Церковный календарь
Новости


2018-08-19 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 6-я (1991)
2018-08-19 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 45-е (18 ноября 1917 г.)
2018-08-18 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 5-я (1991)
2018-08-18 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 44-е (17 ноября 1917 г.)
2018-08-17 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 4-я (1991)
2018-08-17 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 42-е (16 ноября 1917 г.)
2018-08-16 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 3-я (1991)
2018-08-16 / russportal
Н. Д. Кузнецовъ. Основанія, приводимыя для учрежденія Патріаршества (1918)
2018-08-15 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 2-я (1991)
2018-08-15 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 41-е (15 ноября 1917 г.)
2018-08-14 / russportal
Свт. Іоаннъ, архіеп. Шанхайскій. Единообразіе въ богослуженіи (1994)
2018-08-14 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 40-е (14 ноября 1917 г.)
2018-08-12 / russportal
Обращеніе свт. Іоанна обще-приходскому годовому собранію (1994)
2018-08-12 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 39-е (13 ноября 1917 г.)
2018-08-11 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 1-я (1991)
2018-08-11 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 82-е (12 февраля 1918 г.)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - понедѣльникъ, 20 августа 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 8.
Литература Русскаго Зарубежья

Ген. П. Н. Красновъ († 1947 г.)

Петръ Николаевичъ Красновъ (1869-1947), генералъ-отъ-кавалеріи, атаманъ Всевеликаго Войска Донского, воен. и полит. дѣятель, изв. русскій и казачій писатель и публицистъ («русскій Киплингъ»). Родился 10 (23) сентября (по др. дан. 29 іюня / 12 іюля) 1869 г. въ Петербургѣ въ семьѣ ген.-лейт. Н. И. Краснова. Въ 1889 г. окончилъ Павловское Воен. Уч-ще. Въ 1890 г. зачисленъ въ Л.-Гв. Атаманскій Полкъ. Въ 1897-1898 г.г. проходилъ службу при русской дипломат. миссіи въ Эѳіопіи. Во время Русско-японской войны участв. въ боевыхъ дѣйствіяхъ въ сост. казачьихъ частей. Полковникъ (1910). Командиръ 10-го Донского казачьяго полка (1913), во главѣ котораго вступилъ въ 1-ю міровую войну. Въ 1914 г. за боевыя отличія произведенъ въ ген.-маіоры, въ 1917 г. — въ ген.-лейтенанты. Въ маѣ 1918 г. избранъ атаманомъ Всевел. войска Донского. Создалъ Донскую армію, которая въ сер. августа очистила большую часть Области войска Донского отъ большевиковъ. Изъ-за разногласій съ командованіемъ Добровольч. арміей въ февралѣ 1919 г. вынужденъ былъ подать въ отставку. 9 сентября зачисленъ въ списки Сѣв.-Западной арміи ген. Н. Н. Юденича. Вмѣстѣ съ А. И. Купринымъ издавалъ газету «Приневскій край». Въ эмиграціи жилъ въ Германіи, затѣмъ во Франціи и снова въ Германіи. Сотрудничалъ съ РОВС. Будучи убѣжд. противникомъ Совѣтской власти, привѣтствовалъ войну Германіи съ С.С.С.Р., видя въ этомъ единственную возможность освободить Россію отъ большевизма. Въ 1944 г. назначенъ начальникомъ Гл. упр. казачьихъ войскъ при Мин-вѣ вост. территорій, руководилъ формиров. Казачьяго отд. корпуса («Казачьяго стана»), сначала въ Бѣлоруссіи, затѣмъ въ Сѣв. Италіи. Въ маѣ 1945 г. сдался въ плѣнъ англичанамъ и былъ ими выданъ совѣтской воен. администраціи. Вмѣстѣ съ рядомъ др. казачьихъ атамановъ убитъ въ Лефортовской тюрьмѣ 3 (16) января 1947 г. — Помимо боевой славы П. Н. Красновъ извѣстенъ, какъ боевой писатель, сотрудникъ воен. изданій и составитель воен. очерковъ, памятокъ и руководствъ. Въ 1921-1943 г.г. онъ опубликовалъ 41 книгу: однотомные и многотомные романы, 4-е сборника разсказовъ и 2-а тома воспоминаній. Его истор. романы и повѣсти создали ему славу изв. писателя и были переведены на 17 языковъ.

Сочиненія Генерала П. Н. Краснова

П. Н. Красновъ († 1947 г.)
РОМАНЪ «АМАЗОНКА ПУСТЫНИ». («У ПОДНОЖІЯ БОЖЬЯГО ТРОНА»).
(Изд. 2-е, испр. авторомъ. Берлинъ: Изд-іе Сіяльскій и Крейшманъ, 1922).

XI.

Въ одинадцать часовъ пріѣхалъ проводникъ. Это былъ немолодой, рослый, могучаго сложенія киргизъ. Онъ пріѣхалъ на маленькой тощей рыжей лошади и, казалось, что онъ раздавитъ ее своимъ большимъ тяжелымъ тѣломъ, одѣтымъ въ теплый ватный халатъ, бѣлый съ темно-лиловыми полосами и въ шапку лиловаго бархата съ опушкой изъ лисьяго мѣха.

Открытая грудь, поросшая густыми волосами была черна и серебрилась мелкими каплями пота, какъ роса сверкавшими на мѣхѣ его волосъ. Черные прямые жесткіе усы и маленькая бородка, были на его темно бронзовомъ лицѣ.

Ассала малейкумъ!, — сказалъ онъ, входя въ фанзу и прикладывая ладони ко лбу.

Малейкумъ-ассала, — поднимаясь сказалъ Аничковъ, поздоровался за руку съ киргизомъ и повелъ съ нимъ бесѣду.

Можно пройдти, — весело сказалъ онъ Ивану Павловичу, — но надо идти сейчасъ, чтобы до ночи пройдти ледникъ. Ночью идти нельзя.

/с. 56/ — Ну такъ я иду будить казаковъ и ай-да!

Не прошло и десяти минуть, какъ сонный дворъ былъ полонъ жизни. Кряхтѣли и стонали лошади, которымъ туго подтягивали подпруги, изъ колодезной ямы носили парусиновыя ведра и поили лошадей и съ тихимъ гомономъ садились на коней казаки. Сонъ не сошелъ еще съ ихъ распаренныхъ зноемъ лицъ. И движенія были медленны и лѣнивы.

Тамыръ Аничкова, сидя на своемъ рыжемъ конькѣ, покорно ожидалъ у воротъ.

Ну! — сказалъ Аничковъ, на прекрасной, рослой кровной лошади выдвигаясь къ нему, — ай-да.

Отрядъ сталъ вытягиваться изъ воротъ.

Пустыня полого поднималась къ горамъ и горы казались близкими. Ровный и плотный, точно утрамбованный, выглаженный водами давнишняго потопа песокъ былъ красновато-желтаго цвѣта. Розовая пыль поднималась отъ отряда и казалась прозрачною дымкой. Пучки желтой верблюжей травки становились рѣже и, наконецъ, исчезли. Кругомъ былъ только песокъ и передъ глазами часами стояли горы все такія же близкія, но до которыхъ никакъ не добраться.

Лошади сбавили хода. Въ синевѣ знойнаго неба трепетали надъ жолтыми песками обманчивые миражи. Разстилались студеною синевою прозрачныя озера, надъ ними въ мягкой зелени тамарисковъ, грушъ и яблонь стояли дунганскіе кишлаки. Въ небѣ дрожали причудливые лиловые пики горъ, которыхъ на дѣлѣ не было. Воздухъ точно игралъ, дрожалъ и переливался, создавая все новыя картины.

Два часа пути не измѣнили ландшафта, только дѣйствительно придвинулись горы, стало легче дышать, воздухъ сталъ болѣе рѣдкимъ. Но отъ раскаленныхъ горъ пышало жаромъ, какъ изъ печи и лошади и всадники изнемогали отъ зноя.

/с. 57/ На одинадцатой верстѣ въ пескѣ пустыни обнаружилось широкое углубленіе, сплошь забросанное шлифованными, ползшимъ когда-то здѣсь ледникомъ, сѣрыми камнями. Сошли въ это углубленіе и пошли по мелкой галькѣ. Долина становилась глубже. Оба берега поднимались по краямъ на нѣсколько аршинъ, обнажая породу камня и показывая слайдовыя наслоенія. Изъ песчаныхъ осыпей кое гдѣ торчали корявыя вѣтки саксаула. Мѣстами изъ подъ земли среди камней пробивался тихо журчащій ручеекъ, разливался по песчаной осыпи и исчезалъ въ пескѣ. Мокрый песокъ былъ бурокраснаго цвѣта и изъ него густо торчали иголки ярко зеленой травы и сверкали низкія желтыя звѣздочки горнаго одуванчика.

Стало свѣжѣе. Холодъ горъ и близость ледника дали, наконецъ, себя чувствовать и казаки вздохнули полною грудью. Подъемъ становился круче. Русло было завалено крупными камнями, скалами, между которыми вилась чуть замѣтная тропинка. По бокамъ уже не былъ песокъ, гнейсъ и сланцы, но торчали черныя скалы базальта, перемежаемыя гранитами и порфирами. Шли по узкому корридору, по одному, одинъ на хвостѣ у другого. Разговоры и тихія протяжныя пѣсни въ колоннѣ смолкли. Вошли въ ущелье мертвыхъ дикихъ горъ и давило величіе скалъ и пиковъ. Подъ ногами непрерывно струился ручеекъ студеной воды, но не было травы и темнозеленый, почти черный мохъ покрывалъ скалы.

Орлы рѣяли надъ колонной. Ихъ потревожило вторженіе людей и они срывались со скалъ, подпуская къ себѣ такъ близко, что отчетливо были видны ихъ большіе и кривые клювы цвѣта слоновой кости и зоркіе смѣлые глаза.

Наконецъ, путь преградила осыпь громадныхъ камней, наваленныхъ одинъ на другой. Пришлось карабкаться, цѣпляясь руками и помогая другъ /с. 58/ другу. За казаками карабкались лошади. За каменистымъ кряжемъ была ровная и чистая площадка нѣжнаго, серебристаго песка — дно бывшаго здѣсь озера. Прошли его спорою рысью и подошли къ безпорядочно наваленной грудѣ камней, какъ лѣстница поднимавшейся наверхъ.

Воздухъ былъ рѣдокъ и прохладенъ. Вечерѣло. Каждый аршинъ пути завоевывался съ трудомъ, колонна растянулась, и люди, и лошади карабкались въ гору, какъ козявки. Ни одинъ звукъ не нарушалъ тишины горъ и въ ихъ вѣковѣчномъ безмолвіи слышался топотъ копытъ, тяжелое дыханіе людей, да вздохи и стоны падавшихъ колѣнями на камни лошадей.

Древность породы, непостижимая человѣческому уму тайна образованія этихъ пиковъ, каменныхъ осыпей, слѣды бывшей здѣсь когда-то титанической работы природы, которая льдами и водой шлифовала порфиры и граниты, присутствіе здѣсь когда-то страшной массы воды, которая отлагала пласты слюды, сланца, глины и песку, разбросанные въ безпорядкѣ громадные камни и скалы, брошенныя откуда-то страшною силой и вросшія въ землю: — все говорило, что здѣсь раньше не было покоя. Двигались скалы и горы, бушевало море потопа, далекій вулканъ бросалъ каменья на десятки верстъ, а потомъ медленно, упорно, съ жестокостью природы ползли внизъ громадные ледники. Это было. Когда? Никто изъ живущихъ здѣсь не помнитъ когда. Ни одна здѣшняя лѣтопись не говоритъ объ этомъ. И повѣствуютъ это только скалы, пролетѣвшія пространство, только истертые бока твердыхъ каменныхъ породъ, да жесткій кварцъ, обращенный въ нѣжный, серебристый, легкій, полупрозрачный песокъ.

Жутко было здѣсь человѣку, заглянувшему въ тайны мірозданія и прочитавшему книгу природы, услышавшему тѣ «неизрѣченные глаголы», кото/с. 59/рые, по словамъ пророка, нельзя слышать безнаказанно людскими ушами.

Должно быть, солнце, давно невидное изъ узкаго корридора скалъ, сѣло за горы. Сумерки надвинулись. Небо стало темное и ярко вспыхнули звѣзды. Иванъ Павловичъ нашелъ въ полутьмѣ на хвостъ лошади головного дозора. Дозоры стояли. Оставивъ Красавчика — онъ протискался впередъ. Аничковъ и киргизъ совѣщались.

Въ чемъ дѣло? — спросилъ Иванъ Павловичъ.

Дальше идти нельзя — отвѣчалъ Аничковъ.

Какъ! Совсѣмъ?

Нѣтъ до утра. Мы стоимъ подъ ледникомъ. Наверхъ пробита въ снѣгу лѣстница, но сейчасъ ея не видно. Въ снѣгу могутъ быть провалы, заметенные снѣгомъ. Надо ждать до утра.

Печально.

Ничего не пропишешь.

Иванъ Павловичъ съ Аничковымъ прошли впередъ. Щель расширилась, образовалась какъ-бы чашка въ скалѣ. Подъ ногами захлюпала вода. Серебристо бѣлою стѣною, преграждая дорогу, саженей десять вышиною передъ ними лежалъ ноздреватый снѣгъ. Ледянымъ холодомъ обжигало дыханіе... Когда они остановились, стала слышна непрерывная капель на разные тона воды, падавшей со дна ледника въ озеро.

Казаки вывязали изъ вьюковъ шинели и одѣлись въ нихъ. Появились маленькіе сучки саксаула, которые опытный сибирскій казакъ не лѣнится собирать на походѣ въ пустынѣ, зная, что на привалѣ нигдѣ не достанешь лѣса и дровъ, запылали костры, бросая причудливыя тѣни на снѣговую стѣну и отсвѣчивая въ ней красноватыми пятнами и казаки усѣлись «чаевать».

Источникъ: П. Н. Красновъ. Романъ «Амазонка пустыни». («У подножія Божьяго трона»). — Изданіе 2-е, пересмотр. и исправл. авторомъ. — Берлинъ: Изданіе Сіяльскій и Крейшманъ, 1922. — С. 55-59.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.