаты. Притомъ Господомъ Богомъ указано женщинѣ особое мѣстѣ и мы не идемъ противъ Господа. Науки нашихъ женскихъ школъ, училищъ и высшихъ школъ иныя, нежели науки, преподаваемыя въ мужскихъ учебныхъ заведеніяхъ, — сказалъ священникъ.

Дятловъ поморщился.

/с. 103/ — По Домострою учите? — сказалъ онъ.

Учитель замѣтилъ его гримасу, но сказалъ спокойно:

Если хотите, — да. По Домострою конца двадцатаго вѣка. Женщина мать и подруга, помощница въ жизни мужчинѣ во всемъ. Такъ и школа у насъ распредѣлена. Напримѣръ, въ средней сельско-хозяйственной мужчина учитъ полеводство, лѣсоразведеніе, травосѣяніе, знакомится съ машинами, учится чинить ихъ, изготовлять отдѣльныя части, практически проходитъ кузнечное, шорное, слесарное дѣло, постройку домовъ, а женщина изучаетъ садоводство, огородничество, пчеловодство, сохраненіе сѣмянъ, заготовку плодовъ, уходъ за скотомъ и птицей, сыровареніе и т. д. — такая пара, сочетавшись бракомъ и создаетъ тотъ уютъ, ту полную чашу, которую вы видите здѣсь.

Наша церковь, — сказалъ священникъ, — молитъ о изобиліи плодовъ земныхъ. Христосъ заповѣдалъ человѣку трудъ.

А какъ поставленъ у васъ вопросъ о государствѣ? — спросилъ Дятловъ. — Неужели дѣти у васъ не изучаютъ политики, не ознакомлены съ партійной жизнью и борьбою партій?

Эхъ, баринъ, — сказалъ Шагинъ, прислушивавшійся къ ихъ разговору, — прости меня: типунъ тебѣ на языкъ. Зачѣмъ напомнилъ то, отчего была распря великая, отчего погибли милліоны людей и Русская земля одно время въ низость произошла. Въ нашемъ царствѣ: — одна партія: — братья и сестры во Христѣ. Мы воспитаны въ трудѣ и смиреніи и мы стараемся, сколько можемъ, любовь имѣть въ сердцѣ своемъ къ каждому. Посмотри на мою Грунюшку: красавица — ей Богу такъ! — не отцовская гордость говоритъ во мнѣ; высшіе курсы кончила въ Псковѣ, а безъ гордости, съ ласкою стоитъ у печки, мѣситъ тѣсто, чиститъ коровникъ и курятникъ... А партія?... Батюшка намъ много такого про партіи разсказалъ, что и вспоминать срамно.

/с. 104/ — Этотъ вопросъ, — сказалъ священникъ, — я думаю вамъ хорошо разъяснитъ здѣшній сельскій начальникъ Стольниковъ. У него отецъ помнитъ всю исторію кроваваго мартовскаго бунта 1917 года, онъ былъ очевидцемъ и участникомъ его. Онъ вамъ объяснитъ, почему всѣ партіи полетѣли кувыркомъ и въ Россіи заниматься политикой — такъ же неприлично, какъ заниматься воровствомъ, спекуляціей, или содержать банкъ, или игорный домъ.

Это очень интересно, — сказалъ Клейстъ.

А вотъ не дамъ вамъ больше, — смѣясь говорила Грунюшка, отодвигая бутылку съ виномъ, отъ раскраснѣвшагося и ставшаго шумнымъ Бакланова. — Довольно съ васъ. А то озорничать станете. Не хорошо будетъ.

К-расавица! Аграфена Ѳедоровна! У! матушка родная! — Да поймите вы меня: — родину увидалъ — и вы — моя родина. Поѣдемте къ намъ на Тихій Донъ... — бормоталъ Баклановъ и вдругъ, какъ бы встрепенувшись, спросилъ: — а что у насъ на Дону?

Было ужасно, — сказалъ дѣдъ Шагинъ. — Казаки живьемъ, головою въ землю закапывали крестянъ, которыхъ поселила къ нимъ совѣтская власть. Луганская и Царицынская губерніи увидѣли ужасы необычайные, ну а потомъ, когда появился Царь, подтвердилъ всѣ прежнія грамоты на землю, — успокоились казаки. Теперь тамъ въ сто разъ богаче, чѣмъ у насъ. А тихо... Ну вѣрно, что тихій Донъ.

Ну налейте, раскрасавица моя, еще одну маленькую рюмашечку... За Тихій Донъ съ вами выпьемъ... А поѣхали бы вы со мною, къ намъ на славный Тихій Донъ?.. Эхъ и слова то здѣсь идутъ мнѣ на умъ все Русскія, все складныя, кажется пѣсню бы запѣлъ и о-го-го, какъ запѣлъ бы ее! — говорилъ Баклановъ.

А вотъ пойдемъ Григорій Николаевичъ на посидѣлки — тамъ и пѣсни послушаемъ, тамъ и пѣсни споемъ, — сказала Грунюшка.

Вдругъ загремѣли всѣ скамьями и табуретами. Со стаканомъ пѣннаго вина поднялся старый дѣдъ. Елена /с. 105/ Кондратьевна и Аграфена Ѳедоровна поспѣшно раздавали стаканы.

Сеня, — сказалъ Ѳедоръ Семеновичъ, — соедини провода.

Сеня спустилъ плотную войлочную занавѣсъ на окнѣ, противъ иконъ. Какія то фарфоровыя и мѣдныя кнопки показались на ней и сѣть красныхъ и синихъ проволокъ уходила подъ потолокъ.

Готово, батюшка, — сказалъ мальчикъ, нажимая на кнопку. И сейчасъ же войлокъ какъ бы набухъ, напитался свѣтомъ и сталъ казаться прозрачной золотистой далью, глухой шумъ, гдѣ то стучащаго мотора раздался на минуту и стихъ.

Во здравіе, — торжествено, дрожащимъ отъ волненія голосомъ провозгласилъ старый Шагинъ — державнаго хозяина земли Русской, Государя Императора, Михаила Всеволодовича!

На занавѣси, постепенно выдвигаясь изъ глубины, сначала мутное, потомъ все яснѣе и яснѣе, появилось, какъ живое, лицо. Большіе сѣро-голубые глаза смотрѣли съ неизъяснимой добротою. Чуть моргали вѣки, опушенныя длинными рѣсницами. Чистое красивое лицо, обрамленное бородою, было полно благородства. На плечахъ была порфира, изъ подъ которой проглядывалъ темнозеленый мундирный кафтанъ.

Все слышнѣе и отчетливѣе становились звуки величественнаго Русскаго народнаго гимна, исполняемаго громаднымъ оркестромъ и хоромъ.

Оба Шагина, мать и дочь, священникъ, учитель и маленькій Сеня подпѣвали ему и кричали «ура!» И когда кончили, поблѣднѣлъ портретъ, исчезло сіяніе далекаго свѣта на экранѣ, все затихло и опять висѣлъ только бѣлый войлокъ, покрытый сѣтью алыхъ и синихъ проволокъ.

Въ каждомъ домѣ, въ каждой квартирѣ, въ каждой избѣ, — говорилъ тихо Клейсту учитель, — есть такой приборъ свѣтодара съ дальносказомъ. Это неизмѣнный подарокъ Государя каждой брачущейся четѣ.

Источникъ: П. Н. Красновъ. «За чертополохомъ». Фантастическій романъ. — Берлинъ: Изд-во «Ольга Дьякова и Ко», 1922. — С. 99-105.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.