Церковный календарь
Новости


2018-06-21 / russportal
Архіеп. Аверкій. Возможно ли един. христіанъ внѣ благодати и истины? (1975)
2018-06-21 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Слово новопострижен. иноку Игнатію (1975)
2018-06-20 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. Романъ "Амазонка пустыни". Глава 31-я (1922)
2018-06-20 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. Романъ "Амазонка пустыни". Глава 30-я (1922)
2018-06-20 / russportal
Сводъ Основныхъ Госуд. Законовъ Россійской Имперіи (1912)
2018-06-20 / russportal
Предисловіе къ изданію Свода Законовъ Россійской Имперіи (1912)
2018-06-19 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. Романъ "Амазонка пустыни". Глава 29-я (1922)
2018-06-19 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. Романъ "Амазонка пустыни". Глава 28-я (1922)
2018-06-19 / russportal
Слова свт. Ѳеофана Затворника. Слово 14-е (1859)
2018-06-19 / russportal
Слова свт. Ѳеофана Затворника. Слово 13-е (1859)
2018-06-18 / russportal
В. О. Ключевскій. "Курсъ Русской Исторіи". Лекція 26-я (1908)
2018-06-18 / russportal
В. О. Ключевскій. "Курсъ Русской Исторіи". Лекція 25-я (1908)
2018-06-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. Романъ "Амазонка пустыни". Глава 27-я (1922)
2018-06-17 / russportal
Ген. П. Н. Красновъ. Романъ "Амазонка пустыни". Глава 26-я (1922)
2018-06-17 / russportal
Слова свт. Ѳеофана Затворника. Слово 12-е (1859)
2018-06-17 / russportal
Слова свт. Ѳеофана Затворника. Слово 11-е (1859)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - четвергъ, 21 iюня 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 15.
Литература Русскаго Зарубежья

Ген. П. Н. Красновъ († 1947 г.)

Петръ Николаевичъ Красновъ (1869-1947), генералъ-отъ-кавалеріи, атаманъ Всевеликаго Войска Донского, воен. и полит. дѣятель, изв. русскій и казачій писатель и публицистъ («русскій Киплингъ»). Родился 10 (23) сентября (по др. дан. 29 іюня / 12 іюля) 1869 г. въ Петербургѣ въ семьѣ ген.-лейт. Н. И. Краснова. Въ 1889 г. окончилъ Павловское Воен. Уч-ще. Въ 1890 г. зачисленъ въ Л.-Гв. Атаманскій Полкъ. Въ 1897-1898 г.г. проходилъ службу при русской дипломат. миссіи въ Эѳіопіи. Во время Русско-японской войны участв. въ боевыхъ дѣйствіяхъ въ сост. казачьихъ частей. Полковникъ (1910). Командиръ 10-го Донского казачьяго полка (1913), во главѣ котораго вступилъ въ 1-ю міровую войну. Въ 1914 г. за боевыя отличія произведенъ въ ген.-маіоры, въ 1917 г. — въ ген.-лейтенанты. Въ маѣ 1918 г. избранъ атаманомъ Всевел. войска Донского. Создалъ Донскую армію, которая въ сер. августа очистила большую часть Области войска Донского отъ большевиковъ. Изъ-за разногласій съ командованіемъ Добровольч. арміей въ февралѣ 1919 г. вынужденъ былъ подать въ отставку. 9 сентября зачисленъ въ списки Сѣв.-Западной арміи ген. Н. Н. Юденича. Вмѣстѣ съ А. И. Купринымъ издавалъ газету «Приневскій край». Въ эмиграціи жилъ въ Германіи, затѣмъ во Франціи и снова въ Германіи. Сотрудничалъ съ РОВС. Будучи убѣжд. противникомъ Совѣтской власти, привѣтствовалъ войну Германіи съ С.С.С.Р., видя въ этомъ единственную возможность освободить Россію отъ большевизма. Въ 1944 г. назначенъ начальникомъ Гл. упр. казачьихъ войскъ при Мин-вѣ вост. территорій, руководилъ формиров. Казачьяго отд. корпуса («Казачьяго стана»), сначала въ Бѣлоруссіи, затѣмъ въ Сѣв. Италіи. Въ маѣ 1945 г. сдался въ плѣнъ англичанамъ и былъ ими выданъ совѣтской воен. администраціи. Вмѣстѣ съ рядомъ др. казачьихъ атамановъ убитъ въ Лефортовской тюрьмѣ 3 (16) января 1947 г. — Помимо боевой славы П. Н. Красновъ извѣстенъ, какъ боевой писатель, сотрудникъ воен. изданій и составитель воен. очерковъ, памятокъ и руководствъ. Въ 1921-1943 г.г. онъ опубликовалъ 41 книгу: однотомные и многотомные романы, 4-е сборника разсказовъ и 2-а тома воспоминаній. Его истор. романы и повѣсти создали ему славу изв. писателя и были переведены на 17 языковъ.

Сочиненія Генерала П. Н. Краснова

П. Н. Красновъ († 1947 г.)
РОМАНЪ «АМАЗОНКА ПУСТЫНИ». («У ПОДНОЖІЯ БОЖЬЯГО ТРОНА»).
(Изд. 2-е, испр. авторомъ. Берлинъ: Изд-іе Сіяльскій и Крейшманъ, 1922).

VI.

Царанка привелъ лошадей.

Это были отличныя каракиргизскія горныя лошадки, легкія, сухія живыя и энергичныя. У нихъ были маленькія, изящныя головы съ большими злыми глазами, сухія, крѣпкія ноги и прекрасныя спины съ горбомъ. Ихъ было три.

И откуда онъ ихъ досталъ? И Иванъ Павловичъ и казаки поста отлично знали, что хорошихъ лошадей до ярмарки достать трудно, почти невозможно. А вотъ досталъ же!

/с. 33/ — Ты гдѣ же, Царанка, лошадей досталъ? — спрашивали его Иванъ Павловичъ и казаки, окружившіе лошадей.

Калмыкъ только ухмылялся счастливой улыбкой.

Моя досталъ, — гордо говорилъ онъ. — Моя для барышня все досталъ. Скажи: Царанка птичье молоко достань, моя достанетъ. Такой калмыкъ. А лошадь — калмыкъ знаетъ, гдѣ достать.

Да, гдѣ же, гдѣ досталъ то, чудакъ человѣкъ? — спрашивали сибиряки, уязвленные въ своемъ самолюбіи, что вотъ пріѣзжій, чужой человѣкъ, а ихъ перехитрилъ.

Далеко!, — улыбался Царанка.

Ну гдѣ? Въ Каркарѣ? Или Пржевальскѣ?

Моя не знаетъ гдѣ. Вонъ тамъ — и калмыкъ махнулъ въ сторону Китая.

Такъ ты въ китайской землѣ былъ? Сумасшедшій ты человѣкъ.

Народъ хорошій. Добрый народъ. Лошади хороши! Ухъ хороши. Маленькія лошади. Наши калмыцкія больше. Только хороши лошади.

Правда за лошадей были заплочены большія деньги, но за то это были настоящіе торгауты, выведенные изъ самыхъ нѣдръ Центральной Азіи, считающіеся близкими родственниками дикой лошади, сильные, рѣзвые и необыкновенно выносливые.

Лошадей поставили подъ навѣсъ и Фанни и Царанка отъ нихъ не отходили. Имъ сдѣлали «туалетъ», несмотря на всѣ ихъ протесты, прибрали имъ гривки, чолки, хвосты, щетки. Царанка вымылъ ихъ мыломъ, вычистилъ щеткой и скребницей, и лошадки заблестѣли, отливая темнымъ каштаномъ въ пахахъ и у крупа; на одной появились на темно-золотистомъ фонѣ черныя пятна. Имъ и названія дали: — Мурзикъ, Минычъ и Аксай.

Фанни цѣлый день просидѣла въ сараѣ подлѣ нихъ на вязанкѣ соломы и достигла того, что эти /с. 34/ дикія лошади стали позволять себя трогать, гладить, а къ вечеру долго обнюхавши маленькую ручку, протягивавшую имъ хлѣбъ, недовѣрчиво взяли его, подержали во рту и, наконецъ, къ великому счастью Фанни, прожевали его.

Она вскочила съ вязанки и сіяющая счастьемъ пошла къ Ивану Павловичу, радостно крича:

Дядя Ваня! дядя Ваня! смотрите, уже хлѣбъ съ руки ѣдятъ. Царанка видалъ, какъ Мурзикъ взялъ и Манычъ. Аксай дольше всѣхъ противился.

Аксай лучше всѣхъ, барышня будетъ, — говорилъ Царанка. — Это примѣта такая. Которая самая недовѣрчивая лошадь — самая сильная будетъ.

Но Мурзикъ лучше всѣхъ. И у него, дядя Ваня, глаза добрые стали.

Иванъ Павловичъ долженъ былъ пойти и убѣдиться, что у Мурзика стали добрые глаза.

Да, это былъ ребенокъ, а не женщина. И такъ и приходилось смотрѣть на эту дѣвушку и стараться не обращать на нее вниманія, какъ на женщину.

Но, какъ она его стѣсняла! Она своею маленькою особою наполнила все существованіе Ивана Павловича и перевернула всю его сонливо-спокойную холостецкую жизнь тихаго созерцателя. Все перемѣнилось. Созерцать природу одному, погрузившись почти въ нирвану, какъ то любилъ дѣлать Иванъ Павловичъ, не приходилось. Она была подлѣ. Живымъ дополненіемъ этой природы, самымъ чуднымъ ея произведеніемъ, сидѣла она тутъ же и мѣткія и восторженныя ея восклицанія и вопросы будили мысли Ивана Павловича и какъ молнія рѣзали темнѣвшій въ его головѣ мракъ.

Это Венера, я знаю, а то Марсъ. А эти три звѣзды въ линію, что это?

Созвѣздіе Стрѣльца, — вяло говорилъ задремавшій послѣ чая съ ромомъ Иванъ Павловичъ.

/с. 35/ — Дядя Ваня! Вы спите! Въ эту ночь! Смотрите, какъ горятъ звѣзды. Словно живыя... Какъ, выдумаете, на нихъ есть живыя существа?

Говорятъ, на планетахъ есть. А кто знаетъ? Тамъ вѣдь никто не былъ. Только фантазія писателей носилась на Луну и на Марсъ.

Я думаю, что тамъ будутъ наши души. Глядя на эту голубизну синяго неба, я начинаю понимать ту «жизнь безконечную», о которой поется на панихидѣ... Смотрите вонъ и еще и еще зажглись. Совсѣмъ надъ головой: Сколько ихъ! Вонъ то Плеяды... Тамъ милліоны маленькихъ міровъ, и все это вертится и несется куда то и мы съ ними! Милый дядя Ваня, я вамъ не надоѣдаю?

Нѣтъ... Отчего же?

Я знаю, что вы любите «помолчать»... А вотъ взойдетъ луна и онѣ начнутъ гаснуть, милыя звѣздочки.

Она сидѣла, опершись полными пухлыми руками, обнаженными до локтя, о перила веранды, а начавшая формироваться грудь ея, нагнулась за перила, голова съ туго, по гречески затянутыми на затылкѣ косами была поднята кверху и четко рисовалась на фонѣ неба силуэтомъ, полнымъ красоты и гармоніи.

И не могъ не видѣть Иванъ Павловичъ, что это женщина, что это прекрасная, молодая дѣвушка, полная женскаго обаянія.

Она стѣсняла его.

А вы знаете, дядя Ваня, у Мурзика прелестная звѣздочка на лбу. Совершенно правильный ромбъ. И вы замѣтили, у него самыя маленькія уши изъ всѣхъ трехъ. Завтра мы ихъ посѣдлаемъ, и я поѣду на Мурзикѣ, а Царанка на Аксаѣ.

Но вѣдь онѣ совершенно невыѣзженныя. Это почти дикія лошади. Я знаю этихъ торгаутовъ. Да вы видали, что онѣ дѣлали, когда вашъ калмыкъ ихъ чистилъ.

/с. 36/ — Ого! — задорно воскликнула Фанни, — не впервой мнѣ дикихъ лошадей объѣзжать. Ай-да и въ степь!

Но тугъ горы, обрывы, пропасти.

А не все ли равно!

Фанни задорно свистнула.

И опять это былъ взбалмошный казачекъ-мальчишка, избалованный отцомъ сорванецъ...

Фанни внесла въ жизнь Ивана Павловича и еще неудобства. Она любила хорошо покушать. А столъ постового офицера — спартанскій столъ. Борщъ, да рисовая каша — вотъ и все. На посту появилась корова и при коровѣ дунганка. Откуда? — «Царанка привелъ» Кто приказалъ? — «Барышня Фаня» — какъ, по ея приказанію, называли ее казаки. Утромъ на столѣ стали часто появляться коржики, аладьи, пышки и пончики, стояли кувшины съ молокомъ и кувшинчики со сливками. И обѣдъ сталъ иной. Запѣваловъ началъ подъ опытнымъ руководствомъ оказывать большіе успѣхи въ кулинарномъ искусствѣ. Артельщикъ, ѣздившій въ городъ, получалъ отъ «барышни Фани» длинный списокъ, чего надо привезти. Изъ ея ящиковъ появлялись дорогіе консервы, конфекты, варенье, печенье.

Спорить было невозможно. Она не признавала словъ «мое» и «твое», но все было «наше», а въ это «наше» она вносила такъ много «своего». И это становилось страшно.

Теперь, вотъ, купила лошадей. Значить, прочно думаетъ засѣсть на Кольджатскомъ посту. Куда то ѣздитъ, что то ищетъ. Не золото же въ самомъ дѣлѣ? Какая то цѣль у нея есть. Къ этой цѣли она неуклонно стремится, не жалѣя денегъ.

Какая цѣль? Мужская, или женская? Трудиться и завоевывать себѣ свободу и право жить на землѣ — или поработить женскими чарами мужчину, его, Ивана Павловича, и стать потомъ самой рабою его?..

Дядя Ваня... Вотъ и луна. Смотрите, какой сконфуженно глупый у нея видъ. Точно ей стыдно, /с. 37/ что она такъ запоздала... Вы знаете? Я увѣрена, что на лунѣ нѣтъ людей. Вѣдь она совершенно замерзшая. Я учила... Правда?

Правда.

Ухъ! И поскачу же я завтра по плоскогорью! Держи! держи! не поймаешь!.. Тутъ ни у кого нѣтъ борзыхъ собакъ?

Иванъ Павловичъ не отвѣтилъ. «Ну, что съ нею подѣлаешь», думалъ онъ.

Источникъ: П. Н. Красновъ. Романъ «Амазонка пустыни». («У подножія Божьяго трона»). — Изданіе 2-е, пересмотр. и исправл. авторомъ. — Берлинъ: Изданіе Сіяльскій и Крейшманъ, 1922. — С. 32-37.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.