Церковный календарь
Новости


2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Православное Догмат. Богословіе митр. Макарія (1976)
2018-12-11 / russportal
Прот. Михаилъ Помазанскій. Свт. Тихонъ Задонскій, еп. Воронежскій (1976)
2018-12-10 / russportal
Лактанцій. Книга о смерти гонителей Христовой Церкви (1833)
2018-12-10 / russportal
Евсевій, еп. Кесарійскій. Книга о палестинскихъ мученикахъ (1849)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Истинное христіанство есть несеніе креста (1975)
2018-12-09 / russportal
Архіеп. Аверкій (Таушевъ). Сознаемъ ли мы себя православными? (1975)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, какъ душѣ обрѣсти Бога (1895)
2018-12-08 / russportal
Преп. Ефремъ Сиринъ. О томъ, что не должно соблазнять ближняго (1895)
2018-12-07 / russportal
Тихонія Африканца Книга о семи правилахъ для нахожд. смысла Св. Писанія (1891)
2018-12-07 / russportal
Архим. Антоній. О правилахъ Тихонія и ихъ значеніи для совр. экзегетики (1891)
2018-12-06 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 16-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
2018-12-06 / russportal
Свт. Василій, еп. Кинешемскій. Бесѣда 15-я на Евангеліе отъ Марка (1996)
2018-12-05 / russportal
Духовныя бесѣды (26-30) преп. Макарія Египетскаго (1904)
2018-12-05 / russportal
Духовныя бесѣды (21-25) преп. Макарія Египетскаго (1904)
2018-12-04 / russportal
Прот. М. Хитровъ. Слово на Введеніе во храмъ Пресв. Богородицы (1898)
2018-12-04 / russportal
Слово въ день Введенія во храмъ Пресвятой Богородицы (1866)
Новости въ видѣ
RSS-канала: .
Сегодня - среда, 12 декабря 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 21.
Исторія Россіи

С. М. Соловьевъ († 1879 г.)

Сергѣй Михайловичъ Соловьевъ (1820-1879), выдающійся русскій историкъ, академикъ (1872). Родился 5 (18) мая 1820 г. въ семьѣ московскаго священника. Учился въ Московскомъ университетѣ (1838-1842), по окончаніи котораго въ качествѣ домашняго учителя дѣтей графа А. П. Строганова въ 1842-1844 г. побывалъ за границей, гдѣ слушалъ лекціи нѣмецкихъ и французскихъ историковъ и философовъ въ Берлинѣ, Парижѣ, Гейдельбергѣ. Съ 1845 г. приступилъ къ чтенію курса русской исторіи въ Московскомъ университетѣ, защитилъ магистерскую диссертацію «Отношеніе Новгорода къ великимъ князьямъ», а въ 1847 г. докторскую — «Исторія отношеній между русскими князьями Рюрикова дома». Съ 1847 г. — профессоръ Московскаго университета. Авторъ множества историческихъ работъ («Исторія паденія Польши», 1863; «Императоръ Александръ I. Политика, дипломатія», 1877; «Публичныя чтенія о Петрѣ Великомъ», 1872 и др.). Главный трудъ — «Исторія Россіи съ древнѣйшихъ временъ» (29 т., 1851-1879), въ которомъ на основѣ огромнаго количества историческихъ источниковъ ученый обосновалъ новую концепцію отечественной исторіи. Ея своеобразіе объяснялъ тремя факторами: «природа страны» (природно-географическія особенности), «природа племени» (этно-культурное своеобразіе русскаго народа) и «ходъ внѣшнихъ событій» (внѣшнеполитическія причины). Въ 1871-1877 г. Соловьевъ занималъ должность ректора Московскаго университета. Въ послѣдніе годы жизни — предсѣдатель «Московскаго общества исторіи и древностей Россійскихъ». Скончался 4 (17) октября 1879 г. Похороненъ въ Москвѣ на территоріи Новодѣвичьяго монастыря.

Сочиненія С. М. Соловьева

С. М. Соловьевъ († 1879 г.)
ОБЩЕДОСТУПНЫЯ ЧТЕНІЯ О РУССКОЙ ИСТОРІИ.
Изданіе 5-е. М., 1908.

ЧТЕНІЕ VI.
О великомъ князѣ Іоаннѣ III Васильевичѣ и женѣ его Софіи Ѳоминичнѣ. О томъ, какъ украсилась Москва и какъ великій князь сталъ жить и вести себя иначе. О томъ, какъ присоединенъ былъ Новгородъ великій; какъ устроились войска въ Россіи, служилые люди, помѣщики. О покореніи Перми и Вятки. О разрушеніи Золотой Орды; о подчиненіи Казани великому князю. О томъ, какъ западные русскіе князья изъ-за православія стали переходить отъ Литвы къ Москвѣ и какъ счастливо кончилась война литовская. О княженіи Василія Ивановича; о присоединеніи Пскова и Рязани; о взятіи Смоленска, о разбойничествахъ Крымскихъ.

Въ 1462 г. скончался великій князь Василій Васильевичъ Темный, и ему наслѣдовалъ старшій сынъ Іоаннъ III Васильевичъ. У Іоанна III было еще четверо младшихъ братьевъ, которые, по отцовскому завѣщанію, получили каждый участки или удѣлы, но всѣ эти удѣлы, взятые вмѣстѣ, были гораздо меньше той области, какую получилъ старшій братъ Іоаннъ. Эта область и съ удѣлами младшихъ братьевъ заключалась въ нынѣшнихъ губерніяхъ: Московской, Владимірской, Нижегородской, Костромской, Ярославской и въ частяхъ Тульской, Калужской, Вологодской и Архангельской. Но важно было то, что другія княжества были до крайности слабы, сопротивляться московскимъ силамъ не могли; Татары ослабѣвали все больше и больше; въ Литвѣ княжилъ Казимиръ Ягайловичъ, который былъ вмѣстѣ и королемъ польскимъ; все свое вниманіе онъ долженъ былъ обращать на польскія дѣла, и некогда ему было мѣшать московскому великому князю усиливаться. Такимъ образомъ обстоятельства были самыя благопріятныя для Москвы, а Іоаннъ III умѣлъ пользоваться обстоятельствами, да и во второй женѣ своей нашелъ хорошую совѣтницу. Въ первомъ бракѣ онъ былъ женатъ на княжнѣ тверской, овдовѣлъ рано, хотѣлъ жениться въ другой разъ, и скоро представилась невѣста знаменитая.

Когда Константинополь былъ взятъ Турками и послѣдній греческій императоръ, Константинъ Палеологъ, былъ убитъ при этомъ, то братъ его Ѳома бѣжалъ въ Италію и нашелъ убѣжище въ Римѣ у папы. У этого Ѳомы была дочь Софья, и папа Павелъ II хотѣлъ сыскать ей жениха. Онъ слышалъ, что далеко на сѣверѣ есть обширная страна Россія или Московія, какъ ее тогда называли иностранцы, гдѣ жители христіане, но держатся восточнаго греческаго исповѣданія, а папамъ всегда хотѣлось, чтобъ всѣ христіане были западнаго, латинскаго исповѣданія и подчинялись ихъ власти: папѣ поэтому пришла мысль высватать Софью Ѳоминичну за московскаго великаго князя: папа надѣялся, что Софья, воспитанная въ Римѣ, постарается, чтобы мужъ ея и его подданные присоединились къ римской церкви. Папа предложилъ Іоанну III жениться на Софіи, и тотъ принялъ предложеніе. Въ 1472 году Софья пріѣхала въ Москву и обвѣнчалась съ великимъ княземъ. Софья была воспитана въ Италіи, которая въ это самое время была самая богатая страна въ Европѣ; города ея отличались великолѣпіемъ своихъ построекъ, итальянскіе мастера считались лучшими, повсюду начали подражать Итальянцамъ во всемъ. Пріѣхавши въ Россію, греческая царевна нашла страну, которая поражала своею бѣдностью, отсутствіемъ красивыхъ и большихъ каменныхъ зданій въ городахъ, особенно въ столицѣ великокняжеской, въ Москвѣ, потому что Москва поднялась въ самое несчастное время: съ одной стороны Татары, съ другой Литва; некогда было думать о великолѣпныхъ зданіяхъ, да и не на что ихъ было строить; князья берегли денежку на черный день, а черныхъ дней было довольно; деньги нужно было отвозить въ Орду, задаривать хана и вельможъ его, чтобы Татары не опустошали страны и не мѣшали управляться со внутренними врагами, деньги нужны были князьямъ для покупки селъ и цѣлыхъ городовъ, чѣмъ и усилилось Московское княжество. Великіе князья жили въ Москвѣ очень просто; по ихъ завѣщаніямъ можно видѣть, въ чемъ состояло ихъ имущество: нѣсколько иконъ, дорогого платья, цѣпей, нѣсколько сосудовъ столовыхъ, и всего этого такъ немного, что можно было уложить въ одинъ небольшой сундукъ; простые деревянные столы да скамейки — вотъ что наполняло немногія и тѣсныя комнаты великокняжескаго дома. Но если такъ бѣдно жили князья, то еще бѣднѣе простые люди, и Москва представляла сѣрую кучу бѣдныхъ деревянныхъ избъ, одна побольше, другая поменьше; у кого заводилось платье подороже, ожерелье жемчужное, серьги съ дорогими каменьями, чарки серебряныя, относили на сбереженіе въ каменную церковь для безопасности отъ пожаровъ, которые были безпрестанно. Заслышатъ о Татарахъ, о Литвѣ, собраться легко, все богатство въ узелокъ и садятся или въ каменный Кремль въ осаду, или уѣзжаютъ куда подальше, а домъ сгоритъ — не жаль, выстроить его потомъ легко, лѣсу множество и постройка незатѣйная, дешевая.

Самое дорогое въ домѣ у стариннаго русскаго человѣка — это святая икона въ переднемъ углу, благословеніе прародительское; самое дорогое въ старинномъ русскомъ городѣ — это соборная церковь, на постройку и украшеніе которой не щадили казны ни князья, ни простые люди. Въ разныхъ городахъ русскихъ, особенно въ Новгородѣ Великомъ, во Владимірѣ, были большія красивыя соборныя церкви; но въ Москвѣ не было такой церкви. Каменный Успенскій соборъ, воздвигнутый при Калитѣ, былъ построенъ такъ неискусно, непрочно, что черезъ сто съ чѣмъ-нибудь лѣтъ уже обветшалъ, своды тронулись, а потому надобно было подпереть его толстыми деревянными столбами. Совѣстно было, что въ стольномъ городѣ великаго князя всея Руси соборная церковь развалилась, подперта была деревянными столбами, особенно совѣстно было великому князю, чтó подумаетъ невѣста, царевна греческая, которая уже ѣхала изъ Италіи. Въ 1472 году ветхую церковь разрушили, начали строить новую, но только что начали сводить своды, какъ она рухнула. Великій князь послалъ въ Италію искать хорошаго архитектора, и привезли изъ Венеціи Аристотеля Фіоравенти, который согласился ѣхать въ Москву за десять рублей въ мѣсяцъ жалованья. Въ 1475 году Аристотель началъ и въ 1479 году кончилъ строеніе Успенскаго собора, который и до сихъ поръ стоитъ въ томъ же самомъ видѣ вотъ уже скоро 400 лѣтъ [1].

Одною соборною церковью не удовольствовались, другіе мастера построили соборы — Архангельскій, Благовѣщенскій, построенъ былъ каменный дворецъ великокняжескій, нѣсколько красивыхъ башенъ; митрополитъ и нѣкоторые богатые люди построили себѣ также каменные дома. Москва (т.-е. Кремль) приняла другой видъ; большія каменныя зданія возбуждали удивленіе, уваженіе. Среди деревянныхъ сѣрыхъ городовъ русскихъ Москва стала слыть бѣлокаменною, пошли слухи, что въ Москвѣ великій князь то и дѣло, что строится; а пошли всѣ постройки, перемѣнилась Москва съ тѣхъ поръ, какъ пріѣхала въ нее греческая царевна Софья Ѳоминична; иначе съ тѣхъ поръ сталъ жить великій князь, больше стало около него великолѣпія, иначе сталъ онъ и вести себя, гораздо важнѣе, и стали люди толковать, что какъ пришла Софья Ѳоминична, русская земля старые свои обычаи перемѣнила, переставила. Узнали о Россіи, о Москвѣ и въ другихъ дальнихъ странахъ европейскихъ и стали присылать въ Москву пословъ посмотрѣть, что это за новое государство, какую изъ него можно получиты пользу. И великій князь Іоаннъ III также отправлялъ туда взамѣнъ своихъ пословъ и старался получить пользу отъ этихъ сношеній, наказывалъ своимъ посламъ добывать за границею мастеровъ разныхъ, рудниковъ, которые умѣли бы находить руды золотыя и серебряныя, мастеровъ, которые бы умѣли къ городамъ приступать и изъ пушекъ стрѣлять, каменщиковъ, которые бы умѣли каменныя палаты строить, серебряныхъ мастеровъ, которые бы умѣли большіе сосуды дѣлать и кубки.

Надобились мастера, которые бы умѣли къ городамъ приступать и изъ пушекъ стрѣлять, значитъ великому князю нужно было войны вести. Первая война у него была съ Новгородомъ Великимъ. Новгородъ, находясь поблизости отъ Балтійскаго моря, давно уже разбогатѣлъ отъ торговли иностранной, заморской, былъ самымъ большимъ красивымъ городомъ на сѣверѣ, и когда Кіевъ былъ разоренъ Татарами и больше не поднимался, то лучше и богаче Новгорода Великаго не было города во всей русской землѣ. Когда въ старину князей было много, воевали они другъ съ другомъ и выгоняли другъ друга изъ княжествъ, и въ Новгородѣ мѣнялись князья: одолѣетъ Мономаховичъ и сядетъ въ Кіевѣ, и шлетъ въ Новгородъ сына или брата; одолѣетъ Ольговичъ, шлетъ въ Новгородъ своего сына или брата, и новый князь выгоняетъ изъ Новгорода стараго. Но жителямъ Новгорода не могли быть пріятны эти частыя перемѣны князей, одинъ князь имъ нравился, другой нѣтъ, хорошаго князя имъ хотѣлось у себя удержать; бывало и такъ, что за одного князя стояли одни богатые, сильные люди, а за другого другіе, и княжескія перемѣны стали возбуждать волненія, междоусобія въ городѣ, народъ сходился на вѣчѣ и, смотря по тому, приверженцы какого князя побѣдятъ, того принимаютъ, а соперника его выгоняютъ; власть князей отъ этого понижалась; принимая князя, Новгородцы съ нимъ договаривались, чтобъ онъ велъ себя такъ, а не иначе, и подлѣ князя сталъ избираемый народомъ посадникъ, безъ вѣдома котораго князь ничѣмъ не распоряжался.

Такъ жили Новгородцы до того времени, какъ въ сѣверной Россіи начали усиливаться княжества то одно, то другое, и дѣло пошло къ собиранію русской земли въ одно государство. Великіе князья, сохраняя верховную власть надъ Новгородомъ, посылая туда своихъ намѣстниковъ, были недовольны тѣмъ, что Новгородцы не хотѣли повиноваться имъ такъ, какъ повиновались жители другихъ городовъ, собирались на вѣча, рѣшали дѣла, избирали посадниковъ У великихъ князей съ Новгородцами начались поэтому частыя непріятности, и дѣло обыкновенно оканчивалось тѣмъ, что великіе князья собирали войско и ходили на Новгородъ, а богатые Новгородцы отплачивались деньгами, и великіе князья удовольствовались этимъ, потому что деньги имъ были очень нужны для задариванія Татаръ и покупки земель.

Новгородцы видѣли, что имъ не удержаться при своемъ вѣчѣ и посадникѣ, когда одно какое-нибудь княжество возьметъ верхъ надъ другими и соберетъ русскую землю, и потому они стали поддерживать междоусобія, чтобы не дать одному княжеству взять силу надъ другими; притѣсняемые князьями тверскими, они стали поддерживать противъ нихъ князей московскихъ, но когда московскіе князья усилились, то точно также стали ходить на Новгородъ войною и брать съ него деньги. Новгородцы обрадовались междоусобію между самими московскими князьями въ княженіе Василія Темнаго, и Шемяка умеръ у нихъ. За это Василій Темный пошелъ на Новгородъ войною, взялъ съ него большія деньги и ограничилъ распоряженія вѣча. Сынъ его нанесъ Новгороду послѣдній ударъ, что было не трудно ему сдѣлать. Новгородцы считали за собою обширныя владѣнія, которыя простирались до Бѣлаго моря и Сибири; но это были пустынныя страны, гдѣ Новгородцы для торговыхъ выгодъ имѣли разбросанныя на обширныхъ пространствахъ поселенія, которыя нужно было защищать, а не то, чтобы получать отъ нихъ защиту, помощь войскамъ; сами Новгородцы были народъ торговый, а не воинственный; притомъ они ссорились другъ съ другомъ; простые люди жили не въ ладу съ богатыми и знатными людьми, а богатые и знатные враждовали другъ съ другомъ, и вражда эта иногда доходила до побоищъ: одна часть города шла на другую, жители одной улицы бились съ жителями другой: на вѣчахъ богатые и знатные люди нанимали толпы людей, готовыхъ на все изъ-за денегъ, и тѣ крикомъ и кулаками рѣшали дѣла въ пользу своихъ наемщиковъ.

Въ началѣ княженія Іоанна III въ Новгородѣ образовалась сильная сторона людей, которая, видя усиленіе Москвы, грозившей ихъ волѣ, хотѣла подчиниться великому князю литовскому Казимиру на выгодныхъ для Новгорода условіяхъ; но была и другая сторона, которая хотѣла остаться при Москвѣ, не хотѣла литовскаго князя, потому-что онъ былъ католикъ. Первая сторона, во главѣ которой стояли бояре Борецкіе со своею матерью, Марѳою, вдовою бывшаго посадника, взяла верхъ и отдала Новгородъ подъ покрорительство Казимира, который обязался оставить въ Новгородѣ все такъ, какъ было, и защищать его отъ московскаго великаго князя. Іоаннъ, узнавши объ этомъ, пошелъ съ войсками на Новгородъ въ 1471 году, разбилъ Новгородцевъ и заставилъ ихъ просить мира: они заплатили ему деньги и обязались не поддаваться Литвѣ; а въ 1478 году Новгородъ подчинился великому князю окончательно, отказавшись отъ вѣча и посадника, потому что Іоаннъ объявилъ: «Хочу властвовать въ Новгородѣ, какъ властвую въ Москвѣ».

Великій князь взялъ у Новгородцевъ, у архіерея, у монастырей и у свѣтскихъ людей часть ихъ земель, которыя должны были идти на помѣстья служилымъ людямъ. Новое русское государство, составленное Московскими князьями, было государство бѣдное, доходы великихъ князей были очень невелики, потому что народу было мало, мало городовъ, гдѣ процвѣтали бы промыслы, торговля; а между тѣмъ опасности со всѣхъ сторонъ, надобно отбиваться отъ враговъ, надобно, слѣдовательно, имѣть большое войско; но какъ его содержать, на войско идетъ много денегъ, денегъ нѣтъ, но много земли, и потому стали раздавать земельные участки тѣмъ, кто шелъ служить къ князю; пока служилъ, земля оставалась за нимъ, переставалъ служить, землю отбирали; эти-то земельные участки и назывались помѣстьями, а владѣльцы — помѣщиками. Были и вотчинники, которые вѣчно владѣли своими землями, потому что получили ихъ въ наслѣдство отъ предковъ; но богатыхъ вотчинниковъ, которые бы могли служить, не нуждаясь въ пособіи, въ жалованьѣ правительства, было немного; большей части изъ нихъ великій князь раздавалъ также помѣстья.

Ко времени Іоанна III къ двору великаго князя въ Москву набралось много князей, лишившихся своихъ княжествъ вслѣдствіе собранія русской земли; всѣ они вступили въ службу къ великому князю и заняли главныя мѣста; но такъ какъ они не сохранили своихъ княжествъ, а только нѣсколько земель изъ нихъ, то и не были богаты, притомъ вотчины ихъ все уменьшались, потому что дѣлились поровну между дѣтьми; наконецъ, вотчины уменьшались отъ того, что каждому хотѣлось при смерти дать что-нибудь въ церковь, особенно въ какой-нибудь монастырь, на поминъ души, денегъ не было, и давали на поминъ души земли: монастыри обогащались, а свѣтскіе землевладѣльцы бѣднѣли и должны были просить у великаго князя помѣстій, чтобъ имѣть возможность служить, т.-е. по первому призыву являться на войну на конѣ, въ полномъ вооруженіи и приводить съ собою нѣкоторое число вооруженныхъ людей, почему въ старину и говорили, что служилый человѣкъ долженъ былъ являться на войну коненъ, люденъ и оруженъ. Много нужно было Іоанну III земель на раздачу въ помѣстья, потому что много понадобилось войска: войны были частыя. Въ 1472 году покорена была Пермская страна, и русскіе воеводы ходили за Уральскія горы: нужно было унять дикіе народы, здѣсь жившіе, отъ набѣговъ на русскія владѣнія. Въ 1489 году подчинена была Вятка, поселеніе новгородское, которое хотѣло жить по-новгородски и не всегда слушалось великаго князя.

Татарское царство въ это время дѣлилось на три независимыя Орды — Волжскую или Золотую, Казанскую и Крымскую; ханъ Золотой орды, Ахматъ, все еще думалъ, что великій князь московскій долженъ платить ему дань и сердился, не получая ея. Въ 1480 году, сговорившись съ Казимиромъ литовскимъ дѣйствовать заодно, онъ подошелъ къ московскимъ границамъ со стороны рѣки Угры, чтобы получить литовскую помощь; но помощь эта не приходила, великій князь Іоаннъ, будучи чрезвычайно остороженъ, не давалъ битвы Татарамъ, и тѣ, прождавши до половины ноября, когда начались лютые морозы, ушли назадъ въ свои степи, гдѣ Ахматъ погибъ въ междоусобіи, а сыновья его были добиты Крымцами, и такимъ образомъ Золотая орда, куда такъ долго наши князья ѣздили съ поклонами и дарами, разрушилась окончательно. Ссоры между ханами обѣщали и Казани скорое паденіе: въ 1487 году родные братья здѣсь перессорились, одинъ изъ нихъ, Магметъ-Аминь, пріѣхалъ въ Москву просить великаго князя о помощи; Іоаннъ послалъ войско подъ Казань и посадилъ въ ней ханомъ Магметъ-Аминя, который за это призналъ надъ собою верховную власть великаго князя.

И на западѣ со стороны Литвы дѣла шли такъ же успѣшно, какъ и на востокѣ. Король польскій и великій князь литовскій Казимиръ взялся быть покровителемъ Новгорода и не помогъ ему противъ Іоанна; обѣщалъ помогать Ахмату и также не помогъ. Своею явною враждою онъ только сердилъ Іоанна, а вреда ему сдѣлать никакого не могъ; слабость его была очевидна. Несмотря на то, тверской князь Михаилъ Борисовичъ вступилъ въ тѣсный союзъ съ Казимиромъ, чѣмъ поднялъ противъ себя московскаго князя. Твери съ Москвою бороться было нельзя; Казимиръ по обыкновенію не помогъ, и Михаилъ долженъ былъ бѣжать изъ Твери въ Литву, а Тверь была присоединена къ Московскому княжеству. Иначе поступали другіе пограничные мелкіе русскіе князья, принужденные подчиняться Литвѣ во время ея силы при Ольгердѣ и Витовтѣ; теперь они увидали, что сила перешла на сторону православной, русской Москвы и начали поддаваться великому князю Іоанну съ своими вотчинами; Казимиръ присылалъ въ Москву жаловаться на это, но однѣми жалобами все дѣло и оканчивалось. Въ 1492 году умеръ Казимиръ, и владѣніе его раздѣлилось между двоими его сыновьями: Польша досталась Альбрехту, а Литва — Александру. Тогда переходъ пограничныхъ князей въ Москвѣ усилился еще болѣе; въ Литвѣ боялись воевать съ Москвою, и, чтобы великій князь Іоаннъ не забиралъ больше литовскихъ земель, предложили ему выдать дочь свою Елену за литовскаго великаго князя Александра; Іоаннъ согласился, но прежде вытребовалъ, чтобы заключенъ былъ договоръ, по которому всѣ отошедшія въ его княженіе къ Москвѣ земли оставались за нимъ, и остались за Москвою городъ Вязьма, владѣнія князей Новосильскихъ, Одоевскихъ, Воротынсихъ, Бѣлевскихъ. Московскіе великіе князья съ Іоанна Калиты писались внутри своихъ владѣній великими князьями всея Руси; но въ грамотахъ къ иностраннымъ государямъ такъ не писались; теперь Іоаннъ III въ первый разъ въ договорѣ съ Александромъ литовскимъ написалъ себя «государемъ всея Руси», что очень не понравилось въ Литвѣ, потому что за Литвою было такъ много русскихъ земель.

Александръ женился на великой княжнѣ Еленѣ; но этотъ бракъ, отъ котораго ждали дружбы между двумя государствами, повелъ очень скоро ко враждѣ между тестемъ и зятемъ. Іоаннъ отдавалъ дочь въ Литву съ тѣмъ, чтобы тамошніе православные Русскіе нашли въ ней себѣ покровительницу, но католики постарались, чтобы православнымъ не было никакой выгоды отъ пріѣзда Елены. Когда Іоаннъ потребовалъ, чтобы Александръ устроилъ для жены православную церковь во дворцѣ, то Александръ отвѣчалъ, что у нихъ запрещено строить новыя православныя церкви и что въ Вильнѣ православныхъ церквей много, великая княгиня можетъ ѣздить въ какую ей угодно. Тогда православные русскіе князья, подчиненные Литвѣ, видя, что между Іоанномъ и Александромъ опять начались непріятности, стали переходить съ владѣніями своими къ Іоанну, объявляя, что имъ оставаться подъ Литвою нельзя, православные терпятъ въ ней гоненіе отъ католиковъ. Такимъ образомъ бóльшая часть нынѣшней Черниговской губерніи отошла къ Москвѣ.

За это началась война: въ 1500 г. русское войско встрѣтилось съ литовскимъ на рѣчкѣ Ведрошѣ; обоими войсками начальствовали русскіе православные князья, потомки св. Владиміра: московскимъ князь Данила Щеня-Оболенскій, литовскимъ князь Константинъ Острожскій, одинъ изъ волынскихъ князей, принужденный подчиниться Литвѣ. Князь Щеня побѣдилъ Острожскаго и взялъ его въ плѣнъ. Ливонскіе нѣмцы взялись было помогать Александру, но плохо помогли, и литовскій князь, несмотря на то, что сдѣлался и королемъ польскимъ по смерти брата, долженъ былъ мириться: въ 1503 году всѣ земли, изъ-за которыхъ началась война, остались за Іоанномъ. Іоаннъ III недолго жилъ послѣ прекращенія этой войны: онъ умеръ въ 1505 году, оставивъ престолъ сыну своему Василію.

Этотъ великій князь докончилъ дѣло своихъ предковъ, безъ кровопролитія добралъ послѣдніе сѣверо-восточныя русскія земли, не совсѣмъ подчинявшіяся великому князю. Псковъ сначала зависѣлъ отъ Новгорода, но потомъ, разбогатѣвъ отъ заграничной торговли, отдѣлился отъ Новгорода, по примѣру котораго имѣлъ свое вѣче, своего посадника, хотя признавалъ верховную власть великаго князя и бралъ отъ него намѣстниковъ. Эти намѣстники, не зная псковскихъ обычаевъ, поступали по-московски, и отсюда постоянныя неудовольствія между ними и Псковичами, безпрестанныя жалобы. Эти ссоры и жалобы намѣстниковъ на Псковичей, Псковичей на намѣстниковъ наконецъ наскучили великому князю, и въ 1510 году онъ послалъ сказать Псковичамъ, чтобъ у нихъ не было вѣча, а были бы только намѣстники, какъ во всѣхъ другихъ городахъ, иначе онъ пойдетъ на нихъ войною. Псковичи отвѣчали: «Воленъ Богъ да государь въ городѣ Псковѣ; мы на государя рукъ поднять не хотимъ», и подчинились во всемъ волѣ великокняжеской. Рязань оставалась съ своимъ особымъ великимъ княземъ, но этотъ князь видѣлъ, что силы его совершенно ничтожны въ сравненіи съ силами великаго князя московскаго, что очень скоро ему придется потерять свою независимость, и въ отчаяніи, придумывая средства, какъ бы остаться независимымъ, завелъ сношенія съ крымскимъ ханомъ. Великій князь Василій, узнавши объ этомъ, вызвалъ его въ Москву и посадилъ подъ стражу; потомъ Рязанскому князю удалось уйти въ Литву, а княжество его было присоединено къ Москвѣ.

Великій князь Василій воевалъ съ Литвою, гдѣ княжилъ уже не Александръ, умершій бездѣтнымъ, а братъ его Сигизмундъ, вмѣстѣ и король польскій. Война эта замѣчательна тѣмъ, что Василій въ 1514 году взялъ Смоленскъ, городъ тогда чрезвычайно важный и крѣпкій, такъ что Литва никакъ не могла забыть этой тяжелой потери.

Хуже дѣла шли съ Татарами. Передъ самою смертью Іоанна III ханъ Магметъ-Аминь, который сидѣлъ въ Казани русскимъ подручникомъ, отказался признавать верховную власть московскаго великаго князя, и Василій Ивановичъ не могъ прочно утвердить своего господства въ Казани; мѣшали тому особенно крымскіе ханы, которымъ хотѣлось опять соединить всѣ татарскія орды подъ одною своею властью. Сдѣлать имъ это было мудрено, не были они сильны, а Казань была отъ нихъ далеко, ближе къ Москвѣ, и московскіе великіе князья также старались удержать ее подъ своею властью. У нихъ была своя сторона въ Казани, люди къ нимъ приверженные; но у хановъ крымскихъ была тоже своя сторона въ Казани, и большая, потому что и Казанцы, и Крымцы были Татары и одной Магометовой вѣры. И вотъ, если великій князь посадитъ въ Казани своего хана, то крымская сторона хлопочетъ изо всѣхъ силъ, какъ бы его свергнуть и взять себѣ хана изъ Крыма. Удастся имъ это, и великій князь, чтобы опять посадить своего, пошлетъ войско на Казань, а тутъ съ юга изъ степей идутъ къ Окѣ крымскіе Татары, и надобно противъ нихъ посылать войско, и если войско запоздаетъ, запустошатъ всю границу, проберутся и къ самой Москвѣ; займется русское войско съ Крымцами, Казанцы запустошатъ Нижегородскую и Владимірскую области. Теперь русскіе люди ѣздятъ въ Крымъ пользоваться теплымъ климатомъ и любоваться прекрасными видами; а для предковъ нашихъ Крымъ былъ страшнымъ разбойничьимъ гнѣздомъ, откуда безпрестанно нападали Татары и во множествѣ уводили Русскихъ въ плѣнъ и продавали ихъ на азіатскихъ рынкахъ. Нападать имъ было легко: граница наша шла почти по границѣ нынѣшнихъ Орловской и Рязанской губерній, а тамъ съ юга и востока была степь, татарское приволье. Идти нашему войску на Крымъ по такимъ степямъ было тяжко, невозможyо, и послѣ пробовали, да не удавалось, а въ описываемое время и думать было нечего; притомъ затрогивать Крымъ было опасно: онъ находился подъ верховною властью турецкаго султана, тогда очень сильнаго; затронуть Крымъ значило поднять противъ себя и Турокъ. Такъ Россія и должна была терпѣть очень долго эти крымскіе разбои, обязывалась высылать въ Крымъ ежегодно богатые подарки или, какъ тогда называли, поминки, что выходило просто дань; ханъ и вельможи его возьмутъ подарки и поклянутся, по ихъ «шерть дадутъ», что не будутъ воевать, но вдругъ польскій король пришлетъ также подарки, обѣщаетъ платить такую же ежегодно дань, чтобы только ханъ шелъ на Россію, и по русской границѣ горятъ села и деревни, Татары разбойничаютъ.

Великій князь Василій Ивановичъ умеръ въ 1533 году, оставивъ престолъ малолѣтнему сыну своему, Іоанну IV Васильевичу.

Примѣчаніе:
[1] Написано въ 1862 году. — Изд.

Источникъ: Общедоступныя чтенія о Русской исторіи Сергѣя Соловьева.— Пятое изданіе. — М.: Типо-литографія Т-ва И. Н. Кушнеревъ и К°, 1908. — С. 67-79.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0



«Слава Россіи»
Малый герб Российской империи
Помощь Порталу
Просимъ Васъ поддержать нашъ Порталъ
© 2004-2018 г.