Церковный календарь
Новости


2018-08-19 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 6-я (1991)
2018-08-19 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 45-е (18 ноября 1917 г.)
2018-08-18 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 5-я (1991)
2018-08-18 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 44-е (17 ноября 1917 г.)
2018-08-17 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 4-я (1991)
2018-08-17 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 42-е (16 ноября 1917 г.)
2018-08-16 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 3-я (1991)
2018-08-16 / russportal
Н. Д. Кузнецовъ. Основанія, приводимыя для учрежденія Патріаршества (1918)
2018-08-15 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 2-я (1991)
2018-08-15 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 41-е (15 ноября 1917 г.)
2018-08-14 / russportal
Свт. Іоаннъ, архіеп. Шанхайскій. Единообразіе въ богослуженіи (1994)
2018-08-14 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 40-е (14 ноября 1917 г.)
2018-08-12 / russportal
Обращеніе свт. Іоанна обще-приходскому годовому собранію (1994)
2018-08-12 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 39-е (13 ноября 1917 г.)
2018-08-11 / russportal
Еп. Григорій (Граббе). "Русская Церковь передъ лицомъ господ. зла". Гл. 1-я (1991)
2018-08-11 / russportal
Помѣстный Соборъ 1917-1918 гг. Дѣяніе 82-е (12 февраля 1918 г.)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - понедѣльникъ, 20 августа 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 8.
Литература Русскаго Зарубежья

Ген. П. Н. Красновъ († 1947 г.)

Петръ Николаевичъ Красновъ (1869-1947), генералъ-отъ-кавалеріи, атаманъ Всевеликаго Войска Донского, воен. и полит. дѣятель, изв. русскій и казачій писатель и публицистъ («русскій Киплингъ»). Родился 10 (23) сентября (по др. дан. 29 іюня / 12 іюля) 1869 г. въ Петербургѣ въ семьѣ ген.-лейт. Н. И. Краснова. Въ 1889 г. окончилъ Павловское Воен. Уч-ще. Въ 1890 г. зачисленъ въ Л.-Гв. Атаманскій Полкъ. Въ 1897-1898 г.г. проходилъ службу при русской дипломат. миссіи въ Эѳіопіи. Во время Русско-японской войны участв. въ боевыхъ дѣйствіяхъ въ сост. казачьихъ частей. Полковникъ (1910). Командиръ 10-го Донского казачьяго полка (1913), во главѣ котораго вступилъ въ 1-ю міровую войну. Въ 1914 г. за боевыя отличія произведенъ въ ген.-маіоры, въ 1917 г. — въ ген.-лейтенанты. Въ маѣ 1918 г. избранъ атаманомъ Всевел. войска Донского. Создалъ Донскую армію, которая въ сер. августа очистила большую часть Области войска Донского отъ большевиковъ. Изъ-за разногласій съ командованіемъ Добровольч. арміей въ февралѣ 1919 г. вынужденъ былъ подать въ отставку. 9 сентября зачисленъ въ списки Сѣв.-Западной арміи ген. Н. Н. Юденича. Вмѣстѣ съ А. И. Купринымъ издавалъ газету «Приневскій край». Въ эмиграціи жилъ въ Германіи, затѣмъ во Франціи и снова въ Германіи. Сотрудничалъ съ РОВС. Будучи убѣжд. противникомъ Совѣтской власти, привѣтствовалъ войну Германіи съ С.С.С.Р., видя въ этомъ единственную возможность освободить Россію отъ большевизма. Въ 1944 г. назначенъ начальникомъ Гл. упр. казачьихъ войскъ при Мин-вѣ вост. территорій, руководилъ формиров. Казачьяго отд. корпуса («Казачьяго стана»), сначала въ Бѣлоруссіи, затѣмъ въ Сѣв. Италіи. Въ маѣ 1945 г. сдался въ плѣнъ англичанамъ и былъ ими выданъ совѣтской воен. администраціи. Вмѣстѣ съ рядомъ др. казачьихъ атамановъ убитъ въ Лефортовской тюрьмѣ 3 (16) января 1947 г. — Помимо боевой славы П. Н. Красновъ извѣстенъ, какъ боевой писатель, сотрудникъ воен. изданій и составитель воен. очерковъ, памятокъ и руководствъ. Въ 1921-1943 г.г. онъ опубликовалъ 41 книгу: однотомные и многотомные романы, 4-е сборника разсказовъ и 2-а тома воспоминаній. Его истор. романы и повѣсти создали ему славу изв. писателя и были переведены на 17 языковъ.

Сочиненія Генерала П. Н. Краснова

П. Н. Красновъ († 1947 г.)
РОМАНЪ «АМАЗОНКА ПУСТЫНИ». («У ПОДНОЖІЯ БОЖЬЯГО ТРОНА»).
(Изд. 2-е, испр. авторомъ. Берлинъ: Изд-іе Сіяльскій и Крейшманъ, 1922).

XII.

О, эта ночь, долгая ночь, въ горахъ у подошвы ледника! Ночь безъ яркихъ большихъ костровъ, которые могутъ согрѣть, ночь послѣ зноя похода по раскаленной пустынѣ. Тихая молчаливая ночь. Какою безконечно долгой и холодной казалась она казакамъ!

Сначала тишина ея нарушалась гомономъ людей, сходившихся къ котелкамъ съ чаемъ и пившимъ чай, раздавались короткія, дѣловыя замѣчанія. Слышалось чавканье и дутье на горячіе котелки и желѣзныя кружки. Потомъ водили поить лошадей, возились надъ ними, снимали сѣдла и вьюки. Навѣшивали торбы съ ячменемъ. Около получаса въ сплошной темнотѣ слышалось частое жеваніе лошадиныхъ челюстей, довольное фырканіе и тяжелые вздохи. Потомъ люди гомоздились, укладываясь кучками между скалъ, раздалось сопѣніе, притихли лошади и тоже заснули, понуривши головы.

Иванъ Павловичъ и Аничковъ долго не могли уснуть. Цыганскій потъ пробивалъ и тѣло въ мокромъ бѣльѣ не могло согрѣться.

Иванъ Павловичъ прислушивался къ непрерывной капели воды и его раздражала настойчивость и ритмическая послѣдовательность ея, ничѣмъ не нарушаемая, вѣроятно, вѣками. Сначала упадала одна большая тяжелая капля, дававшая глухой, плоскій звукъ, потомъ быстро съ серебристымъ звономъ падали двѣ маленькія капельки и опять большая, тяжелая, плоско плюхалась въ лужицу. Черезъ строго опредѣленные промежутки времени какая то чашечка, выдолбленная этими каплями въ скалѣ, переполняласъ и оттуда съ легкимъ журчаніемъ выбѣгала крошечная струйка. Иванъ Павловичъ сосчиталъ, что падало шесть большихъ капель и одинадцать малыхъ и послѣ одинадцатой бѣжала струйка. Такъ было вѣчно. /с. 61/ Сколько времени понадобится, чтобы настолько углубить эту чашечку, чтобы струйка выбѣжала послѣ двѣнадцатой малой капели, или послѣ седьмой большой? Ужасъ охватывалъ отъ сознанья этой медленности и настойчивости работы природы. Ему захотѣлось нарушить ея разсчеты, подойти, ударить ногою въ снѣгъ, измѣнить разстояніе между льдомъ и чашечкою, продолбленною въ камнѣ. Тогда будетъ какой-то другой ритмъ, который не сразу наладится.

Но ему было лѣнь встать. И, борясь съ желаніемъ вступить въ мелочную борьбу съ природою и лѣнью и истомою все болѣе и болѣе охватывавшею его тѣло, онъ началъ засыпать.

Подумалъ о Фанни. Она бы непремѣнно встала и разрушила бы это. Изъ своего мальчишескаго упрямства сдѣлала-бы. Вспомнивъ ее, почему то улыбнулся счастливой улыбкой и заснулъ крѣпкимъ сномъ.

Проснулся онъ отъ свѣжаго мужского голоса, который не то пропѣлъ, не то проговорилъ нараспѣвъ:

— «Ахъ, да зачѣмъ эта ночь была такъ холодна».

Иванъ Павловичъ открылъ глаза. Было еще темно, но звѣзды гасли, снѣгъ казался сѣрымъ и стали видны силуэты людей. Пропѣлъ эту фразу веселый казакъ Попадѣйкинъ, уже мостившійся, чтобы согрѣть чаю. Люди просыпались, потягивались, зѣвали... Начали поить лошадей, задавать ячмень, сѣдлать и вьючить.

Стало свѣтло. Но солнца не было. Оно было за горами и было очевидно, что лишь около полудня заглянутъ его лучи на эту снѣговую массу и начнутъ растапливать ледникъ.

Теперь стала видна узкая тропинка, протоптанная въ снѣгу киргизами. Она врѣзалась въ ледникъ и поднималась на его вершину. Легкая бѣ/с. 62/лая пушинка будто прилипшая между двухъ черныхъ утесовъ оказалась ледяной равниной, тянувшейся на версту. По леднику проходили скорымъ шагомъ. Торопились миновать его. Знали о предательскихъ разсѣлинахъ въ снѣгу, въ которыя можно провалиться безвозвратно. И, когда снова подъ конскими ногами застучалъ твердый камень шлифованной скалы, вздохнули свободно, полной грудью. Еще нѣсколько шаговъ и были на перевалѣ. Отсюда былъ ровный пологій скатъ по скалѣ, уходившій въ густой еловый лѣсъ. Необъятный просторъ и ширь открылись взорамъ казаковъ. Совсѣмъ близкое, окруженное горами, громадное, какъ море, синѣло густымъ сапфиромъ озеро Иссыкъ-Куль. Горы спускались къ нему пологими холмами, покрытыми квадратами полей. Черныя, паровыя поля чередовались съ синевато-зелеными нивами ржи и зеленью луговъ. Вились дороги, пестрыми крышами среди зеленыхъ садовъ стоялъ, какъ игрушка, Пржевальскъ, видна была группа деревьевъ и скала памятника Пржевальскому, а за Пржевальскомъ — снѣговыя горы безъ конца.

Отрядъ вошелъ въ еловый лѣсъ. Среди можжевельника, какъ колонны тихаго храма, высились сѣрые стволы Алтайской ели и мутная зелень ея иголъ издавала легкій смолистый запахъ.

Едва замѣтная тропинка влилась теперь въ широкую лѣсную дорогу, по которой волокомъ таскали деревья. Отрядъ сѣлъ на лошадей и быстро сталъ спускаться.

У домика лѣсника, его хозяинъ вышелъ на топотъ коней и съ удивленіемъ смотрѣлъ, откуда появились казаки. Спросили его о Зарифѣ, но онъ ничего не слыхалъ.

Около полудня развѣдали Пржевальскъ. Тамъ уже была тревога. Зарифа ожидали вчера изъ Каркары, но онъ не пришелъ. Обрадовались казакамъ, /с. 63/ уговаривали ихъ остаться, но Иванъ Павловичъ перемигнулся съ Аничковымъ и они пошли по почтовому тракту на востокъ.

Вечеромъ у самаго перевала еще разъ перемѣнили лошадей въ хорошемъ киргизскомъ табунѣ. Не безъ грусти оставилъ Иванъ Павловичъ своего Красавчика и сѣлъ на чужую, плохо знающую поводъ лошадь, и только Аничковъ ѣхалъ на своемъ блестящемъ кровномъ, золотисто-рыжемъ Альмансорѣ, который не зналъ утомленія.

На перевалѣ встрѣтились киргизы. Они бѣжали изъ Каркары. Тамъ былъ Зарифъ со своей шайкой. Онъ рѣзалъ барановъ, угонялъ табуны, забиралъ всѣ богатства киргизскихъ кочевьевъ.

Старики и старухи спаслись, молодые киргизы частью были убиты, частью разсѣялись въ горы, дѣвушекъ Зарифъ бралъ съ собою... Продастъ въ Аксу или Турфанѣ...

Это извѣстіе оживило изнемогавшихъ отъ долгаго пути казаковъ. Свѣжія лошади шли хорошо и въ сумеркахъ отрядъ проходилъ мимо громадной груды наваленной высокою пирамидой, по преданію, войсками Тамерлана, когда они шли въ Европу, и рядомъ лежала маленькая кучка камней — это были камни, положенные солдатами великаго монгола на обратномъ пути. Каждый воинъ клалъ камень, когда шелъ туда, и каждый положилъ при возвращеніи. Такъ наглядно исчислилъ Тамерланъ свои потери во время похода на Европу.

Два трупа киргизовъ лежали на дорогѣ. Они говорили краснорѣчивѣе разсказовъ и донесеній о близости разбойника.

Было совсѣмъ темно, когда казаки вошли въ долину Каркары. Впередъ отъ горъ до горъ побѣжали дозоры. Казаки сняли винтовки. Въ темнотѣ ночи сторожко шли казачьи кони.

Въ полночь наткнулись еще на трупъ киргиза. Онъ былъ совершенно свѣжъ. Орлы и вороны не /с. 64/ успѣли исклевать и шакалы не тронули его. Еще сегодня шайка хозяйничала здѣсь. И стало ясно, что Зарифь о чемъ то пронюхалъ, и побоялся идти на Пржевальскъ и вдоль озера къ Русскимъ поселкамъ, но ограничился грабежомъ киргизскихъ лѣтовокъ и ударился назадъ къ китайской границѣ.

Каркара, обычно въ лѣтнее время полная табуновъ и стадъ была пуста. Ее, какъ вымело. Изрѣдка попадались одиночныя овцы, отбившіяся при угонѣ.

Отрядъ Ивана Павловича шелъ рысью и наметомъ. Охотничьи сердца казаковъ разгорѣлись, темная ночь была не страшна, а долина рѣки Каркары была обставлена кругомъ горами и въ ней нельзя было заблудиться.

Далеко за полночь подошли къ спуску съ плоскогорья. Дорога раздваивалась. Трудно проходимая, каменистая узкая тропа шла подножіями Хан-Тен-Гри черезъ много тяжелыхъ переваловъ и ущелій въ Китай, большой трактъ сворачивалъ на сѣверъ и направлялся черезъ Зайцевское въ долину рѣки Или.

Ты знаешь, Николай, — сказалъ Иванъ Павловичъ, подъѣзжая къ остановившемуся на распутьи Аничкову, — не понравился мнѣ дунганинъ въ Менде-Кара.

Да... Конечно, это онъ донесъ о насъ Зарифу и заставилъ свернуть отъ Пржевальска.

Уйдетъ опять...

Посмотримъ.

Какъ думаешь, какъ онъ пошелъ отсюда?

Пошелъ по тракту и, не доходя до Зайцевскаго, свернулъ на Кольджатъ.

Мучительною, незнаемою раньше болью сжалось сердце Ивана Павловича. Фанни вспомнилась ему, встала передъ нимъ въ своемъ сѣромъ армянкѣ и кабардинской шапкѣ и суровый воинъ и житель /с. 65/ горъ почувствовалъ какъ похолодѣли руки и ноги, сердце остановилось отъ тоски и страха за нее.

Ну, конечно, — продолжалъ Аничковъ, — по горной тропѣ стада добычи скоро не погонишь, а онъ торопится. Большой трактъ и дорога вдоль Или кружна. Джаркентъ близокъ и онъ боится, что тамъ ему перерѣжутъ путь. Лазутчики и преданные киргизы и дунгане сказали ему, что въ Кольджатѣ никого нѣтъ и онъ пойдетъ на проломъ Кольджатскаго поста.

Впередъ! — бѣшено, не своимъ голосомъ крикнулъ Иванъ Павловичъ и отрядъ помчался къ краю долины Каркары къ извилистому спуску въ Илійскую долину.

Источникъ: П. Н. Красновъ. Романъ «Амазонка пустыни». («У подножія Божьяго трона»). — Изданіе 2-е, пересмотр. и исправл. авторомъ. — Берлинъ: Изданіе Сіяльскій и Крейшманъ, 1922. — С. 60-65.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.